WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Особенности самосознания африканцев в контексте родовых традиций и современных тенденций образования этноса (на материале изучения ментальности ангольцев) с пециальность

На правах рукописи

Канжунгу Ожвалду Жозе

ОСОБЕННОСТИ САМОСОЗНАНИЯ АФРИКАНЦЕВ В КОНТЕКСТЕ РОДОВЫХ ТРАДИЦИЙ И СОВРЕМЕННЫХ ТЕНДЕНЦИЙ ОБРАЗОВАНИЯ ЭТНОСА

(на материале изучения ментальности ангольцев)

Специальность 19.00.13 – психология развития, акмеология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертация на соискание ученой степени

кандидата психологических наук

Москва – 2011

Работа выполнена на кафедре психологии развития факультета педагогики и психологии Московского педагогического государственного университета

Научный руководитель: доктор психологических наук,

профессор,

действительный член РАО,

Мухина Валерия Сергеевна

Официальные оппоненты: доктор психологических наук,

профессор,

действительный член РАО,

Бондырева Светлана Константиновна

кандидат психологических наук,

доцент,

Счастная Тамара Николаевна

Ведущая организация: Бурятский государственный

университет

Защита состоится «13» февраля 2012 г. в 14.00 часов на заседании Диссертационного совета Д 212.154.12 при Московском педагогическом государственном университете по адресу: 127051, г. Москва, Малый Сухаревский пер., д. 6.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского педагогического государственного университета по адресу: 119992, г. Москва, ул. Малая Пироговская, д. 1.

Автореферат разослан «__» __________ 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета А.С. Обухов

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования. Самосознание представляет собой осознание человеком самого себя, своего тела, своих переживаний, мыслей, своего Я, значимых ценностей, своего места в Мире. Самосознание предполагает рефлексию человека на самого себя и на других. Особое место проблема самосознания занимает в контексте родовой традиции, которая типологизирует каждого представителя конкретного рода.

Проблема развития этнического самосознания внутри конкретной страны, состоящей из множества родов, особенно актуальна в XXI веке, когда на родовые традиции продолжают влиять тенденции ассимиляции внутри государственных границ развивающейся страны и когда возрастает влияние процессов интеграции из внешнего мира. Сегодня в странах, сохраняющих родоплеменные традиции, особенным образом происходит формирование собственного целостного этноса.

Изучение особенностей родового самосознания ангольцев особенно актуально для понимания специфики, происходящих в стране процессов консолидации многочисленных родов в единый этнос и для формирования этнического самосознания, включающего в себя понимание и чувства, связанные с принадлежностью своей стране.

Данное исследование может быть представлено для науки как модель изучения тенденций развития этнического самосознания общностей до сих пор сохраняющих родоплеменные отношения. Перед государством Ангола сегодня стоит задача консолидации всех родов и предэтнических групп и формирование самосознания «ангольцы».

Методологической основой работы для нас явилась утвердившаяся в науке идея К. Маркса о развитии человека путем присвоения материальной и духовной культуры. Мы принимаем марксистскую идею о том, что «история отдельного индивида отнюдь не может быть оторвана от истории предшествующих или современных ему индивидов, а определяет его»[1]. Самосознание жителей Анголы мы изучаем исходя из условии их бытия.

Методологическим основанием также явилась концепция исторического и онтогенетического развития самосознания человека, разработанная В.С. Мухиной, которая понимает под самосознанием «совокупность устойчивых связей в сфере ценностных ориентаций и мировоззрения человека, обеспечивающих его уникальную целостность и тождественность самому себе»[2]. Мы разделяем концепцию автора об уникальности и единстве структуры самосознания для всех народов планеты, транслируя эту идею на представителей родовых культур и нового поколения учащейся молодежи Анголы.

Цель исследования – изучение особенностей родового и предэтнического самосознания представителей традиционных родов, проживающих на территории Анголы.

Объект исследования – родовое самосознание современных представителей ряда родов Анголы.

Предмет исследования – психологические особенности родового, предэтнического самосознания современных представителей Анголы – носителей родового самосознания и самосознания своего предэтноса.

Гипотезы исследования:

1– Самосознание современных жителей Анголы обнаруживает их прямую зависимость от родоплеменных традиций и от современных тенденций, определяющих начало развития этнического самосознания.

2 – Самосознание современных жителей Анголы может иметь свою специфику в зависимости от проживания внутри рода, в мегаполисах Анголы и за их пределами – за рубежом. Сегодня можно говорить лишь о началах формирования этнического самосознания ангольцев.



Для достижения поставленной цели и проверки гипотез были сформулированы следующие задачи:

1 – Провести теоретический анализ психологических проблем самосознания в психологических науках, делая специальный акцент на работы африканистов.

2 – Провести эмпирическое исследование особенностей родового и предэтнического самосознания жителей Анголы.

3 – Проанализировать полученные результаты через призму концепции В. С. Мухиной об особенностях самосознания человека.

Методы исследования. В исследовании использовался следующий комплекс методов: 1 – Метод включенного наблюдения и беседы: этнопсихологический опросник (В.С. Мухина) 2 – Метод научной фотографии в этнопсихологии (В.С. Мухина); 3 – Глубинный рефлексивный тест-самоотчет «Кто Я?» (В.С. Мухина), 4 – Проективный метод депривации структурных звеньев самосознания (В.С. Мухина); 5 – Экспресс-диагностика межэтнической аккультурации Дж. Бери ( модификация В.С. Мухиной с учетом особенностей родового самосознания).

Кроме того, нами использовались методы статистической обработки данных.

Эмпирической базой исследования явились представители рода, проживающие в деревнях: 1 – Умпата, 2 – Шивингило (под г. Уила) и 3 – Мангейраш (под г. Намибе); Ангольский государственный университет имени Агуштинью Нету, г. Луанда. (В деревнях доминирует традиционная родовая культура. В столице происходит переход к принятию граждан своей принадлежности к ангольской общности).

Исследование проводилось в 2008 – 2011 гг.

Испытуемыми были:

  • жители деревень Умпата, Шивингило, Мангейраш; мужчины и женщины (60 человек);
  • учащаяся молодежь, проживающая в столице Луанда государства Анголы – мужчины и женщины (180 человек);

Возраст испытуемых (в деревнях и городе) от 20 до 30 лет. Кроме того проводились неоднократные беседы с вождями и старейшинами племен.

Общее количество испытуемых, принявших участие в исследовании, составило 240 человек. Беседы проводились с пятью вождями и пятью старейшинами.

Достоверность и надежность полученных результатов исследования и сделанных на них основе выводов обеспечивалась следованием исходных методологических и теоретических принципов, применением комплекса стандартизированных методов, соответствующих предмету, целям и задачам исследования, репрезентативностью и достаточным объемом выборки, эмпирической проверкой выдвинутых гипотез, статистической значимостью полученных результатов.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Самосознание жителей Анголы, проживающих в условиях родовых культур, определяется родовой мифологией, а также особенностями внутриродовых и межродовых традиционных отношений. Представители родовых культур Анголы еще далеки от осознания себя в качестве «ангольцев», от общего национального самосознания: родовое самосознание продолжает сохранять традиции родоплеменных отношений во всех сферах жизни, хотя тенденции к разложению родового строя начинают проявлять себя.

2. Самосознание современной ангольской учащейся молодежи, проживающей в крупных городах, определяется: сохранением многих глубинных традиционных (родовых) ценностных ориентаций; интеграцией культур разных родов Анголы; новыми тенденциями по консолидации этноса внутри страны; влиянием современных мировых культур (особенно португальской). Эти условия вкупе влияют на самосознание учащейся молодежи и выступают как условие развития нового типа самосознания.

3. Общее для жителей Анголы, как представителей своей страны, самосознание только начинает складываться: постепенно, через отдельных наиболее активных представителей родов, проживающих на традиционных территориях, внутри каждого рода появляется знание о том, что они живут в стране «Ангола», а их называют «ангольцы».

.Теоретическая значимость и новизна исследования: впервые исследуются особенности родового самосознания в контексте концепции феноменологии этнического самосознания (В.С. Мухина). В исследовании выявлены: специфика самосознания представителей родовых культур и современной ангольской молодежи, проживающей в мегаполисе. Выявлены характерные типы поведения в ситуациях фрустрации в условиях взаимодействия с представителями своего и чужого рода, а также с представителями своей и чужой предэтнической группы.

Научная новизна состоит в выявлении предтеч этнического самосознания: родового самосознания бытующего по сей день во многих регионах Анголы; предэтнического самосознания (самосознания этнических групп) прорастающего в этническое самосознание в условиях мегаполисов и интеграции культур из развитых стран (Европы, России, США и стран Южной Америки).

Практическое значение исследования заключается в возможности прогнозирования особенностей современных ценностных ориентаций и возможного поведения в родовых отношениях в условиях начала формирования предэтнического самосознания. Результаты проведенного исследования могут быть использованы для решения проблем консолидации представителей родовых культур в единое соединение этноса «ангольцы».

Апробация работы. Представленные в работе результаты исследования обсуждались: на объединениях молодых ученых кафедры психологии развития МПГУ; в ходе научных сессий на факультете педагогики и психологии МПГУ (Москва, 2010, 2011); на конференциях за пределами МПГУ.

Материалы исследования были использованы на лекциях диссертанта в курсе «Феноменология развития личности» на факультете педагогики и психологии МПГУ, были доложены на II Всероссийской научно-практической конференции «Социальная психология малых групп», посвященной памяти проф. А. В. Петровского 25 – 26.10.2011 (МГППУ). Основные идеи и результаты проеденного исследования отражены в шести публикациях, общим объемом 4,5 п.л.

Структура и объем диссертации. Диссертация состоит из введения, двух глав, выводов, библиографии и приложений. Работа иллюстрирована таблицами и фотографиями. Объем диссертации составляет 313 страниц, список литературы включает наименовании на русском – на иностранных языках.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность, формулируются объект, предмет, цель и задачи исследования, его методологические основания; научная новизна; перечисляется комплекс методов, выдвигаются гипотезы; выдвигаются основные положения, выносимые на защиту, теоретическая и практическая значимость.

Содержание диссертации излагается в двух главах: теоретической и эмпирической.

В первой главе, – «Теоретическое исследование этнического самосознания», – дается общая психологическая характеристика феномена этнического самосознания в западной и российской психологии, кроме того специально проводится анализ источников по проблеме этнического самосознания современных африканистов.

В западной психологии проблема изучения этнического самосознания имеет свои предтечи. Истоки понимания этнического самосознания заложены В. Вундтом, который писал о том, что психология народов, со своей стороны, является частью общей психологии, и результаты ее часто приводят к ценным выводам и в индивидуальной психологии, так как язык, мифы и обычаи, эти продукты духа народов, в то время дают материал для заключений также и о душевной жизни индивидуумов.

Природа этнического самосознания была предметом изучения многих исследователей таких ученых как Э. Дюркгейм, Л. Леви-Брюль, К. Леви-Строс, С. Московичи и др.

Важно обратить специальное внимание на идеи Э. Дюркгейма о влиянии коллективных представлений на формирование поведения индивидов. Э. Дюркгейм писал о том, что «в большинстве случаев, принуждение исходит не извне, а изнутри индивида».

Показано, что особое место в исследованиях этнического самосознания занимают анимистические представления. Об анимистических представлениях о духе вещи, о том, что вещь сама обладает душой, тонко писал М. Мосс.

Л. Леви-Брюль использовал базовое понятие «коллективные представления». Л. Леви-Брюль совершенно справедливо полагал: «Представления, называемые коллективными,... могут распознаваться по следующим признакам, присущим всем членам данной социальной группы: они передаются в ней из поколения в поколение, они навязываются в ней отдельным личностям, пробуждая в них, сообразно обстоятельствам, чувства уважения, страха, поклонения и т.д. в отношении своих объектов, они не зависят в своем бытии от отдельной личности». Было показано, что законы коллективных представлений, сохраняют актуальность для всякого традиционного общества.

К.Леви-Стросс подчеркивал важность принципа катего­ризации на Мы и Они с помощью бинарных оппозиций для восприятия и понимания окружающего мира.

Открытие сферы бессознательного в свою очередь способствовало формированию идей в исследовании этнического самосознания. Так К. Юнг полагал, что основанием идентичности становится отличие себя от других и наполнение идентичности коллективными архетипическими глубинами бессознатель­ного.

Особое значение имели исследования Э. Эриксона. В своих работах Э. Эриксон выдвигал положения, определившие изучение человеческого «Я»: основным условием развития «сильного эго», согласно Э. Эриксону, выступает стремление человека к собственной идентичности и к ее сохранению на протяжении всей жизни. Важно, что Э. Эриксон имел опыт наблюдения за людьми из различных культур. Он показал значение социальных предписаний и ценностей.

Идея этнического самосознания позже была выражена в русле социологического направления психологии (Ч. Кули, М. Розенберг, Р. Берне, М. Кун, Д.Г. Мид). Ученые сформировали понимание самосознания как совокупности установок, направленных на себя. Так, Ч. Кули выдвинул теорию зеркального «Я», утверждая, что на представление индивида о себе существенное влияние оказывает то, как его видят другие. Отдельное внимание следует уделить позиции Д.Г. Мида, который обозначил процесс развития самосознания через феномен «самость».

Особое значение имеют труды этнографов, которые содержат весьма значительную информацию об особенностях самосознания в условиях бытия родовых культур.

К числу выдающихся этнографов относят Э.Б. Тайлора, который исследовал: различные уровни и пережитки культуры, мифологии разных культур; проблему анимизма у примитивных народов; обряды и церемонии.





Особое место в науке занял английский религиовед и этнолог Дж. Фрэзер, который посветил жизнь изучению фольклористики и истории религии. Он исследовал: магию и религию, поклонения божествам, предметам и явлениям природы; табу на людей, предметы, слова; мифы; умерщвления священных животных и др. Его монография «Золотая ветвь» получило широкую известность – она содержит огромный фактический материал о многих родовых культурах мира.

Среди этнографов особое место занимают труды М. Мид, которая посветила себя изучению этнографии детства. Исследователь показала особенности взросления в разных культурах, а также конфликты между поколениями. М. Мид не описывала то, что она наблюдала как натуралист. Она наблюдала исходя из своих теоретических позиций. Она писала о планетарном сообществе людей, которое состоит теперь из всех обитателей планеты и его целость и безопасность зависят от каждого из них. Она полагала, что человечество не может пожертвовать ни одной, самой малой своей частью, подвергая опасности гибели всех остальных.

Особое место в этнопсихологии занимают мифология, тайные обществе, обряды инициаций и посвящения. В этой сфере проделал серьезную поисковую работу М. Элиаде. Он исследовал: обряды, связанные с достижением половой зрелости и племенные посвящения в первобытном религиях; индивидуальные посвящения и тайные общества; посвящения воинов, шаманов и др.

Глубокие различия, существующие между психическим складом представителей различных этносов, приводят к тому, что они по-разному воспринимают внешний мир, по-своему чувствуют, рассуждают и действуют. Г. Лебон обращаясь к проблеме этнического самосознания утверждал, что судьба человечества решается не с помощью институтов, созданных волей человека, а через общее сознание народов. Г. Лебон считал, что у каждой расы есть свой устойчивый психологический менталитет, формирующийся на протяжении многих веков. По его мнению, совокупность психологических особенностей этноса образует определенный тип, дающий возможность понять сущность народа.

В своих трудах Р. Бенедикт обосновала идею об усилении роли сознания в процессе развития этносов, о необходимости изучения их исторического и культурного прошлого. Она рассматривала культуру как совокупность общих предписаний, норм-требований для представителей определенной этнической общности, проявляющейся в ее национальном характере. Р. Бенедикт считала, что каждая культура имеет свою неповторимую конфигурацию, а ее составные части объединены в единое, своеобразное целое. Она полагала, что каждое человеческое общество когда-то совершило определенный отбор своих культурных установлений. Это обстоятельство требует от исследователей пристального внимания к каждой отдельной культуре.

Особое внимание следует уделить идеям К. Ясперса. Ученый указывал на проблемы общения людей в культуре и исторического развития индивидуального мира личности. Он писал о том, что «конкретный мир личности всегда развивается исторически; он непременно включен в соответствующую традицию и не может существовать вне контекста социальных и общественных отношений. Поэтому любой анализ жизни человека в мире должен иметь историческую и социальную основу. Автор говорил об этнической идентичности как части общественной жизни человека, одной из составляющих общечеловеческой культуры.

Анализ подходов к исследованию проблемы этнического самосознания в западной науке дает основание указать на многообразие аспектов понимания самосознания. Западные ученые по сей день исповедуют разные подходы к изучению этнического самосознания. При этом само понятие «этническое самосознание» как отдельная категория многозначна.

В российской психологии исследовании этнического самосознания сложилась определенная система взглядов, которая позволяет выделить следующие основные теоретические проблемы: формирование понятия «этническое самосознание»; признаки этнического самосознания; этногенез; структура этнического самосознания; соотношение между этническим самосознанием народа и его самоназванием. Значительный вклад в развитие представлений об этническом самосознании внесли работы Б.Ф. Поршнева, И.С. Кона, В.Ю. Бромлея, Л.Н. Гумилева, М.В. Крюкова и др.

Большинство ученых определяли этническое самосознание в качестве одного из признаков нации и определяли «этническое самосознание» как осознание своей этнической принадлежности. Этническое самосознание определялось как сознание единства людей, принадлежащих к данной нации (В.В. Мавродин); как понимание людьми своей принадлежности к определенному народу, проявляющейся в употреблении ими единого названия народа – этнонима (В.И. Козлов).

Роль этнического самосознания заключается в приобщении человека к своей нации (В.В. Ивановский), в обозначении границ между представителями разных этнических групп (С.А. Арутюнов). Ю.В. Арутюнян выделил четыре этнических источника, формирующих этническое самосознание: 1 – родовой; 2 – психологический; 3 – культурный; 4 – социальный.

В психологическом смысле осознание себя частью племени, народа, достигается через антитезу, через контраст: «Мы» — это те, которые не «Они» (Б.Ф. Поршнев).

И.С. Кон полагал, что характер этноса – это не сумма характеров отдельных его представителей, а фиксация типических черт, которые присутствуют в разной степени и в разных сочетаниях у значительного числа индивидов. Он писал, что для лучшего понимания того или иного народа «нужно изучать, прежде всего, его историю, общественный строй и культуру; индивидуально- психологические методы здесь недостаточны».

В своей очереди в его работе С.А. Токарев отмечал, что исторически обусловленное соотношение между различными видами социальных связей (происхождением, языком, территорией, государственной принадлежностью, экономическими связями, культурным укладом, религией) порождает этническое самосознание, посредством которого субъективно определяется этническая принадлежность того или иного лица, той или иной социальной группы.

Следует уделить внимание идее А.Г. Агаева, который выделил исходные причины возникновения этнического самосознания. Он писал о том, что территория, язык, хозяйство в сложном переплете исторических, социально-экономических, мировоззренческих, религиозных, этнических, этнографических и географических условий в процессе консолидации и дифференциации, смешения и растворения, взаимопроникновения и разъединения порождают сознание этнического единства народа.

Л.М. Дробижева в свою очередь отмечала, что этническое самосознание формируется в процессе социализации. Важную роль в этом процессе, по мнению автора, играет семья, ближайшее окружение, школа и т.д. Она выделяла семь типов этнической идентичности: нормальная идентичность; этноцентричная идентичность; этнодоминирующая идентичность; этнический фанатизм; этническая индифферентность; этнонигилизм в форме этнокосмополитизма; и амбивалентная идентичность.

В рамках развитии теории этнического самосознания в науке работал Ю.В. Бромлей. Он писал о структуре этнического самосознания, о внутреннем механизме его развития, об объективных основаниях существования этнического самосознания.

Т.Г. Стефаненко также рассматривала проблему различения понятий «этническое самосознание» и «этническая идентичность». Этническая идентичность, по ее мнению, более четко осознается в полиэтнической среде. В случае неблагоприятного группового сравнения индивид может выбрать также стратегию индивидуальной мобильности, которая заключается в осознанной смене группы, что приводит к формированию измененной (но не ложной) идентичности. С позиции Т.Г. Стефаненко, этнос можно определить как устойчивую в своем существовании группу людей, осознающих себя ее членами на основе любых признаков, воспринимаемых как этнодифференцирующие. Этническая идентичность – это результат процесса самоотождествления субъекта с одной или несколькими этническими группами на фоне дифференциации от иных этнических групп, выражающяся в чувстве общности с членами той группы, с которой происходит отождествление, и восприятии как ценности ее основных характеристик.

Для нашего исследования важно обсуждение понятия толерантность психологами С.К. Бондыревой и Д.В. Колесовым. Авторы правомерно полагали, что в основе толерантности лежит сдерживание себя индивидом. Для нашего исследования продуктивна идея толерантности подчинением.

В то же время обсуждение С.К. Бондыревой и Д.В. Колесовым значения традиций как элементов социального и культурного наследия, передающегося из поколения к поколению, принято нами как значимое и традиционно существующее во многих смежных науках заинтересованных в раскрытии типологии преемственности из рода в род, из эпохи в эпоху. Вслед за многими предшественниками С.К. Бондырева и Д.В. Колесов рассматривали традиции как сущность порядка.

А.А. Иванова (ученица В.С. Мухиной) также изучала традиции и идентификации с архетипами как один из вариантов автостериотипов. Её исследование касалось казачества и адыгов и подтверждало значимость традиций в сохранении родовых и социально-исторических общности.

Т.Ц. Дугарова (ученица В.С. Мухиной) исследовала особенности этнического самосознания современных бурят России через сопряжение традиций между миром родовых ценностей и миром интеграции культур.

Для нашего исследования весьма значимо фиксировать внимание на родовых традициях и родовой толерантности.

Говоря об этническом самосознании, мы не можем не обсуждать исследования самой В.С. Мухиной.

Этническое самосознание теоретически и практически в течении долгого времени изучается В.С. Мухиной. Она сформулировала продуктивную концепцию становления этнического самосознания, которая позволяет изучать феномен самосознания личности как преемника этнических традиций в аспекте исторического развития человечества. В контексте работ собственных исследований и проводимых под руководством B.C. Мухиной, изучаются особенности формирования этнического самосознания многих этнических общностей. Эти исследования предоставили объемный материал, раскрывающий: феноменологическую сущность самосознания представителей многих культур; специфику межэтнических отношений; особенности наполнения структурных звеньев этнического самосознания многочисленных представителей России, стран СНГ, Азии, Африки и Латинской Америки.

B.C. Мухина пишет, что этническая идентичность – это социокультурный и социально-психологический феномен, соединяющий когнитивные и аффективные представления и переживания человека – представителя рода этнической группы, этноса. Этническая идентичность вырастает в реальных актах взаимодействия со своим и другим этносом. В процессе взаимодействия с другими этносами, благодаря которым конкретный род, этническая группа или другое социально-психологическое образование человеческой общности, возникшее в своей уникальной истории, осознает другое себя в качестве определенной общности, у которой формируется целостная этническая идентичность. Это важный социально-психологический феномен, в котором личность находит удовлетворение в поисках социального объединения. Суждения В.С. Мухиной, выведенные из её эмпирических исследований и обобщенные в конкретных теоретических положениях, стали фундаментальной основой наших ориентиров в исследовании самосознания в контексте родовых традиций.

В своем исследовании будем придерживаться следующей позиции: этническое самосознание – понятие представленное множественностью вариаций идентификаций. Этническое самосознание может включать в себя, кроме собственно этнической идентичности другие формы идентификации: территориальную, историческую, языковую, религиозную, психологическую и т.д. Тем самым родовая (предэтническая) самоидентификация является фактором формирования представления о себе как о родовом субъекте, а самосознание отдельного человека презентирует этого человека в мире как представителя того или иного рода. Человек как субъект, входящий в родовое (предэтническое) «мы», учится выражать себя через контекст сложившихся знаковых систем, традиций и ценностей своего этноса.

Мы солидаризируемся с В.С. Мухиной и определяем вслед за ней родовую (предэтническую) идентичность как социально-психологический феномен, в котором человек находит удовлетворение в поисках социального объединения. Родовая (предэтническая) идентичность формируется в процессе взаимодействия человека с представителями своего и чужого рода. Благодаря этому взаимодействию конкретный род (конкретная предэтническая группа) осознаёт себя как таковой.

В исследованиях африканистов можно выявить особенные традиции изучения самосознания африканцев разных стран. Мы будем анализировать исследования, посвященные ангольцам.

Африканисты изучают в первую очередь традиционные религии, мифы, отдельные проявления родового самосознания и новые тенденции в развитии этноса (М. Джозе, Р. Альтуна, М. Мойсес, М. Роза, М. Ehoy, Л. А. Жан).

Так, М. Ехоу отмечает, что традиционное почитание власти порождает харизматические тенденции в этническом сознании, что проявляется в сакрализации племенных вождей, распространяемой ныне на современных государственных и партийных лидеров. Согласно автору уважение к власти вождя вытекает из устойчивой ценности традиционного сознания – культа предков. Вождь – прямой наследник и избранник богов и предков.

М. Роза исследует родовой изоляционизм, который порождает предрассудки и стереотипы, которые выкристаллизовываются в трайбалистскую психологию и принимают стабильный характер. Согласно этому исследователю суть трайбалистской психологии состоит в активной неприязни по отношению к соседней этнической группе (роду).

Эти исследователи фиксируют своё на каком-либо одном феномене, опуская все другие составляющие.

Мы полагаем, что в пределах рода существуют различия в самосознании у представителей этого рода: вождей, колдунов, шаманов; представителей разных деятельностей; кланов, семьей; в различных возрастных группах; у мужчин и женщин; у представителей тайных обществ и религиозных общин. Различия зависят от: статуса члена рода; условий жизни и видов занятий родов; положения человека внутри рода; принадлежности к той или иной касте, к возрастной группе, к полу. Так, охотники одного рода отличаются от земледельцев того же рода своим миропониманием, тайными знаниями, связанными с самовосприятием и отношением к другим членам рода, своими ценностями, своим самосознанием. Родовая культура, отличающаяся специфической устойчивой структурой и жизнеспособностью, противостоит современным культурным тенденциям.

М. Джозе изучал, особенности мифологического мировосприятия в этнических группах африканцев. Он полагал, что мир в мифологическом сознании человека рода предстает как единое целое, где все взаимосвязано. Весь мир – космос, земные и небесные тела, минералы, растения, животные и человек сопричастны друг другу, соединены сложными связями. Все сущее подчинено единому космическому ритму.

М. Джозе безусловно верно подметил особенности самосознания традиционных африканцев. Особенность самосознания банту не только в мифологии, но и в практике тайных союзов (особенно таких как люди-леопарды, люди-крокодилы, люди-змеи). До сих пор существует вера в перевоплощение человека в зверя-побратима.

Мы подтверждаем эту тенденцию самосознания представителей традиционных родов Анголы: они веруют в перевоплощения человека в зверя-побратима и обратно – превращение зверя-побратима в человека.

При достаточно объемном материале исследования африканистов (ангольцев и португальцев) в XX – XXI вв. следует указать на то, что эти исследования носят частный характер и обычно повторяют друг друга.

Нами было установлено следующее.

Родовое сознание, ориентировано на мифические идеи и знания, на стабильность и неизменность. Родовой человек с трудом принимает новации в быту, хозяйстве, социальном устройстве. Обращение к магии, усиливающееся в современных условиях – свидетельство тревоги по поводу нарушения традиционной стабильности. Идея изначального порядка и гармонии, порожденных и установленных богами (родовыми тотемными) и предками не приемлет западный принцип понимания мира. Для африканца как представителя рода такой принцип противоречит сути его культуры, законам его мировоззрения и мироощущения.

Для подтверждения правильности нашего суждения мы обратились к опыту В.С. Мухиной.

Исследования В.С. Мухиной многих народов России, сохраняющих традиционную связь с исконным родовым самосознанием, а так же исследования проводимые под её руководством представителей, традиционных родов, проживающих на многих территориях мира, дали ей основание утверждать, что самосознание родового человека во все времена и на всех пространствах земного шара имеет выраженную тождественность не только в построении структурных звеньев, но и в типологии формирования: картины мира, ценностных ориентаций, в специфике восприятия и интенциональных переживаний.

Во второй главе, – «Результаты эмпирического исследования этнического самосознания (на материале изучения ментальности ангольцев) – описывается организация исследования, обосновываются методы, анализируются результаты исследования особенностей родового и предэтнического самосознания жителей Анголы.

Эмпирической базой для исследования особенностей самосознания африканцев в контексте родовых традиций и современных традиций образования этноса были: коренные жители деревень: 1 – Умпата и 2 – Шивингило (провинция г. Уила) и 3 – Мангейраш (провинция г. Намибе), а также студенты ангольского государственного университета имени Агуштинью Нету (г. Луанда). Общее количество испытуемых, принявших участие в исследовании, составило 240 человек: жители деревень (мужчины и женщины 60 человек), а также студенты университета (мужчины и женщины 180 человек). Все в возрасте от 20 до 30 лет.

В диссертации использовались следующие известные в психологии методы, которые прошли апробацию в большом числе исследований:

1 – Метод включенного наблюдения и беседы: этнопсихологический опросник;

2 – Метод научной фотографии в этнопсихологии;

3 – Глубинный рефлексивный тест-самоотчет «Кто Я?»;

4 – Проективный метод депривации структурных звеньев самосознания;

5 – Экспресс-диагностика межэтнической аккультурации Дж. Берри (в модификации).

6 – Методы статистической обработки данных.

Все методы описаны и обоснованы в содержании диссертации.

Обратимся к анализу полученных результатов.

1. Анализ результатов, полученных методом включенного наблюдения, беседы: этнопсихологического опросника и научной фотографии

Собранный материал был проанализирован исходя из модели структурных звеньев самосознания.

Обратимся к описанию полученных результатов в соответствии с утвердившимися в науке пятью звеньями самосознания.

Имя. Традиционные имена остаются в именниках представителей родов, проживающих в отдаленных селениях. В настоящее время в городах Анголы традиционные имена нарекают редко, они заменяются заимствованными именами из доминирующих европейских стран.

В родовых именах ангольцев традиционно, существует ряд основных функций: 1 – имя как социальный знак; 2 – имя как опосредующая связь с предком рода; 3 – имя в качестве охранной функции. В современных условиях Анголы до сих пор собственное имя как социальный знак выполняет функцию идентификации ребенка с родом.

Проводимое исследование методом включенного наблюдения и беседы выявило традиционные имена, связанные: 1 – с реалиями предметного мира: Катана (Мачете), Эншада (Мотыга) и др.; 2 – с реалиями образно-знаковых систем: Чисеке (Добро), Льшинго (Зло) и др.; 3 – с реалиями природы: Махекэ (Песок), Лузуали (Ствол дерева), Мушиту (Лес), Калунга (Море); Лунока (Зверь) и др.; 4 – с реалиями социально-нормативного пространства: Эловаку (Надежда), Мукуазанго (Добрый), Мупема (Хороший), Мудьву (Плохой).

В ангольском именнике сохранено архаичное, языческое отношение к имени (передача имен по наследству; имена-обереги и др.), при этом наблюдается передача традиционного имени от предка к потомку и идентификация носителя конкретного имени с родовыми предками. Имя в этом случае имеет сакральное значение.

Притязание на признание. Современные жители Анголы реализуют потребность в признании в двух направлениях: 1 – в традиционном (охота, собирательство, земледелие, скотоводство и др.); 2 – в современном (бизнес, техника, наука, политика и т.д.).

В традиционных родовых сообществах мужчины и женщины продолжают реализовывать свои притязания на признание в рамках традиционных видов деятельности и традиционных способах бытия, в соответствии с традиционными гендерными ролями и с родовыми ожиданиями.

Половая идентификация. В традиционной родовой культуре по сей день отношения мужчины и женщины строго табуированы в соответствии со сложившими родовыми ожиданиями.

Мужчина – более высокая ценность рода, чем женщина. От мужчин зависит продолжение и сохранение его потомства – он ответственен за сохранение для рода своих детей. Однако в Анголе есть роды, где существует матриархой (гереро), где женщины доминируют над мужчинами.

Психологическое время личности. Как показали результаты исследования, в родовой культуре (в частности у представителей умбунду из рода мукубал) наблюдается вера в загробную жизнь: существует представление о том, что жизнь на этой земле зависит от потустороннего мира и от умерших предков. Согласно представлениям людей рода необходимо соблюдать традиционные нормы поведения, чтобы после смерти оказаться в сообществе предков, которые вели достойный образ жизни. У представителей родовых культур существует уверенность в том, что постоянные поминания предков поддерживают связь времен. Таким образом, время индивидуальной жизни человека рода обращено в будущее после смерти и в прошлое – к ушедшим на небо предками.

Наблюдая за жизнью представителей племен с родовой культурой, можно утверждать, что их жизнь в настоящем в большой степени определяется их прошлым, историей племени. Древние культы, традиции предков и обряды обусловливают бытие и подчиняют жизнь людей.

Особое исчесление времени связано с циклами года. Для представителей родовых культур год строго регламентирован. Периоды в году связаны с существующим природным ритмом. К нему привязаны следующие виды деятельности: 1 – сезон охоты (от августа до декабря); 2 – сезон дождя (январь-апрель – в этот период фермеры сеют семена продукции как яблоки, груши, апельсины, кукуруза, картофель, тыква, маниока и т.д.); 3 – сезон холода (с середины мая до начала августа – в этот период члены рода заняты домашней работой и изготовлением, починной орудий труда и бытовых предметов); 4 – сезон сбора урожая. Годичный цикл знаменует окончание, этапа жизни.

Время в родовой культуре циклично как сама природах. Обычно родовой человек не планирует свою жизнь на последующие годы: он как бы всегда бытует в настоящем в сфере традиционного производства. Планы касаются лишь инициаций и обретения нового, более значимого статуса.

Социально-нормативное пространство. В настоящем в Анголе наблюдается следующая тенденция.

В родовых культурах нормы и правила поведения имеют определяющее значение – они регламентируют поведение. Молодое поколение должно достойно вести себя – чтить и уважать старших. В свою очередь, старшее поколение обязано передавать свой жизненный опыт молодым, учить их правилам поведения внутри рода и с представителями других родов. Старшее поколение учит, а молодое усваивает все традиционные правила.

Мужчины в соответствии с нормативными ожиданиями посвящают себя: охоте, рыбной ловле, выращиванию крупного рогатого скота: обработке почвы плугом с конной тягой; строительству жилищ-мазанок (традиционные строения, которые являются эумбо Лието ячейками семейного производства).

Женщины обрабатывают землю мотыгами, культивируют ее и засеивают семенами, собирают урожай; занимаются домашними делами (заботятся о детях, о муже, перемалывают кукурузу, маис или сорго для изготовления пирао, а также получают и обрабатывают молоко).

В соответствии с нормативными ожиданиями в урочное время после прохождения инициаций юноши и девушки строят свою семью.

В родовых культурах множество табу и разрешений, которые регулируют отношения людей в рамках семьи, рода, возрастов, различий гендерных ролей, общения с вождем, шаманом, колдунов и др.

Образование и образованность становятся ценностями в условиях нового времени и новых ценностных ориентаций. Образование для современной молодежи становится престижным – оно наделяет особым социальным статусом, оно открывает новые перспективы, помогает лучше понять себя и других, перейти от родового самосознания к самосознанию личностному.

Опросник был ориентирован на следующие темы: «Род», «Обряд инициации», «Табу», «Амулеты, талисманы, тотемы, обереги», «Растения», «Животные», «Предки». В рамках каждой темы были определены вопросы, которые обсуждались в ходе беседы с испытуемыми.

Анализ материалов зафиксированных в ходе метода опроса дает основание уточнять данные относительно особенностей самосознания современных ангольцев.

Выборку составили представители родов (мумуила и нианека) и представителей предэтнических групп (кимбунду, умбунду, киконго) учащихся в университете проживающей в условиях городской мегаполисе, в возрасте от 20 до 30( юношей и девушки).

Собранный материал был проанализирован в соответствии со звеньями структурами самосознания.

Оказалось, что вожди, старейшины, шаманы выполняют функции хранителей традиций и социального контроля. Инициации составляют важную часть традиционной и современные социализации молодежи ангольцев. Рефлексируя на себя представители рода в первую очередь называют своё имя, затем: родовую принадлежность, семейную идентичность, пол, значимую трудовую деятельность, возраст и территориальную идентичность. Всего называется до семи категорий. Представители родовой культуры вовсе не обнаруживают способности к глубинной рефлексии на себя как уникального человека.

2. Анализ результатов, полученных методом глубинного рефлексивного тест-самоотчета «Кто Я?»

Метод рефлексии был разработан и обоснован В.С. Мухиной. Она опираясь на значимые предтечи показала, что вопрос «Кто Я?» ориентирует человека на глубинную рефлексию на самого себя, если его специально ориентировать на такую умственную и духовную работу.

Было опрошено из числа коренного населения: 60 (30 мужчин и 30 женщин) представители из числа традиционных деревень (мужчины и женщины) – носители родового самосознания; 100 (50 мужчин и 50 женщин) – студенты университета. Выборка представителей родовых культур была ограниченной численности, так как бльшая чисть этих людей затруднялась отвечать на вопрос «Кто Я?». Выборка студенческой молодежи была сформирована для того, чтобы было возможно выявить особенности трансформации родового самосознания, активно погруженного в глобализационные процессы, что наиболее характерно для образованной молодежи.

Анализ результатов рефлексий испытуемых на себя проводился с учетом ценностных ориентиров на структурные звеня самосознания, однако мы посчитали верным прокомментировать и ориентации на личностно-значимые качества.

Анализ полученных ответов позволил выявить следующие особенности самосознания испытуемых: представителей родовых культур и студентов.

Имя – первое, что называет большинство респондентов на вопрос «Кто я?». Имя собственное является важным составляющим элементом этнического самосознания для представителей родовых племен Африки. Имя собственное – звено самосознания, которое первым появляется в онтогенезе, имеет принципиальное значение для родового человека и тесно переплетается с индивидуальным «Я».

Далее: важно, что большинства представителей родовых культур Африки фиксирует – внимание на своей родовой принадлежности. Это свидетельствует о значимости рода для человека, преданности и верности роду. Родовая идентификация имеет яркую выраженность, как у мужчин, так и у женщин. В самосознании родовых племен Анголы присутствует выраженное коллективное «мы», благодаря чему их индивидуальные рефлексии на себя типичны и ограничены узким набором категорий, которые являются значимыми для уклада жизни.

Для ангольцев значимо быть мужчинами или женщинами согласно своему биологическому полу, который сам по себе еще такого статуса не дает. Чтобы стать мужчиной или женщиной, необходимо пройти обряд инициации, который позволяет занять статус взрослого, вступать в брак, создавать семью, реализовывать себя в трудовой деятельности, дифференцируемой по половому признаку. До этого подростки через оценки взрослых определяют себя как «мальчики» или «девушки».

Основными содержательными характеристиками самосознания университетской молодежи являются: идентификация с именем; оценочные социально желательные характеристики своих индивидуальных особенностей; ценность образования, половая, семейная, гражданская и профессиональная идентификации, самоопределение через досуговые хобби; религиозная и родовая идентификации, а так же ориентации на своё будущее и на своё идеальные «я».

Имя собственное сохраняет свою значимость. Однако, в отличии от родового самосознания, значительную роль в самоописаниях начинают играть различные оценочные характеристики, описывающие отличия от других; прежде всего – через социально желательные категории.

Большинство представителей родовых культур Анголы определяло себя через семейные узы. Через семью родовой человек организует свой быт, реализует свои притязания и половую идентификацию. Семья – это ближайшее «мы», в котором растет человек, через которое он входит в «мы» рода, когда весь род воспринимается в самосознании человека как одна большая семья.

Принадлежность к своей родительской семье в рефлексиях на себя у женщин рода выявляется в тех случаях, когда их отцы, дяди или деды занимают высокое социальное положение в обществе, являясь вождями, секулу (заместителями вождя) или шаманами. Принадлежность к влиятельной семье является ценностью для родовой женщины, с которой она не готова психологически расстаться.

Для мужчины значимо быть отцом, так как тем самым он предстает как продолжатель своего рода. Для женщины значимо быть матерью, поскольку ее способность рожать детей и ухаживать за ними является наиболее ценным качеством для родового сообщества.

Половая идентификация. Для юноши быть мужчиной значит быть хозяином и защитником своей семьи. Для девушки быть женщиной значит, прежде всего, быть женой и матерью. Право начать считаться мужчиной или женщиной дает род. Многие респонденты говорят о своей половой принадлежности в контексте рода: «я мужчина рода нианека», «я представитель женского рода мимуила».

Анализ результатов исследования дает нам основание считать, что у представителей рода характерно отсутствие рефлексий на свое сущностное «Я», поскольку в самосознании преобладает коллективное «мы».

Перейдем к анализу рефлексий на себя у студентов.

Большинство ответов обнаруживает ориентацию на социальные роли, ситуативное видение себя, в контексте этих ролей. Социальные роли в большинстве случаев воспринимаются как нечто само собой разумеющееся, не связанное с осмысленным конструированием ценностных представлений о себе как о личности.

Следует отметить, что наблюдается тенденция понижения значимости имени в рефлексиях на себя у столичных студентов по сравнению с родовыми племенами Анголы, так как, глобализационные процессы постепенно размывают сакральность имени одновременно предоставляя иные возможности для выражения собственной индивидуальности. Сегодня у столичных студентов практически не сохранилось традиционных имен, которые постепенно вытесняются португальскими и другими христианскими именами. Это воспринимается как признак цивилизованности.

Для многих студентов Анголы важно показать: уровень своей образованности и воспитанности; умение общаться; готовность проявлять такие качестве, как скромность, «хорошие манеры», послушание, корректность, воспитанность, и пр. О ориентации на социальные ожидания могут ставить позицию зависимости. Самосознание многих ангольских студентов сегодня амбивалентно.

Значимость образования и выражается в соответствующих ответах, («я студент», «я учусь в университете» и др.). это позиция свидетельствует о повышений личностного статуса учащейся молодежи.

3. Анализ результатов, полученных методом депривации структурных звеньев самосознания

Метод депривации структурных звеньев самосознания предназначен для изучения особенностей самосознания и демонстрируемого поведения в ситуациях фрустрации. Метод состоит из 34 черно-белых тематических рисунков, на которых изображены проблемные для испытуемого ситуации общения со статусной персоной того же пола, с родителями, со сверстниками.

В качестве испытуемых выступили: 1 – представители из родовых культур мумуила, нианека, мукубал, проживающие в деревнях и 2 – учащаяся молодежь проживающая в городах Уила, Намибе – (студенты университета Агоштинью-Нету, в городе Луанда).

Результаты анализа распределения типов реакций у представителей родовых культуры показали следующее.

Психологический анализ типов реакций в ответ на проективные фрустрирующие ситуации метода позволил выделить некоторые общие тенденции развития самосознания у представителей рода. Наиболее частый тип реакции – лояльный, он прежде всего направлен на статусную персону («своих» и «чужих»). Вторым по частоте реакции является адекватный нелояльный (агрессивный) тип реагирования. В наивысшем своём проявлении он направлен прежде всего на «чужого» сверстника. Менее часто встречается адекватно лояльный тип реакций – он распределен «по депривирующим персонажам» равномерно. Адекватно нелояльный (игнорирующий) тип реакций распределен также относительно равномерно, но менее всего типичен для реакций на родителей. Частотность пассивных реакций невелика, особенно незначительна по отношению к значимым взрослым («своим» и «чужим»).

В целом указанное соотношение реакций сохраняется во всех сериях. Реакции на родителей и значимого взрослого (вождя) своего этноса достоверны на 0,1% уровне значимости, прежде всего за счет снижения числа неадекватно лояльных и увеличения числа пассивных и адекватно нелояльных (агрессивных) реакций. Типична картина усиления агрессии на родителей при депривации имени и притязаний на признание. На вождя или любого статусного представителя рода обычно реагируют неадекватно лояльно.

Те же тенденции в реакциях на фрустрирующие ситуации проявила и учащаяся в университетах молодежь.

4. Анализ результатов, полученных методом экспресс диагностики межэтнической аккультурации Дж. Бери ( модификация)

В соответствии с замыслом эксперимента испытуемому предлагалось четыре аккультурационных стратегии: 1 – сохранение своей родовой (этнической) идентичности; 2 – приобретение новой идентичности посредством контактов с другими родами или культурными группами; 3 – принятие сочетаний различных культур; 4 – маргинализация – отказ от своей и неприятие чужой идентичности. С представителями родов мы объяснялись в контексте этого исследования через упрощенные вопросы, типа: «Ты предпочитаешь жить здесь, в твоей родовой деревне или ты бы хотел жить в городе?» и т.п.

С помощью данного метода мы получили возможность, изучать аккультурационные опции молодежи проживающей внутри родовых отношений в деревнях Шивингило и Умпата на Юге Анголы и в городах Луанде и Уила.

Всего было собрано: 30 ответов от 60 интервьюеров, представителей родов (мумуила, нианека), проживающих в деревнях Шивингило, Умпата провинции Уила; 100 ответов учащейся молодежи проживающей в городах Луанда и Уила (50 юношей и 50 девушек).

Как оказалось, представители родовых культур преимущественно желали сохранить для себя традиционные условия жизни: они предпочитали остаться в своих деревнях, заниматься традиционной деятельностью и бытовать свою жизнь по заветам предков. У представителей родовых культур доминирует реакция сепарации.

Учащая студенческая молодежь, прежде всего ориентирована на интеграцию культур.

* * *

На основе полученных результатов исследования были сделаны следующие выводы:

1. Самосознание людей, проживающих в условиях родовых культур, определяется родовой мифологией и родовым опытом, а также особенностями внутриродовых и межродовых традиционных отношений. Представители родовых культур Анголы еще далеки от общего этнического самосознания: родовое самосознание продолжает сохранять традиции родоплеменных отношений во всех сферах жизни, хотя некоторые тенденции к разложению родового строя начинают проявлять себя.

2. Самосознание современной ангольской учащейся молодежи, проживающей в крупных городах, определяется: глубинными родовыми традиционными ценностными ориентациями и интеграцией культур разных родов; новыми тенденциями по консолидации этноса внутри страны, а также влиянием современных мировых культур (особенно португальской).

3. У представителей родовых культур проявляются уникальные тенденции наполнения структурных звеньев самосознания.

Имя. Традиционные имена остаются в именниках представителей родов, проживающих в отдаленных селениях.

В родовых именах ангольцев традиционно, существует ряд основных функций: 1 – имя как социальный знак; 2 – имя как опосредующая связь с предком рода; 3 – имя в качестве охранной функции. В современных условиях родовых культур до сих пор собственное имя как социальный знак выполняет функцию идентификации ребенка с родом.

Проводимое исследование методом включенного наблюдения и беседы выявило традиционные имена, связанные: 1 – с реалиями предметного мира: Катана (Мачете), Эншада (Мотыга) и др.; 2 – с реалиями образно-знаковых систем: Чисеке (Добро), Льшинго (Зло) и др.; 3 – с реалиями природы: Махекэ (Песок), Лузуали (Ствол дерева), Мушиту (Лес), Калунга (Море); Лунока (Зверь) и др.; 4 – с реалиями социально-нормативного пространства: Эловаку (Надежда), Мукуазанго (Добрый), Мупема (Хороший), Мудьву (Плохой).

В ангольском именнике сохранено архаичное, языческое отношение к имени (передача имен по наследству; имена-обереги и др.), при этом наблюдается передача традиционного имени от предка к потомку и идентификация носителя конкретного имени с родовыми предками. Имя в этом случае имеет сакральное значение.

У современной ангольской учащейся молодежи именник амбивалентен: от традиционных имен до заимствованных из европейской культур.

Притязания на признание. В традиционных родовых сообществах мужчины и женщины продолжают развивать свои притязания на признание в рамках традиционных видов деятельности и традиционных способах бытия, в соответствии с традиционными гендерными ролями и с родовыми ожиданиями. Традиционные притязания на признание реализуются в контексте всех внешних реалий: успехи в деятельностях, связанных с природой (охота, рыбная ловля, сельское хозяйство и др.); с предметным миром (изготовление орудий, предметов быта, жилища и др.); с реалиями образно-знаковых систем (визуально-образная представленное родовых знаков, др.); с реалиями родового социально-нормативного пространства.

У современной ангольской учащейся молодежи содержание притязаний на признание определяется общими тенденциями интеграции культур, прежде всего стремлением получить образование, сделать карьеру, найти престижную работу и т.п. В тоже время для многих имеет значение принадлежность к роду.

Половая идентификация. В традиционных родовых культурах мужчины и женщины находятся в межгендарных отношениях в строго табуированных ролях.

У современной ангольской учащейся молодежи наблюдается вариативность: от идентификаций «традиционного ангольского мужчины», «традиционной ангольской женщины», обусловленных традиционными культурными ожиданиями, до идентификаций заимствованных через интеграции культур (так, например, учащаяся молодежь выражает готовность к моногамным бракам).

Психологическое время личности. В родовой культуре, время имеет особую протяженность: от рождения и перехода в новорожденного умершего предка, до ухода вновь умершего в потусторонний мир. У представителей рода есть знание о том, что жизнь зависит от потустороннего мира и от умерших предков. Согласно представлениям представителей рода необходимо соблюдать традиционные нормы поведения, чтобы после смерти оказаться в сообществе предков, которые вели достойный образ жизни. У представителей родовых культур существует уверенность в том, что постоянные поминания предков поддерживают связь времен. Таким образом, время индивидуальной жизни человека рода обращено в будущее после смерти и в прошлое – к ушедшим на небо предками.

У представителей родовой культуры, жизнь в настоящем в большой степени определяется прошлым, историей племени.

Особое исчисление времени связано с циклами года. Для представителей родовых культур год строго разделен на периоды, которые связаны с существующим природным ритмом. К периодам года привязаны следующие виды деятельности: 1 – сезон охоты (от августа до декабря); 2 – сезон дождя (январь-апрель – в этот период фермеры сеют семена продукции как яблоки, груши, апельсины, кукуруза, картофель, тыква, маниока и т.д.); 3 – сезон холода (с середины мая до начала августа – в этот период члены рода заняты домашней работой и изготовлением, починной орудий труда и бытовых предметов); 4 – сезон сбора урожая. Годичный цикл знаменует окончание, этапа жизни.

Время в родовой культуре циклично как сама природах. Обычно родовой человек не планирует свою жизнь на последующие годы: он как бы всегда бытует в настоящем в сфере традиционного производства. Планы касаются лишь инициаций и обретения нового, более значимого статуса.

У ангольцев идентификации со временем связанны: с архаической картиной мира; с циклическим временем года и с традиционными видами трудовой деятельности; с другими идентификациями.

Учащаяся ангольская молодежь имеет примерно те же ориентации в времени.

Социально-нормативное пространство. В родовых культурах нормы и правила поведения имеют определяющее значение – они регламентируют поведение. Молодое поколение должно достойно вести себя – чтить и уважать старших. В свою очередь, старшее поколение обязано передавать свой жизненный опыт молодым, учить их правилам поведения внутри рода и с представителями других родов. Старшее поколение учит, а молодое усваивает все традиционные правила.

Мужчины в соответствии с нормативными ожиданиями посвящают себя: охоте; рыбной ловле; выращиванию крупного рогатого скота; обработке почвы плугом с конной тягой; строительству жилищ-мазанок (традиционные строения, которые являются эумбо Лието ячейками семейного производства).

Женщины обрабатывают землю мотыгами, культивируют ее и засеивают семенами, собирают урожай; занимаются домашними делами (заботятся о детях, о муже перемалывают кукурузу, маис или сорго для изготовления пирао, а также получают и обрабатывают молоко).

В соответствии с нормативными ожиданиями в урочное время после прохождения инициаций юноши и девушки строят свою семью.

В родовых культурах множество табу и разрешений, которые регулируют отношения людей в рамках семьи, рода, возрастов, различий гендерных ролей, общения с вождем, шаманом, колдунов и др.

Социально-нормативное пространство ангольцев образовано через традиционные и новые идентификации со всеми нормативными сущностями. Речь идет о социально-нормативном отношении: к природе (идентификация с этноландшафтом); к предметному миру (идентификация с традиционными и новыми предметами); к образно-знаковым и социально-нормативным реалиям (от усвоения значений и смыслов прав и обязанностей до усвоения человеческих норм).

4. Доказательством глубинной погруженности в исконные традиции, в традиционные значения и смыслы образов, представителей родов Анголы является визуально-знаковая представленность каждого рода в специфических традиционных прическах, украшениях, одеждах, которые информируют окружающих о принадлежности человека к конкретному роду. Это наиболее архаичные визуально-знаковые формы презентации человека рода.

5. Самосознание людей, проживающих в условиях родовых культур, определяется родовой мифологией и родовым опытом, а также особенностями внутриродовых и межродовых традиционных отношений. Представители родовых культур Анголы еще далеки от общего этнического самосознания. Родовое самосознание продолжает сохранять традиции родоплеменных отношений во всех сферах жизни, хотя некоторые тенденции к разложению родового строя начинают проявлять себя. Продолжающие жить в традиционных природных условиях представители родовых культур психологически включены в систему отношений по модели «человек – род – человек».

Горожане всех поколений отрываются от традиций рода и заменяют традиционное самосознание на новое, подверженное интеграции мировых ценностей.

По теме диссертации опубликованы следующие работы общим объемом 4,5 п.л.:

1. Канжунгу О.Ж. Специфика этнического самосознания ангольцев в условиях современных тенденций и интеграции культур // Развитие личности. М., 2008, № 4. С. 46 52 (0,5 п.л).

2. Мухина В.С., Канжунгу О. Ж. Из прошлого в XXI век: визуально-знаковая презентация головы, лица и тела в современных родовых культурах Африки // Развитие личности. М., 2010, № 2. С. 200 213 (1 п.л), (20% авторского текста).

3. Канжунгу О.Ж. Имя как социальный знак в современном самосознании ангольцев // Развитие личности. М., 2010, № 2. С. 214 218 (0,4 п.л).

4. Канжунгу О.Ж. Имянаречение в современном самосознании ангольцев // Вестник университета Российской академии образования М., 2011, № 2. С. 18 20 (0,3 п.л).

5. Мухина В.С., Канжунгу О.Ж. Сущностные особенности этнического самосознания у современных африканцев родовых культур // Развитие Личности. М., 2011, № 1. С. 61 83 (1,6 п.л), (20% авторского текста).

6. Мухина В.С., Канжунгу О.Ж. // Родовая семья как малая группа внутри родовых отношений // II Всероссийской научно-практической конференции «Социальная психология малых групп», посвященной памяти проф. А. В. Петровского 25 – 26.10.2011 (МГППУ) – М., 2011. – С. 120 – 123 (0,16 п.л), (20% авторского текста).


[1] Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Соч.: В 45 т. Т. 3. – 2-е изд. – М., 1955. – С. 440.

[2] Мухина В.С. Феноменология развития и бытия личности. – М.; Воронеж, 1999. – С. 141.



 





<
 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.