WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Механизм уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства

На правах рукописи

Кутазова Ирина Витальевна

МЕХАНИЗМ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ НЕДОПУСТИМОСТИ РАЗГЛАШЕНИЯ ДАННЫХ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

Специальность: 12.00.09 – уголовный процесс, криминалистика;

оперативно-розыскная деятельность

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата

юридических наук

Тюмень – 2011

Работа выполнена на кафедре уголовного процесса Барнаульского

юридического института Министерства внутренних дел России

Научный руководитель: кандидат юридических наук, доцент Петухов Евгений Николаевич
Официальные оппоненты: доктор юридических наук, доцент Смахтин Евгений Владимирович кандидат юридических наук, доцент Даровских Юрий Владимирович
Ведущая организация: Нижегородская академия МВД России

Защита состоится 26 октября 2011 г. в 14:00 часов на заседании диссертационного совета ДМ 203.034.01 при Тюменском юридическом институте МВД России по адресу: 625049, г. Тюмень, ул. Амурская, 75, зал заседаний Ученого совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Тюменского юридического института МВД России.

Автореферат разослан «_____»___________________ 2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор юридических наук, профессор Р. Д. Шарапов

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы. Современный уровень совершаемых преступлений характеризуется масштабностью, дерзостью, организованностью, специализацией по совершению различных видов преступлений, использованием при их планировании и совершении новейших научных достижений и технических разработок. В указанной ситуации преступники заинтересованы в том, чтобы различными путями получить значимую информацию по уголовному делу для оказания противодействия расследованию. Такое поведение имеет своей целью: во-первых, скрыть орудие преступления, соучастников, имущество, полученное в результате совершения преступления. Во-вторых, полученные из материалов уголовного дела сведения о месте жительства свидетелей, потерпевших, раскаявшихся соучастников, использовать для их запугивания, шантажа, физического уничтожения. Результаты проведенного нами анкетирования сотрудников правоохранительных органов показали, что граждане отказываются давать показания по причине опасения за свою жизнь и здоровье, так ответили 49,6 % из опрошенных[1].

Использование криминальными структурами значимых сведений по уголовному делу негативным образом отражается на процессе доказывания. В результате нарушаются законные права и интересы участников при производстве по делу, затягиваются сроки расследования и рассмотрения дела по существу в суде, преступникам удается избежать наказания, причиняется вред общественным и государственным интересам.

Разрешение данной проблемы зависит от состояния Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации[2], системное толкование которого позволяет заключить, что в законодательстве есть определенный потенциал уголовно-процессуальных средств, однако они не могут в полной мере обеспечить конфиденциальность сведений по уголовному делу.

В ст. 161 УПК РФ провозглашается, что лишь данные предварительного расследования не подлежат разглашению, в ч. 2 ст. 241 УПК РФ законодатель указывает на закрытое судебное разбирательство с целью недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства. Вместе с тем, норм, обеспечивающих защиту сведений, полученных на стадии возбуждения уголовного дела нет.

В уголовно-процессуальном законодательстве отсутствует четкая регламентация формы и содержания документов, обеспечивающих неразглашение конфиденциальных сведений по уголовному делу. Анализ составляемых правоприменителями указанных документов в данной области свидетельствует об отсутствии в них обоснованности и мотивации их вынесения. В связи, с чем они нуждаются в переработке и нормативном закреплении.

В УПК РФ не четко определен круг лиц, у которых берется подписка о неразглашении данных уголовного судопроизводства и, которые должны нести ответственность за их разглашение. Соответственно, не определены основания, критерии ответственности, поэтому очень редко возбуждаются уголовные дела по ст. 310 УК РФ[3]. По данным ГИАЦ МВД России в 1997 г. зарегистрировано 3 случая разглашения данных предварительного расследования; в 1998 г. – 2, в 1999 г. – 7, в 2000 г. – 3, в 2001 г. – 3, в 2002 г. – 1, 2003 г. – 4, 2004 г. – 1, 2005 г. – 3, 2006 г. – 4, 2007 г. – 2, 2008 г. – 2, 2009 г. – 1, 2010 – 2011 г. – 0. Однако и результаты расследования этих преступлений оставляют желать лучшего.

Тревогу вызывает тот факт, что 84,3% из опрошенных нами работников правоохранительных органов считают, что существующие в настоящее время уголовно-процессуальные средства обеспечения неразглашения данных уголовного судопроизводства не отвечают потребностям практики: нет ясного представления о том, совокупность каких норм регламентирует указанную уголовно-процессуальную деятельность и, соответственно, обеспечивает неразглашение сведений по уголовному делу, не разработан механизм данной деятельности. Поэтому требуется: сформировать механизм уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства, определив его цель, значение, задачи и элементы. Определить фактические и юридические основания для выбора правовых средств, составляющих основу указанного механизма, применение которых позволит эффективно обеспечить неразглашение конфиденциальных данных по уголовному делу; на всех стадиях уголовного процесса.



Мы также полагаем, что актуальность исследования определяется не только неразрешенностью теоретических и практических вопросов, касающихся реализации механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства, но и его социальной значимостью, поскольку реализация исследуемого нами механизма создает условия для законного, обоснованного и справедливого разрешения уголовного дела судом.

Степень научной разработанности темы исследования. Вопрос о механизме уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства относится в теории уголовного процесса к числу сложных. Вместе с тем он не был обойден вниманием исследователей. Фрагментарно вопросы обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства освещались в трудах ученых-процессуалистов: Л.В. Брусницына, Л.М. Володиной, П.А. Лупинской, З.В. Макаровой, П.Г. Марфицина, Т.Н. Москальковой, М.А. Новиковой, И.Л. Петрухина, И.В. Смольковой, М.С. Строговича, В.Т. Томина, А.А. Фатьянова, А.А. Шушанашвили и других. Особый интерес в рамках диссертационных исследований представляют работы А.Е. Маслова (2001 г.) «Следственная тайна, как средство преодоления противодействия расследованию» и М.А. Новиковой (2009 г.) «Расследование разглашения данных предварительного расследования и сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении участников уголовного судопроизводства». Однако в них больше внимание уделено правовым средствам противодействия расследованию и особенностям расследования разглашения данных предварительного расследования. Поэтому многие вопросы, связанные с комплексной разработкой механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства в условиях принятого в 2001 году и действующего УПК РФ до настоящего времени остались неразрешенными.

Тема исследования охватывает совокупность обозначенных выше проблем, изучение которых имеет как теоретическое, так и практическое значение.

Целью исследования является разработка теоретических положений и практических рекомендаций, направленных на совершенствование механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства, на основе теоретического осмысления действующего уголовно-процессуального законодательства, иных нормативных актов и существующей практики. Поставленная цель конкретизируется в ряде исследовательских задач:

1) исследовать теоретические подходы к определению механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства и определить его место в системе уголовно-процессуальных понятий;

2) сформулировать авторское понятие механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства на основе его значимости и входящих в него структурных элементов;

3) определить круг эффективных уголовно-процессуальных средств обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства для их более точного выбора и применения на стадиях возбуждения уголовного дела, предварительного расследования и судебного разбирательства;

4) определить участников уголовного дела, которые не должны разглашать данные уголовного судопроизводства и установить круг субъектов, наделенных правом обеспечивать недопустимость их разглашения;

5) разработать и предложить авторскую модель реализации механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных предварительной проверки, предварительного расследования и судебного разбирательства;

6) обобщить практику применения норм, регулирующих отношения в сфере доступа граждан к материалам уголовного судопроизводства, обосновать и представить предложения о внесении изменений в действующее законодательство с целью дальнейшего совершенствования механизма обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства.

Объектом исследования выступают общественные отношения, возникающие между участниками уголовного процесса при применении норм права, направленных на обеспечение недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства.

Предметом исследования является совокупность норм, регламентирующих правила и процедуру обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства; следственная и судебная практика применения уголовно-процессуальных средств, обеспечивающих неразглашение данных уголовного судопроизводства, отраженная в материалах уголовных дел; статистические данные о состоянии исследуемой проблемы.

Методологическую основу исследования составляют диалектический метод познания объективной действительности, общенаучные (системный и структурно-функциональный методы, аналогия, моделирование); частнонаучные (исторический, сравнительно-правовой, статистический) методы. Активно использован метод анализа материалов средств массовой информации.

Теоретической основой исследования выступают фундаментальные разработки философии, общей теории права, науки уголовно-процессуального права, криминалистики.

Нормативную базу исследования составили: Конституция Российской Федерации, федеральные конституционные законы, нормы действующего уголовно-процессуального, уголовного и иного федерального законодательства России и ближнего зарубежья, нормативные акты Президента Российской Федерации. В работе использованы решения Конституционного, Верховного судов Российской Федерации, ведомственные нормативно-правовые акты.

Эмпирическую основу диссертации составили результаты социологических исследований, опубликованные в научных изданиях и средствах массовой информации, данные Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерства юстиции и Прокуратуры Российской Федерации; результаты опроса следователей (100), руководителей следственного органа (45) и дознавателей (103), прокуроров и следователей Следственного комитета (30), следователей федеральной службы безопасности Российской Федерации (7), судей (21) и изучения материалов уголовных дел (305). При подготовке диссертации использован 10-летний опыт работы автора в следственных подразделениях.

Сбор основного материала осуществлялся на территории Сибирского федерального округа Российской Федерации: в Алтайском крае, Новосибирской, Кемеровской областях, республиках Алтай и Тыва. Также использовались результаты исследователей из других регионов России.

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые проведено комплексное исследование механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства, который представляет собой основу концепции гарантированного правового средства сохранения информации по уголовному делу. Выработано авторское определение механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства, разработана его структура и обоснован научный подход, согласно которому в центре внимания находятся: предназначение механизма, уполномоченный субъект, обеспечивающий неразглашение и правовые средства. При этом сформулирована дефиниция механизма и смежных с ним юридических категорий, раскрыта сущность явлений, обусловливающих содержание механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства и его поэтапную реализацию на стадиях возбуждения уголовного дела, предварительного расследования и судебного разбирательства. Разработаны предложения по совершенствованию действующего уголовно-процессуального законодательства в данной сфере.





Новизна результатов диссертации нашла свое отражение в положениях, выносимых на защиту.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Механизм уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства действует на стадиях возбуждения уголовного дела, предварительного расследования, судебного разбирательства, это определено его целью, заключающейся в обеспечение достижения назначения уголовного процесса – в широком смысле, и в ограничении доступа на охраняемую конфиденциально-значимую информацию по уголовному делу – в узком смысле. Указанная цель, его содержание определяют место данного правового явления в ряду принципов уголовного процесса, поскольку соответствуют их сущности.

2. Авторское определение механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства – это законодательно санкционированный порядок организации фактических и юридически значимых действий уполномоченных субъектов выбирать и применять правовые средства механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства с целью защиты интересов личности, общества и государства, обусловливающих успешное расследование по уголовному делу и осуществление правосудия;

3. Фактическими и юридическими основаниями применения механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства являются:

– наличие в материалах уголовного дела сведений, которые нельзя разглашать, так как это может негативно отразиться на ходе и результатах расследования и рассмотрения уголовного дела в суде, и потребность сохранения их в тайне с помощью имеющихся уголовно-процессуальных средств на протяжении всех стадий уголовного судопроизводства,

– наличие субъектов, которые могут разгласить данные сведения с целью воспрепятствования законному и объективному расследованию и рассмотрению уголовного дела в суде;

– решение уполномоченного на то должностного лица, закрепленное в соответствующих процессуальных документах, – постановлении о применении мер, направленных на недопустимость разглашения данных уголовного судопроизводства и подписки о неразглашении данных уголовного судопроизводства.

4. Наличие арсенала правовых средств, содержащихся в УПК РФ и опыт их практического применения определили следующую элементную структуру механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства: уголовно-процессуальные нормы, регулирующие открытость и закрытость уголовного судопроизводства с целью обеспечения недопустимости разглашения данных по уголовному делу; правоотношения, обеспечивающие реализацию процессуальных норм в сфере защиты конфиденциальной информации; правосознание, заключающееся во внутренней потребности в законопослушном поведении в сфере обеспечения недопустимости разглашения данных по уголовному делу; решения, определяющие содержание документов, обеспечивающих неразглашение данных уголовного судопроизводства и юридическая ответственность за нарушение участником уголовного процесса обязанности по неразглашению данных по уголовному делу.

5. Выбор уголовно-процессуальных средств на той или иной стадии уголовного судопроизводства и участника, в отношении которого данные уголовно-процессуальные средства будут применены, осуществляется с учетом их классификационной разновидности в зависимости от носителей информации: в отношении определенных участников, лиц, привлекаемых к участию в уголовном деле эпизодически, в отношении взрослых или несовершеннолетних; по отношению к процессу расследования: применяемые до начала предварительного расследования, в процессе предварительного расследования и, применяемые на стадии рассмотрения дела в суде.

6. В целях обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства со стороны подозреваемого, обвиняемого, подсудимого необходимо применять комплекс процессуальных средств (опознание в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым, меры по неразглашению государственной тайны и тайны частной жизни при производстве следственных действий, закрытое судебное разбирательство и запрет председательствующего на фотографирование, видеозапись и киносъемку) и мер психолого-организационного характера, направленных на активизацию правосознания и выработку убеждения у данных участников о необходимости сохранения тех или иных сведений в тайне. Результат неразглашения указанными участниками сведений по уголовному должен расцениваться судом при постановлении приговора, как обстоятельство, смягчающее наказание.

7. На защиту выносится:

– проект постановления о применении мер, направленных на недопустимость разглашения данных уголовного судопроизводства, в котором должна быть изложена мотивация принимаемого решения;

– проект подписки о неразглашении данных уголовного судопроизводства с указанием сведений, которые нельзя разглашать и периода времени, на который распространяется действие подписки.

– алгоритм действий должностного лица по обеспечению недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства:

1) анализ всей имеющейся по уголовному делу информации и выделение блока информации, которую необходимо сохранить в тайне;

2) установление перечня участников, которым будут известны сведения, содержащие тайну и перечня должностных лиц, имеющих доступ к сведениям, которые необходимо содержать в тайне;

3) выбор уголовно-процессуальных средств, обеспечивающих неразглашение значимой информации по уголовному делу в зависимости от стадии уголовного процесса и участников процессуальных действий;

4) проверка эффективности данных действий, которую может производить как лицо, в чьем производстве находится уголовное дело, так и лицо, осуществляющее ведомственный и судебный контроль, прокурорский надзор.

Теоретическое и практическое значение диссертационного исследования состоит в системном общетеоретическом подходе к определению механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства как гарантированного правового средства сохранения конфиденциальной информации по уголовному. Результаты исследования углубляют теоретические представления о содержании деятельности субъектов, осуществляющих уголовное судопроизводство по обеспечению недопустимости необходимых сведений на стадиях возбуждения уголовного дела, предварительного расследования и судебного разбирательства, обогащают научные познания о сущности уголовно-процессуальных средств и в своей совокупности создают теоретические предпосылки для решения проблем, связанных с обеспечением недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства.

Разработанные в диссертации положения позволяют выбрать и применить эффективное правовое средство, обеспечивающее недопустимость разглашения данных по уголовному делу в зависимости от этапа расследования или участника уголовного процесса. В диссертации сформулированы конкретные предложения по совершенствованию уголовно-процессуального закона, разработаны практические предложения по оптимизации механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства, принятие которых, как нам представляется, будет способствовать совершенствованию правоприменительной деятельности органов, осуществляющий расследование и разрешение уголовных дел в суде.

Результаты исследования могут быть использованы в учебном процессе юридических вузов и факультетов, а также в профессиональной деятельности сотрудников органов предварительного следствия, дознания, прокуратуры и суда.

Апробация результатов исследования. Результаты диссертационного исследования были изложены на международных и всероссийских научно-практических конференциях: Всероссийская научно-практическая конференция «Проблемы применения уголовно-процессуального законодательства России на современном этапе» (Тюмень: Тюменский юридический институт МВД России, 8-9 декабря 2004 г.); Международная научно-практическая конференция «Актуальные проблемы борьбы с преступлениями и иными правонарушениями» (Барнаул: Барнаульский юридический институт (БЮИ) МВД России, 14 апреля 2005 г.); Международная научно-практическая конференция «Актуальные проблемы борьбы с преступлениями и иными правонарушениями» (Барнаул: БЮИ МВД России, 27 апреля 2006 г.); Международная научно-практическая конференция «Актуальные проблемы борьбы с преступлениями и иными правонарушениями» (Барнаул: БЮИ МВД России, 26 апреля 2007 г.); Международная межвузовская научно-практическая Интернет-конференция «Правовая защита частных и публичных интересов по уголовным делам» (Челябинск: Южно-Уральский государственный университет, 2008 г.); Межвузовская научно-практическая конференция, посвященной 90-летию со дня рождения профессора И.М. Гуткина «Актуальные вопросы применения уголовно-процессуального и уголовного законодательства в процессе расследования преступлений» (Москва, Академия управления МВД РФ, 23-24 апреля 2009 г.); на межведомственных круглых столах по теме «Органы дознания как субъекты уголовного судопроизводства», проводимых кафедрой уголовного процесса Барнаульского юридического института МВД России (г. Барнаул, апрель 2005-2009 гг.), а также опубликованы в четырнадцати статьях автора, в том числе в двух изданиях, входящих в перечень рекомендованных Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки Российской Федерации.

Сформулированные в рамах диссертационного исследования научно-практические положения используются в деятельности следственных органов, подразделений органов дознания, судебной практике Республик Тыва, Горный Алтай, Алтайского края, Кемеровской области.

Результаты диссертационного исследования внедрены в учебный процесс Алтайского государственного университета, Барнаульского юридического института МВД России и используются при преподавании учебных дисциплин «Уголовный процесс», «Актуальные проблемы уголовного процесса», «Предварительное расследование».

Кроме того, основные положения диссертационного исследования внедрены в практическую деятельность органов предварительного расследования при МВД по Республике Алтай и при ГУВД по Алтайскому краю.

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, включающих восемь параграфов, заключения, списка использованной литературы и приложения.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновываются актуальность и степень научной разработанности темы, определяются цели, задачи, объект, предмет и методы исследования, раскрываются его научная новизна, теоретическая и практическая значимость; содержится характеристика эмпирической базы, формулируются основные положения, выносимые на защиту; приводятся сведения об апробации результатов исследования, структуре и объеме работы.

Глава первая «Теоретические основы механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства» содержит три параграфа.

В первом параграфе «Понятие, значение и элементы механизма обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства» на основе общетеоретических представлений о механизме правового регулирования (М.Н. Марченко, З.Д. Еникеев, П.А. Лупинская), принципах уголовного процесса, дается общая трактовка механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства, представляющего собой основу концепции гарантированного правового средства сохранения информации по уголовному делу.

Анализ правовых средств, содержащихся в УПК РФ, а также опыт их практического применения позволили определить элементы рассматриваемого механизма, расположение которых предполагает устойчивую связь их между собой: уголовно-процессуальные нормы, среди которых выделены: норма общего характера – статья 161 УПК РФ, охватывающая регулирующим воздействием систему других норм и нормы частного характера – устанавливающие точный порядок действий и отношений конкретных субъектов, участвующих в обеспечении недопустимости разглашения сведений по уголовному делу (ч. 5 ст. 42, ч. 6 ст. 44, ч. 5 ст. 49, п. 2 ч. 3 ст. 54, п. 3 ч. 6 ст. 56, п. 5 ч. 4 ст. 57, ч. 4 ст. 58, п. 2 ч. 4 ст. 59 и 60, ч. 3 ст. 161, ч. 9 ст. 166, ч. 7 ст. 182, ч. 2, 3 ст. 183, ч. 8 ст. 193, п. 1 ч. 2, 5 ст. 241, ч. 2 ст. 278 УПК РФ); правоотношения между участниками по уголовному делу, которые позволили определить их права и обязанности по обеспечению неразглашения данных уголовного судопроизводства, то есть воплотить требования процессуальных норм в поведение участников по уголовному делу. Совокупность их взаимосвязанных и последовательных действий, позволяют достичь целей, стоящих перед исследуемым нами механизмом. Правосознание, являясь следующим элементом механизма, в своей структуре содержит социально-психологические, организационные факторы, позволяющие раскрыть неразрывную связь процессуальных норм с сознанием, психикой того, кому адресована норма, и чье действие она призвана направлять, вводить в определенные рамки. Именно правосознание помогает избрать наиболее целесообразный способ реализации своих прав по обеспечению неразглашения данных уголовного судопроизводства. Автором разработан алгоритм действий должностного лица по обеспечению неразглашения данных по уголовному делу, заключающийся в первоначальном анализе всей имеющейся по уголовному делу информации и выделении того блока, который необходимо сохранить в тайне. Затем дознаватель, орган дознания, следователь, прокурор, судья, используя профессиональное правосознание, должны установить тех участников, которым будут известны сведения, содержащие тайну и перечень сотрудников, имеющих к ней доступ. Результаты изучения практики показали, что круг этих участников разнообразен: обвиняемые (подозреваемые) 33%, иные заинтересованные в исходе дела лица 42,5%, коррумпированные работники 7,5%. И уже, переходя к выбору уголовно-процессуальных средств, необходимо учитывать личностные качества конкретного участника процесса и стадию расследования. По мнению диссертанта, в обязательном порядке на заключительном этапе указанной деятельности, должна быть произведена проверка эффективности действий должностного лица по обеспечению неразглашения данных уголовного судопроизводства, как им самим, так и лицом, осуществляющим ведомственный или судебный контроль и прокурорский надзор. Мы считаем, что это поможет увидеть, выявить и устранить ошибки и недостатки в дальнейшей деятельности по обеспечению недопустимости разглашения конфиденциальных данных по уголовному делу. Своевременная организация и последовательность этих действий, с учетом всех элементов исследуемого в диссертации механизма, является гарантией неразглашения конфиденциальных данных уголовного судопроизводства. Процессуальные решения, как следующий элемент исследуемого нами механизма, определяют содержание документов, обеспечивающих неразглашение данных уголовного судопроизводства. Юридическая ответственность, как элемент механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных по уголовному делу, связана с нарушением обязанностей, зафиксированных в нормах УПК РФ. С нашей точки зрения, юридическая ответственность в механизме обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства следует рассматривать, как своего рода ограничения, связанные с фактом нарушения обязанностей участниками уголовного судопроизводства, получивших закрепление в уголовно-процессуальной норме. Прежде чем применять юридическую ответственность, должностные лица, обеспечивающие реализацию указанного механизма, обязаны способствовать формированию у участников по уголовному делу правосознания, заключающегося во внутренней потребности в сохранении доверенных им данных в тайне, в правильном осознании смысла, назначения и роли указанного механизма, в формировании у них нужного психологического настроя.

Диссертант заключает, что механизм уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства действует с момента проверки сообщения о преступлении и вплоть до принятия итогового судебного решения по делу. Его цель, заключающаяся в обеспечение достижения назначения уголовного процесса – в широком смысле, и в ограничении доступа на охраняемую конфиденциально-значимую информацию по уголовному делу – в узком смысле, а также его содержание определяют место данного правового явления в ряду принципов уголовного процесса, поскольку соответствуют их сущности.

Во втором параграфе «Уголовно-процессуальные средства как основа содержания механизма обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства» анализируя научные подходы к определению понятия «уголовно-процессуальные средства» (Л.Б. Зусь, А.Е. Маслов, С.К. Струков) и результаты проведенного опроса 306 сотрудников правоохранительных органов[4] автор приходит к выводу, что именно уголовно-процессуальные средства составляют основу рассматриваемого механизма, т.к. они регулируют действия должностных лиц, направленные на обеспечение недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства; регламентируют права, обязанности участников уголовного судопроизводства по обеспечению недопустимости разглашения данных по уголовному делу и систему гарантий, обеспечивающих действие данного механизма на стадии возбуждения уголовного дела, предварительного расследования и судебного разбирательства с целью защиты прав и свобод личности, а также интересов уголовного судопроизводства.

В связи с тем, что уголовно-процессуальные средства различаются по существенным признакам, позволяющим выявить в них объективные различия, диссертантом разработаны и исследованы их классификация (по объему, по отношению к носителям информации, по отношению к процессу расследования) и виды, что позволит правоприменителю более точно выбрать определенное средство на той или иной стадии уголовного процесса, участника, в отношении которого данное уголовно-процессуальное средство будет применено.

Автором выделены следующие виды уголовно-процессуальных средств: засекречивание данных о личности, проведение опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым, меры по неразглашению государственной тайны и тайны частной жизни при производстве следственных действий, закрытое судебное разбирательство и запрет председательствующего на фотографирование, видеозапись и киносъемку, отобрание подписки о неразглашении.

В третьем параграфе «Субъекты механизма обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства» на основе анализа имеющихся в науке подходов к решению проблемы реализации полномочий государственных органов публичного уголовного преследования и органов правосудия (С.В. Бородин, А.С. Есина, А.Ю. Шумилов, П.С. Элькинд), диссертант пришел к следующим выводам: во-первых, принятие мер, направленных на обеспечение недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства является не только правом следователя, дознавателя, органа дознания, прокурора, суда, но и обязанностью. В связи с этим автор предлагает закрепить в нормах УПК РФ, устанавливающих статус указанных лиц, обязанность по принятию мер, направленных на недопустимость разглашения данных уголовного судопроизводства. Во-вторых, процесс принятия судьей, прокурором, следователем, дознавателем, органом дознания решения осуществляется с помощью их профессионального правосознания, внутреннего убеждения в ходе познавательной деятельности. В результате указанной деятельности субъект, реализующий механизм уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства, получает знания о наличии сведений, которые нельзя разгласить и знания о субъекте, который может это сделать. Данное познание должно реализоваться не произвольно, а в силу возложенных на должностное лицо обязанностей и завершаться принятием решения. Судья, прокурор, следователь, дознаватель, орган дознания, реализуя предоставленные им права и обязанности, оказывают коммуникативное воздействие на участников уголовного судопроизводства, предъявляя к ним свои требования. От того, насколько точно, подробно, доходчиво и своевременно субъект, реализующий механизм уголовно-процессуальный обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства, в процессе общения разъяснит участникам необходимость сохранения в тайне сведений по уголовному делу, будет зависеть дальнейший исход дела. Исполнение принятого решение – это заключительная стадия полномочий должностного лица в процессе реализации уголовно-процессуального механизма обеспечения неразглашения данных уголовного судопроизводства. По мнению соискателя, полномочия суда, прокурора, следователя, дознавателя, органа дознания будут реализованы, если указанные субъекты выполнят предписанные правовой нормой действия, а участники уголовного судопроизводства, которые, по мнению этих субъектов, способны разгласить данные уголовного судопроизводства, выполнят адресованные им судом, прокурором, следователем, дознавателем, органом дознания требования о неразглашении ставших известными им конфиденциальных данных по уголовному делу.

Вторая глава «Особенности механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства в стадиях возбуждения уголовного дела, предварительного расследования и судебного разбирательства» включает три параграфа.

В первом параграфе «Обеспечения недопустимости разглашения данных предварительной проверки» автор на основе результатов эмпирического исследования, анализа юридической литературы по рассматриваемому вопросу, а также исходя из сопоставительного анализа норм УПК РФ, констатирует недостаточность уголовно-процессуальных средств обеспечения неразглашения данных уголовного судопроизводства на этапе предварительной проверки: 290 из 306 опрошенных подтвердили, что именно в это время сведения чаще всего разглашаются и одну из причин правоприменители называют - отсутствие в законе субъекта, принимающего решение о недопустимости разглашения конфиденциальных сведений на этапе проверки поводов и оснований к возбуждению уголовного дела.

Поскольку орган дознания наиболее часто производит проверку сообщений о преступлении, следует дополнить ч. 2 ст. 40 УПК РФ новым полномочием органа дознания: «обеспечение неразглашения данных предварительной проверки заявлений и сообщений о преступлении в ходе ее регистрации и проверки».

В связи с тем, что до возбуждения уголовного дело разрешено производить осмотр места происшествия, труппа, освидетельствование, где участвуют понятой и специалист, необходимо внести корректировку в ч. 4 ст. 58 и ст. 60 УПК РФ, а именно: заменить формулировку «данные предварительного расследования» формулировкой «данные уголовного судопроизводства» и отбирать при необходимости подписку о неразглашении данных предварительной проверки.

Основываясь на анализе научной литературы, судебно-следственной практики и мнении респондентов, которые в процентном соотношении составляют более 70% от их общего количества, соискатель приходит к выводу о том, что для обеспечения надлежащего расследования, рассмотрения уголовного дела в суде, обеспечения безопасности участников уголовного процесса уже на этапе предварительной проверки необходимо использовать такое уголовно-процессуальное средство, как засекречивание данных о личности при составлении заявления и объяснения. В связи с этим ст. 144 УПК РФ нужно дополнить частью следующего содержания: «В целях недопущения разглашения данных о личности участников предварительной проверки сообщения о преступлении, дознаватель, орган дознания, следователь имеют право в заявлении о совершенном или готовящемся преступлении, а также в иных документах присваивать лицу псевдоним в порядке, предусмотренном ч. 9 ст. 166 УК РФ».

Второй параграф «Обеспечение недопустимости разглашения данных предварительного расследования». Анализируя имеющиеся в теории уголовного права и уголовного процесса понятия, относящиеся к определению данных уголовного судопроизводства, которые нельзя разглашать (В. Громов, А.В. Крылов, А.Е. Маслов, И.В. Смолькова, П. Тепляшин), автор приходит к выводу, что - это охраняемые уголовно-процессуальным законом сведения, имеющие значение для правильного расследования, рассмотрения и разрешения уголовного дела, объем и наименование которых определяется судом, прокурором, следователем, дознавателем, органом дознания. При этом соискатель поддерживает мнение А.Е. Маслова, согласно которому нет необходимости в УПК РФ указывать перечень этих сведений, во избежание того, чтобы они не носили императивный характер, а зависели от усмотрения следователя и дознавателя.

Учитывая мнение правоприменителей о том, что чаще всего доказательства, полученные при производстве следственных действий, являются сведениями не подлежащими разглашению (так ответили 100% опрошенных), диссертант для сохранения в тайне указанных сведений в ходе предварительного расследования предлагает уточнить общие правила производства следственных действий путем внесения дополнения в ст. 164 УПК РФ: «При производстве следственных действий следователь обязан принимать меры к неразглашению данных, полученных в результате его проведения, если это не будет противоречить интересам уголовного судопроизводства, а также не будет связано с нарушением прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства».

Для успешного расследования преступлений, совершенных группой лиц, соискатель предлагает, во избежание нарушения права на защиту подозреваемого, в исключительных случаях, когда получение согласия прокурора на сохранение в тайне факта задержания получить без промедления невозможно, уведомление не производить на основании постановления следователя, дознавателя. В этом случае следователь и дознаватель в течение 12 часов с момента вынесения постановления должен уведомить прокурора о принятом решении. Указанную позицию предлагается изложить в ч. 4 ст. 96 УПК РФ.

Автор, уделяя внимание использованию такого уголовно-процессуального средства, как засекречивание данных о личности с присвоением лицу псевдонима, обращает внимание на проблему проведения с таким участником очной ставки и опознания, и приходит к следующим выводам: при проведении очной ставки с использованием псевдонима должны применяться такие технические средства, которые не позволят идентифицировать личность потерпевшего или свидетеля. При проведении предъявления для опознания в условиях, исключающих возможность визуального наблюдения опознающего опознаваемым, адвокат должен находиться в месте опознаваемого. При этом необходимо участие четырех понятых – два понятых будут находиться в месте нахождения опознающего, два остальных – в месте нахождения опознаваемого. Тогда будет возможным выяснение условий проведения всего следственного действия в целом и обеспечение безопасности участников уголовного судопроизводства.

В третьем параграфе «Обеспечение недопустимости разглашения данных на стадии судебного разбирательства» обосновывается идея о том, что механизм уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства должен быть реализован и в стадии судебного разбирательства. Соискатель полагает, что одним из вопросов, решаемых судьей при подготовке дела к слушанию, должен быть рассмотрен вопрос об обеспечении недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства. Для этого в подготовительной части судебного разбирательства он должен вынести постановление о применении мер, направленных на недопустимость разглашения данных уголовного судопроизводства, а затем отобрать подписку о неразглашении с предупреждением, об уголовной ответственности за ее разглашение, с обязательным разъяснением последствий за такое разглашение.

В целях обеспечения гласности и закрытости уголовного судопроизводства российское законодательство должно содержать в общей части норму, определяющую содержание гласности и закрытости как принципа уголовного процесса. Обеспечение недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства не противопоставляется, а дополняет гласность, так как в совокупности с гласностью выполняет назначение уголовного процесса. Эту норму следует включить в главу 2 «Принципы уголовного судопроизводства» и озаглавить – Гласность и обеспечение неразглашения данных уголовного судопроизводства. А так как ст. 241 УПК РФ будет конкретизировать указанный выше принцип, являясь общим условием судебного разбирательства, и разъяснять открытый и закрытый порядок рассмотрения уголовного дела в суде, то данную нормы, по нашему мнению, предлагаем назвать: «Открытый и закрытый порядок рассмотрения уголовного дела».

Третья глава «Отдельные вопросы, касающиеся эффективности механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства».

В первом параграфе «Прокурорский надзор, судебный и ведомственный контроль как основные гарантии эффективности реализации механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства» диссертант обосновывает предложение о том, что для охраны и защиты прав и свобод личности, а также интересов уголовного судопроизводства при реализации исследуемого механизма, необходимы реальные гарантии, которыми являются судебный, ведомственный контроль и прокурорский надзор. В связи с этим автор предлагает при выполнении контрольно-надзорных функций наделить суд, прокурора, руководителя следственного органа, начальника подразделения дознания обязанностью принимать меры по обеспечению неразглашения данных уголовного судопроизводства. Указанные полномочия могут быть реализованы путем дачи указаний, правом принимать и рассматривать ходатайства и жалобы участников уголовного судопроизводства в случае невыполнения следователем и дознавателем обязанности по обеспечению недопустимости разглашения данных по уголовному делу. В связи с изложенным, автор считает необходимым в п. 3 ч. 1 ст. 39 и в п. 2 ч. 3 ст.40-1 УПК РФ внести дополнение: «давать следователю (дознавателю) указания о применении мер, направленных на обеспечение неразглашения данных предварительного расследования», а также закрепить в ст.165 УПК РФ обязанность суда в судебном заседании при рассмотрении ходатайства о производстве следственного действия, либо при проверке законности их производства принимать меры по обеспечению недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства.

Во втором параграфе «Форма и содержание документов, обеспечивающих эффективность реализации механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства» анализируется их сущность, содержание и форма.

Если рассматривать форму, как способ существования и выражения содержания, то подписку о неразглашении данных предварительного расследования, закрепленную в УПК РФ необходимо переименовать в подписку о неразглашении данных уголовного судопроизводства – это письменный процессуальный документ, который исходит от правомочного органа государственной власти, осуществляющего уголовное преследование и разрешение дела по существу. Результатами проведенного эмпирического исследования устанавливается явное несовершенство содержания указанного документа: 218 из 306 опрошенных практических работников указали, что лица, у которых отбирается подписка, не знают, какие сведения не подлежат разглашению. На основании этого автор приходит к выводу о том, что в подписке о неразглашении должны четко указываться, какие сведения по уголовному делу необходимо сохранить в тайне. Это внесет ясность в действия лица, у которого она отбирается.

Так как подписка о неразглашении данных уголовного судопроизводства по своему содержанию относится к документам, фиксирующим ход и результаты процессуального действия, то по мнению автора, принципиально важно перед отобранием подписки выносить документ, фиксирующий процессуальное решение должностного лица – «Постановление о применении мер, направленных на недопустимость разглашения данных уголовного судопроизводства», которое будет мотивировать необходимость применения данного уголовно-процессуального средства и обязывать лицо, у которого отбирается подписка, выполнять требования изложенные в ней.

В заключении диссертационного исследования формулируются краткие выводы и предложения по результатам исследования.

Основные положения диссертации опубликованы в следующих работах автора:

Статьи в ведущих рецензируемых научных журналах, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией Минобрнауки России для публикации результатов диссертационных исследований:

Кутазова, И.В. Понятие механизма обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства / И.В. Кутазова // Бизнес в законе. Экономико-юридический журнал. – 2008. – С. 145 – 146 (0,13 п.л.);

Кутазова, И.В. Совершенствование формы и содержания документов, обеспечивающих реализацию механизма неразглашения данных уголовного судопроизводства // Юристъ-Правоведъ, 2010. - № 1. - С. 56 – 60 (0,3 п.л.).

Публикации в иных научных изданиях:

Кутазова, И.В. Необходимость сохранения тайны результатов предварительной проверки заявлений и сообщений о преступлении / И.В. Кутазова // Проблемы применения уголовно-процессуального законодательства России на современном этапе: Сборник тезисов докладов и сообщений на всероссийской научно-практической конференции (8-9 декабря 2004 г.). – Тюмень: Тюменский юридический институт МВД России, 2004. – С. 25 –26 (0,13 п.л.);

Кутазова, И.В. Значение гласности досудебного производства / И.В. Кутазова // Актуальные проблемы борьбы с преступлениями и иными правонарушениями: Материалы третьей международной научно-практической конференции (14 апреля 2005г.). – Барнаул: БЮИ МВД России, 2005. – С. 71-72 (0,13 п.л.);

Кутазова, И.В. Пределы предания гласности данных предварительного расследования / И.В. Кутазова // Вестник Барнаульского юридического института. Выпуск № 9. – Барнаул: Барнаульский юридический институт МВД России, 2005. – С. 70-71 (0,13 п.л.);

Кутазова, И.В. Проблемы обеспечения неразглашения адвокатами сведений предварительного расследования / И.В. Кутазова // Вестник Барнаульского юридического института. Выпуск № 10. – Барнаул: Барнаульский юридический институт МВД России, 2006 – С. 60-61 (0,13 п.л.);

Кутазова, И.В. Проблемы использования псевдонима в уголовном процессе / И.В. Кутазова, Е.А. Химочко// Актуальные проблемы борьбы с преступлениями и иными правонарушениями: Материалы четвертой международной научно-практической конференции (27 апреля 2006г.). – Барнаул: БЮИ МВД России, 2006. – С. 122-123 (0,13 п.л.);

Кутазова, И.В. Субъекты, реализующие механизм обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства / И.В. Кутазова// Вестник Барнаульского юридического института. Выпуск № 13. – Барнаул: Барнаульский юридический институт МВД России, 2007. – С. 126 – 127. (0,13 п.л.);

Кутазова, И.В. Гласность и обеспечение неразглашения данных уголовного судопроизводства как принцип уголовного процесса / И.В. Кутазова // Вестник Барнаульского юридического института. Выпуск № 1 (14). – Барнаул: Барнаульский юридический институт МВД России, 2008. – С. 75 –76 (0,13 п.л.);

Кутазова, И.В. Некоторые вопросы, касающиеся уголовно-процессуального механизма обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства / И.В. Кутазова // Правовая защита частных и публичных интересов по уголовным делам: Пятая международная межвузовская научно-практическая Интернет-конференция. Сборник статей. Отв.ред. Б.И. Ровный. – Челябинск: Полиграф-мастер, 2008. – С. 224 – 228 (0,3 п.л.);

Кутазова, И.В. Недопустимость разглашения данных уголовного судопроизводства на стадии предварительного расследования / И.В. Кутазова // Вестник Барнаульского юридического института. Выпуск № 2 (15). – Барнаул: Барнаульский юридический институт МВД России, 2008. – С. 80 –84 (0,13 п.л.);

Кутазова, И.В. Подписка о неразглашении данных уголовного судопроизводства / И.В. Кутазова // Актуальные проблемы борьбы с преступлениями и иными правонарушениями: Материалы седьмой международной научно-практической конференции (23 апреля 2009). – Барнаул: Барнаульский юридический институт МВД России, 2009. – С. 147 – 148 (0,3 п.л.);

Кутазова, И.В. К вопросу о совершенствовании подписки о неразглашении данных уголовного судопроизводства // Актуальные вопросы применения уголовно-процессуального и уголовного законодательства в процессе расследования преступлений (к 90-летию со дня рождения профессора И.М. Гуткина): Материалы межвузовской научно-практической конференции (23-24 апреля 2009г.), часть 1 – Академия управления МВД РФ, 2009. – С. 321 – 325 (0,3 п.л.);

Кутазова, И.В. Обеспечение недопустимости разглашения данных в судебном производстве / И.В. Кутазова // Вестник Барнаульского юридического института. Выпуск № 2 (17). – Барнаул: Барнаульский юридический институт МВД России, 2009. – С. 63 – 66 (0,13 п.л.).


[1] Нами было опрошено 306 человек:100 следователей, 45 руководителей следственного органа, 103 дознавателя, 30 прокуроров и следователей СК, 7 следователей ФСБ РФ, 21 судья на территориях Алтайского края, Новосибирской и Кемеровской областей, Республик Алтай и Тыва.

[2] Далее УПК РФ.

[3] Данные ГИАЦ МВД РФ.

[4] 130 из 306 опрошенных сотрудников назвали уголовно-процессуальные средства основным элементом механизма уголовно-процессуального обеспечения недопустимости разглашения данных уголовного судопроизводства.



 





<


 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.