WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Ценностно-потребностная сфера личности старших подростков, склонных к агрессивному и просоциальному поведению

На правах рукописи

Смольникова Лариса Владимировна

Ценностно-потребностная сфера личности старших подростков, склонных к агрессивному и просоциальному поведению

Специальность: 19.00.01 – «Общая психология, психология личности, история психологии»

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата психологических наук

Томск 2006

Работа выполнена на кафедре психологии и педагогики ГОУ ВПО «Томский государственный педагогический университет».

Научный руководитель: доктор психологических наук, профессор Морогин Владимир Григорьевич
Официальные оппоненты: доктор психологических наук, профессор Кашапов Мергаляс Мергалимович
кандидат психологических наук, доцент Молчанова Елена Павловна
Ведущая организация: Пермский государственный педагогический университет

Защита состоится «_____» ________________ 2006 года в _______ часов

на заседании диссертационного совета К 212.307.04 в Ярославском государственном педагогическом университете имени К.Д. Ушинского по адресу: 150000, г. Ярославль, ул. Республиканская, д. 108, ауд. 210.

Отзывы на автореферат присылать по адресу: 150000, г. Ярославль, ул. Республиканская, д. 108, ЯГПУ имени К.Д. Ушинского, кафедра общей и социальной психологии.

С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале библиотеки Ярославского государственного педагогического университета имени К.Д. Ушинского по адресу: 150000, г. Ярославль, ул. Республиканская, д. 108.

Автореферат разослан «_____» __________________ 2006 года

Ученый секретарь

диссертационного совета,

кандидат психологических наук Л.А. Огородникова

Общая характеристика работы

Актуальность исследования.

Глобальный социальный кризис, продолжающийся в России с конца 80-х годов, коснулся всех сторон общественной жизни страны. В общественном сознании это привело к тому, что произошла смена морально-этических, религиозных и образовательных ценностей, а это неизбежно повлекло за собой кризис нравственный, который всегда способствует появлению в огромных масштабах самых разнообразных отклонений в поведении и развитии людей.

Общественная значимость обсуждаемой проблемы становится особенно очевидной именно сейчас, в период радикальных социальных перемен и нестабильности во всех жизненных сферах. Сложное экономическое положение подавляющего большинства российских граждан и в то же время головокружительный рост числа российских миллиардеров, крушение прежнего мировоззрения, ценностей, идеалов и несформированность новых, отсутствие знаний, необходимых для эффективной адаптации к новым условиям жизнедеятельности, поставило многих людей перед лицом серьезных психологических проблем, которые с фатальной неизбежностью привели к формированию многочисленных внутриличностных конфликтов.

С общественно-политическими проблемами тесно связаны серьезные сдвиги во внутрисемейных отношениях, которые также наметились в течение двух последних десятилетий – общение во многих семьях стало крайне формальным, отчужденным и ограничивается решением только бытовых вопросов. Все это постепенно приводит к разрушению семьи: теряется ее целостность, преемственность, исчезает гармония, подвижное равновесие и сбалансированность, семья постепенно перестает быть ячейкой общества. В такой эмоционально неблагополучной ситуации очень легко возникают состояния нервно-психического напряжения у всех членов семьи, что, безусловно, еще более усугубляет уже существующие семейные проблемы.

Коммуникативная фрустрация в семье, прежде всего, сказывается на еще не сформировавшейся психике ребенка. Отсюда и появляется этот воинствующий подростковый нигилизм, демонстративное вызывающее поведение по отношению к окружающим, проявление в своих крайних формах жестокости и агрессивности, квалифицируемое уже как противоправное поведение.

Подростки и молодежь в возрасте 14-18 лет составляют около 8% населения страны, однако, на их долю в 2003-2004 годах пришлось 222 тысячи зарегистрированных преступлений или 16% от общего их числа. За последние пять лет преступность несовершеннолетних выросла в полтора раза, а за десятилетие удвоилась. К этому необходимо добавить, что ускоренными темпами растет число общественно опасных деяний, совершаемых детьми в возрасте до 14 лет.

Характерна тенденция к изменению структуры мотивации преступных действий несовершеннолетних, приобретающей все более негативный характер. Доминирующее положение начинают занимать такие побуждения, как корысть, жестокость, садизм, агрессия. Увеличилось число преступлений, совершенных на почве наркомании и алкоголизма. Вовлечение подростков в сферу организованной преступности приводит к тому, что в каждую третью группу вымогателей и грабителей, разоблаченных в последние два года, входили несовершеннолетние.



В доступной психологической литературе исследований, специально посвященных проблеме агрессивности подростков, практически нет. Но, с другой стороны, профилактика агрессивного поведения невозможна без специального психологического изучения этого феномена, без выявления его ценностных причин и социально-психологических факторов, определяющих формирование групп повышенного риска в отношении этого явления. Особый интерес в этом плане представляет структура ценностно-потребностной сферы личности агрессивных подростков, воспитывающихся в различных социально-психологических условиях, что также является новым и малоизученным аспектом этой проблемы.

Цель исследования.

Изучить особенности структуры ценностно-потребностной сферы личности старших подростков, в социальном поведении которых присутствуют различные формы агрессии, и сопоставить их с системой индивидуальных ценностей молодых людей, тяготеющих к просоциальным формам поведения.

Задачи исследования.

  1. Провести теоретико-методологический анализ проблемы ценностного становления личности и формирования социального поведения в старшем подростковом возрасте.
  2. Провести сравнительное экспериментально-психологическое исследование ценностно-потребностной сферы личности старшеклассников специализированной школы для агрессивных детей, а также учащихся лицея и колледжа, не склонных к подобным формам поведения.
  3. Выявить структуру агрессивного поведения подростков – учащихся специализированной школы и студентов лицея и колледжа.
  4. Сопоставить формы проявления агрессивного поведения и особенности структуры ценностно-потребностной сферы личности и внутриличностного конфликта в группах агрессивно и просоциально настроенных подростков.
  5. Проверить гипотезу о возможной связи выраженности агрессивного поведения с особенностями ценностно-потребностной сферы личности и вероятностью возникновения внутриличностного конфликта в различных ее зонах.

Объект исследования.

Просоциальное и агрессивное поведение подростков.

Предмет исследования.

Особенности ценностно-потребностной сферы личности и внутриличностных конфликтов у подростков, склонных к агрессивному и просоциальному поведению.

Рабочие гипотезы исследования.

  1. Возможной причиной агрессивного поведения подростков является дисгармоничная система ценностей, сформировавшаяся под комплексным влиянием политических, экономических и микросоциальных факторов. Есть и биологические ее предпосылки, в качестве которых многие авторы называют формально-динамические особенности индивидуальности, однако не всегда тип темперамента обязательно определяет поведение подростка. Причина их агрессивного поведения связана, скорее всего, с особенностями ценностно-потребностной сферы их личности.
  2. С другой стороны, у подростков, в структуре ценностно-потребностной сферы личности которых назрел конфликт, и которые в силу своего темперамента проявляют высокую активность, уровень агрессивности должен быть высоким. Поэтому и факты агрессивного поведения у них будут регистрироваться гораздо чаще, чем у молодых людей, ценностно-потребностная сфера личности которых сбалансирована и гармонична.
  3. Общественная оценка агрессивности и реальная склонность к агрессивному поведению – это разные психологические феномены; первая – это результат отношения к ребенку конкретных взрослых, вторая – это самооценка подростком своего собственного поведения, которая осуществляется с помощью специальных психологических опросников. В любом обществе существуют одобряемые и запрещенные ценности, и, если реализация личности происходит в русле первых, то ее поведение с общественной точки зрения квалифицируется как просоциальное, в противном случае – как девиантное, в частности, агрессивное.

Теоретико-методологические основы исследования.

Теоретической базой исследования стало учение о ценностях, сформулированное и развитое в работах классиков отечественной психологии – Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева, Б.Г.Ананьева и в исследованиях психологов гуманистического направления – К. Роджерса, Г. Олпорта, А. Маслоу, Э. Шострома; взгляды на природу агрессивного и просоциального поведения, развиваемые в русле этологической и поведенческой теорий К. Лоренцом, А. Бассом, А. Дарки, А. Бандурой; концепция агрессивности Н.Д. Левитова; фрустрационная гипотеза агрессивного поведения, предложенная Дж. Доллардом, Н. Миллером, О. Маурером, Л. Дообом, Р. Сирсом и С. Розенцвейгом.

Экспериментальная модель исследования опирается на теоретические и методологические принципы, сформулированные в концепции ценностно-потребностной сферы личности В.Г. Морогина.

Методы исследования.

  1. Экспериментально-психологические: компьютерная «Система психологического исследования ценностно-потребностной сферы личности» (В.Г. Морогин, 2003, 2005).
  2. Опросниковые: «Тест агрессивности и враждебности» Басса-Дарки.
  3. Статистические: компьютерная обработка полученных в эксперименте результатов с помощью систем программирования баз данных dBase, Clipper, FoxPro, электронных таблиц Microsoft Excel и пакета программ статистической обработки данных Statistica 6.0

Теоретическая значимость исследования.

В диссертации реализован новый методологический подход к исследованию содержательного ядра личности – ее ценностно-потребностной сферы, которая представляет собой модель организации индивидуальной потребностной структуры в архетипически обусловленную, исторически сложившуюся и принятую обществом и личностью систему ценностей. Использованы оригинальные методы, позволяющие выявить и описать структуру ценностно-потребностной сферы личности, определить наиболее вероятные зоны возникновения внутриличностного конфликта.

Научная новизна исследования.

Психологическому анализу подвергнута ценностно-потребностная сфера личности подростков, склонных к различным формам просоциального и агрессивного поведения. В процессе исследования была выявлена специфическая иерархия индивидуальных ценностей «агрессивных» молодых людей по сравнению с учащимися лицея и колледжа, для которых проявление агрессии не характерно. В ходе исследования разработана и апробирована процедура «интеллектуального» факторного анализа, которая состоит в поэтапном сопоставлении корреляционных матриц с критериями, вытекающими из сформулированной исследователем гипотезы, и построении адекватной этой гипотезе факторной модели. Характер задач, которые могут решаться с помощью этого метода, определил его рабочее название – «интеллектуальный конфирматорный анализ». В исследовании сопоставлены и проанализированы данные, полученные с помощью двух различных версий компьютерной «Системы психологического исследования ценностно-потребностной сферы личности», что позволило сделать вывод о высокой валидности методики.

Практическая ценность работы.

Экспериментально-психологическая оценка ценностно-потребностной сферы личности дает возможность увидеть «слабые места» в ее структуре и на этой основе прогнозировать появление и характер проявления внутриличностных конфликтов у подростков, склонных к агрессивным формам поведения. Это, в свою очередь, дает шанс для их компенсации уже на начальном этапе развития. Опираясь на выявленные в эксперименте особенности структуры ценностно-потребностной сферы личности, можно проводить консультативную и психотерапевтическую работу, направленную на коррекцию и профилактику не только агрессивного, а вообще любого девиантного поведения.

Надежность и достоверность результатов и выводов исследования.

Обеспечивалась использованием проверенных на практике исходных методологических подходов к исследованию поставленной проблемы, применением надежных экспериментальных методов, адекватных целям, задачам, объекту и предмету исследования, репрезентативностью исследуемых выборок, взаимопроверкой результатов, получаемых с помощью различных экспериментально-психологических техник, а также применением методов математической статистики и глубоким содержательным анализом выявленных фактов и закономерностей.

Апробация и внедрение результатов исследования.

Основные положения и результаты научных изысканий обсуждались на кафедре психологии и педагогики Томского государственного педагогического университета, на Всероссийской конференции «В.С. Мерлин и системные исследования индивидуальности человека», г. Пермь, 19-21 мая 2005 года, на секции «Теоретические и эмпирические исследования» Всероссийской научно-практической конференции «Профориентация и психологическая поддержка. Теория и практика», г. Томск 5-6 октября 2005 года, на II Всероссийской научно-практической конференции «Системогенез учебной и профессиональной деятельности», г. Ярославль, 18-19 октября 2005 года, на I Международном Конгрессе «Психология и социология в бизнесе: актуальные проблемы современности», г. Минск, 16-17 декабря 2005 года, на Всероссийской научной конференции «Психологическая теория и практика в изменяющейся России», г. Челябинск, 24-26 мая 2006 года. Результаты диссертационной работы отражены в шести публикациях.

Теоретические выводы и экспериментальные данные используются в учебном процессе на факультете психологии и связей с общественностью Томского государственного педагогического университета.

Структура диссертации.

Диссертация состоит из ведения, трех глав, заключения, выводов, библиографического списка, включающего 180 источников, из них 45 на английском языке. В тексте содержится 1 рисунок, 7 таблиц и 34 диаграммы. Общий объем диссертации 174 страницы.

Основные положения, выносимые на защиту.

  1. В структуре ценностно-потребностной сферы личности подростков есть как общие личностно значимые ценности («здоровье» и «любовь»), так и специфические, характерные для отдельных социальных групп («справедливость», «общение», «успех» для «девиантных» школьников; «свобода», «общение», «уверенность» для учащихся лицея; «карьера», «богатство», «успех» для студентов колледжа бизнеса). Внутриличностный конфликт в зоне этих сильно значимых ценностей может провоцировать агрессивное поведение подростка.
  2. В общей структуре социального поведения «агрессивных» подростков преобладает физическая агрессия, раздражение, негативизм и подозрительность. Подростки, открыто проявляющие агрессию, глубже переживают свои поступки и испытывают угрызения совести, поэтому вина – это «психологическая плата» за агрессию.
  3. В старшем подростковом возрасте более агрессивны в своем поведении девушки. Этот факт является, скорее всего, следствием мощной пропаганды насилия через средства массовой информации, которая, в силу более высокой эмоциональности и восприимчивости подростков женского пола, провоцирует проявление агрессии в социальном поведении девушек.
  4. Подростковая агрессивность – это своеобразно проявляемая активность, а враждебность больше похоже на скрытность. Активность может быть реализована в агрессивном поведении, а скрытность – это латентная, потенциальная, внешне не проявляемая агрессивность.
  5. Общественная оценка агрессивности и реальное агрессивное поведение – разные социально-психологические явления. В первом случае имеет место отношение конкретных взрослых к конкретному ребенку, результатом чего становится присваивание подростку ярлыка «агрессивный». Реальная же агрессия может быть оценена с помощью специальных психологических методов.

Основное содержание работы





Во введении обосновывается актуальность выбранной для исследования темы, определяются объект, предмет, цель, гипотеза, методологическая и методическая база исследования. Показаны научная новизна и практическая значимость полученных результатов, обоснована их достоверность, сформулированы основные положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Ценностно-потребностная сфера и социальное поведение личности» обсуждаются вопросы формирования ценностно-потребностной сферы личности в подростковом и юношеском возрасте и теоретико-методологические проблемы природы социального поведения.

В параграфе «Концепция ценностно-потребностной сферы личности» идет речь о базовых ценностях личности, которые определяют любые формы ее поведения, в том числе и агрессивные. Подчеркивается, что личностно-ориентированная система образования всегда делает ставку на формирование у подростка способности выражать собственные взгляды, мнения, интересы, убеждения, но при этом они должны быть интериоризованы, внутренне приняты. Эта проблема весьма актуальна, поскольку общество испытывает крайнюю потребность в личностях, понимающих и осознающих свои ценности и цели, которые в конечном итоге способствуют не только индивидуальному, но и общественному развитию.

Анализируются классификации ценностей, предлагаемые различными авторами, в частности психологами гуманистического направления, которые придают этой категории особый смысл и значение.

Обсуждается роль ценностного воспитания в школьном и профессиональном образовании. Отмечается, что эта проблема неразрывно связано с актуализацией высших духовных потребностей человека и, прежде всего, потребности в постоянном развитии и самосовершенствовании. Речь, таким образом, идет уже не о человеке, в чем-то нуждающемся, а о личности, стремящейся реализовать свои потенциальные возможности. Взгляд на человека как на приспосабливающееся существо заменяется мнением о необходимости постоянного развития человека в его индивидуальной жизни.

Рассматривается проблема потребностей в современной психологии. Анализируется ряд дефиниций этого термина, трактующих потребность с различных точек зрения: потребность как нужда (Д.Н. Узнадзе, А. Маслоу, В.С. Магун, З. Фрейд), как предмет удовлетворения нужды (В.Г. Лежнев, А.Н. Леонтьев), как необходимость (Б.И. Додонов, П.А. Рудик), как состояние (И.А. Джидарьян, В.Н. Мясищев), как мотив (Л.И. Божович, А.Г. Ковалев, К.К. Платонов, С.Л. Рубинштейн).

Развивается концепция ценностно-потребностной сферы личности, согласно которой можно выделить два процесса, определяющие становление этого содержательного ядра личности. С одной стороны, это формирование уникальной индивидуальной потребностной структуры, с другой – усвоение индивидом системы общественных ценностей, но только тех, которые не противоречат его родовым архетипическим структурам. Самоактуализация с этой точки зрения рассматривается не как потребность, а как процесс развития любого индивида. Личность в принципе способна реализовать себя на любом уровне потребностной иерархии, будь то физиологические потребности, потребности в безопасности, любви, уважении, самоуважении, познании и творчестве. Самоактуализация означает реализацию актуального для данной личности уровня потребностей. Когда этот уровень личностью исчерпан, происходит переход на следующий, более для нее высокий уровень самоактуализации. Этот процесс перехода с одного уровня на другой и называется личностным ростом (В.Г. Морогин, 2003, 2005).

Во втором параграфе «Социальное поведение личности» обсуждается содержание некоторых форм активности человека в обществе, выражающиеся в оказании безвозмездной помощи или же посягательстве на достоинство других людей.

Анализируется социальная и личностная природа просоциального поведения с различных точек зрения: в терминах врожденных или генетических тенденций (социобиологический подход), социального научения (личностный), мыслительной активности (социально-когнитивный) и взаимозависимости людей (межличностный подход).

Рассматривается влияние личности на просоциальное поведение. В качестве его личностных детерминант называют социальную ответственность, эмпатию, внутренний локус контроля, а также веру в справедливость мироустройства. Модель просоциальной личности, таким образом, включает в себя три компонента: просоциальную мотивацию, просоциальные черты и веру в справедливость мироустройства. Первая и вторая составляющие оказывают только позитивное влияние на просоциальность поведения, тогда как эффект веры в справедливость зависит от того, верит ли человек в то, что оказание помощи может полностью ликвидировать несправедливость.

Все большее внимание в анализе личностных особенностей просоциального поведения привлекает гендерный аспект. J.A. Piliavin объяснял гендерные различия в терминах соотношения «цена – выгода»: мужчины и женщины склонны по-разному определять их. Исследователи пришли к выводу, что определенные виды помощи могут быть в большей или меньшей степени присущи тому или иному гендеру, и соответствующий полу вид помощи воспринимается как имеющий меньшую цену. По мнению Д. Барри, женственность ассоциируется с межличностной коммуникацией и активным выражением своих чувств; мужественность связывается с достижениями, автономностью и стремлению к контролю.

Отмечается, что на формирование просоциального поведения оказывает влияние стиль семейных отношений, подражание модели поведения, а также культура. Но существенная роль в формировании и поддержании просоциального поведения принадлежит ценностям и нормам, принятым в обществе. Нормы поведения всегда основываются на ценностях, которые S.H. Schwartz определяет как «убеждения, которыми устанавливаются границы социальной желательности». Он подтвердил существование, по крайней мере, двух ценностей, непосредственно связанных с просоциальным поведением – это доброжелательность, которая определяется, как сохранение и приумножение благополучия людей, и универсализм – понимание, бережное отношение, терпимость и защита благополучия всех людей и природы.

Однако всегда следует принимать во внимание воздействия, ослабляющие просоциальное поведение. Это, прежде всего, нормы, поддерживающие эгоистическую ориентацию: во многих социальных группах существуют ин- и аутгрупповые установки; многочисленные исследования показывают, что оказание помощи зависит от расы.

Отмечается, что агрессия стала характерной особенностью современной жизни, которая становится все более выраженной.

Некоторые авторы проводят классификацию типов агрессивного поведения на основе различных критериев, деля агрессию на физическую и вербальную (A.H. Buss), оборонительную и наступательную, спровоцированную и беспричинную (D. Zillmann), аффективную и инструментальную (R.G. Geen). И.А. Фурманов типологизирует агрессивность по целому ряду критериев: по направленности на объект (внешняя и внутренняя), по способу выражения (произвольная и непроизвольная), по конечной цели (инструментальная и враждебная), по форме выражения (физическая, вербальная, косвенная и негативизм).

Долгое время доминировали биологические представления о причинах агрессивного поведения. Это были дискуссии об агрессии как инстинкте (McDougall), влечении (S. Freud) или инстинктивном поведении (K. Lorenz). Наиболее древней является версия З. Фрейда (1930), который предположил, что человеческая агрессия коренится в инстинкте смерти, танатосе, как диалектической противоположности инстинкту жизни, эросу. К. Лоренц, опираясь на принцип эволюции, обосновывает, что агрессия обладает определенной ценностью для выживания. Однако большинство исследователей не считают биологические факторы агрессии решающими и больше внимания уделяют социальным и биосоциальным предпосылкам агрессии, предпочитая анализировать влияние социального контекста и социального научения.

Первоначально основное внимание в экспериментальных исследованиях уделялось ситуативным факторам агрессии, которые впоследствии были дополнены личностными. Исследования последних лет показали наличие выраженных поведенческих паттернов, названных типом личности «А». Лица с данной особенностью проявляют высокую склонность к гиперактивному и соревновательному взаимодействию с другими людьми. Другой источник индивидуальных различий связан с гендером.

Существенно влияет на агрессию и непосредственное провоцирование, расторможенность, кросскультурные различия, субкультуры насилия.

Агрессивное поведение всегда включает в себя особую форму социального влияния: один индивид принуждает другого сделать нечто, что этот другой делать бы не стал. J.T. Tedeschi и R.B. Felson (1994) предложили социально-интеракционистскую теорию принуждающего действия. С их точки зрения, выделяются три основных цели, мотивирующие выбор принуждения – это контроль над другими, восстановление справедливости или самоутверждение.

По сравнению с индивидуальным поведением люди в группах ведут себя более агрессивно. Современная версия данного подхода представлена в рамках теорий деиндивидуализации и возникновения норм. Деиндивидуализации способствуют различные факторы, такие, как анонимность, диффузия ответственности и дефицит времени на принятие решения. По причине формирования новых норм, связанных с осознанием себя как членов данной группы и приобретением новой групповой идентичности более вероятны крайние формы поведения в группах.

Рассматривается другое понятие, содержательно близкое агрессивности, обозначаемое термином «враждебность». Согласно А. Бассу (1961), враждебность – это более узкое по направленности состояние, всегда имеющее определенный объект. Нередко враждебность и агрессивность сочетаются, но, тем не менее, люди могут находиться во враждебных отношениях, но никакой агрессивности не проявлять.

Различается агрессия общественно приемлемая, когда напряжение и тревога, вызванные фрустрацией и конфликтами, разрешаются в соответствии с социальными нормами и антиобщественную, проявляющуюся в действиях, противоречащих нормам поведения.

Разводятся понятия агрессии как специфической формы поведения и агрессивности как психического свойства личности. Агрессия трактуется как процесс, имеющий специфическую функцию и организацию; агрессивность же рассматривается как некоторая личностная подструктура, являющаяся компонентом более сложной системы психических свойств человека.

Нередко агрессия рассматривается как результат действия непреодолимых барьеров, стоящих на пути к достижению цели, вызывающих состояние растерянности, напряжения, тревоги, то есть состояние фрустрации.

Однако чаще агрессия представляется в виде системы мотивированных внешних действий, нарушающих нормы и правила сосуществования, наносящих вред, причиняющих боль и страдание людям. В этом плане различают агрессию инструментальную и преднамеренную: агрессия квалифицируется как инструментальная в тех случаях, когда человек не ставил своей целью действовать агрессивно, но «так было необходимо» поступить.

А. Басс (A.H. Buss, 1961) определяет фрустрацию как блокирование процесса инструментального поведения и вводит понятие атаки – акта, поставляющего организму враждебные стимулы. Атака вызывает сильную агрессивную реакцию, а фрустрация – слабую. Для классификации агрессивного поведения он предлагает три дихотомии: физическое – вербальное, активное – пассивное, направленное – ненаправленное (A.H. Buss, M. Perry, 1992).

А. Бандура (A. Bandura, 1973, 1983) утверждает, что для возникновения агрессии недостаточно того, чтобы субъект был фрустрирован и испытывал чувство неудовлетворенности. Он должен иметь некий агрессивный пример для подражания. Такая модель является одновременно источником готовности к агрессивным действиям и стимулятором агрессивного поведения.

Для социально-психологической теории адаптации особо значимы те ситуации межличностного взаимодействия, в которых происходит фрустрация человеческих потребностей. Согласно точке зрения авторов гипотезы «фрустрации-агрессии» Дж. Долларда, Н. Миллера, О. Маурера, Л. Дооба и Р. Сирса (1939), при наличии препятствия возникшая в психике индивида цепь (желание – результат) разрывается и возникает напряжение, результатом которого становятся глубокие изменения в интеллектуальных и эмоциональных процессах. Такой разрыв авторы и называют фрустрацией.

В отечественной психологии на феномен фрустрации впервые обратил внимание Н.Д. Левитов (1967). Он назвал ее психическим состоянием, которое выражается в характерных переживаниях и вызывается «объективно непреодолимыми (или субъективно так воспринимаемыми) трудностями, возникающими на пути к достижению цели или к решению задачи».

В эвристической теории фрустрации С. Розенцвейга (1944), последняя имеет место в тех случаях, когда организм встречает непреодолимые препятствия на пути к удовлетворению какой-либо потребности. Фрустрация, по С. Розенцвейгу, это способность приспособления к ситуации стресса, характерный способ поведения. Психическое состояние, вызываемое фрустратором, находится в зависимости от его типа. С. Розенцвейг выделил три типа фрустрирующих ситуаций: привацию, депривацию и конфликт, каждая из которых может иметь свои источники вне или внутри личности.

В параграфе «Социальное поведение подростков» рассматриваются деформации в личностном развитии и социальном поведении подростков. Анализ литературных источников дает возможность выделить, по крайней мере, три существенных признака «трудного» подростка:

  1. Наличие у подростка таких форм поведения, которые отклоняются от общепринятых норм. Для характеристики отклоняющегося поведения используются специальные термины – «девиантность» и «делинквентность». Девиантным («deviate» – отклонять) считается такой тип поведения, который выходит за рамки «нормальных» индивидуальных реакций, допустимых в данной культуре. Делинквентное поведение – разновидность девиантного, которое включает в себя проступки, мелкие провинности и правонарушения, не подлежащие уголовному наказанию (А.Е. Личко, 1983). Асоциальными считаются все уголовно наказуемые формы социального поведения.
  2. Признаком «трудности» подростка считаются такие нарушения поведения, которые нелегко исправляются и корригируются. В этой связи возникает необходимость отграничения социально спровоцированных форм поведения от патологических нарушений психики.
  3. «Трудные» – это подростки, которые более других нуждаются в индивидуальном подходе со стороны педагогов, родителей и сверстников.

Наиболее полную картину сущности агрессивного поведения дает анализ его мотивации. В значительной степени она связана с эмоциями негативного характера: гнев, страх, месть, враждебность. Именно такое поведение часто рассматривается в качестве наиболее убедительной модели, подтверждающей тезис о генетической природе агрессивности (K.Lorenz, 1966). При этом полагают, что агрессивное, особенно «недостаточно мотивированное», поведение есть прямое проявление генетического неблагополучия индивида, пусть даже и не выраженного в какой-то хромосомной аномалии.

Э. Фромм (1994) обстоятельно проанализировал проблему человеческой деструктивности, пытаясь ответить на вопрос, является ли склонность человека к разрушению врожденной или же она обусловлена социальными причинами. К «разрушительной потребности» он отнес и агрессивность. При этом он называл «инстинктоидными» свойства личности, не сводимые к инстинктам, но имеющие определенную природную основу. Сделав уступку биологизаторскому толкованию агрессивности, Э. Фромм пришел к выводу, что она инстинктоидна, то есть только похожа на инстинкт.

В настоящее время утверждения об агрессивной природе человека и о генетической обусловленности агрессии вызывают еще большие сомнения.

Во второй главе «Методология и методы исследования ценностно-потребностной сферы личности и социального поведения» обосновывается методология исследования и дается описание конкретных экспериментальных и опросниковых методик, используемых в диссертации.

Тест, в основу которого положен методологический принцип попарного сопоставления неопределенно сформулированных ценностей, получил рабочее название «Ценностно-потребностная сфера личности и внутриличностный конфликт».

Процедура тестирования заключается в попарном сопоставлении ценностей друг с другом: каждую из ценностей, входящих в структуру ценностно-потребностной сферы личности, нужно сравнить с остальными, выбирая каждый раз ту из них, которая более жизненно важна для обследуемого. На втором этапе эксперимента тестируемый точно так же попарно сравнивает те же самые ценности, но каждый раз выбирает более легко достижимую.

Сами ценности сформулированы неопределенно, так, что испытуемый может вкладывать в них свое субъективное содержание. Если в процессе обследования тестируемый пытается уточнить, как нужно понимать предлагаемую формулировку, экспериментатор ни в коем случае не должен навязывать ему какую бы то ни было трактовку ценности, и давать каких-либо разъяснений по поводу ее содержания. В этой ситуации испытуемый вынужден спроецировать свои бессознательные потребности и ценности на экспериментальную ситуацию. Таким способом в методике реализуется проективный принцип.

На основе эмпирических исследований, проведенных на различных экспериментальных выборках определен список из 15 наиболее диагностически значимых ценностей, которые составляют структуру ценностно-потребностной сферы любой личности: общение, уверенность, безопасность, вера, карьера, творчество, богатство, справедливость, здоровье, красота, свобода, успех, любовь, власть, честь.

В исследовании использовалась еще одна компьютерная версия методики диагностики ценностно-потребностной сферы личности, которая основывалась на сопоставлении субъективно предпочитаемых каждым испытуемым и им самим отобранных слов-ценностей, наполняющих основные зоны ценностно-потребностной сферы его личности:

  1. Гедонистическая – потребности, реализующие принцип удовольствия.
  2. Безопасности – потребности, отражающие необходимость защиты личности.
  3. Эго – доминирование личных, эгоистических интересов.
  4. Экзистенциальная – потребности, связанные с действием социальных и политических факторов.
  5. Аффилиативная – потребности, отражающие межличностные взаимодействия.
  6. Когнитивная – интеллектуальные и познавательные потребности.
  7. Ритуальная – потребности, связанные с соблюдением социальных традиций, обрядов, установлений.
  8. Трансцендентальная – духовные потребности человека и потребности роста, самосовершенствования и самоактуализации.

Все зоны ценностно-потребностной структуры были представлены восемью ценностями. Таким образом, полный список содержал 8*8=64 слов-ценностей.

Для того чтобы сопоставить между собой результаты этих двух вариантов одной и той же методики, был разработан специальный аналитико-статистический метод преобразования 15 ценностных шкал в 8 структурных зон ценностно-потребностной сферы личности. Этот метод получил условное название «интеллектуальный конфирматорный анализ». Реализация этого метода проводится в несколько этапов:

  1. Вычисляется матрица корреляций переменных двух исследуемых методик.
  2. Отбираются статистически достоверные коэффициенты корреляции. Те переменные, которые коррелируют со шкалами второй методики, суммируются с учетом величины и знака корреляции. Таким образом, несколько переменных из одной методики формируют новую переменную, которая отражает содержание шкалы второй методики.
  3. Снова вычисляется корреляционная матрица между переменными первой и второй методиками. Повышается уровень значимости
  4. Корректируется состав переменных и их коэффициенты.
  5. Вычисляется та же самая корреляционная матрица.

Вся эта процедура проводится до тех пор, пока состав переменных не перестанет меняться. Таким образом, шкалы одной методики приводятся в статистически обоснованное соответствие с переменными другой методики.

Эта процедура позволяет наполнить зоны ЦПСЛ конкретными потребностями личности, которые диагностировались в первой методике.

Профили, при построении которых использовались различные системы оценок, предварительно переводились в Т-баллы по формуле:


(xi – Хср.)*10
T = 50 + —————— , где

Т значение нормированного показателя в T-баллах;
xi i-е значение показателя в нормируемой выборке в «сырых» оценках;
Xср. средневыборочное значение показателя в «сырых» оценках;
среднеквадратическое отклонение показателя по выборке.

Для исследования агрессивности использовался опросник агрессивности и враждебности Басса-Дарки, который, при строгом соблюдении правил его применения, позволяет получить довольно надежную информацию не только об особенностях поведения подростка, но и косвенно судить об их внутренних побуждениях.

Тест позволяет выяснить следующие формы агрессивных и враждебных реакций:

  1. Физическая агрессия – использование физической силы против другого лица.
  2. Косвенная агрессия – агрессивное поведение, которое окольными путями направлено на другое лицо; это также агрессия, ни на кого не направленная.
  3. Склонность к раздражению – готовность к проявлению вспыльчивости, резкости или грубости при малейшем возбуждении.
  4. Негативизм – оппозиционная форма поведения, обычно направленная против авторитетов или руководства. Диапазон этой формы агрессивного поведения очень велик – от пассивного сопротивления до активной борьбы против установившихся законов и обычаев.
  5. Обида – зависть и ненависть к окружающим, обусловленные чувством горечи и эмоцией гнева за действительные или мнимые страдания.
  6. Подозрительность – недоверие и осторожность по отношению к людям, основанные на убеждении, что окружающие намерены причинить субъекту вред.
  7. Вербальная агрессия – выражение негативных чувств, как через речевую форму, так и через содержание словесных ответов.
  8. Угрызения совести, чувство вины – сдерживающее влияние вины на такие формы поведения, которые считаются социально нежелательными. Эта шкала показывает наличие у субъекта угрызений совести, его убеждение в том, что он плохой человек, совершающий неправильные поступки.

Физическая, косвенная и вербальная агрессия образуют суммарный индекс агрессивности, а обида и подозрительность – индекс враждебности.

В третьей главе «Ценностно-потребностная сфера личности и социальное поведение подростков» обсуждаются результаты исследования ценностно-потребностной сферы личности подростков, проявляющих различные формы социального поведения. В нем приняли участие 154 подростка – 72 юноши и 82 девушки: 57 участников эксперимента (36 юношей и 21 девушка) – старшеклассники (10 – 11 классы) специализированной общеобразовательной школы № 48 для детей, склонных к агрессивным формам поведения; 60 (27 юношей и 33 девушки) – студенты Сибирского муниципального лицея г. Томска; 37 (9 юношей и 28 девушек) – студенты Томского колледжа бизнеса.

Статистическая достоверность различий между группами сравнения определялась с помощью t*-статистики Стьюдента или дисперсионного анализа (в случаях, когда число сравниваемых групп превышало две).

Эмпирическое исследование выявило, что в структуре ценностно-потребностной сферы личности школьников, лицеистов и студентов колледжа общими среди доминирующих ценностей оказались «здоровье» и «любовь». У школьников, помимо этих ценностей, значимыми оказались «справедливость», «общение» и «успех», у студентов лицея – «свобода», «общение», «уверенность», у студентов колледжа – «богатство», «карьера» и «успех» (Гистограмма 1).

Внутриличностный конфликт в подростковых группах наиболее вероятен в зоне ценностей «карьера», «богатство», «любовь», «власть» и «успех», причем более выраженный конфликт зафиксирован у студентов колледжа. У школьников и лицеистов помимо этого конфликт присутствует в зоне ценностей «справедливость» и «здоровье». У всех подростков в структуре ценностно-потребностной сферы личности преобладают материальные ценности, есть сильная потребность в их удовлетворении, но отсутствуют возможности, а нередко и желание сделать что-либо для этого.

Экстенсивные показатели ВЛК свидетельствуют, что у 38% подростков самой конфликтогенной зоной ЦПСЛ является «богатство»; у 30% высокая вероятность возникновения внутриличностного конфликта сосредоточена в зоне ценности «карьера», у 20% – в зоне ценности «власть».

Материалы исследования показывают, что чаще всего «ценностный вакуум» наблюдается в сфере «творчества». Примерно 40% обследованных подростков считают эту ценностную сферу вполне доступной на фоне ее низкой субъективной значимости. У 20% подростков наблюдается расхождение в восемь и более баллов между доступностью и значимостью таких ценностей, как «вера», «безопасность», «общение», «красота» и «уверенность».

Показатели 15 ценностных шкал, полученные с помощью первой версии методики диагностики ценностно-потребностной сферы личности и внутриличностного конфликта методом «интеллектуального конфирматорного анализа» были трансформированы в 8 факторов, соответствующих 8 зонам ценностно-потребностной сферы личности.

Для того чтобы иметь возможность сравнивать зоны ЦПСЛ, выраженные в разных единицах измерения, между собой, все их показатели были пронормированы и переведены в Т-баллы.

Полученная таким образом структура ЦПСЛ так же сильно различается во всех трех экспериментальных группах.

Самыми личностно значимыми зонами ЦПСЛ для учащихся специализированной школы и лицея являются трансцендентальная, гедонистическая и когнитивная (Гистограмма 2). Кроме этого, для «агрессивных» подростков значимой является также эго-зона. Студенты колледжа бизнеса отличаются от школьников и лицеистов практически по всем зонам ЦПСЛ. Для них личностно значимыми являются экзистенциальная, безопасности, ритуальная, аффилиативная и эго-зона.

В структуре ВЛК самой конфликтогенной зоной у школьников и лицеистов является зона безопасности. В остальных зонах ЦПСЛ конфликт у этих подростков практически отсутствует. Можно лишь отметить снижение мотивации в эго-зоне у подростков-лицеистов. У студентов колледжа можно выделить сразу несколько конфликтогенных зон: безопасности, экзистенциальную, эго и ритуальную. Снижение мотивации в этой экспериментальной группе наиболее ярко выражено в гедонистической, когнитивной и трансцендентальной зонах ЦПСЛ.

Статистически достоверные различия между обследованными выборками обнаружены по показателям всех зон ЦПСЛ. Можно сделать общий вывод о том, что в отношении, как личностной значимости, так и конфликтогенности зон ЦПСЛ группа студентов колледжа резко отличается от учащихся специализированной школы и лицея.

Половые различия в структуре ЦПСЛ старших подростков не столь очевидны, хотя статистически достоверные отличия обнаруживаются в двух ценностных зонах. Для девушек более личностно значимой является ритуальная, для юношей – когнитивная зоны, но самой значимой в обеих выборках – мужской и женской – является зона безопасности. Самые высокие показатели внутриличностного конфликта и у юношей, и у девушек отмечается в зоне безопасности. Кроме того, у девушек статистически более высокий ВЛК в ритуальной зоне ЦПСЛ, а у юношей – в когнитивной. Для девушек из школы и лицея более значимыми является гедонистическая и трансцендентальная зоны ЦПСЛ, для юношей – когнитивная. Кроме того, в подгруппе девушек-школьниц высоко значимой можно считать эго-зону, а для девушек-лицеисток – когнитивную. У студентов колледжа – другие жизненно важные зоны ЦПСЛ: для девушек – это, прежде всего ритуальная и эго-зона, для юношей – аффилиативная.

В структуре внутриличностного конфликта самые высокие показатели отмечается у девушек – студенток колледжа: в зоне безопасности, экзистенциальной, ритуальной и эго. Для девушек-лицеисток самой конфликтогенной зоной ЦПСЛ является аффилиативная. У юношей ВЛК выражен в гораздо более умеренной степени и отклоняется от среднестатистического значения незначительно. Можно еще отметить, что как для девушек, так и для юношей колледжа самой конфликтогенной зоной ЦПСЛ является зона безопасности, у школьников и лицеистов обоего пола конфликт в этой зоне не выражен.

Физический тип агрессии чаще встречается в поведении «девиантных» школьников. Кроме этого, в группе более выражены такие проявления агрессивности, как раздражение, негативизм и подозрительность. При этом школьники чаще испытывают угрызения совести и чувство вины. Обнаруживается некоторая склонность к вербальной, косвенной агрессии и к обиде.

В то же время, как уже было замечено, у них наблюдается более глубокое переживание вины (p < 0,05), то есть, совершая агрессивный поступок, подросток заранее чувствует (но, как правило, не осознает) свою неправоту. Чувство вины часто связывается с комплексом неполноценности, когда человек пытается скомпенсировать его за счет других. Другими словами, вина – это психологическая плата за агрессию.

У студентов лицея склонность к агрессивным формам поведения выражена значительно слабее, чем у школьников. Ведущий тип агрессии – косвенная, отмечается склонность к вербальному типу агрессивного поведения. У лицеистов и школьников этот тип агрессивного поведения выражен примерно одинаково и проявляется не намного чаще, чем остальные формы агрессии.

Сильно отличается от группы школьников и лицеистов группа студентов колледжа, у которых склонность к различным формам агрессивного поведения выражена гораздо слабее. Ведущим типом агрессии для этой группы является подозрительность.

В целом же практически все типы агрессивного поведения сильнее выражены у «девиантных» школьников, слабее у студентов колледжа, лицеисты занимают среднюю позицию. Необходимо отметить, что существует сходство по степени выраженности типов агрессивного поведения между группами: у школьников и студентов лицея косвенная агрессия выражена примерно одинаково, у студентов лицея и колледжа – обида и раздражение.

Формы агрессивного поведения у юношей и девушек различаются не очень существенно. Для первых характерно доминирование физической агрессии, негативизма и подозрительности, для вторых – вербальной, косвенной агрессии, раздражения, обиды. Кроме того девушки гораздо глубже переживают эти формы агрессивного поведения: чувство вины выражено у них статистически достоверно сильнее по сравнению с юношами. У них обнаруживается также тенденция к более резкому проявлению вербальной агрессии.

Для того чтобы выяснить, каким образом ценностно-потребностная сфера личности подростков связана с агрессивным поведением, вся подростковая выборка была разбита на две группы – «агрессивную» и «неагрессивную» по каждой из восьми шкал теста Басса-Дарки. Осуществлялось это следующим образом: показатели каждого испытуемого по каждой шкале нормировались и представлялись в виде стандартного распределения с математическим ожиданием 50 и среднеквадратическим отклонением 10. Те испытуемые, у которых показатель исследуемой шкалы превышал 50 T-баллов, попадали в выборку высокоагрессивных подростков; если же нормированный таким образом результат был меньше средневыборочного T-значения, то подросток квалифицировался как неагрессивный и относился к «низко-агрессивной» группе.

Индекс агрессивности представляет собой сумму показателей физической, косвенной и вербальной агрессии. Индекс враждебности – это сумма «обиды» и «подозрительности». Так как все шкалы теста были пронормированы, эти индексы также были выражены в Т-баллах. Это позволило судить не только о том, какую роль они играют в различных экспериментальных группах, но и сравнивать их между собой.

Показатели индексов агрессивности и враждебности стали критерием для разделения всех участников экспериментального исследования на две группы по каждому из индексов. Высоко-агрессивные подростки – это те, у которых индекс агрессивности превышает 50 Т-баллов, низко-агрессивные – те, у кого индекс агрессивности меньше 50 Т-баллов. Группы высоко- и низко-враждебных подростков определялись аналогичным образом.

Итак, вся подростковая выборка в итоге разделилась на четыре группы:

Высоко-агрессивные и высоко-враждебные – 42 подроста.

Низко-агрессивные и высоко-враждебные – 25 подростков.

Высоко-агрессивные и низко-враждебные – 24 подростка.

Низко-агрессивные и низко-враждебные – 32 подроста.

С помощью дисперсионного анализа были проанализированы особенности структуры ценностно-потребностной сферы личности этих подростков.

Ценности «здоровье», «любовь», и «успех» являются сильно значимыми для всех выделенных групп. Другими словами, эти ценности жизненно важны для любых подростков, независимо от характера их поведения.

Для низко-агрессивных и одновременно низко-враждебных подростков личностно значимой является также ценность «свобода», она важна и для высоко-агрессивных и низко-враждебных подростков. В структуре ценностно-потребностной сферы личности подростков с низкой агрессивностью и высокой враждебностью доминирует ценность «справедливость».

Для высоко-агрессивных невраждебных подростков сильно значимой ценностью становится «карьера», а для высоко-агрессивных и враждебно настроенных молодых людей – «справедливость» и «честь» (Гистограмма 3).

Внутриличностный конфликт более всего выражен в зоне ценности «карьера», причем в значительно большей степени это характерно для агрессивных подростков; в группе агрессивных, но не враждебных этот показатель самый высокий (+3,79). Это же самое относится к ценности «богатство» – у агрессивных низко-враждебных подростков он значительно выше (+3,08) (Гистограмма 4). В меньшей степени такая же тенденция проявляется и в отношении ценностей «здоровье» (+2,63) и «власть» (+2,29).

Подобная закономерность характерна для этой группы подростков, но с обратным знаком, в отношении ценностей «творчество» и «общение». По сравнению с остальными группами в этих зонах ценностно-потребностной сферы личности у агрессивных и невраждебных подростков значительно более выражено отсутствие мотивации в этих сферах (-3,46 – «творчество» и -2,67 – «общение») (Гистограмма 4).

Список ценностей

1. Общение 6. Творчество 11. Свобода
2. Уверенность 7. Богатство 12. Успех
3. Безопасность 8. Справедливость 13. Любовь
4. Вера 9. Здоровье 14. Власть
5. Карьера 10. Красота 15. Честь

У высоко-агрессивных подростков также гораздо сильнее выражен суммарный внутриличностный конфликт, то есть ценностно-потребностная сфера личности таких подростков содержит в себе гораздо больше противоречий, чем у низко-агрессивных подростков. По-видимому, степень разбалансированности и напряженности ценностно-потребностной сферы личности – показатель сугубо индивидуальный и у каждого подростка он поддерживается на определенном, оптимальном для него уровне. У агрессивных он выше, у низко-агрессивных ниже. С одной стороны, высокий суммарный показатель внутриличностного конфликта свидетельствует о повышенной вероятности его возникновения, а с другой, эти противоречия – двигатель человеческой активности. Очевидно поэтому у высоко-агрессивных подростков сильно значимыми становятся такие ценности, которые подразумевают высокую личную активность: «карьера», «власть», «честь», «свобода», а у низко-агрессивных преобладают относительно «спокойные» ценности – «вера» и «творчество».

У агрессивных невраждебных подростков общая конфликтность ценностно-потребностной сферы личности выражена сильнее, чем в остальных трех группах. Это свидетельствует о том, что эти подростки проявляют свое отношение к себе и к другим более открыто. То же, что связано с враждебностью – скрыто. Поэтому у неагрессивных, но враждебно настроенных подростков суммарный внутриличностный конфликт менее выражен.

Другими словами, то, что в теории Басса-Дарки трактуется как агрессивность, в поведении подростков всегда активно проявляется, а то, что авторы называют враждебностью тоже можно рассматривать как агрессивность, но только скрытую, потенциальную. «Агрессивные» подростки из специализированной школы проявляют «открытую агрессию», потому что ярлык «агрессивного подростка», приклеенный к ним обществом как бы обязывает их вести себя соответствующим образом. «Просоциальные» подростки из колледжа потенциально агрессивны, о чем свидетельствует доминирующий в структуре их социального поведения индекс враждебности, хотя внешне они вовсе не агрессивны. Еще одним аргументом в пользу такой точки зрения можно считать то, что в основе поведения «просоциально настроенных» подростков лежат общественно разрешенные ценности – «карьера», «богатство», «успех», «власть», в то время как «агрессивными» подростками движут ценности социально запрещенные – «справедливость», «свобода».

Выводы

  1. Теоретико-методологический анализ проблемы подростковой агрессивности показал наличие принципиально различных теоретических подходов к этой проблеме. Наиболее продуктивным представляется подход, исходящий из обусловленности агрессивности и агрессивного поведения подростков не только социально-биологическими, но и ценностными причинами.
  2. В структуре ценностей подростков, склонных к различным формам социального поведения, есть как общие личностно значимые ценности, так и специфические. Общие – «здоровье» и «любовь»; у «девиантных» школьников, кроме этого, личностно значимыми являются «справедливость», «общение», «успех», у лицеистов – «свобода», «общение», «уверенность», у студентов колледжа – «карьера», «богатство» и «успех».
  3. Конфликтогенные зоны ценностно-потребностной сферы личности подростков – «карьера», «богатство», «любовь», «успех» и «власть». Внутриличностный конфликт в зоне этих значимых для подростка ценностей может провоцировать либо просоциальное, либо агрессивное поведение. И в том, и в другом случае это может повлечь за собой временную социальную дезадаптацию.
  4. По показателям личностной значимости и конфликтогенности зон ЦПСЛ, определенных с помощью «интеллектуального конфирматорного анализа», группа студентов колледжа также резко отличается от учащихся специализированной школы и лицея, что обусловлено различной направленностью (просоциальной и агрессивной) их поведения.
  5. Есть социально одобряемые и социально запрещенные ценности, и реализация агрессии в этих зонах может квалифицироваться либо как просоциальное, либо как агрессивное поведение. Кроме того, существует специфическая форма инструментальной агрессии, которая отражает потенциальные возможности ее проявления. Этот вид агрессии косвенно выражается в показателях враждебности.
  6. Физическая агрессия, негативизм, раздражение и подозрительность – эти формы агрессивного поведения характерны для школьников с отклонениями в поведении и гораздо реже встречаются у студентов лицея и колледжа. Однако у школьников в более глубокой форме проявляются угрызения совести и чувство вины. Таким образом, вина – это психологическая плата за агрессию.
  7. В старшем подростковом возрасте более агрессивны в своем поведении девушки. Можно предположить, что эти проявления в значительной степени демонстративны и обусловлены повышенной внушаемостью девочек в этом возрасте. Переживание вины за свои агрессивные поступки у них также самые сильные.
  8. Агрессивность и враждебность – относительно независимые друг от друга характеристики. Они вторичны по отношению к ценностно-потребностной сфере личности – их проявления зависят от того, какие ценности доминируют в ее индивидуальной структуре. Вероятно агрессивность – своеобразно, по-подростковому реализуемая активность, а враждебность больше похожа на скрытую, потенциальную агрессивность, не проявленную в какой-либо ценностной зоне до тех пор, пока в ней не созреет внутриличностный конфликт. Впоследствии эта энергия может быть реализована либо в социально одобряемой зоне ЦПСЛ, и тогда это поведение будет квалифицировано как просоциальное, либо в общественно запрещенной ценностной зоне – в этом случае поведение подростка будет рассматриваться как агрессивное.
  9. Ярлык «агрессивного подростка» является дополнительным побудителем агрессивного поведения, которое с этого момента начинает приобретать демонстративный характер. По этой причине «агрессивные» школьники в большей степени по сравнению с «просоциально ориентированными» подростками могут «позволить» себе открытое проявление агрессии. Но «психологическая плата» за проявленную агрессию – чувство вины.
  10. Общественная оценка агрессивности и реальная склонность к агрессивному поведению – это разные психологические феномены; первая – результат отношения к ребенку конкретных взрослых, вторая – это самооценка ребенком своего собственного поведения, которая осуществляется с помощью специальных психологических опросников. Однако надежно и точно проанализировать бессознательные агрессивные тенденции в этом возрасте с помощью опросников очень сложно – необходимы более тонкие экспериментальные и проективные методы.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

  1. Смольникова Л.В., Морогин В.Г. Сознательные цветовые ассоциации ЦПСЛ студентов колледжа бизнеса // Профориентация и психологическая поддержка. Теория и практика. Материалы Всероссийской научно-практической конференции 5-6 октября 2005 года. – Томск, 2005. – С.205-213. – 0,4 п.л. (авторское участие – 0,2 п.л.).
  2. Смольникова Л.В., Морогин В.Г. Цветовые ассоциации ценностно-потребностной сферы личности студентов колледжа бизнеса // В.С. Мерлин: психология интегральной индивидуальности. – Пермь, 2005. – С.365-376. – 0,6 п.л. (авторское участие – 0,3 п.л.).
  3. Смольникова Л.В., Морогин В.Г. Содержание ценностно-потребностной сферы личности студентов колледжа бизнеса // Первый Международный Конгресс «Психология и социология в бизнесе: актуальные проблемы современности». – Минск, 2005. – С.144-151. – 0,4 п.л. (авторское участие – 0,2 п.л.).
  4. Смольникова Л.В., Морогин В.Г. Содержательные особенности структуры ценностно-потребностной сферы личности студентов // Вторая Всероссийская научно-практическая конференция «Системогенез учебной и профессиональной деятельности» 18-19 октября 2005 года. – Ярославль, 2005. –С.258-265. – 0,4 п.л. (авторское участие – 0,2 п.л.).
  5. Морогин В.Г., Смольникова Л.В. Структура ЦПСЛ старших подростков, склонных к различным формам социального поведения // Всероссийская научная конференция «Психологическая теория и практика в изменяющейся России». – Челябинск, 2006. – С.175-180. – 0,2 п.л. (авторское участие – 0,1 п.л.).
  6. Смольникова Л.В. Виды социального поведения личности // Вестник Томского государственного педагогического университета. Серия «Психология». – Томск; ТГПУ, 2006. – № 2. – С. 52-64. – 0,7 п.л.


 





<
 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.