WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Динамика индивидуально-психологических особенностей ветеранов боевых действий с различным характером военной травмы

На правах рукописи

Зелянина Анна Николаевна

ДИНАМИКА ИНДИВИДУАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ОСОБЕННОСТЕЙ ВЕТЕРАНОВ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ С РАЗЛИЧНЫМ ХАРАКТЕРОМ ВОЕННОЙ ТРАВМЫ

Специальность 19.00.13 - «Психология развития, акмеология»

(психологические науки)

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата психологических наук

Москва – 2013

Работа выполнена в лаборатории психологии посттравматического стресса Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института психологии Российской академии наук (ИП РАН)

Научный руководитель кандидат психологических наук Падун Мария Анатольевна
Официальные оппоненты: Алдашева Айгуль Абдулхаевна доктор психологических наук, профессор, Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт психологии Российской академии наук (ИП РАН) ведущий научный сотрудник лаборатории психологии труда Пермогорская Екатерина Михайловна кандидат психологических наук, старший преподаватель Государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Северный государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения и социального развития Российской федерации
Ведущая организация Федеральное государственное научное учреждение «Психологический институт» Российской академии образования

Защита диссертации состоится "20" июня 2013 года в 11 часов на заседании диссертационного совета Д 002. 016.03 на базе Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института психологии Российской академии наук (ИП РАН) по адресу: 129366, Москва, ул. Ярославская, д. 13, корп. 1.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института психологии Российской академии наук (ИП РАН).

Автореферат разослан "___" ___________ 2013 г.

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат психологических наук Никитина Е.А.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования. Развитие, как основной принцип существования личности, выдвигает перед современной акмеологией актуальную задачу изучения целостного жизненного пути человека (Л.И. Анцыферова, 2008). Развитие личности опосредуется результатами ее деятельности, поэтому необходимо рассматривать жизненный путь в контексте значимых событий: как позитивных, так и негативных (С.Л. Рубинштейн, 2009). Примером значимых негативных событий, которые являются точкой бифуркации и определяют, по какому пути дальше будет развиваться личность, является участие в боевых действиях.

Для отечественной психологической науки проблема изучения психологических последствий участия в войне в связи с антитеррористическими операциями на Северном Кавказе и вновь вспыхивающими вооруженными конфликтами является крайне актуальной.

В данной работе под характером военной травмы понимается тяжесть военной травмы (интенсивность боевого опыта, наличие и тяжесть ранения), а также характер локальной войны (Афганистан, I Чеченская война). Характер локальной войны включает в себя как факторы боевой обстановки (непривычные климатогеографические условия, феномен неясного врага, национальные особенности местного населения, попадание под обстрел, ранения, соматические заболевания, гибель товарищей, вид раненых и трупов, попадание в засады, необходимость самому стрелять и убивать и др.), так и различия в экзистенциальной ситуации ветеранов Афганской и I Чеченской войн (совокупность характеристик довоенного, военного периода и периода возвращения к мирной жизни).

Боевая обстановка характеризуется сильным, разноплановым психотравмирующим воздействием, способным вызвать, по данным отечественных исследователей (М.Е. Зеленова, Е.О. Лазебная, Н.В. Тарабрина, 1997), выраженный посттравматический стресс у 17% ветеранов войны, а по данным зарубежных авторов - у 15, 2% воевавших (Р.А. Кулка, В.Е. Шленгер, 2000). При этом психологические последствия участия в войне зависят от характера военной травмы (наличия ранения, специфики локальной войны). Индивидуально-психологические характеристики у ветеранов войны в Афганистане отличаются от личностных особенностей участников боевых действий в Чеченской Республике. Однако исследования, подтверждающие данный факт, немногочисленны (А.Г. Маклаков, С.В. Чермянин, Е.Б. Шустов, 1998; А.Г. Маклаков, 2002) и не учитывают изменения личности ветеранов в отдаленном периоде после травмы.

В развитии поствоенных психологических последствий самостоятельное значение имеют ранения (Н.В. Тарабрина, 2003; П.И. Сидоров, С.В. Литвинцев, М.Ф. Лукманов, 1999). При этом отечественных работ, посвященных изучению данного аспекта, мало и они, в основном, касаются исследования психопатологических состояний у ветеранов во время лечения в госпитале, в то время как индивидуально-личностные характеристики участников боевых действий с ранениями и их изменения в отдаленном периоде после травмы не изучены.



В нашей стране большое внимание уделялось роли ситуативных факторов боевой обстановки в формировании выраженного посттравматического стресса. Исследователями установлено, что ситуативные факторы имеют большее значение по сравнению с субъектно-личностными в период действия травматической ситуации и на ранних этапах адаптации к мирной жизни. С течением времени, наоборот, усиливается роль субъектно-личностных и индивидуально-психологических характеристик в развитии посттравматического стресса по сравнению с ситуационными (Е.О. Лазебная, М.Е. Зеленова, 2007).

Установлено, что даже в случае отсутствия выраженного посттравматического стресса у ветеранов имеют место стойкие личностные изменения (В.М. Лыткин, 2001; В.К. Шамрей, В.М. Лыткин, 2006). При этом остается неизученным аспект, связанный с динамикой личностных характеристик ветеранов, неясно, как и под влиянием каких факторов изменяются их личностные особенности в сравнении с невоевавшими гражданами.

Необходимость изучения личностных характеристик, в том числе их динамики, диктуется и практической психологией в связи с тем, что война накладывает отпечаток на всю последующую жизнь человека (О.В. Краснова, 2004), поскольку «переработанный вернувшимися с войны молодыми людьми травматический опыт может появиться вновь в более позднем возрасте в виде негативных личностных характеристик, нарастания посттравматической симптоматики» (О.В. Краснова, 2004, с. 64).

С другой стороны, многие специалисты оценивают успешность психокоррекции на основании снижения признаков посттравматического стресса, не оценивая динамику личностных трансформаций (С.А. Колов, 2007). Известно, что любая психокоррекция должна быть направлена на актуализацию имеющихся у человека психологических и психофизиологических ресурсов, которые включают поведенческую активность, соматические и психические возможности, вегетативные и обменные процессы, а также личностные особенности (В.А. Бодров, 2006, с. 279). Особое внимание следует уделить личностным характеристикам, относящимся к мотивационно-смысловой сфере и уровню самооценки, играющих важную роль в формировании межличностных отношений, способах разрешения кризисных ситуаций, адаптации в целом.

Объектом исследования являются индивидуально-психологические особенности участников боевых действий.

Предмет исследования - динамика индивидуально-психологических особенностей ветеранов боевых действий с различным характером военной травмы.

Цель эмпирического исследования заключалась в изучении динамики личностных особенностей у ветеранов боевых действий с различным характером военной травмы.

В соответствии с целью исследования поставлены следующие задачи:

Теоретические:

1.Проанализировать концепции, составляющие методологическую основу для изучения индивидуально-психологических характеристик у лиц, переживших военную психологическую травму.

2. Проанализировать исследования индивидуально-психологических особенностей и их динамики у ветеранов локальных войн в зависимости от характера военной травмы.

Эмпирические:

1. Подобрать методики для диагностики выраженности посттравматического стресса, интенсивности боевого опыта и индивидуально-психологических характеристик участников боевых действий. Определить критерии для сравнения групп.

2. На первом этапе исследования (начат в 1999 году и закончен к 2004 году) провести сравнительный анализ индивидуально-психологических особенностей в группе ветеранов с учетом характера военной травмы в сравнении с невоевавшими гражданами для выявления специфики индивидуально – психологических характеристик, свойственных участникам боевых действий.

3. На втором этапе исследования (2009 год) изучить динамику индивидуально-психологических особенностей у участников боевых действий с учетом характера военной травмы.

4. Установить индивидуально-психологические предикторы посттравматического стресса в отдаленном периоде.

Гипотезы исследования:

Общая гипотеза исследования заключается в том, что динамика индивидуально-психологических особенностей у ветеранов боевых действий в отдаленном периоде после возвращения к мирной жизни сопряжена с характером военной травмы. Основная гипотеза конкретизируется в частных гипотезах:

1. Индивидуально-психологические характеристики ветеранов локальных войн отличаются от таковых у невоевавших граждан.

2. Выраженность индивидуально-психологических характеристик участников боевых действий сопряжена с характером военной травмы.

3. Динамика личностных свойств у участников боевых действий различна в зависимости от характера пережитой травмы.

4. Индивидуально-психологические характеристики ветеранов локальных войн являются предикторами посттравматического стресса спустя несколько лет.

Теоретико-методологической основой исследования являются: субъектно–деятельностный подход в психологии, основные идеи которого отражены в работах С.Л. Рубинштейна и А.В. Брушлинского; представления отечественных психологов о стрессе и совладании с ним (Л.И. Анцыферова, В.А. Абабков, Н.Е. Водопьянова, А.Л. Журавлев, Т.Л. Крюкова, Е.А. Сергиенко); интегративный подход к психологии посттравматического стресса Н.В. Тарабриной; концепция «комбатантной акцентуации», разработанная В.К. Шамреем, В.М. Лыткиным, системно-ситуационный подход к изучению посттравматического стресса Е.О. Лазебной и М.Е. Зеленовой.

В соответствии с целью исследования и выдвинутыми гипотезами была разработана программа исследования, в рамках которой были применены следующие методики:

- Миссисипская шкала (военный вариант) - разработана Т. Keane с соавторами. (Н.В. Тарабрина, 2001, 2007).

- Шкала оценки интенсивности боевого опыта – разработана Эйгендорфом (Н.В. Тарабрина, 2001, 2007).

- Методика многостороннего исследования личности – в адаптации Ф.Б. Березина, М.Ф. Мирошникова (далее по тексту ММИЛ) (Ф.Б. Березин, М.Ф. Мирошников, 1995).

- Тест «Смысложизненные ориентации» - русскоязычная версия теста разработана и адаптирована Д.А. Леонтьевым (далее по тексту СЖО) (Д.А. Леонтьев, 2002).

- Методика «Личностный дифференциал» – адаптирована Е.Ф. Бажиным и А.М. Эткиндом - сотрудниками психоневрологического института им. В. М. Бехтерева (далее по тексту ЛД) (Е.Ф. Бажин, А.М. Эткинд. 1983).

- Карта-опросник «Ветеран» - разработана П.И. Сидоровым, С.В. Литвинцевым, М.Ф. Лукмановым (П.И. Сидоров, С.В. Литвинцев, М.Ф. Лукманов, 1999).

Достоверность научных результатов обеспечивалась адекватно подобранными, в соответствии с целями и задачами исследования, методами и методиками; анализом и проверкой полученных данных с помощью различных статистических процедур; репрезентативностью выборки. Статистическая обработка данных осуществлялась с использованием статистического пакета SPSS v. 19.0 for Windows и включала описательные статистики, анализ значимости различий между выборками (U-критерий Манна-Уитни). Проведены корреляционный анализ (коэффициент корреляции Rs-Спирмена) и однофакторный анализ (критерий Краскала – Уоллеса как непараметрический аналог ANOVA), а также оценка динамики личностных свойств (критерий Т – Вилкоксона) и сопоставление двух выборок по частоте встречаемости интересующего эффекта (критерий * - угловое преобразование Фишера).

Научная новизна и теоретическая значимость. Впервые в отечественной психологии изучены в динамике индивидуально-психологические характеристики участников боевых действий в отдаленном периоде после возвращения к мирной жизни в зависимости от характера военной травмы, под которым понимается сочетание следующих показателей: интенсивность боевого опыта, факт наличия и тяжести ранения, а также характер локальной войны (Афганистан, I Чеченская война).

Установлено, что индивидуально-психологические характеристики и их динамика у ветеранов войны в Афганистане отличаются от индивидуально-психологических характеристик участников боевых действий в Чеченской Республике.

Показано, что из всех изучаемых личностных характеристик в наибольшей степени подвержены изменениям смысложизненные ориентации. При этом их снижение со временем свойственно в большей степени лицам, принимавшим участие в военных действиях на территории Северо-Кавказского региона, а также тем ветеранам, чей травматический опыт характеризуется получением ранения во время войны.

Показано, что в отличие от характеристик осмысленности жизни, самооценка ветеранов боевых действий остается стабильной на протяжении нескольких лет. Впервые установлено, что высокая активность, как показатель самооценки, является предиктором низкой выраженности посттравматического стресса спустя несколько лет.

Практическая значимость исследования. В результате проведенного исследования были разработаны практические рекомендации для специалистов, оказывающих социально – психологическую помощь участникам боевых действий. Разработано методическое пособие по дисциплине «Психология экстремальных ситуаций» для студентов Северного государственного медицинского университета. Разработана и внедрена программа курсов повышения квалификации «Психология экстремальных ситуаций» на базе Северного государственного медицинского университета.

Результаты настоящего исследования используются в рамках оказания психологической помощи на базе центра восстановительной терапии им. М.А. Лиходея.

Основные положения, выносимые на защиту

  1. По сравнению с невоевавшими гражданами ветераны локальных войн имеют более акцентуированный личностный профиль. Вместе с тем, их самооценка характеризуется представлениями о себе, как о сильном, решительном и воелвом человеке.
  2. Тяжесть военной травмы (боевой опыт высокой интенсивности и тяжесть полученных ранений) сопряжена с высокой импульсивностью и ригидностью аффекта, а также со снижением самооценки и осмысленности жизни.
  3. Особенности динамики индивидуально-психологических характеристик участников боевых действий связаны с тяжестью военной травмы: осмысленность жизни и импульсивные черты характера у ветеранов с ранениями с годами снижаются.
  4. Для ветеранов войны в Афганистане характерно стойкое во времени компенсаторное сочетание личностных черт, характеризующееся завышенными показателями осмысленности жизни, выраженной ригидностью аффекта и дистанцированием от общества. Характерной особенностью ветеранов I Чеченской войны является высокий уровень тревоги и выраженное снижение с годами осмысленности жизни.
  5. Самооценка у ветеранов локальных войн остается стабильной независимо от характера военной травмы. Высокая активность, как показатель самооценки, является предиктором низкой выраженности посттравматического стресса спустя несколько лет.

Апробация работы.





Результаты исследования были доложены и обсуждены на конференциях и симпозиумах:

- научно – практическая конференция «Правовые аспекты проведения реабилитации участников и инвалидов боевых действий» (Москва, 2003);

- конференция Ассоциации психологов и психиатров Архангельской области по теме «Психология экстремальных ситуаций» (Архангельск, 2003);

- III Всероссийский симпозиум по проблемам боевого стресса «Механизмы стресса в экстремальных условиях» (Москва, 2004);

- II Международная научно – практическая конференция «Социальная психиатрия и качество жизни населения Севера Европы» (Архангельск, 2004);

- заседание курса специальной психологии Института психологии и психоневрологии Северного государственного медицинского университета (Архангельск, 2005);

- научно – практическая конференция «Социальная реабилитация инвалидов вследствие боевых действий и военной травмы в Северо – Западном федеральном округе» (Санкт – Петербург, 2007);

- заседание Лаборатории психологии посттравматического стресса Института психологии РАН (Москва, 2007);

- межрегиональная научно – практическая конференция «Реабилитация инвалидов боевых действий и военной травмы» (Нижневартовск, 2008);

- всероссийская научно – практическая конференция «Развитие системы реабилитации и социальной интеграции инвалидов (ветеранов) Великой Отечественной войны и боевых действий на базе Негосударственной системы комплексной реабилитации и социальной интеграции указанной категории граждан» (Москва, 2008);

- научно – практическая конференция «Профессиональная реабилитация инвалидов вследствие боевых действий и военной травмы в Уральском федеральном округе» (Курган, 2008);

- научно – практическая конференция «Психологическая реабилитация инвалидов вследствие боевых действий и военной травмы» (Москва, 2009).

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка литературы и приложений. Объем основного текста диссертации составляет 131 страница, рукопись содержит 26 таблиц и 13 рисунков. Библиографический список включает 194 источника, в том числе 31 на английском языке.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность выбранной темы диссертационного исследования, определены цели и задачи, сформулированы гипотезы исследования, раскрыта научная новизна, теоретическая и практическая значимость, выдвигаются положения, выносимые на защиту.

Первая глава «Индивидуально-психологические особенности и их динамика у ветеранов с различным характером военной травмы» посвящена рассмотрению различных аспектов изучаемой проблемы в отечественных и зарубежных исследованиях и состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Субъектный подход как теоретическая основа исследования индивидуально-психологических последствий военной травмы» анализируются психодинамический, когнитивный, психобиологический, мультифакторный подходы к изучению последствий участия в войне, разработанные в зарубежной психологии. Отдельно рассматривается субъектный подход, как основа интеграции знаний о травматическом стрессе в отечественной психологии (Н.В. Тарабрина, 2008). Ценность категории субъекта для исследования индивидуально-психологических характеристик лиц, переживших военную травму, состоит в том, что она позволяет обратиться к целостному изучению человека, подвергавшегося воздействию травматических стрессоров, которые оказывают воздействие на все личностные сферы: когнитивную (В.А. Абабков, М. Перре, 2004; В.Ю. Рыбников, М.И. Марьин, 2005; А.Л. Журавлев, Т.Л. Крюкова, Е.А. Сергиенко, 2008), эмоциональную и поведенческую (Н.В. Тарабрина, 2003, Р. Питман, А. Шалев, С. Орр, 2000; Я.Ю. Епутаев, М.Е. Иконникова, 2003). При этом именно целостность, согласованность в работе всех компонентов трех основных сфер личности снижает риск развития выраженного посттравматического стресса (Г.В. Иойлева, 2003; Г.А. Кондратова, 2006; Е.О. Лазебная, М.Е. Зеленова, 2007).

Второй параграф «Характеристики травматического опыта участников боевых действий» посвящен анализу исследований ситуационных факторов, влияющих на индивидуально-психологические характеристики участников боевых действий, а также изучению работ, в которых рассматривается роль характера военной травмы в развитии личностных изменений у ветеранов локальных войн. Выявлено, что существует связь между количественными и качественными показателями боевой нагрузки в период войны и последствиями воздействия травматического стресса в виде психических нарушений (П.И. Сидоров, С.В. Литвинцев, М.Ф. Лукманов, 1999).

В процессе анализа боевой нагрузки, влияющей на бойцов, установлен ряд факторов, которые являются общими для всех ветеранов локальных войн. Кроме того, рассматриваются характеристики локальных войн, которые являются специфичными только для ветеранов-«афганцев» и отдельно для участников боевых действий на территории Северокавказского региона (А.Г. Маклаков и др., 1998; И.В. Соловьев, 2000; И.И. Козловский, 2000; А.И. Ена, В.В. Маслюк, В.И. Нерода с соавт., 2000; В.А. Пономаренко, 2004; Е.К. Гуманенко, И.М. Самохвалов, А.А. Трусов с соавт., 2005).

В параграфе также анализируются работы, посвященные ответу на вопрос, каким образом такой психотравмирующий фактор, как ранение, воздействует на личность военнослужащего. Интерес к изучению влияния ранения на личность человека обусловлен тем, что, во–первых, специфика военной травмы у лиц, получивших ранения, качественно отличается от таковой у тех, кто не был ранен или контужен. При этом в большинстве отечественных исследований, выполненных в поле посттравматического стресса, фактор ранения не учитывался (М.Е. Зеленова и др., 1997; Е.О. Лазебная и др., 1999; Н.В. Тарабрина, 2000, 2001,2003; М.А. Падун, 2003; Е.А. Миско и др., 2004; Е.О. Лазебная и др., 2004, 2007). Во-вторых, установлено, что последствия получения ранений рассматривались скорее как психопатологические состояния, но не как отдаленные индивидуально-психологические изменения (А.А. Боченков и др., 1997; А. Fontana et al., 1999; Е. Boudreaux et al., 1998; А.Л. Иванов и др., 2003).

В третьем параграфе «Индивидуально-психологические характеристики участников боевых действий и их динамика» представлены результаты изучения работ, посвященные вопросам выраженности и динамике индивидуально-психологических характеристик ветеранов в отдаленном периоде после возвращения к мирной жизни (Е.О. Лазебная, 2007; Е.О. Лазебная, М.Е. Зеленова, 2007). Выявлено, что применительно к участникам боевых действий личностные изменения рассматриваются преимущественно через призму понятия «комбатантная акцентуация». (I. Borus, 1974; Е.В. Снедков, 1998; В.К. Шамрей и др., 1999, 2001, 2006; И.В. Соловьев, 2000; Н.В. Короткова, 2000; В.М. Лыткин, 2001; Л.А. Китаев–Смык, 2002; D. Glenn et al., 2002; V. Solter et al., 2002; Х.Б. Ахмедова, 2004; С.В. Литвинцев и др., 2005). Комбатантные акцентуации характеризуются совокупностью индивидуально-психологических характеристик, которые в боевой обстановке носили приспособительный характер. Такими характеристиками являются склонность к немедленному реагированию, повышенная бдительность, настороженность, обостренное чувство справедливости, тенденция к группированию с ветеранами локальных войн, феномен социального бесстрашия, переоценка жизненных ценностей и целей

Показано, что индивидуально-психологические характеристики военнослужащих, формирующиеся в период боевых действий, затрагивают преимущественно подструктуру направленности (мировоззрения, убеждения и т.д.) (С.В. Литвинцев, В.М. Лыткин, В.В. Ничипоренко, 2000; М.Е. Зеленова, 2004 и др.) и самооценки (В.С. Чудук, 2002 и др.). В отечественных и зарубежных исследованиях указывается на неоднозначность влияния экстремальных ситуаций на ценностно – мотивационную сферу человека. Так, например, показано, что наличие постоянной опасности, риска способствует более серьезному, философскому отношению к жизни, более глубокому пониманию жизненных ценностей, повышению самостоятельности, самоуважения и активности (П.И. Сидоров, С.В. Литвинцев, М.Ф. Лукманов, 1999; Ю.Ю. Стрельникова, 2005; М.А. Падун, Н.В. Тарабрина, 2003; В.М. Лыткин, 2001; Н.Д. Чеботарева, 2004; В. Morris, J. Shakespeare – Finch, M. Rieck, Newbery, 2005; R.J. Tedeschi, L.G. Calhoun, 1999 и др.). При этом остается неясным, какие факторы способствуют посттравматическому личностному росту и какова динамика этого феномена во времени.

В процессе анализа литературных данных выявлено, что индивидуально-психологические характеристики сопряжены с риском развития посттравматического стресса у участников боевых действий. Предикторами, снижающими риск развития выраженного посттравматического стресса являются: отсутствие акцентуаций характера до момента участия в войне (С.В. Литвинцев, Е.В.Снедков, 1999), позитивной оценки ветеранами собственного боевого опыта и склонность к глубокому анализу травматических событий (Л.В. Виноградова, 2004) в сочетании с оптимистическим настроем, позитивным отношением к себе и другим людям (Е.О. Лазебная, М.Е. Зеленова, 1999, Б.Б. Величковский, 2007; А.П. Сложеникин, 2009; Е.Г. Ичитовкина, 2011; Л.Э. Кузнецова, 2011). При повышении уровня мотивации достижений, широты интересов и потребностей, при высокой степени ответственности за происходящие в жизни события (Е.П. Гурина, Ю.В. Извольская, 2002) и экстравертированности личности (Н.Л. Бундало, 2008), при наличии высокого уровня интернальности субъективного контроля и низкого уровня нейротизма (М.А. Струкова, 2010) также снижается риск развития выраженного посттравматического стресса.

Таким образом, в процессе анализа литературы установлено, что применительно к участникам боевых действий личностные изменения рассматриваются преимущественно через призму понятия «комбатантная акцентуация», которая может быть как негативной, так и позитивной. Постстрессовые изменения личности под влиянием факторов мирной жизни претерпевают свою дальнейшую трансформацию. Отечественных исследований динамики личностных свойств участников боевых действий мало и они в основном касаются установления сопряженности факторов довоенного и военного анамнеза с выраженностью посттравматического стресса, взаимосвязей акцентуаций довоенного периода с комбатантными акцентуациями, факторов успешности адаптации к мирной жизни, а также оценки эффективности психотерапевтического воздействия.

Во второй главе «Программа и методы исследования» описывается план проведения эмпирического исследования и дается общая характеристика обследованных групп; описываются тестовые методики, и обосновывается применение методов статистической обработки данных.

Исследование включало два этапа:

На 1 этапе (1999 - 2004 гг.) на базе Архангельской региональной общественной организации Общероссийской общественной организации инвалидов войны в Афганистане, регионального отделения общественной организации Российский союз ветеранов Афганистана и ОАО «Соломбальский целлюлозо-бумажный комбинат» г. Архангельска было всего обследовано 327 человек, включая испытуемых контрольной группы. После отбраковки личностных профилей были проанализированы данные 302 человек, включая респондентов контрольной группы. Из всего числа обследованных 142 человека составили основную группу - лица мужского пола, ветераны боевых действий в Афганистане (43 человека, средний возраст 35 до 40 лет) и участники I Чеченской войны (99 человек, средний возраст 26 до 28 лет), проходившие срочную службу. Из всей выборки ветеранов на момент обследования высшее образование имеют 11 человек, неоконченное высшее – 9 человек и среднее специальное образование 122 респондента. В выборку вошли участники боевых действий, которые не имели ранений, а также с ранениями легкой и средней степени тяжести. Тяжесть ранения определялась военным врачом, и данные относительно тяжести ранения были взяты из медицинских карт. Ветераны локальных войн с тяжелыми ранениями, участники боевых действий, у которых имели место ранения в голову и черепно – мозговые травмы, ветераны с ампутациями не вошли в выборку.

Контрольную группу составили 160 человек, практически здоровые лица мужского пола, без черепно-мозговых травм и увечий, не имеющие наркологических проблем, служившие в армии, но не принимавшие участие в боевых действиях. Средний возраст респондентов контрольной группы составил 30,58±3,03 лет. Из всей контрольной группы высшее образование имеют 11 человек, неоконченное высшее – 9 человек и среднее специальное образование 140 респондентов.

Применены следующие методики: Методика многостороннего исследования личности (ММИЛ), тест «Смысложизненные ориентации», методика «Личностный дифференциал», «Миссисипская шкала» (военный вариант), «Шкала интенсивности боевого опыта», Карта-опросник «Ветеран». Изучены выраженность посттравматического стресса, тяжесть военной травмы (интенсивность боевого опыта, факт наличия и тяжести ранения), специфика локальной войны (Афганистан, Чеченская республика), индивидуально-психологические характеристики.

На 2 этапе в 2009 году для изучения изменений личностных характеристик было проведено повторное исследование с участием 55 ветеранов локальных войн и 61 респондента контрольной группы из прежних выборок с применением таких методик как ММИЛ, «Тест смысложизненных ориентаций», «Методика личностного дифференциала», «Миссисипская шкала» (военный вариант), Карта-опросник «Ветеран». Временной промежуток после завершения предыдущего этапа исследования составил 5,42 ± 0,71 лет (от 5 до 7 лет).

В третьей главе «Результаты исследования и их обсуждение» анализируются эмпирические данные, проводится проверка выдвинутых гипотез, излагаются результаты исследования.

В параграфе «Тяжесть военной травмы» приводятся результаты, которые указывают на то, что военная травма у ветеранов локальных войн, принявших участие в данном исследовании, характеризуется различными степенями тяжести, что определяется разной интенсивностью боевого опыта, фактором ранения и спецификой локальной войны. При этом не всегда боевой опыт высокой интенсивности сопряжен с наличием ранения и выраженным посттравматическим стрессом. В целом, полученный средний балл по Миссисипской шкале (69,61±7,29) в группе ветеранов локальных войн указывает на невысокий уровень выраженности посттравматического стресса (Практикум, 2001).

В параграфе «Динамика индивидуально-психологических характеристик ветеранов локальных войн» представлены результаты изучения индивидуально-психологических особенностей ветеранов в сравнении с невоевавшими гражданами и их динамика спустя годы. Индивидуально-психологические характеристики ветеранов локальных войн акцентуированы и отличаются от личностных особенностей невоеваших граждан (рисунок 1). В целом, личностный профиль ветеранов характеризуется амбивалентностью: с одной стороны, для участников боевых действий характерны импульсивные черты и агрессивный тип реагирования (о чем свидетельствует сочетание показателей по 4 и 6 шкалам ММИЛ), с другой стороны, им свойственна достаточно высокая степень контролируемости собственного поведения, о чем свидетельствует сочетание пиков по 2 и 7 шкалам, что делает невозможным открытое проявление асоциальных действий, даже если имеет место неприятие правил, принятых в социуме.

 Личностный профиль ветеранов и респондентов контрольной группы -0

Рис. 1. Личностный профиль ветеранов и респондентов контрольной группы

Примечания: 1 – шкала соматизации тревоги, 2 – тревога и депрессивные тенденции, 3 – шкала вытеснения факторов, вызывающих тревогу, 4 – шкала реализации эмоциональной напряженности в непосредственном поведении, 5 – шкала выраженности мужских и женских черт характера, 6 – шкала ригидности аффекта, 7 – шкала фиксации тревоги и ограничительного поведения, 8 – шкала аутизации, 9 – шкала отрицания тревоги и гипоманиакальных тенденций, 0 – шкала социальных контактов; N – количество человек;*** - р0,001

Вероятно, особенность личностного профиля участников боевых действий, которая выражается в подъеме по всем шкалам, объясняется неоднородностью выборки ветеранов локальных войн. Как будет показано ниже, выраженные импульсивные черты и высокая агрессивность в сочетании с ригидностью аффекта характерна для группы ветеранов войны в Афганистане. Высокий уровень депрессивности и тревожности с вытеснением и отрицанием факторов, вызывающих тревогу выявлен у участников боевых действий на территории Северокавказского региона.

Ветеранам свойственна более высокая удовлетворенность настоящим жизненным процессом (р0,001), оценка себя как сильных, уверенных людей в сравнении с невоевавшими.

Со временем ветераны становятся менее импульсивными (4 шкала ММИЛ: Т-критерий Вилкокосона = -3,936; р0,001); у них усиливаются маскулинные черты характера (5 шкала ММИЛ: Т = -4,516; р0,001). Спустя годы ветераны представляют свою жизнь менее осмысленной (р0,001), целенаправленной (р0,001), они в меньшей степени удовлетворены текущим жизненным моментом (р0,001) и результативностью жизни (р0,001). Их уверенность в том, что человек может контролировать свою жизнь, снижается (р0,001). Динамики самооценки в группе участников боевых действий не обнаружено.

У мужчин, не принимавших участие в войне, не наблюдается динамики индивидуально-психологических характеристик по методике ММИЛ, но вместе с тем имеют место изменения смысложизненных ориентаций и одного показателя самооценки (фактор «Оценка» ЛД) в сторону снижения. Однако в группе ветеранов изначально высокая осмысленность жизни имеет значимо более выраженную динамику в сторону снижения, и на втором этапе исследования смысложизненные ориентации ветеранов по шкале «Результативность жизни» (U = 1069,000; р0,01) и «Локус контроль-Я» (U = 991,000; р0,001)оказываются даже ниже, чем в контрольной группе.

Параграф «Индивидуально-психологические особенности ветеранов с различным характером военной травмы» посвящен изучению сопряженности интенсивности боевого опыта и тяжести ранения с личностными характеристиками ветеранов, а также анализу различий в индивидуально-психологических особенностях ветеранов войн в Афганистане и Чечне.

Установлено, что боевой опыт высокой интенсивности положительно сопряжен с обеспокоенностью своим здоровьем, (1 шкала ММИЛ: коэффициент ранговой корреляции Спирмена Rs = 0,203; р0,01), депрессивностью (2 шкала ММИЛ: Rs = 0,260; р0,001) увеличением тревожности (7 шкала ММИЛ: Rs = 0,417; р0,001). Показатель интенсивности боевого опыта отрицательно сопряжен с осмысленностью жизни (Rs = - 0,617; р0,001), с целенаправленностью жизни (Rs = - 0,604; р0,001), удовлетворенностью текущим жизненным моментом (Rs = - 0,564; р0,001) и самооценкой (р0,001).

Ветеранам с ранениями в анамнезе свойственна обеспокоенность состоянием собственного здоровья, тем, как их воспринимает социальное окружение (1 шкала ММИЛ). В случае давления, ответной агрессии со стороны окружающих, ветераны с ранениями, могут легко выйти за рамки адаптированного состояния (сочетание показателе 1, 4 и 6 шкалам ММИЛ) (таблица 1).

Таблица 1

Фактор ранения и индивидуально-психологические характеристики участников боевых действий

Шкалы ММИЛ 1 группа – нет ранений (n=52) 2 группа – легкие ранения (n=42) 3 группа – ранения средней степени тяжести (n=48) Н
средние ранги средние ранги средние ранги
1шкала соматизации тревоги (ММИЛ) 46,04 78,96 92,55 34,472***
4 шкала реализации эмоциональной напряженности в непосредственном поведении (ММИЛ) 50,67 78,15 88,24 22,639***
6 шкала ригидности аффекта (ММИЛ) 47,88 77,73 91,64 29,931***

Примечания: *** - уровень значимости р0,001; Н-значение критерия Краскала – Уоллеса; n - подгруппы

Жизнь ветеранам с ранениями представляется менее осмысленной и менее целенаправленной по сравнению с ветеранами без ранений (таблица 2).

Таблица 2

Фактор ранения и смысложизненные ориентации участников боевых действий

ШКАЛЫ СЖО 1 группа – нет ранений (n=52) 2 группа – легкие ранения (n=42) 3 группа – ранения средней степени тяжести (n=48) Н
средние ранги средние ранги средние ранги
Общая осмысленность жизни (СЖО) 89,92 69,58 53,22 21,763***
Целенаправленность жизни (СЖО) 85,02 66,60 61,15 10,335*

Примечания: *** - уровень значимости р0,001; * - уровень значимости р0,05; Н-значение критерия Краскала – Уоллеса

С повышением тяжести ранения уровень самоуважения снижается, ветераны оценивают себя менее позитивно по сравнению с участниками боевых действий без ранений в анамнезе. Появляется неудовлетворенность собственной личностью, о чем свидетельствуют показатели по фактору «Оценки» методики Личностный дифференциал (таблица 3).

Таблица 3

Фактор ранения и самооценка участников боевых действий

Шкалы самооценки (Личностный дифференциал) 1 группа – нет ранений (n=52) 2 группа – легкие ранения (n=42) 3 группа – ранения средней степени тяжести (n=48) Н
средние ранги средние ранги средние ранги
Оценка (ЛД) 90,79 66,67 54,83 27,594*
Сила (ЛД) 72,96 72,57 68,98 1,720
Активность (ЛД) 79,46 63,86 69,56 4,695

Примечания: * - уровень значимости р0,05; Н-значение критерия Краскала – Уоллеса;

Таким образом, с увеличением тяжести ранения связано снижение самооценки, общей осмысленности и целенаправленности жизни. Специфику индивидуально-психологических характеристик ветеранов с ранениями можно рассмотреть в двух аспектах. Во–первых, у раненых участников боевых действий психотравма оказывается более масштабной по сравнению с ветеранами, которые не получали ранений, поскольку дополнительным психотравмирующим фактором является нарушение целостности организма. Вероятно, у раненых ветеранов в большей степени по сравнению с участниками боевых действий без ранений изменяются глубинные представления о мире и о себе, что выражается в нарушении внутренних убеждений о доброжелательности окружающего мира, о его справедливости; о ценности и значимости собственного Я (М.А. Падун, 2003). Во-вторых, специфику индивидуально-психологических характеристик у участников боевых действий, получивших ранения во время войны, можно рассматривать с точки зрения психологии телесности. При нарушении целостности организма изменяется протекание психических процессов, снижаются операционально-технические возможности людей, происходит сужение основного круга отношений человека с миром, нарушается степень критичности и самоконтроля, блокируется удовлетворение социальных потребностей: потребности в благополучии, благосостоянии, независимости и самостоятельности (В.В. Николаева, 1987). Центральным психологическим механизмом личностных изменений у раненых является перестройка мотивационной сферы, где главным смыслообразующим мотивом является сохранение жизни и восстановление здоровья (А.Ш. Тхостов, 1990; В.Д. Менделевич, 2002).

Самостоятельное значение в данной работе имеет изучение индивидуально-психологических особенностей у ветеранов войны в Афганистане и участников боевых действий I Чеченской войны. Установлено, что ветераны войны в Афганистане имеют представление о себе как об исключительной личности с выдающейся ролью в обществе. При этом общество им видится как недоброжелательное, на фоне чего может возникать напряженность в сфере межличностных контактов со стремлением дистанцироваться от окружающего мира (сочетание пиков по 6 и 8 шкалам ММИЛ). Параллельно наблюдается снижение способности к сопереживанию, жесткая манера поведения и циничный взгляд на жизнь (о чем свидетельствуют заниженные показатели по 3 и 7 шкалам ММИЛ) (рисунок 2). Для участников боевых действий на территории Северокавказского региона характерна высокая тревожность, неуверенность в себе. При этом имеет место тенденция к вытеснению тревоги в соматические нарушения (сочетание пиков по шкалам 3 и 7 ММИЛ).

 Индивидуально-психологические характеристики ветеранов-«афганцев» и-1

Рис. 2. Индивидуально-психологические характеристики ветеранов-«афганцев» и ветеранов-«чеченцев»

Примечания: 1 – шкала соматизации тревоги, 2 – шкала тревоги и депрессивных тенденций, 3 – шкала вытеснения факторов, вызывающих тревогу, 4 – шкала реализации эмциональной напряженности в непосредственном поведении, 5 – шкала мужественности – женственности, 6 – шкала ригидности аффекта, 7 – шкала фиксации тревоги и ограничительного поведения, 8 – шкала аутизации, 9 – шкала отрицания тревоги, 0 – шкала социальных контактов; *** - уровень значимости р0,001; ** - уровень значимости р0,01

В процессе изучения смысложизненных ориентаций у ветеранов войны в Афганистане установлено, что жизнь им видится, в первую очередь, целенаправленной на фоне удовлетворенности текущим жизненным моментом (сочетание пиков по шкалам «Целенаправленность жизни» и «Удовлетворенность жизнью» СЖО) (рисунок 3). При этом, любопытен тот факт, что в группе ветеранов – «афганцев» все значения по шкалам теста СЖО превышают верхнюю границу коридора нормы, определенным автором теста СЖО Д.А. Леонтьевым (Д.А. Леонтьев, 2002).

 Смысложизненные ориентации ветеранов войны в Афганистане и участников-2

Рис.3. Смысложизненные ориентации ветеранов войны в Афганистане и участников боевых действий в Чеченской республике

Примечания: ОЖ-шкала «Общая осмысленности жизни»; СЦ-шкала «Целенаправленность жизни»; СП-шкала «Удовлетворенность процессом жизни»; СР- шкала «Результативность жизни»; СЛКЯ – шкала «Локус контроля – Я»; СЛКЖ – шкала «Локус контроля – жизнь»; *** - уровень значимости р0,001

Для участников боевых действий на территории Чеченской Республики в целом характерны представления о прожитом отрезке жизни как результативном и имеющем смысл с убежденностью, что происходящие в жизни события подвластны контролю (рисунок 3). При этом все показатели по шкалам СЖО в группе ветеранов войны на территории Чечни значимо ниже в сравнении с ветеранами войны в Афганистане и соотносятся с нормой.

В процессе изучения самооценки установлено, что ветеранам – «афганцам» свойственно оценивать себя как независимую и уверенную в себе личность в сравнении с теми, кто участвовал в боевых действиях на территории Чечни, о чем свидетельствуют показатели по фактору «Силы» методики Личностный дифференциал (рисунок 4).

 Показатели самооценки ветеранов войны в Афганистане и участников-3

Рис.4. Показатели самооценки ветеранов войны в Афганистане и участников боевых действий в Чеченской республике

Примечания: * - уровень значимости р0,05

Таким образом, в процессе исследования были выявлены различия индивидуально-психологических характеристик в группе ветеранов войны в Афганистане и участников боевых действий в Чеченской республике. Ветеранам войны в Афганистане свойственно жесткое компенсаторное сочетание личностных характеристик, которое строится на основе представлений о себе, как о выдающейся, сильной, волевой, уверенной в себе личности, имеющей уникальный жизненный опыт. Ветераны-«афганцы» жестко ориентированы на индивидуальные нормы, ценности и смыслы и ради достижения своих целей склонны игнорировать морально-нравственные требования социума. Личностный профиль участников боевых действий в Чечне в сравнении с ветеранами-«афганцами» менее поляризован; для них характерен высокий уровень тревожности с ее отрицанием и вытеснением в соматические нарушения на фоне недостаточной уверенности в себе и сниженной способности к социальным контактам.

На наш взгляд, различия в индивидуально-психологических характеристиках у ветеранов-«афганцев» и ветеранов-«чеченцев» обусловлены тремя группами факторов: факторы довоенного периода; факторы периода участия в войне; факторы периода возвращения к мирной жизни. К факторам довоенного периода относятся более низкие показатели физического и психологического здоровья, более низкое качество жизни у участников боевых действий на территории Чеченской республики (А.Г. Маклаков, 1998), отсутствие смыслов участия в войне (И.И. Козловский, 2000).

Различия в специфике травматического воздействия в период участия в войне определяются тем, что в Чеченской республике боевые действия носили характер гражданской войны, в то время как ветераны войны в Афганистане исполняли интеранциональный долг. Участникам боевых действий на территории Чечни свойственна более высокая интенсивность боевой нагрузки (20,40 ± 3,13 баллов) по сравнению с ветеранами войны в Афганистане (17,70±2,19 баллов; U = 1113,00, р 0,001).

К факторам периода возвращения домой относятся отношение общества к войне и отношение самих ветеранов к собственному боевому опыту. Формирование компенсаторных индивидуально-психологических характеристик у ветеранов Афганистана, во-первых, связано с тем, что долгое время об этой войне умалчивалось, и ветераны, пытаясь поделиться своими переживаниями по поводу боевого опыта, сталкивались с недоверием и даже обвинениями во лжи со стороны окружающих, что накладывало отпечаток на их личность. Во-вторых, у ветеранов войны в Афганистане период адаптации более продолжителен по времени по сравнению с участниками боевых действий в Чечне. Он проходил на фоне социально-политических и экономических изменений в нашей стране в 90-е годы. В-третьих, средний возраст в группе ветеранов Афганистана составил в среднем от 35 до 40 лет, в группе участников I Чеченской войны от 26 до 28 лет. По мнению В.М. Русалова (В.М. Русалов, 2007), именно с 35 лет начинается период акмеологической зрелости субъекта, который характеризуется созреванием индивидуальности, субъектно-содержательных личностных свойств (смыслы, цели, самоотношение, самооценка). В-четвертых, индивидуально-личностные характеристики ветеранов локальных войн сопряжены с их отношением к собственному боевому опыту. В данном исследовании установлено, что представление о собственном опыте как ценном и полезном свойственно 42 ветеранам-«афганцам» из 43 опрошенных и только один ветеран оценил собственный опыт как бесполезный. В то время как в группе участников боевых действий в Чечне позитивно оценивают боевой опыт только 28 человек из 99 обследованных (данные взяты из Карты-опросника «Ветеран»).

В четвертом параграфе «Динамика индивидуально-психологических характеристик участников боевых действий с различным характером военной травмы» проводился сравнительный анализ динамики личностных свойств в группах ветеранов без ранений, с ранениями легкой и средней степеней тяжести. Динамики личностных характеристик у ветеранов без ранений не выявлено. В группе ветеранов с ранениями средней степени тяжести в 2009 году наблюдается изменение индивидуально-психологических характеристик в сторону ослабления по шкале 4 реализации эмоциональной напряженности в непосредственном поведении (Т-критерий Вилкоксона = -3,067; р0,05), а по шкале 5 выраженности мужских и женских черт характера ММИЛ наблюдается динамика в сторону усиления (Т = -3,152; р0,05). Со временем появляется тенденция к сохранению постоянных установок, интересов и целей, в меньшей степени проявляются пренебрежения общепринятыми нормами, моральными и этическими ценностями (4 шкала ММИЛ). Наблюдается демонстрация нарочито мужественного стиля жизни, характеризующегося демонстрацией силы, выносливости, пренебрежения к мелочам (5 шкала ММИЛ). Также у ветеранов с ранениями со временем наблюдаются изменения смысложизненных ориентаций в сторону ослабления (таблица 4). Таким образом, динамика выявленных индивидуально-психологических характеристик в группе ветеранов в целом имеет место за счет участников боевых действий с ранениями.

Таблица 4

Динамика СЖО у ветеранов с ранениями легкой и средней степени тяжести

признак суммы рангов разностей между 1 и 2 этапами исследования критерий Вилкоксона Уровень значимости
легкие ранения (n=23) Осмысленность жизни 32,00* -3,193 р0,01
Удовлетворенность настоящим жизненным процессом 7,00* -3,465 р0,01
Локус контроль-Я 20,00* -3,223 р0,01
Локус контроль-жизнь 13,00* -3,275 р0,01
ранения средней тяжести (n=21) Осмысленность жизни 32,50* -2,786 р0,05
Результативность жизни 26,00* -2,867 р0,05

Примечания: * - результаты I этапа превышают значения, полученные на II этапе исследования

Динамики самооценки не обнаружено как в группе ветеранов без ранений, так и среди участников боевых действий с ранениями.

У ветеранов войны в Афганистане значимых изменений индивидуально-психологических характеристик в 2009 году по сравнению с 1 этапом исследования не обнаружено.

У участников боевых действий на территории Северокавказского региона со временем снижается осмысленность жизни, удовлетворенность текущим жизненным моментом, целенаправленность жизненного процесса, восприятие прожитого отрезка жизни как результативного и представление о том, что человеку дано контролировать собственную жизнь (таблица 5).

Таблица 5

Динамика СЖО ветеранов-«чеченцев» (n=45)

признак суммы рангов разностей между 1 и 2 этапом исследования критерий Вилкоксона Уровень значимости
Осмысленность жизни 96,00* -4,755 р0,001
Целенаправленность жизни 105,50* -4,397 р0,001
Удовлетворенность настоящим жизненным процессом 72,00* -4,614 р0,001
Результативность жизни 132,00* -4,208 р0,001
Локус контроль-Я 73,50* -4,615 р0,001
Локус контроль-жизнь 92,00* -4,375 р0,001

Примечания: * - показатели I этапа исследования выше результатов, полученных на II этапе

Разница в динамике индивидуально-психологических характеристик у ветеранов-«афганцев» и участников боевых действий на территории Чеченской Республики, вероятно, также обусловлена факторами экзистенциальной ситуации в целом. Мы предполагаем, что новобранцы уже до службы в Афганистане имели более стойкий комплекс индивидуально-психологических характеристик, в основе которого находилась жесткая идеологическая основа советского государства. У призывников того времени имела место абсолютная убежденность в правильности политики партии, вера в людей и в себя, в результате чего формировалась высокая степень ответственности, как за себя, так и за окружающих. Ответственность и уверенность в собственных силах заострялись в боевой обстановке и приобретали компенсаторное значение, помогая выжить. В дальнейшем эти обостренные качества были перенесены в мирную жизнь. В послевоенной жизненной ситуации стойкий компенсаторный комплекс индивидуально-психологических характеристик закрепился, так как способствовал более успешному преодолению последствий травматического стресса даже, несмотря на то, что в отдельных случаях затруднял процесс взаимодействия с окружающими. Формирование личности молодых людей, воевавших на территории Чеченской Республики, происходило на фоне серьезных социально-экономических изменений в стране, в ситуации неопределенности, когда старая идеология была разрушена, а новая еще не создана. Отсутствие идеалов, веры во что-либо в довоенный период усугублялось отсутствием смыслов выполнения боевых задач, на фоне чего представления о бессмысленности жизни вообще и жизненного периода, связанного с войной в Чечне, в частности, закреплялись, переносились в мирную жизнь и усугублялись со временем.

В параграфе «Индивидуально-психологические характеристики участников боевых действий как предикторы посттравматического стресса» представлены результаты изучения сопряженности индивидуально-психологических характеристик и выраженности посттравматического стресса.

Выраженность посттравматического стресса в 2009 году относительно результатов исследования, полученных на первом этапе, не изменилась (Z=-0,148; р0,882). Далее был предпринят корреляционный анализ для установления взаимосвязей между параметрами индивидуально-психологических характеристик на 1 этапе и выраженностью посттравматического стресса, определяемой по Миссисипской шкале в 2009 году (таблица 6).

Таблица 6

Корреляционные связи между выраженностью посттравматического стресса в 2009 году и личностными характеристиками комбатантов, выявленные на 1 этапе исследования

(коэффициент корреляции Спирмена)

Параметры личностных характеристик (1 этап исследования с 1999-2004 год) Коэффициенты корреляции между личностными особенностями и выраженностью ПТС в 2009 году
Фактор оценки (ЛД) -0,547**
Фактор силы (ЛД) -0,423**
Фактор активности (ЛД) -0,667**
1 шкала сверхконтроля (ММИЛ) 0,366**
Осмысленность жизни (СЖО) -0,346**
Целенаправленность жизни (СЖО) -0,299*
Удовлетворенность настоящим жизненным процессом (СЖО) -0,323*
Результативность жизни (СЖО) -0,315*
Локус контроль – жизнь (СЖО) -0,323*
Локус контроль – Я (СЖО) -0,304*

Примечания: *-достоверность значения р0,05; **- р0,01; ЛД – методика Личностный дифференциал; ММИЛ – Методика многостороннего исследования личности; СЖО – тест Смысложизненные ориентации

С выраженностью посттравматического стресса, выявленной в 2009 году, отрицательно связаны параметры самооценки, смысложизненных ориентаций и 1 шкала сверхконтроля ММИЛ, полученные с 1999-2004 гг. Заниженная самооценка, представление о собственной жизни как мало наполненной смыслом, а также повышенное беспокойство за состояние своего физического здоровья (1 шкала ММИЛ) сопряжены с выраженностью посттравматического стресса спустя, в среднем, 5, 5 лет.

Для установления того, насколько та или иная личностная характеристика является предиктором выраженности посттравматического стресса спустя несколько лет, произведен расчет коэффициентов детерминации (применение регрессионного анализа в данном исследовании невозможно по причине отсутствия линейной зависимости между переменными). Коэффициент детерминации интерпретируется как доля вариабельности рангов одной переменной, которую можно объяснить с помощью рангов другой переменной (А.М. Гржибовский, 2008).

 Вклад личностных характеристик, в определение выраженности-4

Рис. 5. Вклад личностных характеристик, в определение выраженности посттравматического стресса спустя 5,42 ± 0,71 лет

Примечания: «Оценка» - параметр «Оценка» ЛД, «Сила» - параметр «Сила» ЛД, «Активность» - параметр «Активность» ЛД, ОЖ – Шкала осмысленности жизни СЖО, СЦ – Шкала целенаправленности СЖО, СП – Шкала удовлетворенности жизненным процессом СЖО, СР – Шкала результативности жизни СЖО, СЛКЖ – Шкала локус контроль – жизнь СЖО, СЛКЯ – Шкала локус контроль – Я СЖО

Исходя из полученных результатов, наибольший вклад в выраженность посттравматического стресса спустя, в среднем, 5,5 лет вносят параметры самооценки, из которых самым значимым является параметр «Активности» ЛД (51%) (рисунок 5). Высокая активность, общительность (фактор «Активность» ЛД) и позитивная самооценка (фактор «Оценка» ЛД) определяют низкий уровень выраженности посттравматического стресса спустя годы.

Таким образом, с течением времени на первый план в качестве факторов, способствующих снижению посттравматического стресса, выходят составляющие Я-концепции, одним из структурных компонентов которой является самооценка. Переработка и осмысление пережитого травматического опыта в позитивном ключе, поиск новых жизненных целей, позитивное самоотношение, произвольная активность человека, выполняющая регулятивную функцию в ходе адаптации, составляют основу для успешного преодоления последствий психотравмы.

Параграф «Обсуждение результатов» посвящен интерпретации полученных в ходе диссертационного исследования эмпирических результатов с позиций субъектного и интегративного подхода в психологии посттравматического стресса. Полученные результаты соотнесены с результатами других исследователей, работающих в данном проблемном поле.

В разделе «Заключение» обобщены результаты проведенного исследования и намечены перспективы дальнейших исследований.

Выводы

  1. Ветераны по сравнению с мужчинами, не принимавшими участие в войне, имеют более акцентуированный личностный профиль, с более высокой осмысленностью жизни и представлениями о себе как о сильных и волевых людях.
  2. Выраженность индивидуально-психологических характеристик у ветеранов сопряжена с интенсивностью боевого опыта. Ветераны, имеющие интенсивный боевой опыт, характеризуются высокой тревожностью, заниженной самооценкой и невысокой осмысленностью жизни.
  3. При наличии ранения легкой или средней степени тяжести у ветеранов боевых действий наблюдается повышенная обеспокоенность состоянием своего здоровья с тенденцией к агрессивному, импульсивному поведению.
  4. Сфера смысложизненных ориентаций в большей степени подвержена изменениям, чем другие личностные характеристики. При этом для параметров самооценки в отдаленном посттравматическом периоде характерна стабильность во времени.
  5. Динамика индивидуально-психологических характеристик сопряжена с тяжестью военной травмы. Снижение импульсивности и осмысленности жизни характерны для ветеранов с ранениями различной степени тяжести.
  6. Ветеранам войны в Афганистане свойственно стойкое компенсаторное сочетание личностных черт, с представлениями о себе как об уникальной, сильной волевой личности с жесткой ориентацией на собственные цели, ценности и смыслы на фоне дистанцирования от социума.
  7. Характерной чертой участников боевых действий I Чеченской войны является высокий уровень тревоги с ее отрицанием и склонностью к соматизации. Со временем у ветеранов-«чеченцев» наблюдается ослабление импульсивных черт характера параллельно со снижением осмысленности жизни.
  8. Высокий уровень активности в структуре самооценки является предиктором низкой выраженности посттравматического стресса спустя несколько лет.

Полученные в диссертационном исследовании результаты отражены в следующих публикациях

Статьи в изданиях, рекомендуемых ВАК РФ

1. Зелянина А.Н. Динамика личностных характеристик и выраженности посттравматического стресса у участников боевых действий // Вестник университета (Государственный университет управления). Москва. 2010. №9. С. 29 – 31.

2. Зелянина А.Н. Динамика личностных характеристик у ветеранов с различной тяжестью военной травмы // Психологические исследования: электрон. науч. журн. 2012. N 1(21). URL: http://psystudy.ru/index.php/num/2012n1-21/620-zelyanina21.html.

Статьи в других научных изданиях

3. Сидоров П.И., Зелянина А.Н. Механизмы боевого стресса. В кн.: Материалы III Всероссийского симпозиума по проблемам боевого стресса «Механизмы стресса в экстремальных условиях». Москва. 2004. С. 16-18.

4. Сидоров П.И., Зелянина А.Н. Личностные особенности и субъективное отношение ветеранов локальных войн к боевому опыту. В кн.: Материалы IV Всероссийского симпозиума по проблемам боевого стресса «Механизмы стресса в экстремальных условиях». Москва. 2005. С. 25-28.

5. Падун М.А., Зелянина А.Н. Фактор ранения в структуре личностно – смысловых особенностей и выраженности посттравматической симптоматики у участников боевых действий. В кн.: Материалы V Всероссийского симпозиума по проблемам боевого стресса «Война и здоровье». Москва. 2006. С. 21-23.



 





<
 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.