WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Равенство прав сторон в досудебном производстве по уголовным делам

Романовский Михаил Эдуардович

Равенство прав сторон в досудебном производстве по уголовным делам

12.00.09 – уголовный процесс, криминалистика и судебная экспертиза; оперативно-розыскная деятельность

юридические науки

К 212.298.01

267-92-30

darsvet@mail.ru

Защита состоится 20 декабря 2006г. в 10:00

по адресу 454080 г. Челябинск, ул. Коммуны, 149. ауд. 208

На правах рукописи

Романовский Михаил Эдуардович

РАВЕНСТВО ПРАВ СТОРОН В ДОСУДЕБНОМ

ПРОИЗВОДСТВЕ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

Специальность 12.00.09 – уголовный процесс, криминалистика

и судебная экспертиза; оперативно-розыскная деятельность

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Омск 2006

Диссертация выполнена на кафедре уголовного права и процесса Омского юридического института.

Научный руководитель: заслуженный юрист Российской Федерации, доктор юридических наук, доцент Деришев Юрий Владимирович
Официальные оппоненты: заслуженный юрист Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор Азаров Владимир Александрович; кандидат юридических наук Трапезникова Ирина Ильинична
Ведущая организация: Тюменский государственный университет

Защита состоится 20 декабря 2006 г. в 10.00 в зале Ученого совета на заседании диссертационного совета К.212.298.01 при Южно-Уральском государственном университете по адресу: 454080, г. Челябинск, ул. Коммуны, д. 149, аудитория 208.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Южно-Уральского государственного университета.

Автореферат разослан «____» ноября 2006 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент С.М. Даровских

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования и степень научной разработанности темы. Современная уголовно-правовая и как ее составляющее уголовно-процессуальная политика Российского государства формируется из ряда стратегических направлений, одним из которых постоянно актуальным остается обеспечение процессуального паритета сторон правового спора на основе предоставления субъектам, вовлеченным в орбиту уголовного судопроизводства, реальных гарантий защиты их прав и законных интересов, как от возможных необоснованных притязаний со стороны профессиональных обвинителей, так и от незаконных действий стороны защиты.

Сугубо карательная стратегия в реализации данной политики, когда из сферы уголовной юстиции исключаются все меры социального воздействия, за исключением уголовно-правового реагирования, как известно, грозит дегуманизацией системы (Ф.Г. Макклинток), ведет к подчинению уголовного процесса только цели наказания и, следовательно, к экспансии классической уголовной репрессии (Н.Г. Стойко). Не менее опасен и другой, с большим энтузиазмом воспринятый частью юридического сообщества на фоне кризиса уголовной юстиции, либеральный, подход, который ведет к ослаблению борьбы с преступностью в целом, к созданию юстиции без процесса, в высшей степени способный учитывать интересы сторон в уголовном процессе, но не готовый в той же мере обеспечивать поддержание общественного правопорядка (Л.В. Головко).

В связи с этим объективным критерием демократичности и гуманности существующего политического режима государства, а с ним и господствующей модели уголовного процесса, всегда выступает наличие реальных средств разрешения проблемы конкуренции эффективности судопроизводства и необходимости обеспечения правовых гарантий и законных интересов лиц, в него вовлекаемых. Однако в последнее десятилетие развития отечественного уголовного судопроизводства данное противоречие уголовной юстиции серьезно обострилось, что требует поиска оптимального баланса интересов общества и государства (Ю.В. Деришев).

Одним из продуктивных способов создания подобного правового паритета применительно к уголовному судопроизводству является установление оптимального равенства прав и процессуального потенциала сторон, участвующих в правовом споре и отстаивающих свои интересы, но при условии, что принципы состязательности и равноправия сторон будут взвешенно действовать на всех этапах судопроизводства, обеспечивая при этом не только правовой баланс участников процесса, но и эффективность достижения целей уголовной юстиции.

Идеи состязательности и равноправия сторон как демократические начала судоустройства и судопроизводства в современной российской действительности стали правовой реальностью, особенно на фоне усиления авторитета и независимости судебной власти, стоящей на страже защиты прав и законных интересов участников уголовного процесса. Кроме того, одним из ключевых условий для практической реализации данных положений выступает также эффективность действия принципа обеспечения права на защиту и квалифицированную юридическую помощь.

Руководствуясь положениями состязательности и равноправия сторон, законодатель исходит из требования предоставления стороне защиты ровно столько полномочий, сколько ей потребуется для противодействия подозрению или обвинению, в том числе и необоснованному. При этом учитывается и объективная «слабость» уголовного преследования, и не всегда признается, особенно представителями «обвинительно цеха», что профессионально организованная защита объективно стимулирует повышение эффективности деятельности стороны обвинения.



В связи с этим, нельзя не признать несколько условный характер равноправия сторон в отечественном уголовном досудебном производстве в реалиях действующего уголовно-процессуального законодательства. В российском уголовном процессе смешанного типа отношения между обвинением и защитой продолжают сохранять субординационный характер, когда защита, которая объективно может ограничить возможности своего правового противника, оказывается «дозированной» со стороны обвинения.

С другой стороны, в результате развития концепции «охранительного» типа, в последние годы существенно возросли роль и возможности защиты в стадии расследования при конструировании уголовно-процессуального законодательства России, однако, как показало исследование, ее противодействие обвинению далеко не всегда адекватно, в связи с чем не удовлетворяет подзащитных. Результатами защитительной деятельности удовлетворен лишь каждый четвертый опрошенный, достаточно критически отнеслись к выполнению данной функции около 60% респондентов, причем более половины из них причину слабости защиты видят в отсутствии у нее надлежащих процессуальных возможностей противостоять обвинению.

Вместе с тем очевидно, что право обвиняемого (подозреваемого) на защиту, во многом определяющее равноправие сторон в уголовном процессе, своим уровнем обеспеченности характеризует не только цивилизованность судопроизводства, но и в целом демократичность политического строя государства. Именно укреплением защитительной функции, в первую очередь, обеспечивается состязательный характер досудебного производства, в котором, вопреки довольно расхожему представлению, свободнее и эффективнее работать не только стороне защиты, но и стороне обвинения.

В связи с изложенным следует заметить, что действующее уголовно-процессуальное законодательство Российской Федерации в части распространения состязательных начал и равноправия сторон на досудебное производство требует дальнейшего совершенствования, что ставит перед государством и процессуальной наукой XXI века задачу теоретического обоснования и нормативного закрепления положений о состязательности и равноправии сторон применительно ко всем стадиям уголовного процесса, поиска оптимального и благоприятного режима их действия.

Проблемы состязательности и определения процессуального баланса сторон, в том числе и в досудебном производстве, в разные годы исследовались в работах В.А. Азарова, А.И. Александрова, А.С. Александрова, А.М. Баранова, Ю.Н. Белозерова, В.П. Божьева, А.Д. Бойкова, Б.Б. Булатова, С.Е. Вицина, Н.А. Власовой, Л.М. Володиной, С.Э. Воронина, Э.И. Воро-нина, М.М. Выдри, Л.В. Головко, В.Н. Григорьева, А.П. Гуляева, А.П. Гусь-ковой, А.А. Давлетова, В.Г. Даева, С.М. Даровских, В.В. Кальницкого, Л.М. Карнеевой, А.М. Ларина, П.А. Лупинской, П.И. Люблинского, П.Г. Мар-фицина, Е.Г. Мартынчика, В.В. Николюка, И.Л. Петрухина, М.П. Полякова, Н.Н. Полянского, А.Д. Прошлякова, Р.Д. Рахунова, Н.Н. Розина, В.М. Савиц-кого, А.В. Смирнова, М.С. Строговича, В.Т. Томина, И.Я. Фойницкого, Г.П. Химичевой, М.А. Чельцова-Бебутова, А.А. Чувилева, В.С. Шадрина, С.А. Шейфера, С.П. Щербы, Ю.К. Якимовича и др.

В последние годы отдельные работы процессуалистов, в том числе на уровне диссертационных исследований, специально посвящались (либо в них глубоко исследовалась данная проблема) возможности распространения действия принципа состязательности на досудебное производство (О.В. Вишневская, Э.Г. Гусаков, А.В. Долгушин, О.В. Изотова, Л.И. Лавда-ренко, А.О. Машовец, А.И. Макаркин, К.И. Мигушин, Н.К. Панько, Л.В. Попова, А.М. Резепкин, С.Д. Шестакова и др.). Вместе с тем данные исследования либо проводились на базе УПК РСФСР, либо без достаточного учета практики правоприменения в режиме УПК РФ. Кроме того, акцент исследований сосредоточивался на процедурном механизме действия принципа состязательности, где положение о равноправии сторон рассматривалось скорее факультативно и чаще всего лишь как условие состязательного процесса. Очень дозирован

о рассматривался вопрос организационно-правового пути решения проблемы сбалансирования прав сторон в состязательном процессе.

Указанные обстоятельства обусловливают не только актуальность, но и научно-практическую значимость избранной темы настоящего диссертационного исследования.

Цель и задачи исследования. Целью исследования являются выработка и обоснование концептуальных положений и предложений по определению оптимального баланса прав и процессуальных возможностей сторон в досудебном производстве по уголовным делам.

Выбранная цель обусловила постановку и разрешение следующих основных задач:

1) уточнить научную трактовку категорий «состязательность сторон» и «равноправие сторон», установить их соотношение в теории и практике уголовного судопроизводства;

2) определить гносеологическую и историко-правовую природу положений о состязательности и равноправии сторон применительно к досудебному производству по уголовным делам;

3) проследить тенденции становления и развития состязательных начал и равноправия сторон в отечественном и зарубежном уголовном судопроизводстве;

4) выявить основные объективные и субъективные факторы, ограничивающие распространение состязательности и равноправия сторон в досудебном производстве;

5) на основе ретроспективного и компаративного анализа организации и процедур предварительного производства по уголовным делам установить и исследовать основные механизмы сбалансирования процессуальных возможностей сторон для их инкорпорации в современный уголовный процесс России;

6) сформировать предложения о совершенствовании нормативного регулирования реализации принципов состязательности и равноправия сторон в современном досудебном производстве;

7) разработать прагматичный вариант организационно-правового построения досудебного производства, позволяющего создать оптимальный процессуальный баланс прав и интересов сторон;

8) предложить современный научный взгляд на развитие состязательности и равноправия сторон в отечественном уголовном судопроизводстве.

Объект исследования – совокупность правоотношений, возникающих в досудебном производстве в связи с противостоянием процессуальных интересов сторон обвинения и защиты.

Предмет исследования – отечественное и зарубежное нормативно-правовое регулирование досудебного производства по уголовным делам применительно к определению оптимального процессуального баланса сторон, возникающие при этом проблемы правоприменения, а также теоретико-методологические закономерности, предпосылки и потенциальные возможности установления равноправия сторон в данной фазе уголовного судопроизводства.

Методологические, теоретические основы и методика исследования. Методологической основой настоящей работы является общенаучный диалектический метод познания. Для создания теоретической базы исследования были использованы научные разработки в области философии и социологии, истории и теории права и государства, уголовного и уголовно-процессуального права, криминалистики, криминологии и др.

Научная достоверность результатов исследования обеспечивается также за счет комплексного использования исторического, формально-логического, сравнительно-правового, статистического и конкретно-социологического методов научного познания. Выводы исследования опираются на изучение нормативно-правовых источников международного права, дореволюционного отечественного, действующего российского и зарубежного уголовно-процессуального законодательства. Активно использовался метод включенного наблюдения.

Эмпирическая база исследования создавалась в результате изучения данных статистических отчетов, обзоров и иных аналитических документов о результатах судебно-следственной, прокурорской и адвокатской практики, материалов конкретных уголовных дел и наблюдательных производств прокуратуры.

Для проверки и обоснования полученных выводов, обеспечения должной репрезентативности результатов исследования автором проведено анкетирование и интервьюирование более 300 практических работников суда, прокуратуры, адвокатуры, органов предварительного следствия и дознания, руководителей органов внутренних дел. Применительно к исследуемым проблемам изучено свыше 400 уголовных дел.

При подготовке исследования изучалась организация деятельности органов уголовного преследования, адвокатуры и суда, широко использовались эмпирические исследования, полученные другими авторами, исследующими аналогичную проблему, а также личный опыт преподавательской и адвокатской деятельности.

Научная новизна работы заключается в комплексном исследовании действующей модели уголовного досудебного производства Российской Федерации в контексте возможности распространения положений о состязательности и равноправии сторон, а также в сформированных автором предложениях совершенствования процедурной и организационно-правовой составляющих данной сферы.

На основе глубокого системного исторического и сравнительно-правового исследования проблемы сбалансирования процессуальных возможностей сторон в досудебном производстве России и зарубежных стран определены основные условия и пути реформирования процедурного и организационно-правового построения данной фазы отечественного уголовного процесса.

Впервые на диссертационном уровне равноправие сторон предложено рассматривать в качестве самостоятельного принципа, действующего на всех этапах уголовного судопроизводства и, соответственно, требующего нормативного урегулирования.





Основные положения, выносимые на защиту.

1. В теории уголовно-процессуального права состязательность традиционно рассматривается либо как судопроизводственный или судоустройственный принцип, либо как исторический тип судопроизводства, либо как способ (метод) организации уголовно-процессуальной деятельности. При этом равенство прав сторон, чаще всего, признается лишь сопутствующим состязательности положением, обеспечивающим (выступающим условием) ее практическую реализацию.

Применительно к современному этапу развития отечественного уголовного процесса, состязательность, концептуально сохраняясь как сущность исторической модели построения судопроизводства, тем не менее выступает в качестве судоустройственного и судопроизводственного принципа. Также требует законодательного признания в качестве самостоятельного принципа судопроизводства положение о равноправии сторон. При этом следует констатировать наличие встречного действия рассматриваемых принципов: реальная состязательность судопроизводства обеспечивает уравновешивание прав сторон, в то время как равные возможности правовых противников гарантируют наличие состязательных начал.

2. Основанное на законе противостояние процессуальных интересов участников производства по делу является не только движущей силой, но и сущностью реальной состязательности в уголовном процессе. Соответственно, процессуальный интерес – это выраженная в конкретном поведении участника уголовного судопроизводства его потребность к достижению желаемого результата в правовом споре.

3. Принципы состязательности и равноправия сторон в современном российском уголовном процессе распространяются на досудебное производство за счет предоставления обвиняемому (подозреваемому) права на защиту (ст. 48 Конституции РФ, ст.ст. 16, 46 и 47 УПК РФ), а также допуска защитника на самых ранних этапах досудебного производства с начала фактического уголовного преследования (ст. 48 Конституции РФ и ст.ст. 49, 50 УПК РФ), установления судебного контроля за законностью и обоснованностью досудебного производства (ст. 29 УПК РФ), определения порядка обжалования любых действий и решений органов и должностных лиц, осуществляющих предварительное расследование (ст. 125 УПК РФ), доступа стороны защиты к материалам предварительного расследования (ст. 217 УПК РФ).

4. Равенство прав сторон выступает процессуальной гарантией состязательного уголовного судопроизводства при наличии трех условий: а) активного действия данного положения на все этапах уголовного преследования; б) разделения и распределения функций участников досудебного производства; в) наличия исковой формы уголовного преследования.

4.1. Досудебная обвинительная деятельность профессиональной стороны обвинения от имени и по поручению государства заключается в осуществлении процессуальной подготовки и обосновании уголовного иска к лицу, совершившему преступление. Защитительная деятельность противостоящей стороны в досудебном производстве – это опровержение позиции стороны обвинения по выдвинутому уголовному иску путем подготовки возражений против его положений и (или) отстаивания иной выдвинутой позиции.

5. Концептуальная модель перспективного состязательного досудебного производства должна исходить из функционального равенства и активности сторон, последовательного участия суда на всех стадиях процесса, права стороны защиты на собирание доказательств, субсидиарной (вспомогательной) активности суда.

5.1. Право стороны защиты представлять доказательства должно корреспондироваться обязанностью стороны обвинения приобщать их к уголовному делу, что позволит исследовать эти фактические данные на более поздних стадиях уголовного судопроизводства.

5.2. Право на участие стороны защиты в производстве следственных действий должно быть гарантировано и обеспечено уголовно-процессуальным законодательством, а не носить избирательный характер, и зависеть от волеизъявления стороны обвинения.

6. Восстановление в отечественном уголовном процессе института возвращения уголовного дела для фактического дополнительного расследования под предлогом устранения препятствий для рассмотрения его в суде противоречит классической модели состязательного судопроизводства и соответственно нарушает паритет прав сторон в пользу обвинения. В связи с этим на законодательном уровне необходимо предусмотреть права обвиняемого и его защитника участвовать во всех дополнительных следственных и процессуальных действиях с возможностью заявления обязательных для исполнения ходатайств, касающихся характера и содержания дополнительного расследования, а также полномочия сторон и суда по возвращенным уголовным делам и положение, согласно которому данные дела не могут разрешаться вне судебного порядка.

7. Установление оптимального режима равенства прав сторон в досудебном производстве требует рассмотрения двух перспективных форм организации данной фазы уголовного процесса: формирования классического двухинстанционного предварительного следствия с введением фигуры судебного следователя и «судьи над следствием» либо сохранения прокурорского дознания с усилением функций защиты и судебного контроля. Сохраняя в качестве концептуального первое направление, следует признать наиболее продуктивным и малозатратным в настоящий период создание состязательного досудебного производства путем обращения к организации прокурорского расследования по германскому типу.

7.1. В целях обеспечения реализации права на защиту и оказания квалифицированной юридической помощи, минимизации организационных и кадровых проблем деятельности адвокатской корпорации, повышения уровня и эффективности защитительной деятельности следует ввести институт государственной адвокатуры, обеспечивающий реальную доступность профессионального правового содействия каждому, кто в этом нуждается.

7.2. Лицо, выполняющее на профессиональной основе функции эксперта, как независимый участник уголовного судопроизводства, не может организационно функционировать в органах и учреждениях, осуществляющих уголовное преследование в качестве стороны обвинения, что создает предпосылки для наступления оснований, предусмотренных п. 1 ч. 2 ст. 70 УПК РФ.

8. При проведении предварительного расследования специальной судебной полицией (ее роль может выполнять ныне действующий следственный аппарат) под руководством и надзором прокурора, особая роль принадлежит судье, который осуществляет контроль за досудебным производством и наделен исключительно юрисдикционными полномочиями: 1) контроль за применением мер процессуального принуждения и ограничением конституционных прав граждан, а также предъявлением обвинения; 2) придание статуса судебных доказательств сведениям, полученным сторонами в ходе досудебного производства путем их легализации; 3) принятие по ходатайству обвинителя итогового решения об окончании предварительной подготовки и направлении производства в стадию судебного разбирательства.

При этом судья, контролирующий досудебное производство, не должен иметь определение «следственный» и быть ограниченным в разрешении дела, в котором он участвовал на подготовительной стадии, т.к. это умаляет его статус представителя судебной власти.

9. Наиболее эффективными формами субсидиарной (вспомогательной) судейской активности в досудебном производстве должны выступать судейские следственные действия, направленные на легализацию полученных сторонами сведений и придание им статуса судебных доказательств уже в досудебном производстве, а также предварительные судебные слушания, которые являются средствами проверки законности и обоснованности ограничения конституционных прав граждан и предъявленного обвинения.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования. Проведенные исследования вносят определенный вклад в науку уголовного процесса, при этом предлагая конкретные практические пути решения вопроса повышения эффективности отечественного уголовного судопроизводства.

Изложенные в диссертации положения, выводы и предложения могут быть использованы в законотворческой деятельности по совершенствованию механизма уголовного досудебного производства, развитию судоустройственных процессов, касающихся органов, осуществляющих предварительное расследование преступлений, адвокатуры и суда, научно-исследовательской деятельности, при подготовке научных работ по темам, касающимся вопросов и проблем применения принципов состязательности и равноправия сторон в досудебном производстве, а также в преподавании курсов «Уголовный процесс», «Правоохранительные органы» и иных дисциплин, посвященных изучению деятельности органов, осуществляющих досудебное производство, и адвокатуры в юридических вузах страны.

Апробация результатов диссертационного исследования.

Основные результаты исследования, основанные на них выводы, предложения и рекомендации прошли обсуждение на кафедре уголовного права и процесса Омского юридического института и кафедре уголовного процесса и криминалистики Южно-Уральского государственного университета.

Результаты исследования докладывались диссертантом и обсуждались на 11 (в том числе 6 международных) научно-практических конференциях и семинарах, состоявшихся в Москве (1987, 1988 и 1989 гг.), Омске (2002, 2003 гг.; апрель, октябрь 2004 г.; февраль, апрель 2005 г.), на проведенных в Омском юридическом институте международных практических семинарах с участием прокурорских работников и адвокатов из США (2005, 2006 гг.)

Основные положения и выводы исследования отражены в 10 опубликованных научных работах, общим объемом 3,9 п.л. Наиболее существенные положения и выводы диссертации нашли отражение в методических рекомендациях и учебных материалах, которые используются в практической деятельности следственного аппарата прокуратуры и УВД Омской области, адвокатского сообщества Омской области, а также в учебном процессе в Омском юридическом институте, Омской академии МВД России и в Омском государственном университете при преподавании дисциплин: «Уголовно-процессуальное право», «Правоохранительные органы Российской Федерации», «Доказывание в уголовном процессе», «Охрана и обеспечение прав личности в уголовном судопроизводстве».

Структура диссертации определяется целью и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, включающих пять параграфов, заключения и списка использованной литературы.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, определяются цели и задачи, объект и предмет исследования, раскрывается его методология, аргументируются научная новизна, теоретическая и практическая значимость, дается характеристика эмпирической базы работы, формулируются положения, выносимые на защиту, приводятся данные об апробации полученных результатов.

Первая глава «Понятие и сущность положения о равенстве прав сторон применительно к досудебному производству по уголовным делам» состоит из трех параграфов, где на основе изучения, ретроспективного и компаративного анализа нормативно-правовых актов и трудов ученых исследуется гносеологическая природа и этимологическая характеристика категорий «состязательность сторон» и «равноправие сторон» в их соотношении, а также тенденции становления и развития данных правовых положений в русском, советском и зарубежном уголовном процессе.

В первом параграфе «Состязательность и равноправие сторон: природа соотношения» на основе исследования понятий «сторона» и «процессуальный интерес» устанавливается сущность и содержание положений о состязательности и равенстве прав сторон, механизм их взаимодействия в уголовном судопроизводстве.

Как известно, Концепция судебной реформы в Российской Федерации предложила построить отечественный уголовный процесс на началах подлинной состязательности, что предполагает не только разделение функций обвинения, защиты и разрешения дела, соответственно, установление равных прав сторон, но и предоставление им в законодательном порядке равновеликих возможностей по воздействию на окончательное решение суда.

Данные концептуальные положения нашли свое отражение в ч. 3 ст. 123 Конституции России 1993 г., согласно которой судопроизводство должно строиться на основе состязательности и равноправия сторон. Это ознаменовалось не только теоретическим, но и практическим признанием состязательности в качестве принципа российского уголовного судопроизводства, за чем последовало его закрепление не только в Конституции, но и в УПК РФ.

Исследование показало, что отечественная уголовно-процессуальная наука в обобщенном виде рассматривает состязательность сторон либо как модель, форму или тип построения судопроизводства (С.Д. Шестакова, А.В. Смирнов, В.Н. Шпилев и др.), либо как принцип уголовного процесса (И.В. Тыричев, А.В. Долгушин, А.М. Резепкин и др.), хотя соотношение этих категорий можно представить как связь общего и частного. Действительно, модель (форма) определяет общее построение уголовного судопроизводства конкретной эпохи, а принцип – одно из частных, хотя и фундаментальных, начал этого построения.

Вместе с тем состязательность (а с ней и равноправие сторон) можно представить и в качестве метода организации процессуальной деятельности, при котором концептуально действуют следующие положения: 1) функция обвинения (уголовного преследования) отделена от функции разрешения дела по существу; 2) суд выступает в качестве относительно нейтрального, но беспристрастного арбитра в споре сторон, создающего условия для реализации ими своих процессуальных возможностей; 3) стороны равноправны в реализации своих правовых возможностей в отстаивании процессуальных интересов.

Очевидно, что для реализации подлинной состязательности, которая выражается в уголовном судопроизводстве в противостоянии интересов различных участников процесса, необходимо установить реальный паритет в правах заинтересованных субъектов доказывания значимых по делу обстоятельств. В этих целях законодатель должен четко определить оптимальный объем процессуальных возможностей сторон (Н.К. Панько).

По распространенному мнению, равноправие сторон в состязательном процессе презюмируется. Обладание сторонами равными юридическими возможностями для отстаивания своих интересов – это основа, без которой принцип состязательности теряет свой смысл и превращается в фикцию. Данный вывод позволил отечественным процессуалистом определять равноправие сторон лишь как одно из условий (О.А. Вишневская) или элементов реализации принципа состязательности (Т.Н. Добровольская, П.А. Лупин-ская, А.М. Резепкин), т.е. как часть от общего (Н.А. Лукичев).

Подобные противоречия соискатель находит и при анализе норм действующего законодательства. В частности, если ст. 123 Конституции РФ фактически определяет, что судопроизводство осуществляется на основе двух самостоятельных принципов – состязательности и равноправия сторон, что подтвердил и Конституционный Суд РФ (См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. по делу о проверке конституционности чч. 3, 4, 5 ст. 377 УПК РСФСР // Собрание законодательства РФ. – 2000. – № 8. – Ст. 991), то УПК РФ, выделяя в ст. 15 принцип состязательности, равенство прав сторон рассматривает лишь как общее условие судебного разбирательства (ст. 244 УПК РФ).

На основании этого диссертант отмечает, что равенство прав сторон рассматривается процессуальной наукой и современным законодателем лишь в качестве сопутствующего состязательности положения, обеспечивающего (выступающего условием) ее реализацию. Вместе с тем современный характер российского уголовного судопроизводства требует возведения положения о равноправии сторон в ранг принципа уголовного судопроизводства. При этом организация судопроизводства на состязательных началах выступает гарантией равноправия участвующих в споре сторон.

Второй параграф «Равенство прав сторон как процессуальная гарантия законности и обоснованности уголовного преследования» посвящен исследованию пределов и условий распространения положений о состязательности и равноправии сторон в отечественном уголовном процессе, в частности, в досудебном производстве.

Опираясь на определение назначения российского уголовного судопроизводства (ст. 6 УПК РФ) как обязанности защиты прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения его прав и свобод, диссертант приходит к выводу, что положение о равноправии сторон выступает не только самостоятельным принципом, но и серьезной процессуальной
гарантией, обеспечивающей эффективную реализацию процессуальных возможностей участников уголовного судопроизводства, его объективность, а также справедливость принимаемых решений на всех стадиях движения уголовного дела.

При этом соискатель выделил и рассмотрел в работе три условия-предпосылки обеспечения равенства прав сторон, как процессуальной гарантии достижения целей уголовного судопроизводства: 1) активное действие данного положения на все этапах уголовного преследования; 2) разделение и распределение процессуальных функций участников досудебного производства; 3) организация уголовного преследования в форме уголовного иска.

1. Действующее уголовно-процессуальное законодательство связывает реализацию положения о равенстве прав сторон лишь с судебным производством, определяя его в качестве общего условия рассмотрения и разрешения уголовного дела в суде. Вместе с тем, как свидетельствует правоприменительная практика, наиболее острые конфликтные вопросы, вытекающие из «неравноправия сторон», возникают именно в досудебном производстве. Более того, они касаются, в первую очередь, реальных возможностей (а точнее их недостаточности) стороны защиты противостоять выдвинутому подозрению и обвинению (А.М. Резепкин, О.В. Вишневская, Т.Г. Бородинова, И.Ф. Демидов).

В публично-исковом процессе, где спорят государство и личность, на стороне последней должно находиться преимущество защиты. Если стороны (государство и личность) изначально имеют разные возможности, в судопроизводстве они должны быть снабжены разными правами, что уравновешивает их суммарные процессуальные позиции (А.В. Смирнов).

В связи с этим диссертант отмечает то принципиальное обстоятельство, что проблема уравновешивания прав сторон, оптимизации их соотношения в современном уголовном процессе должна решаться, в первую очередь, за счет совершенствования правового статуса стороны защиты. На это и сделан акцент настоящего исследования. Вместе с тем без продуманной перестройки процессуального и организационного положения стороны обвинения, а также изменения подходов в организации деятельности арбитрального органа (суда), первый шаг будет малопродуктивным.

Проанализировав взгляды ученых на сферу распространения принципов состязательности и равноправия сторон (В.П. Божьев, С.М. Кузнецова, С.М. Даровских, Н.С. Алексеев, В.Г. Даев, В.З Лукашевич, Г.П. Химичева и др.), диссертант обращает внимание на упомянутое выше постановление Конституционного Суда РФ от 14 февраля 2000 г., где достаточно четко определено: «Принципы состязательности и равноправия сторон распространяются на все стадии уголовного судопроизводства… Это означает, что на разных стадиях уголовного процесса… прокурор и обвиняемый (осужденный, оправданный) должны обладать соответственно равными правами». Тем самым Конституционный Суд РФ констатирует de officio действие принципов состязательности и равноправия сторон как в судебном, так и в досудебном производстве.

Положение римского права favor defensionis, призванное обеспечить равенство сторон перед судом за счет благоприятствования защите, в современном российском уголовном процессе не только актуально и востребовано, но и, наконец, реально может действовать. Анализ норм УПК РФ позволяет констатировать, что применительно к досудебному производству процессуальное равенство сторон так или иначе обеспечивается конституционным правом обвиняемого (подозреваемого) на защиту, которое выражается в первую очередь в возможности участия защитника с начала фактического уголовного преследования. А так же предоставлением сторонам права ходатайствовать об исключении доказательств, установлением судебного контроля за законностью и обоснованностью досудебного производства и правом обжалования любых действий и решений органов и должностных лиц, осуществляющих предварительное расследование, а также допуском стороны защиты к материалам расследования.

Действующее российское уголовно-процессуальное законодательство в большей степени, чем УПК РСФСР, обеспечивает наличие состязательности в досудебном производстве (С.Д. Шестакова), однако равноправие сторон обеспечивается УПК РФ лишь дозировано. Абсолютная состязательность и равноправие сторон возможны лишь при изменении всего построения отечественного уголовного процесса (С.А. Шейфер, В.С. Шадрин).

На всех стадиях уголовного процесса, тем не менее, сторонам должны быть представлены равные возможности для отстаивания своих позиций, в первую очередь, касающиеся процесса доказывания (О.И. Андреева). Действительно, равноправие сторон выражается, главным образом, в праве обладания необходимым набором доказательств, которые возможно получить в ходе досудебного производства. Уже на этом этапе сторонам необходимо создать максимальные условия для активного участия в доказывании, что свидетельствует о серьезном влиянии принципа состязательности (а с ним и равноправия сторон) на первую фазу уголовного судопроизводства (М.К. Свиридов).

Специальному анализу в работе подвергнута проблема определения начального этапа уголовного преследования и ее влияние на установление оптимального баланса прав сторон в досудебном производстве. На основании проведенного исследования соискатель приходит к выводу, что уголовное преследование, выступая движущей силой уголовного судопроизводства, возникает при фактическом ограничении прав лица, вовлеченного в уголовно-процессуальные правоотношения в связи с установлением его причастности к совершенному преступлению. Это порождает возникновение функции защиты от выдвинутого фактически (а не формально) подозрения (обвинения).

2. Разделение процессуальных функций как одно из условий действия состязательности вполне возможно не только в судебном, но и в досудебном производстве: с момента начала фактического или формального уголовного преследования (например, при задержании заподозренного лица или с возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица), то есть при фактическом или формальном появлении сторон. В этом случае функции обвинения и разрешения уголовного дела трансформируются соответственно в функции уголовного преследования и юстиции (В.Д. Шестаковой). Очевидно также, что равенство прав сторон как принцип, обязательно сопутствующий состязательности, также может действовать не только в судебном, но и в досудебном производстве.

Такой элемент состязательности и равноправия сторон, как четкое разделение основных уголовно-процессуальных функций, является следствием требований Конституции РФ, в связи с чем должен быть положен в основу построения состязательного досудебного производства (А.М. Резепкин).

Очевидно, что разграничение процессуальных функций при равенстве процессуальных возможностей и определяет смысл и содержание состязательности в уголовном процессе, в том числе и в досудебном производстве. Признание за состязающимися сторонами наличия равных прав для отстаивания своих требований и позиций, а также оспоривания доводов другой стороны – основное условие справедливого юридического поединка равновозможных соперников (Ю.В. Деришев).

3. В пользу присутствия состязательности, а соответственно необходимости равных процессуальных возможностей сторон в досудебном производстве, по мнению диссертанта, выступает также концепция уголовного иска, которая в современном уголовном судопроизводстве России, безусловно, становится вновь актуальной. Более того, последовательное проведение идеи состязательности с неизбежностью ставит вопрос о придании обвинению исковой формы (А.С. Александров).

В общем виде, публичный уголовный иск – это требование или ходатайство о судебной защите субъективных прав граждан, нарушенных преступлением. В связи с этим в содержание состязательного досудебного производства входит обвинительная деятельность по подготовке уголовного иска к лицу, совершившему преступление, а также защитительная деятельность по опровержению исковых требований.

Таким образом, следуя концепции уголовного иска можно определить структуру состязательного уголовного судопроизводства следующим образом: 1) досудебное производство как регламентированная уголовно-процессуальным законом обвинительная деятельность органов уголовного преследования, выдвинувших уголовный иск в связи с обнаружением преступления, по его обоснованию и предъявлению суду, а также защитительная деятельность противоположной стороны по опровержению данных притязаний; 2) судебное производство, то есть рассмотрение и разрешение судом уголовного иска, заключающееся в проверке и удовлетворении (не удовлетворении) выдвинутых обвинительной властью требований по реализации уголовных репрессий к обвиняемому.

Теоретическое и практическое признание проникновения в досудебное производство элементов состязательности и равноправия сторон позволит определить пределы возможного уравновешивания процессуальных прав и возможностей сторон, совершенствовать средства и методы уголовного преследования и профессиональной защиты от него на данном этапе уголовного судопроизводства, позитивно скажется на правосознании профессиональных представителей стороны обвинения, на потребности самосовершенствоваться при осуществлении своей деятельности в условиях реальной состязательности; послужит стимулом для улучшения качества профессиональной защиты от уголовного преследования.

В третьем параграфе «Эволюция положения о равноправии сторон в отечественном и зарубежном досудебном производстве» дается ретроспективный анализ русского и советского уголовно-процессуального законодательства в контексте проникновения в уголовный процесс России элементов состязательности и установления процессуального баланса прав сторон. Проводится сравнительно-правовой анализ зарубежного уголовно-процессуального законодательства для выявления механизма установления равноправия сторон и возможной рецепции его в российский уголовный процесс.

Современная судебно-правовая реформа в России не могла не проявить интерес к истории становления и развития национального судопроизводства. Это объясняется уже тем, что успех (или неудача) государственно-правовых преобразований напрямую зависит от того, насколько программы реформирования учитывают отечественный исторический опыт и уроки кардинальных перестроек политико-правовых институтов зарубежных государств.

Как известно, вся цивилизация в области уголовного судопроизводства определяется англо-французскими положениями (И.Я. Фойницкий). Вместе с тем нельзя не заметить устойчивой тенденции к сближению и гармонизации отдельных институтов уголовного процесса разных стран (К.Ф. Гуценко). Учитывая интеграционные процессы в праве, в западной науке всерьез заговорили о «размывании границ» в типологии судопроизводства (Л.В. Головко).

Следует признать, что система уголовного процесса в современной России еще только складывается, она далека от совершенства, в связи с чем ее развитие должно происходить как с ориентацией на традиции России, так и с учетом богатого зарубежного опыта в этой области (А.И. Александров). Вместе с тем этот опыт учит, что кризисные явления в сфере права должны разрешаться цивилизованным путем (В. Кононенко).

Исследование эволюции отечественного уголовно-процессуального
законодательства и попыток распространения состязательных начал и равноправия сторон в российском уголовном судопроизводстве позволило диссертанту сделать вывод о том, что только согласно Уставу уголовного судопроизводства 1864 г., а также по первому УПК РСФСР 1922 г., который действовал короткое время, элементы состязательности и равноправия сторон в досудебное производство внедрялись наиболее последовательно за счет неформального разделения функций расследования и обвинения, судебного характера предварительного следствия и относительно независимого арбитрального положения следователя, возможностей сторон участвовать в производстве следственных действий, а также наличия права обжаловать их результаты в судебном порядке.

При этом следует признать, что соотношение прав и обязанностей государства и личности в уголовном процессе напрямую зависит от развития общества, правосознания личности и ее положения в государстве. Во все времена проблема соблюдения прав и свобод человека заключалась лишь в их объеме и защите, механизме реализации, а перечень прав и свобод человека, их признание, равно как и механизм их охраны и защиты, всегда были конкретно-историческими (О.И. Андреева).

На основе компаративного анализа западного уголовного процесса, соискатель делает ряд выводов о возможности применения опыта развитых и апробированных зарубежных систем государства и права к законотворческой и правоприменительной практике России в сфере уголовного судопроизводства. Так, оптимальный баланс прав сторон в досудебном производстве западных государств обеспечивается путем: 1) расширения реальных возможностей стороны защиты противостоять выдвинутому подозрению и обвинению на самых ранних этапах уголовного преследования, в том числе, за счет права осуществления собственного расследования; 2) усиления контрольной функции суда за законностью и обоснованностью досудебного производства; 3) организационно-правового построения досудебного производства, в котором функции уголовного преследования и предварительного следствия отделены друг от друга и вводится независимая фигура следственного судьи (Франция); 4) формирование двухинстанционной системы предварительного следствия, позволяющей создать эффективный механизм обжалования принимаемых в ходе следствия судебных решений, а также введения должности судьи, осуществляющего контрольную функцию по правам человека (Франция); 5) наличия возможности обращения органов дознания в суд с ходатайством о собирании судьей доказательств, то есть своеобразной легализации доказательственной информации, полученной сторонами (Германия).

Во второй главе «Обеспечение равноправия сторон в уголовном досудебном производстве», состоящей из двух параграфов, исследованы и предложены концептуальные положения процедурной и организационно-правовой составляющих реализации принципа равноправия сторон в досудебном производстве по уголовным делам.

Первый параграф «Процедурные вопросы обеспечения равенства прав сторон в досудебном производстве по уголовным делам» посвящен исследованию механизма проникновения положений о состязательности и равноправии сторон в досудебное производство современного отечественного уголовного процесса.

Конструктивные, процедурные, социально-психологические и идеологические особенности российского уголовного процесса не позволяют проникнуть состязательности и равноправию сторон в досудебное производство в той степени, в какой это возможно в судебном разбирательстве. Вместе с тем отечественный уголовный процесс построен таким образом, что основа для судебного поединка (доказательственные материалы) формируются в досудебном производстве при активном (или пассивном) участии неравноправных сторон.

Тем не менее, процессуальное равноправие не означает фактическое равенство объема процессуальных прав сторон, что невозможно в силу публичности уголовного процесса. Данное положение предполагает адекватные возможности сторон в отстаивании своей позиции и оспаривании позиции противоположной стороны, предполагает наличие возможности ведения уголовно-правового спора вообще (Е.А. Корякин).

В целях выработки предложений, направленных на установление оптимального баланса процессуальных возможностей сторон в досудебном производстве по уголовных делам, в диссертации рассмотрен ряд ключевых проблем процедурного характера, касающихся, в первую очередь, оптимизации положения стороны защиты. Это позволило диссертанту сделать несколько концептуальных выводов и суждений.

1. Руководствуясь принципами состязательности и равноправия сторон, отечественный законодатель исходит из требования предоставления стороне защиты необходимых для противодействия подозрению или обвинению полномочий, однако с учетом возможной профессиональной некомпетенции представителей стороны обвинения, которые, в свою очередь, не признают стимулирующее влияние профессионально организованной защиты на повышение эффективности уголовно-процессуальной деятельности.

Вместе с тем проблема баланса возможностей сторон лежит не только в плоскости совершенствования процессуального законодательства и укрепления правового статуса стороны защиты. Важно правильно и эффективно использовать предусмотренные законом возможности защитника, что в практике правоприменения далеко не идеально.

Так, свое право присутствовать в проводимых с участием подзащитного следственных действиях адвокаты, по их собственному утверждению, реализуют лишь в каждом четвертом уголовном деле, несколько реже – в каждом третьем и крайне редко – более чем в половине дел. Низкая активность участия защитников в производстве следственных действий, снижающая их качество и объективность результатов, связана не только с профессиональными просчетами адвокатов, но и с проблемами процедурного характера (В.С. Шадрин, О.В. Вишневская, И.Е. Милова).

Так, защитник вправе ходатайствовать о допуске его к участию в следственных действиях с участием подзащитного, но следователь, рассмотрев ходатайство и не отказав в его удовлетворении, не уведомляет защитника о предстоящем следственном действии. Данное ограничение доступа к производству следует считать существенным нарушением права на защиту.

Кроме того, грамматическое толкование п. 10 ч. 4 ст. 47 УПК РФ позволяет сделать вывод о том, что реально обвиняемый наделяется лишь правом ходатайствовать об участии в производстве следственных действий. Соответственно, допустить обвиняемого или нет – реализация усмотрения следователя, но не его обязанность. Вместе с тем субъективное право сохраняет свою силу и выступает реальной возможностью только тогда, когда корреспондируется с обязанностью другого субъекта. «Избирательность» участия стороны защиты в следственных действиях не может свидетельствовать о реальном равноправии сторон в данной части судопроизводства.

Вместе с тем УПК РСФСР 1922 г. не только допускал возможность сторон присутствовать при производстве следственных действий, но и запрещал следователю безмотивно отказывать обвиняемому и потерпевшему в допросе свидетелей и экспертов, в собирании других доказательств, если обстоятельства, об установлении которых они ходатайствовали, имели значение для дела (ст. 117 УПК).

В связи с этим, право на участие стороны защиты в производстве следственных действий должно быть гарантировано и обеспечено уголовно-процессуальным законодательством, а не носить избирательный характер по воле стороны обвинения.

Эффективность состязательной деятельности защитника, таким образом, в полной мере зависит от компетенции, квалификации, активности и взвешенности позиции адвокатов, а также от оптимальной сбалансированности правовых и организационных возможностей сторон выполнять вверенную функцию имеющимися в законе средствами.

2. Модель соотношения процессуального потенциала обвинения и защиты должна позволять стороне обвинения по основной массе преступлений в оптимально короткие сроки и достаточно эффективно выявлять подозреваемых, собирать доказательства, достаточные для законного, обоснованного и справедливого судебного рассмотрения и разрешения уголовного дела, а сторона защиты имела реальную возможность представить независимому следователю и в суд доказательства-сомнения виновности лица в совершении преступления либо сведения смягчающие его ответственность.

Параллельное адвокатское расследование рассматривается в теории права как необходимый элемент классического состязательного досудебного производства, однако, в условиях современного русского смешанного процесса, где розыскные начала активно сохраняются на предварительных стадиях судопроизводства, решение данной проблемы следует связывать с реорганизацией данной фазы и дальнейшей регламентацией правового статуса адвоката на получение и представление доказательственной информации.

При этом все представленные стороной защиты сведения должны сохраняться в уголовном деле и в том случае, если сторона обвинения не приняла их в качестве доказательств и не использует в доказывании. Право стороны защиты представлять доказательства должно корреспондировать обязанность приобщить их к уголовному делу, что позволит исследовать эти фактические данные в более поздних стадиях уголовного судопроизводства.

3. Восстановление в отечественном уголовном процессе института возвращения уголовного дела для фактического дополнительного расследования под предлогом устранения препятствий для рассмотрения его в суде противоречит классической модели состязательного судопроизводства и соответственно нарушает баланс прав сторон в пользу обвинения. В связи с этим на законодательном уровне необходимо предусмотреть реальные средства усиления возможностей стороны защиты для отстаивания своих интересов в данной невыгодной для нее ситуации. Такими могут быть, например, права обвиняемого и его защитника участвовать во всех дополнительных следственных и процессуальных действиях с возможностью заявления обязательных для исполнения ходатайств, касающихся характера и содержания дополнительного расследования.

Необходимо также дополнить УПК РФ нормой, регламентирующей полномочия сторон, а также суда по уголовным делам, возвращенным прокурору для устранения препятствий к их рассмотрению и разрешению, а также предусмотреть положение, согласно которому данные дела могут разрешаться только в судебном порядке.

Во втором параграфе «Проблемы организационно-правового обеспечения равноправия сторон в уголовном досудебном производстве» предлагаются направления функционального совершенствования деятельности участников досудебного производства в целях решения поставленной проблемы.

Оптимальное сбалансирование процессуальных возможностей сторон в досудебном производстве, умеренное наполнение его состязательными началами, безусловно, наряду с его внутренними процедурными изменениями предполагает функциональное переустройство органов и институтов, вовлекаемых в сферу его действия. Именно решение (не решение) проблем организационного переустройства досудебного производства определяют значительную часть проблематики процессуального порядка его осуществления.

Как представляется в этих целях, в первую очередь, должны исследоваться вопросы определения места органов предварительного расследования в системе состязательного досудебного производства, их соотношение с органами уголовного преследования, а также роли суда в предварительных стадиях движения уголовного дела. При этом вполне очевидна диалектическая связь процедур и организации досудебного производства в определении их эффективности.

По результатам исследования выделены предложенные отечественной уголовно-процессуальной наукой основные направления расширения действия состязательности и равноправия сторон в досудебном производстве: 1) укрепление процессуального статуса стороны защиты, в частности, расширением возможностей авдвоката-защитника, в том числе за счет ведения собственного «адвокатского расследования»; 2) расширение сферы судебного контроля и возможности обжалования в судебном порядке любых действий (бездействия) стороны обвинения; 3) четкое разграничение процессуальных функций на стадиях досудебного производства, с введением должностей судебного следователя (осуществление предварительного следствия), следственного судьи (осуществление судебного контроля), либо организацией прокурорского (полицейского) расследования под контролем суда.

В контексте установления оптимального баланса равенства прав сторон в досудебном производстве диссертант выделил два основных варианта организации досудебного производства по уголовным делам: 1) формирование классического «двухинстанционного» предварительного следствия с введением фигуры судебного следователя и следственного судьи (французская модель); 2) сохранение прокурорского дознания с усилением функций защиты и судебного контроля (германская модель).

В качестве концептуального направления организационного реформирования досудебного производства в этих целях следует рассматривать возможность возрождения в России института судебного следователя. Вместе с тем наиболее продуктивным и малозатратным путем создания состязательного досудебного производства следует признать обращение к организации прокурорского расследования по германскому типу. При этом следует учитывать, что в европейском уголовном процессе в последнее время наметилась и реализуется тенденция, ориентированная на примат прокурорского дознания над предварительным следствием, что наблюдается фактически и в российском уголовном процессе.

Данная модель предусматривает организацию предварительного расследования специальным органом дознания – судебной полицией, руководимой прокуратурой при активном контроле со стороны суда, оказывающего также вспомогательные функции по легализации доказательств, полученных сторонами. При этом судья, контролирующий досудебное производство, не должен иметь особого статуса и не может быть ограниченным в разрешении дела, в котором он участвовал при досудебном производстве.

Основными формами судебного контроля в досудебном производстве должны выступать судейские следственные действия, направленные не только на получение судебных доказательств, но и на ревизию законности принимаемых решений, а также предварительные судебные слушания, выступающие средствами проверки законности и обоснованности ограничения конституционных прав граждан.

Кроме того, соискателем предлагается введение института государственной адвокатуры, то есть альтернативной ныне действующей, что обеспечит возможность профессионального правового содействия всем в этом нуждающимся, а также позволит разрешить существующие организационные и кадровые проблемы деятельности адвокатского сообщества, повысит уровень и эффективность защитительной деятельности. В контексте обеспечения равноправия сторон рассматривается также необходимость формирования независимых экспертных учреждений.

Результаты проведенного исследования сущности и значения, предпосылок и основных направлений распространения действия равноправия сторон на отечественное досудебное производство по уголовным делам позволили соискателю предложить в заключение диссертации теоретическую модель его процедурного и организационно-правового построения в контексте определения оптимального баланса процессуальных возможностей сторон.

Основные положения диссертационного исследования опубликованы в следующих научных и учебно-методических работах:

I. Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых журналахи изданиях, указанных в перечне ВАК

1 Романовский М.Э. Равноправие сторон в русском и советском уголовном процессе // Омский научный вестник. – 2006. – № 5 (40) – 0,6 п.л.

2. Деришев Ю.В., Романовский М.Э. Оптимизация уголовного досудебного производства в контексте равенства прав сторон // Омский научный вестник. – 2006. – № 5 (40) – 0,5 п.л. (авторство не разделено).

II. В иных изданиях

3. Романовский М.Э. Значение обстоятельств, смягчающих и отягчающих ответственность, при формулировании обвинения на предварительном следствии // Правовые и тактические вопросы борьбы с преступностью : межвузовский сборник научных трудов. – Омск : Омская высшая школа милиции МВД СССР, 1987. – 0,4 п.л.

4. Романовский М.Э. Роль обстоятельств, смягчающих и отягчающих уголовную ответственность, при применении органами расследования меры пресечения – заключение под стражу // Совершенствование правоохранительной деятельности органов внутренних дел в свете решений XXVII съезда КПСС : межвузовский сборник научных трудов. – М. : Московская высшая школа милиции МВД СССР, 1987. – 0,4 п.л.

5. Романовский М.Э. Обстоятельства, смягчающие и отягчающие уголовную ответственность, как элемент предмета доказывания // Укрепление законности и правопорядка, усиление охраны прав и законных интересов граждан в правоприменительной деятельности органов внутренних дел : межвузовский сборник научных трудов. – М. : Московская высшая школа милиции МВД СССР, 1988. – 0,2 п.л.

6. Романовский М.Э. Смягчающие и отягчающие обстоятельства как элемент основания освобождения от уголовной ответственности // Уголовно-процессуальные и криминалистические проблемы правоприменительной деятельности: Межвузовский сборник научных трудов. – Омск : Омская высшая школа милиции МВД СССР, 1989. – 0,4 п.л.

7. Романовский М.Э., Тимошенко С.Е. Характеристика как источник доказательств о личности обвиняемого // Уголовное досудебное производство: проблемы теории и практики : материалы межвузовской научно-практической конференции (6 октября 2004 г.). – Омск : Омский юридический институт, 2004. – 0,2 п.л. (авторство не разделено).

8. Деришев Ю.В., Романовский М.Э. К вопросу о правовых средствах и возможностях защитника в уголовном досудебном производстве // Соотношение досудебного и судебного производства: вопросы права, процесса и криминалистики : материалы межвузовской научно-практической конференции (16 февраля 2006 г.). – Омск : Омский юридический институт, 2006. – 0,5 п.л. (авторство не разделено).

9. Романовский М.Э. Проблема равенства процессуальных возможностей сторон на предварительном следствии по УПК РСФСР 1960 года // Соотношение досудебного и судебного производства: вопросы права, процесса и криминалистики : материалы межвузовской научно-практической конференции (16 февраля 2006 г.). – Омск : Омский юридический институт, 2006. – 0,3 п.л.

10. Романовский М.Э. Разделение функций уголовного судопроизводства как основа равноправия сторон обвинения и защиты // Международные юридические чтения : материалы международной научно-практической конференции (12 апреля 2006 г.). – Омск : Омский юридический институт, 2006. – Ч. 4. – 0,4 п.л.

Подписано в печать 13.11.2006. Формат 60х80/16. Бумага офсетная № 1.

Усл.-печ. л. 2. Тираж 150 экз. Заказ №

Типография «Альбион»

(г. Омск, ул. Орджоникидзе, 45)



 





<


 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.