WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 17 |
-- [ Страница 1 ] --

Пролетарии всех стран, соединяйтесь

ЛЕНИН

ПОЛНОЕ

СОБРАНИЕ

СОЧИНЕНИЙ

17

ПЕЧАТАЕТСЯ

ПО ПОСТАНОВЛЕНИЮ

ЦЕНТРАЛЬНОГО КОМИТЕТА

КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ

СОВЕТСКОГО СОЮЗА

ИНСТИТУТ МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА ПРИ ЦК КПСС

В. И. ЛЕНИН

ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ

ИЗДАНИЕ ПЯТОЕ

ИЗДАТЕЛЬСТВО

ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

МОСКВА· 1968

ИНСТИТУТ МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА ПРИ ЦК КПСС

В. И. ЛЕНИН

ТОМ

17

Март 1908 ~ июнь 1909

ИЗДАТЕЛЬСТВО

ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

МОСКВА· 1968

3K2

1-1-2 68

VII

ПРЕДИСЛОВИЕ

В семнадцатый том Полного собрания сочинений В. И. Ленина входят произведения, написанные в марте 1908 — июне 1909 года, в период разгула черносотенной реакции в России. Произведения, включенные в настоящий том, по характеру освещаемых в них вопросов непосредственно примыкают к работам, вошедшим в предыдущий, шестна­дцатый том.

В эти годы Ленин ведет борьбу за сохранение и укрепление партии, продолжает обобщать уроки первой русской революции, дает анализ соотношения классовых сил, разрабатывает аграрный вопрос, определяет задачи и политику партии в новых услови­ях. В произведениях, вошедших в том, отражается борьба Ленина с оппортунизмом и ревизионизмом внутри партии и на международной арене, обосновывается позиция большевизма по вопросам национально-освободительных движений в колониальных и зависимых странах, борьбы против милитаризма и угрозы империалистической войны.

Ленин исходил из того, что объективные задачи буржуазной революции в России ос­тались не решенными и поэтому неизбежен новый революционный кризис. Стратеги­ческий план большевиков, проводимый ими в период революции 1905—1907 гг., со­хранял все свое значение. В статьях «О «природе» русской революции», «К оценке рус­ской революции», ««Левение» буржуазии и задачи пролетариата» Ленин, вскрывая не-состоятель-

VIII ПРЕДИСЛОВИЕ

ность меньшевистской оценки характера и движущих сил русской революции, подчер­кивает необходимость и возможность гегемонии пролетариата в предстоящей новой буржуазно-демократической революции. «Первая кампания нашей буржуазной рево­люции (1905— 1907 годы), — писал он, — неопровержимо доказала полную шаткость и контрреволюционность нашей буржуазии, доказала способность нашего пролетариа­та быть вождем победоносной революции, доказала способность демократических масс крестьянства помочь пролетариату сделать эту революцию победоносной» (стр. 412).

Ленин резко критикует оппортунистическую тактику меньшевиков, стремившихся ограничить революцию узкобуржуазными рамками, отдать руководство революцией в руки буржуазии. Ход русской революции, указывает он, подтвердил марксистское по­ложение, что для того, чтобы обеспечить и бесповоротно закрепить победу буржуазной революции, надо довести эту революцию значительно дальше ее непосредственных, буржуазных целей. Ленин вновь подчеркивает, что ввиду контрреволюционности рус­ской буржуазии победа буржуазно-демократической революции в России невозможна как победа буржуазии. Только установление революционно-демократической диктату­ры пролетариата и крестьянства приведет к осуществлению задач буржуазно-демократической революции и откроет возможность ее перерастания в революцию со­циалистическую. Рабочий класс должен вести самостоятельную политику авангарда, руководителя революции, изолировать либералов и обеспечить прочный союз с кресть­янством, высвобождая его из-под влияния буржуазии.

Большое внимание в этот период Ленин уделяет дальнейшей разработке и обоснова­нию аграрной программы партии. В том входит произведение «Аграрный вопрос в Рос­сии к концу XIX века», автореферат «Аграрная программа социал-демократии в рус­ской революции», статьи «П. Маслов в истерике», «Как Плеханов и К защищают реви­зионизм», «Аграрные прения

ПРЕДИСЛОВИЕ IX

в III Думе», в которых Ленин отстаивает и развивает дальше марксистскую теорию аг­рарного вопроса.

В своих работах Ленин показал буржуазно-помещичий характер столыпинской аг­рарной реформы, направленной на разрушение крестьянской общины и создание в де­ревне многочисленного слоя кулаков как надежной опоры царизма в борьбе против ре­волюционного движения. Эту политику Ленин характеризует, как сдвиг царского само­державия в сторону аграрного бонапартизма, как заигрывание с кулаком. Опираясь на высказывания Маркса, он дает классическое определение бонапартизма. Сущность его, пишет Ленин, это — лавирование монархии, потерявшей свою старую патриархальную опору и вынужденной теперь «эквилибрировать, чтобы не упасть, — заигрывать, чтобы управлять, — подкупать, чтобы нравиться, — брататься с подонками общества, с пря­мыми ворами и жуликами, чтобы держаться не только на штыке» (стр. 273—274).

На большом статистическом материале, характеризующем общественно-экономические отношения в деревне, Ленин наглядно показывает, что остатки крепо­стничества, в виде помещичьих латифундий, средневековой крестьянской надельной собственности и системы отработок, являются главным тормозом в развитии произво­дительных сил страны. Отмечая уменьшение роли надельной земли в крестьянском хо­зяйстве, Ленин подчеркивает, что ломка старого землевладения, и помещичьего и кре­стьянского, стала безусловной экономической необходимостью. Борьба между различ­ными классами и партиями в этих условиях идет из-за форм этой ломки, из-за ее спосо­бов: будет ли она произведена по-столыпински, то есть с сохранением помещичьего землевладения и ограблением крестьянской общины кулаками, или же революционно — при полном уничтожении помещичьего землевладения, устранении всех средневе­ковых перегородок.



Ленин всесторонне обосновывает большевистскую программу национализации зем­ли, раскрывает ее экономическое и политическое значение. Чрезвычайно

ПРЕДИСЛОВИЕ

важно ленинское положение о том, что борьба за национализацию земли является не­пременным условием полной победы буржуазно-демократической революции в России и ее перерастания в революцию социалистическую.

Под углом зрения борьбы двух путей развития аграрных отношений в России Ленин рассматривает аграрные программы кадетов, эсеров и меньшевиков. Он подчеркивает, что кадеты по существу согласны с политикой Столыпина. Решительно выступает Ле­нин против оппортунистических взглядов меньшевиков (Маслова и др.) в аграрном во­просе. В ряде своих произведений Ленин наглядно показал, что Маслов и его сторон­ники стоят на ревизионистских позициях, отвергают теорию абсолютной ренты Маркса и защищают лживую буржуазную идею о так называемом «убывающем плодородии почвы». Он резко критиковал Плеханова, взявшего под защиту ревизионистские вы­ступления Маслова. Ленин вскрыл несостоятельность меньшевистской программы му­ниципализации земли, разъяснил, что в буржуазной революции она является реакцион­ной мерой, так как препятствует экономически необходимому и неизбежному процессу уничтожения средневековой поземельной собственности, ведет к федерализму и раз­дробленности областей.

Отступления меньшевиков от марксизма в вопросах программы и тактики партии неизбежно вели их к оппортунизму и в организационных вопросах, в вопросах о фор­мах организации и путях деятельности партии в годы реакции. Меньшевики продолжа­ли свою порочную тактику поддержки либеральной буржуазии, шли на блоки с кадета­ми. Позорно отрекаясь от революционной программы и революционных лозунгов пар­тии, они добивались прекращения нелегальной революционной работы и фактически шли на ликвидацию революционной партии рабочего класса. Ценой отказа от револю­ционных традиций меньшевики пытались получить разрешение царского правительст­ва на существование легальной, реформистской рабочей партии.

ПРЕДИСЛОВИЕ XI

Ленин повел непримиримую идейную и организационную борьбу против этого оп­портунистического течения в РСДРП. Находясь в 1908—1909 гг. в эмиграции, сначала в Женеве, затем в Париже, Ленин сохранял самую тесную связь с партийными органи­зациями России. Преодолевая невероятные трудности, он из-за границы руководил ра­ботой большевистской партии. В редактируемой им нелегальной газете «Пролетарий», фактически являвшейся центральным органом большевиков, широко освещались во­просы внутрипартийной борьбы. В статьях, публиковавшихся в «Пролетарии», Ленин разоблачал антипартийную, оппортунистическую сущность ликвидаторства, резко осуждал меньшевиков за то, что они скатываются к «самому низменному парламент­скому кретинизму», за их ренегатские выступления против нелегальной партийной ор­ганизации.

Большое значение в борьбе с ликвидаторами имела V Общероссийская конференция РСДРП, состоявшаяся в Париже в конце декабря 1908 года. Центральное место в работе конференции занял доклад Ленина «О современном моменте и задачах партии». По этому вопросу конференция приняла с небольшими изменениями резолюцию, внесен­ную Лениным (см. настоящий том, стр. 325—328). В решении конференции одной из основных задач партии признавалась борьба с отступлениями от революционного мар­ксизма и революционных лозунгов партии, с попытками ликвидировать нелегальную организацию РСДРП, обнаружившимися «среди некоторых партийных элементов, под­давшихся влиянию распада».

Одновременно с борьбой против меньшевиков-ликвидаторов Ленин выступил и про­тив «левого» оппортунизма в партии, против так называемого отзовизма. Прикрываясь революционными фразами, заявляя, что в условиях реакции партия должна вести толь­ко нелегальную работу, отзовисты призывали партию отказаться от использования ле­гальных форм работы и отозвать социал-демократическую фракцию из III Государст­венной думы.

XII ПРЕДИСЛОВИЕ

По предложению Ленина в июне 1908 года в «Пролетарии» была начата дискуссия с отзовистами по вопросу об отношении к Думе и думской социал-демократической фракции. В газете помещались в дискуссионном порядке статьи отзовистов. Одновре­менно печатались статьи Ленина, в которых вскрывалась ошибочность и вредность по­зиции отзовистов. Так в «Пролетарии» были напечатаны статьи В. И. Ленина «По по­воду двух писем», «По поводу статьи «К очередным вопросам»» и «Карикатура на большевизм». В последней работе дана развернутая критика платформы петербургских отзовистов, выставленной ими во время выборов делегатов на V Общероссийскую конференцию РСДРП. В этой статье Ленин показал, что лозунги отзовистов «долой ле­гальные организации», «долой легальную думскую фракцию» выгодны только ликви­даторам, которые были бы очень рады избавиться от контроля партии. На деле так на­зываемая «революционность» и «левизна» отзовистов явилась лишь выражением рас­терянности и бессилия перед той трудной, кропотливой и сложной работой, которая диктовалась партии объективными условиями момента. Эта растерянность перед труд­ностями партийной работы в годы реакции сближала отзовистов с ликвидаторами. И ликвидаторы, открыто призывавшие к полному отказу от нелегальной партийной рабо­ты, и отзовисты, отрицавшие легальные формы связи партии с массами, обрекая ее на сектантство, представляли серьезную опасность для самого существования революци­онной марксистской партии рабочего класса. Вот почему Ленин называл отзовистов «ликвидаторами наизнанку». Отмечая, что и ликвидаторство и отзовизм есть проявле­ние влияния буржуазии на пролетариат, он призывал к борьбе на два фронта — против ликвидаторства справа и ликвидаторства слева.

V Общероссийская конференция РСДРП, резко осудив ликвидаторство как оппорту­нистическое течение, вместе с тем решительно отмежевалась и от отзовизма. Выступ­ления Ленина против отзовистов дают яркий пример борьбы против догматизма и сек­тантства, против

ПРЕДИСЛОВИЕ ХШ

шаблонного применения старых лозунгов, переставших соответствовать новой истори­ческой обстановке.

Решения V Общероссийской конференции РСДРП Ленин считал поворотным пунк­том в развитии рабочего движения в России после поражения революции 1905—1907 годов. После конференции он выступил в Центральном Органе партии газете «Социал-Демократ» со статьей «На дорогу», в которой подвел итоги работы конференции. На основе марксистского анализа взаимоотношений классов и политики царизма конфе­ренция, указывал Ленин, дала правильное решение задачи соотношения нелегальной и легальной работы партии, обосновала необходимость использования думской трибуны и выработала руководящие указания для деятельности думской фракции. Ленин при­звал к идейному сплочению партии, к организационному укреплению ее нелегальных партийных организаций, во главе которых стояли бы руководители прежде всего из среды рабочих, указывал на необходимость развития всесторонней социал-демократической агитации в массах. С целью укрепления нелегальной партии Ленин предлагал создавать партийные ячейки, в первую очередь на промышленных предпри­ятиях. Задача этих партийных ячеек и комитетов должна состоять в использовании всех легальных и полулегальных организаций для поддержания тесной связи с массами, для того, чтобы откликаться на все запросы масс, связывать каждый частный вопрос с об­щими задачами пролетариата, с борьбой за социализм, обеспечивать за партией руко­водящую роль во всех пролетарских легальных организациях.

Характеристика решений V Общероссийской конференции РСДРП дана Лениным также и в письме «В Правление германской социал-демократической рабочей партии», в котором он от имени Центрального Комитета партии выразил протест против иска­жения решений конференции в Центральном органе германской социал-демократии — газете «Vorwrts». Оппортунистические лидеры германской социал-демократии и II Интернационала постоянно поддерживали меньшевиков,

XIV ПРЕДИСЛОВИЕ

широко предоставляя им страницы своих печатных изданий для клеветнических напа­док на большевиков.

Критику теории и тактики оппортунистов II Интернационала Ленин дал в ряде своих работ, включенных в настоящий том. Среди них важнейшее место занимает статья «Марксизм и ревизионизм», характеризующая борьбу Ленина против оппортунизма и ревизионизма на международной арене. Работа была написана Лениным во второй по­ловине марта 1908 года для сборника «Карл Маркс (1818—1883)», посвященного два­дцатипятилетию со дня смерти Маркса. Знаменательно, что темой статьи для этого сборника Ленин взял именно вопросы борьбы с ревизионизмом, считая их в этот пери­од наиболее важными.

Рост марксизма, распространение и укрепление его идей в рабочем классе, писал Ленин, неизбежно вызывает усиление нападок на марксизм со стороны всех враждеб­ных ему теорий. Марксизм подвергается атакам с двух сторон: наряду с прямыми на­падками официальной буржуазной науки, которая тщетно пытается опровергнуть и уничтожить марксизм, имеют место скрытые формы борьбы, применяемые ревизиони­стами. Опасность ревизионизма состоит в том, что он пытается подорвать марксизм из­нутри под видом поправок и пересмотра учения К. Маркса. Ленин раскрывает суть ре­визионистских воззрений и показывает, что теоретические «изыскания» ревизионистов представляют собой повторение обветшалых, устаревших догм буржуазной идеологии, что ревизионизм по своей сущности является разновидностью либерально-буржуазных взглядов.

Ленин подчеркивал, что ревизионизм направляет свои удары не против отдельных положений марксизма, а стремится ревизовать все его стороны: философию, политиче­скую экономию и научный социализм. В области философии ревизионисты плетутся в хвосте буржуазной «науки», отрицая диалектический материализм и заменяя револю­ционную диалектику «простой (и спокойной) эволюцией», а материализм — субъек­тивным идеализмом.

ПРЕДИСЛОВИЕ XV

Совершенно несостоятельны экономические теории ревизионистов, в частности их утверждения о том, что экономические кризисы будто бы отжили свое время. Сама жизнь полностью опровергает рассуждения ревизионистов об исчезновении кризисов. «Изменились формы, последовательность, картина отдельных кризисов, — писал Ле­нин, — но кризисы остались неизбежной составной частью капиталистического строя» (стр. 21). Ленин отмечает новые явления в экономике капиталистического общества, характерные для эпохи империализма, — объединение промышленности картелями и трестами и вместе с тем усиление анархии производства, снижение жизненного уровня трудящихся и усиление гнета капитала. Он подверг критике ревизионистские «теории» о притуплении классовых противоречий и классовой борьбы в условиях буржуазной демократии. На исторических фактах он доказал, что буржуазный парламентаризм не устраняет «кризисов и политических революций».

Сущность ревизионизма — это отречение от конечной цели рабочего класса, от борьбы за победу социализма. Ревизионисты жертвуют коренными интересами проле­тариата ради мнимых минутных выгод. Ревизионизм есть международное явление, имеющее глубокие классовые корни в капиталистическом обществе, и задача партии, учит Ленин, — вести постоянную, систематическую и упорную борьбу против распро­странения ревизионизма в рабочем движении. Предвидя обострение борьбы с ревизио­низмом по мере усиления позиций научного коммунизма, Ленин предсказывает неиз­бежность победы марксизма над ревизионизмом. Пророчески звучат заключительные слова этой замечательной статьи: «Идейная борьба революционного марксизма с реви­зионизмом в конце XIX века есть лишь преддверие великих революционных битв про­летариата, идущего вперед к полной победе своего дела вопреки всем шатаниям и сла­бостям мещанства» (стр. 26).

Статья Ленина «Марксизм и ревизионизм» имеет актуальное значение в той борьбе, которую ведет

XVI ПРЕДИСЛОВИЕ

международное коммунистическое движение против современного реформизма и реви­зионизма. Ее положения о ревизионизме как проявлении буржуазного влияния на про­летариат, о классовых корнях ревизионизма, о его международном характере, о приме­няемых им методах борьбы против революционного марксизма помогают лучше распо­знать сущность современного ревизионизма и формы его раскольнических действий внутри коммунистического движения.

Статья «Марксизм и ревизионизм» была первым выступлением Ленина в печати против русских махистов и богостроителей. Отвечая на просьбы Горького не выступать публично против Богданова, Базарова и Луначарского, Ленин писал: «Вы должны по­нять и поймете, конечно, что раз человек партии пришел к убеждению в сугубой непра­вильности и вреде известной проповеди, то он обязан выступить против нее. Я бы не поднял шуму, если бы не убедился безусловно (и в этом убеждаюсь с каждым днем больше по мере ознакомления с первоисточниками мудрости Базарова, Богданова и К0), что книга их — нелепая, вредная, филистерская, поповская вся, от начала до конца, от ветвей до корня, до Маха и Авенариуса» (Сочинения, 4 изд., том 34, стр. 338). Сообщая Горькому об отправке в печать своей статьи, Ленин называет ее «формальным объяв­лением войны» ревизионистам.

В примечании к статье «Марксизм и ревизионизм» Ленин заявил, что в ближайшее время даст в ряде статей или в особой брошюре развернутую критику философских взглядов Богданова, Базарова и других ревизионистов. Это намерение было выполнено Лениным в книге «Материализм и эмпириокритицизм», которая служит ярким образ­цом непримиримой борьбы против врагов марксистской философии, образцом больше­вистской партийности и является выдающимся вкладом в марксистскую философию.

В годы реакции Ленин уделял большое внимание вопросу об отношении партии к религии, считая его чрезвычайно важным и злободневным. Реакционные круги усилен­но старались оживить религию, рассчи-

ПРЕДИСЛОВИЕ XVII

тывая религиозной проповедью отвлечь народные массы от революционной борьбы, использовать религиозную идеологию для укрепления царизма и буржуазно-помещичьего строя.

В статьях «Об отношении рабочей партии к религии», «Классы и партии в их отно­шении к религии и церкви» Ленин формулирует основные принципы пролетарского атеизма. Он показывает, что положение Маркса «религия есть опиум народа» является краеугольным камнем всего марксистского мировоззрения в вопросе о религии. Рас­крывая социальные корни религии Ленин указывает, что борьбу с религией нельзя сво­дить к абстрактно-идеологической проповеди, что ее надо связать с конкретной прак­тикой классовой борьбы, которая ведет к устранению социальных корней религии.





Учитывая уроки борьбы против религии в социалистическом движении, Ленин вы­ступает против двух типов отступлений от принципов пролетарского атеизма. Он кри­тикует «левых» фразеров, которые стремятся подменить систематическую атеистиче­скую пропаганду и защиту диалектического материализма административными меро­приятиями, направленными против церкви и верующих. Ленин доказывает, что такое провозглашение войны религии и запрещение ее при помощи законов может только усилить религию и помешать классовой борьбе пролетариата. Вместе с тем Ленин ре­шительно обрушивается на оппортунистические искажения принципов пролетарского атеизма, когда марксистское положение о том, что религия должна быть частным де­лом по отношению к государству, подменяют ревизионистской фразой, будто религия является частным делом для каждого члена партии, для партии в целом. Подобная по­зиция ведет к примирению с религией и церковью, что в корне противоречит марксист­скому мировоззрению.

В статье «Об отношении рабочей партии к религии» Ленин подвергает резкой кри­тике богостроительство. Подчеркивая, что Энгельс ставил в упрек Фейербаху то, что он боролся с религией не ради ее уничтожения,

XVIII ПРЕДИСЛОВИЕ

а ради ее подновления, создания новой религии, Ленин критикует богостроительство Луначарского, указывая, что его утверждение «социализм есть религия» является фор­мой перехода от социализма к религии. В названных работах В. И. Ленина развиты теоретические основы марксистского атеизма и политики партии по отношению к ре­лигии и церкви.

Особое место занимает статья «Лев Толстой, как зеркало русской революции». Эта работа написана в связи с 80-летием со дня рождения Л. Н. Толстого и имеет огромное значение. Статья Ленина направлена прежде всего против официальной прессы, ранее травившей писателя, а в дни юбилея расточавшей ему похвалы, «чтобы соблюсти при­личия перед Европой», и против либерально-буржуазных литературоведов и полити­ков, ханжески прославлявших Толстого как «великого богоискателя». Разоблачая ли­цемерие этих похвал, Ленин показывает, что является действительно гениальным, дей­ствительно великим в творчестве Толстого. Ленин характеризует его как гениального художника, создавшего не только несравненные картины русской жизни, но и выдаю­щиеся произведения мировой литературы. Творчество Толстого рассматривается в не­посредственной связи с задачами русской революции. Ленин отмечает искренний про­тест писателя против лжи и фальши современного ему общества, беспощадную крити­ку капиталистической эксплуатации, разоблачение правительственных насилий, под­черкивает чрезвычайно трезвый реализм Толстого, срывающий все и всяческие маски. «Толстой велик, — писал Ленин, — как выразитель тех идей и тех настроений, которые сложились у миллионов русского крестьянства ко времени наступления буржуазной революции в России. Толстой оригинален, ибо совокупность его взглядов, взятых как целое, выражает как раз особенности нашей революции, как крестьянской буржуазной революции» (стр. 210).

В то же время Ленин обнажает противоречия во взглядах, учении и творчестве Тол­стого и доказывает, что эти противоречия являются отражением условий рус-

ПРЕДИСЛОВИЕ XIX

ской жизни последней трети XIX века. Высоко оценивая великий талант писателя, Ле­нин отмечает и теневые стороны в его мировоззрении, — стремление «поставить на ме­сто попов по казенной должности попов по нравственному убеждению», подмену ак­тивной борьбы против общественного зла бессильным призывом к нравственному са­мосовершенствованию и проповедью «непротивления злу насилием». Ленин высмеива­ет русских и заграничных толстовцев, которые стремились превратить в догму самые слабые, самые отсталые стороны взглядов Толстого.

Статья Ленина «Лев Толстой, как зеркало русской революции» является образцом глубокого социального анализа сущности литературы и партийного подхода к ней.

Исключительно важное значение имеют работы Ленина по вопросам международ­ной политики и национально-освободительного движения народов колониальных и за­висимых стран. В статьях «Горючий материал в мировой политике», «Воинствующий милитаризм и антимилитаристская тактика социал-демократии», «Мирная демонстра­ция английских и немецких рабочих», «События на Балканах и в Персии», «Заседание Международного социалистического бюро» Ленин освещает важнейшие события меж­дународной жизни и определяет тактику социал-демократии в борьбе против колони­альной политики и национального гнета, против милитаризма и угрозы войны.

Большое внимание уделяет В. И. Ленин разоблачению грабительской, империали­стической политики европейских колонизаторов в Азии. На примере подавления коло­низаторами национально-освободительной борьбы в Персии, Индии и других странах Ленин показывает, «какими зверями становятся самые «цивилизованные», прошедшие самую высшую школу конституционализма, европейские политические «деятели», ко­гда дело доходит до пробуждения борьбы масс против капитала, против капиталисти­ческой колониальной системы, т. е. системы порабощения, грабежа и насилия» (стр. 174, 177), Ленин подчеркивает, что никакие

XX ПРЕДИСЛОВИЕ

лицемерные речи и дипломатические фокусы не могут прикрыть контрреволюционную коалицию так называемых цивилизованных стран против рвущихся к свободе угнетен­ных народов Азии. Необходимо, писал он, срывать маску с буржуазных лицемеров, раскрывать перед глазами самых широких народных масс реакционность буржуазных правительств, которые из боязни пролетарской борьбы у себя дома играют роль жан­дарма по отношению к революции в Азии. В своих статьях Ленин разоблачает заговор колониальных держав, направленный на подавление революций на Востоке, продолже­ние колониального грабежа и территориальных завоеваний.

С радостью отмечает Ленин успехи национально-освободительного движения в Пер­сии, Турции, Индии, Китае. Борьбу колониальных и зависимых стран за свое освобож­дение Ленин рассматривает как часть международного революционного движения. Прямой задачей международного пролетариата Ленин провозглашает борьбу против всякого колониального гнета и колониальной политики. «Долой всякую колониальную политику, долой всю политику вмешательства и капиталистической борьбы за чужую землю, за чуждое население, за новые привилегии, за новые рынки, проливы и т. п.!» (стр.231).

Ленин резко критикует голландских и германских оппортунистов, которые пытались подменить борьбу против колониального грабежа политикой буржуазных реформ в ко­лониях, становясь фактически на позиции сохранения и защиты колониальной полити­ки буржуазных государств. Оппортунисты оставляют в стороне борьбу социал-демократии против колониальной политики, агитацию в массах против колониального грабежа, пробуждение духа отпора и сопротивления у угнетенных масс в колониях, со­средоточивая внимание на «реформах» колониального быта «при данных порядках».

Все эти положения Ленина приобретают особое значение в современных условиях, когда под ударами национально-освободительных движений, поддержи-

ПРЕДИСЛОВИЕ XXI

ваемых социалистическими странами, международным рабочим классом и всеми про­грессивными силами, рушится колониальная система империализма, когда одной из самых важных задач нашего времени является борьба за быстрейшую и полную повсе­местную ликвидацию колониализма во всех его формах и проявлениях.

В статьях, посвященных международному положению, Ленин вскрывает некоторые существенные черты, характерные для эпохи империализма. Он отмечает обострение борьбы пролетариата с буржуазией во всех развитых капиталистических странах, уси­ление движения народных масс против трестов, сочетание революционной борьбы пролетариата европейских стран с национально-освободительным движением народов Азии и ряд других факторов, которые подготавливают условия для победы социали­стической революции.

«Горючий материал, — пишет В. И. Ленин, — так быстро растет во всех передовых государствах мира, пожар так явно перекидывается на большинство государств Азии, вчера еще спавших глубоким сном, что усиление международной буржуазной реакции и обострение всякой отдельной национальной революции абсолютно неизбежны» (стр. 182—183).

Отмечая рост революционного движения пролетариата, Ленин подчеркивает, что оно не может идти равномерно и в одинаковых формах во всех странах. Различие исто­рических условий, политических порядков в разных странах и форм рабочего движения определяет различные темпы и проявления единого революционного процесса. Каждая страна, доказывает Ленин, вносит свои ценные, оригинальные черты в общий поток.

Большое внимание уделял В. И. Ленин в эти годы растущей опасности мировой вой­ны и борьбе против нее. Он показывает, как под прикрытием дипломатических фраз об укреплении мира правящие круги империалистических государств подготавливают войну, создают широкую сеть явных и тайных договоров, военных союзов.

XXII ПРЕДИСЛОВИЕ

Ленин приводит положение из резолюции Штутгартского социалистического кон­гресса о том, что войны коренятся в самой сущности капитализма. Связывая оконча­тельное устранение социальных и национальных причин возникновения всяких войн с победой социализма во всем мире, Ленин в то же время призывал партии рабочего класса бороться против милитаризма, за предотвращение империалистических войн, отмечал большое значение антимилитаристской деятельности революционной социал-демократии и распространения среди трудящихся масс идей международной солидар­ности. Ленин критикует рассуждения тех правых социал-демократов (Фольмар и др.), которые заявляли, что если милитаризм и войны являются неизбежными спутниками капитализма, то нет никакого смысла вести против них борьбу, проводить специальную антимилитаристскую деятельность, Ленин писал, что необходимость антимилитарист­ской пропаганды вытекает не только из принципиальных соображений, но и подтвер­ждается историческим опытом, что она практически целесообразна и плодотворна. Ле­нин приводит ряд положительных примеров из антимилитаристской агитации некото­рых европейских социал-демократических партий, отмечает в частности совместный митинг английских и германских рабочих против растущей опасности войны, состояв­шийся в Берлине 20 сентября 1908 года, и излагает принятую на митинге резолюцию о том, что решение вопроса о войне и мире находится в руках рабочего класса.

Ленин показал, что рассуждения Фольмара, Носке и их сторонников о необходимо­сти принимать участие в «оборонительной» войне толкают их на путь национализма, на путь защиты своего буржуазного отечества. Он дал критику оппортунистической так­тики правых социал-демократов, которая позднее, в годы первой мировой войны, при­вела их на позиции социал-шовинизма.

Отмечая, что националистическая позиция правых германских социал-демократов противоречит положению «Коммунистического манифеста» о том, что в уело-

ПРЕДИСЛОВИЕ XXIII

виях капитализма «пролетарии не имеют отечества», Ленин решительно выступал и против анархистского фразерства и национального нигилизма французского социали­ста Густава Эрве, заявлявшего, что пролетариату безразлично, в каком отечестве он живет. Ленин раскрывает сущность подлинного, пролетарского патриотизма, не имею­щего ничего общего с лживым, своекорыстным патриотизмом буржуазии. «Отечество, т. е. данная политическая, культурная и социальная среда,— подчеркивает Ленин, — является самым могущественным фактором в классовой борьбе пролетариата... Проле­тариат не может относиться безразлично и равнодушно к политическим, социальным и культурным условиям своей борьбы, следовательно, ему не могут быть безразличны и судьбы его страны» (стр. 190).

Вопрос об отношении к войне, учил Ленин, социал-демократы должны решать не с точки зрения того, носит ли она оборонительный или наступательный характер, а с по­зиций защиты классовых интересов международного пролетариата.

Ленин как великий поборник мира призывал бороться против империалистических войн. Он обращался с таким призывом еще тогда, когда капитализм господствовал на международной арене, а общественные и политические силы, не заинтересованные в войне, были слабы, недостаточно организованы и не могли обуздать империалистов. В настоящее время, когда социализм является мировой системой, которая превращается в решающий фактор развития человеческого общества, война перестала быть фатальной неизбежностью. Объединенными усилиями мировой системы социализма, междуна­родного рабочего класса, национально-освободительного движения, всех стран, высту­пающих против войны, и всех миролюбивых сил мировую войну можно предотвратить.

* *

А

В семнадцатый том входят 12 ленинских документов, впервые включенных в Сочи­нения В. И. Ленина. Восемь из них, опубликованные ранее в XXV Ленинском

XXIV ПРЕДИСЛОВИЕ

сборнике, представляют собой заявления, проекты постановлений и резолюций, вне­сенных Лениным на пленуме TTC в августе 1908 года и на V Общероссийской конфе­ренции РСДРП в декабре 1908 года. Эти материалы показывают, какую напряженную борьбу пришлось вести Ленину против меньшевиков-ликвидаторов за победу револю­ционной тактики партии. В разделе «Подготовительные материалы» печатается 4 ле­нинских документа: «Поправки к проекту резолюции о созыве общероссийской пар­тийной конференции, внесенному на пленуме TTC РСДРП», «Конспект речи по органи­зационному вопросу на V Общероссийской конференции РСДРП», «План лекций о марксизме» и «План реферата «Современное положение России»».

Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС

НА ПРЯМУЮ ДОРОГУ1

Напечатано (1 апреля) Печатается по тексту газеты

19 марта 1908 г. в газете «Пролетарий» № 26

Разгон второй Думы и государственный переворот 3-го июня 1907 года2 явились по­воротным пунктом в истории нашей революции, началом некоторого особого периода или зигзага в ее развитии. Мы говорили уже не раз о значении этого зигзага с точки зрения общего соотношения классовых сил в России и задач незавершенной буржуаз­ной революции. Мы хотим остановиться теперь на состоянии нашей партийной работы в связи с этим поворотом революции.

Больше полугода прошло со времени реакционного переворота 3-го июня, и несо­мненно, что первое полугодие после него характеризуется значительным упадком и ос­лаблением всех революционных организаций, в том числе и социал-демократической. Шатания, разброд и распад — такова общая характеристика этого полугодия. Иначе и не могло быть, конечно, ибо крайнее усиление реакции и временное торжество ее при заминке непосредственной классовой борьбы не может не сопровождаться кризисом революционных партий.

Теперь замечается совершенно уже явственно целый ряд признаков, свидетельст­вующих о прекращении этого кризиса, о том, что худшее уже пережито, что правиль­ный путь уже наметился, что партия вступает снова на прямую дорогу — последова­тельного и выдержанного руководства революционной борьбой социалистического пролетариата.

В. И. ЛЕНИН

Возьмите одно из очень характерных, далеко не самых глубоких, конечно, но пожа­луй из самых видных внешних проявлений партийного кризиса. Это — бегство интел­лигенции от партии. Вышедший в феврале текущего года первый номер Центрального Органа нашей партии3, дающий очень много материала для оценки ее внутренней жиз­ни и в большей части перепечатываемый нами, характеризует это бегство чрезвычайно рельефно. «В последнее время за отсутствием интеллигентных работников окружная организация умерла», пишут в корреспонденции с Кулебацкого завода (Владимирская окружная организация Центрального промышленного района). «Наши идейные силы тают, как снег», пишут с Урала. «Элементы, избегающие вообще нелегальных органи­заций... и примкнувшие к партии лишь в момент подъема и существовавшей в это вре­мя во многих местах фактической свободы, покинули наши партийные организации». И статья Центрального Органа «К организационным вопросам» подводит итог этим (и другим непечатаемым) сообщениям, говоря: «Интеллигенты, как известно, дезертиру­ют за последнее время массами».

Но освобождение партии от полупролетарской, полумещанской интеллигенции на­чинает пробуждать к новой жизни накопленные за период героической борьбы проле­тарских масс новые, чисто пролетарские силы. Та самая Кулебацкая организация, ко­торая находилась, по приведенной нами сейчас выдержке из корреспонденции, в отча­янном состоянии, даже совсем «умерла», оказывается воскресшей. «Рабочие партийные гнезда, — читаем мы в ней, — рассеянные в изобилии по округе, в большинстве случа­ев без интеллигентных сил, без литературы, даже без всякой связи с партийными цен­трами, не желают умирать... Число организованных не уменьшается, а увеличивается... Интеллигентных сил нет, приходится вести пропагандистскую работу самим же рабо­чим, наиболее сознательным». Получается, как общий вывод, что «в целом ряде мест («Социал-Демократ» № 1, стр. 28) ввиду бегства интеллигенции ответственная работа переходит в руки передовых рабочих».

НА ПРЯМУЮ ДОРОГУ

Эта перестройка партийных организаций на ином, так сказать классовом фундамен­те, конечно, трудное дело, и не без колебаний суждено ему развиваться. Но — труден только первый шаг, и он уже сделан. На прямую дорогу руководства рабочих масс пе­редовыми «интеллигентами» из самих же рабочих партия уже вступила.

Работа в профессиональных союзах и кооперативах, за которую брались сначала ощупью, вполне оформливается и отливается в устойчивые формы. Две резолюции Центрального Комитета, о профессиональных союзах и о кооперативах, принятые обе единогласно, уже подсказаны растущей местной работой. Партийные ячейки во всех беспартийных организациях; руководство ими в духе боевых задач пролетариата, в ду­хе революционной классовой борьбы; «от беспартийности к партийности» («С.-Д.» № 1, стр. 28), — вот тот путь, на который и здесь вступило уже рабочее движение. Кор­респондент одной партийной организации в глухом провинциальном городке, Минске, сообщает: «более революционно настроенные рабочие от них (от коверкаемых админи­страцией легальных союзов) отстраняются и все более сочувствуют образованию неле­гальных союзов».

В том же направлении, «от беспартийности к партийности», развивается работа в со­вершенно иной области, работа думской с.-д. фракции. Это звучит, конечно, странно, но это факт: сразу поставить на партийную высоту работу наших парламентских пред­ставителей мы не можем, — как не сразу заработали мы «по-партийному» и в коопера­тивах. Выбранные по избирательному закону, фальсифицирующему волю народа, — выбранные из круга сохранивших легальность социал-демократов, поредевшего не­обыкновенно сильно после преследований за обе первые Думы, — наши думские с.-д. на деле неизбежно являлись сначала скорее беспартийными социал-демократами, чем настоящими членами партии.

Это печально, но это факт, и едва ли может быть иначе в капиталистической стране, опутанной тысячами крепостнических нитей, при существовании открытой

В. И. ЛЕНИН

рабочей партии всего каких-нибудь два года. И на этом факте хотели построить свою тактику создания нереволюционной социал-демократии те не только беспартийные, но и «безголовые» социал-демократствующие интеллигенты, которые облепили думскую фракцию, как мухи тарелку с медом. Но как будто бы усилия этих почтенных берн­штейнианцев проваливаются! Как будто бы начинает выпрямляться работа с.-д. и здесь. Не станем пророчествовать, не будем закрывать глаза на то, каких еще громадных тру­дов стоит сколько-нибудь сносная постановка парламентской с.-д. работы в наших ус­ловиях, — но отметим то, что в первом номере ЦО имеется партийная критика фракции и прямая резолюция TTC о более правильном направлении ее работ. Мы ни в каком слу­чае не считаем данной в ЦО критики исчерпывающею все пробелы, мы думаем, напри­мер, что с.-д. не следовало голосовать ни за передачу в первую очередь земствам по­ступающих поземельных сборов, ни за выкуп по невысокой цене городской земли, арендуемой беднотой (см. стр. 36, № 1 ЦО). Но это уже все вопросы, сравнительно го­воря, второго порядка. Основное и самое главное — то, что превращение фракции в действительно партийную организацию вполне наметилось уже во всей нашей работе и что, следовательно, партия этого достигнет, каких бы трудов это ни стоило, какими бы испытаниями, колебаниями, частными кризисами, личными столкновениями и т. п. путь этот ни оказался еще усеянным.

В ряду тех же признаков выпрямления настоящей социал-демократической, действи­тельно-партийной работы стоит явственно выступающий факт усиления нелегального издательства. «Урал издает восемь газет, — читаем в ЦО, — Крым — 2, Одесса — одну газету, в Екатеринославе скоро выходит газета; значительна издательская деятельность Петербурга, Кавказа и национальных организаций». Помимо двух заграничных с.-д. органов, выпущен в России, несмотря на выходящие из ряду вон полицейские препят­ствия, Центральный Орган. Готовится областной орган «Рабочее Знамя» в Централь­но-промышленном районе.

НА ПРЯМУЮ ДОРОГУ

Тот путь, на который твердою ногою вступает с.-д. партия, вырисовывается из всего сказанного выше вполне определенно. Крепкая нелегальная организация партийных центров, систематическое нелегальное издательство, а главное: местные и в особенно­сти заводские партийные ячейки, руководимые передовиками из самих рабочих, живу­щими в непосредственной связи с массой, — такова основа, на которой мы строили и построили непоколебимо-прочное ядро революционного и социал-демократического рабочего движения. И это нелегальное ядро будет несравненно шире, чем в прежние времена, простирать свои щупальцы, распространять свое влияние и через посредство Думы, и в профессиональных союзах, и в кооперативах, и в культурно-просветительных обществах.

На первый взгляд, есть замечательное сходство в этой системе партийной работы и той, которая установилась у немцев во времена исключительного закона (1878— 1890 гг.)5. Тот путь, который германское рабочее движение прошло в тридцать лет по­сле буржуазной революции (1848—1878), — русское рабочее движение проходит в три года (конец 1905 года — 1908 г.). Но за этим внешним сходством скрывается глубокое внутреннее различие. Тридцатилетие, протекшее после буржуазно-демократической революции в Германии, вполне выполнило объективно-необходимые задачи этой ре­волюции. Она изжила себя и в конституционном парламенте начала 60-х годов, и в ди­настических войнах, объединивших большую часть немецких стран, и в создании им­перии при помощи всеобщего избирательного права. В России не истекшие еще три го­да после первой великой победы и первого великого поражения буржуазно-демократической революции не только не выполнили ее задач, а, напротив, впервые внесли сознание этих задач в широкие массы пролетариата и крестьянства. Изжили себя за эти два с небольшим года конституционные иллюзии и вера в демократичность ли­беральных лакеев черносотенного царизма.

Кризис на основе неосуществленных объективных задач буржуазной революции в России неминуем.

В. И. ЛЕНИН

Чисто экономические, специально-финансовые, внутренне-политические и внешние события, обстоятельства и перипетии могут сделать его острым. И партия пролетариа­та, — вступив на прямую дорогу создания крепкой нелегальной с.-д. организации, об­ладающей более многочисленными и более разнообразными орудиями легального и полулегального влияния, чем прежде, — сумеет встретить этот кризис более подготов­ленной к решительной борьбе, чем в октябре и декабре 1905 года.

О «ПРИРОДЕ» РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

Гони природу в дверь, она влетит в окно, — восклицает кадетская «Речь» в одной своей недавней передовице. Это ценное признание официального органа наших контр­революционных либералов необходимо особенно подчеркнуть, ибо дело идет о природе русской революции. И нельзя достаточно настаивать на том, с какой силой подтвер­ждают события основной взгляд большевизма на эту «природу» крестьянской буржу­азной революции, которая может победить лишь против колеблющегося, шаткого, контрреволюционного буржуазного либерализма.

Перед первой Думой, в начале 1906 года, г. Струве писал: «крестьянин в Думе будет кадетом». Это было тогда смелым утверждением либерала, еще думавшего о перевос­питании мужика из наивного монархиста в сторонника оппозиции. Это было тогда, ко­гда орган бюрократии, газета лакеев г-на Витте, «Русское Государство»7 уверяло, что «серячок выручит», т. е. что широкое представительство от крестьян окажется благо­приятным для самодержавия. Мнения подобного рода были в те времена (далекие вре­мена! целых два года отделяют их от нас!) настолько распространены, что даже в

о

меньшевистских речах на Стокгольмском съезде явственно звучат родственные ноты.

Но уже первая Дума развеяла эти иллюзии монархистов и иллюзии либералов беспо­воротно. Самый темный, неразвитой, политически-девственный,

10 В. И. ЛЕНИН

партийно-неорганизованный мужик оказался неизмеримо левее кадетов. Борьба каде-

«11

тов с «трудовицким духом» и трудовицкои политикой составляет основное содержа­ние либеральной «деятельности» в течение обеих первых Дум. И когда, после разгона второй Думы12, г. Струве — передовой человек среди либеральных контрреволюционе­ров — бросал свои гневные отзывы о трудовиках, провозглашал крестовый поход про­тив «радикальничающих интеллигентских» вождей крестьянства, он выражал этим полный крах либерализма.

Либерализм после опыта двух Дум потерпел полное фиаско: ему не удалось «приру­чить мужика». Ему не удалось сделать его скромным, уступчивым, согласным на ком­промисс с помещичьим самодержавием. Либерализм буржуазных адвокатов, профессо­ров и прочей интеллигентской дребедени не смог «приспособиться» к «трудовицкому» мужичью. Он оказался политически и экономически позади его. И все историческое значение первого периода русской революции можно резюмировать словами: либера­лизм уже окончательно доказал свою контрреволюционность, свою неспособность ру­ководить крестьянской революцией; крестьянство еще не вполне поняло, что только на революционно-республиканском пути, под руководством социалистического пролета­риата может быть завоевана настоящая победа.

Крах либерализма означал торжество помещичьей реакции. Теперь, запуганный этой реакцией, униженный и оплеванный ею, превращенный в крепостного пособника сто­лыпинской конституционной комедии, либерализм нет-нет да и всплакнет о прошлом. Конечно тяжела, невыносимо тяжела была борьба с трудовицким духом. Но... все же... не выиграем ли мы второй раз, если опять усилится этот дух? Не сыграем ли мы тогда удачнее роль маклеров? Не писал ли наш маститый, наш знаменитый П. Струве еще до революции, что средние партии всегда выигрывают от обострения борьбы между край­ними?

И вот изнемогшие в борьбе с трудовиками либералы козыряют против реакции воз­рождением трудовицкого духа! «Только что поданные в Государственную думу

О «ПРИРОДЕ» РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ П

земельные проекты правых крестьян и священников обнаруживают, — пишет та же пе­редовица «Речи», — старый трудовицкий дух. Именно трудовицкий, а не кадетский». «Один проект принадлежит крестьянам и подписан 41 членом Гос. думы. Другой при­надлежит священникам. Первый радикальнее второго, но и второй в некоторых отно­шениях (слушайте кадетскую «Речь»!) далеко оставляет за собой кадетский проект аг­рарной реформы». Либералы вынуждены признать, что после всех просевок избирате­ля, предпринятых и осуществленных по знаменитому закону 3-го июня, этот факт сви­детельствует (как мы уже отмечали раньше: см. номер 22 «Пролетария») не о случай­ности, а о природе русской революции.

У крестьян есть — пишет «Речь» — земельный фонд не в смысле передаточной ин­станции, «а в смысле постоянного учреждения». Признавая это, кадеты скромно умал­чивают о том, как они сами, подделываясь к реакции и подслуживаясь ей, выкидывали при переходе от первой к второй Думе земельный фонд (т. е. так или иначе, в той или иной степени, признание национализации земли) из своей программы, становились на гурковскую точку зрения полной частной собственности на землю.

У крестьян — пишет «Речь» — земля приобретается по справедливой оценке (зна­чит, по-кадетски), но — знаменательное «но»! — оценка производится местными зе­мельными учреждениями, «выбираемыми всем населением данной местности».

И опять приходится кое о чем умалчивать господам кадетам. Приходится умалчи­вать о том, что этот выбор всем населением явно напоминает известный «трудовицкий» проект и первой и второй Думы, проект местных земельных комитетов, выбираемых всеобщим, прямым, равным и тайным голосованием. Приходится умалчивать о том, какую подлую борьбу вели с этим, единственно возможным с демократической точки зрения, проектом либералы обеих первых Дум, как они жалко

См. Сочинения, 5 изд., том 16, стр. 422—426. Ред.

12 В. И. ЛЕНИН

виляли и вертелись, желая на думской трибуне не сказать полностью того, что они ска­зали в своей печати, в передовице «Речи», перепечатанной потом у Милюкова («Год борьбы»)15, в проекте Кутлера и в статье Чупрова (кадетский «Аграрный вопрос», том второй)16. Именно: они признали в своей печати, что по их замыслу местные земельные комитеты должны состоять поровну из представителей от крестьян и от помещиков с представителем от правительства в качестве третьего лица. Другими словами: кадеты головой выдавали мужика помещику, обеспечивая повсюду большинство за последним (помещики плюс представитель помещичьего самодержавия всегда в большинстве про­тив крестьян).

Мы вполне понимаем, почему жуликам парламентского буржуазного либерализма приходится умалчивать об этом. Напрасно только думают они, что рабочие и крестьяне способны забыть эти крупнейшие вехи на дороге русской революции.

Даже священники, эти ультрареакционеры, нарочито содержимые правительством черносотенные мракобесы, пошли дальше кадетов в своем аграрном проекте. Даже они заговорили о понижении «искусственно повышенных цен» на землю, о прогрессивном налоге на землю с освобождением от всякого налога участков, не превышающих по­требительной нормы. Почему деревенский священник, этот урядник казенного право­славия, оказался больше на стороне мужика, чем буржуазный либерал? Потому что де­ревенскому священнику приходится жить бок о бок с мужиком, зависеть от него в ты­сяче случаев, даже иногда — при мелком крестьянском земледелии попов на церковной земле — бывать в настоящей шкуре крестьянина. Деревенскому священнику из самой что ни на есть зубатовской Думы придется вернуться в деревню, а в деревню, как бы ее ни чистили карательные экспедиции и хронические военные постои Столыпина, нельзя вернуться тому, кто встал на сторону помещиков. Таким образом оказывается, что ре­акционнейшему попу труднее, чем просвещенному адвокату и профессору предать му­жика помещику.

О «ПРИРОДЕ» РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ 13

Да, да! Гони природу в дверь, она влетит в окно. Природа великой буржуазной рево­люции в крестьянской России такова, что только победа крестьянского восстания, не­мыслимая без руководящей роли пролетариата, способна привести эту революцию к победе вопреки имманентной контрреволюционности буржуазного либерализма.

Либералам остается только либо не верить в силу трудовицкого духа — это невоз­можно, когда факты налицо, — либо надеяться на новое политическое жульничество. Вот программа этого жульничества в заключительных словах «Речи»: «Только серьез­ная практическая постановка этого рода реформы (именно: аграрной реформы «на са­мом широком демократическом базисе») может излечить население от утопических по­пыток». Читай: ваше превосходительство, г. Столыпин, даже со всеми своими висели­цами и третьеиюньскими законами вы не «излечили» население от «утопического тру­довицкого духа». Дозвольте нам еще разок попробовать: мы пообещаем народу самую широкую демократическую реформу, а на деле «излечим» его посредством помещичье­го выкупа и помещичьего преобладания в местных земельных учреждениях!

Мы, с своей стороны, от глубины сердца поблагодарим гг. Милюкова, Струве и К0 за то усердие, с которым они «излечивают» население от «утопической» веры в мирные конституционные пути. Излечивают и, по всей вероятности, излечат.

«Пролетарий» №27, Печатается по тексту

(8 апреля) 26 марта 1908 г. газеты «Пролетарий»

15

МАРКСИЗМ И РЕВИЗИОНИЗМ

Написано во второй половине

марта— не позднее 3 (16) апреля

1908 г.

Напечатано между 25 сентября

и 2 октября (8 и 15 октября)

1908 г. в сборнике: «Карл Маркс

(1818—1883)». С.-Петербург,

изд. О. и М. Кедровых Подпись: В л. Ильин

Печатается по тексту сборника

17

Известное изречение гласит, что если бы геометрические аксиомы задевали интере­сы людей, то они наверное опровергались бы. Естественно-исторические теории, заде­вавшие старые предрассудки теологии, вызвали и вызывают до сих пор самую беше­ную борьбу. Неудивительно, что учение Маркса, которое прямо служит просвещению и организации передового класса современного общества, указывает задачи этого класса и доказывает неизбежную — в силу экономического развития — замену современного строя новыми порядками, неудивительно, что это учение должно было с боя брать каж­дый свой шаг на жизненном пути.

Нечего говорить о буржуазной науке и философии, по-казенному преподаваемых ка­зенными профессорами для оглупления подрастающей молодежи из имущих классов и для «натаскивания» ее на врагов внешних и внутренних. Эта наука и слышать не хочет о марксизме, объявляя его опровергнутым и уничтоженным; и молодые ученые, де­лающие себе карьеру на опровержении социализма, и ветхие старцы, хранящие завет всевозможных обветшалых «систем», с одинаковым усердием нападают на Маркса. Рост марксизма, распространение и укрепление его идей в рабочем классе, неизбежно вызывает учащение и обострение этих буржуазных вылазок против марксизма, который после каждого «уничтожения» его официальной наукой становится все крепче, зака­леннее и жизненнее.

18 В. И. ЛЕНИН

Но и среди учений, связанных с борьбой рабочего класса, распространенных пре­имущественно среди пролетариата, марксизм далеко и далеко не сразу укрепил свое положение. Первые полвека своего существования (с 40-х годов XIX века) марксизм боролся с теориями, которые были в корне враждебны ему. В первой половине 40-х го­дов Маркс и Энгельс свели счеты с радикальными младогегельянцами, стоявшими на точке зрения философского идеализма. В конце 40-х годов выступает борьба в области экономических учений — против прудонизма. Пятидесятые годы завершают эту борьбу: критика партий и учений, проявивших себя в бурный 1848 год. В 60-х годах борьба переносится из области общей теории в более близкую непосредственному ра­бочему движению область: изгнание бакунизма из Интернационала18. В начале 70-х го­дов в Германии на короткое время выдвигается прудонист Мюльбергер; — в конце 70-х годов позитивист Дюринг. Но влияние того и другого на пролетариат уже совершенно ничтожно. Марксизм уже побеждает безусловно все прочие идеологии рабочего дви­жения.

К 90-м годам прошлого века эта победа была в основных своих чертах завершена. Даже в романских странах, где всего дольше держались традиции прудонизма, рабочие партии фактически построили свои программы и тактику на марксистской основе. Во­зобновившаяся международная организация рабочего движения — в виде периодиче­ских интернациональных съездов — сразу и почти без борьбы стала во всем сущест­венном на почву марксизма. Но когда марксизм вытеснил все сколько-нибудь цельные враждебные ему учения, — те тенденции, которые выражались в этих учениях, стали искать себе иных путей. Изменились формы и поводы борьбы, но борьба продолжа­лась. И вторые полвека существования марксизма начались (90-ые годы прошлого ве­ка) с борьбы враждебного марксизму течения внутри марксизма.

Бывший ортодоксальный марксист Бернштейн дал имя этому течению, выступив с наибольшим шумом и с наиболее цельным выражением поправок к Марксу,

МАРКСИЗМ И РЕВИЗИОНИЗМ 19

пересмотра Маркса, ревизионизма. Даже в России, где немарксистский социализм есте­ственно, — в силу экономической отсталости страны и преобладания крестьянского населения, придавленного остатками крепостничества, — держался всего более долго, даже в России он явственно перерастает у нас на глазах в ревизионизм. И в аграрном вопросе (программа муниципализации всей земли), и в общих вопросах программы и тактики наши социал-народники все больше и больше заменяют «поправками» к Мар­ксу отмирающие, отпадающие остатки старой, по-своему цельной и враждебной в кор­не марксизму системы.

Домарксистский социализм разбит. Он продолжает борьбу уже не на своей само­стоятельной почве, а на общей почве марксизма, как ревизионизм. Посмотрим же, ка­ково идейное содержание ревизионизма.

В области философии ревизионизм шел в хвосте буржуазной профессорской «нау­ки». Профессора шли «назад к Канту», — и ревизионизм тащился за неокантианцами20, профессора повторяли тысячу раз сказанные поповские пошлости против философско­го материализма, — и ревизионисты, снисходительно улыбаясь, бормотали (слово в слово по последнему хандбуху), что материализм давно «опровергнут»; профессора третировали Гегеля, как «мертвую собаку»21, и, проповедуя сами идеализм, только в тысячу раз более мелкий и пошлый, чем гегелевский, презрительно пожимали плечами по поводу диалектики, — и ревизионисты лезли за ними в болото философского опо­шления науки, заменяя «хитрую» (и революционную) диалектику «простой» (и спо­койной) «эволюцией»; профессора отрабатывали свое казенное жалованье, подгоняя и идеалистические и «критические» свои системы к господствовавшей средневековой «философии» (т. е. к теологии), — и ревизионисты пододвигались к ним, стараясь сде­лать религию «частным делом» не по отношению к современному государству, а по от­ношению к партии передового класса.

Какое действительное классовое значение имели подобные «поправки» к Марксу, об этом не приходится

20 В. И. ЛЕНИН

говорить — дело ясно само собой. Мы отметим только, что единственным марксистом в международной социал-демократии, давшим критику тех невероятных пошлостей, которые наговорили здесь ревизионисты, с точки зрения последовательного диалекти­ческого материализма, был Плеханов. Это тем более необходимо решительно подчерк­нуть, что в наше время делаются глубоко ошибочные попытки провести старый и реак­ционный философский хлам под флагом критики тактического оппортунизма Плехано-

* ва.

Переходя к политической экономии, надо отметить, прежде всего, что в этой области «поправки» ревизионистов были гораздо более разносторонни и обстоятельны; на пуб­лику старались подействовать «новыми данными хозяйственного развития». Говорили, что концентрации и вытеснения крупным производством мелкого не происходит в об­ласти сельского хозяйства вовсе, а в области торговли и промышленности происходит она крайне медленно. Говорили, что кризисы теперь стали реже, слабее, вероятно, кар­тели и тресты дадут возможность капиталу совсем устранить кризисы. Говорили, что «теория краха», к которому идет капитализм, несостоятельна ввиду тенденции к приту­плению и смягчению классовых противоречий. Говорили, наконец, что и теорию стои­мости Маркса не мешает исправить по Бем-Баверку.

Борьба с ревизионистами по этим вопросам дала такое же плодотворное оживление теоретической мысли международного социализма, как полемика Энгельса с Дюрингом за двадцать лет перед тем. Доводы ревизионистов разбирались с фактами и цифрами в руках. Было доказано, что ревизионисты систематически подкрашивают современное мелкое производство. Факт технического и коммерческого превосходства крупного производства над мелким не только в промышленности,

См. книгу «Очерки философии марксизма» Богданова, Базарова и др. Здесь не место разбирать эту книгу и я должен ограничиться пока заявлением, что в ближайшем будущем покажу в ряде статей или в особой брошюре, что все сказанное в тексте про неокантианских ревизионистов относится по существу дела и к этим «новым» неоюмистским и необерклианским ревизионистам. (См. Сочинения, 5 изд., том 18. Ред.)

МАРКСИЗМ И РЕВИЗИОНИЗМ 21

но и в земледелии доказывают неопровержимые данные. Но в земледелии гораздо сла­бее развито товарное производство, и современные статистики и экономисты плохо умеют обыкновенно выделять те специальные отрасли (иногда даже операции) земле­делия, которые выражают прогрессивное вовлечение земледелия в обмен мирового хо­зяйства. На развалинах натурального хозяйства мелкое производство держится беско­нечным ухудшением питания, хронической голодовкой, удлинением рабочего дня, ухудшением качества скота и ухода за ним, одним словом, теми же средствами, кото­рыми держалось и кустарное производство против капиталистической мануфактуры. Каждый шаг вперед науки и техники подрывает неизбежно и неумолимо основы мел­кого производства в капиталистическом обществе, и задача социалистической эконо­мии — исследовать этот процесс во всех его, нередко сложных и запутанных, формах, — доказывать мелкому производителю невозможность удержаться при капитализме, безвыходность крестьянского хозяйства при капитализме, необходимость перехода крестьянина на точку зрения пролетария. Ревизионисты в данном вопросе грешили в научном отношении поверхностным обобщением односторонне-выхваченных фактов, вне связи их со всем строем капитализма, — в политическом же отношении они греши­ли тем, что неизбежно, вольно или невольно, звали крестьянина, или толкали крестья­нина на точку зрения хозяина (т. е. точку зрения буржуазии) вместо того, чтобы толкать его на точку зрения революционного пролетария.

С теорией кризисов и теорией краха дела ревизионизма обстояли еще хуже. Только самое короткое время и только самые близорукие люди могли думать о переделке ос­нов учения Маркса под влиянием нескольких лет промышленного подъема и процвета­ния. Что кризисы не отжили свое время, это показала ревизионистам очень быстро дей­ствительность: кризис наступил после процветания. Изменились формы, последова­тельность, картина отдельных кризисов, но кризисы остались неизбежной составной частью капиталистического строя.

22 В. И. ЛЕНИН

Картели и тресты, объединяя производство, в то же время усиливали на глазах у всех анархию производства, необеспеченность пролетариата и гнет капитала, обостряя та­ким образом в невиданной еще степени классовые противоречия. Что капитализм идет к краху — ив смысле отдельных политических и экономических кризисов и в смысле полного крушения всего капиталистического строя, — это с особенной наглядностью и в особенно широких размерах показали как раз новейшие гигантские тресты. Недавний финансовый кризис в Америке, страшное обострение безработицы во всей Европе, не говоря уже о близком промышленном кризисе, на который указывают многие призна­ки, — все это привело к тому, что недавние «теории» ревизионистов забыты всеми, ка­жется, многими и из них самих. Не следует только забывать тех уроков, которые эта интеллигентская неустойчивость дала рабочему классу.

О теории стоимости надо только сказать, что, кроме намеков и воздыханий, весьма туманных, по Бем-Баверку, ревизионисты не дали тут решительно ничего и не оставили поэтому никаких следов в развитии научной мысли.

В области политики ревизионизм попытался пересмотреть действительно основу марксизма, именно: учение о классовой борьбе. Политическая свобода, демократия, всеобщее избирательное право уничтожают почву для классовой борьбы, — говорили нам, — и делают неверным старое положение «Коммунистического манифеста»: рабо­чие не имеют отечества. В демократии, раз господствует «воля большинства», нельзя дескать ни смотреть на государство, как на орган классового господства, ни отказы­ваться от союзов с прогрессивной, социал-реформаторской буржуазией против реак­ционеров.

Неоспоримо, что эти возражения ревизионистов сводились к довольно стройной системе взглядов, — именно: давно известных либерально-буржуазных взглядов. Ли­бералы всегда говорили, что буржуазный парламентаризм уничтожает классы и классо­вые деления, раз право голоса, право участия в государственных делах

МАРКСИЗМ И РЕВИЗИОНИЗМ 23

имеют все граждане без различия. Вся история Европы во 2-й половине XIX века, вся история русской революции в начале XX века показывает воочию, как нелепы подоб­ные взгляды. Экономические различия не ослабляются, а усиливаются и обостряются при свободе «демократического» капитализма. Парламентаризм не устраняет, а обна­жает сущность самых демократических буржуазных республик, как органа классового угнетения. Помогая просветить и организовать неизмеримо более широкие массы насе­ления, чем те, которые прежде участвовали активно в политических событиях, парла­ментаризм подготовляет этим не устранение кризисов и политических революций, а наибольшее обострение гражданской войны во время этих революций. Парижские со­бытия весной 1871 года и русские зимой 1905 года показали яснее ясного, как неизбеж­но наступает такое обострение. Французская буржуазия, ни секунды не колеблясь, во­шла в сделку с общенациональным врагом, с чужестранным войском, разорившим ее отечество, для подавления пролетарского движения. Кто не понимает неизбежной внутренней диалектики парламентаризма и буржуазного демократизма, приводящей к еще более резкому, чем в прежние времена, решению спора массовым насилием, — тот никогда не сумеет на почве этого парламентаризма вести принципиально выдержанной пропаганды и агитации, действительно готовящей рабочие массы к победоносному участию в таких «спорах». Опыт союзов, соглашений, блоков с социал-реформаторским либерализмом на Западе, с либеральным реформизмом (кадеты) в рус­ской революции показал убедительно, что эти соглашения только притупляют сознание масс, не усиливая, а ослабляя действительное значение их борьбы, связывая борющих­ся с элементами, наименее способными бороться, наиболее шаткими и предательскими.

л « 22

Французский мильеранизм — самый крупный опыт применения ревизионистской по­литической тактики в широком, действительно национальном масштабе, — дал такую практическую оценку ревизионизма, которую никогда не забудет пролетариат всего мира.

24 В. И. ЛЕНИН

Естественным дополнением экономических и политических тенденций ревизиониз­ма явилось отношение его к конечной цели социалистического движения. «Конечная цель — ничто, движение — все», это крылатое словечко Бернштейна выражает сущ­ность ревизионизма лучше многих длинных рассуждений. От случая к случаю опреде­лять свое поведение, приспособляться к событиям дня, к поворотам политических ме­лочей, забывать коренные интересы пролетариата и основные черты всего капитали­стического строя, всей капиталистической эволюции, жертвовать этими коренными ин­тересами ради действительных или предполагаемых выгод минуты, — такова ревизио­нистская политика. И из самого существа этой политики вытекает с очевидностью, что она может принимать бесконечно разнообразные формы и что каждый сколько-нибудь «новый» вопрос, сколько-нибудь неожиданный и непредвиденный поворот событий, хотя бы этот поворот только в миниатюрной степени и на самый недолгий срок изме­нял основную линию развития, — неизбежно будут вызывать всегда те или иные раз­новидности ревизионизма.

Неизбежность ревизионизма обусловливается его классовыми корнями в современ­ном обществе. Ревизионизм есть интернациональное явление. Для всякого сколько-нибудь сведущего и думающего социалиста не может быть ни малейших сомнений в том, что отношение ортодоксов и бернштейнианцев в Германии, гедистов и жоресистов (теперь в особенности бруссистов) во Франции23, Социал-демократической федерации и Независимой рабочей партии в Англии24, Брукера и Вандервельда в Бельгии, инте-гралистов и реформистов в Италии25, большевиков и меньшевиков в России повсюду в существе своем однородно, несмотря на гигантское разнообразие национальных усло­вий и исторических моментов в современном состоянии всех этих стран. «Разделение» внутри современного международного социализма идет, в сущности, уже теперь по од­ной линии в разных странах мира, документируя этим громадный шаг вперед по срав­нению с тем, что было лет 30—40 тому назад, когда в разных странах боролись

МАРКСИЗМ И РЕВИЗИОНИЗМ 25

неоднородные тенденции внутри единого международного социализма. И тот «реви­зионизм слева», который обрисовался теперь в романских странах, как «революцион­ный синдикализм»26, тоже приспособляется к марксизму, «исправляя» его: Лабриола в Италии, Лагардель во Франции сплошь да рядом апеллируют от Маркса, неверно поня­того, к Марксу, верно понимаемому.

Мы не можем здесь останавливаться на разборе идейного содержания этого реви­зионизма, который далеко не так еще развился, как ревизионизм оппортунистический, не интернационализировался, не выдержал ни одной крупной практической схватки с социалистической партией хотя бы одной страны. Мы ограничиваемся потому тем «ре­визионизмом справа», который был обрисован выше.

В чем заключается его неизбежность в капиталистическом обществе? Почему он глубже, чем различия национальных особенностей и степеней развития капитализма? Потому, что во всякой капиталистической стране рядом с пролетариатом всегда стоят широкие слои мелкой буржуазии, мелких хозяев. Капитализм родился и постоянно ро­ждается из мелкого производства. Целый ряд «средних слоев» неминуемо вновь созда­ется капитализмом (придаток фабрики, работа на дому, мелкие мастерские, разбросан­ные по всей стране ввиду требований крупной, например, велосипедной и автомобиль­ной индустрии, и т. д.). Эти новые мелкие производители так же неминуемо опять вы­брасываются в ряды пролетариата. Совершенно естественно, что мелкобуржуазное ми­ровоззрение снова и снова прорывается в рядах широких рабочих партий. Совершенно естественно, что так должно быть и будет всегда вплоть до перипетий пролетарской революции, ибо было бы глубокой ошибкой думать, что необходима «полная» проле­таризация большинства населения для осуществимости такой революции. То, что те­перь мы переживаем зачастую только идейно: споры с теоретическими поправками к Марксу, — то, что теперь прорывается на практике лишь по отдельным частным во­просам рабочего движения, как тактические разногласия

26 В. И. ЛЕНИН

с ревизионистами и расколы на этой почве, — это придется еще непременно пережить рабочему классу в несравненно более крупных размерах, когда пролетарская револю­ция обострит все спорные вопросы, сконцентрирует все разногласия на пунктах, имеющих самое непосредственное значение для определения поведения масс, заставит в пылу борьбы отделять врагов от друзей, выбрасывать плохих союзников для нанесе­ния решительных ударов врагу.

Идейная борьба революционного марксизма с ревизионизмом в конце XIX века есть лишь преддверие великих революционных битв пролетариата, идущего вперед к пол­ной победе своего дела вопреки всем шатаниям и слабостям мещанства.

27

ПО ТОРНОЙ ДОРОЖКЕ!

Оценка русской революции, т. е. трех первых лет ее, стоит на очереди дня. Без выяс­нения классовой природы наших политических партий, без учета интересов и взаимно­го положения классов в нашей революции нельзя сделать ни шагу вперед в деле опре­деления ближайших задач и тактики пролетариата. На одной из попыток такого учета мы и намерены в данной статье остановить внимание наших читателей.

В номере 3 «Голоса Социал-Демократа»27 Ф. Дан и Г. Плеханов выступают — один с систематической оценкой итогов революции, другой — с итоговыми выводами о так­тике рабочей партии. Оценка Дана сводится к тому, что надежды на диктатуру проле­тариата и крестьянства не могли не оказаться иллюзией. «Возможность нового широко­го революционного выступления пролетариата... обусловлена в значительной степени позицией буржуазии». «На первых этапах его (нового подъема), — пока подъем рево­люционного рабочего движения не всколыхнет городское мещанство, а развитие город­ской революции не зажжет пожара в деревне — в качестве главных политических сил очутятся лицом к лицу пролетариат и буржуазия».

Тактические выводы из этакого рода «истин» явно недоговорены Ф. Даном. Он по­совестился, очевидно, дописать то, что из его слов само собой вытекает: рекомендовать рабочему классу знаменитую тактику меньшевиков — поддерживать буржуазию (при­помните

28 В. И. ЛЕНИН

блоки с кадетами; поддержку лозунга кадетское министерство; полновластную Думу Плеханова и т. д.). Но зато Плеханов дополнил Дана, закончив свой фельетон в номе­ре 3 «Г. С.-Д.» словами: «Хорошо было бы для России, если бы этих ошибок, сделан­ных Марксом и Энгельсом в Германии более полувека тому назад» (именно: недооцен­ки способности тогдашнего капитализма к развитию и переоценки способности проле­тариата к революционному действию), «сумели избежать русские марксисты в 1905— 1906 годах!».

Это яснее ясного. Дан и Плеханов пытаются осторожненько, не называя прямо вещи их именами, оправдать меньшевистскую политику зависимости пролетариата от каде­тов. Присмотримся же к их «теоретическому обоснованию» этого предприятия.

Дан рассуждает так, что «крестьянское движение» зависит от «роста и развития го­родской революции в ее буржуазном и пролетарском руслах». Поэтому за подъемом «городской революции» следовал подъем крестьянского движения, за упадком же ее «придавленные подъемом революции внутренние антагонизмы деревни стали снова обостряться» и «правительственная аграрная политика, политика разъединения кресть­янства и т. д. стала пользоваться относительным успехом». Отсюда приведенное нами заключение, что на первых этапах нового подъема главными политическими силами будут пролетариат и буржуазия. «Положение это, — по мнению Ф. Дана, — должно и может быть использовано пролетариатом для такого развития революции, которое ос­тавит далеко за собой исходную точку нового подъема ее и приведет к полной демокра­тизации общества под знаком (sic! ) радикального (! !) решения аграрного вопроса».

Нетрудно видеть, что построено это рассуждение целиком на радикальном непони­мании аграрного вопроса в нашей революции и что непонимание это прикрыто совсем плохо дешевенькими и пустыми фразами о «полной демократизации» «под знаком» «решения» вопроса.

- так! Ред.

ПО ТОРНОЙ ДОРОЖКЕ! 29

Ф. Дан думает, что «надежды на диктатуру пролетариата и крестьянства» зависят и зависели от народнических предрассудков, от забвения внутренних антагонизмов де­ревни и индивидуалистического характера крестьянского движения. Это — обычные и давно всем известные меньшевистские взгляды. Но едва ли кто так рельефно выставлял до сих пор напоказ всю их нелепость, как Ф. Дан в разбираемой нами статье. Почтен­нейший публицист ухитрился не заметить, что оба противопоставляемые им «реше­ния» аграрного вопроса соответствуют «индивидуалистическому характеру крестьян­ского движения»! В самом деле, столыпинское решение, пользующееся, по мнению Дана, «относительным успехом», покоится на индивидуализме крестьян. Это несо­мненно. Ну, а другое решение, которое Ф. Дан назвал «радикальным» и связанным с «полпой демократизацией общества»? Не думает ли почтеннейший Дан, что оно не по­коится на индивидуализме крестьян?

В том-то и беда, что пустой фразой о «полной демократизации общества под знаком радикального решения аграрного вопроса» прикрыто у Дана радикальное недомыслие. Он бессознательно, как слепой, натыкается на два, объективно возможных и не вы­бранных еще окончательно историей, «решения» аграрного вопроса, не умея ясно и точно представить себе характера обоих решений и условий того и другого решения.

Почему столыпинская аграрная политика может пользоваться «относительным успе­хом»? Потому что в крестьянстве нашем уже давно созданы капиталистическим разви­тием враждебные классы крестьянской буржуазии и крестьянского пролетариата. Воз­можен ли полный успех столыпинской аграрной политики и что таковой означает? Он возможен, если обстоятельства сложатся исключительно благоприятно для Столыпина, а означает он «решение» аграрного вопроса в буржуазной России в смысле оконча­тельного (до пролетарской революции) укрепления частной собственности на всю зем­лю, и помещичью и крестьянскую. Это будет «решение» прусского типа, действительно обеспечивающее капиталистическое развитие России, но

30 В. И. ЛЕНИН

неимоверно медленное, надолго отдающее власть юнкеру, в тысячу раз более мучи­тельное для пролетариата и крестьянства, чем другое возможное объективно, тоже ка­питалистическое «решение аграрного вопроса».

Это другое решение Дан, не вдумавшись в дело, назвал «радикальным». Словечко дешевое, и мысли в нем ни капли нет. Столыпинское решение тоже очень радикально, ибо оно радикально ломает старую общину и старый аграрный строй России. Действи­тельное отличие крестьянского решения аграрного вопроса в русской буржуазной ре­волюции от столыпински-кадетского его решения состоит в том, что первое уничтожа­ет помещичью частную собственность на землю безусловно, а крестьянскую — весьма вероятно (этого частного вопроса о крестьянской надельной земле мы пока не будем касаться, ибо все рассуждение Дана неверно даже с точки зрения теперешней пашей, «муниципализаторской», аграрной программы).

Спрашивается теперь, действительно ли это второе решение объективно возможно? Несомненно. На этот счет согласны все думающие марксисты, ибо иначе поддержка пролетариатом стремления мелких собственников конфисковать крупную собствен­ность была бы реакционным шарлатанством. Ни в одной другой капиталистической стране ни один марксист не напишет программы с поддержкой крестьянского стремле­ния конфисковать крупную земельную собственность. В России и большевики и мень­шевики согласны насчет необходимости такой поддержки. Почему? Потому, что объ­ективно возможен для России иной путь капиталистического аграрного развития, не «прусский», а «американский», не помещичьи-буржуазный (или юнкерский), а кресть­янски-буржуазный.

Столыпин и кадеты, самодержавие и буржуазия, Николай второй и Петр Струве схо­дятся в том, что надо капиталистически «очистить» обветшалый аграрный строй Рос­сии посредством сохранения помещичьей земельной собственности. Они расходятся лишь в том, как лучше сохранить ее и насколько сохранить.

ПО ТОРНОЙ ДОРОЖКЕ! 31

Рабочие и крестьяне, социал-демократы и народники (трудовики, н.-с, эсеры в том числе) сходятся в том, что надо капиталистически «очистить» обветшалый аграрный строй России посредством насильственного уничтожения помещичьей земельной соб­ственности. Они расходятся в том, что социал-демократы понимают капиталистиче­ский характер в современном обществе всякой, хотя бы наирадикальнейшей аграрной революции, и муниципализации, и национализации, и социализации, и раздела, а на­родники не понимают этого, облекая мещански-утопическими фразами об уравнитель­ности свою борьбу за крестьянски-буржуазную аграрную эволюцию против помещи­чьи-буржуазной эволюции.



Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 17 |
 





<
 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.