WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Рецидивная преступность: криминологическая характеристика и проблемы предупреждения

На правах рукописи

Щербаков Сергей Васильевич

РЕЦИДИВНАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ:

КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА

И ПРОБЛЕМЫ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ

12.00.08 уголовное право и криминология;

уголовно-исполнительное право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Москва - 2009

Работа выполнена на кафедре уголовного права Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российская академия правосудия»

Научный руководитель: доктор юридических наук, профессор

Пудовочкин Юрий Евгеньевич

Официальные оппоненты: доктор юридических наук, профессор

Заслуженный юрист Российской Федерации

Лебедев Семен Яковлевич

кандидат юридических наук

Богуш Глеб Ильич

Ведущая организация: Международный юридический институт при

Министерстве юстиции Российской Федерации

Защита диссертации состоится 26 мая 2009 года в 12 часов на заседании диссертационного Совета Д 170.003.01 при Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российская академия правосудия» по адресу 117418, г. Москва, ул. Новочеремушкинская, д. 69-а, ауд. 910.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ГОУ ВПО «Российская академия правосудия»

Автореферат разослан «__» --------2009 года

Ученый секретарь диссертационного Совета

доктор юридических наук, профессор В.Е. Сафонов

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы диссертационного исследования обусловлена насущной социальной потребностью в разработке научно обоснованных путей и средств оптимизации социально-правового контроля над рецидивной преступностью. Устойчиво занимая в общем массиве учтенной преступности 25 – 30% объема, рецидивная преступность в последнее время, на фоне падения профилактического потенциала уголовного закона и недостатков в организации криминологической профилактики, обнаруживает некоторые негативные тенденции в своей криминологической и социальной характеристике, связанные с возрастанием абсолютных показателей регистрации рецидивных преступлений, во многом искусственным (посредством законодательных решений 2003 года) «облегчением» ее структуры, маргинализацией рецидивистов, увеличением масштабов социальных последствий. На характеристике современной рецидивной преступности отражаются и личностные особенности преступников, ранее совершавших преступления: стойкость их антиобщественной установки; продолжаемая, несмотря на принимаемые государством меры, преступная деятельность и профессионализм; вредное влияние, оказываемое на неустойчивых лиц, сохранение антиобщественных обычаев, традиций и распространение криминальной субкультуры. Отмеченные черты рецидивной преступности в своей совокупности не просто позволяют судить о ней как об особом виде преступности, отличающемся повышенным уровнем общественной опасности, но и в целом вносят существенный вклад в осложнение криминологической ситуации в стране.

Предупреждение рецидива преступлений всегда рассматривалось государством и обществом в качестве важной и перспективной социальной задачи. От успехов в ее решении во многом зависит оценка общего состояния преступности, степень криминологической безопасности личности, общества и государства. Не случайно показатели рецидивной преступности признаются большинством специалистов одним из критериев эффективности уголовной, пенитенциарной и криминологической политики.

В течение нескольких последних столетий уголовно-политическая доктрина предлагала правоприменителю различные «рецепты» борьбы, противодействия, сдерживания, контроля рецидивной преступности. Некоторые из них прошли проверку временем, другие были признаны несостоятельными. В настоящее время, когда российское государство находится в ситуации активного поиска оптимальной модели социально-правового воздействия на преступность (или обеспечения криминологической безопасности), требуется переоценка и уточнение устоявшихся представлений о средствах профилактики рецидивной преступности, их корректировка с учетом провозглашенных Конституцией России приоритетов общественного развития. Как отмечается в связи с этим в Концепции национальной безопасности Российской Федерации, утвержденной Указом Президента РФ №1300 от 17.12.1997 г. (в ред. Указа Президента РФ №24 от 10.01.2000 г.) «решения и меры, принимаемые органами государственной власти в области борьбы с преступностью, должны быть открытыми, конкретными и понятными каждому гражданину, носить упреждающий характер, обеспечивать равенство всех перед законом и неотвратимость ответственности, опираться на поддержку общества».[1]

Степень научной разработанности темы. Нельзя сказать, что проблемы противодействия рецидивной преступности остаются в тени исследовательских интересов отечественных специалистов. С момента первого в российской библиографии произведения, посвященного проблеме рецидива преступлений (Таганцев Н.С. О повторении преступлений. СПб., 1867), на эту тему подготовлено множество различных по объему, качеству и спектру рассмотренных вопросов работ. Существенный вклад в разработку учения о рецидиве преступлений и его предупреждении внесли сочинения Ю.И. Бытко, В.И. Гуськова, Н.А. Коломытцева, Ю.А. Красикова, А.П. Некрасова, К.А. Панько, В.И. Попова, А.М. Яковлева и др. В тоже время следует обратить внимание, что значительная часть современных научных сочинений по проблемам рецидива посвящена исследованию преимущественно уголовно-правовых аспектов данной формы множественности. Криминологические сочинения ограничены анализом пенитенциарного рецидива (Сагинбеков К.С., 2005), рецидива условно осужденных (Пичугин С.А., 2007), взаимосвязи рецидивной и профессиональной преступности (Асланян М.М., 2008). Работ обобщающего характера в современной библиографии по криминологии практически нет. Вместе с тем, динамика уголовного и предупредительного законодательства, изменение социально-криминологической ситуации в стране заставляют вновь вернуться к рассмотрению некоторых актуальных вопросов, связанных с теорией и практикой противодействия рецидивной преступности. В частности, нуждаются в дополнительном исследовании: современное состояние рецидивной преступности, влияние изменений уголовного закона на ее структуру и динамику, роль личности в механизме детерминации рецидивной преступности, ее социальные последствия и влияние на общее состояние преступности, роль, возможности и пределы использования уголовно-правовых средств в противодействии рецидиву преступлений. Указанные обстоятельства предопределили выбор темы настоящей работы и ее основные направления.



Объектом диссертационного исследования является комплекс взаимосвязанных общественных отношений, возникающих в процессе предупреждения рецидивной преступности, и урегулированных нормами уголовного, уголовно-исполнительного и предупредительного законодательства.

Предмет диссертационного исследования составляют основные характеристики рецидивной преступности, ее социальные последствия, комплекс факторов, порождающих рецидивные преступления, нормы уголовного, уголовно-исполнительного, предупредительного законодательства, регламентирующие процесс предупреждения рецидивной преступности, и меры ее профилактики.

Цель диссертационного исследования состоит в том, чтобы на основе познания особенностей современной рецидивной преступности, обосновать ряд предложений, направленных к совершенствованию правовых и иных мер ее профилактики.

Задачи диссертационного исследования, последовательное решение которых обеспечило достижение заявленной цели, заключаются в следующем:

- охарактеризовать состояние, структуру, динамику и основные тенденции рецидивной преступности на современном этапе развития российского государства и права;

- раскрыть содержание социальных последствий рецидивной преступности и дать им криминологическую оценку;

- проанализировать механизм детерминации рецидивной преступности, определить место, которое занимает в нем личность преступника;

- проследить эволюцию законодательного подхода к определению уголовно-правовых основ предупреждения рецидивной преступности;

- показать роль и возможности уголовного наказания в предупреждении рецидивной преступности;

- определить возможные перспективы оптимизации уголовно-правовых норм, регламентирующих отношения по поводу совершения рецидивного преступления;

- охарактеризовать состояние и перспективы развития предупредительного законодательства в части регламентации постпенитенциарного предупреждения рецидива преступлений.

Нормативная основа диссертационного исследования представлена международными и национальными нормативными актами в сфере предупреждения преступности вообще, и рецидивной преступности в частности, среди них: Конституция РФ, Постановления Конституционного Суда РФ, Минимальные стандартные правила ООН обращения с заключенными, Уголовный кодекс РФ, Уголовно-исполнительный кодекс РФ, Закон РФ «Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации», ряд правительственных документов, постановлений Пленума Верховного Суда РФ, рекомендательных актов Комитета министров Совета Европы и др.

Эмпирическая основа диссертационного исследования включает в себя: официальные статистические данные Госкомстата РФ, ГИАЦ МВД РФ, Судебного департамента при Верховном Суде РФ и их региональных подразделений в Республике Адыгея и Ставропольском крае о состоянии преступности вообще, удельном весе, структуре и динамике преступлений, совершенных ранее судимыми лицами, за период с 1997 по 2007 годы; материалы 130 уголовных дел, рассмотренных судами Республики Адыгея и Ставропольского края по фактам совершения преступлений при различных видах рецидива, в том числе 63 приговора по делам о преступлениях, совершенных до 08.12.2003 года, и 67 приговоров по делам о преступлениях, совершенных после 08.12.2003 года; данные, полученные в процессе проведения социологического опроса 100 сотрудников правоприменительных органов (в том числе органов внутренних дел, суда, органов и учреждений исполнения наказания). В процессе работы над темой использованы также данные, полученные иными исследователями, в рамках анализа смежных проблем.

Теоретическая основа диссертационного исследования охватывает произведения отечественных и зарубежных специалистов в области предупреждения преступности, в том числе и рецидивной. Среди юристов, чьи научные изыскания оказали наибольшее влияние на формирование авторской позиции по рассматриваемым в диссертации вопросам, необходимо отметить следующих: А.И. Алексеев, Ю.М. Антонян, М.М. Бабаев, Ю.И. Бытко, Н.В. Витрук, И.М. Гальперин, Я.И. Гилинский, П.Ф. Гришанин, В.А. Елеонский, А.Ф. Зелинский, В.М. Коган, Ю.А. Красиков, В.Н. Кудрявцев, Н.Ф. Кузнецова, С.И. Курганов, С.Я. Лебедев, В.П. Малков, А.С. Михлин, А.В. Наумов, К.А. Панько, С.В. Познышев, М.С. Рыбак, В.И. Селиверстов, Ф.Р. Сундуров, Н.С. Таганцев, И.Я. Фойницкий, Г.Ф. Хохряков, М.Д. Шаргородский, В.Е. Южанин и др.

Методологическую основу диссертационного исследования составляют положения и принципы диалектического метода познания с присущими ему требованиями системности, комплексности, конкретности истины. Специфика поставленных в исследовании задач обусловила применение комплекса частнонаучных методов: формально-логического, сравнительно-правового, документального, статистического, анкетного.

Научная новизна диссертационного исследования определяется, в первую очередь, содержанием основных положений, вынесенных на защиту. Кроме того, можно констатировать, что диссертация является одним из первых в отечественной криминологии комплексных исследований проблем предупреждения рецидивной преступности, выполненным после законодательных трансформаций уголовно-правовых предписаний о рецидиве преступлений и в свете обсуждения важнейших законопроектов об административном надзоре и социальной помощи лицам, отбывшим уголовное наказание. Новизной характеризуются:

- представленные в диссертации данные об основных тенденциях рецидивной преступности и их авторская криминологическая интерпретация;

- вывод об искусственном занижении статистических показателей рецидивной преступности посредством корректировки законодательных формул рецидива преступлений;

- результаты исследования взаимосвязей рецидивной преступности с иными видами преступности (организованной, профессиональной, маргинальной);

- аргументированный в работе тезис о недопустимости признания показателей рецидивной преступности критерием оценки общественной опасности преступности;

- результаты систематизации социальных последствий рецидивной преступности и их криминологическая оценка;

- уточненные данные о системе факторов детерминации рецидивной преступности, вывод о ведущей роли личностных особенностей преступника и социально-психологических факторов в генезисе рецидивного преступления;

- аргументы в пользу необходимости возврата к концепции «рецидивист как свойство личности преступника»;

- предложения по приведению уголовного законодательства в соответствие с основными постулатами концепции «рецидивист – свойство личности»;

- результаты исследования, доказывающие крайне ограниченные возможности уголовного наказания в деле профилактики рецидива преступлений.

Проведенное исследование позволило сформулировать и вынести на защиту следующие основные положения:

1. Отраженные в статистике показатели рецидивной преступности, свидетельствующие о сокращении ее удельного веса и «облегчении» структуры, обусловлены искусственной трансформацией уголовно-правовых конструкций рецидива преступлений и не в полной мере отражают ее истинное состояние. В реальности рецидивная преступность демонстрирует: рост абсолютных показателей; преимущественно общеуголовный корыстный и корыстно-насильственный характер; тенденцию к тождественности (однородности) первичных и рецидивных преступлений; увеличение периода «рецидивоопасности» после отбытия наказания; стремление к маргинализации.





2. Высокий удельный вес рецидивной преступности, доказывая откровенную неэффективность системы уголовно-правового и уголовно-исполнительного воздействия на преступников, одновременно свидетельствует об успешности первичной профилактики преступности, позволяет локализовать профилактические усилия правоохранительных органов, обеспечивает более легкий и доступный социальный контроль над известной группой лиц. В силу этого сокращение удельного веса рецидивной преступности не может и не должно рассматриваться в качестве основной цели построения системы ее профилактики; а сам по себе показатель удельного веса рецидива не должен служить критерием оценки общественной опасности преступности.

3. В ряду социальных последствий рецидивной преступности особое место занимают те, которые обладают криминогенным потенциалом. На индивидуальном уровне криминогенный характер последствий рецидивной преступности обнаруживается в явлениях «исключеннности» (т.е. отстранении от создания социальных ценностей и лишении возможности удовлетворять потребности посредством существующих легальных институтов) и стигматизации определенной категории лиц. На социальном уровне эти последствия проявляются в факте существования в обществе контингента людей, неоднократно совершавших преступления, что меняет к худшему характеристики социальной среды и умножает комплекс криминогенных факторов через механизмы вовлечения в преступную деятельность, внедрение элементов криминальной субкультуры в «большое» общество, снижение уровня доверия населения к правоохранительным органам.

4. В качестве основных, продуцирующих рецидивное преступление, факторов выступают особенности личности, ранее совершавшей преступления, а также обстоятельства внешнего по отношению к ней порядка, которые, с одной стороны, обуславливают сохранение и развитие негативных свойств этой личности, а с другой – препятствуют эффективной постпенитенциарной адаптации и реинтеграции осужденных. В качестве таковых «внешних» факторов выступают: социальная неустроенность ранее судимых лиц; недостатки в профилактической деятельности органов следствия (дознания) и суда в части реагирования на первое из совершенных рецидивистом преступлений; недостатки в воспитательной и профилактической деятельности органов и учреждений исполнения наказания; недостатки в постпенитенциарной предупредительной деятельности субъектов профилактики преступности.

5. С учетом особенностей детерминации рецидивной преступности, уголовно-правовой основой ее профилактики должна стать концепция «рецидивист как свойство личности преступника». Ее реализация требует принципиального изменения уголовного законодательства, варианты которого представлены в диссертации. Законодательно установленные признаки рецидивиста должны включать в себя: совершеннолетие лица на момент совершения преступления, умышленный и тождественный (либо однородный) характер преступлений, дающих основание для признания лица рецидивистом, отнесение этих преступлений к категории не ниже средней тяжести, наличие неснятой или непогашенной судимости, отбытие хотя бы части срока наказания. Статус рецидивиста должен возлагаться на лицо в обвинительном приговоре суда и сниматься одновременно с погашением (снятием) судимости.

6. Уголовное наказание обладает крайне ограниченными возможностями в деле предупреждения рецидивной преступности и исправления рецидивистов, в связи с чем увеличение размера наказания за рецидивное преступление и ужесточение режима его отбывания нельзя признать эффективным способом предупредительного воздействия. Ужесточение наказания за рецидив оправдывается лишь требованиями формальной справедливости. В этих условиях акценты в предупреждении рецидива должны быть смещены в направлении постпенитенциарного индивидуально-профилактического воздействия – административного надзора и социальной помощи.

7. Необходимым условием принятия специального закона об административном надзоре за лицами, освобожденными от уголовного наказания, следует признать изменение уголовно-правового определения содержания и значения судимости. В УК РФ необходимо закрепить, что лица, имеющие судимость, могут быть ограничены в правах на основании и в пределах, установленным федеральным законом РФ, в той мере, в какой это необходимо для обеспечения безопасности личности, общества, государства и предупреждения преступлений.

8. Правовое обеспечение социальной помощи лицам, отбывшим наказание, должно строиться не по линии предоставления им прямых льгот, что означало бы нарушение конституционного принципа равенства, а по принципу стимулирования общественно полезной, правомерной практики, осуществляемой субъектами экономической, социальной и иной деятельности в части оказания помощи осужденным. А потому правовая основа оказания социальной помощи осужденным должна развиваться не по пути создания специального Закона, а в направлении принятия на уровне Правительства РФ целевых программ, содержащих конкретные меры, ориентированные на такое поощрение, в частности: экономическое стимулирование процессов трудоустройства бывших осужденных; экономическое стимулирование за их обеспечение жильем; учет освободившихся из мест лишения свободы в балансе трудовых ресурсов и их включение в государственную систему трудоиспользования; поощрение деятельности органов местного самоуправления и частных лиц в части создания и развития сети специализированных домов-интернатов, центров, приютов для социальной адаптации бывших заключенных и др.

Теоретическая ценность диссертационного исследования заключается в том, что совокупность полученных в процессе его проведения выводов дополняет и развивает положения частной криминологической теории предупреждения рецидивной преступности и уголовно-правовое учение о множественности преступлений. В диссертации сформулированы теоретически значимые положения об особенностях рецидивной преступности, ее социальных последствиях и взаимосвязях с иными видами преступности, о системе детерминации рецидивной преступности, о месте уголовного наказания в системе мер ее предупреждения, определены криминологические последствия реформы уголовного закона в 2003-2004 годах в части влияния на состояние и оценки множественной преступной деятельности, создан теоретический фундамент возможных направлений дальнейшего совершенствования уголовного и предупредительного законодательства; тем самым совокупность полученных выводов вносит определенный вклад в развитие общей теории криминологии и уголовного права.

Практическая значимость диссертационного исследования состоит в том, что они: 1) могут быть использованы в правоприменительной практике при решении вопросов о назначении уголовного наказания за рецидив преступлений, при определении средств индивидуальной профилактики рецидива преступлений; 2) способны служить теоретической основой правотворческой деятельности органов государственной власти в части сопровождения уголовно-правового реформирования института множественности преступлений и в части разработки предупредительного законодательства, ориентированного на профилактику рецидива преступлений; 3) могут быть использованы в учебном процессе при преподавании курсов криминологии и уголовного, а также в работе по повышению квалификации сотрудников правоохранительной системы и судей.

Апробация результатов диссертационного исследования осуществлялась в процессе их обсуждения на заседаниях кафедры уголовного права Российской академии правосудия; на проводимых в 2006 – 2007 годах научных конференциях; среди них: Всероссийская научно-практическая конференция «Государственно-правовая система России: история и современность» (2 ноября 2006 г.); Всероссийская научно-практическая конференция «Судебная защита прав человека в России: состояние, проблемы, перспективы» (20 декабря 2007 г.). По теме исследования опубликовано 7 научных работ (в том числе 1 статья в издании, рекомендованном ВАК России). Отдельные положения диссертации внедрены в практическую деятельность Майкопского городского суда Республики Адыгея и Прокуратуры г. Майкопа Республики Адыгея, а также в учебный процесс ГОУ ВПО «Российская академия правосудия».

Структура диссертации определена поставленными задачами и логикой исследования. Работа состоит из введения, двух глав, объединяющих шесть параграфов, заключения и библиографии.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность избранной темы исследования, характеризуется степень ее изученности, формулируются предмет, цели и задачи исследования, дается описание его нормативной, эмпирической, теоретической основ, излагаются выносимые на защиту положения, определяется их теоретическая ценность и прикладная значимость.

В первой главе «Криминологическая характеристика рецидивной преступности в современной России» исследуются вопросы статистико-криминологической характеристики рецидивной преступности (§ 1), дается оценка ее масштабов и социальных последствий (§ 2), раскрывается механизм детерминации (§ 3).

Исследование показывает, что на фоне роста основных статистических показателей преступности лиц, ранее совершавших преступления (ее удельный вес колеблется в пределах от 27,2% до 33,7%, а коэффициент, рассчитанный на сто тысяч населения, возрос с 294,0 в 2003 году до 375,5 в 2007 году), абсолютные показатели рецидивных (в уголовно-правовом смысле) преступлений также растут. В числе ранее судимых лиц удельный вес рецидивистов составляет 51%. При этом в динамике соответствующих данных четко прослеживаются последствия реформы УК РФ 2003 года: если в 2000 – 2002 годах он составлял 67%, то в 2004 – 2007 года – 48%. Вместе с тем, сокращение удельного веса рецидивистов после 2003 года не сопровождается отчетливой тенденций сокращения их абсолютной численности. В 2003 году она составила 118028 человек, в 2007 году – 116663.

Реформа 2003 года отразилась и на показателях структуры рецидива по степени опасности. В период до 2003 года в общем числе рецидивистов удельный вес осужденных при «простом» рецидиве составлял 42,8%, при опасном рецидиве – 43,9%, при особо опасном рецидиве – 13,3%. После изменения законодательной формулы видов рецидива, соответствующие цифры составляют: 74,3%; 22,0%; 3,7%. Однако должно быть очевидным, что такое облегчение структуры рецидивной преступности является в большей степени искусственным, вызванным изменением законодательной регламентации самого рецидива как формы множественности, и смягчением санкций в подавляющем большинстве статей Особенной части УК РФ. В подтверждение укажем, что рецидивоопасность тяжких и особо тяжких преступлений практически в два раза превышает рецидивоопасность преступлений небольшой тяжести. Так, в общем числе лиц, осужденных за особо тяжкие преступления, удельный вес рецидивистов составляет 15,1%; среди лиц, осужденных за тяжкие преступления, - 15,6%; среди осужденных за преступления средней тяжести – 14,8%; а среди осужденных за совершение преступлении небольшой тяжести – всего 8,9%. В итоге, несмотря на отраженное в статистике облегчение структуры рецидивной преступности, можно отметить сохранение высокого уровня общественной опасности криминально-рецидивных проявлений. Аналогичный вывод следует и из анализа рецидивных преступлений с точки зрения их уголовно-правовой квалификации. Согласно изученным уголовным делам, «статистическое лицо» рецидивной преступности определяют пять преступлений (кража, мошенничество, грабеж, разбой, незаконный оборот наркотических средств), которые составляли 78,4% в структуре рецидивной преступности до изменений 2003 года и 91% - после. Структура рецидивной преступности в своих основных параметрах не изменилась в связи с гуманизацией уголовного законодательства.

Обращаясь к анализу иных характеристик рецидивной преступности, было установлено следующее:

1) примерно три четверти совершенных при рецидиве преступлений тождественны или однородны преступлениям, за которые лицо ранее уже осуждалось;

2) расширение спектра реально применяемых уголовных наказаний и смягчение карательной практики в последние четыре года привело к некоторому сокращению рецидивистов, ранее наказывавшихся лишением свободы (с 96,9% до 94,4%);

3) в нашем исследовании, в виду специфики контингента преступников, большая часть преступлений совершены после полного отбытия наказания по первому приговору (до 2003 года эта цифра составляла 56,3% от общего числа рецидивных преступлений, а в период после 2003 года – 71,9%);

4) 25,2% рецидивистов совершают рецидивное преступление в течение одного года после отбытия наказания по предыдущему приговору; наблюдаемое сокращение удельного веса «рецидивистов», совершивших преступление в течение первых двух лет после отбытия наказания по предыдущему приговору (с 43,7% до 33,4%) при одновременном возрастании удельного веса лиц, совершивших рецидивное преступление в срок от двух до пяти лет после отбытия наказания по предыдущему приговору (с 31,3% до 47,2%) может служить упреком отечественной системе исполнения наказаний и профилактики преступности;

5) большинство лиц, осужденных за совершение преступления при рецидиве, в прошлом имело одну судимость (66%); две судимости имел примерно каждый четвертый «рецидивист»; однако после 2003 года на 2% возрос удельный вес рецидивистов, имеющих три и более судимости;

6) удельный вес лиц, осужденных за совершение рецидивного преступления в соучастии, составляет 22,4% и имеет тенденцию к росту; растет также количество лиц, совершающих при рецидиве два и более преступления, их удельный вес в числе рецидивистов составляет в среднем 38,5%.

Далее в работе исследуются взаимосвязи рецидивной преступности с иными видами преступности. Установлено, что рецидивная преступность тесно смыкается с общеуголовной организованной преступностью (удельный вес организованной преступности в структуре рецидивной составляет 1 – 2%), с профессиональной преступностью (ее доля составляет 10 – 13%) и с маргинальной преступностью (ее удельный вес достигает 85 – 90%).

Оценивая масштабы рецидивной преступности, автор обращает внимание, что ее границы в большей степени, нежели границы иных видов преступности, подвержены законодательной корректировке. А потому сокращение рецидивной преступности при стабильных социально-экономических, политико-правовых и иных условиях может быть достигнуто в основном за счет изменения уголовного и уголовно-исполнительного законодательства. Именно это и произошло в РФ после уголовно-правовой реформы 2003 года. Обусловленное динамикой законодательства сокращение рецидивной преступности не отражает в полной мере ее масштабов и опасности. Более того, при определенных условиях, состоящих в стабильности общей массы преступных посягательств, обществу все же «выгодней» иметь высокий удельный вес рецидивной преступности. Доказывая откровенную неэффективность системы уголовно-правового воздействия на преступников, он, тем не менее, в общесоциальном плане имеет некоторый положительный эффект: свидетельствует об успешности первичной профилактики преступности; способствует «локализации» усилий правоохранительных органов; обеспечивает более легкий и доступный социальный контроль над известной группой лиц. Проведенный опрос сотрудников правоохранительных органов подтвердил, что они не испытывают особого опасения из-за высокого уровня рецидивной преступности (52%), признают его допустимость (48%), считают, что высокий уровень рецидива способствует концентрации профилактических усилий на известном почти персонально контингенте (62%). В силу автор делает вывод, что сокращение удельного веса рецидивной преступности не может и не должно рассматриваться в качестве основной цели построения системы ее профилактики; а сам по себе показатель удельного веса рецидива не должен служить критерием оценки общественной опасности преступности.

Общественная опасность рецидивной преступности в большей степени определяется не ее объемом, а реальными и потенциальными потерями общества от рецидивной преступности, ее последствиями. В рассуждениях о социальных последствиях рецидивной преступности необходимо учитывать их специфику, состоящую в некотором «удвоении» вызываемых рецидивным преступлением последствий. С одной стороны, последствия рецидивной преступности можно представить как совокупность негативных социальных изменений, связанных с совершением корыстных, насильственных и т.д. преступлений. В этом случае часть последствий отдельных видов преступлений, совершаемых во второй и более раз, будет образовывать массу последствий рецидивной преступности. Это, если можно так выразиться, предметный (горизонтальный) уровень последствий. Их специфика состоит в повышенной общественной опасности и длительности проявления, которые связаны с объективными трудностями в раскрытии и обнаружении рецидивных преступлений (среди опрошенных практиков 43% отметили, что испытывают в расследовании рецидивного преступления гораздо больше трудностей, чем при расследовании преступления, совершенного лицом впервые; 52% признали, что сроки расследования рецидивных преступлений выше сроков расследования преступлений впервые совершенных).

С другой стороны, последствия рецидивной преступности необходимо рассматривать с позиций количества совершаемых преступлений и иных признаков, на основании которых преступление относится к категории рецидивных. Это - функциональный (вертикальный) уровень последствий; именно они в большей степени отражают специфику рецидивной преступности. В данной группе, следуя устоявшейся схеме, автор анализирует экономические и собственно социальные последствия.

Структура экономических последствий рецидивной преступности складывается из двух взаимосвязанных видов вреда: средств, потраченных на исправление преступника за первое из совершенных им преступлений, и средств, направляемых на организацию преследования и исправления за второе преступление. Если считать, что выделяемые на профилактику преступности средства распределяются пропорционально между всеми преступлениями, то можно предположить, что факт существования рецидивной преступности свидетельствует о бесцельности как минимум четверти всех «вложений в преступность», и соответственно обеспечивает четверть всех последующих вложений. Оценка экономических последствий важна для определения эффективной уголовно-правовой стратегии. Расчеты показывают, что при сохранении имеющегося объема расходов можно достичь меньшего уровня преступности при увеличении раскрываемости преступлений и назначения наказаний меньше максимальных.[2] Применительно к проблеме экономических последствий рецидивной преступности это позволит сократить ту их часть, которая связана с исполнением наказания за первое и последующее преступление. Экономические соображения позволяют в целом согласиться с реализуемой государством политикой смягчения наказаний, в том числе и в случае совершения рецидивного преступления, при условии, что этот курс будет сопровождаться улучшением качества правоохранительной деятельности, в том числе повышением уровня раскрываемости преступлений и изобличения преступников, который сегодня является достаточно низким.

Особое внимание в работе уделено анализу социальных последствий рецидивной преступности, которые отражаются как на самой личности преступника, так и на обществе в целом. На индивидуальном уровне криминогенный механизм «саморазрушающих» последствий рецидивной преступности анализируется в работе посредством использования концепций «включенность/исключенность» и стигматизации. Применительно к генезису рецидивной преступности исключенность приобретает особое значение. Реализованная в первом преступлении, она сопровождается последующей стигматизацией социального неудачника в качестве «преступника», еще более блокируя возможности адаптации и самореализации в группе с высоким социальным статусом, отдаляя его от достижений цивилизации и культуры и способствуя вторичной преступной деятельности.

На социальном уровне последствия рецидивной преступности проявляются в двух аспектах. Во-первых, в факте существования в обществе контингента людей, неоднократно совершавших преступления, что меняет к худшему характеристики социальной среды и умножает комплекс криминогенных факторов. Существование прослойки рецидивистов непосредственно связано с формированием, поддержанием и развитием криминальной контркультуры, которая оказывает криминогенное воздействие на общество: 1) через механизмы вовлечения в преступную деятельность и навязывание криминальных стандартов; 2) через внедрение отдельных элементов контркультуры в качестве «естественных» в сознание значительной части населения. Во-вторых, подтверждая неэффективность правоохранительной и уголовно-исполнительной систем, рецидивная преступность оказывает влияние на общественное мнение в части доверия к системе уголовной юстиции. Установлено, что доверие населения к правоохранительным органам, которое также имеет существенное значение в генезисе преступности, будет всегда уменьшаться по мере роста рецидивной преступности.

Далее в работе исследуется вопрос о причинах и условиях рецидивной преступности, систему которых образуют: 1) особенности личности преступника; 2) недостатки в профилактической деятельности органов следствия (дознания) и суда в части реагирования на первое из совершенных рецидивистом преступлений; 3) недостатки в воспитательной и профилактической деятельности органов и учреждений исполнения наказания; 4) недостатки в постпенитенциарной предупредительной деятельности субъектов профилактики преступности.

Анализ материалов уголовных дел дает возможность определить типичный криминологический портрет рецидивистов. Это, преимущественно, мужчины (91,2%); среднего возраста (35,3% - в возрасте 30 – 40 лет); не состоящие в браке (82,4%); имеющие относительно невысокий уровень образования (у 73,5% осужденных среднее образование, у 14,7% - неполное среднее; 11,8% - среднее специальное); на момент совершения рецидивного преступления не имеющие работы (85,3%) или занятые низкоквалифицированным трудом (14,7%). Исследование социально-демографических характеристик личности преступников подтверждает вывод о преимущественно маргинальном характере современной рецидивной преступности. Подобный социальный статус во многом определяет и содержание нравственно-психологических качеств личности, сконцентрированных в мотивации их поведения. В мотивах рецидивных преступлений находит отражение, во-первых, так называемые предметные мотивы, которые определяют направленность (объект) и содержание преступного посягательства; и, во-вторых, мотивы, стимулирующие именно повторение преступлений, которые непосредственно связаны с антиправовыми интересами, пренебрежением к правовым обязанностям, уголовно-правовым запретам, неуважением к закону.

Криминогенные по своему значению признаки и свойства личности преступника-рецидивиста, с одной стороны, во многом обуславливаются, а с другой стороны – усиливают действие объективных криминогенных факторов. К числу таких специфичных для рецидивной преступности обстоятельств относятся просчеты в деятельности судов. Условно их можно разделить на две группы: прочеты в собственно профилактической деятельности и ошибки в определении меры наказания. Как показывает изучение уголовных дел о рецидивных преступлениях, ни в одном из них материалы не содержали частных определений (постановлений), посвященных проблемам причин и условий преступления; ни в одном приговоре вопреки прямому указанию ч. 1 ст. 68 УК РФ не содержался анализ «обстоятельств, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным». При таком формальном подходе судов профилактическое значение приговора сводится на нет, что играет существенную роль в генезисе рецидивных преступлений (данный тезис поддержан 89% практиков). Игнорирование причин и условий рецидивного преступления во многом определяет и существующие особенности назначения наказания за него. Должно быть очевидным (и это подтверждается 89% опрошенных практиков), что не каждое преступление, совершенное лицом, имеющим судимость, требует более строгого наказания. Тем не менее, установление формализация признаков рецидива и правил назначения наказания за него в 1996 году во многом способствовала тому, что суды устранились от анализа личности преступника; у них нет особой необходимости каждый раз решать вопрос об уровне опасности лица, отбывшего наказание. А это, в свою очередь, влечет за собой просчеты в оценке рассматриваемой судом ситуации, в определении меры наказания и т.д.

Следующая группа факторов рецидивной преступности связана с недостатками воспитательной и профилактической деятельности органов и учреждений, исполняющих уголовное наказание (на них указали все 100% опрошенных сотрудников правоохранительных органов). Воспитательная работа со стороны администрации этих учреждений не отличается особой эффективностью. Она осложняется особенностями контингента мест лишения свободы, излишним бюрократизмом, нехваткой квалифицированных психологических и социальных кадров. При этом просчеты и упущения в воспитательной и профилактической работе восполняются «воспитательным» воздействием со стороны других осужденных, поскольку криминальная субкультура является мощным криминогенным фактором.

Еще одна группа криминогенных факторов связана с недостатками постпенитенциарной профилактической работы и социальной адаптации отбывших наказание. Опрос сотрудников правоохранительных органов позволил выявить некоторые из наиболее значимых факторов, имеющих место в постпенитенциарном периоде: формальный подход к условно-досрочному освобождению от отбывания наказания (68%); отсутствие эффективной системы административного надзора за лицами, отбывшими наказание (89%); вызванные, как правило, субъективными факторами, трудности в трудоустройстве бывших заключенных (79%); распад семьи у лиц, отбывающих и отбывших уголовное наказание (59%); отсутствие системы постпенитенциарной социальной и психологической поддержки (86%); отсутствие системы координации деятельности учреждений уголовно-исполнительной системы и органов внутренних дел по месту жительства осужденного (64%). Складывается ситуация, когда лица, совершившие преступление, освобождаются из мест лишения свободы и попадают в «социальный вакуум». Отношение общества к бывшим заключенным, обусловленное их стигматизацией, еще более углубляет пропасть между обществом и преступником, блокирует для него пути интеграции в общество, толкает на нарушение социальных норм.

Во второй главе «Актуальные направления предупреждения рецидивной преступности» анализируется уголовно-правовая конструкция рецидива (§ 1), возможности уголовного наказания в деле предупреждения рецидивной преступности (§ 2), а также проблемы постпенитенциарного воздействия на лиц, освобожденных от наказания (§ 3).

Автор детально исследует вопрос об основании и критериях усиления наказания за рецидив преступлений. Представляется, что само по себе второе после осуждения (и отбытия наказания) преступление не меняет характера и степени своей общественной опасности из-за того, что совершено лицом, имеющим судимость. Единственным основанием, которое оправдывает ужесточение наказание за рецидив преступлений, являются особенности личности виновного. Однако привязка повышенной опасности рецидива не к самому повторному преступлению, а к личности преступника, с неизбежностью ставит вопрос о признании рецидива преступлений не формой множественности, а особым признаком личности виновного, о возможности возвращения в уголовное законодательство понятия «рецидивист». Автор убежден, что возможность признания лица рецидивистом не противоречит положениям уголовного закона. Напротив, установление признаков рецидивиста и процедуры признания таковым конкретного лица является гарантией соблюдение принципа индивидуализации ответственности и наказания. Признание лица рецидивистом – есть некоторый итог оценки личностных качеств и исходная точка в прогнозировании его последующего поведения. Сегодня приходится констатировать, что оценка личности виновного в процессе расследования уголовного дела и судебного разбирательства носит, преимущественно, формальный характер. В случае же, если признание лица рецидивистом станет обязательной составляющей уголовного процесса и принятия решения по уголовному делу, эффективность изучения личности преступника, несомненно, повыситься. Важно отметить, что идея замены понятия «рецидив» на понятие «рецидивист» поддерживается 88% опрошенных практиков.

Реализация предложения о возврате к концепции «рецидивист» потребует исключения ст. 18 УК РФ и переноса соответствующих предписаний в Главу 4 «Лица, подлежащие уголовной ответственности». Автор формулирует конкретные рекомендации по совершенствованию процесса регламентации соответствующих отношений:

1) В законодательной характеристике рецидивиста целесообразно указать следующие признаки: совершеннолетие лица на момент совершения преступления, умышленный характер преступлений, дающих основание для признания лица рецидивистом, отнесение этих преступлений к категории не ниже средней тяжести, наличие неснятой или непогашенной судимости, отбытие хотя бы части срока наказания.

2) Поскольку рецидив характеризует именно личность виновного, одним из обязательных условий признания лица рецидивистом следует установить тождественный либо однородный характер совершаемых их преступлений (с этим мнением солидарны 64% опрошенных специалистов).

3) Статус рецидивиста должен возлагаться на лицо в обвинительном приговоре суда и сниматься одновременно с погашением (снятием) судимости, причем возможность признания лица рецидивистом должна рассматриваться как право суда.

4) Смысл признания лица рецидивистом должен состоять в ужесточении наказания. Нормативной основой назначения наказания рецидивистам являются, наряду с прочими, предписания п. «а» ч. 1 ст. 63, ст. 68 УК РФ. Однако представляется, что ч. 5 ст. 18 и п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ дублируют друг друга, в связи с чем, учитывая исчерпывающий характер перечня отягчающих обстоятельств, считаем возможным предложить законодателю исключить из УК РФ ч. 5 ст. 18 (соответственно при реализации концепции «рецидивист – свойство личности» и конструировании нормы, раскрывающей понятие рецидивиста, не указывать на последствие в виде ужесточения уголовного наказания; а в ст. 63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание, указать факт признание лица рецидивистом).

5) Реализовав право на признание лица рецидивистом, суд должен быть поставлен перед фактом обязательного ужесточения ему наказания. В этой связи воплощение предлагаемой концепции потребует изменения редакции ст. 68 УК РФ. В частности, помимо редакционных уточнений, из нее следует изъять положения о допустимости неприменения правил о повышенном нижнем пределе наказания и о возможности наказания рецидивисту наказания ниже низшего предела.

5) С учетом установленного в процессе исследования минимального влияния наказания на предупреждение рецидивной преступности и исправление преступников возможно исключение из УК классификации рецидива (с сохранением классификации рецидивистов в уголовно-исполнительном праве), сохранение единого предела минимального размера наказания рецидивистам (это предложение поддержано 67% практиков), определение местом отбывания лишения свободы мужчинам-рецидивистам колонии строгого режима.

Обращаясь к анализу проблем эффективности наказания в отношении рецидивистов, автор исходит из того, наказание в ряду иных предупредительных средств выступает крайним, последним средством профилактики (такую оценку наказанию дали и 87% опрошенных практиков).

Установлено, что общепредупредительное воздействие наказания на лиц, имеющих судимость, существенно ниже превентивного эффекта в отношении лиц, не подвергавшихся мерам уголовно-правового характера (что подтверждает 79% опрошенных практиков). Это обусловлено тремя группами факторов: 1) особенностями личности тех, кто совершает неоднократные преступления, их слабой восприимчивостью к правовым запретам; 2) свойственным рецидивистам пониженным чувством страха перед наказанием; 3) относительно невысокой реальной раскрываемостью рецидивных преступлений, которая не обеспечивает в полной мере соблюдение принципа неотвратимости ответственности.

Частнопредупредительный эффект уголовного наказания в отношении рецидивистов обеспечивается посредством помещения их в более суровые условия отбытия уголовного наказания и за счет увеличения сроков назначаемого наказания. Однако свыше 20% рецидивистов не видят различий в условиях лишения свободы в колониях различных режимов; кроме того, с количеством судимостей удельный вес лиц, наиболее тяжело переживающие режим, постоянно сокращается. В силу чего представляется, что заложенное в законодательстве и реализуемое на практике усиление режима отбывания наказания рецидивистами вряд ли можно признать эффективным способом специального предупредительного воздействия. Практически единственным средством частного предупреждения остаются увеличенные законом сроки уголовного наказания. Оставляя рецидивиста в местах лишения свободы на более длительный, нежели первичных преступников, срок, государство явно или неявно решает две основные задачи: как можно более долгое осуществление за ним непосредственного контроля, блокирующего возможность совершения преступления; и исключение из общества лиц, которые находятся в наиболее опасном в криминогенном отношении возрасте. Вместе с тем, как показало исследование, сроки лишения свободы рецидивистов в реальной судебной практике не стремятся к максимуму. Да и сама эффективность длительных сроков лишения свободы вызывает сомнения, поскольку они несут в себе последствия, перечеркивающие, пусть и небольшой, положительный воспитательный и превентивный эффект наказания (этот тезис подтвержден 90% опрошенных сотрудников правоохранительных органов).

Таким образом, есть все основания утверждать, что само по себе уголовное наказание обладает весьма скромными возможностями в части предупреждения рецидивной преступности и исправления преступника (тезис подтвержден 67% опрошенных практиков). В силу этого акценты в профилактике рецидивной преступности должны быть смещены с уголовного наказания на меры постпенитенциарного воздействия.

Опрошенные сотрудники правоохранительных органов (78%) подтвердили, что наибольший эффект в части сдерживания рецидивной преступности могут дать меры, принимаемые в отношении лиц, освобожденных от отбывания наказания. Очевидно, что основная задача субъектов профилактики в постпенитенциарном периоде должна состоять, с одной стороны, в создании препятствий для возобновления старых и возникновения новых социально негативных связей бывшего осужденного; а с другой стороны, - в оказании ему социальной, психологической и иной помощи в установлении (возобновлении) социально одобряемых связей и отношений. Сказанное определяет и два основных направления постпенитенциарного воздействия на личность: административный надзор и социальная помощь.

Сегодня, как таковой административный надзор за лицами, освобожденными из мест лишения свободы, отсутствует. Автор обращается к анализу ранее действовавшего советского и современного зарубежного (Казахстан, Украина, Узбекистан, Беларусь) законодательства в части регламентации административного надзора и утверждает, что данная мера является объективно необходимой и оправданной целями профилактики преступлений. В этой связи в работе поддержано стремление законодателя принять закон об административном надзоре; приветствуют его и 89% опрошенных практических работников. Вместе с тем, соискатель обращает внимание, что принятию этого закона должно предшествовать изменение некоторых положений уголовного законодательства. Принципиальное значение в этом плане имеет правовая позиция Конституционного Суда РФ, высказанная в Постановлении от 21 ноября 2002 г. № 15-П, согласно которой, любые правоограничения, имеющие своим основанием совершение преступления и осуждение виновного, должны быть согласованы с предписаниями уголовного закона и не выходить за рамки уголовного наказания или иных мер уголовно-правового характера. В силу сказанного УК РФ в части регламентации вопросов, связанных с судимостью, нуждается в существенной корректировке. Требуется установить в уголовном законе исчерпывающий перечень последствий судимости, для чего автор формулирует следующие предложения по совершенствованию УК РФ: 1) в ч. 1 ст. 86 УК РФ последнее предложение исключить; 2) ввести в ст. 86 УК РФ часть 1.1 следующего содержания: «Судимость в соответствии с настоящим Кодексом учитывается при рецидиве преступлений и при назначении наказания.[3] Лица, имеющие судимость, отбывшие наказание или освобожденные от его отбывания по основаниям, установленным настоящим Кодексом, могут быть ограничены в правах на основании и в пределах, установленным федеральным законом Российской Федерации, в той мере, в какой это необходимо для обеспечения безопасности личности, общества, государства и предупреждения преступлений».

Далее в работе рассматриваются вопросы о правовом обеспечении социальной помощи осужденным. Соискатель обращает внимание, что статус лиц, освобожденных от наказания, не создает им дополнительных преференций в сфере оказания социальной помощи. В противном случае это означало бы нарушение принципа равенства (с таким выводом согласились 93% опрошенных практиков). Любая социальная помощь лицам, отбывшим наказание, должна строиться не по линии предоставления им прямых льгот, а по принципу стимулирования общественно полезной, правомерной практики, осуществляемой субъектами экономической, социальной и иной деятельности в направлении оказания помощи осужденным. А потому правовая основа оказания социальной помощи осужденным должна развиваться не в направлении создания специального Закона, а в направлении принятия на уровне Правительства РФ целевых программ, содержащих конкретные меры, ориентированные на такое поощрение, в частности: экономическое (в т.ч. налоговое) стимулирование процессов трудоустройства бывших осужденных; экономическое стимулирование за их обеспечение жильем; учет освободившихся из мест лишения свободы в балансе трудовых ресурсов и их включение в государственную систему трудоиспользования; поощрение (в т.ч. посредством предоставления финансирования за счет государственных средств) деятельности органов местного самоуправления и частных лиц в части создания и развития сети специализированных домов-интернатов, центров, приютов для социальной адаптации бывших заключенных и др. При разработке программ важно учесть, что предоставление льгот и преференций субъектам, выполняющим профилактическую деятельность должно сопровождаться реализацией предусмотренных законодательством мер ответственности руководителей предприятий, организаций, учреждений за нарушение прав лиц, отбывших наказание. Такая государственная политика в части оказания помощи осужденным, сочетающая стимулирование профилактической деятельности субъектов с ответственностью за нарушение прав судимых лиц, способна, как представляется, решить две важнейшие задачи: собственно содействие в реализации прав лицам, отбывшим уголовное наказание, и содействие развитию интегративных начал в обществе.

В заключении представлены основные итоги исследования, сформулированы предложения по совершенствованию законодательства.

Основные результаты исследования отражены

в следующих опубликованных работах:

Статья, опубликованная в ведущем рецензируемом научном журнале

  1. Щербаков С.В. Проблемы нормативного обеспечения социальной помощи лицам, освобожденным от уголовного наказания // Бизнес в законе. - 2008. - № 1. - 0,2 п.л.

работы, опубликованные в иных изданиях

  1. Щербаков С.В. Административный надзор за лицами, отбывшими уголовное наказание как средство предупреждения рецидива преступлений // Судебная защита прав человека в России: состояние, проблемы, перспективы: Материалы Всероссийской научно-практической конференции (20 декабря 2007 года). - Майкоп, 2007. - 0,25п.л.
  2. Щербаков С.В. Судимость как один из основополагающих признаков рецидива преступлений в истории уголовного права России // Наука. Образование. Молодежь: Материалы IV Всероссийской научной конференции молодых ученых (8-9 февраля 2007 года) Часть II. - Майкоп, 2007. - 0,14 п.л.
  3. Щербаков С.В. К истории развития понятия рецидива в уголовном законодательстве России // Государственно-правовая система России: история и современность: Материалы Всероссийской научно-практической конференции (2 ноября 2006 г.). Приложение к научному и общественно-политическому журналу «Государственное и муниципальное управление. Ученые записки СКАГС». - Майкоп, 2006. - 0,24 п.л.
  4. Щербаков С.В. О некоторых аспектах назначения наказания при рецидиве преступлений // Ученые записки. Выпуск 1. Сборник статей ученых и аспирантов. - Краснодар, 2006. - 0,24 п.л.
  5. Щербаков С.В. О размерах наказания при рецидиве преступлений // Материалы III Всероссийской научной конференции молодых ученых. – «Наука. Образование. Молодежь» (3-4 февраля 2006 г.). - Майкоп, 2006. - 0,16 п.л.
  6. Щербаков С.В.О влияние судимости по приговору суда иностранного государства на признание рецидива преступлений по Уголовному кодексу Российской Федерации // Труды юридического факультета Ставропольского государственного университета. Выпуск. 10. - Ставрополь, 2005. - 0,25 п.л.

[1] Собрание законодательства Российской Федерации. 2000. №2. Ст.170.

[2] Андриенко Ю.В. Экономика преступления: теоретическое и эмпирическое исследование определяющих факторов преступности. Диссертация … канд. эконом. наук. М., 2003.

[3] В случае если законодатель посчитает возможным вернуться к концепции рецидивиста, первое предложение должно быть соответствующим образом скорректировано: «Судимость в соответствии с настоящим Кодексом учитывается при признании лица, совершившего преступление, рецидивистом, и при назначении наказания».



 





<


 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.