WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Преодоление вызовов секулярного глобализма с опорой на святоотеческо е наследи е в контексте конфликта цивилизаций

На правах рукописи

БАЛАГУРОВ Олег Андреевич

преодоление вызовов секулярного глобализма С ОПОРОЙ НА святоотеческоЕ наследиЕ в контексте конфликта цивилизаций

Специальность 24.00.01 – Теория и история культуры

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата культурологии

Иваново 2013

Работа выполнена на кафедре культурологии и литературы

ФГБОУ ВПО «Ивановский государственный университет», Шуйский филиал

Научный руководитель: доктор филологических наук, профессор Океанский Вячеслав Петрович
Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор Прохоров Михаил Михайлович, профессор кафедры гуманитарных, социально-экономических и юридических дисциплин ФГБОУ ВПО «Московский государственный университет экономики, статистики и информатики» Нижегородский филиал кандидат культурологии Лобова Анна Анатольевна,
доцент кафедры гуманитарных дисциплин ФГБОУ ВПО «Ивановский институт ГПС МЧС России»

Ведущая организация: ФГБОУ ВПО «Костромской государственный университет имени Н. А. Некрасова»

Защита диссертации состоится «29» ноября 2013 г. в «10» часов на заседании Диссертационного совета Д 212.062.08 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора и кандидата культурологии по специальности 24.00.01 – теория и история культуры при ФГБОУ ВПО «Ивановский государственный университет» по адресу: 155908, г. Шуя, Ивановской области, ул. Кооперативная, 24, ауд.220.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ ВПО «Ивановский государственный университет», Шуйский филиал.

Автореферат разослан « » октября 2013 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

кандидат культурологии,

доцент М.Ю. Красильникова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования. Современное развитие мира идет одновременно в двух направлениях. С одной стороны, унификация мира, его модернизация по образцу цивилизации Запада, которая, по сути, является «вестернизацией», созидающей некое единое социокультурное пространство по единым для всего мира лекалам. С другой стороны, мир партикулярен. Далеко не все игроки мировой «шахматной партии» согласны с идеей однополярного мира под эгидой западной цивилизации. Отсюда возникает феномен «конфликта цивилизаций».

В этом смысле актуальность проблемы очевидна – Россия оказывается включенной в данный конфликт, решение которого напрямую зависит от формирования ею своей национальной идеи. В этой связи необходимо обратиться не просто к культурологическим, но к духовным основаниям конфликта, суть которого в инаковости культур. Видится возможным рассмотреть конфликт цивилизаций в контексте противоречия традиция – антитрадиция, религия – секуляризм, православие – секулярный гуманизм. Именно духовное прочтение сути цивилизационного конфликта позволяет осуществить его видение во внутреннем измерении, когда сторонники и противники культурной унификации находятся внутри одного социума, по сути, формируют уже упомянутую национальную идею, осмысливают свою идентичность.

Безусловно, решение внешнего конфликта возможно через преодоление внутреннего. Осознание очевидности этого способствует формированию верной стратегии развития России, позволяет определить вектор ее движения в дихотомии унификация-партикулярность. Востребованность данной стратегии, национальной идеи, равно как и актуальная потребность в опоре на традиционные духовные ценности, прежде всего ценности Православия, осознаны и озвучены в самых высших эшелонах государственной власти, в частности, Президентом РФ В.В.Путиным в рамках его послания Федеральному Собранию РФ на 2013 год. В рамках дискуссий клуба «Валдай» в 2013 году Президент особо отметил, что без«ценностей, заложенных в христианстве (...) люди неизбежно утратят человеческое достоинство».[1]



Изучение процессов глобализации и глобализма далеко не всегда сопряжено с учетом духовных факторов, обуславливающих их развитие. При разработке сценариев и возможных вариантов картины будущего крайне редко учитывается потенциал святоотеческого наследия, что позволяет говорить о недостаточной исследованности данного аспекта феномена конфликта цивилизаций.

Таким образом, исследование проблематики конфликта цивилизаций в контексте его духовных оснований имеет научно-теоретическую актуальность и социально-практическую значимость.

Степень научной разработанности проблемы. Проблема «конфликта цивилизаций» была поднята американским политологом С.Хантингтоном[2], который, по сути, продолжил развитие цивилизационной парадигмы мировидения, разработанной Н.Я. Данилевским[3], О.Шпенглером[4] и А.Дж.Тойнби[5].

О.Шпенглер ввел новое прочтение термина «псевдоморфоз», видя в нем нарушение естественного развития автохтонной культуры чужеродными элементами. Анализу данного феномена посвящено исследование С.А.Королева[6]. Изучению отношения О.Шпенглера к русской культуре посвящены работы Л.Г.Зимовец[7] и И.И.Маханькова[8]. Современный мыслитель А.Г.Дугин[9] определил данный феномен как «археомодерн». При этом оба философа рассматривают подобное вторжение инородного как, в целом, естественный процесс, не акцентируя внимания на возможности управляемости данным процессом извне.

Наследию Н.Я.Данилевского, О.Шпенглера и А.Дж.Тойнби, а равно осмыслению феномена цивилизации посвящены многочисленные исследования. Одним из первых, кто обратился к наследию Н.Я.Данилевского, был К.В.Султанов[10]. Его работы продолжил Ю.С.Пивоваров, уделивший особое внимание зарубежной историографии вопроса[11]. В.В.Шапаренко изучила цивилизационно-историческую модель Н.Я.Данилевского в свете концепций О.Шпенглера, А.Дж. Тойнби и С. Хантингтона.[12] Среди работ, посвященных изучению наследия А.Дж.Тойнби можно выделить исследование Б.А.Губман, которое носит обобщающий характер[13].

Отдельно следует отметить работу святителя Николая Сербского (Велимировича)[14], который почти одновременно с О.Шпенглером пишет «Духовное возрождение Европы». Но если у немецкого философа, как впрочем, и у Н.Я.Данилевского, и А.Дж.Тойнби «закат» цивилизаций естественный и неизбежный процесс, то святитель Николай связывает его, прежде всего, с вектором духовного развития цивилизации, а потому усматривает возможность изменения «приговора» судьбы.

Кризису европейской цивилизации посвящены работы европейских исследователей Р.Генона[15], М.Хайдеггера[16], К.Ясперса[17], П.Сорокина[18].

Противопоставление России и Европы характерно и для евразийцев. Пожалуй, наиболее резко это делает Н.С.Трубецкой[19]. Отец Георгий Флоровский[20], предупреждая от «евразийского соблазна», формулирует концепцию «неопатристического синтеза», как способа адекватного переосмысления святоотеческого наследия в контексте поиска ответов на вызовы современности. Впрочем, возможности практического применения данного синтеза для решения проблем нынешнего века автором в полной мере проработаны не были. Анализу концепции «неопатристического синтеза» посвящены исследования С.С.Хоружия[21], А.Глазкова[22] и А.В.Черняева[23]. Впрочем, авторы не уделили достаточного внимания возможностям практического осуществления неопатристического синтеза в условиях современности.

Изучению феномена цивилизации, осмыслению данного концепта посвящены многочисленные исследования. Их обобщенный анализ можно найти в работах Е.Б.Ерасова.[24] Среди отечественных исследований можно выделить также труды В.М.Найдыша[25], М.В.Сухарева[26], Е.Б.Рашковского и В.Г.Хороса[27], анализ которых выполнен в первой главе настоящего исследования. Оригинальное и обобщенное понимание цивилизации можно найти у Л.Февра.[28]

Среди отечественных работ, можно выделить исследования А.П.Назаретяна, А.М.Столярова, А.В.Дмитриева. Причем, А.П.Назаретян, верно указывая на крайнюю опасность подобных конфликтов в условиях современных военных технологий, делает, на наш взгляд, сомнительный вывод о возможности преодоления конфликта путем унификации культур. То есть на основе того, что во многом послужило причиной этого самого конфликта[29]. В оценке гибельности цивилизационных конфликтов с А.П.Назаретяном солидарен и Н.Н.Моисеев[30]. Изучению сущности конфликта цивилизаций посвящены работы В.В.Пановой[31] и Я.Г.Шемякина[32].

А.М.Столяров считает, что вся история человечества есть сплошная чреда конфликтов цивилизаций.[33] А. В. Дмитриев предсказывает дальнейшее усиление цивилизационного противостояния.[34]

Впрочем, ряд исследователей подходят к этому феномену с осторожностью, предостерегая от известной тенденциозности при оценке межкультурных взаимодействий современности. Такой позиции придерживаются В.В.Черданцев[35] и С.А.Ланцов[36].

Д.Н.Мясоедов[37], подчеркивая очевидность реальности конфликта цивилизаций, рассматривает главную опасность для России, не со стороны Европы, а со стороны Китая, предлагая объединиться с Западом для преодоления общей угрозы.

Весьма подробно изучил феномен конфликта цивилизаций в своем диссертационном исследовании Б.В.Аксюмов, давший оригинальное определение данному феномену, обозначивший свое видение его причинности и сущности. При этом автор не уделил достаточного внимания духовной составляющей конфликта цивилизаций, а при определении возможных путей преодоления конфликта для России, остался на секулярных позициях.[38]

Достаточно скептически относятся к конфликту цивилизаций В.М.Межуев[39] и Дж. Мэтлок[40]. Первый видит в ней обыкновенную борьбу за ресурсы, второй вообще указывает на несостоятельность концепции С.Хантингтона в целом.

Изучение феномена традиции имеет долгую историю. Так или иначе к этой проблеме обращались Дж.Вико, И.Г.Гердер, К.Маркс, Ф.Энгельс, Х-Г. Гадамер, М.Вебер. Из современных исследователей необходимо отметить А.А.Батуру[41] и Ю.В.Иванову[42]. При этом исследование феномена традиции проводилось вне контекста феномена секуляризации, как процесса онтологически чуждого традиции. Данный сюжет отчасти освещен в работах митрополита Илариона (Алфеева), который среди прочего поднял вопрос о необходимости актуализации святоотеческого наследия в условиях кризисных явлений современности.[43]

Проблеме необходимости раздельного понимания светского и секулярного, а также секулярности и секуляризма посвящены исследования М.Краснова[44], С.Наумова и Н.Слонова[45], А. Кенни[46], М. Элиаде[47]. Проблему истоков секулярного и его развития, так или иначе решают И.М. Дьяконов[48], Й.Хейзинга[49], В.А.Гура[50] и другие. Отдельно следует отметить Гуманистический манифест-2000[51]. Данный документ можно расценивать как источник по идеологии современного секулярного гуманизма. Анализу данного документа посвящен специальный параграф.

Обзору представлений о сущности глобализации и ее отличию от глобализма посвящены работы отечественных исследований: В.Л.Иноземцева[52], Г.М.Вельяминова[53], А.Неклесса[54] и М.А.Мунтяна[55], которые обобщили опыт исследования проблемы и дали собственное видение феномена глобализации.

Также можно отметить работы Г.Х.Шахназарова[56], полемизирующего с М.А.Мунтяном, Б.Н.Бессонова[57] и К.С.Гаджиева.[58] Многие исследователи видят в основе глобализации лишь экономическую составляющую. К таковым относятся В.М.Коллонтай[59] и Д.Белл, последний также изучал вопросы соотношения светского и религиозного.[60] Отдельно необходимо выделить работы американского политолога и дипломата З.Бжезинского[61]

, предельно ясно обрисовывающего взгляд Запада на проблему глобализации.

Таким образом, при безусловном исследовательском интересе к изучаемой проблематике, практически нет исследований, изучающих духовные причины конфликта цивилизаций через призму укоренения в западном мире идей секуляризма, онтологически антагонистических любой, в том числе и православной традиции. Соответственно не изучались в достаточной мере и пути преодоления конфликта в данном контексте.

Имеющиеся лакуны определили объект, предмет и цель данного диссертационного исследования.

Целью исследования является изучение феномена «конфликта цивилизаций» через призму столкновения секулярного гуманизма и христианской традиции в контексте осмысления возможных сценариев развития России в условиях реалий XXI века.

Объект исследования: конфликт цивилизаций как важнейший феномен современного мира.

Предмет исследования: духовные основания конфликта цивилизаций, вызванные ими механизмы его развития, культурно-цивилизационные вызовы и ответы, порожденные ими.

Гипотеза исследования основана на предположении, что конфликт цивилизаций, а по сути, конфликт цивилизации Запада, имеет, прежде всего, духовную этимологию. Стремясь преодолеть этот кризис, Запад стремится нивелировать инаковые культуры до своего уровня, что позволяет говорить о феномене управляемого псевдоморфоза, как инструментарии целенаправленной политики унификации культур. Адекватным ответом на данный вызов для России видится возврат к ее традиционным, прежде всего, православным культурным основаниям. Подобный возврат возможен путем актуализации и экзистенциализациисвятоотеческого наследия, осуществляемого посредством неопатристического синтеза, который в реалиях современности требует подлинного церковно-государственного сотрудничества.

Задачи исследования:

  1. Определить категориальный статус концептов «цивилизация», «культура», «конфликт цивилизаций».
  2. Уточнить смысловые различия между концептами «светский» и «секулярный», «секулярность» и «секуляризм», «глобализация» и «глобализм».
  3. Изучить характер взаимоотношений секулярного гуманизма и христианской традиции, определить степень их антагонистичности в условиях современности.
  4. Исследовать возможную взаимосвязь между укоренением секуляризма в Европе и ее современным состоянием духовного кризиса.
  5. Проследить влияние европейского духовного кризиса на развитие глобализационного процесса и связанного с ним конфликта цивилизаций.
  6. Изучить возможные сценарии развития России и мира в контексте вызовов глобализации, в том числе, в рамках поворота России на Восток.

Методологическая база исследования. Базовый метод исследования – диалектический метод познания действительности, позволяющий наиболее адекватно осмыслить противоречия современности, составляющие сущность конфликта цивилизаций. Кроме того, в исследовании использованы: типологический метод, а также элементы феноменологического и герменевтического подходов.

Теоретическая база исследования. Важнейшим теоретическим основанием для настоящего исследования служат общие принципы цивилизационного подхода, разработанного Н.Я.Данилевским, О.Шпенглером, А.Дж.Тойнби, согласно которому всемирно-исторический процесс не является неким единым целым, но совокупностью отдельных цивилизаций, имеющих собственный путь развития и судьбу.

Другойтеоретической основой является теория «конфликта цивилизаций», разработанная С.Хантингтоном в начале 1990-х годов. Согласно ей, человечество на современном этапе будет развиваться в условиях обострения культурных противоречий между различными цивилизациями, что в итоге и приведет к конфликту цивилизаций.

Изучение адекватных ответов на цивилизационные вызовы современности имеет методологической базой святоотеческую традицию, наиболее четко сформулированную по данной проблематике в трудах святителя Николая Сербского и обобщенной в теории неопатристического синтеза отца Георгия Флоровского.

Источниковая база исследования состоит из работ основоположников принципов цивилизационного подхода и идеи феномена «столкновения цивилизаций» Н.Я.Данилевского «Россия и Европа», О.Шпенглера «Закат Западного мира», А.Дж.Тойнби «Постижение истории», святителя Николая Сербского «Возрождение Европы», С. Хантингтона «Столкновение цивилизаций?», отца Георгия Флоровского «Пути русского богословия». Основным источником по анализу современного секулярного гуманизма является «Гуманистический манифест». При написании работы были задействованы материалы из средств массовой информации, официальные заявления и интервью, отражающие те или иные культурологические аспекты изучаемой проблематики.

Научная новизна исследования заключается в следующем:

- в ходе исследования обоснованы сохранение антагонизма секулярного гуманизма по отношению к традиции, в целом, и христианству, в частности, онтологическаяантитрадиционностьсекуляризма, на основе чего утверждается факт его потенциальной конфликтогенности в контексте столкновения цивилизаций;

- в работе доказано, что именно секуляризация европейского сознания стала причиной отказа от христианского мировидения, следствием чего является ситуация «заката Европы»: цивилизационного коллапса, которого она, правда, бежит, с одной стороны, но и не стремится обратиться к христианским бытийственнымконститутивам, с другой;

- в результате исследования выяснено, что глобализация является следствием духовного кризиса Запада, его культурной конвульсией. В стремлении растворить в себе весь мир кроется попытка обрести новые возможности продления собственного существования. Для наиболее адекватного отражения сути происходящего в научный оборот введено понятие «управляемый псевдоморфоз» – целенаправленная деятельность представителей цивилизации Запада, ориентированная на разрушительную трансформацию инаковой культуры с целью ее ассимиляции или унификации по своим цивилизационным лекалам;





- в ходе работы доказано, что конфликт цивилизаций имеет не только внешнее, но и внутренне измерение. Последнее характеризуется успешностью протекания процессов управляемого псевдоморфоза. Их купирование возможно через укоренение в сознании традиционных ценностей. Для России – это, в первую очередь, ценности Православия, транслируемые, прежде всего святоотеческим наследием, которое необходимо осмыслить в ключе вызовов современности, то есть осуществить неопатристический синтез. При этом доказано, что в условиях глобализации подобное мировидение становится своеобразным псевдоморфозом уже для культуры-агрессора. Для наиболее адекватного отражения данного феномена в научный оборот введен термин «субпсевдоморфоз» – способность культуры, либо ее части, самой стать псевдоморфозом для цивилизации, осуществляющей управляемый псевдоморфоз.

Теоретическая значимость исследования заключается в осмыслении конфликта цивилизаций как двухмерного (внешний и внутренний) феномена, в основе которого лежит противостояние секулярного духовному, в случае России – православному. Понимание сущности управляемого псевдоморфоза способствует адекватному восприятию современных процессов в геополитическом, цивилизационном иконфликтологическом измерениях,а открытие субпсевдоморфного потенциала святоотеческого наследия позволяет обозначить новый вектор поиска ответов на глобализационные вызовы современности.

Практическая значимость исследования связана с возможностью построения траекторий развития России как в макромасштабах, так и на личностном микроуровне – самоидентификации своей включенности в процесс соработничества управляемому псевдоморфозу либо субпсевдоморфозу. Также результаты исследования могут быть полезны при разработке вузовских спецкурсов по современной геополитике, культурологи, философии.

Апробация результатов исследования. Основные идеи и результаты диссертационного исследования обсуждались  на заседаниях кафедры культурологии и литературы Шуйского филиала ФГБОУ ВПО «Ивановский государственный университет» и Центра кризисологических исследований, действующего при этой кафедре и работающего над осуществлением государственных заказов (в частности, по теме «Будущее России как культурно-цивилизационная возможность», были изложены в научных публикациях и прошли апробацию на научных конференциях различного уровня: на Международной научно-практической конференции «Перспективы развития науки и образования» (Тамбов, 2012 г.), на  V Международной научно-практической конференции «Шуйская сессия студентов, аспирантов,  молодых ученых» (Шуя, 2012 г.), на  III Международной научно-практической конференции «Культура. Духовность. Общество» (Новосибирск, 2013 г.), на Международной научно-практической конференции «Наука, образование, общество: проблемы и перспективы развития» (Тамбов, 2013), на  VI Международной научно-практической конференции «Шуйская сессия студентов, аспирантов,  молодых ученых» (Шуя, 2013 г.); на Международной конференции «Новая наука»: рождение культурологии в России» (Шуя, 2013).

Положения, выносимые на защиту:

  1. Секулярный гуманизм, развитие которого в силу его антитрадиционности привело к предельной десакрализации Запада, является идеологическим стержнем процесса глобализации – инструмента продления жизни агонизирующей цивилизации за счет культурной экспансии вовне, которую корректно определить как управляемый псевдоморфоз.
  2. Конфликт цивилизаций правильнее определить как конфликт цивилизации, т.к. внутренний духовный кризис Запада, заставляющий говорить о его «закате», породил попытку поглотить остальной мир под эгидой глобализации для изыскания новых источников продления собственного существования, в том числе, псевдомессианского характера, что порождает естественную ответную реакцию незападных культур.
  3. Конфликт цивилизаций двухмерный. Помимо внешнего измерения – противостояния англо-саксонского мира незападнымкультурам, существует и внутреннее его измерение – некий ментальный конфликт внутри поглощаемых культур, выражающийся в известном противоречии согласных и несогласных с унификацией мира ценой потери собственной самобытности, а также тех, кто индифферентен данной проблеме.
  4. Адекватный ответ вызовам глобализма в России может быть ее возврат к святоотеческой традиции, как квинтэссенции опыта Православия. При этом целесообразен неопатристический синтез как инструмент экзистенциализации этой традиции.
  5. В глобально-историческом контексте тотальное противостояние глобализации вряд ли возможно. В этом смысле сохранение ценностей православия, их трансляция становится, в свою очередь, псевдоморфозом для цивилизации Запада, или субпсевдоморфозом.Создание условий для возможности формирования последнего – задача для соработничества Церкви и государства.

Личный вклад автора в исследование состоит в двухмерном прочтении феномена конфликта цивилизаций, акценте на его духовной причинности, обозначении сути конфликта цивилизаций как конфликта цивилизации Запада, проводящей политику секулярного глобализма (как духовного антипода традиционности) посредством инструментария управляемого псевдоморфоза, в оценке потенциала святоотеческого наследия (квинтэссенции православной традиции – основы культурной идентичности России) как потенциального субпсевдоморфного фактора преодоления обозначенного конфликта.

Соответствие паспорту специальности. Исследование соответствует следующим пунктам паспорта специальности 24.00.01 «Теория и история культуры» – 1.6 (культура и цивилизация в их историческом развитии), 1.7 (культура и религия), 1.15 (роль культурного наследия в жизнедеятельности общества), 1.18 (культура и общество), 2.28 (духовная конфронтация России и Запада).

Структура и объем диссертации. Работа состоит из введения, четырех глав, заключения, библиографии, включающей 162 наименования. Общий объем диссертационного исследования 145страниц.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Введение обосновывает актуальность темы, определяет степень ее разработанности, определяет объект изучения, указывает цель, задачи и методологические основы исследования, уточняет круг источников, предоставляет краткую историю изучения вопроса, отмечает новизну работы, ее теоретическую и практическую значимость, перечисляет положения, выносимые на защиту.

Первая глава «Секулярный глобализм и конфликт цивилизаций: категориальный статус»состоит из четырех параграфов и посвящена анализу основных концептов, задействованных в данном исследовании. Избранная для исследования тема поражает разнообразием смыслов, вкладываемых различными исследователями в основные концепты: культура, цивилизация, Запад, секулярность, секуляризм, глобализация, глобализм. Не говоря уже о самой детерминанте «конфликт».

В первом параграфе анализируются концепты «культура» и «цивилизация», осуществляется аналитический обзор имеющихся прочтений данных феноменов и их классификаций. Понятие цивилизация в диссертационном исследовании понимается, прежде всего, в прочтении этого концепта С.Хантингтоном, как некая религиозно-историко-культурно-традиционно-языковую общность, самоидентификация которой зависит, прежде всего, от духовной составляющей. В этом смысле Россия является ядром православно-славянской цивилизации, а Запад или западная цивилизация понимается, прежде всего, как общность романо-германского и англо-саксонского миров (Западная, Северная, Южная Европа, США, Канада, Австралия и Новая Зеландия).

Для более точного отражения процессов развития в данных цивилизационных пространствах, задействуется и терминология О.Шпенглера. Так цивилизация Запада (в прочтении С.Хантингтона) и впредь будет именоваться цивилизацией, или фаустовской цивилизацией, с целью подчеркнуть процессы, прежде всего, духовной стагнации, присущие Западу. А вот российское православно-славянское цивилизационное пространство будет именоваться культурой, подчеркивая, во-первых, принципиальную ее (России) не-Западность, а во-вторых, значительный духовный потенциал, которым обладает, согласно О.Шпенглеру, любая культура, опять-таки, в отличие от цивилизации. Подобная двойная терминология, на наш взгляд, позволяет наиболее адекватно соотнести пространственные и качественные измерения западной и православно-славянской цивилизаций (в терминологии С.Хантингтона).

Второй параграф посвящен изучению понимания феномена конфликта цивилизаций в культурологической и социально-философской мысли. Делается акцент на тотальном и онтологическом противостоянии духовного и бездуховного, церковного и секулярного как принципиальной основе феномена конфликта цивилизаций. Исходя из этого, под конфликтом цивилизаций в настоящем исследовании понимается конфликт западной (фаустовской) цивилизации с культурами, выражающийся в стремлении Запада не просто установить свою гегемонию, но и унифицировать мир, перековав культуры по своим лекалам, растворив их в себе, то есть, в конечном счете, с учетом пафоса О.Шпенглера, омертвив их.

В третьем параграфе осуществляется разделение понятий «светский» и «секулярный». Первое означает нерелигиозный, но без антагонизма. Светскость не отрицает церковность, а лишь подчеркивает свою невключенность в церковные структуры либо, как наиболее крайнее выражение, индифферентность религии, равноудаленность от нее.

Секулярность предполагает болезненное и воинственное неприятие религии. Это всегда подчеркнутаяантицерковность и, в принципе, атеизм, который сам по себе обладает признаками квазирелигии, поскольку зиждется на своей собственной вере. Но секулярность – это явление, вызванное к жизни особым мировоззрением и внедряемое в сознание людей через распространение особой идеологии, имя которым – секуляризм. Секуляризм нельзя назвать простым безвредным взглядом на мир, ибо через отрицание Церкви с ее абсолютными сакральными Истинами, он предлагает заменить их истинами профанными, человеческого производства.

Делается вывод о том, что секуляризм – мировоззрение, деятельность и политика антицерковного, атеистического характера, основанная на сознательном и принципиальном отрицании существования Бога, либо признании Его неким феноменом культуры, который ценен как некая музейная ценность, экспонат музея человеческих измышлений. Секуляризм крайне враждебен религии, считая ее антиподом науки и в целом неполезным для общества феноменом, отсюда неприятие традиционных религиозных норм и ценностей, что порождает нравственный релятивизм, расшатывающий устои любой культуры.

В четвертом параграфе проводится разделение между понятиями «глобализация» и «глобализм». Осуществлен анализ имеющихся подходов к решению проблемы детерминации глобализации и глобализма. Сделан вывод о невозможностиговорить о некоей общей теории глобализации, или, тем более, неком унифицированном его определении.

Тем не менее, можно говорить о глобализации, как неком процессе, который, с одной стороны, характеризует современное состояние мира, а с другой стороны его определяет. Исследователи по-разному оценивают степень объективности этого процесса и уровень его всеохватности. Как правило, акцентируют внимание на экономической сфере, что на наш взгляд, не совсем верно, так часто упускаются из вида духовные основания развития глобализационного процесса или противостояния ему, что, кстати, тоже является конфликтогенным фактором во взаимоотношениях по линии цивилизация – культура.

Безусловно, следует различать глобализацию и глобализм. Последний, подобно секуляризму, является своеобразным мировоззрением, переросшим в идеологию (возможен вариант идеология, недоросшая до мировоззрения), конкретным воплощением которых является политика Запада (прежде всего, его), ориентированная на установление собственной гегемонии в мире. В этом смысле получает новое прочтение идея мондиализма.

Разведение терминов глобализация и глобализм, на наш взгляд, имеет принципиальное значение именно при изучении феномена конфликта цивилизаций, оценке возможных сценариев его развития и разрешения. Когда мы говорим о процессе «вообще», предполагаем некий объективный, естественный характер его развития, мы тем самым обезличиваем его.

А ведь в любом конфликте есть субъективная сторона. В условиях конфликта цивилизаций, безусловно, есть некие его движители, стратеги, которые являются носителями определенного мировоззрения, выразителями определенной идеологии, творцами определенной политики, которая, в известной степени, и задает вектор развития многим «естественным» и «объективным» процессам.

Поэтому крайне важно терминологически определить этот субъективный момент и отделить от объективной реальности. На наш взгляд, концепт глобализм должен быть уточнен. Во-первых, с точки зрения внутреннего его понимания, для этого мы вводим понятие секулярный глобализм. Во-вторых, с точки зрения внешнего его развития. Здесь впервые вводится концепт «управляемый псевдоморфоз». Данные уточнения будут обоснованы и расшифрованы во второй главе.

Вторая глава «Секулярный гуманизм бездуховный каркас современной глобализации»состоит из шести параграфов иставит своей основной задачей не только изучить степень антагонизма секуляризмаитрадиции, в т.ч. христианской, но и проследить духовно-кризисные последствия укоренения секулярного мировидения, приведшие к идее культурной экспансии как способу выжить в вакууме собственной бездуховности.

Первый параграф посвящен изучению истоков секулярности. Современный секулярный гуманизм, являющийся идеологическим стержнем глобализационных процессов, есть порождение западной (фаустовской) культуры, той романо-германской цивилизации, которая бесконечно чужда православно-славянскому миру. В этом пафос Н.Я.Данилевского, О.Шпенглера, С.Хантингтона.

Гуманизм, базирующийся, главным образом, на идеях Просвещения изначально антирелигиозен, ориентирован не просто на полемику с Церковью, но на ее полное уничтожение (знаменитое «Раздавите гадину» Вольтера).

И не смотря на то, что изначально секулярный гуманизм имел узкую антикатолическую направленность, очень скоро он стал по своей сути антихристианским, антитрадиционалистским. Гуманистический манифест-2000, конечно, не призывает удавить последнего короля кишками последнего попа (как Д.Дидро, вслед за Ж.Мелье), но склонен относить приверженность традиционным религиозным воззрениям к опасным тенденциям развития современного мира.

Почему так? Дело в том, что секулярный гуманизм стремится принять планетарный характер, позиционирует себя как универсальный и безальтернативный процесс, являющийся безусловным благом и судьбой для всего человечества.

Еще Н.Я.Данилевский отмечал, что насильственность является характерной чертой европейской культуры. В этом, видимо, кроется основная причина антиклерикальностифаустовского Запада: Церковь является хранительницей Истины, транслируя ее в поколениях, она создает традицию, которая имманентно антагонистична релятивизму секуляризма.

Стремление к призраку всеобщего благоденствия на земле, который требует отказа от уникальности, разбивается о традиционные нормы, защищающие культурную идентичность.

Успехи науки, выраженные, прежде всего в научно-технических достижениях, лишь укрепили веру во всемогущество человеческого разума и прогрессивный путь развития человечества. Чаяния социальной и политической справедливости привели к победе системы либерально-демократических ценностей, которые, на самом деле, стали такими же относительными, как и любые аксиомы секулярного мира.

Наконец религия, которая вроде бы пережила натиск воинствующего антиклерикализма, оказалась вытесненной в разряд традиции рождественской индейки, и, по сути, перестала быть хранительницей Истины, которая к этому времени оказалась разменянной на десятки истин, что обусловило многие коллизии XX века.

Во втором параграфе прослеживается взаимосвязь между кризисом секулярного мира и конфликтом цивилизаций. Еще в начале XX века выдающийся немецкий мыслитель Освальд Шпенглер заговорил о закате Западного мира. Во многом гибель западной цивилизации виделась мыслителем в оторванности от духовной традиции, предельном сциентизме западного человека, затронувшем и его духовную составляющую. Эти же причины называет и святитель Николай Сербский, увидевший возможную скорую гибель европейской цивилизации уже в 1919 году.

«Осень Европы», безусловно, не может устроить носителей «фаустовской» цивилизации Запада. Элементарный инстинкт самосохранения, вероятно, присущий каждой культуре, заставляет ее если не бороться за выживание, то хотя бы агонизировать. Попытки продлить свое цивилизационное существование нашли выражение и в политике, и в культуре. В обоих случаях они прошли под знаком экспансии идеологии, морали, базовых жизненных принципов.

Прошедшее столетие стало временем окончательного оформления и попыток реализации подобных «экспортных» продуктов: социализм, фашизм и либерализм. И если первые два общепризнанны как исторически несостоявшиеся, то третий по-прежнему претендует на некоторую не только идеологическую, но и культурную универсальность.

Эти три порожденные Западом идеологии являются, в известной степени, выражением неоязыческого взгляда западного человека на мир. С характерным крайним антропоцентризмом, выносящим Бога, религию, традицию, что называется, «за скобки».

Между тем, как никогда прав Роберт Уоррен, заметивший как-то, что «только из прошлого ты можешь построить будущее». Подобная преемственность на Западе оказалась прервана. Эпоха Возрождения и последующая за ней секулярная революция эпохи Просвещения провели некий водораздел между христианским Средневековьем и светски гуманистическим Новым временем.

Секулярно развивающийся мир неизбежно оказался ввергнутым в катастрофы мировых войн и кризисы «потерянных поколений». Появились мысли о «закате Европы» и конфликте цивилизаций, порожденных имманентной антагонистичностью Запада иным культурам.

Необходимо подчеркнуть, что глобальная причина конфликта именно в инаковостинефаустовских культур, дающей тот жизненный потенциал, который у Запада исчерпан.

В известном смысле, это вызов Западу. И его ответ лежит в сфере своего вызова. Вызова глобальной ассимиляции нефаустовских культур посредством модернизационно-интеграционных процессов всеобщей унификации по западным лекалам.

О. Шпенглер назвал данный процесс псевдоморфозом. Впрочем, он недостаточно развил свою мысль о нем, ибо у него это естественный процесс, возникающий в силу некой внутренней логики развития исторического процесса.

Реалии современности позволяют говорить об «управляемом псевдоморфозе», то есть о сознательной культурной интервенции с целью деформации автохтонной культуры с последующей ее унификацией по единому навязываемому извне шаблону.

Для Запада подобный управляемый псевдоморфоз – технология (как политическая, так и культурологическая), которая имеет точно прогнозируемый ожидаемый результат. Именно такой результат делает всматривание в будущее безмятежным. Ведь ожидается, что мир будет развиваться по понятному сценарию.

Для любой нефаустовской культуры подобная интервенция сродни инфекции. Тот же О. Шпенглер расценивал их как «отраву и ложь». Проблема в том, что борьба с подобного рода заболеванием крайне болезненна и не всегда успешна.

Вирус, зачастую одолевает, но не окончательно побеждает. Подобную ситуацию современный российский философ А. Дугин назвал археомодерном, введя этот новый термин в научный оборот.

Под археомодерном ученый понимает, вслед за П. Сорокиным, некую культуру-свалку, причем не постепенно образующуюся, а изначально «искусственно организованное место сброса отходов более органичных культур».

При этом автор также не ставит акцента на рукотворности этой свалки, хотя она и подразумевается, ибо создана искусственно. Исследователь призывает излечить археомодерн, то есть, в терминологии Шпенглера, преодолеть псевдоморфоз.

«Магическая» нация О.Шпенглера, в отличие от фаустовской – глубоко религиозна. Применительно к России – религиозна и церковна. Запад, взявший от христианства лишь внешние формы в этом смысле прямой антипод.

Третий параграф посвящен анализу т.н. «Манифеста-2000» - одному из основных документов современного секулярного гуманизма. В данном манифесте рефреном проходит, по всей видимости, основная для современных гуманистов проблема – «упорная приверженность традиционным религиозным воззрениям», которая (что особенно для них неприятно) «становится на защиту отсталых социальных институтов».[62] Авторы Манифеста подчеркивают свою духовную преемственность философии Просвещения, абсолютизируют научно-технический прогресс и выступают против каких-либо ограничений научных разработок, стоят на позициях научного натурализма, «свободного от метафизики или теологии».

Совершенно очевидна связь глобализационных процессов с гуманистической идеологией, с одной стороны, и секулярный, причем, воинствующе секулярный характер этой идеологии, с другой стороны. Поэтому совершенно не удивительны и, тем более, не случайны те бархатные гонения на христианство, о которых говорилось в начале параграфа. Это закономерное следствие возрождающейся идеологии Просвещения, которая оказалась приспособленной к духу времени и является, вероятно, последней попыткой гибнущей цивилизации Запада замедлить падение путем экспансии секулярного глобализма, который подается в экспортном варианте как единственный адекватный способ развития современного мира.

В четвертом параграфе осуществлено уточнение концепта «глобализм» до «секулярный глобализм». При этом отмечается разница между секулярным глобализмом и управляемым псевдоморфозом. Секулярный глобализм ориентирован, прежде всего, на подчинение мировому гегемону иных культур, управляемый псевдоморфоз предполагает их растворение в нем. Безусловно, глобализм, рано или поздно, избирает своим инструментарием управляемый псевдоморфоз, ибо культурно гомогенная масса исключает возможность сопротивления. Таким образом, управляемый псевдоморфоз есть главный вызов глобализма в условиях современности.

Делается вывод о том, что секулярный глобализм и управляемый псевдоморфоз видятся как главное основание конфликта цивилизаций. Нерв данного конфликта именно в противостоянии секулярного как основы глобализма религиозному, как основе традиции. Исходя из этого, очевидна и главная линия конфликта секулярного и религиозного, глобалистского и традиционного – это сфера религии, веры, их места в жизни, их права участия в решении социально-политических и культурных проблем, в чем, как было показано выше, им отказывают современные гуманисты.

Впятом параграфе показано естественное противостояние Церкви вызовам секулярного глобализма, хотя бы в силу имманентной присущности Церкви Традиции. На протяжении веков псевдоморфоза Церковь испытывала давление со стороны государства – проводника внедряемых чужеродных культурных форм и части интеллектуальной и социальной элиты – как главных адептов нововведений.

И вот наступает момент, когда давление ослабевает. Церковь становится самостоятельным субъектом, способным транслировать традиционные культурные ценности на предельно широкую аудиторию. Возникает возможность актуализации метафизики для нации, без которой она, лишившись внутренней солидарности, просто исчезнет.

Возрождение магического в условиях стремления к гегемонии фаустовского – безусловный вызов последнему. Церковь как носительница Традиции есть угроза успешности глобального секулярного гуманизма, отсюда его тотальное неприятие церковного и, в целом, традиционного.

Кроме того, секулярный глобализм всегда сопряжен с духовно-нравственным релятивизмом. Подобная пропаганда нравственного релятивизма является без преувеличения угрозой национальной безопасности России. Это озвучено на самом высоком государственном уровне.В условиях всеобщей зыбкости необходимо опереться на некие твердые культурологические основания, необходимые для трансляции следующим поколениям с целью формирования цельной личности, способной противостоять вызовам современности.

Для России подобные основания кроются в православной традиции, которая явилась фундирующим фактором для формирования и российской государственности и российской идентичности, в целом. И именно поэтому Православная Церковь подвергается массированной атаке секулярного глобализма.

В шестом параграфе, делается вывод о том, что «конфликт цивилизаций» вернее обозначать «конфликтом цивилизации». Цивилизации Запада. Речь идет не только о том, что Запад, фактически, инициирует эти конфликты. На наш взгляд следует говорить о конфликте внутри цивилизации, который экстраполируется на отношения с другими культурными общностями, что приводит к естественным столкновениям. Предельно секуляризованный, релятивистский и бездуховный Запад, безусловно, тяготится таким положением дел. Удаленность западного человека от сакрального ведет к тотальному профанному одиночеству, которое хоть в какой-то мере может быть компенсированному системой квази-ценностей, которые освящаются цивилизацией Запада и рассматриваются как некая истина. Распространение таковой становится, в известной мере, цивилизационным смыслом существования.

В этой связи, стратегия управляемого псевдоморфоза, по сути, технология, нацеленная на конкретные ожидаемые результаты, является не только средством радикального глобализма, не только инструментом подчинения западу инаковых культур, но и возможностью обрести смысл своего существования, способом обретения некоего успокоения и уверенности в будущем, которое вновь становится предсказуемым.

Подобное положение дел превращает Запад в бескомпромиссного движителя идей секулярного гуманизма и либерализма планетарного масштаба. Взятая на вооружение политика глобализма и инструментарий управляемого псевдоморфоза, безусловно, порождают в той или иной степени адекватный вызовам Запада ответ инаковых культур, который и принято называть конфликтом цивилизаций. Но порожден он, именно конфликтом цивилизации – одной и внутри одной.

Третья глава«Россия и Запад: картина будущего в контексте преодоления вызовов управляемого псевдоморфоза»состоит из трех параграфов ипосвящена изучению конфликта цивилизаций как феномену, имеющему внешнюю и внутреннюю сторону.

В первом параграфеакцентируется внимание на определяющем значении внутреннего уровня конфликта цивилизаций, кроющемся, прежде всего, в самоидентификации личности по вопросу солидарности либо с силами, осуществляющими управляемый псевдоморфоз, либо с теми, кто ему пытается противостоять. От того, чью сторону примет социум в целом, во многом зависит будущее России. Такой выбор на сегодняшний день не очевиден, поэтому для нее, как и для фаустовского Запада на сегодняшний день также характерно всматривание вперед, в еще только формирующиеся исторические горизонты.

В известной степени современная Россия оказалась в положении кризиса цивилизации Запада, находясь на стадии выбора пути преодоления бездуховности: обратиться к истокам, Традиции, либо воспринять систему относительныхквази-ценностей, которую упорно предлагает как успешно работающую тот же Запад.

Победа Церкви над безбожием вполне не устраивает Запад, ведь это не только сокрушение коммунистической идеологии, но и секуляризма, который является идеологическим стержнем глобализации. Кроме того, возврат к традиции православия затрудняет продвижение продуктов цивилизационного экспорта Запада, что также нежелательно для него.

Кризис потери собственной идентичности в современной России связан, прежде всего, не с потерей сильного государства, как считают некоторые исследователи,[63] а с неспособностью сделать решительный поворот к традиционным ценностям, равно как и органической неспособностью принять навязываемые ценности Запада. Известная двойственность культурной ориентации характерна как для государственной политики в целом, так и для отдельного россиянина в частности.

Существует угроза проиграть конфликт на его внутреннем уровне. В последнее время об этом задумалась власть на государственном уровне. Президент России В.В.Путин в своем ежегодном послании Федеральному Собранию Российской Федерации в декабре 2012 года подчеркнул, неравномерность глобального развития в мире, вследствие чего «ближайшие годы будут решающими и, может быть, даже переломными, и не только для нас, а практически для всего мира, который вступает в эпоху кардинальных перемен, а, может быть, даже и потрясений».[64]

Современной России необходимо, во-первых, осознать, что фундирующим фактором развития русской культуры было и остается Православие. Во-вторых, Церковь, как подлинная хранительница Истин Православия, является одним из важнейших институтов-носителей традиционности, о которых говорил Президент. Наконец, в-третьих, необходимо задуматься над реальным механизмом актуализации ценностей Православия, возможности их прочтения в контексте проблем современности, но без потери Смыслов и Духа. Иными словами, встает проблема экзистенциализации святоотеческой традиции, как квинтэссенции культурных кодов Православия.

Второй параграф посвящен решению проблемы обозначенной выше квинтэссенции, в связи с чем, осуществлен возврат к идеям «неопатристического синтеза» отца Георгия Флоровского. В параграфе дается общая характеристика воззрений отца Георгия по данному вопросу и их основные оценки в философской мысли.

Делается вывод, что XXI век – время, когда обращение к наследию святых отцов, во многом вопрос сохранения собственной идентичности. Действительно, если учесть, что православная традиция играет конституирующую роль в русской культуре, то, очевидно, необходимо понять эту традицию, что совершенно невозможно вне контекста обращения к Священному Преданию в части творений святых отцов.

Кроме того, святоотеческое наследие позволяет отсечь околоцерковные спекуляции, зачастую инспирированные сторонниками секуляряного глобализма, которые искажают учение Церкви, приводят к его недопониманию, а то и отвержению со стороны многих людей. Но человек не может быть ценностно индифферентен. Место традиционных идей заполняют «импортные», ориентирующие его сознание на растворение в планетарном гуманистическом макросознании, как основе будущей общечеловеческой цивилизации.

Понимание необходимости возврата к усвоению истины, невозможному без опоры на святоотеческое наследие не снимает проблемыего реальности для современной России. Ведь решительный поворот к Традиции, если он произойдет, решит конфликт цивилизаций на внутреннем уровне, но резко обострит его во внешнем измерении: Запад встретит устойчивое сопротивление управляемому псевдоморфозу и, естественно, захочет его сломить.

В третьем параграфе обозначаются возможные варианты будущего развития России в контексте противостояния секулярного традиционному. Реалии современности таковы, что предполагают ситуация взаимного всматривания в будущее фаустовского Запада и России, причем лучезарность одного означает гибель другого. Что победит универсальная бездуховность или традиционная аутентичность?

Ответ на этот вопрос не может возникнуть просто так. Это результат борьбы за культурное (в самом расширительном смысле) доминирование. В известном смысле, картина ожидаемого будущего определяет степень прилагаемых сторонами сил для ведения этой борьбы, а значит, для реального достижения ожидаемых перспектив.

Картина будущего фаустовского Запада вполне очевидна: светский гуманизм с выхолощенной до уровня социальной традиции религией, антропоцентризм, помноженный на веру в прогресс и всеобщую толерантность. При этом в центре мира стоит не просто человек, а человек англо-саксонского типа и уподобившийся ему. Остальные подлежат постепенному растворению, читай – культурной аннигиляции.

А вот картина будущего России в условиях археомодерна не так однозначна. Ибо часть общества вполне солидарна с западными чаяниями, часть же вообще не конкретизирует образ будущего, ибо лишена традиционных ориентиров, через призму которых можно это будущее прогнозировать. Еще раз можно согласиться с формулой Уоррена!

Даже наша власть, которая в настоящее время испытывает некий дрейф от западных футуристических шаблонов, отмечает дефицит духовности в современном российском обществе.

Под духовностью здесь однозначно понимается православная традиция. Именно она является не только духовным, но и культурным конститутивом российского общества и государства. Не случайно столь резко разделилось мнение граждан по вопросу панк-группы, устроившей свою эпатажную акцию в стенах Храма Христа Спасителя.

Это «выступление» суть элемент стратегии управляемого псевдоморфоза. С одной стороны, осуществляется попытка десакрализации традиционно священного для нефаустовской культуры. С другой стороны, ведется мониторинг степени успешности данной попытки.

Вопрос не в мере наказания для участниц группы с непечатным названием и им подобным. Вопрос в осознании носителями традиционной культуры принципиальной возможности или невозможности подобных акций для этой культуры.

В контексте преодоления археомодерна это – недопустимо. С точки зрения управляемого псевдоморфоза – в этом нет ничего страшного.

Так какая же, все-таки, картина будущего может быть выстроена, исходя из логики противостояния управляемому псевдоморфозу? Безусловно, она не может быть столь оптимистичной как построения фаустовского Запада (при допущении возможности своей культурной гегемонии).

Фундаментом каркасной традиции России является Православие, основные смыслы которого раскрыты в Священном Писании и Священном Предании. Последнее предельно конкретизировано в святоотеческом наследии.

Будущее этой традиции эсхатологично. История человечества на Земле имеет конец, причем перед Вторым Пришествием Христа будет кратковременное, но кровавое правление Антихриста, чье царство вполне согласовывается со многими принципами фаустовских футуристических чаяний.

Иными словами, святоотеческая традиция не предполагает всемирной победы православного культурного кода. Скорее, наоборот. Но. Есть большое но. Часть людей – православных христиан, в условиях гонений выстоят. Сохранят свою идентичность. Говоря языком Православия – спасутся.

Они станут псевдоморфозом для победившего фаустовского глобализма, и в итоге – сокрушат его. Иными словами реальное противостояние управляемому псевдоморфозу есть способность культуры самой стать псевдоморфозом для этого псевдоморфоза. Можно говорить о феномене субпсевдоморфоза.

Впрочем, для приобретения культурой такой способности недостаточно просто обратиться к традиции, припасть к источникам духовности. Необходимо традицию сделать реальностью, осмыслить современность в контексте святоотеческого мировидения.

Для этого необходима определенная работа, которую наиболее точно определил отец Георгий Флоровский, обозначив ее термином «неопатристический синтез», под которым мыслитель понимал как «творческую переоценку прозрений, ниспосланных святым людям древности», приспособленную к новому веку, но остающуюся верной духу и созерцанию Отцов.

Думается, Россия сможет сыграть особую роль, как в осуществлении неопатристического синтеза, так и в обретении ее культурой возможности стать субпсевдоморфозом. Не зря тот же О.Шпенглер говорил о русских, как о народе «чье предназначение еще поколениями жить вне истории. Безусловно, вне западной истории.

Таким образом, совершенно очевидно, что картина будущего России, как впрочем, и Запада, зависит от ее (России) мировоззренческого выбора, ее обращения или игнорирования святоотеческой традиции, пожалуй, единственной, предложившей реальную картину будущего, в котором угроза вызова управляемого псевдоморфоза снимается ответом субпсевдоморфоза, который есть следование путем Христа, согласно главному культурному коду святоотеческого наследия.

Четвертая глава «Различные перспективы поворота на Восток»состоит из пяти параграфов и посвящена анализу возможных цивилизационных альянсов с не-западными культурами, как вариант ответа на вызовы западного глобализма. Подчеркнуто разнообразие «востоков», отдельно рассмотрены «восток Запада» и «Восток Небесный».Условно, согласуясь с С.Хантинтоном, можно выделить мусульманский (также очень неоднородный), конфуцианский и индуистский Восток.

В первом параграфе рассматриваются возможные контакты с мусульманским миром. Исламский мир совершенно не-западен, но при этом, далеко не всегда анти-западен. В этом смысле он не является монолитным союзником, способным стать единым фронтом против глобализма фаустовской цивилизации. Исламский мир явил себя как апологет Традиции в пику антитрадиционному Западу. Можно вспомнить Рене Генона, который не призывал европейских друзей переходить в ислам, но хотя бы держаться христианства, Традиции…

Ислам является наиболее активным защитником традиционности, чем та же Россия. Для этого мира не встает вопрос о дискуссиях по вопросу необходимости давать отпор вызовам секулярного глобализма. Другое дело, что разные представители этого мира видят эти вызовы по-разному, и в разном. Россия, в которой, с одной стороны, значительная часть населения – мусульмане, а с другой стороны, которая является геополитическим мостом между Западом и мусульманским миром, безусловно, может играть (и играет) значительную роль в процессе конструирования отношений Запад-исламский мир.

Но что получается в чистом остатке? Запад стремится интегрировать исламский мир в свою систему ценностей, что вполне укладывается в его политику секулярного глобализма. Исламский мир активно противостоит этому, хотя, как показывает пример Турции и ряда других стран, частично в этой борьбе уступает. С другой стороны, ислам, пользуясь духовным вакуумом Запада, прежде всего, Европы, активно его заполняет. Уже сейчас можно говорить о значительной исламизации европейского континента.

Наконец, и самое главное, традиционность ислама не является конституирующей для России и ее культуры. В этом смысле, усиление исламской цивилизации, склонной к политике управляемого псевдоморфоза, как это видно из приведенных выше цитат представителей либерального и радикального ислама в Европе, вряд ли решит проблему сохранения идентичности для России, а может и обострит ее.

Во втором параграфе прослеживаются возможные сценарии альянса с конфуцианским Востоком, прежде всего, Китаем. Конфуцианский Китай, в этом смысле, намного более определенный игрок. Идея Великого Китая, реальная возможность стать супердержавой сопоставимой, или даже превосходящей США, макроцель этого государства-цивилизации. Концепция сочетания Пути и Стены делает Китай устойчивым от внешних влияний, с одной стороны, и открытым для продвижения во вне, с другой стороны.

Но нужна ли Китаю сильная Россия? Очевидно, что нет. Привлекательный ресурсный потенциал России, отрицательная демография на огромных пространствах от Урала до дальнего Востока являются весьма лакомым куском, который, безусловно, не даст возможности развития долговременного искреннего и сердечного сотрудничества.

Таким образом, можно усматривать возможности стратегического партнерства России и Китая, продвижения России в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Но данное стратегическое партнерство, по сути, является также тактическим. Сотрудничество с цивилизационным колоссом Китая возможно лишь при наличии твердых внутренних духовных конститутивов, дабы не оказаться поглощенным или частично поглощенным амбициозной страной-цивилизацией, стремящейся к мировой гегемонии.

Для России вполне важно осознать, что она не только не не-Запад, но и не-Евразия в ее (Евразии) китайском прочтении. В этой связи актуальны устремления России к построению Евразийского союза на базе сотрудничества со странами Средней Азии, прежде всего, Казахстана. Важность построения Евразийского союза многократно отмечена на самом высоком уровне.

В условиях противостояния Запада самой идеи создания Евразийского союза, необходимо опереться не только (и не столько) на экономические, геополитические и прочие факторы, подталкивающие к объединению, сколько на Традиционные ценности, обладающие наибольшим «цементирующим» эффектом. Поэтому элиминация Православия из процесса строительства Евразийского союза, допущенное или усмотренное А.Г.Дугиным, может только насторожить и настроить на грустные размышления о возведении здания на песке

Втретьем параграфе рассматривается возможный альянс с индуистским Востоком. Индия, ориентированная на наращивание собственного потенциала, к тому же, ресурсозависимая, смотрит на Россию, как на источник удовлетворения ее жизненных потребностей. Ориентированность индуизма, его экспортного варианта – кришнаизма, на открытую проповедь позволяют увидеть в России и значительный прозелитический ресурс.

Обоснование необходимости духовной экспансии индуизма дал еще Свами Вивекананда, отмечавший, что человек не может спастись сам по себе, а только спасая других (читай: распространяя учение). Мы, конечно, далеки от прогнозирования политики управляемого псевдоморфоза со стороны Индии по отношению к России, но необходимо отметить, что заинтересованная в ресурсах и ориентированная на проповедь своего учения вовне Индия, вряд ли будет заинтересована в содействии сохранению культурной самобытности и идентичности России.

Четвертый параграф озаглавлен как «Восток Запада». Такое название не случайно, ведь духовноокрепшая Россия способна ориентироваться и на континентальную Европу, которую условно можно назвать востоком Запада в силу не до конца потухшей возможности возрождения ее духовной традиции, в своей сущности – христианской.

В нынешнем состоянии европейская интеграция чревата для России псевдоморфозом, который приведет к необратимым последствиям. Россия же укоренная в Истине, способна сама стать псевдоморфозомпсевдоморфной культуры, тем самым субпсевдоморфозом, который способен не только духовно возродить Европу, но и за счет этого (а также своих ресурсов), сместить акценты в расстановке сил на Западе, перетянув Европу на свою орбиту, что значительно ослабит позиции США и проводимую, прежде всего, ими политику глобализма.

В этой связи, возможно говорить о российско-ориентированной Европе, которая вполне может стать основой действительно Евразийского союза, способного удержать баланс между крайним Западом (США) и крайним Востоком (Китай и Индия). Подобный союз, в принципе, способен интегрировать в себя и мусульманский мир, ибо его традиция имеет многовековой опыт сосуществования с христианской традицией, что в потенциале дает возможность установления многополярного мира, отказа от квази-ценностей секулярного глобализма, а значит, предотвращение (по крайней мере, на какое-то время), общемирового духовного коллапса.

Впрочем, устойчивость России, и мы с этого начали наше исследование, напрямую зависит от формирования национальной идеи, которая может базироваться только на традиционных ценностях, прежде всего – ценностях Православия. Отсутствие таковой на сегодняшний день делает равно опасным интеграцию, как с Востоком, так и с Европой.

В пятом параграфе осуществлено сакральное прочтение «Востока». Основной задачей России, ее ответом на вызовы современности, как раз и видится попытка через собственное духовное возрождение сместить геополитические акценты, обеспечив тем самым, новую возможность развития мира в третьем тысячелетии.

Реальной возможностью осуществления подобного возрождения является развитие в каждом носителе традиционной культуры уранического взгляда на земные проблемы. К сожалению, подобный взгляд не возникает сам по себе. Для этого нужно особое духовно-культурное поле, способное сформировать у личности соответствующее мировидение.

Обретение Востока Небесного – непростая задача. Однако, думается, именно она может стать реальной неопатристического синтеза, как инструмента формирования и возрождения национальной идеи, как катализирующий фактор. Ведь стоит согласиться с тем же отцом Даниилом, что для этого необходим небесный взгляд на земные процессы. Священник назвал подобную жизненную позицию уранополитизмом.[65] Не вдаваясь в полемику по поводу термина, стоит заметить, что подобная форма восприятия действительности, безусловно, является ассиметричным ответом на вызовы секулярного гуманизма.

Реализация возможности формирования подобной жизненной позиции населения есть насущная задача церковно-государственного сотрудничества, которое вполне возможно и необходимо как единственный наиболее адекватный ответ на вызовы секулярного глобализма.

Результатом подобного сотрудничества станет не просто тактическая возможность остановить продвижение фаустовской цивилизации в ее унфикационистских стремлениях, но достижение стратегической цели воссоздания той среды, которая, опираясь на фундаментальные основы святоотеческого наследия, способствует укоренению в сознании носителей традиционной культуры, россиян, в целом, того мировидения, которое способствует их ураническому взгляду на мир, их горним стремлениям, в конечном счете, их спасению, как единственной реальной стратегической цели каждого человека.

Заключение содержит выводы и подводит итоги данного исследования, полученные в ходе разработки поставленной проблемы.

  1. Секулярный гуманизм, противопоставив себя традиции, привел Запад к глубокому духовному кризису, чреватому полным цивилизационным крахом. Стремясь избежать этого, англо-саксонский мир пытается продлить свое существование за счет культурной экспансии, используя для этого инструментарий глобализационных процессов.
  2. Конфликт цивилизации правильнее назвать конфликтом цивилизации (одной – Западной). Фаустовский мир не терпит сопротивления унификационным процессам вестернизации. Для его преодоления используются механизмы управляемого псевдоморфоза.
  3. Конфликт цивилизаций – двухмерный феномен. Помимо внешних противоречий существует и некий внутренний водораздел, проводимый уже между носителями автохтонной культуры. Его суть состоит в известном противостоянии согласных с вектором модернизации, прочерченным архитекторами управляемого псевдоморфоза, одной стороны, и сторонниками сохранения культурной идентичности собственной культуры, с другой. Отдельно находятся индифферентные к данной проблеме субъекты социума.
  4. Адекватный ответ вызовам глобализации может быть дан только в контексте обращения к фундирующим традициям данной культуры. Для России это – Православие, чьи культурные коды в полной мере содержатся в святоотеческом наследии. Необходимо предать ему экзистенциальный характер, то есть осуществить неопатристический синтез.
  5. Во всемирно-историческом масштабе вряд ли возможно остановить процессы глобализации. Возможность подобного решения проблемы противоречит и христианской эсхатологии. Тем не менее, наличие в рамках побеждающего секуляризма очагов традиционности, для России – Православия – превращает их в псевдоморфоз уже для глобализма, или субпсевдоморфоз.

В заключении намечаются возможные перспективы дальнейшей разработки проблемы. В частности, говорится о необходимости дальнейшего уточнения возможных сценариев развития России, а также разработки конкретных механизмов осуществления неопатристичечского синтеза и церковно-государственного соработничество в деле созидания духовно-культурного поля, необходимого для формирования устойчивой к вызовам управляемого псевдоморфоза носителя культуры.

Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях:

Публикации в рецензируемых журналах и изданиях списка ВАК

Минобрнауки РФ:

  1. Балагуров, О.А. Неопатристический синтез как ответ на вызовы управляемого псевдоморфоза. [Текст] / О.А.Балагуров, В.П.Океанский // Современные проблемы науки и образования. 2012. № 5; URL: www.science-education.ru/105-7161 (дата обращения: 05.03.2013).
  2. Балагуров, О.А. Сохранение культурной идентичности России в условиях вызовов фаустовскойпостистории: поиск адекватного ответа. [Текст] / О.А.Балагуров // Современные исследования социальных проблем (электронный журнал). 2012. № 9; URL: http://sisp.nkras.ru/e-ru/issues/2012/9/balagurov.pdf (дата обращения: 05.03.2013).
  3. Балагуров, О.А.Конфликт цивилизаций: картина будущего в контексте преодоления археомодерна посредством субпсевдоморфоза. [Текст] / О.А.Балагуров // В мире научных открытий. Красноярск, 2013. № 1.3. С. 77-89.

Статьи в сборниках научных трудов и тезисы докладов на научно-практических конференциях:

  1. Балагуров, О.А. Проблема трансляции культурных кодов православия в секулярной образовательной среде. [Текст] / О.А.Балагуров // Шуйская сессия студентов, аспирантов и молодых ученых: сборник трудов V Международной научной конференции. – М. – Шуя: Изд-во ФГБОУ ВПО «ШГПУ», 2012. – С. 4-7.
  2. Балагуров, О.А. Проблема сохранения культурной идентичности России: неопатристический синтез как ответ на вызовы фаустовской цивилизации Запада. [Текст] / О.А.Балагуров // Научный аспект. – Самара: Изд-во ООО «Аспект», 2011. – С. 73-75.
  3. Балагуров, О.А. Потенциал наследия Г.В.Флоровского в решении проблемы конфликта цивилизаций. [Текст] / О.А.Балагуров // Перспективы развития науки и образования: сборник трудов по материалам Международной научно-практической конференции: в 14 частях. Часть 7. – Тамбов: Изд-во ТРОО «Бизнес-Наука-Общество». – 2011. – С. 22-23.
  4. Балагуров, О.А. «Неопатристический синтез» отца Георгия Флоровского и «конфликт цивилизаций». [Текст] / О.А.Балагуров // Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук. – М.: Изд-во ИСИ. – 2012. – № 10 (45). – С. 304-306.
  5. Балагуров, О.А. Россия и Запад – картина будущего: тревожное всматривание или созерцательное ожидание? [Текст] / О.А.Балагуров // «Новая наука»: рождение культурологии в России: сборник научных трудов по материалам международной конференции. – Шуя: Изд-во ШФ ФГБОУ ВПО ИвГУ, 2013. С. 46-50.
  6. Балагуров, О.А. Россия и Запад: картина будущего в контексте преодоления вызовов управляемого псевдоморфоза // Культура. Духовность. Общество: сборник материалов III Международной научно-практической конференции. – Новосибирск: Изд-во НГТУ. – 2013. – С. 69-73.
  7. Балагуров, О.А. Судьба Европы в контексте секулярной глобализации: закат или возрождение? [Текст] / О.А.Балагуров // Наука, образование, общество: проблемы и перспективы развития: сборник трудов по материалам Международной научно-практической конференции: в 10 частях. Часть 9. – Тамбов: Изд-во ТРОО «Бизнес-Наука-Общество». – 2013. – С. 20-21.
  8. Балагуров, О.А. Возможные варианты поворота России на Восток как ответ на вызовы западного глобализма. [Текст] / О.А.Балагуров // Шуйская сессия студентов, аспирантов и молодых ученых: сборник трудов VI Международной научной конференции. – М. – Шуя: Изд-во ФГБОУ ВПО «ШГПУ», 2013. – С. 4-5.

1 Путин: надо уважать права не только меньшинства, но и большинства // РИА Новости: сайт. URL: http://ria.ru/valdaiclub_tenth_anniversary/20130919/964407657.html (дата обращения: 19. 09. 2013).

[2] Хантингтон С. Столкновение цивилизаций? // Полис. – 1994. – №1. – С. 33-48.

[3] Данилевский Н.Я. Россия и Европа / сост. и комм. А.В. Белова. – 2-е изд. – М.: Институт русской цивилизации, Благословение, 2011. – 816 с.

[4] Шпенглер О. Закат Западного мира; Очерки мифологии мировой истории. Полное издание в одном томе / Пер. с нем. – М.: «Издательство Альфа-Книга», 2010. – 1085 с.

[5] Тойнби А. Постижение истории. – М.: Прогресс, 1991. – 736 с.

[6] Королев С.А. Псевдоморфоза как тип развития: случай России//Философия и культура. – 2009. – №6 – С. 72-85.

[7] Зимовец Л.Г. О.Шпенглер о русской культуре//Ученые записки Российского государственного социального университета. – 2010. – №1. – С.45-50.

[8] Маханьков И.И. Мир – это Дух // Шпенглер О. Закат Западного мира. С. 979-986.

[9] Дугин А.Г. Археомодерн. – М.: Арктогея, 2011. – 142 с.

[10] Султанов К.В. Философия истории Н.Я.Данилевского: (История и современность). – СПб.: Гос. Пед. Ун-ет им. А.И.Герцена, 1995. – 239 с.

[11] Пивоваров Ю.С. Николай Данилевский: в русской культуре и в мировой науке // Мир России. – 1992. – Т. 1. – С. 163-212.

[12] ШапаренкоВ.В. Цивилизационная теория Н.Я.Данилевского как историко-методологическая парадигма: дис. … канд. филос. наук. – Пятигорск, 2002. – 173 с.

[13] Губман Б.А. Смысл истории: очерки современных западных концепций. – М.: Наука, 1991. – 192 с.

[14] Николай Сербский (Велимирович), святитель. Духовное возрождение Европы. – М.: Паломник, 2006. –448 с.

[15] Генон Р. Кризис современного мира. – М.: Эксмо, 2008. – 784 с.

[16] Хайдеггер М. Бытие и время. – М.: AD MARGINEM, 1997. – 451 с.

[17] Ясперс К. Смысл и назначение истории. – М.: Республика, 1994. – 527 с.

[18] Сорокин П. А. Человек, цивилизация, общество. – М.: Политиздат, 1992.

[19] Россия между Европой и Азией: Евразийский соблазн. Антология. – М.: Наука, 1993. – С. 57.

[20] Флоровский Г.В. Пути русского богословия. – Вильнюс, 1991. – 602 с.

[21] Хоружий С.С. Неопатристический синтез и русская философия// Вопросы философии. – 1994. – № 5. – С.75-88.

[22] Глазков А. Историософия Г. В. Флоровского и социальное служение: от евразийства к неопатристическому синтезу// Власть. – 2010. - №8. – С. 26-30.

[23] Черняев А.В. Георгий Флоровский как историк русской философской культуры: дис.… канд. филос. наук. – М, 2001. – 256 с.

[24] Сравнительное изучение цивилизаций: Хрестоматия. /Сост. Б.С.Ерасов. – М.: Аспект Пресс, 1998. – 556 с.; Ерасов Б.С. Цивилизации: универсалии и самобытность. – М.: Наука, 2002. – 524 с.

[25] Найдыш В.М. Цивилизация как проблема философии истории. – М., 1997. – 82 с.

[26] Сухарев М.В. Движение цивилизаций: Россия и Запад // Полис. – 2005. – №1. – С. 72-93.

[27] Рашковский Е.Б., Хорос В.Г. Мировые цивилизации и современность (к методологии анализа) // Мировая экономика и международные отношения. – 2001. – №12. – С. 33-41.

[28] Февр Л. Бои за историю. – М.: Наука, 1991. – 632 с.

[29] Назаретян А.П. «Столкновение цивилизаций» и «Конец истории» // Общественные науки и современность. – 1994. – №6. – С. 140-146.

[30] Моисеев Н.Н. Экологический кризис и цивилизационные конфликты // Проблемы глобальной безопасности. – М.: ИНИОН, 1995. – С. 157-181.

[31] Панова В.В. Современные западные исследования международного конфликта // Международные процессы: электронная версия. – 2005. Том 3. – №2 (8). URL: http://www.intertrends.ru/seven/005.htm (дата обращения: 18.05.2013).

[32] Шемякин Я.Г. Этнические конфликты: цивилизационный ракурс // Общественные науки и современность. – 1998. – №4. – С. 49-60.

[33] Столяров А.М. Запад и Восток: новая «эпоха пророков» // Россия21. – 2004. - №4. – С. 66-101

[34] Дмитриев А.В. Конфликтогенность миграции: глобальный аспект // Диалог культур в глобализирующемся мире: мировоззренческие аспекты. – М. Наука,2005. – С. 389-427.

[35] ЧерданцевВ.В. Неизбежен ли конфликт цивилизаций?//Вестник Российского экономического университета им. Г.В.Плеханова. – 2012. – №11. – С. 41-46.

[36] Ланцов С.А. Цивилизационное измерение в мировой политике: прогнозы С.Хантингтона и реалии XXI века//Научные труды Северо-Западного института управления. – 2010. – №1. – С. 212-219.

[37] Мясоедов Д.Н. Прогноз развития конфликта цивилизаций и стратегия геополитики России // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. Политология. Экономика. Информатика. – 2008. – Т.6. – №2. – С. 130-134.

[38] Аксюмов Б.В. Конфликт цивилизаций в современном мире: дис. …докт. филос. наук. – Ставрополь, 2009. – 418 с.

[39] Межуев В.М. Диалог между цивилизациями как философская проблема // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. – 2004. – №1. – С. 34-43.

[40] Matlock J.F. Can civilizations clash? //Proc. оf the Americ. Philosophicalsoc. – Philadelphia, 1999.Vol. 143, No 3. – P. 428-439.

[41] Батура А.А. Традиция как философско-культурологическая категория и ее социально-адаптационные функции: дис. … канд. филос. наук. – Краснодар, 2000. – 149 с.

[42] Иванова Ю.В. Традиции и их роль в политической жизни общества: дис. … канд. филос. наук. – М., 1994. – 176 с.

[43] Алфеев Иларион, митрополит. Современные вызовы глобального мира: секуляризм и религиозное мировоззрение// Международная жизнь. – 2010. – №7. – С. 21-33; Алфеев Иларион, митрополит. Святоотеческое наследие и современность[Электронный ресурс] // Библиотека «Благовещение»: сайт.URL:http://www.wco.ru/biblio/books/alfeev20/H00-T.htm (дата обращения: 18.05.2013); Алфеев Иларион, митрополит. Преподобный Симеон Новый Богослов и Православное предание. – М.: Изд-во МП РПЦ,2013. – 448 с.; Алфеев Иларион, митрополит. Благословение или проклятие? Традиционные и либеральные ценности в споре между христианством и западной цивилизацией. Доклад на Мировом общественном форуме «Диалог цивилизаций», Гавана (Куба), 27-30 марта 2005 года [Электронный ресурс] // Митрополит Иларион (Алфеев): сайт. URL: http://hilarion.ru/2010/02/25/1050 (дата обращения: 12.05.2012); Алфеев Иларион, митрополит. Православие и секуляризм[Электронный ресурс]// Русская Православная Церковь: сайт. URL:http://www.patriarhia.ru; Алфеев Иларион, митрополит. Современные вызовы глобального мира: секуляризм и религиозное мировоззрение// Международная жизнь. – 2010. – №7. – С. 21-33.

[44] Краснов М. Государство светское или секулярное? // Нескучный сад: электронная версия. URL: http://www.nsad.ru/articles/gosudarstvo-svetskoe-ili-sekulyarnoe (дата обращения 12.03.2013).

[45] Наумов С., Слонов Н. От атеистического государства – к светскому[Электронный ресурс] // Фонд исторической перспективы: сайт. URL: http://www.perspektivy.info/rus/gos/ot_ateisticheskogo_gosudarstva--k_svetskomu_2010-03-23.htm (дата обращения: 26.04.2013).

[46] Kenny A. Secularism and secularization // Studies. – Dublin, 1997. Vol. 86, No 344. – P. 315-323.

[47] Элиаде М. Священное и мирское. – М.: Изд-во МГУ, 1994. – 144 с.

[48] Дьяконов И.М. Пути истории. – М. Восточная литература, 1994. – 384 с.

[49] Хейзинга Й. Осень Средневековья. – М.: Наука, 1988. – 540 с.

[50] Гура В.А. Феномен секуляризации в европейской истории: дис. … докт. филос. наук. – СПб., 2000. – 304 с.

[51] Гуманистический манифест 2000. Призыв к новому планетарному гуманизму [Электронный ресурс] // Российское гуманистическое общество: сайт. URL: http://www.humanism.ru/manifest/ (дата обращения: 15.09.2012).

[52] Иноземцев В.Л. Современная глобализация и ее восприятие в мире // Век глобализации. – 2008. – №1. – С. 31-44.

[53] Вельяминов Г.М. Россия и глобализация // Россия в глобальной политике. – 2006. – №3. – С. 88-105.

[54] Неклесса А.И. Проект «глобализация»: глобальные стратегии в преддверии новой эры // Научный альманах высоких гуманитарных технологий (НАВИГУТ). – 1999. – № 1. – С. 109-113.

[55] Мунтян М.А. Глобализация – что это? [Электронный ресурс]// Фонд исторической перспективы: сайт. URL: http://www.perspektivy.info/print.php?ID=43411(дата обращения 06.04.2013).

[56] Шахназаров Г.Х. Глобализация и глобалистика – феномен и теория // ProetContra.–2000. – Том 5. – №4. – С. 184-198.

[57] Бессонов Б.Н. Глобализация и Россия // Глобализация и Россия. Материалы круглого стола. – М., 2001. – С. 4-14.

[58] Гаджиев К.С. Заметки о метаморфозах либеральных ценностей // Вопросы философии. –2008. – №5. – С.14-31.

[59] Коллонтай В.М. Эволюция западных концепций глобализации // МЭ и МО. – 2002. – №1. – С. 24-30.

[60] Белл, Д., Иноземцев, В. Эпоха разобщенностей. Размышления о мире XXI в. – М.: Центр исследований постиндустриального общества, 2007. – 304 с.; Белл Д. От священного к светскому // Религия и общество. – М.: Аспект Пресс, 1996. – С.699-702.

[61] Бжезинский 3. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы. М.: Международные отношения, 2009. – 280 с; Бжезинский 3. Выбор: мировое господство или глобальное лидерство. М.: Международные отношения, 2010. – 264 с.; Бжезинский 3. Последний суверен на распутье // Россия в глобальной политике. – 2006. – №1. – С.8-26.

[62] Гуманистический манифест 2000… URL: http://www.humanism.ru/manifest/

[63] См., например: Аксюмов Б.В. Конфликт цивилизаций в современном мире. С. 281.

[64] Путин В.В. Послание Президента Федеральному собранию РФ: полный текст// Regnum: сайт. URL: http://www.regnum.ru/news/polit/1603695.html (дата обращения 04.04.2013).

[65] Сысоев Даниил, священник. Гражданин неба. С. 11.



 





<


 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.