WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Ориентации электорального поведения горожан в постсоветской россии (по материалам дона и кубани)

На правах рукописи

ТОПОРОВА СВЕТЛАНА ВИКТОРОВНА

ОРИЕНТАЦИИ ЭЛЕКТОРАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ ГОРОЖАН В ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ (ПО МАТЕРИАЛАМ ДОНА И КУБАНИ)

Специальность 23.00.02

Политические институты, процессы и технологии

Автореферат диссертации на соискание ученой

степени кандидата политических наук

Краснодар 2010

Диссертация выполнена на кафедре политологии и политического управления ГОУ ВПО «Кубанский государственный университет»

Научный руководитель: доктор политических наук, доктор

исторических наук, профессор

Баранов Андрей Владимирович

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор

Скорик Александр Павлович

кандидат политических наук, доцент

Дроздецкая Ольга Анатольевна

Ведущая организация: ГОУ ВПО «Ростовский государственный экономический университет»

Защита состоится 24 декабря 2010 г. в 12 час. 00 ­мин. на заседании совета Д 212.101.11 по защите докторских и кандидатских диссертаций при Кубанском государственном университете по адресу: 350040, г. Краснодар, ул. Ставропольская, 149, ауд.231.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Кубанского государственного университета.

Автореферат диссертации разослан «___» ноября 2010 г.

Ученый секретарь

Совета по защите докторских

и кандидатских диссертаций

д-р полит. наук, д-р ист. наук,

профессор А.В. Баранов

1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Трансформация политической системы, которая характеризует современное российское общество, в значительной мере проявляется в электоральном поведении граждан. Ориентации электорального поведения служат не только индикатором общественных настроений, но и являются той средой, в которой складывается демократическая политическая культура. Электоральное поведение граждан вызывает особый интерес, поскольку может служить параметром политических трансформаций 1992-2010 гг. Электоральное поведение интегрирует в себе множество показателей, фиксирующих положение дел в обществе: оно непосредственно связано с механизмами формирования ценностно-мировоззренческих ориентаций граждан, с формами политической мобилизации и со способами социального контроля. Можно утверждать, что электоральное поведение является одним из наиболее важных индикаторов политических процессов в российском обществе. По нему можно выявлять типичные особенности политической культуры, тенденции партийной конкуренции в современной России и оценивать перспективы формирования гражданского общества.

Ориентации электорального поведения горожан Дона и Кубани,- тема, актуальная в силу своей малоизученности и острой дискуссионности. Степень урбанизации относится к числу важнейших факторов территориальной дифференциации электорального поведения. Контраст между городскими и сельскими районами – одна из главных закономерностей выборов в обоих регионах. Дело в том, что новые политические идеи чаще всего возникают в крупнейших городах и оттуда распространяются на периферию. Поэтому административные центры гораздо активнее голосуют за инновационные политические силы, нежели периферия, особенно сельская. Ростовская область и Краснодарский край представляют собой интерес как одни из наиболее населенных и геополитически важных субъектов федерации.

Степень научной разработанности проблемы. Исследования по изучению ориентаций электорального поведения можно условно разделить на три группы: труды, разрабатывающие общетеоретические аспекты электорального поведения; работы, посвященные сравнительному анализу электоральных ориентаций избирателей в России; а также исследования региональной специфики электоральных ориентаций и различных социальных размежеваний.

В области электоральных исследований необходимо выделить три главных методологических направления: социологическое (С. Липсет, С. Роккан, П. Лазарсфельд)[1], социально-психологическое (Э. Кемпбелл)[2], экономическое (Э. Даунс, М. Фиорина)[3]. Их представители делают акцент на различных базовых факторах формирования электорального поведения: социальных и демографических параметрах; политической идентификации; рациональном расчете.

Важную роль в развитии электорального поведения сыграла теория С.М. Липсета и С.Роккана, в которой была обоснована «генетическая модель» формирования партийных систем и соответствующих им структур избирательских предпочтений на Западе.[4] Липсет и Роккан выделили четыре вида конфликтов, оказавших особенно серьёзное воздействие на электоральное поведение: между центром и периферией, государством и церковью, городом и селом, собственниками и рабочими. Каждый из этих конфликтов создает “размежевание”(cleavage) в обществе, определяющий структурирование поддержки партий и кандидатов.

В качестве исходной концептуальной схемы анализа общества как политико-территориальной системы следует отметить работу Э. Шилза «Общество и общества: макросоциологический подход»[5], в которой сформулирована концептуальная схема анализа общества через анализ взаимодействия центра и периферии.Важный вклад в исследование электорального поведения как многомерного и сложного феномена стала концепция политической культуры Г. Алмонда и С. Вербы[6]. По их словам, понятие политической культуры указывает на ориентации – установки индивидов по отношению к политической системе и ее различным элементам и установки по отношению к собственной роли в политической системе.



На материалах современной России в исследованиях электорального поведения могут быть выделены два подхода. Первый делает акцент на осмыслении процессуального аспекта избирательных кампаний. В этом случае электоральное поведение отождествляется с выбором граждан во время самой процедуры голосования. На сегодняшний день такой подход наиболее широко представлен в литературе. Примером могут послужить работы М.Н. Афанасьева, В. Гимпельсона и С. Чугрова, И.М. Клямкина, Д.А. Левчика,С.В. Туманова, И.Г. Бурыкина, К.Г. Холодковского,А.И. Ковлера.[7]

Второй подход ориентирован на выявление долгосрочных зависимостей, которые позволяют осмыслить социокультурные механизмы формирования электорального поведения. Последнее в этом случае не сводится непосредственно к результатам голосования, оно понимается как определенный стиль поведения, тип действий граждан в избирательной кампании. Созданные отечественными специалистами работы данного направления, как правило, основаны на применении уже существующих в мировой политической науке концепций к условиям России. Таковы работы Ю.Д. Шевченко, В.С. Комаровского, Г.В. Голосова, А.П. Страхова и др.[8] Степень изученности этого аспекта высока. Большинство исследований по этой проблеме проводил ВЦИОМ.

Среди них необходимо выделить исследования, которые проводились в период с 1993 по 1999 гг.под руководством Н. Зоркой[9] и Ю. Левады[10], относящиеся к политической активности российского электората, отношения населения к образу российской политики, а также стереотипному образу российского политика. Итоги данных исследований показывают, что все большее количество людей представляют политику, как грязное дело, участвовать в котором не стоит, так как результаты участия в политике не оправдывают ожидания на нее возложенные. Все больше избирателей прибегают к пассивным формам политического участия — получению информации и обсуждение политических вопросов в своем окружении

Рукавишников В.О., Халман Л., Эстер П. в своей работе «Политические культуры и социальные изменения» акцентировали внимание на том, что социально-экономические факторы слабо влияют на политические стереотипы человека, его представления о возможностях и способах воздействия на политический процесс. Здесь большое значение принадлежит традиционным нормам и правилам организации жизнедеятельности сообщества. Эти правила, в свою очередь, связаны с мировоззренческими установками культуры.

Влияние политической культуры на электоральное поведение рассматривается в работе А.И. Соловьева «Политическая культура: к проблеме идентификации национальных моделей»[11]. Он считает, что базовой теоретической посылкой в изучении данного феномена является «понимание системообразуещего характера ценностной ориентации человека в его политической активности или же – при формировании политико-культурных объектов как таковых;…понимание устойчивости и качественной определенности политико-культурных объектов как формы закрепления иерархизированных в мышлении и поведении акторов ценностных ориентаций в политическом поведении человека».

Региональные политические культуры как фактор электоральных ориентаций интерпретированы в работах Н.А. Косолапова, Л.А. Фадеевой, О.Б. Подвинцева, Е.В Морозовой и др[12]. Интерес представляет монография Е.В. Морозовой «Региональная политическая культура», где на основе сравнительного метода исследуется общее, особенное и неповторимое в региональных политических культурах ряда стран, России, в том числе Юга России.

Специализированный анализ ориентаций электорального поведения горожан России проведен усилиями В.А. Колосова, Н.А. Бородулиной, В.А, Ванькова, К.О. Калинина[13]. Методика выявления электоральных ориентаций на уровне городов и их микрорайонов обоснована Р.Ф. Туровским[14].

Анализ электорального поведения на выборах законодательных собраний субъектов РФ проведен А.С. Автономовым, А.А. Захаровым, Е.М. Орловым[15] ; А.Ю. Глубоцким, А.В. Кыневым[16] ; Н.В. Борисовой и Л.А.Фадеевой[17]. Институциональный аспект региональных парламентских выборах рассмотрен в диссертациях А.А. Агеева и О.Б. Кабаргина[18]. Опыт выборов Законодательного Собрания Ростовской области кратко оценивается в брошюре под редакцией С.В. Тюрина, в статьях А.М. Старостина и О.Б. Кабаргина и др.[19] На материалах Законодательного Собрания Краснодарского края такой анализ не проводился. Издан лишь юбилейный справочник общеправового характера[20].

Электоральные ориентации избирателей Краснодарского края изучались в качестве проявлений общероссийских процессов в работах В.А. Колосова, Р.Ф. Туровского, Н.В. Петрова, А.С. Титкова, Н.В. Гришина и других аналитиков[21]. Другой аспект - электоральное пространство в контексте региональных политических культур рассматривали М.М. Кириченко, Е.В. Морозова, А.В. Баранов, А.И. Кольба.[22] Предвыборные предпочтения кубанцев изучаются с точки зрения элитологии А.К. Магомедовым, М.М. Кириченко.[23] Конфликтологический аспект электоральных взаимодействий рассматривается в работе В.М.Юрченко[24]. Также интерес представляют работы исследователей региональных электоральных процессов: С.А. Морозова, Р.З. Близняка, О.А. Дроздецкой.[25]

Несмотря на относительно высокую степень разработанности темы, ряд важных аспектов остается дискуссионным, теоретические модели редко подкрепляются социологическими исследованиями. Мало исследован муниципальный и микрорегиональный уровни электорального поведения в Краснодарском крае.

Объект диссертационного исследования - ориентации электорального поведения горожан.

Предмет диссертационного исследования – факторы и тенденции развития ориентаций электорального поведения горожан Ростовской области и Краснодарского края в голосовании на федеральных и региональных выборах 1990 – 2000-х гг.

Хронологические рамки исследования включают в себя период с весны 1990 г. по лето 2010 г. Они определяются по критерию проведения альтернативных свободных выборов в России и ее городских сообществах.

Территориальные рамки исследования – городские муниципальные образования Ростовской области и Краснодарского края. Репрезентативность данных рамок для выявления электоральных ориентаций горожан России в том, что города Дона и Кубани имеют среднероссийскую численность населения, являются центрами политических инноваций для остальных муниципальных образований Южной России.

Цель диссертационного исследования – выявить факторы и тенденции развития ориентаций электорального поведения горожан Ростовской области и Краснодарского края в 1990 – 2000-х гг.

Для реализации цели необходимо решить следующие задачи:

- дать авторскую трактовку ориентаций электорального поведения, их компонентов и типов;

- обосновать методику анализа ориентаций электорального поведения на основе сравнения основных концепций современной политологии;

- выявить особенности электорального поведения горожан в контексте социальных размежеваний;

- интерпретировать факторы ориентаций электорального поведения горожан Дона и Кубани в 1990 – 2000-х гг.;

- определить тенденции развития электоральных ориентаций горожан Ростовской области и Краснодарского края на федеральных выборах 1990 – 2000-х гг.;

- раскрыть развитие ориентаций электорального поведения горожан Дона и Кубани на региональных выборах.

Теоретико-методологическая основа диссертационного исследования включает в себя совокупность общенаучных подходов и принципов, специально-научных методик анализа.

Из числа общенаучных подходов и принципов применены принципы причинно-следственной детерминации, диалектики, историзма. На уровне специально-научных методов проведен сравнительный анализ (как кросс-региональное сравнение поведения избирателей, так и кросс-темпоральное сравнение на материалах городов Дона и Кубани). Благодаря системному анализу электоральное поведение рассмотрено как целостный феномен, включающий в себя взаимодействие компонентов, внешней общественной среды по вопросам определения повестки дня и формирования легитимных органов власти. Применены также социокультурный и социально-психологический подходы к электоральному поведению[26]. С нашей точки зрения, они наиболее объективно позволяют осмыслить поведение избирателей-горожан в агропромышленных регионах, полиэтничных и консервативных по своим традициям.

На уровне прикладных технологий использованы анализ документов, картографирование итогов выборов, количественные процедуры анализа анкетных опросов и электоральной статистики (составление таблиц, выявление дисперсии и средних арифметических значений, группировки количественных признаков). Они обеспечили выявление субъективных мотиваций электорального поведения, взаимосвязи его факторов и проявлений.

Применен метод экспертного опроса. С 1 февраля по 20 марта 2007 г. соискателем был проведен экспертный опрос в двух крупных городах: Сочи и Краснодаре по теме: «Влияние политико-культурного фактора на электоральные ориентации избирателей-горожан Краснодарского края». Цель экспертного опроса – определить мотивации электорального поведения; факторы, повлиявшие на выбор избирателей, а также степень расхождения политических ожиданий избирателей с реально существующей ситуацией. Анкета проведенного экспертного опроса представлена автором в приложении к диссертации. Выборка опроса составила 50 экспертов пропорционально в обоих городах. Критерием отбора был уровень их компетентности, прежде всего, доступ к необходимой для ответов информации. Экспертов можно разделить на пять групп: представители бизнес-структур, сотрудники администраций муниципального образования, члены избирательных комиссий, представители политических партий, а также средств массовой информации.

Эмпирическая основа диссертационного исследования включает в себя следующие виды источников, выделенных по цели создания, содержанию и способами выражения информации:

- законодательные и нормативно-правовые акты (Конституцию Российской Федерации, федеральные законы и законы субъектов федерации - Ростовской области и Краснодарского края, Указы Президента Российской Федерации, постановления администраций Ростовской области и Краснодарского края);

- инструктивные и отчетные документы Центральной избирательной комиссии Российской Федерации, а также ЦИК Ростовской области и Краснодарского края, избирательных комиссий городов обоих регионов;

- официальные статистические итоги выборов в городах Ростовской области и Краснодарского края за 1990-2010 гг.;

- программные документы и резолюции политических партий, а также их региональных отделений в Ростовской области и Краснодарском крае;

- материалы центральной, региональной и местной периодической печати;

- предвыборные рекламные материалы политических партий и кандидатов;

- итоги переписей населения (Всесоюзной 1989 г. и Всероссийской 2002 г.), а также ежегодных статистических отчетов о социально-экономическом положении регионов России;

- электронные ресурсы сети Интернет.

Перечисленные виды источников систематизированы и интерпретированы в соответствии с политико-электоральным профилем работы. Они позволяют реализовать авторский замысел. Так, нормативно-правовые акты дают возможность установить этапы регулирования избирательного процесса и целеполагание властно-политических решений.

Документы избирательных комиссий дают представление о практике применения норм законодательства, о разрешении конфликтов в ходе электорального процесса.

Партийные документы (стенограммы партийных съездов и конференций, программные документы и резолюции) позволяют судить о способах артикуляции политических интересов, о «повестке дня» различных избирательных кампаний.

Статистика экономического и социального уровня развития РФ, итоги переписей населения свидетельствуют о социокультурных чертах местных сообществ Дона и Кубани, открывают возможности межрегиональных и диахронных сравнений.

Итоги анкетных социологических исследований характеризуют динамику ценностей и ориентаций, установок электорального поведения граждан. Они позволяют выявить агрегацию политических лозунгов внутри социальных групп. В работе проведен вторичный анализ итогов анкетных опросов, осуществленных ВЦИОМ и «РОМИР-Мониторинг» за 2000-2009 гг. в городах Российской Федерации.

Научная новизна диссертационного исследования проявляется в следующем:

- дана авторская трактовка ориентаций электорального поведения, их компонентов и типов;

- обоснована методика анализа ориентаций электорального поведения на основе сравнения основных концепций современной политологии;

- выявлены особенности электорального поведения горожан в контексте социальных размежеваний;

- интерпретированы факторы ориентаций электорального поведения горожан Дона и Кубани в 1990 – 2000-х гг.;

- определены тенденции развития электоральных ориентаций горожан Ростовской области и Краснодарского края на федеральных выборах 1990 – 2000-х гг.;

- раскрыто развитие ориентаций электорального поведения горожан Дона и Кубани на региональных выборах.

Положения, выносимые на защиту:

1. Электоральные ориентации трактуются нами в качестве системы отношений индивидов и социальных групп к основным акторам конкуренции на выборах, предлагаемым политико-идеологическим программам развития общества. Электоральные ориентации – это важнейший регулятор электорального поведения, цели политических действий индивидов и групп как непосредственно в период избирательных кампаний, так и на протяжении всего межвыборного периода. Система электоральных ориентаций определяется как субъективно-объективный феномен. Объективной стороной формирования электоральных ориентаций можно назвать устойчивые политические ценности, идеи, предпочтения населения, существующие (в идеале) независимо от конкретной политической конъюнктуры и действующих претендентов. Субъективной стороной формирования электоральных ориентаций можно назвать конкретное «политическое предложение» среди действующих партий и кандидатов, вариативность выбора и деятельность претендентов по завоеванию поддержки избирателей. Систему электоральных ориентаций можно оценивать как условно объективную, если конъюнктура на выборах отражает политическую дифференциацию избирателей и претенденты (партии, кандидаты) пользуются высоким доверием. Система электоральных ориентаций приобретает условно субъективный характер, если конъюнктура предложения на выборах существенно отличается от политической дифференциации населения, претенденты не выражают политические ценности населения и не пользуются с его стороны высоким доверием. По идеологическим ориентациям электоральное поведение делится на консервативный, либеральный и коммунистический варианты.





2. Среди существующих концептуальных подходов наиболее перспективными в изучении электоральных ориентаций россиян в равной мере следует признать как социологическую, так и рационально-инструментальную модели. Если первая из них отражает объективный контекст формирования электоральных установок, то вторая соотносима с субъективным и индивидуальным контекстом. Плодотворно использование обоих этих подходов, их определенное «совмещение». Игнорирование одного из них может привести к одностороннему толкованию поведения избирателей. Тем не менее, очевидная зависимость электорального поведения российских избирателей от объективных социально-экономических факторов позволяет отметить некоторый приоритет социологической модели. Наименее перспективной для применения в изучении электоральных ориентаций россиян можно признать социально-психологическую концепцию. Феномен «партийной идентификации» избирателей не играет в современной России столь значительной роли, как в странах с устоявшейся партийной системой.

3. Анализ особенностей ориентаций электорального поведения горожан в российских регионах показывает относительную независимость поведения электората крупных городов России от окружающих региональных политических сообществ и углубляющемся разрыве между политическими предпочтениями жителей региональных центров и “периферии”. Поляризация между сельским и городским электоратом усилилась: сельский становится все более левым, городской – все более правым. Вместе с тем поляризуются и политические предпочтения городского населения России. Города “красного пояса” все больше сближаются по своим ориентациям с сельской глубинкой.

4. Факторы развития ориентаций электорального поведения в Ростовской области и Краснодарском крае наиболее объективно могут быть систематизированы в соответствии с моделью «воронки причинности». Долгосрочными факторами выступают исторические традиции городских сообществ, их геополитическое расположение, экономический и социальный потенциал, степень географической дифференциации между городами и сельской местностью. Выявлены политико-культурные лакуны Дона и Кубани в городских агломерациях – центрах политических инноваций. Установлены различия двух регионов: моноцентризм источников инноваций в Ростовской области и полицентризм – в Краснодарском крае. Краткосрочными факторами электоральных ориентаций горожан являются показатели социально-экономического развития местных сообществ, композиция высокостатусных субъектов политики, установки конструируемой региональной и локальной идентичности. Аргументируется гипотеза о том, что горожане Ростова – на – Дону являются носителями инновационного потенциала по отношению к другим сообществам двух регионов, а горожане менее крупных населенных пунктов проявляют адаптивный потенциал электоральных ориентаций. Вместе с тем, по мере унификации избирательных систем регионов и централизации ресурсов власти электоральные ориентации в крупных городах Дона и Кубани сближаются.

5. На материалах выборов Президента Российской Федерации и Государственной Думы РФ (1991-2008 гг.) установлены следующие тенденции электорального поведения горожан Ростовской области и Краснодарского края: снижение роли идеологических размежеваний по оси «социализм-либерализм» и рост размежеваний по оси «западничество-самобытность»; рост влияния рационально-экономических мотиваций голосования; снижение эффективного числа парламентских партий; персонификация образов политических институтов в массовом сознании.

Установлены социальные базы и пространственные ареалы поддержки основных партий и кандидатов на федеральных президентских выборах. Аргументируется сложносоставной тип электората партии «Единая Россия» и других парламентских партий страны на современном этапе развития электоральных процессов. Если в 1990-х гг. сегментация избирателей совершалась, прежде всего, по идеологическим мотивам, то с 1999 г. растет роль рационального «проблемного» голосования.

Выявлена многомерность электорального пространства Дона и Кубани. Размежевание «город-село» является ведущим по значению. Оно интегрирует соподчиненные размежевания: по образованию и уровню доходов, возрасту, профессиональному составу, «повестке дня» голосования.

6. В итоге сравнительного анализа ориентаций электорального поведения горожан Дона и Кубани на региональных выборах (законодательных собраний и высших должностных лиц субъектов федерации) установлена качественная разнородность электорального пространства. В Ростовской области 1990-х гг. политический режим носил лояльно-реформистский моноцентрический характер, тогда как в Краснодарском крае сложился моноцентрический режим во главе с контрэлитой. Раздел на зоны высокой и низкой электоральной управляемости географически связан с размежеваниями «город село», «центр периферия», «русские – полиэтничные территории». В зоне высокого административного контроля закрепились режимы с доминирующим актором. В зоне относительно конкурентного голосования сохраняются режимы, способные к демократической консолидации. Равновесие политических ресурсов федеральной власти и глав регионов, сложившееся в 2000 – 2002 гг., быстро меняется на доминирование федеральных органов власти в региональном пространстве. Уменьшается влияние на избирателей законодательной ветви власти, неправительственных организаций, оппозиционных партий. Происходит унификация избирательных систем регионов, политические эффекты этого процесса дают несоразмерные преимущества «партии власти» и инкумбентам. В этом же направлении действуют изменения законодательства: косвенный порядок выборов глав регионов, повышение заградительного барьера, переход от мажоритарных к смешанной избирательной системе на выборах региональных собраний, отмена графы «против всех» и нижнего порога явки на выборы. Вместе с тем, региональное многообразие электоральных ориентаций не исчезает, а получает с 2004 г. превращенные латентные формы.

Апробация научной работы. Основные аспекты работы изложены автором на следующих научно-практических конференциях: Всероссийской научно-практической конференции «Государственно-правовая система России: история и современность» (2006 г., г. Майкоп); Международной научной конференции «Новый политический цикл: повестка дня для России» (2008 г. Москва); Республиканской научно-практической конференции «Актуальные вопросы повышения правовой культуры и образования в сфере избирательного права и избирательного процесса» (2008 г., г. Майкоп); V Всероссийской научно-практической конференции «Власть и воздействие на массовое сознание» (г. Пенза, 2009 г.); Международной научной конференции «Проблемы глобальной политики и безопасности современной России» (г. Санкт-Петербург, 2009 г.); Региональной научно-практической конференции «Выборы как форма представительной демократии: вопросы теории и практики» (г. Рязань, 2009 г.); Международной научно-практической конференции «Местное самоуправление в России и Германии: история и современность (на примере Юга России)» (г. Ростов-на-Дону, 2010 г.).

Всего по теме исследования опубликовано 12 научных работ общим объемом 8,5 п.л. Из них 1 статья опубликована в ведущем рецензируемом журнале, рекомендованном Высшей аттестационной комиссией Минобрнауки РФ для апробации итогов диссертационных исследований.

Положения работы применены соискателем в учебном процессе ГОУ ВПО «Кубанский государственный университет» при проведении семинарских занятий по дисциплинам «Политическая регионалистика», «Политология».

Диссертация обсуждена и рекомендована к защите на заседании кафедры политологии и политического управления ГОУ ВПО «Кубанский государственный университет».

Структура работы: Исследование включает в себя введение, две главы, состоящие из 6 параграфов, заключения, библиографического списка и приложений. Структура диссертации реализует проблемно-логический принцип. Первая глава освещает теоретико-методологические аспекты проблемы, а вторая – прикладные на материалах городов Дона и Кубани. В приложениях представлены статистические итоги выборов, вопросник и программа самостоятельно проведенного экспертного опроса.

2.ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертации, характеризуется степень разработанности проблемы, определяется объект и предмет исследования, формируется его цель и задачи, излагается теоретико-методологическая основа, аргументирована научная новизна работы, представлены основные положения, выносимые на защиту, даётся характеристика её научной и практической значимости, оценивается степень апробации исследования, кратко описывается структура работы.

В первой главе диссертации «Теоретические основы исследования ориентаций электорального поведения горожан» дается авторская трактовка базовых категорий электоральных исследований: электорального поведения, его ориентаций, а также проведен сравнительный анализ основных концепций электорального поведения, установлены специфические черты голосования горожан в сравнении с сельскими жителями.

Первый параграф первой главы «Ориентации электорального поведения: сущность, основные компоненты и типология» посвящен определению смысла, структуры и основных вариантов ориентаций электорального поведения. Электоральное поведение рассматривается в системе более широких по смыслу категорий политической науки: политического поведения, политического участия, электорального процесса. Дана авторская трактовка понятия «электоральное поведение» как совокупности субъективно мотивированных действий и взаимодействий акторов политики, выражающих их ценности и ориентации в отношении института выборов, а также в отношении участников предвыборной конкуренции. К акторам политики, проявляющим электоральное поведение, относятся: индивиды, социальные общности, элиты, группы интересов, политические партии, общественные объединения, средства массовой информации.

Электоральные ориентации трактуются нами в качестве системы отношений индивидов и социальных групп к основным акторам конкуренции на выборах, предлагаемым политико-идеологическим программам развития общества. Электоральные ориентации – это важнейший регулятор электорального поведения, цели политических действий индивидов и групп как непосредственно в период избирательных кампаний, так и на протяжении всего межвыборного периода.

Система электоральных ориентаций определяется как субъективно-объективный феномен. Объективной стороной формирования электоральных ориентаций можно назвать устойчивые политические ценности, идеи, предпочтения населения, существующие (в идеале) независимо от конкретной политической конъюнктуры и действующих претендентов. Субъективной стороной формирования электоральных ориентаций можно назвать конкретное «политическое предложение» среди действующих партий и кандидатов, вариативность выбора и деятельность претендентов по завоеванию поддержки избирателей. Систему электоральных ориентаций можно оценивать как условно объективную, если конъюнктура на выборах отражает политическую дифференциацию избирателей и претенденты (партии, кандидаты) пользуются высоким доверием. Система электоральных ориентаций приобретает условно субъективный характер, если конъюнктура предложения на выборах существенно отличается от политической дифференциации населения, претенденты не выражают политические ценности населения и не пользуются с его стороны высоким доверием. По идеологическим ориентациям электоральное поведение делится на консервативный, либеральный и коммунистический варианты.

Структура ориентаций электорального поведения включает в себя следующие элементы: ценности акторов политики, их ориентации в политическом пространстве, установки электорального действия, стереотипы поведения. Доказывается, что ориентации электорального поведения не могут быть сведены к краткосрочным представлениям граждан о кандидатах на очередных выборах. Ориентации являются сложной системой, в которой сочетаются долгосрочные ценностные комплексы, рационально-осознаваемые мотивы поведения и эмоционально-аффективные мотивы.

Ориентации электорального поведения следует рассматривать в многомерной системе координат. Совершенствуя модель Г. Китчелта, целесообразно предложить такие оси позиционирования электоральных ориентаций, как: либерализм – коммунизм, космополитизм – национализм, субсидиарность – этатизм. При этом в нашем исследовании отстаивается дедуктивный принцип построения системы электоральных ориентаций для каждого современного общества. Удельный вес каждого из предложенных измерений электоральных ориентаций динамично меняется от страны к стране, он зависит от соотношения типов политической культуры и социально-экономической ситуации.

Факторы электорального поведения типологизированы по степени долгосрочности, сфере проявления, устойчивости. К основным группам факторов отнесены: социокультурные (ценности, ориентации и установки политической культуры); социально-экономические (уровень доходов регионального сообщества и индивидов, степень стратификации, возрастной и половой состав избирателей, степень урбанизации); политико-институциональные (строение органов государственной власти, влияние политических партий, тип избирательной системы).

Во втором параграфе первой главы «Сравнительный анализ концепций электорального поведения в современной политической науке» сопоставляются основные подходы к электоральному поведению с целью выявить их эвристические возможности. Изложена авторская трактовка трех преобладающих концепций электорального поведения: социологической, социально-психологической и экономической (инструменталистской).

В области электоральных исследований необходимо выделить три главных методологических направления: социологическое (С. Липсет, С. Роккан, П. Лазарсфельд, Б. Берельсон, М. Харроп, У. Миллер, Дж. Крамер), социально-психологическое (Э. Кемпбелл, Г. Китчелт, Ф. Конверс, Д. Батлер, Д. Стокс, М. Дженнингс), экономическое (Э. Даунс, М. Фиорина, Й. Шумпетер, М. Хинич, М. Мангер). Их представители делают акцент на различных базовых факторах формирования электорального поведения: социальных и демографических параметрах; политической идентификации; рациональном расчете.

Важную роль в развитии социологической концепции электорального поведения сыграла теория С.М. Липсета и С. Роккана, в которой была обоснована «генетическая модель» формирования партийных систем и соответствующих им структур избирательских предпочтений на Западе. Липсет и Роккан выделили четыре вида конфликтов, оказавших особенно серьёзное воздействие на электоральное поведение: между центром и периферией, государством и церковью, городом и селом, собственниками и рабочими. Каждый из этих конфликтов создает “размежевание”(cleavage) в обществе, определяющий структурирование поддержки партий и кандидатов. Все представители социологической концепции исходят из предположения, что социальная принадлежность избирателей к группам и статусные диспозиции обуславливают электоральные ориентации. Избиратель идентифицирует себя с реальными социальными общностями и совершает выбор в соответствии с групповой солидарностью. Вместе с тем, сторонники социологической концепции (например, А. Реммеле) уточняют, что в каждом обществе набор базовых размежеваний, их удельный вес и конфигурация неповторимы. Следовательно, в анализе электоральных ориентаций полезно идти от эмпирических случаев к теоретическим обобщениям, а не наоборот.

Социально-психологическая концепция электорального поведения (ярко выраженная в коллективной работе «Американский избиратель» под редакцией Э. Кэмпбелла) предполагает, что электоральные ориентации складываются на основе и вследствие неповторимого жизненного опыта индивидов. Избиратели выражают приверженность партии, идеологическому течению или лидеру во многом эмоционально и неосознанно. Электоральные ориентации, по мнению современных представителей данной концепции (А. Вилдавски, Н. Полсби, Д. Стоуна) формируются задолго до того, как субъекты политики концептуально выразят свои программы. Таким образом, избиратели ориентируются не столько в реальном политическом пространстве, сколько в пространстве своих ментальных представлений об идеальной политике, формируемом на стадии ранней социализации.

Экономическая концепция электорального поведения неоднородна. В ее рамках мы выделяем такие школы, как теория рационального выбора (Й. Шумпетер, Э. Даунс и др.), теория неопределенности (П. Ордешук, М. Хинич, М. Мангер). Представители первой из них считают, что избиратели и кандидаты отстаивают личные интересы, взвешивают издержки и выгоды своего позиционирования на электоральном рынке. Теория неопределенности идет еще дальше в снижении роли идеологических и ценностных ориентаций избирателей. Ее сторонники полагают, что избиратели не стремятся получить подробную и аргументированную информацию о субъектах предвыборной борьбы. Поэтому конкуренция идет вокруг позиционирования «инкумбент-оппозиционер». Рациональной для победы является стратегия неопределенных позиций кандидатов (партий), избирающих прагматичные ориентации с целью добиться максимальной поддержки.

Среди существующих концепций наиболее перспективными в изучении электоральных ориентаций россиян в равной мере следует признать как социологическую, так и рационально-инструментальную модели. Если первая из них отражает объективный контекст формирования электоральных установок, то вторая соотносима с субъективным и индивидуальным контекстом. Плодотворно использование обоих этих подходов, их определенное «совмещение». Игнорирование одного из них может привести к одностороннему толкованию поведения избирателей. Тем не менее, очевидная зависимость электорального поведения российских избирателей от объективных социально-экономических факторов позволяет отметить некоторый приоритет социологической модели. Наименее перспективной для применения в изучении электоральных ориентаций россиян можно признать социально-психологическую концепцию.Феномен «партийной идентификации» избирателей не играет в современной России столь значительной роли, как в странах с устоявшейся партийной системой. Предпочтение в пользу социологической концепции можно сделать при анализе федеральных выборов, особенно на интервале 1990-х гг., когда ориентации россиян носили ярко идеологизированный характер. Рационально-инструментальная концепция более полезна в отношении региональных и местных выборов, а также кампаний 2000-х гг.

Третий параграф первой главы «Ориентации электорального поведения горожан в контексте теории социальных размежеваний» посвящен выяснению специфики электоральных ориентаций горожан как политического сообщества на материалах современной России.

Несмотря на кажущиеся неустойчивость и непредсказуемость вектора изменения поддержки ведущих электоральных акторов, структура электорального пространства и распределение политических субъектов, принадлежащих к ключевым сегментам политико-идеологического спектра, в целом остается стабильной. Это обусловлено относительным постоянством состава социально-демографических групп, которые, собственно, и являются воплощением политико-идеологического размежевания в обществе. Речь идет о расколе между “сильными” и “слабыми”: между группами приспособившихся к жизни в условиях формирующегося конкурентного общества “открытого” типа, и теми, кто не выдерживает конкуренции. В первом, самом общем “приближении” указанное размежевание актуализируется в положенном в фундамент данной работы крупнейшем “кливаже” социокультурного пространства России: “город — село”.

Для электорального поведения горожан характерна известная самостоятельность в принятии решений, сельским же жителям свойственны конформизм и неспособность противостоять манипулятивным воздействиям со стороны властных структур. В наибольшей степени это различие проявляется в регионах, где задействован такой ресурс, как этническая мобилизация. “Ответом” городских избирателей на подобные попытки повлиять на их выбор зачастую становится протестное голосование против инициирующего их политического субъекта (так было не только в республиканских центрах, но и в некоторых крупных городах “русских” краев и областей, где наблюдалась положительная динамика голосования за КПРФ).

Отмеченное сближение “красного” и “синего” политических пространств (увеличение поддержки левых в городах “демократически” настроенных регионов и снижение ее в аграрных и сельских районах) стало результатом воздействия манипулятивных технологий и административного давления, просто на разные социальные группы они оказали противоположный эффект. При этом по-прежнему сохраняется (в абсолютном выражении) преобладание поддержки на селе “левых” и “национал-патриотов”, а в городах — реформаторских сил.

Ядра “левого” и “правого” электоратов чрезвычайно стабильны в своих политических предпочтениях. Фактор принадлежности к одной из этих электоральных субкультур является для их представителей главенствующим, оттесняя на второй план даже уровень социально-экономического благополучия (при сохранении дифференцирующей силы фактора политической позиции местной власти, с разным электоральным эффектом для обеих групп). Главным объектом предвыборной агитации выступает “центристский” деидеологизированный сегмент электорального пространства — в связи с “незаконченностью”, невыраженностью социально-демографического “облика” данной группы. Портрет такого избирателя эклектично сочетает в себе черты обоих полюсов размежевания, возникшего в посткоммунистическом обществе (“сильных” и “слабых” социальных групп). Именно такой избиратель, находящийся в поиске собственной социальной и идеологической идентичности, становится легкой добычей PR-технологов.

Оппозиция “город — село”, будучи самым первым научным приближением к проблеме “сильных” и “слабых” групп в модернизирующемся обществе, естественно, не может объяснить все варианты поведения избирателей. Для повышения качества анализа необходимо привлечь к рассмотрению и другие социально-демографические характеристики. Чтобы реализовать эту исследовательскую задачу, следует создать статистическую базу, сочетающую социально-экономическую и электоральную статистику на уровне хотя бы избирательных округов.

Специфика проявления электоральных расколов на Юге России заключается в следующем:

1) отсутствие в макрорегионе крупного центра электорального пространства всего макрорегиона. Весь Юг России выступает электоральной периферией по отношению к общероссийским центрам, в рамках каждого субъекта федерации Юга электоральное пространство структурируется по модели «центр-периферия». При этом сам Юг России как единый объект такого общего межрегионального электорального центра не имеет. Наиболее близкий к этой роли город Ростов-на-Дону является электоральным центром регионального, а не межрегионального масштаба. Как следствие, электоральное пространство Юга России как единое целое не может быть интерпретировано как система «центр-периферия».

2) региональные электоральные «центры» на Юге России существенно отличаются по поведению избирателей от общероссийских центров. По отношению к последним они могут рассматриваться как периферия. В частности, это выражается в гораздо меньшем уровне поддержки либеральных политиков.

3) исключительная острота электоральных расколов. Ярчайшие различия между северокавказскими республиками и «территориальными» субъектами федерации (области, края) практически разрушают единое электоральное пространство Юга России. Так же очень велики размежевания и на субрегиональном уровне. Хотя считается, что на Юге России города испытывают большее влияние села (по сравнению с Севером), различия результатов голосований жителей региональных центров и сельских районов очень велики.

Анализ особенностей ориентаций электорального поведения горожан в российских регионах показывает относительную независимость поведения электората крупных городов России от окружающих региональных политических сообществ и углубляющемся разрыве между политическими предпочтениями жителей региональных центров и “периферии”. Поляризация между сельским и городским электоратом усилилась: сельский становится все более левым, городской – все более правым. Вместе с тем поляризуются и политические предпочтения городского населения России. Города “красного пояса” все больше сближаются по своим ориентациям с сельской глубинкой.

Вторая глава диссертации «Развитие ориентаций электорального поведения горожан в постсоветской России (на материалах Ростовской области и Краснодарского края)» состоит из трех параграфов. Она содержит итоги прикладного исследования динамики электоральных ориентаций горожан в двух сравниваемых субъектах федерации. Структура второй главы учитывает качественные различия электоральных ориентаций на федеральных президентских, парламентских и региональных выборах.

В первом параграфе второй главы «Долгосрочные факторы ориентаций электорального поведения горожан Дона и Кубани» рассмотрены и интерпретированы детерминанты электоральных ориентаций в сравнении двух региональных сообществ.

Политико-культурные ориентации граждан и социальных групп являются важным элементом электорального поведения. Концепт политической культуры позволяет глубже исследовать мотивацию электорального поведения граждан и институтов, выявить причины множества конфликтов, которые невозможно было бы объяснить, опираясь на традиционные для политики причины: борьбу за власть, перераспределение ресурсов и т.д. На основе изучения национальной политической традиции, истории и культуры страны возможен прогноз динамики предпочтения россиян на долгосрочный период.

Сравнительный анализ мотиваций электорального поведения горожан в российских регионах показал углубляющийся разрыв между политическими предпочтениями жителей региональных центров и “периферии”. Поляризация между сельским и городским электоратом усилилась: сельский становится все более левым, городской – все более правым. Вместе с тем поляризуются и политические предпочтения городского населения России. Города “красного пояса” все больше сближаются по своим ориентациям с сельской глубинкой.

Региональная политическая культура в значительной степени влияет на электоральное поведение горожан Краснодарского края. Она прошла длительный и сложный путь эволюции, под воздействием комплекса специфических факторов. Кубань обладает некоторыми особенностями, выделяющими ее из ряда других субъектов РФ, - уникальные географическое положение и климат, своеобразный менталитет населения, стратегия и тактика губернатора, определяющие сегодня многие черты политического процесса в регионе. Городской электорат Дона и Кубани на протяжении минувшего пятнадцатилетия демонстрировал устойчивость в предпочтениях и был последователен в их отстаивании. Вопреки расхожему представлению о регионе «красного пояса» и, следовательно, оплоте прокоммунистических сил, его городские жители выступают скорее сторонниками центристских и умеренно-либеральных ценностей, что подтвердили выборы последних лет.

Факторы развития ориентаций электорального поведения в Ростовской области и Краснодарском крае наиболее объективно могут быть систематизированы в соответствии с моделью «воронки причинности». Долгосрочными факторами выступают исторические традиции городских сообществ, их геополитическое расположение, экономический и социальный потенциал, степень географической дифференциации между городами и сельской местностью. Выявлены политико-культурные лакуны Дона и Кубани в городских агломерациях – центрах политических инноваций. Установлены различия двух регионов: моноцентризм источников инноваций в Ростовской области и полицентризм – в Краснодарском крае. Краткосрочными факторами электоральных ориентаций горожан являются показатели социально-экономического развития местных сообществ, композиция высокостатусных субъектов политики, установки конструируемой региональной и локальной идентичности. Аргументируется гипотеза о том, что горожане Ростова – на – Дону являются носителями инновационного потенциала по отношению к другим сообществам двух регионов, а горожане менее крупных населенных пунктов проявляют адаптивный потенциал электоральных ориентаций. Вместе с тем, по мере унификации избирательных систем регионов и централизации ресурсов власти электоральные ориентации в крупных городах Дона и Кубани сближаются.

Раскол электорального поведения по линии «город-село» по сравнению с 1990-ми годами сохранился, но, при этом, значительно изменил свое значение. Трансформация политической системы, произошедшая в 2000-е гг., изменила роль субъектов политической борьбы и роль самого урбанистического фактора. С конца 1980-х гг. город считался электоральной основой либералов и центристов, село – электоральной основой левой и державно-патриотической оппозицией. В 2000-е гг. город остается электоральной основой либералов, остальное меняется. Город превращается в главную основу левой оппозиции (не только «новых левых», но и традиционных – КПРФ) и державно-патриотической оппозиции. Село становится главной электоральной основой центристской партии власти.

Хотя содержание урбанистического раскола меняется едва ли не на противоположное, сами «пропорции» этого раскола, которые можно измерить количественно, остаются по-прежнему масштабными. Данный материал позволяет подчеркнуть растущую дифференциацию в российской обществе по линии «город-деревня», отражаемую в контексте электорального поведения.

Также можно выдвинуть предположение относительно изменившейся структуры политических предпочтений городского населения. На протяжении многих десятилетий политической истории России именно город был носителем инноваций, определявших политическое развитие страны. Опора современной партии власти в большей степени на сельских избирателей противоречит этой тенденции.

Второй параграф второй главы «Тенденции развития электоральных ориентаций горожан Ростовской области и Краснодарского края на федеральных выборах 1990-2000-х гг.» посвящен сравнительному анализу развития электоральных ориентаций горожан на выборах Президента РФ и Государственной Думы РФ по двум регионам.

На материалах выборов Президента Российской Федерации и Государственной Думы РФ (1991-2008 гг.) установлены следующие закономерности электорального поведения в условиях трансформаций политической системы страны: снижение роли идеологических размежеваний по оси «социализм-либерализм» и рост размежеваний по оси «западничество-самобытность»; рост влияния рационально-экономических мотиваций голосования; снижение эффективного числа парламентских партий; персонификация образов политических институтов в массовом сознании.

Установлены социальные базы и пространственные ареалы поддержки основных партий и кандидатов на федеральных президентских выборах. Аргументируется сложносоставной тип электората партии «Единая Россия» и других парламентских партий страны на современном этапе развития электоральных процессов. Если в 1990-х гг. сегментация избирателей совершалась, прежде всего, по идеологическим мотивам, то с 1999 г. растет роль рационального «проблемного» голосования.

Выявлена многомерность электорального пространства России. Размежевание «город-село» является ведущим по значению. Оно интегрирует соподчиненные размежевания: по образованию и уровню доходов, возрасту, профессиональному составу, «повестке дня» голосования.

Итак, анализ пространственных факторов голосований на всероссийских выборах выявил многомерность «ландшафта» регионов. В подтверждение центр периферийного подхода важнейший раскол пространства по оси «городсело». Он вбирает в себя соподчиненные расколы: по уровню доходов и образования, по возрасту. Также значим водораздел между регионами с преобладанием восточнославянских этносов и «титульных» народов (республиками). В последних электоральная управляемость граждан значительно выше. Важен, хотя сильно «потерял в весе» раскол на «демократический Север» и «консервативный Юг». С 1999 г. возросла значимость раскола «западвосток» в связи с депопуляцией в Азиатской части России. Раскол «либерализмкоммунизм» потерял с 1999 г. главенство в мотивах выбора. Ныне российское пространство, скорее, тройственно по идеологии: «центристский консерватизмкоммунизмлиберализм».

Факторы голосования взаимодействуют, накладываются друг на друга. Объяснительная модель голосования может быть построена на основе корреляционного анализа факторов, сравнения картографии выборов по каждому из основных измерений.

На материалах выборов Президента Российской Федерации и Государственной Думы РФ (1991-2008 гг.) установлены следующие тенденции электорального поведения горожан Ростовской области и Краснодарского края: снижение роли идеологических размежеваний по оси «социализм-либерализм» и рост размежеваний по оси «западничество-самобытность»; рост влияния рационально-экономических мотиваций голосования; снижение эффективного числа парламентских партий; персонификация образов политических институтов в массовом сознании.

Установлены социальные базы и пространственные ареалы поддержки основных партий и кандидатов на федеральных президентских выборах. Аргументируется сложносоставной тип электората партии «Единая Россия» и других парламентских партий страны на современном этапе развития электоральных процессов. Если в 1990-х гг. сегментация избирателей совершалась, прежде всего, по идеологическим мотивам, то с 1999 г. растет роль рационального «проблемного» голосования.

Выявлена многомерность электорального пространства Дона и Кубани. Размежевание «город-село» является ведущим по значению. Оно интегрирует соподчиненные размежевания: по образованию и уровню доходов, возрасту, профессиональному составу, «повестке дня» голосования.

В третьем параграфе второй главы «Сравнительный анализ ориентаций электорального поведения горожан Дона и Кубани на региональных выборах» выявлены общие черты и особенности электоральных ориентаций горожан на выборах высших должностных лиц субъектов федерации (1996-2004 гг.) и законодательных собраний (1994-2008 гг.).

Роль выборов глав регионов в мотивах электорального поведения в России достаточно высока в сравнении с парламентскими. Баланс ветвей власти в субъектах Российской Федерации весомо смещён в пользу исполнительной ветви как институционального, так и на уровне неформальных практик. Губернатор вправе определять «повестку дня» общественного мнения; влиять на распределение предпочтений электората; предоставлять региональным элитам государственные ресурсы в обмен на лояльность; он более известен избирателям, чем претенденты, по деловым и личным качествам. То есть, инкумбент получает на губернаторских выборах преимущества, если итоги его курса не провальны.

Со своей стороны, электорат России склонен воспринимать глав регионов как «хозяина», ответственного за все жизненные процессы и повседневные проблемы. Уровень доверия граждан институту губернаторства на порядок выше, чем региональным собраниям, отделениям партий, неправительственным организациям. Персонифицированное восприятие власти повышает явку на губернаторские выборы (в сравнении с выборами региональных собраний) делает мотивы поддержки кандидатов в главы регионов надпартийными (по модели «проблемного голосования»). До вступления в силу Федерального закона РФ «О политических партиях» и губернаторы не имели достаточных стимулов состоять в партиях.

Избрание Президентом РФ В.В. Путина (2000 г.) и последовавшая федеральная реформа качественно изменили статус главы региона. Из полновластного «хозяина» обособленного режима губернатор стал постепенно превращаться в исполнителя воли федеральной власти, способного лишь на осторожную фронду. Резко сократились автономные ресурсы влияния губернаторов. С лета 2003 г. набирает силу процесс их вступления в партию «Единая Россия».

Роль губернаторов радикально меняется с отменой прямых выборов (декабрь 2004 г.). Отныне электорат может влиять на состав рекомендуемых кандидатов в главы лишь косвенно: петициями, демонстрациями, в итогах социологических опросов. Формирование корпуса высших должностных лиц становится непубличным, внутриэлитным, малоконкурентным.

Вместе с тем анализ назначений губернаторов (2005 –2010 гг.) нецелесообразно изолировать от исследований электорального поведения. Поддержка или оппозиция граждан главе региона проявляется в иных избирательных кампаниях: общероссийских, муниципальных, на выборах региональных собраний. В совокупности, как и степень эффективности управлением регионом, эти факторы влияют на сохранение губернатором должности.

Изучена специфика губернаторских кампаний 1990-2005 гг. Отмечена роль постепенного введения выборов глав регионов в 1990-1996 гг., что усилило асимметрию статусов и ресурсов регионов. В первом электоральном цикле 1990-1994 гг. выборы оставались привилегией, даруемой по воле Президента РФ в основном республикам и столичным городам. Сложился плюрализм избирательных систем в регионах по губернаторским и парламентским кампаниям. Постепенно преобладание получила мажоритарная система относительного большинства, связанная с президенсиалистской моделью статуса глав регионов.

Второй и третий электоральный циклы (1995-2001 гг.) отмечены переходом от назначений к прямым альтернативным выборам глав регионов, что способствовало консолидации региональных режимов и повышало их легитимность. «Губернаторские» кампании данного периода отмечены жесткой поляризацией электората по оси «коммунизм-либерализм», хотя уровень формальной партийности глав регионов оставался низким (15-20 %). Типология губернаторских выборов может быть проведена по критериям: степени конкурентности, консолидированности региональных элит; эффективному числу кандидатов; удельному весу побед инкумбентов.

В третьем и четвертом циклах (1998-2005 гг.) главным конфликтом стала борьба корпоративных бизнес-групп, а раскол «коммунисты-либералы» отошел на второй план. С 2000г. возросла роль новых акторов избирательного процесса: полпредов Президента РФ по федеральным округам, правоохранительных и «силовых» органов власти. Электоральное поведение избирателей в данном цикле характеризуется ростом абсентеизма и голосования «против всех», преобладанием прагматических мотиваций. Одновременно шла консолидация региональных правящих элит на основе «пакта лояльности» В.В. Путину и новым федеральным элитам.

Отмена прямых выборов глав регионов (осень 2004 г.) вызвала коммуникативные эффекты отчуждения электората от политики, повысила статус выборов региональных парламентов и органов местного самоуправления. Косвенный порядок выборов соответствует модели государственного корпоративизма и обмену ресурсами власти в рамках «сообщества элит».

Отмечается сравнительно низкая популярность региональных парламентских выборов. Причины тому – слабые полномочия региональных собраний, институциональная неразвитость партийных фракций и конкурентного законодательного процесса во многих парламентах. Плюрализм избирательных систем (до лета 2003 г.) облегчал административным элитам контроль над электоральными ориентациями. Наиболее распространена была мажоритарная система, препятствовавшая развитию партийных фракций в парламентах. Напротив, преимущества получали кандидаты от региональных «партий власти», коммунисты либо внепартийные бизнесмены. Слабы были политико-культурные мотивы закрепления партий в региональных собраниях. Вследствие патриархальной или подданнической политических культур граждане часто поддерживают харизматических лидеров либо участников политико-административных элит, а не представителей гражданского общества.

Переход с 2003 г. к смешанной избирательной системе на выборах региональных парламентов вызвал следующие эффекты:

- повышение интереса избирателей к региональным собраниям;

- оживление сети региональных отделений всероссийских пратий, рост их ресурсов и статуса;

- повышение компетентности и процедурной автономности законодательных собраний;

- рост конкуренции на парламентских выборах;

- устранение асимметрии избирательных систем, в т.ч. неравенства размеров округов, многомандатных и корпоративных округов, хаотичных ритмов кампаний:

- поглощение региональных и этнических политических объединений сетями общероссийских партий по модели «навязанного перехода».

Вместе с тем смешанная избирательная система сама по себе не обеспечивает консолидацию демократии, может использоваться в интересах доминирующих партий и элит. Итоги региональных парламентских выборов (2006-2010 гг.) подтверждают, что электорат сохраняет плюрализм ориентаций в местных сообществах, где диверсифицирована экономическая структура, легитимирован плюрализм элит, укоренились элементы гражданской политической культуры. И напротив, однородные ориентации укоренились в местностях с моноструктурой экономики,интегрированными элитами.

В итоге сравнительного анализа ориентаций электорального поведения горожан Дона и Кубани на региональных выборах (законодательных собраний и высших должностных лиц субъектов федерации) установлена качественная разнородность электорального пространства. В Ростовской области 1990-х гг. политический режим носил лояльно-реформистский моноцентрический характер, тогда как в Краснодарском крае сложился моноцентрический режим во главе с контрэлитой. Раздел на зоны высокой и низкой электоральной управляемости географически связан с размежеваниями «город село», «центр периферия», «русские – полиэтничные территории». В зоне высокого административного контроля закрепились режимы с доминирующим актором. В зоне относительно конкурентного голосования сохраняются режимы, способные к демократической консолидации. Равновесие политических ресурсов федеральной власти и глав регионов, сложившееся в 2000 – 2002 гг., быстро меняется на доминирование федеральных органов власти в региональном пространстве. Уменьшается влияние на избирателей законодательной ветви власти, неправительственных организаций, оппозиционных партий. Происходит унификация избирательных систем регионов, политические эффекты этого процесса дают несоразмерные преимущества «партии власти» и инкумбентам. В этом же направлении действуют изменения законодательства: косвенный порядок выборов глав регионов, повышение заградительного барьера, переход от мажоритарных к смешанной избирательной системе на выборах региональных собраний, отмена графы «против всех» и нижнего порога явки на выборы. Вместе с тем, региональное многообразие электоральных ориентаций не исчезает, а получает с 2004 г. превращенные латентные формы.

В заключении подведены итоги диссертационного исследования, предложены рекомендации для акторов политического процесса и высших учебных заведений.

Двадцатилетний опыт электорального поведения на конкурентных выборах в Ростовской области и Краснодарском крае доказывает, что избиратели – горожане отличаются сниженной активностью, чаще поддерживают оппозиционных кандидатов и партии, более склонны к протестному голосованию, нежели сельские жители. Это требует от субъектов электорального процесса наладить постоянный мониторинг электоральных ориентаций горожан, вести адресную агитационно-пропагандистскую работу по повышению мотиваций участия в выборах.

Повышение электоральной активности избирателей – горожан требует от органов государственной власти и местного самоуправления, избирательных комиссий, политических партий целенаправленной деятельности по формированию позитивных мотиваций участия в выборах.

Поддерживаем законодательную инициативу Президента Российской Федерации Д.А. Медведева о снижении заградительных барьеров на выборах Государственной Думы РФ и законодательных собраний субъектов федерации, о предоставлении малым партиям институциональной возможности выражать свое мнение в законодательных (представительных) органах власти. Полагаем, что на региональных выборах целесообразно сохранять смешанную избирательную систему в пропорции партийных и одномандатных списков 1:1.

Эффективность данной деятельности зависит от конструктивного взаимодействия избирательных комиссий с органами государственной власти и органами местного самоуправления, муниципальными органами образования, высшими и общеобразовательными учреждениями, общественными объединениями, политическими экспертами и практиками в области избирательного процесса.

Рекомендуем избирательным комиссиям систематически обновлять на своих сайтах информацию о реализации образовательных программ повышения электоральной культуры.

Предлагается регулярно проводить краткосрочные курсы повышения квалификации учителей общественных дисциплин и преподавателей высших учебных заведений по дисциплинам «Политический менеджмент», «Электоральное поведение и избирательный процесс».

Органы управления образованием муниципальных районов и городских округов призваны организовать активное взаимодействие с территориальными избирательными комиссиями для организации постоянно действующих семинаров учителей по вопросам повышения культуры электоральной активности.

Необходимо в сфере высшего образования:

  • ввести для студентов гуманитарных направлений обучения спецкурс «Электоральное поведение и электоральный процесс в Российской Федерации»;
  • наладить регулярное проведение научно-практических конференций, семинаров, деловых игр и круглых столов участников избирательных кампаний;
  • оказывать помощь аспирантам и студентам вузов по участию их в конкурсе среди студентов и аспирантов высших учебных заведений Российской Федерации на лучшую работу по вопросам избирательного права и избирательного процесса, организуемом ежегодно Центральной избирательной комиссией Российской Федерации.

Основные положения диссертационного исследования отражены в 12 публикациях автора общим объемом 11,9 п.л.:

Статья, опубликованная в ведущем рецензируемом журнале, рекомендованном Высшей аттестационной комиссией Минобрнауки РФ

1. Топорова С.В. Мотивации электорального поведения горожан Краснодара и Сочи (по результатам экспертного опроса) // Каспийский регион: политика, экономика, культура. - Астрахань, 2008.-№1(14).-С.64-69 (0,4 п.л.).

Иные публикации

2. Топорова С.В. Мотивации электорального поведения горожан Краснодарского края (политико-культурный аспект): научное издание/ С.В. Топорова.- Ставрополь: ООО «Базис», 2006.- 104 с. (8,4 п.л.).

3. Топорова С.В. Мотив как объект политического анализа // Новый политический цикл: повестка дня для России. Междунар. науч. конф. Тезисы докл. Москва, 5-6 дек. 2008 г. – М.: Российская ассоциация политической науки, 2008. – С. 258-259 (0,2 п.л.).

4. Топорова С.В. Стереотипы и ориентации общественного сознания россиян (политический аспект) // Государственно-правовая система России: история и современность. Материалы Всеросс. науч.-практ. конф. (2 ноября 2006 г.). – Майкоп: Изд-во ООО «Аякс», 2006. – С. 212-215 (0,3 п.л.).

5. Топорова С.В. Мотивации электорального поведения: основы теоретического анализа // Реформирование образовательной системы (регионоведческий анализ): сборник научных статей.- Ставрополь: ООО «Базис», 2006.- С. 297-308 (0,7 п.л.).

6. Топорова С.В. Социологическое сопровождение избирательных компаний // Актуальные вопросы повышения правовой культуры и образования в сфере избирательного права и избирательного процесса: Материалы Республ. науч.-практ. конф. (28 ноября 2008 г.). – Майкоп: Изд-во Адыг. гос. ун-та, 2008. – С. 103-105 (0,2 п.л.).

7. Топорова С.В. Мотив как объект политического анализа // Новый политический цикл: повестка дня для России. Междунар. науч. конф. Тезисы докладов. Москва, 5-6 дек. 2008 г. – М.: Российская ассоциация политической науки, 2008. – С. 258-259 (0,2 п.л.).

8. Топорова С.В. Политические предпочтения избирателей на выборах // Власть и воздействие на массовое сознание: сборник статей V Всероссийской научно-практической конференции.– Пенза: Изд-во Пенз. гос. сельскохоз. акад., 2009. С.140-142 (0,2 п.л.).

9. Топорова С.В. Влияние региональной политической культуры Кубани на электоральное поведение горожан // Проблемы глобальной политики и безопасности современной России: материалы междунар. науч. конф. Санкт-Петербург, 28-29 мая 2009 г. - СПб.: Изд-во Балт. гос. техн. ун-та, 2009. -Ч.1. - С.135-138 (0,2 п.л.).

10. Топорова С.В. Эмпирические методы анализа электорального поведения // Выборы как форма представительной демократии: вопросы теории и практики: Сборник статей III регионал. науч.-практ. конф.– Рязань, 2009. – С. 72-78 (0,5 п.л.).

11. Топорова С.В.Мотивационные факторы электорального поведения (теоретический аспект) //Актуальные проблемы социогуманитарного знания: сборник науч. трудов. - Ставрополь: ООО «Бюро новостей», 2009. - Вып. XIX. - С.106-109 (0,4 п.л.).

12. Топорова С.В.Муниципальные выборы в РФ: влияние политико-культурных факторов (на материалах Краснодарского края) / С.В. Топорова, А.В. Баранов // Местное самоуправление в России и Германии: история и современность. Материалы междунар. науч.-практ. конф.(г. Ростов-на-Дону,

3 апр. 2010г.). - Ростов-н/Д, 2010. - С.437-440 (0,3/0,2 п.л.).

Топорова Светлана Викторовна

ОРИЕНТАЦИИ ЭЛЕКТОРАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ ГОРОЖАН В ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ

(ПО МАТЕРИАЛАМ ДОНА И КУБАНИ)

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата политических наук

Подписано в печать __.11.2010. Печать трафаретная.

Формат 60x84 1/16. Бумага___________. Гарнитура ___________.

Уч.-изд.л. ___. Уч.печ.л.____. Тираж 100 экз. Заказ №____.

ГОУ ВПО «Кубанский государственный университет».

350040, г. Краснодар, ул. Ставропольская, 149

Отпечатано в типографии ЦУПРМС

350040, г. Краснодар, ул. Ставропольская, 149


[1] Липсет С.М., Роккан С. Структуры размежеваний, партийные системы и предпочтения избирателей // Партии и выборы: Хрестоматия. - М., 2004. - Ч.1. - С. 49-81.

[2] Campbell A., Converse P., Miller W., Stokes D. The American Voter. N.Y., 1960.

[3] Цит.по: Мелешкина Е.Ю. Исследования электорального поведения: Теоретические модели и проблемы их применения // Партии и выборы: Хрестоматия. - М., 2004. - Ч.1. - С. 104-122.

[4] Липсет С.М., Роккан С. Структуры размежеваний, партийные системы и предпочтения избирателей // Партии и выборы: Хрестоматия. - М., 2004. - Ч.1. - С. 49-81.

[5] Шилз Э. Общество и общества: макросоциологический подход // Американская социология: перспективы, проблемы, методы. - М., 1972. - С.35.

[6] Алмонд Г.А., Верба С. Гражданская культура и стабильная демократия // Полис. - 1992. №4. С.45-60.

[7] Афанасьев М.Н. Поведение избирателей и электоральная политика в России // Полис. 1995. №3; Гимпельсон В., Чугров С. Модели электорального поведения российских регионов // Мировая экономика и международные отношения. 1995. №4; Туманов С.В., Бурыкин И.Г. Электорат России в 1993 году // Социс. 1995. №9; Холодковский К.Г. Парламентские выборы 1999 года и партийное структурирование российского общества // Полис. 2000. №2; Клямкин И.М. Российское общество: ценности и приоритеты // Полис. 1993. №6; Левчик Д.А. Основные элементы актуализации имиджа кандидата в депутаты в ходе подготовки и проведения избирательной кампании // Вестник Моск. ун-та. Серия 12. Политические науки. 1995. №3; Ковлер А.И. Избирательные технологии: российский и зарубежный опыт. М., 1995.

[8] Шевченко Ю.Д. Поведение избирателей в России: Основные подходы // Выборы в посткоммунистических обществах: Пробл.-темат. сб. М., 2000; Комаровский В.С. Демократия и выборы в России: теория и история вопроса // Социс. 1996. №6; Голосов Г.В. Поведение избирателей в России: теоретические перспективы и результаты региональных выборов // Полис. 1997. №4; Страхов А.П. Изучение электорального поведения россиян: социокультурный подход // Полис. 2000. №3.

[9] Зоркая Н. Политическое участие и доверие населения к политическим институтам и политическим лидерам // Экономические и социальные перемены: Мониторинг общественного мнения. ВЦИОМ, М., 1999, - №3.

[10] Левада Ю.А. «Человек советский» десять лет спустя: 1989 – 1999 // Экономические и социальные перемены: Мониторинг общественного мнения ВЦИОМ. М., 1999. - №3.

[11] Соловьев А.И. Политическая культура: к проблеме идентификации национальных моделей// Принципы и практика политических исследований. Сборник материалов конференций и мероприятий, проведенных РАПН в 2001 г. М., 2002. С132.

[12] Косолапов Н.А. Политико-психологический анализ социально-территориальных систем. – М., 1994; Морозова Е.В. Региональная политическая культура. – Краснодар, 1998; Фадеева Л.А. Политические традиции и региональная политическая культура Прикамья // Политический альманах Прикамья. – Пермь, 2001. – Вып. 1. – С. 46–69.

[13] Колосов В.А., Бородулина Н.А. Электоральные предпочтения избирателей крупных городов России: типы и устойчивость // Полис. - 2004. - №4. - С.70-79. Ваньков В.А. Поселенческая структура в электоральном поведении: По материалам парламентских выборов в России // Полис. – 2003. № 6. – с. 88-103; Калинин К.О. Социальные размежевания и электоральное поведение в России (1993-2003 гг.) // Общественные науки и современность. – 2006. - №5. – С.35-49.

[14] Туровский Р.Ф. Региональное измерение электорального процесса (Концептуальные основы исследований) // Обществ. науки и современность. – 2006. - №5. – С.5-19.

[15] Автономов А.С. Региональные парламенты в современной России / А.С. Автономов, А.А. Захаров, Е.М. Орлов и др.- М., 2000.

[16] Глубоцкий А.Ю., Кынев А.В. Партийная составляющая законодательных собраний российских регионов // Полис.- 2003.-№6.-С.71-87.

[17] Борисова Н.В., Фадеева Л.А. Региональная легислатура как институт согласования интересов // Куда идет Россия?...: Формальные институты и реальные практики.- М., 2002.-С.71-75.

[18] Агеев А.А. Законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации как институт представительной демократии. Автореф.дис….канд.полит.наук.- Волгоград, 2003; Кабаргин О.Б. Повышение эффективности деятельности законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов Российской Федерации: тенденции и проблемы (политологический аспект). Автореф.дис….канд.полит.наук.- Ростов н/Д, 2005.

[19] Законодательное Собрание Ростовской области 1998-2003 / Пред.редкол. С.В. Тюрин.- Ростов н/Д, 2003; Старостин А.М. Проблемы развития парламентаризма в современной России… С.375-384; Кабаргин О.Б. Предприниматель – депутат и проблема ответственности региональной бизнес-элиты // Элиты и будущее России: взгляд из регионов.- Ростов н/Д, 2007.-Вып.1.-С.202-207.

[20] Законодательное Собрание Краснодарского края,1994-2004 /Сост. В.В. Касьянов, С.В. Анисимов.-Краснодар, 2004.

[21] Колосов В.А., Криндач А.Д. Тенденции постсоветского развития массового сознания и политическая культура Юга России // Полис. 1994. № 6.С. 41–52; Туровский Р.Ф. Политическая география. М.,1999; Петров Н.В., Титков А.С., Электоральный ландшафт // Регионализация в развитии России: географические процессы и проблемы. – М., 2001. – С. 214–255 Гришин Н.В. Федеральные избирательные кампании 2003-2004 гг. на территории Астраханской области. – Астрахань, 2006.

[22] Кириченко М.М. Какого цвета электоральная карта Кубани? // Человек. Сообщество. Управление. Краснодар, 2000. №1; Морозова Е.В. Политическая коммуникация и политическая реклама на выборах губернатора Краснодарского края // Региональные выборы и проблемы гражданского общества на Юге России. М., 2002; Баранов А.В. Политические партии и объединения Кубани: география электоральной деятельности // Там же; Кольба А.И., Кольба Н.В. Выборы в Законодательное собрание Краснодарского края в контексте трансформации региональной политической системы // Человек. Сообщество. Управление. 2002. № 4.

[23] Магомедов А.К., Кириченко М.М. От Ельцина к Путину: Кремль и региональная Россия (на примере Ульяновской области и Краснодарского края) // Феномен Владимира Путина и российские регионы: победа неожиданная или закономерная? М., 2004. С.267-311.

[24] Юрченко В.М. Политика как фактор региональной конфликтности. Краснодар, 1997.

[25] Морозов С.А. Репрезентация политических интересов ситусов российского общества в партийных и непартийных политических институтах // Проблемы соответствия партийной системы интересам гражданского общества современной России. Ростов н/Д, 2004. Вып.1. С.93-107; Близняк Р.З. Электоральный процесс в Краснодарском крае (1991-2006): итоги и перспективы // Вестник Армавирского ин-та социальн.образования.. 2006. №4.С.101-103; Дроздецкая О.А. Региональная пресса как инструмент электорального процесса (на примере выборов в г. Краснодар 1998-2004 гг.). Краснодар, 2004.

[26] Доган М. Сравнительная политическая социология / М. Доган, Д. Пеласси.- М., 1994; Политическая наука: новые направления / Под ред. Х.-Д. Клингеманна, Р. Гудина.- М., 1999; Липсет С.М. Указ.соч.; Kitchelt G.Op.cit.



 





<
 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.