WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Преступления против правосудия: проблемы теории, законотворчества и правоприменения

На правах рукописи

Кулешов Юрий Иванович

Преступления против правосудия: проблемы

теории, законотворчества и правоприменения

Специальность 12.00.08 – уголовное право и криминология;

уголовно-исполнительное право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

Владивосток

2007

Диссертация выполнена на кафедре уголовного права Юридического института Дальневосточного государственного университета

Научный консультант: доктор юридических наук, профессор,

заслуженный деятель науки РФ

Коробеев Александр Иванович

Официальные оппоненты: доктор юридических наук, профессор,

заслуженный юрист РФ

Горелик Александр Соломонович

доктор юридических наук, профессор,

заслуженный деятель науки РФ

Козаченко Иван Яковлевич

доктор юридических наук, профессор

Чучаев Александр Иванович

Ведущая организация: Томский государственный университет

Защита состоится 4 июля 2007 г. в 12-00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.056.01 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора юридических наук в Дальневосточном государственном университете по адресу: 690950, г. Владивосток, ул. Октябрьская, д. 25.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Юридического института Дальневосточного государственного университета.

Автореферат разослан «____» мая 2007 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор юридических наук, доцент Басова Т.Б.

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность исследования. Доверие к власти в современной России является одной из основ взаимоотношений личности и государства. Это доверие должно строиться на неукоснительном соблюдении принципов демократического государства, а гарантом их соблюдения должна стать сильная судебная власть. Наличие самостоятельной, сильной, независимой судебной власти – неотъемлемый атрибут правового государства, о строительстве которого было заявлено в начале реформирования экономической, политической и правовой системы России. Законность судебных решений, эффективность правозащитной и карательной функций – это по-прежнему те задачи, которые необходимо решить при проведении судебно-правовой реформы. Новая федеральная целевая программа развития судебной системы России на 2007–2011 гг. одной из главных задач определяет утверждение судебной власти в государственном механизме как самостоятельной, влиятельной и независимой силы общества. В связи с этим юридическая наука испытывает повышенный интерес к исследованию обозначенного государственно-правового явления. Комплекс теоретических и научно-практических проблем, связанных с судебной властью, входит в предмет исследования различных отраслей права (конституционного, гражданского, процессуального, административного, уголовного), которые непосредственно связаны с осуществлением правосудия.

Правовая защищенность судебной власти является одним из обязательных элементов ее укрепления, повышения авторитета, носит многогранный характер. Заметную роль в обеспечении функций судебной власти, а также интересов лиц, участвующих или заинтересованных в осуществлении правосудия, играет уголовное право. Поэтому в последние десятилетия одним из приоритетных направлений в российской уголовно-правовой науке стало исследование правосудия как объекта уголовно-правовой охраны.

Проблема преступности в сфере правосудия не выглядит остро на фоне проблем борьбы с другими видами преступлений. В структуре официально зарегистрированной преступности посягательства против правосудия продолжают занимать незначительное место. Однако по уровню латентности эта группа преступлений архиопасна, и вопросы предупреждения данных преступлений приобрели особую актуальность. Вот почему государственное реагирование даже на единичные факты данных общественно опасных явлений жизненно важно в силу как правовой, так и политической значимости функции правосудия.

Кроме того, статистические данные последних лет свидетельствуют о количественном росте посягательств на интересы правосудия. Произошел относительный скачок в регистрации этой группы преступлений: с 6 566 преступлений в 1997 году (100%) до 11 781 преступлений в 2005 году (+79,4 %).

При этом реальное состояние законности в правоприменительной деятельности показывает, что преступность в сфере правосудия обладает признаками неблагоприятных тенденций. Речь идет не только о количественных, но и качественных изменениях: повышении уровня коррупционности, нарушении основных прав и законных интересов личности. Общепризнанным является тот факт, что уровень криминализации всей правоохранительной системы достиг значительных масштабов. На этом фоне продолжают оставаться неблагоприятными показатели так называемой «профессиональной» преступности в сфере правосудия. Оценивая рост доверия в обществе к деятельности милиции, прокуратуры и судов, приходится констатировать, что проблемы здесь не только не уменьшаются, а приобретают более острый характер. Объективный тому показатель: Европейский суд по правам человека «завален» исками от россиян, где в настоящее время рассматривается около девяти тысяч обращений.



Нельзя признать удовлетворительным законодательное решение проблем уголовной ответственности за преступления против правосудия. Это вызывает сложности при толковании и применении соответствующих уголовно-правовых норм.

Перечисленные обстоятельства определили актуальность работы и обусловили выбор темы диссертационного исследования.

Степень научной разработанности проблемы. Изучение проблем уголовно-правовой ответственности за преступления против правосудия имеет относительно небольшую научную историю. Первые специальные монографические исследования появились в начале 60-х годов прошлого столетия (Д.Б. Бектибаев, И.С. Власов, А.Т. Гужин, В.Д. Иванов, Я.М. Кульберг, Ш.С. Рашковская, С.И. Тихенко, И.М. Тяжкова (Черных), В.С. Фельдблюм (Устинов), М.Х. Хабибулин и др.).

Новый всплеск научного интереса к проблемам рассматриваемой группы преступлений возник в 90-е годы прошлого столетия, что было связано с разработкой, принятием и реализацией положений нового УК РФ. Впервые в 2000 г. была защищена докторская диссертация Л.В. Лобановой, а в 2003 г. – С.А. Денисовым. Частично проблемы ответственности за преступления против правосудия были рассмотрены в докторской диссертации В.С. Ишигеева.

Кроме того были проведены исследования по отдельным группам и составам преступлений против правосудия (Е.Р.Абдрахманова, В.А. Блинников, И.Ю. Бунева, М.А. Гаранина, М.Р. Гарафутдинов, С.А. Данилов, Э.В. Зеренков, Е.Н. Иванова, М.В. Лифанова, О.В. Мазур, А.А. Мастерков, А.Д. Смиян, Н.Р. Фасхутдинова и др.).

Процесс творческого осмысления проблем классификации, регламентации, дифференциации и квалификации преступлений против правосудия, причин и условий их совершения, вопросов профилактики и совершенствования уголовно-правовых норм продолжается в настоящее время. Свои работы данным вопросам посвящали Н.И. Ветров, А.В. Галахова, А.С. Горелик, А.И. Долгова, Б.В. Здравомыслов, В.Д. Иванов, Л.В. Иногамова-Хегай, М.А. Кауфман, Г.Г. Криволапов, В.Н. Кудрявцев, Л.В. Лобанова, В.П. Малков, А.С. Михлин, А.В. Наумов, В.А. Новиков, В.П. Ревин, П.В. Тепляшин, А.И. Чучаев и др.

Однако жизнь не стоит на месте, а практика применения уголовно-правовых норм о преступлениях против правосудия ставит перед наукой уголовного права новые проблемы. Кроме того, анализируемые уголовно-правовые нормы, как правило, носят бланкетный характер, а в их описании используются термины и понятия других отраслей права. Поэтому взаимообусловленность и взаимозависимость уголовно-правовых норм и норм гражданского, арбитражного, уголовно-процессуального права, а также других законодательных актов Российской Федерации очевидна. Вместе с тем, уже после вступления в силу Уголовного кодекса РФ были приняты Уголовно-процессуальный кодекс РФ (01.07. 2001 г.), Гражданско-процессуальный кодекс РФ (01.02. 2002 г.), Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях (01.07. 2002 г.) и Арбитражно-процессуальный кодекс РФ (01.09. 2002 г.).

По этой причине Л.В. Лобанова в диссертационном исследовании[1] объективно не могла учесть те изменения, которые в последующем произошли в процессуальном законодательстве, и соотнести их с проблемами уголовной ответственности за преступления против правосудия. После принятия данных законодательных актов обоснованно отмечается наличие значительного количества спорных вопросов, связанных с терминологией, понятийным аппаратом, социальной обусловленностью сохранения в рассматриваемой главе 32 УК РФ некоторых запретов, либо отсутствие уголовно-правового регулирования опасных посягательств, затрагивающих интересы правосудия.

Настоящее исследование в какой-то мере пересекается с докторской диссертацией С.А. Денисова[2]. Однако многоаспектность рассматриваемых проблем позволяет расширить круг теоретически и практически важных вопросов, касающихся законотворчества и правоприменения. Диссертант не ограничился лишь рассмотрением вопросов, непосредственно связанных с квалификацией названных преступлений, а впервые на концептуальном уровне исследовал проблемы наказуемости преступлений против правосудия и оптимального построения санкций соответствующих уголовно-правовых норм.

Несмотря на то, что в последние годы появился целый ряд специальных исследований, посвященных преступлениям против правосудия (Т.К. Агузаров, К.Ф. Амиров, С.А. Асликян, В.В. Бабурин, И.В. Дворянсков, А.И. Друзин, Н.Р. Емеева, Е.М. Зацепина, В.С. Ишигеев, В.В. Кузнецов, К.Г. Лопатин, Л..А. Попова, Б.В. Сидоров, А.В. Синельников, П.Л. Сурихин, В.П. Тепляшин, А.В. Федоров, К.Н. Харисов, К.Л. Чайка и др.), многие вопросы остались не исследованными в полной мере либо недостаточно аргументированными.

В настоящей работе предпринята попытка сквозь призму теоретических основ уголовно-правовой политики осуществить концептуально новое комплексное исследование данных преступлений, с тем чтобы результатом такого исследования явилась законодательная модель рассматриваемой главы.

Изложенное предопределило объект и предмет исследования, постановку соответствующей цели и задач, требующих концептуального решения.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования выступают уголовно-правовые отношения, возникающие в связи с совершением посягательств в сфере судопроизводства.

Предметом исследования избраны:

различные понятия и категории, связанные с преступлениями против правосудия;

исторические корни и тенденции развития уголовной ответственности за данные посягательства – как в отечественном законодательстве, так и в законодательстве ряда зарубежных государств;

нормативно-правовые акты других отраслей права, оказывающие влияние на содержание уголовно-правовых норм о преступлениях против правосудия;

правоприменительная (следственная, судебная) практика по делам о преступлениях против правосудия и иным категориям уголовных дел, по вопросам, связанным с ответственностью за эти преступления;

данные официальной статистики и криминологических исследований, проведенных как самим диссертантом, так и другими авторами.

Цели и задачи исследования. Целями диссертационного исследования явилось изучение уголовно-правового назначения норм, предусматривающих ответственность за преступления против правосудия, формулирование предложений по их применению, создание теоретической модели главы на основе комплексного анализа действующего материального и процессуального законодательства Российской Федерации.

Содержание указанных целей определило задачи исследования:

выявить оптимальную систему преступлений против правосудия;

изучить исторический и компаративистский аспекты уголовной ответственности за данные преступления;

осмыслить имеющиеся в теории уголовного права концепции объекта преступлений против правосудия, изложить и обосновать авторскую трактовку видового объекта данной группы преступлений;

дать уголовно-правовую характеристику объективных и субъективных признаков преступлений против правосудия с позиции выполняемой ими функции регламентации и дифференциации уголовной ответственности;

проанализировать квалифицирующие признаки преступлений против правосудия и определить направления по их совершенствованию;

изучить правоприменительную практику квалификации преступлений против правосудия с целью выявления типичных ошибок и разработать рекомендации по их устранению;

исследовать типовые наказания за преступления против правосудия и выявить их роль в решении проблемы дифференциации уголовной ответственности;

разработать предложения по совершенствованию уголовного, административного, процессуального законодательства, регулирующего вопросы ответственности за посягательства на интересы правосудия, сформулировав в порядке de lege ferenda модель главы.

Методология и методика исследования. Диссертационное исследование осуществлено с использованием современных методов научного познания. Его методологическую основу образуют философские знания, определяющие принципы и предпосылки изучения различных, в том числе социально-правовых, явлений в их постоянном развитии и взаимообусловленности, а также совокупность общенаучных (системно-структурный подход, анализ и синтез, абстрагирование, обобщение и др.) и частнонаучных (систематический, сравнительно-правовой, формально-логический, исторический, грамматический, конкретно-социологический, статистический и другие) методов познания. Исследование носит комплексный характер, в нем аккумулируются проблемы, значимые не только для уголовно-правовой науки, но конституционного, арбитражного, гражданского, административного, уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного права.

Теоретическую основу исследования составили научные труды ведущих ученых в области конституционного, гражданского, административного, уголовного, уголовно-процессуального, гражданского процессуального и арбитражного процессуального права, социологии и криминологии.

В диссертации использовались труды отечественных правоведов дореволюционного, советского и постсоветского периодов.

Нормативную базу исследования составили: положения Конституции Российской Федерации; общепризнанные принципы и нормы международного права, закрепляющие основные права и свободы человека и гражданина; нормативные акты уголовно-правового характера различных периодов действия в России (в том числе ранее в составе СССР), УК ряда зарубежных стран; Федеральный конституционный закон РФ «О Конституционном Суде Российской Федерации»; УПК РФ, ГПК РФ; АПК РФ, Кодекс РФ об административных правонарушениях; УИК РФ; другие федеральные конституционные и федеральные законы.

Эмпирическую базу исследования составляют: статистические данные о преступлениях против правосудия в Российской Федерации с 1997 по 2005 гг.; опубликованная судебная практика; определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 1997–2004 гг. (238 определений); приговоры, постановления и определения по уголовным делам о преступлениях против правосудия, рассмотренным судами краев и областей Дальневосточного федерального округа (Амурская область, Хабаровский край, Приморский край, Сахалинская область, Магаданская область, Камчатская область, Чукотский национальный округ, Республика Саха (Якутия) за 1995–2006 гг. (740 дел); уголовные дела о преступлениях других категорий в связи с изучением вопросов, связанных с защитой интересов правосудия за 1997–2006 гг. (1630 дел).

Использованы результаты анкетного опроса студентов юридических факультетов очного, заочного обучения Дальневосточного государственного университета, Хабаровской государственной академии экономики и права, Дальневосточного юридического института МВД РФ, Дальневосточного филиала Российской академии правосудия (421 человек), результаты опроса судей судов Дальневосточного федерального округа и Северо-Западного федерального округа, следователей МВД и прокуратуры (214 человек).

Научная новизна исследования определяется тем, что в нем на концептуальном уровне осуществлен комплексный анализ законодательной регламентации, практического применения и модельного конструирования уголовно-правовых норм о преступлениях против правосудия. Работа содержит более подробный, чем в других исследованиях, сравнительно-правовой анализ данных преступных деяний. По-новому исследуется объект преступлений против правосудия, в связи с чем предложена новая классификация данных преступлений. Элементы новизны присутствуют в раскрытии признаков преступлений против правосудия, в уголовно-правовой характеристике составов и квалификации данных преступлений.

Впервые в современной доктрине российского уголовного права предложен анализ санкций рассматриваемых уголовно-правовых норм и исследованы проблемы их практической реализации. Типовые уголовные наказания за преступления против правосудия рассмотрены как важнейшее средство дифференциации уголовной ответственности.

Соискателем проанализированы дискуссионные положения теории уголовного права, выявлены недочеты в законодательстве, ошибки в правоприменении и сформулирована в полном объеме модель главы, включающая в себя характеристику не только преступлений, но и санкций сформулированных уголовно-правовых норм.

Новизна работы заключается и в выносимых на защиту положениях:

1. В результате проведенного исследования выявлено, что структурное обособление преступлений против правосудия в самостоятельную главу УК РФ является закономерностью, базирующейся на историческом опыте законодательного конструирования уголовной ответственности дореволюционного периода России, а также мирового опыта поиска эффективных средств борьбы с данными видами общественно опасных посягательств.

2. Диссертант доказывает: в уголовном праве «правосудие» характеризует группу близких между собой общественных отношений, требующих правовой защиты и обеспечивающих строго регламентированную законодательством деятельность суда, осуществляющего конституционное, гражданское, арбитражное, административное, уголовное судопроизводство, а также иных лиц, в этом ему содействующих. Данным термином характеризуется видовой объект самостоятельной группы преступлений.

Предложенные в науке терминологические замены («уголовно-процессуальные преступления», «преступления против судебной власти») следует признать неудачными.

С точки зрения использования процессуальных категорий для обозначения видового объекта этой группы преступлений, более приемлемым следует признать понятие «судопроизводство». По содержанию оно шире понятия «правосудие» за счет того, что включает в себя как деятельность судов по рассмотрению и разрешению дел, отнесенных к их ведению (собственно правосудие), так и действия других субъектов, которые реализуют свои права и обязанности, вступая в процессуальные отношения с судом. Поэтому в качестве альтернативного названия возможно данную группу преступлений обозначить как «Преступления в сфере судопроизводства».

3. В случае причинения вреда интересам правосудия вредоносные последствия, как правило, могут быть заглажены с помощью комплекса правовых норм, которые в целях достижения максимального социального эффекта должны быть взаимообусловленны и взаимозависимы. В настоящее время в полном объеме достичь этого результата в правовом регулировании посягательств на интересы правосудия не удалось. Поэтому обосновываются предложения по совершенствованию уголовно-процессуальных и административных мер воздействия. В частности:

а) предлагается установить в Кодексе об административных правонарушениях ответственность за злостное уклонение от явки в суд: «Неуважение к суду, выразившееся в злостном уклонении от явки в суд свидетеля, потерпевшего, истца, ответчика, к которому уже были применены меры процессуального воздействия, – влечет административный арест на срок до пятнадцати суток»;

б) аргументируется необходимость формулирования в УПК РФ положения, предусматривающего обязанность предупреждения участников процесса об ответственности за разглашение сведений о мерах безопасности: «В случае применения к участникам процесса мер безопасности, всем иным участникам должна быть разъяснена уголовная ответственность за разглашение сведений о мерах безопасности, о чем делается соответствующая запись в протоколе;

в) обосновывается предложение о внесении дополнений в ст. 299 УПК РФ: «установлены ли при судебном разбирательстве обстоятельства, указывающие на дачу заведомо ложных показаний, заведомо ложного заключения или осуществление заведомо неправильного перевода»;

г) обосновывается предложение о внесении дополнений в ст. 313 УПК РФ: «с постановлением приговора суд решает вопрос о направлении материалов для решения вопроса о возбуждении уголовного дела за дачу заведомо ложных показаний, заведомо ложного заключения или за заведомо неправильный перевод».

4. Пути и формы законодательного формулирования норм уголовного права в каждой стране специфичны и основаны на собственном историческом опыте развития, однако при системном анализе законодательных актов четко прослеживается общая тенденция внимания к уголовно-правовому регулированию вопросов в сфере защиты интересов правосудия. Мировое законодательство знает немало интересных положений, не имеющих аналогов в УК РФ, в частности: заслуживают внимания правовые нормы, предусматривающие как ответственность стороны защиты, в частности адвоката, за посягательства на интересы правосудия, так и криминализацию вмешательства (воспрепятствование) в законную деятельность защитника или представителя лица; достойна быть возрожденной уголовная ответственность за посягательства на честь и достоинство участников процесса не только в ходе осуществления правосудия, как это сформулировано в настоящее время в ст. 297 УК РФ, но и после его осуществления; перспективным для использования в российском законодательстве следует признать опыт дифференциации ответственности за лжесвидетельство; рациональным следует признать установление уголовной ответственности за умышленное неисполнение решения судебной инстанции не только со стороны должностного лица, но и общего субъекта.

5. Неоправданно забыты с позиции криминологического исследования преступления против правосудия. Несмотря на то, что и в настоящее время данная группа преступлений в общей структуре преступности не превышает даже половины процента, заслуживают внимание неблагоприятные тенденции, которые развиваются на фоне падения в глазах населения авторитета государственной власти в целом и авторитета правоохранительных органов и судов в частности. Настораживают высокая степень латентности ряда преступлений против правосудия, все более возрастающий уровень корыстной мотивации при нарушении законности и коррумпированность сотрудников правоохранительных органов. Проблема коррупции, в том числе в правоохранительных органах, признана одной из основных государственных проблем.

6. Рассматривая проблемы теории и законодательной регламентации уголовно-правовых норм, предусмотренных в модельной главе «Преступления против правосудия», автор обосновывает положения:

а) о необходимости упорядочения, стандартизации терминов и понятий, используемых при формулировании диспозиций ряда статей УК:

14

14

– ст. 299 — «привлечение заведомо невиновного в качестве обвиняемого или составление в отношении заведомо невиновного обвинительного акта»;

– ст. 300 — «заведомо незаконный отказ в возбуждении уголовного дела, заведомо незаконное прекращение уголовного дела (уголовного преследования»;

– ч.1 ст. 301 — «заведомо незаконное задержание по подозрению в совершении преступления»;

– ч.1 ст. 303 — «фальсификация доказательств в гражданском, арбитражном, административном судопроизводстве».

б) о полной или частичной декриминализации одних деяний в сфере правосудия (провокация взятки) и криминализации других (расширение круга субъектов фальсификации доказательств, установление ответственности за отказ от дачи показаний эксперта и специалиста, формулирование ответственности за неисполнение судебного акта любым физическим лицом, обязанным его исполнить, несообщение о преступлении).

7. Фальсификации (по ст. 303 УК РФ) могут быть подвергнуты не только фактические данные, сведения о фактах, событиях, имевших место в прошлом или существующих в настоящем, но и процессуальная форма доказательства. В этой связи не разделяется позиция Верховного Суда РФ, согласно которой к фальсификации относится только предоставление некачественной информации и не относится искажение процессуальной формы доказательства. По мнению автора, вне процессуальной формы никакая информация не будет иметь доказательственного значения.

8. Целесообразна дифференциация уголовной ответственности за воспрепятствование осуществлению правосудия или производству предварительного расследования, во-первых, по критерию формы воздействия на потерпевшего: подкуп, шантаж, угроза уничтожения или повреждения имущества, иной незаконный способ, могущий повлиять на свободу принимаемого решения; во-вторых, по кругу лиц, на которых могут оказать такое воздействие. В этой связи предлагается расширить круг потерпевших, предусмотренных данной уголовно-правовой нормой, включив в него защитника.

9. Трудно объяснить, с точки зрения социальной ценности и справедливости, существующую в уголовном законе дифференциацию ответственности в зависимости от того или иного положения лица в судопроизводстве и выполняемых им функций. В этой связи предлагается объединить части первые и вторые в статьях 296, 297 и 298 УК РФ в один основной состав.

10. Санкции уголовно-правовых норм о преступлениях против правосудия нуждаются в совершенствовании как в плане установления вида и размера мер государственного принуждения, так и в плане их применения. От вида санкции и четкости ее конструкции зависят вопросы, связанные с индивидуализацией наказания. Сам процесс создания логически стройной системы преступлений против правосудия предполагает в конечном счете выдержанность санкций, их научную обоснованность, соответствие существу запрещаемых деяний, а также взаимную согласованность между собой. Решение проблем построения санкций рассматриваемых уголовно-правовых норм предполагает учет ряда положений общего характера, признанных уголовно-правовой доктриной, которые подробно анализируются в диссертационном исследовании применительно к рассматриваемым преступлениям:





во-первых, обоснование пределов верхних и нижних границ санкций;

во-вторых, соотношение наказаний за тяжкое и менее тяжкое преступление;

в-третьих, адекватное отражение в санкции характера и степени общественной опасности запрещаемого деяния, а также конструктивных особенностей диспозиций уголовно-правовых норм о преступлениях против правосудия;

в-четвертых, особенности конструирования санкций в нормах о преступлениях против правосудия, которые относятся к категории «специальных».

11. На основе проведенных исследований, в порядке de lege ferenda, предлагается авторский вариант модельной главы «Преступления в сфере уголовного судопроизводства» (полный текст главы приводится в заключительной части автореферата).

Апробация результатов исследования. Результаты исследования использовались диссертантом: а) при преподавании Особенной части уголовного права и спецкурсов по вопросам уголовной ответственности за преступления против правосудия на юридических факультетах Хабаровской государственной академии экономики и права, Дальневосточного филиала Российской академии правосудия; б) в ходе практической деятельности с 1994 года в Хабаровской краевой палате адвокатов.

Основные положения диссертации освещены в 59 публикациях на русском и иностранных языках (общим объемом более 70 п.л.), из которых 11 – в журналах, входящих в перечень ведущих научных изданий, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки РФ.

Апробация основных идей, выводов и положений диссертации осуществлена в выступлениях на международных, межрегиональных и межвузовских конференциях, межкафедральных и кафедральных теоретических семинарах различных вузов за период с 1986 по 2007 гг. Автор принял личное участие в четырех международных научно-практических конференциях, организованных на юридическом факультете МГУ им. М.В. Ломоносова (г. Москва, 2004–2007 гг.); трех международных научно-практических конференциях, организованных кафедрой уголовного права МГЮА (г. Москва, 2005–2007 гг.); двух межвузовских научно-практических конференциях «Актуальные проблемы юридической ответственности» (Тольятти, 2005–2006 гг.); в двух международных научно-практических конференциях «Международные юридические чтения» (Омск, 2005–2006 гг.); ряде региональных научно-практических конференций и семинаров, проведенных в период 1986–2007 гг. в Юридическом институте Дальневосточного государственного университета, Хабаровской государственной академии экономики и права, Дальневосточном юридическом институте МВД России, и других научных форумах.

Структура диссертации определяется целью и задачами исследования и включает в себя введение, шесть глав, объединяющих шестнадцать параграфов, заключение и список использованной литературы.

Содержание работы

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, определяются его цель и задачи, указаны методологическая и эмпирическая основы работы, отмечены ее научная новизна и практическая значимость, апробация результатов исследования, формулируются основные положения, выносимые на защиту.

Первая глава «Преступления против правосудия: понятие, объект и система», объединяющая два параграфа, посвящена рассмотрению вопросов о понятии «правосудие», характеристике видового объекта и анализу системы этой группы преступных посягательств.

В первом параграфе «Понятие правосудия и его правовая охрана» отмечается, что в уголовном праве понятием «преступления против правосудия» характеризуется видовой объект преступления, то есть группа однородных, взаимосвязанных между собой общественных отношений. Объем данных отношений в уголовном праве определяется шире, чем собственно деятельность суда. Поэтому обосновывается вывод об использовании в Действующем уголовном законе термина «правосудие» в широком смысле слова.

Практика несовпадающего понимания одного и того же термина в различных отраслях законодательства не является исключительной и имеет распространение в языке всего российского законодательства.

Предложенное уточнение понятия «Преступления против интересов правосудия» (К.Ф.Амиров, Б.В. Сидоров, К.Н.Харисов) расширяет границы его толкования, однако не осуществляет терминологической замены и, следовательно, не объясняется, почему в рамках настоящей главы концентрируются правовые нормы, охраняющие не только деятельность суда, но и иных лиц на всех стадиях судопроизводства. Поэтому в качестве альтернативы предлагается данную группу преступлений озаглавить — «Преступления в сфере судопроизводства».

Для преодоления существующих противоречий в межотраслевых связях в области защиты рассматриваемых общественных отношений диссертантом предлагаются изменения в законодательстве:

а) возродить административную ответственность в случае злостного уклонения от явки в суд;

б) осуществить криминализацию заведомо ложных показаний, заведомо ложного заключения или неправильно перевода в административном судопроизводстве. При этом в рамках уголовного закона дифференцировать ответственность за совершение рассматриваемых деяний в зависимости от характера судопроизводства;

в) внести изменения в ч. 3 ст. 11 УПК РФ, предусмотрев обязанность предупреждения об уголовной ответственности за разглашение сведений о мерах безопасности.

Во втором параграфе «Правосудие как объект уголовно-правовой защиты и система преступлений» анализируется терминологическое разнообразие, используемое в доктрине уголовного права при характеристике видового объекта, из чего сделано несколько обобщающих выводов:

во-первых, трактовка объекта преступления как общественного отношения является универсальной, верной по существу и соответствующей действующему законодательству, несмотря на изменения в охране приоритетов уголовным законом;

во- вторых, дискуссия ведется не в связи с существенными противоречиями во взглядах на видовой объект преступлений против правосудия, а в связи с объемом общественных отношений, которые охватываются данным понятием.

Видовой объект преступлений против правосудия включает в себя две группы отношений, хотя тесно связанных между собой, направленных на достижение единого интереса в сфере правосудия, однако обладающих самостоятельным характером. Во-первых, это отношения, охраняющие процессуальную и постпроцессуальную деятельность. Во-вторых, это отношения охраняющие неотъемлемые личностные блага субъектов данной деятельности и их близких: жизнь, здоровье, честь, достоинство, личную безопасность.

В уголовно- правовой теории классификация преступлений против правосудия осуществляется по трем основным критериям: а) по субъекту посягательства; б) по непосредственному (групповому) объекту; в) комбинированный (смешанный). Проанализировав данные виды классификации, автор на основе непосредственного объекта преступления предложил свою. В основу авторской классификации положены структурные элементы охраняемых общественных отношений и особенности их внутреннего содержания, воздействуя на которые виновный нарушает охраняемое отношение в целом.

Такой критерий позволит определить существенные взаимосвязи охраняемых отношений и установить приоритеты, что особенно важно, когда под уголовно-правовую защиту берутся блага, связанные с несколькими социальными интересами.

Предложенная классификация взята за основу при распределении преступлений против правосудия по главам и параграфам настоящей работы.

Вторая глава «Исторический, сравнительно-правовой и криминологический аспекты уголовной ответственности за преступления против правосудия» состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Эволюция российского уголовного законодательства об ответственности за преступления против правосудия» отмечается, что анализ накопленного исторического опыта позволяет сделать следующие выводы:

1. Интересы правосудия были предметом уголовно-правовой охраны на самых ранних этапах существования российского государства. В первых законодательных актах древней Руси (Русская правда, княжеские уставы, Новгородская и Псковская ссудные грамоты) формулировались правовые нормы, которые можно рассматривать как прообраз некоторых современных составов преступлений против правосудия.

2. Дальнейшее развитие уголовного законодательства характерно двумя направлениями: во-первых, увеличением числа составов посягательств на интересы правосудия (Судебник 1497 г,. Судебник 1550 г. и последующие законодательные акты); во-вторых, стремлением законодателя консолидировать данные составы преступлений в одном разделе (главе) законодательного акта (Соборное уложение 1649 г., Уложение о наказаниях уголовных и исправительных от 15 августа 1845 г., Уголовное Уложение 1903 г.).

3. К 1917 году российское уголовное законодательство содержало достаточно развитую систему правовых норм, способных обеспечить охрану правосудия от преступных посягательств. Эти правовые нормы еще не были консолидированы в единой главе уголовного закона, однако такая тенденция была очевидна. Октябрьская революция прервала эволюционный процесс, поскольку происходила коренная ломка всех государственных и общественных институтов, что не могло не отразиться на законодательстве, в том числе уголовном. Процесс создания нового советского судебно-следственного аппарата и правовых норм по защите интересов правосудия от преступных посягательств проходил практически одновременно. Отказавшись от исторического опыта дореволюционного российского уголовного законодательства, авторы УК РСФСР 1922 и 1926 гг. не выделяли преступления против правосудия в самостоятельную главу, но данные составы преступлений были сформулированы в иных главах УК.

4. Основная проблема уголовно-правовой защиты интересов правосудия в этот период государственного развития заключалась в том, что в данной сфере, как ни в какой другой, проявилась двойственность (если не сказать двуличие) советской власти: показное провозглашение и отстаивание принципов законности в деятельности правоохранительных органов, с одной стороны, и попрание этой законности на практике – с другой. Причины такого явления на разных этапах развития государства были различными. В первые годы это объяснялось необходимостью борьбы с классовыми врагами, затем повлиял культ личности руководителя советского государства, позднее – отстаивание политических догм советской власти. Эта двойственность проявлялась как в несоблюдении основополагающих принципов права при построении уголовных и уголовно-процессуальных норм, так и в дальнейшем грубом отступлении от уже принятых правовых норм.

5. Идея выделения преступлений против правосудия в единую главу уголовного закона возникла в проекте УК СССР 1946 г. Воспринял эту идею УК РСФСР 1960 г., объединив в самостоятельную главу правовые нормы, предусматривавшие ответственность за посягательства на интересы правосудия.

Данные нормы не были застывшей догмой, и на протяжении более чем тридцатилетнего действия УК РСФСР 1960 г. видоизменялись и совершенствовались, получив дальнейшее развитие в УК РФ 1996 г.

Во втором параграфе «Особенности современного уголовного законодательства зарубежных стран об ответственности за преступления против правосудия» анализируются нормы действующего уголовного законодательства ряда стран Европы, Азии и Америки. Из всей совокупности существующих правовых систем в работе анализируются страны, относимые к романо-германской (континентальной) семье права. На основе предложенной диссертантом классификации формулируются следующие выводы:

1) в уголовных законах зарубежных стран, принятых в относительно недавнее время, прослеживается общая тенденция выделения правосудия в самостоятельный объект уголовно-правовой охраны. Следует признать это результатом эволюционного совершенствования системы уголовного закона

вне зависимости от исторического пути развития того или иного государства;

2) дальнейшее совершенствование норм о преступлениях против правосудия, технико-юридических приемов конструирования конкретных составов в отечественном законодательстве невозможно без учета мирового опыта нормотворческой деятельности, в частности:

а) структуризации правовых норм внутри главы «Преступления против правосудия» (Грузия). Это приведет к взаимной обусловленности и взаимосвязанности мер уголовно-правового регулирования близких общественных отношений в сфере правосудия;

б) криминализации незаконной деятельности адвоката, посягающего на интересы правосудия (Испания, ФРГ, Республика Сан-Марино), а также вмешательства (воспрепятствования) в законную деятельность защитника или представителя лица (Украина, Республика Казахстан);

в) дифференциации ответственности за лжесвидетельство в зависимости от судопроизводства и значимости сообщаемой информации для решения дела по существу (Швеция, Швейцария, Бельгия, Франция), а также детализации ответственности свидетеля и потерпевшего за умолчание об известных им фактах, имеющих значение для разрешения дела (Испания, Болгария, Аргентина);

г) установления уголовной ответственности за умышленное неисполнение судебного акта как специальным, так и общим субъектом (Республика Молдова, Республика Казахстан).

В третьем параграфе «Криминологическая характеристика преступлений против правосудия: состояние, структура, динамика» рассматриваются причины, по которым в рамках уголовного права, а тем более криминологии гораздо менее разработанными оказались проблемы криминологической обусловленности и совершенствования норм о преступлениях против правосудия.

Отмечается, что более половины (57,6 %)преступлений, совершенных в сфере правосудия, приходится на деяния, сутью которых является заведомая ложь и фальсификация. Диссертант придерживается принципиальной позиции в том, что именно суд оценивает правдивость или ложность показания, заключения или перевода в совокупности с представленными доказательствами, а у лиц до удаления суда в совещательную комнату есть право на заявление об их ложности. Поэтому суд, вынося решение по делу, должен недвусмысленно дать оценку показаниям, заключению или переводу. Как показывает авторское исследование только в 16,2% изученных дел такая оценка судом давалась. При этом ее формулировка не была единой и зачастую не соответствовала требованиям диспозиции ст. 307 УК РФ. Например, в 2,4% случаев суд указывал на «несоответствие показаний другим доказательствам по делу»; в 0,8 % случаев — на то, что «свидетель или потерпевший дал показания, существенно противоречащие ранее данным им показаниям». С учетом сказанного представляется целесообразным внести дополнения в ст. 299 и ч. 5 ст. 313 УПК РФ.

В последние годы продолжает увеличиваться суммарное число зарегистрированных преступлений против правосудия, которые совершаются специальными субъектами: судьями, прокурорами, следователями, дознавателями. Так, за период с 1986 по 1996 гг. применения УК РСФСР эта группа преступлений[3] составила 500 зарегистрированных случаев. За девятилетний период действия УК РФ – с 1997 по 2005 гг. число аналогичных преступлений составило 871 или + 74,2 %. В то же время увеличились «ножницы» между числом зарегистрированных преступлений и количеством выявленных преступников. Так, в 1986–1996 гг. было установлено 328 человек, а за указанный выше период действия УК РФ — 200 человек. Цифры настораживают, поскольку преступная деятельность должностных лиц не сразу попадает в поле зрения, что позволяет им неоднократно совершать общественно опасные деяния.

Особую обеспокоенность вызывает уровень корыстной мотивации при нарушении законности, или коррумпированность сотрудников правоохранительных органов. По изученным в ходе нашего исследования уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст.ст. 299–305 УК РФ, была установлена корыстная заинтересованность в 9,4 % случаев, а иная личная заинтересованность в 24,6 % дел. Высокая латентность коррупционных преступлений заставляет критически относиться к данным об уровне этого явления.

Третья глава «Преступления, посягающие на процессуальную деятельность органов, осуществляющих судопроизводство» состоит из пяти параграфов, в которых анализируются посягательства на интересы правосудия, связанные с нарушением процессуальной деятельности.

В первом параграфе «Посягательства на деятельность, связанную с принятием основанных на законе процессуальных решений» исследуются проблемы законодательной регламентации и правоприменения уголовно-правовых норм, предусмотренных в статьях 294, 299, 300, 301 и 305 УК РФ.

При анализе ответственности за воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования (ст. 294 УК РФ) формулируются критерии, которые могут быть использованы при толковании понятия «вмешательство»: вопервых, виновный должен совершать незаконные действия, которые, по его мнению, могут воспрепятствовать осуществлению правосудия или всестороннему, полному и объективному расследованию по уголовному делу. Незапрещенное законом право влиять на принимаемое органами расследования или судом решение со стороны лиц, мнения по этому вопросу не может рассматриваться как вмешательство в деятельность данных органов; во-вторых, данное вмешательство должно осуществляться для нарушения порядка принимаемого указанными должностными лицами решения или изменения его содержания; в-третьих, степень общественной опасности вмешательства возрастает, если избранные способы препятствуют или серьезно затрудняют волеизъявление участника судопроизводства при осуществлении им своей деятельности.

Действующий уголовный закон защищает от вмешательства деятельность суда, прокурора и органов расследования. Вне поля зрения оказалась защита от вмешательства в законную деятельность стороны защиты. Учитывая конституционный принцип равенства сторон, данный пробел предлагается устранить.

Мотивируется вывод о необходимости упорядочения, стандартизации терминов и понятий, используемых при формулировании диспозиций статей 299, 300, 301, 303, 305 УК РФ.

Диссертант предлагает также свое видение решения вопроса о субъекте преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 301 УК РФ. Представляется целесообразным законодательным путем урегулировать возникшие противоречия, предусмотрев самостоятельную ответственность следователя, дознавателя и прокурора за возбуждение заведомо незаконного ходатайства перед судом об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

Во втором параграфе «Посягательства на деятельность, связанную с получением объективной информации о преступлении» доказывается:

1. Обоснованность декриминализации ответственности за провокацию взятки либо коммерческого подкупа (ст. 304 УК РФ). Во-первых, существование подобного социального явления не носит распространенный характер, чему свидетельствует имеющаяся статистика. При этом нет никаких научно обоснованных данных, свидетельствовавших бы о том, что данные противоправные действия носят в большей степени латентный характер. Во-вторых, формулирование данной правовой нормы породило множество дискуссионных вопросов. В-третьих, подобные противоправные действия могут быть законодательно урегулированы использованием института соучастия, некоторых составов о должностных преступлениях (ст. 285, 286, 292 УК РФ) и преступлениях против правосудия (ст. 301, 302 УК РФ).

2. Целесообразность дифференциации ответственности за отказ от дачи показаний (ст. 308 УК РФ) в зависимости от судопроизводства. При этом лицо должно быть не только предупреждено об уголовной ответственности за подобное деяние, но ему разъяснено, что оно не попадает в категорию тех граждан, которые согласно закону имеют право не давать показания.

Параграф третий «Посягательства на деятельность, связанную с получением достоверных доказательств о преступлении» посвящен анализу проблем теории и практики ответственности за фальсификацию доказательств (ст. 303 УК РФ) и дачу заведомо ложных показаний, заключение эксперта, специалиста или неправильный перевод (ст. 307 УК РФ).

Современное состояние данных общественно опасных деяний свидетельствует о неблагоприятных тенденциях. Фальсификация доказательств с 46 случаев в 1997 г. выросла до 445 в 2005 г., т.е. более чем на 900%; заведомо ложные показания, заключение, перевод за этот же период выросли более чем в два раза. В работе анализируются причины этого явления.

Когда речь идет о фальсификации доказательств, особое значение имеет правильное определение предмета посягательства. Диссертант не согласен с наметившейся в последнее время практикой Верховного Суда РФ относить к предмету фальсификации только предоставление недоброкачественной информации. Предметом фальсификации следует признавать и искажение процессуальной формы ее закрепления.

Пассивное уклонение от сообщения важных сведений путем ссылки на какие-то вымышленные обстоятельства (не видел, не помнит, не знает и т.п.) свидетельствует о том, что допрашиваемый прямо не отказывается давать показания, а констатирует определенный факт, что он такими сведениями не располагает и тем самым сообщает заведомо ложную для него информацию. Данные действия следует квалифицировать по ст. 307 УК РФ. Если допрашиваемый прямо отказывается отвечать на поставленные вопросы об обстоятельствах, имеющих значение для дела, то речь идет об ответственности за отказ от дачи показаний (ст. 308 УК РФ).

В четвертом параграфе «Посягательства на деятельность, связанную с законным получением достоверных доказательств о преступлении, сопряженные с принуждением и подкупом» отмечается, что в 55,4 % изученных уголовных дел свидетели (16,2%) или подсудимые (39,2%) в суде отказались от первоначальных показаний, которые они давали на предварительном следствии, отрицали те фактические обстоятельства, о которых они ранее говорили в своих показаниях. Причины этого они объяснили физическим и психическим насилием со стороны сотрудников правоохранительных органов (22,5%); иными незаконными действиями (обман, уговоры, обещания, использование алкоголя и наркотических средств) (2,8%).

Объективность указанных данных подтверждается как исследованием диссертанта, так и данными других авторов (А.С. Гореликом, А.Д. Назаровым, Н.Г. Стойко). Таким образом, уровень регистрации преступлений, предусмотренных ст. 302 и ст. 309 УК РФ, явно не соответствует распространенности этого противоправного явления.

В работе определяется понятие «принуждение», с учетом которого предлагается дополнить редакцию ст. 302 УК РФ: «путем применения угроз или иных незаконных деяний, лишающих или ограничивающих свободу воли,…» и далее по тексту.

В пятом параграфе «Посягательства на деятельность, связанную с расследованием, пресечением и раскрытием преступления» анализируются составы, предусмотренные ст. 310 и ст. 316 УК РФ.

В частности аргументируется позиция о формулировании в ст. 310 УК РФ примечания, согласно которому не подлежат ответственности по данной статье подозреваемый, обвиняемый, защитник и представитель несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого.

Обосновывается необходимость в ст. 316 УК РФ описать в консолидированной форме группы преступлений, укрывательство которых влечет уголовную ответственность. Такой опыт имеется в УК Испании (ст. 451).

Доказывается поспешность декриминализации ответственности за несообщение о факте готовящегося или совершенного преступления. Государство фактически сложило с себя полномочия реагировать на подобные случаи, в том числе и при подготовке тяжких и особо тяжких преступлений. Противодействие раскрытию, расследованию преступлений и наказанию виновных не только все более латентно в условиях эскалации экстремистской и организованной преступности, но и в значительной своей части объявлено непреступным. Вместе с тем 68,2% из числа опрошенных судей и сотрудников правоохранительных органов ратуют за возвращение уголовной ответственности за несообщение о готовящемся или совершенном особо тяжком преступлении. В этой связи представляет интерес опыт Европейских государств (Голландия, Франция, ФРГ), не отказавшихся от уголовно-правового регулирования случаев недонесения, который позволяет выделить основные правила построения такой ответственности. Во-первых, вместо термина «недонесение», вызывающего отрицательную ассоциацию, используются термины «несообщение» или «не предупреждение». Во-вторых, нередко ответственность ограничивается только рамками несообщения о готовящемся преступлении. В-третьих, ответственность за несообщение связывается только с определенной группой преступлений. В-четвертых, исключается ответственность для близких родственников, супруга и иных лиц.

Четвертая глава «Преступления, посягающие на деятельность, связанную с исполнением судебного акта» состоит из двух параграфов, в которых анализируются посягательства на надлежащее исполнение принимаемых судом решений.

В первом параграфе «Общие посягательства на деятельность, связанную с исполнением судебного акта» отмечается, что в действующем уголовном законе (ч.1 ст. 312 УК РФ) не поддается какому-либо вразумительному объяснению положение, когда хищение имущества, подвергнутого описи или аресту, путем растраты наказывается менее строго, чем хищение иного имущества. Этот существенный недостаток, несомненно, требует коррекции. В этой связи представляется продуктивным выделение растраты арестованного или конфискованного имущества, сопряженное с его хищением, в квалифицированный состав преступления, предусмотренного ст. 312 УК РФ: «хищение путем присвоения или растраты имущества, подвергнутого арест,у лицом, которому это имущество вверено…»

Уголовно наказуемым признается лишь злостное неисполнение судебного акта (ст. 315 УК РФ). Доктринально трудно будет добиться однозначной оценки «злостности», а это бумерангом отражается на судебной практике. Поэтому целесообразно в примечании к ст. 315 УК РФ дать ее характеристику: «Под злостностью неисполнения следует понимать повторное неисполнение лицом возложенных на него обязанностей, вытекающих из судебного акта, после предписания, сделанного уполномоченным лицом, и предупреждения об уголовной ответственности при наличии реальной возможности исполнить приговор, решение или иной судебный акт».

В 23,9% изученных случаев основанием прекращения уголовного дела либо отказа в его возбуждении являлось нераспространение действий ст. 315 УК РФ в отношении общего субъекта. Следует признать это пробелом уголовного законодательства. Назрела объективная необходимость установления ответственности за неисполнение судебного акта со стороны любого лица. При этом ответственность специальных субъектов должна быть выделена в самостоятельный состав с повышением ее размеров в санкции.

Во втором параграфе «Посягательства, нарушающие реализацию нака-зания в виде лишения свободы, ареста или меры пресечения – заключение под стражу» рассматриваются наиболее значимые проблемы теории и практики ответственности за побег из места лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи (ст. 313 УК РФ) и уклонение от отбывания лишения свободы (ст. 314 УК РФ).

Диссертант обосновывает вывод о том, что побег задержанного в порядке ст. 91 УПК РФ по подозрению в совершении преступления должен квалифицироваться по ст. 313 УК РФ и поддерживает предложение о дополнении ст. 313 УК РФ примечанием, которое предлагает сформулировать следующим образом: "Под лицом, находящимся в предварительном заключении, в настоящей статье понимаются подозреваемый, обвиняемый или осужденный, заключенный под стражу в порядке меры пресечения, а равно задержанный в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством».

При предоставлении отсрочки исполнения приговора либо при её отмене на суд законом не возлагается требование обязывать лицо самостоятельно явиться в исправительное учреждение для отбытия наказания. В этой связи термин «невозвращение» не может охватывать случаи уклонения лица от реального отбывания наказания после истечения срока отсрочки либо ее отмены. В диспозиции ст. 314 УК РФ было бы правильнее вести речь об ответственности лица за уклонение от явки для отбывания наказания в виде лишения свободы по истечению срока отсрочки, если суд признал необходимым отбыть оставшуюся часть наказания либо ее досрочной отмены судом.

Глава пятая «Преступления, посягающие на участников процессуальных и постпроцессуальных отношений, а также их близких, в целях нарушения законной деятельности или из мести за таковую» состоит из двух параграфов.

В параграфе первом «Посягательства на безопасность, жизнь и здоровье участников процессуальных и постпроцессуальных отношений и их близких» обосновываются:

а) редакционная корректировка ст. 311 УК РФ – «Разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи, присяжного заседателя или иного лица, участвующего в отправлении правосудия, судебного пристава, а также участников уголовного процесса…» и далее по тексту;

б) использование в статьях 295, 296 и 298 УК РФ обобщенного понятия «участники судопроизводства» и «представители» и иные редакционные изменения.

Во втором параграфе «Посягательства на честь и достоинство участников процессуальных и постпроцессуальных отношений»:

а) раскрывается используемое в ст. 297 УК РФ понятие «участник судебного разбирательства» как лицо, которое участвует в процессуальной деятельности по рассмотрению и разрешению дела по существу, обладает определенными правами и обязанностями и может вступать в отношения с другими участниками судебного разбирательства по своей инициативе или в силу требований закона;

б) доказывается, что неуважение к суду более широкое понятие, чем оскорбление, включающее в себя разнообразные формы поведения, свидетельствующего о непочтительном отношении к представителям судебной власти. Обосновывается целесообразность изменения названия ст. 297 УК РФ и приведение ее в соответствие с содержанием, а именно: «Оскорбление судьи, присяжного или арбитражного заседателя и иных участников судебного заседания»;

в) обосновывается целесообразность использования в диспозиции ст. 297 УК РФ термина «в связи с осуществлением правосудия».

Глава шестая «Проблемы оптимизации уголовно-правовой политики в сфере борьбы с преступлениями против правосудия» состоит из двух параграфов.

В первом параграфе «Особенности наказания преступлений против правосудия в уголовном законодательстве и судебной практике» отмечается, что оценка преступного деяния происходит дважды. Сначала законодатель формулирует свое мнение о границах наказуемости деяния и закрепляет их в законе. Затем суд, решая вопрос о наказании лица, виновного в совершении преступления, назначает ему конкретную меру в пределах, уже установленных законом.

Основными недостатками санкций этой группы преступлений являются: невозможность применения некоторых из них в полном объеме; не всегда обоснованная безальтернативность наказания; чрезмерно широкие границы между низшими и высшими пределами наказания; несогласованность между собой и с санкциями за другие преступления, в частности, против личности. Автором формулируются критерии и правила построения санкций за преступления против правосудия:

а) констатируется, что лишение свободы на определенный срок и штраф являются одними из основных мер государственного принуждения, которые используются при конструировании санкций. Представляется, что такому приоритету в выборе видов наказаний нет логического объяснения. При этом иные виды наказаний в конструировании санкций используются гораздо реже;

б) ставится во главу угла вопрос о «законодательных ножницах» в определении видов и размеров государственного принуждения за те или иные преступления в сфере правосудия в сочетании с границами разумного судебного усмотрения при выборе наказания за конкретное преступление. Большую границу между минимумом и максимумом в относительно определенных санкциях нельзя считать оправданной. Именно этим недостатком страдают санкции ч.3 ст. 313; ч.2 ст. 299 УК РФ;

в) доказывается необходимость использования законодательного приема, когда в качестве нижнего предела наказания за квалифицированный состав определяется верхний предел наказания за основной. С очевидным недостатком построены санкции основных и квалифицированных составов в ст.ст. 302 и 305 УК РФ;

г) подчеркивается, что особого рассмотрения заслуживает проблема конструирования санкций в нормах о преступлениях против правосудия, которые относятся к категории «специальных». Трудно согласиться с тем, что санкции ряда преступлений против правосудия, оцениваемые как специальные, по отношению к санкциям общих составов преступлений явно смягчают ответственность (например, ч.1 ст. 286 УК РФ по отношению к ч.1 ст. 302 УК РФ).

Как показывает проведенное изучение судебной практики, при назначении наказания за преступления против правосудия, как правило, проявляется исключительная лояльность избираемых мер государственного реагирования. Настораживает, что условное назначение наказания явно превалирует над реальным аналогом. Например, если за неквалифицированный донос и ложное показание условное наказание составляло соответственно 23,1% и 64,2%, то вопреки всякой логике с увеличением общественной опасности данный процент не только не понизился, а даже повысился: по ч. 2 ст. 306 УК РФ он составил 68,1 %, а по ч. 2 ст. 307 УК вовсе вырос в «неприличную» цифру: 95% от назначенного судом лишения свободы.

Приведенные данные свидетельствуют о необходимости коррекции не только судебной практики, но и законодательства в части определения оптимальных видов и размеров наказаний за вышеназванные преступления.

Заслуживает внимания вопрос о реализации при назначении наказания дополнительных его видов. В санкциях рассматриваемых преступлений использование дополнительного наказания — лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью (ст. 47 УК РФ) – встречается неоправданно редко. Еще реже данный вид наказания используется в судебной практике: в 62, 5 % изученных уголовных дел.

Параграф второй «Совершенствование уголовно-правовых норм об ответственности за посягательства на интересы правосудия: теоретическая модель главы» содержит авторское видение будущей главы «Преступления в сфере судопроизводства».

Глава (глава 31 УК РФ). Преступления в сфере судопроизводства

Статья 1 (ст. 305 УК РФ). Вынесение заведомо незаконного приговора, вердикта, решения или иного судебного акта

1. Вынесение судьей (судьями) заведомо незаконного приговора, решения или иного судебного акта, а равно присяжными заседателями заведомо незаконного вердикта, –

наказывается штрафом в размере от пятисот тысяч до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от трех до пяти лет либо ограничением свободы до трех лет, либо лишением свободы на срок от трех до шести лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

2. Вынесение судьей (судьями) заведомо незаконного судебного акта, связанного с лишением лица свободы или повлекшее по неосторожности иные тяжкие последствия, –

наказывается лишением свободы на срок от шести до десяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Статья 2 (ст. 294 УК РФ). Воспрепятствование осуществлению правосудия или производству предварительного расследования

1. Вмешательство в деятельность суда, прокурора, следователя, дознавателя, адвоката, представителя в целях воспрепятствования осуществлению правосудия, всестороннему, полному и объективному расследованию дела, оказанию юридической помощи путем подкупа, шантажа, угроз уничтожения или повреждения имущества или иным незаконным способом –

наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо лишением свободы на срок до двух лет.

2. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, -

наказывается штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо арестом от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок от двух до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

Статья 3 (ст. 299 УК РФ). Привлечение заведомо невиновного в качестве обвиняемого или составление в отношении заведомо невиновного обвинительного акта

1. Привлечение заведомо невиновного в качестве обвиняемого или составление в отношении заведомо невиновного обвинительного акта –

наказываются ограничением свободы до трех лет, либо арестом от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

2. Привлечение заведомо невиновного в качестве обвиняемого за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления –

наказывается лишением свободы на срок от пяти до десяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет

Статья 4 (ст. 300 УК РФ). Заведомо незаконный отказ в возбуждении уголовного дела или заведомо незаконное прекращение уголовного дела

1. Заведомо незаконный отказ в возбуждении уголовного дела, заведомо незаконное прекращение уголовного дела (уголовного преследования) прокурором, следователем или дознавателем –

наказываются ограничением свободы от одного года до тех лет, либо арестом от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Статья 5 (ст. 301 УК РФ). Заведомо незаконное задержание

1. Заведомо незаконное задержание лица по подозрению в совершении преступления -

наказывается ограничением свободы на срок до двух лет, либо арестом на срок до четырех месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

2.Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, повлекшее тяжкие последствия -

наказывается лишением свободы от двух до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Статья 6. Заведомо незаконное возбуждение ходатайства о заключении под стражу или продлении срока содержания под стражей

1. Заведомо незаконное возбуждение ходатайства о заключении под стражу или продлении срока содержания под стражей -

наказывается ограничением свободы до трех лет, либо арестом от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до трех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

2. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, повлекшее тяжкие последствия, -

наказывается лишением свободы на срок от трех до семи лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Статья 7 (ст. 302 УК РФ). Принуждение к даче показаний

1. Принуждение подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля к даче показаний либо эксперта, специалиста к даче заключения или показаний, переводчика к осуществлению перевода путем применения к ним или их близким угроз, шантажа или иных незаконных действий, лишающих или ограничивающих свободу воли, лицом, осуществляющим предварительное расследование по делу, а равно с его ведома или молчаливого согласия другим лицом, -

наказывается ограничением свободы до трех лет, либо арестом от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет

2.То же деяние, соединенное с применением насилия или пытки, -

наказывается лишением свободы на срок от пяти до восьми лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет

Статья 8 (ст. 309 УК РФ). Подкуп или принуждение к даче показаний или уклонению от дачи показаний либо к неправильному переводу

1. Подкуп свидетеля, потерпевшего в целях дачи ими ложных показаний либо эксперта, специалиста в целях дачи ими ложного заключения или ложных показаний, а равно переводчика в целях осуществления им неправильного перевода –

наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до трех месяцев.

2. Принуждение свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого к даче ложных показаний, эксперта, специалиста к даче ложного заключения или ложных показаний, переводчика к осуществлению неправильного перевода, а равно принуждение указанных лиц к уклонению или отказу от дачи показаний, соединенное с шантажом, угрозой убийством, применения насилия, уничтожения или повреждения имущества этих лиц или их близких, -наказываются штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо арестом на срок до четырех месяцев, либо лишением свободы на срок до трех лет.

3. Деяния, предусмотренные частью второй настоящей статьи, совершенные с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, -

наказываются ограничением свободы до трех лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок от трех до пяти лет.

4. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные организованной группой либо с применением насилия, опасного для жизни или здоровья указанных лиц, -

наказываются лишением свободы на срок от пяти до восьми лет.

Статья 9 (ст. 303 УК РФ). Фальсификация доказательств

1. Фальсификация доказательств в гражданском, арбитражном или административном судопроизводстве судьей, либо лицом, участвующим в деле, либо его представителем -

наказывается штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо арестом на срок от двух до четырех месяцев.

2. Фальсификация доказательств в уголовном судопроизводстве судьей, участником со стороны обвинения или защиты, за исключением подозреваемого или обвиняемого, –

наказывается ограничением свободы до трех лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до трех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет либо без таковой.

3. Деяние, предусмотренное частью второй, совершенное в уголовном судопроизводстве о тяжком или особо тяжком преступлении, а равно фальсификация доказательств, повлекшая тяжкие последствия, -

наказываются лишением свободы на срок от трех до семи лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Статья 10 (ст. 306 УК РФ). Заведомо ложный донос

1. Заведомо ложный донос о совершении преступления -

наказывается штрафом в размере до ста двадцати тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок от трех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

2. Заведомо ложный донос о лице, совершившем преступление, –

наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо лишением свободы на срок до трех лет.

3. Деяние, предусмотренное частью второй настоящей статьи, соединенное с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, а равно с искусственным созданием доказательств обвинения,-

наказывается лишением свободы на срок от трех до семи лет.

Статья 11 (ст. 307 УК РФ). Заведомо ложное показание, заключение эксперта, специалиста или неправильный перевод

1. Заведомо ложное показание свидетеля либо заключение или показание эксперта, показание специалиста в конституционном, гражданском, арбитражном или административном судопроизводстве -

наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок до трех месяцев.

2 Заведомо ложное показание свидетеля, потерпевшего, либо заключение или показание эксперта, показание специалиста, а равно заведомо неправильный перевод в уголовном судопроизводстве -

наказываются штрафом в размере до ста двадцати тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо ограничением свободы до трех лет, либо лишением свободы на срок до двух лет.

3. Деяния, предусмотренные частью второй настоящей статьи, совершенные при расследовании или рассмотрении уголовного дела о тяжком или особо тяжком преступлении, -

наказываются арестом на срок от четырех до шести месяцев либо лишением свободы на срок от двух до пяти лет.

Примечание. Свидетель, потерпевший, эксперт, специалист или переводчик освобождаются от уголовной ответственности, если они добровольно в ходе дознания, предварительного следствия или судебного разбирательства до вынесения приговора суда заявили о ложности данных ими показаний, заключения или заведомо неправильном переводе и сообщили правдивые сведения по делу.

Статья 12 (ст. 308 УК РФ). Отказ свидетеля, потерпевшего, эксперта или специалиста от дачи показаний

1. Отказ свидетеля, потерпевшего, эксперта или специалиста от дачи показаний в уголовном судопроизводстве –

наказывается штрафом в размере до сорока тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев, либо обязательными работами на срок до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок до трех месяцев.

Примечание. Лицо не подлежит уголовной ответственности за отказ от дачи показаний против себя самого, своего супруга или своих близких родственников, а также, если он имеет установленный законом свидетельский иммунитет.

Статья 13 (ст. 310 УК РФ). Разглашение данных предварительного расследования

1. Разглашение данных предварительного расследования лицом, предупрежденным в установленном законом порядке о недопустимости их разглашения, если оно совершено без согласия прокурора, следователя или дознавателя, –

наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до трех месяцев.

Примечание. Не могут быть привлечены к уголовной ответственности по настоящей статье подозреваемый, обвиняемый, законный представитель несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого и защитник.

Статья 14 (ст. 316 УК РФ). Укрывательство преступлений

Заранее не обещанное укрывательство тяжких или особо тяжких преступлений, –

наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо арестом на срок от трех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

Примечание. Лицо не подлежит уголовной ответственности за заранее не обещанное укрывательство преступления, совершенного его супругом или близким родственником.

Статья 15. Несообщение о преступлении

Несообщение о достоверно готовящемся или совершенном особо тяжком преступлении либо о лице, его совершившем, –

наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев.

Примечание. Лицо не подлежит уголовной ответственности за несообщение о преступлении и лице, его совершившем, если оно совершено его супругом или близким родственником.

Статья 16 (ст.315 УК РФ.) Неисполнение приговора суда, решения суда или иного судебного акта

1. Злостное неисполнение вступившего в законную силу решения суда или иного судебного акта либо воспрепятствование их исполнению лицом, обязанным исполнить данное решение или иной судебный акт, -

наказываются штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо арестом на срок до четырех месяцев.

2. Злостное неисполнение представителем власти, государственным служащим, служащим органа местного самоуправления, а также служащим государственного или муниципального учреждения, коммерческой или иной организации вступивших в законную силу приговора, решения или иного судебного акта, а равно воспрепятствование их исполнению -

наказываются штрафом в размере от двухсот до четырехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

Статья 17 (ст. 312 УК РФ). Незаконные действия в отношении имущества, подвергнутого аресту либо подлежащего конфискации

1.Присвоение, растрата, сокрытие, уничтожение, повреждение или незаконная передача имущества, подвергнутого аресту, совершенные лицом, которому это имущество вверено, при отсутствии признаков хищения, а равно осуществление служащим кредитной организации банковских операций с денежными средствами (вкладами), на которые наложен арест, -

наказываются штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо арестом на срок от трех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

2. Хищение путем присвоения или растраты имущества, подвергнутого аресту лицом, которому это имущество вверено, -

наказывается штрафом в размере от двухсот до четырехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо исправительными работами до двух лет, либо лишением свободы на срок от до пяти лет со штрафом в размере до ста тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года либо без такового.

3. Присвоение, растрата, сокрытие, уничтожение, повреждение имущества, конфискованного по приговору суда, а равно иное уклонение от исполнения вступившего в законную силу приговора суда о конфискации имущества -

наказываются штрафом в размере от двухсот до четырехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо исправительными работами до двух лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до пяти лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового.

Статья 18 (ст. 313 УК РФ). Побег из места лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи

1.Побег из-под стражи, совершенный лицом, находящимся в предварительном заключении, –

наказывается лишением свободы на срок до трех лет.

2. Побег из места лишения свободы или из-под ареста лицом, отбывающим наказание,-

наказывается лишением свободы на срок до пяти лет.

3. Деяния, предусмотренные частью первой или частью второй настоящей статьи, совершенные группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, -

наказываются лишением свободы на срок от трех до восьми лет.

4. Деяния, предусмотренные частями первой, второй или третьей настоящей статьи, совершенные с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия, а равно с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, -

наказываются лишением свободы на срок от пяти до десяти лет.

Примечание: Под лицом, находящимся в предварительном заключении, в настоящей статье понимаются подозреваемый, обвиняемый или осужденный, заключенный под стражу в порядке меры пресечения, а равно подозреваемый, задержанный в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством.

Статья 19 (ст. 314 УК РФ). Уклонение от отбывания лишения свободы

Невозвращение лица, отбывающего наказание в виде лишения свободы, которому разрешен выезд за пределы места лишения свободы, либо уклонение лица, которому предоставлена отсрочка исполнения приговора суда или отбывания наказания, по истечении срока выезда или отсрочки либо её отмены судом, -

наказываются лишением свободы на срок до трех лет.

Статья 20 (ст. 295 УК РФ). Посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или иного участника судопроизводства

Посягательство на жизнь судьи, присяжного или арбитражного заседателя, иного участника судопроизводства, его представителя или судебного пристава, а равно их близких в связи с рассмотрением дел или материалов в суде, производством предварительного расследования либо исполнением приговора, решения суда или иного судебного акта, совершенное в целях воспрепятствования законной деятельности указанных лиц либо из мести за такую деятельность, -

наказывается лишением свободы на срок от двенадцати до двадцати лет, либо пожизненным лишением свободы, либо смертной казнью.

Статья 21 (ст. 296 УК РФ). Угроза или насильственные действия в отношении лица, осуществляющего правосудие или иного участника судопроизводства

1. Угроза убийством, причинением вреда здоровью в отношении судьи, присяжного или арбитражного заседателя, иного участника судопроизводства, его представителя или судебного пристава, а равно их близких в связи с рассмотрением дел или материалов в суде, производством предварительного расследования, либо исполнением приговора, решения суда или иного судебного акта, совершенное в целях воспрепятствования законной деятельности указанных лиц, либо из мести за такую деятельность, -

наказывается ограничением свободы до трех лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до трех лет.

2. Применение насилия, не опасного для жизни или здоровья, в отношении лиц, указанных в части первой настоящей статьи, в связи с рассмотрением дел или материалов в суде, производством предварительного расследования, либо исполнением приговора, решения суда или иного судебного акта, совершенное в целях воспрепятствования законной деятельности указанных лиц либо из мести за такую деятельность, –

наказывается лишением свободы на срок до пяти лет.

3. Применение насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении лиц, указанных в части первой настоящей статьи, в связи с рассмотрением дел или материалов в суде, производством предварительного расследования, либо исполнением приговора, решения суда или иного судебного акта, совершенное в целях воспрепятствования законной деятельности указанных лиц либо из мести за такую деятельность, –

наказывается лишением свободы на срок от пяти до восьми лет.

Статья 22 (ст. 298 УК РФ). Клевета в отношении судьи, присяжного или арбитражного заседателя, иного участника судопроизводства

1. Клевета в отношении судьи, присяжного или арбитражного заседателя, иного участника судопроизводства, его представителя или судебного пристава в связи с рассмотрением дел или материалов в суде, производством предварительного расследования либо исполнением приговора, решения суда или иного судебного акта -

наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо арестом на срок от трех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

2. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, соединенное с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, -

наказывается лишением свободы на срок до четырех лет.

Статья 23 (ст. 297 УК РФ). Оскорбление судьи, присяжного или арбитражного заседателя и иных участников процесса

Оскорбление судьи, присяжного или арбитражного заседателя, иного участника процесса, его представителя или судебного пристава в связи с осуществлением законной деятельности указанных лиц в суде, исполнением приговора, решения суда или иного судебного акта либо из мести за такую деятельность -

наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев.

Статья 24 (ст. 311 УК РФ). Разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи и участников процесса

1. Разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи, присяжного или арбитражного заседателя, других участников судопроизводства или судебного пристава, а равно в отношении их близких, если это деяние совершено лицом, которому эти сведения были доверены или стали известны в связи с его служебной деятельностью, -

наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо арестом на срок до четырех месяцев, либо лишением свободы до двух лет.

2. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, повлекшее тяжкие последствия, -

наказывается лишением свободы на срок до пяти лет.

В заключении подводятся итоги диссертационного исследования, в систематизированном виде излагаются выводы.

Основные положения диссертации опубликованы

в следующих работах автора:

Монографии, учебники и учебные пособия

  1. Кулешов, Ю.И. Уголовная ответственность должностных лиц, органов внутренних дел за преступления против правосудия: учеб. пособие / Ю.И. Кулешов. – Хабаровск: ХВШ МВД СССР, Хабаровск. 1988. – 76 с. [4,0 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Преступления против правосудия: понятие, система, юридический анализ и проблемы квалификации: учеб. пособие / Ю.И. Кулешов. – Хабаровск: РИЦ ХГАЭП, Хабаровск. 2001. – 152 с. [6,5 п.л.]
  1. Российское уголовное право. Курс лекций. Т. 6. Преступления против государственной власти / Под ред. проф. А.И.Коробеева. – Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2002. Кулешов, Ю.И. Гл. 3 “Преступления против правосудия”/ Ю.И. Кулешов. – С. 147-271. [20,5/7,3 п.л.]
  1. Уголовное законодательство России и стран АТР: компаративное исследование: кллективная монография / Отв ред. проф. А.И.Коробеев. – Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2007. Кулешов, Ю.И. Уголовный закон Российской Федерации и стран АТР о преступлениях против правосудия: точки соприкосновения и различия / Ю.И. Кулешов. [22,5/1,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Преступления против правосудия: проблемы теории, законотворчества и правоприменения: монография / Ю.И. Кулешов.– Владивосток, 2007. [22,4 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Преступления против правосудия: проблемы квалификации и законодательной регламентации: монография / Ю.И. Кулешов. – М.:, 2007. [12,8 п.л.]

Научные статьи в ведущих научных журналах и изданиях, выпускаемых

в Российской Федерации, в которых должны быть опубликованы

основные научные результаты диссертаций

на соискание ученой степени доктора наук

  1. Кулешов, Ю.Уголовная ответственность за заведомо незаконное задержание / М. Парамонов, Ю. Кулешов // Советская юстиция. – 1986. – № 9. – С.18-19. [0,4/0,2 п.л.]
  1. Кулешов Ю.И. Правосудие как объект уголовно-правовой охраны: история и современность // Правоведение. –1999. – № 4. – С. 82-91. [ 0,8 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Рецензия на работу Друзин А.И. Предупреждение преступлений против правосудия, совершаемых лицами, отбывающими наказание (криминологические, организационные и уголовно-правовые аспекты). Ульяновск: ФГУП ИПК «Ульяновский дом печати», 2003.- 128 с. / А.И. Коробеев, Ю.И. Кулешов // Законность. – 2003. – № 12. – С. 126. [0,5/0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Лжесвидетельство: наболевшие проблемы правовой ответственности / А.И. Коробеев, Ю.И. Кулешов // Российский судья. – 2005. – № 7. – С. 36-39. [0,5/0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Пути и способы совершенствования уголовно-правовых норм, обеспечивающих исполнение судебного акта // Вестник Российской правовой академии Министерства юстиции России. – 2005. – № 3. – С. [0,5 п.л.]
  1. Кулешов, Ю. Уголовно-правовая защита независимости правосудия / А. Коробеев, Ю. Кулешов // Уголовное право. – 2005. – № 5. – С. 37-39. [0,5/0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Незаконное задержание, заключение под стражу или содержание под стражей: некоторые уголовно-правовые и уголовно-процессуальные аспекты // Черные дыры в Российском Законодательстве. – 2006. – №. 1. – С.340-342. [0,7 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.Ответственность за уклонение или отказ от дачи показаний / А.Кожевников, Ю. Кулешов // Законность. – 2006. – № 3. – С. 32-35. [0,5/0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Преступления против правосудия: будет ли востребована ст.312 УК РФ после восстановления института конфискации имущества? / А. Коробеев, Ю. Кулешов // Уголовное право. – 2007. – № 2. [0,5/ 0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Уголовная ответственность за неисполнение приговора суда, решения суда или иного судебного акта: состояние и перспективы // Черные дыры в Российском Законодательстве. – 2007. – №. 4. (в печати) [0,5 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.Ответственность за уклонение или отказ от дачи показаний / К.Кожевников, Ю. Кулешов // Законность. – 2007. – № 8. (в печати) [0,3/0,2 п.л.]

Научные статьи в других отечественных изданиях

  1. Кулешов, Ю.И. Вопросы квалификации привлечения заведомо невиновного к уголовной ответственности (ст. 176 УК РСФСР) // Взаимодействие органов внутренних дел с другими государственными органами и общественными организациями в борьбе с правонарушениями: межвузовский сборник научных трудов адъюнктов и соискателей. – М.: Московская высшая школа милиции МВД СССР, 1986. – С.62-64. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Развитие советского уголовного законодательства о преступлениях против правосудия, совершаемых должностными лицами // Совершенствование деятельности следственных аппаратов и подразделений дознания в органах внутренних дел: межвузовский сборник научных трудов адъюнктов и соискателей.- – М.: ВНИИ МВД СССР, 1986. С.112-114. [0,3 п.л.].
  1. Кулешов, Ю.И. Вопросы совершенствования уголовного законодательства об ответственности должностных лиц правоохранительных органов за преступления против социалистического правосудия // Совершенствование правового регулирования и деятельности ОВД в условиях перестройки: сборник научных трудов по материалам межвузовской научно-практической конференции. Ч.2. – Хабаровск: Хабаровская высшая школа МВД СССР. 1988. – С.98-100. [0,5 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Проблемы применения уголовно-правовой нормы ответственности за принуждение к даче показаний как одного из средств обеспечения законности в деятельности ОВД // Правовые средства обеспечения социалистической законности в деятельности органов внутренних дел: межвузовский сборник научных трудов адъюнктов и соискателей. – Минск: Минская высшая школа МВД СССР, 1988. – С.81-88. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Борьба с организованными формами преступности и проблемы правовой защищенности правосудия // Социально-экономические, демографические и криминологические особенности развития Дальневосточного региона: сборник научных трудов по материалам межвузовской научно-практической конференции. – Хабаровск: Хабаровская высшая школа МВД СССР. 1990. – С.89-90. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Проблемы борьбы с организованной преступностью в условиях формирования правового государства / Ф.М. Абубакиров, Ю.И. Кулешов // Формирование правового государства и совершенствование деятельности органов внутренних дел. – Хабаровск: Хабаровская высшая школа МВД СССР. 1991. – С.121-128. [0,5 / 0,25 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Пути совершенствования правовых средств защиты интересов правосудия на современном этапе // Актуальные проблемы уголовного права и правоприменительной деятельности органов внутренних дел в новых социально-политических условиях: сборник научных трудов по материалам межвузовской научно-практической конференции. – М.: Московская высшая школа милиции МВД РФ, 1992. – С.106-111. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Правосудие в Российской Федерации как объект уголовно-правовой охраны // Современные тенденции развития уголовной политики и уголовного законодательства: сборник научных трудов по материалам научно-практической конференции. – М.: Институт государства и права Академии наук РФ, 1994. – С.124-126. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Принуждение лица к даче показаний, соединенное с насилием: вопросы квалификации преступления // Правовая реформа и актуальные вопросы борьбы с преступностью: материалы межвузовской научной конференции. – Владивосток: Изд-во Дальневосточного гос.ун-та. 1994. – С.166-168. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Актуальные проблемы развития правосудия в Российской Федерации и защита его интересов на рубеже веков / Л.Л. Беляев, Ю.И. Кулешов // Актуальные проблемы государства и права на рубеже веков: материалы межвузовской научной конференции, посвященной 40-летию Юридического института ДВГУ (21-24 сентября 1998 г.) Ч.1. – Владивосток: Изд-во Дальневосточного гос.ун-та. 1998. – С.382-384. [0,4 п.л. / 0,2 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Современные проблемы правосудия и уголовный закон // Современные проблемы правоприменения (на опыте судов, органов прокуратуры, иных органов правоприменения Хабаровского края): сборник научных трудов по материалам научно-практической конференции. – Хабаровск: РИЦ ХГАЭП. 1998. – С.116-119. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Уголовная ответственность за отказ свидетеля или потерпевшего от дачи показаний по УК РФ / Ю.И. Кулешов, И.А. Фаргиев // Юридические механизмы защиты прав и свобод человека и гражданина: региональные проблемы: сборник материалов межрегиональной научно-практической конференции (23 декабря 1998 г.) – Хабаровск: РИЦ ХГАЭП. 1998. – С.221-224. [0,4 п.л. / 0,2 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Защита интересов личности в сфере правосудия на современном этапе / А.О. Грязев, Ю.И. Кулешов // Права человека и проблемы формирования правового государства в условиях реформирования российского общества: сборник материалов региональной научно-практической конференции (18 июня 1999 г.) – Хабаровск: Дальневосточный институт законодательства и правоведения. 1999. – С.38-41. [0,4 / 0,2 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Правосудие в России как важный институт правового государства и его уголовно-правовая защита // Россия на пороге XXI века: сборник научных трудов по материалам научно-практической конференции. – Хабаровск: РИЦ ХГАЭП. 2000. – С.44-47. [0,4 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Защита чести и достоинства участников судопроизводства в Уголовном кодексе Российской Федерации // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Азиатско-Тихоокеанском регионе: сборник научных трудов по материалам научно-практической конференции. – Хабаровск: РИЦ ХГАЭП. 2001. – С.82-86. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Некоторые аспекты уголовно-правовой политики при защите интересов правосудия // Правовая политика субъектов Российской Федерации: материалы круглого стола (26 сентября 2001 г.) – Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2002. – С.264-269. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Уголовная ответственность за вынесение заведомо неправосудного приговора, решения или иного судебного акта как гарантия соблюдения законности в деятельности судебной власти // Экономика, управление и право на Востоке России: сборник научных трудов по материалам научно-практической конференции. – Хабаровск: Изд-во ДВАГС. 2002. – С.74-76. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Взаимодействие материального и процессуального права при защите свободы лица, вовлеченного в уголовное судопроизводство // Современные проблемы взаимодействия материального и процессуального права России: теория и практика: сборник тезисов докладов и сообщений участников всероссийской научно-практической конференции (17-18 апреля 2003 г.) – Екатеринбург: УрГЮА, 2003. [0,2 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Некоторые аспекты защиты чести и достоинства потерпевшего в преступлениях против правосудия // Потерпевший от преступления (уголовно-правовой, уголовно-процессуальный, криминологический и психолого-медицинский аспекты): материалы региональной научно-практической конференции. – Ростов на Дону: Ростовский государственный экономический университет, 2003. – С.112-113. [0,2 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Некоторые аспекты уголовной ответственности за провокацию взятки и коммерческого подкупа // Пути совершенствования уголовного и уголовно-процессуального законодательства России и практика его применения в современных условиях: сборник материалов международной научно-практической конференции (14-15 мая 2003 г.) – Пенза, 2003. – С.59-61. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Некоторые проблемы теории и практики толкования уголовно-правовой нормы, предусмотренной ст. 299 УК РФ (Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности) // Современные проблемы уголовного права и уголовного процесса: материалы международ.науч-практ.конф.: в 2 т. Т.1. / Редкол.: Н.В.Щедрин, И.В.Шишко, Л.В.Майорова. – Красноярск: ИЦ КрасГУ, 2003. – С.204-206. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование (ст. 295 УК РФ) // Вестник Дальневосточного юридического института МВД РФ. – 2003. - № 1(4). – С.24-29. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Проблемы уголовной ответственности за незаконные действия в отношении имущества, подвергнутого описи или аресту либо подлежащего конфискации (ст.312 УК РФ) // Актуальные проблемы борьбы юридической ответственности: материалы межвузовской научно-практ.конференции / Отв.ред. д.ю.н., проф. Р.Л.Хачатуров. – Тольятти: ВуиТ, 2003. – С.158-165. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Уголовная ответственность за неисполнение приговора суда, решения суда или иного судебного акта // Проблемы правового обеспечения деятельности органов внутренних дел по охране общественного порядка и борьбе с преступностью: сборник научных трудов по материалам научно-практической конференции. – Хабаровск: Дальневосточный юридический институт МВД РФ, 2003. – С.110-113. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Уголовно-правовая защита жизни, здоровья, чести и достоинства участников судопроизводства и лиц, исполняющих судебные акты // Проблемы укрепления государственности и обеспечения верховенства закона: материалы юбилейной научно-практической конференции, посвященной 45-летию непрерывного юридического образования в ДВГУ. – Владивосток: Изд-во Дальневост.ун-та., 2003. – С.315-319. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Уголовно-правовая защита интересов правосудия в Российской Федерации и в Японии: сравнительно-правовой аспект // Япония и Россия: диалог и взаимодействие культур: материалы Международной научно-практической конференции (Южно-Сахалинск, сентябрь 2003 г.). – Южно-Сахалинск: Изд-во СахГУ, 2003. – С.47-50. [0,4 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Воспрепятствование осуществлению правосудия: проблемы уголовной ответственности и законодательной регламентации // Сибирский юридический вестник.– 2004. - № 3. – С.55-57. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Лжесвидетельство: проблемы ответственности в условиях реформирования уголовного и уголовно-процессуального законодательства // Проблемы обеспечения законности и правопорядка в Дальневосточном регионе: сборник научных трудов по материалам научно-практической конференции. – Хабаровск: Дальневосточный юридический институт МВД РФ, 2004. – С.136-140. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Потерпевший в ст. 295 УК РФ: некоторые аспекты правовой регламентации // Вестник Хабаровской государственной академии экономики и права.– 2004. - № 4. – С.132-135. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Правосудие как объект правовой защиты // Соискатель.– 2004. - № 1. – С.80-83. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Судебная власть, судопроизводство: проблемы терминологического определения объекта уголовно-правовой охраны // Криминалистическая и судебная экспертиза на Дальнем Востоке: сборник науч. трудов. Вып.1.– Хабаровск: РИЦ ХГАЭП, 2004.– С.184-190. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Уголовная ответственность за вынесение заведомо неправосудного приговора, решения или иного судебного акта: состояние и перспективы // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе: сборник материалов международной научно-практической конференции (5-6 февраля 2004 г.) Ч. 1. – Красноярск: Сибирский юридический институт МВД России, 2004. – С.126-129. [0,4 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Уголовно-правовая охрана правосудия в России как важного конституционного института власти в правовом государстве // Научные труды РАЮН. Вып. 4. Том 3. – М., 2004. С.322-325. [0,5 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Некоторые аспекты в характеристике объекта преступлений против правосудия // Роль юридического образования и науки в формировании российского гражданского общества и правового государства: материалы юбилейной научно-практической конференции, посвященной 65-летию юридического факультета ХГАЭП. – Хабаровск: РИЦ ХГАЭП, 2005. – С.267-270. [0,2 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Некоторые теоретические аспекты уголовной ответственности за насильственные действия, совершаемые в отношении участников судопроизводства (ст.296 УК РФ) // Уголовное право: стратегия развития в ХХI веке: материалы второй международной научно-практ. конф. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2005. – С.254-256. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Неуважение к суду: проблемы совершенствования уголовного законодательства и практики его применения // Научные труды РАЮН. Вып. 5.– М., 2005. [0,4 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Провокация взятки либо коммерческого подкупа: некоторые аспекты уголовно-правовой ответственности // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Дальневосточном регионе: сборник материалов межрегиональной научно-практической конференции (18-19 мая 2005 г.) – Хабаровск: Дальневосточный юридический институт МВД. 2005. – С.243-245. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Проблемы построения санкций уголовно-правовых норм об ответственности за преступления против правосудия / Ю.И. Кулешов, С.И. Шишкин // Право и суд в современном мире: материалы научно-практической конференции, посвященной тысячелетию г.Казани. – Казань: Изд-во Казанского гос. ун-та, 2005. –С. 269-271. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Субъект ответственности за заведомо незаконное лишение свободы в уголовном судопроизводстве в сфере реформы процессуального закона // Международные юридические чтения: материалы научно-практической конференции. Ч.IY. – Омск: Омский юридический институт, 2005.– С.46-49. [0,4п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Особенности регламентации уголовной ответственности за преступления против правосудия (на примере УК отдельных стран АТР) // Контакт России и стран АТР в правовом дискурсе: материалы международной научно-практической конференции. – Владивосток: Изд-во Дальневост.ун-та., 2006. – С.137-140. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. Преступления против правосудия: криминологическая характеристика и современные тенденции // Вестник Хабаровской государственной академии экономики и права.– 2006. - № 1. – С.152-164. [0,3 п.л.]
  1. Кулешов, Ю.И. // Системный подход в уголовном праве: материалы II международного Конгресса по уголовному праву, состоявшемуся на юридическом факультете МГУ им. М.В. Ломоносова 31 мая-1 июня 2007 г. – М.: «ЛексЭст», 2007. (в печати) [0,3 п.л.]

1 См.: Лобанова Л.В. Преступления против правосудия: проблемы классификации посягательств, регламентациии и дифференциации ответственности: Дис. … докт. юрид. наук. Казань, 2000.

[2] См.: Денисов С.А. Актуальные проблемы уголовной ответственности за преступления против правосудия: Дис. … докт. юрид. наук. СПб, 2002.

[3] В эту группу включались составы, предусмотренные ст.ст. 176, 177, 178, 179 УК РСФСР. По действующему УК РФ они соответствуют ст.ст. 299, 301, 302, 305.



 





<


 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.