WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Тернарные и кватерниорные структуры в философско-культурологическом дискурсе

На правах рукописи

Рязанова Нина Вячеславовна

ТЕРНАРНЫЕ И КВАТЕРНИОРНЫЕ СТРУКТУРЫ

В ФИЛОСОФСКО-КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ

Специальность 24.00.01 – Теория и история культуры


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени
кандидата культурологии

Саратов – 2011

Диссертация выполнена в ГОУ ВПО «Саратовский государственный технический университет»

Научный руководитель: – доктор философских наук, профессор Волошинов Александр Викторович
Официальные оппоненты: – доктор философских наук, профессор Фриауф Василий Александрович
– доктор культурологии, профессор Абрамов Михаил Александрович
Ведущая организация: – Астраханский государственный университет

Защита состоится « 29 » июня 2011 года в 13 часов на заседании диссертационного совета ДМ 212.242.12 в Саратовском государственном техническом университете по адресу: 410054 Саратов, ул. Политехническая, 77, Саратовский государственный технический университет, корп. 1, ауд. 319.

С диссертацией можно ознакомиться в научно-технической библиотеке Саратовского государственного технического университета.

Автореферат разослан «_____» мая 2011 г.

Автореферат размещен на сайте Саратовского государственного технического университета www.sstu.ru «_____» мая 2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета Н.М. Ососкова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования. Число традиционно считается математическим понятием, некой абстракцией, используемой для количественной характеристики объектов, и, на первый взгляд, в меньшей степени является феноменом культуры. Однако при более детальном рассмотрении число представляет собой не только средство счета, но и характеристику бытия. Возникнув однажды для решения практических задач, числа стали способом познания Вселенной. Мифологическое мышление древнего человека не относилось ни к одному явлению как к случайному, особенно если оно было постоянно повторяющимся. Поэтому числа, связанные с некоторыми постоянными явлениями, наделялись им особым, священным смыслом. Числовые системы совершенствовались, специализировались для решения конкретных задач, освобождались от ненужных громоздких деталей и обрастали новыми смыслами, наделялись новыми качествами, превращаясь в источник информации, полисемантическую реальность. Мы неизменно обнаруживаем такие числа, выступающие качественными характеристиками бытия, космоса, героев, ландшафта, предмета, обстановки, способа действия в мифологических повествованиях и ритуальной практике, философии и искусстве, мировоззрении и народных обычаях.

Связь чисел с мифом и религией обусловила формирование символизма чисел. При анализе явлений культуры становится очевидным, что нельзя произвольно вызвать в своем воображении какое-либо число, оно обязательно будет детерминировано воспоминанием о каких-либо связанных между собой событиях. Мы часто встречаем числа в пословицах и поговорках: «семеро одного не ждут», «Бог любит Троицу», «семь раз отмерь, один раз отрежь», «чертова дюжина» и т.д. Для нас привычным стало большинство представлений, выраженных с помощью чисел или имеющих в своей основе числа. Например, троичное деление времени (прошлое – настоящее – будущее), пространства (длина – ширина – высота); четыре стороны света (север, юг, запад, восток), или деление годового цикла на сезоны: весна, лето, осень, зима; список первоэлементов у натурфилософов, включающий землю, воду, воздух и огонь и др. Как заметил Ю. А. Урманцев, «числа выступают на передний план в самых «горячих» точках науки: то при изучении распределения планет в Солнечной системе, то при объяснении сущности кода наследственности, то при выводе фундаментальных инвариантов в теоретической физике, то при определении периодической природы музыкального ряда и таблицы Менделеева»[1]. Бесспорно, появление в физике каких-либо чисел является неизбежным следствием применения в ней аппарата чистой математики в качестве универсального средства для количественного описания явлений природы. Однако очевидно и то, что зачастую при математическом описании мироздания фигурируют одни и те же определенные числа. Природа словно «благоволит» к ним, равнодушно «отвергая» остальные. Вопрос в том, почему в разных случаях выступают различные конституирующие числа, как связано соответствующее число с внутренним логическим устройством структуры и ее образа?

Нынешнее время можно охарактеризовать как время повышенного внимания к числам. Одной из самых популярных тем является дискуссионная тема тайного смысла чисел, к которой прибегают в последнее время все больше исследователей. Путь к ответам у большинства из них лежит через эзотерическую литературу, нумерологические спекуляции, попытку вольной трактовки чисел путем аналогии, подмены понятий в требуемом ракурсе. Символическое отражение понятия «число» особенно востребовано в практическом приложении целого ряда нетрадиционных наук. В свете данной тенденции актуальным является отделение нумерологических спекуляций от рассмотрения числа как феномена культуры и всестороннее его изучение.



Считается, что число относится к кругу первичных категорий, его природа невыводима ни из чего другого[2], или же что «число есть смысл самого смысла»[3]. Однако, на взгляд автора, число можно познать, представив его как структуру. Такая особая природа числа и делает его феноменом культуры, который находит свое осмысление в различных культурных слоях. При этом смысл, заданный соответствующим культурным полем, определяет множество значений числа и во всех иных культурных слоях. Анализ числа как феномена культуры позволяет вскрыть единую природу числа, допускающую множество трактовок, однако имеющую единый источник такой полисемантичности. Выявляя числа в философско-культурологическом дискурсе, можно определить сущность и признаки числа, место определенного явления, описанного с помощью его структуры в культурно-историческом процессе развития, а также понять, почему за определенными объектами и явлениями закреплены определенные числовые структуры. Ключом к ответам на эти вопросы могут служить культурологический анализ числовых структур, исследование генезиса чисел в целом.

Степень разработанности проблемы. Природа числа – традиционная тема философии с первых дней ее зарождения. Первые попытки философского осмысления феномена числа принадлежат древнегреческим философам: Пифагору, Гераклиту, Филону, Платону и Аристотелю. Далее исследование числа мы находим у неоплатоников Прокла и Плотина, затем у средневековых философов – Августина, Боэция, Фомы Аквинского. Знаменитые деятели эпохи Возрождения – Н. Кузанский, Леонардо да Винчи – заново осознали число как универсалию Космоса и как основной структурный принцип микрокосма. Философы Нового времени осуществили грандиозный прорыв в области математизации наук о природе: Г. Галилей, Р. Декарт, И. Кеплер, И. Ньютон, Г. Лейбниц. Представители немецкой классической школы – И. Кант и Г.В.Ф. Гегель – подошли к изучению «философии числа» как к социальной логике оценки общественных процессов. Зарубежные философы XX в. рассматривали явления культуры, имеющие числовую структуру: К. Поппер, Г. Риккерт, М. Хайдеггер, пытались раскрыть смысл чисел (О. Шпенглер, Й. Хейзинга, К. Ясперс, К.-Г. Юнг).

Крупный шаг в направлении дальнейшего исследования философии числа был сделан А.Ф. Лосевым, в работах которого число рассматривается как сфера философского познания и творчества, отсюда можно говорить о философии числа как особом философском термине, введенном именно А.Ф. Лосевым.

Несомненно, большой вклад в изучение философии числа внесли как отечественные, так и зарубежные математики, которые затрагивали проблему числа в самых различных аспектах: И.Г. Башмакова, Н. Бурбаки, Б.Л. Ван-дер-Варден, Г. Вейль, М.Я. Выготский, М. Клайн, А.Н. Колмогоров, Э. Кольман, О. Нейгебауэр, И.Д. Рожанский, Д.Я. Стройк. Непосредственно символику чисел рассматривали в своих научных исследованиях отечественные философы и историки культуры: В.Е. Еремеев, В.Б. Иорданский, М.Я. Иоселева, В.М. Кириллин, А.И. Кобзев, А.Е. Лукьянов, Б.А. Фролов.

Еще один пласт исследований, раскрывающих смысл чисел, относится к эзотерическим работам, которых на сегодняшний день большое количество. Современные исследователи (например, С.Ю. Ключников, Л.Н. Кулакова, В.И Курбатов) интерпретируют учение Пифагора, обращаются к «Тайной Доктрине» Е.П. Блаватской, демонстрируют символическую природу каждого числа, его связь с древними и современными культами и сакральными традициями Востока и Запада. Автора интересовали главным образом работы, в которых предпринималась попытка культурологического анализа чисел, а не простого перечисления вариантов их толкования. К сожалению, на этом пути сделано очевидно мало.

Пристальное внимание исследуемым тернарным и кватерниорным структурам уделено философами, использующими семиотический подход к культуре, среди которых особое место занимают Ю.М. Лотман, исследовавший семантику числа и соответствующий ему тип культуры; А.Я Сыркин, непосредственно проанализировавший триады и тетрады совместно с В.Н. Топоровым, внесшим большой вклад в изучение роли чисел в культурах архаического типа, их мифоэпической основы. Определенную роль также сыграли исследования Вяч. Вс. Иванова по семиотике культуры, в которых, в частности, он рассматривает двоичность основных кодов человеческой культуры в связи с левополушарной и правополушарной дихотомией функций головного мозга человека. Исследованию бинарных оппозиций пристальное внимание уделял структуралист К. Леви-Строс, по мнению которого двузначная логика лежит в основании культуры.

Однако большинство авторов приходят к выводу о том, что бинарные оппозиции не являются универсальной самодостаточной структурой культуры. Современные исследователи (например, М.С. Уваров) обозначили проблему недостаточности бинарной логики в описании мира. Наиболее глубоко проанализировал тенденцию перехода к троичному мышлению известный ученый Р.Г. Баранцев. Ставшая классической работа «Становление тринитарного мышления» раскрывает архетип триединства, генезис тринитарного сознания, развивает понятие структуры и рисует структуру системной триады как основной ячейки синтеза информации о мире.

Параллельно идею тринитарного мышления разными путями осваивали и развивали: Н.Н. Александров, А.Н. Алексеев, А.В. Волошинов, А.Н. Голубев, В.В. Иванов, Н.В. Поддубный, Г.С. Померанц, Б.В. Раушенбах, К.А. Свасьян, Х. Бэк, K. Флосс, Э. Шадел. Появляется термин «триалектика» и триалектический метод познания (П.Я. Сергиенко). Вопросы триалектики миропонимания, триединства, триады и троичности в изучении истории культуры, философии и современных глобальных аспектов развивающейся мировой действительности поднимает Е.П. Борзова в своей энциклопедической работе «Триадология».





Исследование архетипа троичности присутствует в исследованиях, выполненных на стыке таких дисциплин, как религиоведение, философия и психология. Бесспорно, здесь доминируют корифеи философской и религиозной мысли: П.А. Флоренский, Б.В. Раушенбах, В.Л. Рабинович, Г.А. Померанц, В.С. Полосин, В.С. Соловьев.

Кватерниорные структуры менее изучены, чем тернарные. Они были затронуты в работах знаменитых философов Б.Н. Чичерина, К.Г. Юнга, а также современными исследователями: Л.М. Семашко, О.М. Калининым, А.Е. Чучиным-Русовым. Богатые сведения о числовых структурах от диад до додекад (12-членная структура) собраны в работе Дж.Г. Беннетта «Драматическая Вселенная. Человек и его природа».

Исследованию употребления чисел в эстетико-художественном пространстве посвящены статьи С.С. Аверинцева, А. Белого, В.В. Бычкова, К.А. Свасьяна. Апелляция к творчеству Ф.М. Достоевского вызвана активным поиском новых подходов к его изучению. О том, что Ф.М. Достоевский использовал библейские мотивы в своих произведениях, литературные критики, философы писали не раз. В.С. Соловьев, назвавший Ф.М. Достоевского истинным христианином, обосновал органически воспринятую писателем идею триединства. Д.С. Мережковский, С.Н. Булгаков признали в Достоевском пророка, достигшего глубокого понимания сущности и путей православия в мире. За ними последовали Вяч. Иванов, Н.А. Бердяев, Л. Шестов, Н.О. Лосский, стремясь определить некий стержень религиозных воззрений писателя.

Тема употребления чисел-символов в творчестве Ф.М. Достоевского так или иначе присутствует в работах ряда современных исследователей. В первую очередь эту тему затрагивает В.Н. Топоров, демонстрируя связь текстов писателя и числовых моделей архаических текстов. Затем В.Е. Ветловская в своем обширном анализе романа «Братья Карамазовы» совершает литературный анализ произведения, уделяя внимание символике чисел и строению романа.

Более детально изучением архитектоники мировых шедевров литературы занимается А.В. Волошинов, в работах которого выявляется общий алгоритм, действующий при формировании «конструкции» того или иного произведения, демонстрируется единство фундаментальных закономерностей, присущих музыке, архитектуре, литературе, живописи, искусству.

Надо признать, что работы, в которых исследуется символика числа, в большинстве своем имеют узкоспециальный характер, обусловленный позицией исследователя, направленной либо на философское осмысление математики, либо на историко-культурное, где число является носителем множества смыслов, порой выходящих далеко за пределы предмета математики. Анализируя немногочисленные диссертационные исследования, посвященные изучению природы числа, отметим работы Л.П. Данилец «Гносеологическая природа числа как символа» и Г.В. Малышева «Бытие числа». Оба диссертанта приходят к заключению, что число остается одним из самых загадочных объектов, не имеющим общепринятого определения и подлежащим дальнейшему осмыслению, что и было предпринято в их работах: в диссертационном исследовании Л.П. Данилец – с позиции гносеологии, а у Г.В. Малышева – философской онтологии. Отсутствие единой точки зрения на категорию числа означает существенность этого понятия для дальнейшего развития культурологических исследований.

Представляется перспективным трехуровневый анализ числа с позиции философии, истории и культуры. В данном диссертационном исследовании совершается попытка междисциплинарного анализа природы числа как феномена культуры, реконструирования гармоничного сочетания имеющихся в различных отраслях знания представлений о числовых структурах, где в ходе развернутого культурологического анализа будут выявлены закономерности их употребления.

Выбор чисел три и четыре, тернарных и кватерниорных структур, соответственно, объясняется тем, что это есть базовые структуры, на которых основываются все остальные структуры, и изучение более сложных структур повлечет за собой обращение к предыдущим. Невозможно понять тернарную структуру, не познав дополнительность, заложенную в бинарной структуре, так же и фундаментализм кватерниорной структуры непостижим без динамизма тернарной. А так как бинарная структура, или диада, достаточно изучена и все чаще подвергается критике за недостаточность возможностей описания мира с помощью нее, идеальным видится изучение тернарных и кватерниорных структур, ведь именно их союз приводит к формированию чисел «семь» и «двенадцать».

Логика нашего исследования вполне соответствует известному высказыванию Лао-Цзы: «Один порождает два, два порождает три, а три порождает все вещи» (Дао Дэ Цзин, 42). И мы отразим этот процесс, рассматривая тернарные и следующие за ними кватерниорные структуры.

Итак, в диссертационном исследовании выделяются три направления, раскрывающие роль числа как феномена культуры, сообразно которым построена структура работы:

  1. культурологическое (историко-культурный контекст);
  2. философское (теоретико-философский дискурс);
  3. художественное (эстетико-художественное пространство).

Цель исследования – выявление специфики употребления тернарных и кватерниорных структур в культуре. Для достижения поставленной цели предусматривается решение следующих задач:

1. Исследовать генезис представлений о числах и их динамику в историко-культурном контексте, рассматривая взгляды на число в традициях западной и восточной культур.

2. Выявить основные признаки и качества тернарных и кватерниорных структур в различных культурных традициях.

3. Представить модели тернарных и кватерниорных структур, демонстрирующих различные варианты прочтения смыслов, заложенных в каждой из них; продемонстрировать значимость исследуемых структур как важных инструментов для описания мира.

4. Обосновать недостаточность бинарной логики в познании мира путем анализа различных контекстных употреблений бинарных оппозиций.

5. Рассмотреть символику и семантику тернарных и кватерниорных структур в Библии и творчестве Ф.М. Достоевского.

6. Попытаться аргументированно продемонстрировать осознанное употребление чисел в произведениях Ф.М. Достоевского и установить аналогии с библейскими числоупотреблениями.

Объектом исследования выступают тернарные и кватерниорные структуры в культуре.

Предметом исследования являются семантические, символические, структурные инварианты представлений о тернарной и кватерниорной структурах в философско-культурологическом дискурсе.

Теоретико-методологическая основа исследования. Исследование осуществлялось на основе сравнительно-исторического, структурного, семиотико-герменевтического методов; совокупности философско-исторических методов, основных методов теоретического познания (аналогия, сравнение, анализ), а также метода исторической и логической реконструкции. В основе исследования лежат основные методологические принципы научного познания: объективность, системность, единство исторического и логического, целостность, принципы развития и историзма, восхождение от абстрактного к конкретному.

В связи с темой исследования особый интерес представляли тексты Ветхого и Нового Завета Библии и произведения Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» и «Братья Карамазовы», послужившие эмпирическим материалом для интертекстуального анализа.

Методика реинтерпретации смысла, заложенного в числах, часто употребляемых Ф.М. Достоевским в своих произведениях, заключалась в последовательном обзоре и анализе символических, структурных и семантических значений чисел три и четыре в пределах религиозно-философских учений Востока, западной философии числа (в особенности античной) и сакрального текста Библии. Во многом выбор источников определялся тем фактом, что характеристики чисел имеют свой общий корень, лежащий в мифологии. Миф – как универсальный инструмент познания мира содержит в себе числовые константы, отголоски которых мы находим в рациональном осознании мира писателем.

Опорой для многих положений, изложенных в диссертации, послужили эстетические и культурологические концепции А.В. Волошинова, касающиеся различных аспектов синергетики культуры. В частности, в качестве методологического ориентира для данного диссертационного исследования стали методы анализа художественных произведений с позиций нелинейного мышления. В его работе «Математика и искусство» представлен анализ текста «Божественной комедии» Данте на уровне структуры, семантики и символики. Такой подход к морфологии искусства, развиваемый им, несомненно ценен для культурологических исследований.

Научная новизна исследования заключается в следующем:

1. Впервые числа три и четыре становятся предметом специального культурологического исследования, рассматривающего их как структуры с позиции истории, философии и культуры.

2. В рамках работы осуществлена историческая реконструкция представлений о тернарной и кватерниорной структурах, выявлены истоки, ценностно-смысловые характеристики этих структур, прежде в такой форме не представленные. Предложено авторское видение моделей тернарной и кватерниорной структур в разных вариантах, которые подтверждают наличие многообразия смыслов, заложенных в данных числах.

3. Показано, что явления культуры, имеющие в своей основе определенную числовую структуру, приобретают признаки и качества этой структуры. Иначе говоря, число выступает некой семантической структурой, имеющей определенную качественную характеристику, несущую в себе информацию, которая может быть использована в различных культурных реальностях, в частности на уровне текста. Для того чтобы ее понять, мы прибегаем к реинтерпретации смысла чисел, совершая «семиотический перевод» текстов Священного Писания.

4. Показано сходство значений чисел три и четыре, употребленных Ф.М. Достоевским в произведениях «Преступление и наказание» и «Братья Карамазовы» со значениями священных чисел-символов в тексте Библии. Особое внимание уделено проявлению христианской идеи Троицы в тернарных структурах у Достоевского, в частности в главной общекультурной триаде истины, красоты и добра.

5. В результате проведенного культурологического анализа числовых структур осуществляется концептуализация словосочетания «феномен числа», превращение его в культурологическую категорию.

Результаты исследования позволили сделать ряд выводов, которые сформулированы в основных положениях, выносимых на защиту:

1. Трехтысячелетняя история учений о числе доказывает, что число является подлинным феноменом культуры, выполняющим не только функцию счета, но и представляющим собой определенную интеллектуальную структуру, позволяющую хранить информацию, осуществлять перенос социально значимого опыта из одной культурной реальности в другую. Такая трансляционная функция числа порождает полисемантичность смыслов, заложенных в нем, однако имеющих общий источник – определенную качественную характеристику, значение которой напрямую связано со структурой числа.

2. Качественной характеристикой тернарной структуры является ее динамичность. Динамика тернарной структуры обусловлена тремя особыми точками полуволны синусоиды (две точки перегиба и точка экстремума, в которых первая или вторая производная функции обращаются в нуль), представляющей всякий циклический процесс. А поскольку вся природа – это циклы, то и вся природа (в том числе и «вторая природа» – культура) – это триады. Отсюда эффективность использования триады в описании темпоральных и эволюционных событий, выделение начала, середины и конца (в природе) или возникновения, развития и упадка (в культуре). Семантика триады всегда соотносится с динамикой, движением, развитием.

3. Качественными характеристиками кватерниорной структуры являются ее статичность и устойчивость. Эти признаки обусловлены ортогональным соединением в кватерниорной структуре двух дихотомий, которые, объединяясь, дополняют и уравновешивают друг друга. Здесь ключевым моментом является связь четырех точек с центром и через центр друг с другом. Графически устойчивость структуры демонстрируется образом квадрата или креста. Отсюда использование тетрады в мифоэпических текстах в качестве инструмента для описания мироздания и ориентации в нем. Значение тернарных и кватерниорных структур в природе и культуре огромно. По сути, они организуют нашу реальность, выступая символами времени и пространства. Сформированный пространственно-временной континуум является одним из вариантов конституирования целостности мироздания, за существование которого отвечают триада и тетрада.

4. Структурный анализ триад и тетрад показал разнообразные варианты прочтения смысла, заложенного в явлениях, описанных с помощью чисел три и четыре, а также выявил, что в их структуре присутствует бинарная оппозиция. Являясь универсальной моделью познания мира, бинарный архетип имеет тысячелетнюю историю. Структурирование внешнего мира по методу оппозиций присуще архаическому обществу изначально и во многом это связывается со строением головного мозга, состоящего из функционально асимметричных правого и левого полушарий. Отсюда познание человеком мира двумя противоположным способами – рациональным, рассудочным и образным, эмоциональным. Однако бинарная структура является недостаточной для описания всего многообразия мира. Со временем известные схемы подвергаются переосмыслению, новой интерпретации и появляются более сложные структуры. Все больший вес приобретают такие понятия как синтез, всеединство, целостность, выражающиеся через тернарные и кватерниорные структуры.

5. Анализ тернарной и кватерниорной структур в Библии предоставил следующее понимание семантики каждой структуры. Феномены, отмеченные в тексте идеальной завершенностью, божественным совершенством, связаны с числом три. Это божественное число, и соответственно все, что связано с Богом на небе или его деяниями на земле, передается через символику числа три: образ Бога, его описание, появление в Библии и все, что исходит от него; Святая Троица. Анализируя контекстные употребления числа четыре в Библии, следует отметить земную направленность и всеохватность данной числовой структуры: четыре реки рая, четыре угла земли, четыре ветра земли, четвероугольник Иерусалима, четыре Евангелия, повествующих о жизни и деятельности Иисуса на земле. Таким образом, кватерниорные структуры характеризуют земной мир, то, что фундаментально и уравновешенно.

6. Сходные библейские мотивы, выраженные числами три и четыре, мы находим в произведениях Ф.М. Достоевского, творчество которого, бесспорно, – грандиозная апелляция к христианской религии, к Святой Троице. Ф.М. Достоевский реализует мифологические и библейские мотивы на уровне семантики, структуры, символики своих романов. Такая иерофания числа и мифология числа является основным контекстом произведений писателя. В связи с этим число становится не только часто употребляемым элементом текста, но и его архетипом. Романы «Преступление и наказание» и «Братья Карамазовы» буквально сотканы из тернарных и кватерниорных структур. В «Преступлении и наказании» тернарные структуры генерируют главную триаду романа «предопределение – беда – спасение», что говорит о фрактальной семантике произведения. В «Братьях Карамазовых» главной триадой являются три брата Карамазовы – три типа сознания – чувственное (Дмитрий), рациональное (Иван) и интуитивное (Алексей) как выразители трех вечных общекультурных ценностей – Красоты, Истины и Добра. Кватерниорные структуры в обоих романах в основном реализуются на уровне символики и связаны с выражением земного мира, в частности символичным выражением городской действительности в «Преступлении и наказании». Достоевский употребляет число четыре в бытовых реалиях, в предметах повседневной жизни, окружающих человека, в конкретных ситуациях и диалогах.

Теоретическая и практическая значимость работы состоит в систематизации и проработке разрозненных фактов употребления и характеристики чисел три и четыре в истории мировой культуры. Гипотезы и закономерности, выдвинутые в работе, позволяют обобщить известные ранее и полученные в ходе данного исследования данные о тернарных и кватерниорных структурах. Материалы и выводы исследования могут быть использованы в научной и учебной работе. Результаты, полученные в ходе исследования, могут быть использованы в курсах теории культуры, философии культуры, истории и философии науки и совершенствовать познавательный процесс в целом.

Апробация работы. Основные положения диссертации излагались автором на Всероссийской научной конференции «Социальные идеалы в стратегиях общественного развития» (Саратов, ноябрь 2004), X Международной междисциплинарной научной конференции «Нелинейный мир» (Нижний Новгород, 27 июня-2 июля 2005), Всероссийской научной конференции «Стратегии современного развития и управления общественными процессами» (Саратов, декабрь 2006), Всероссийской научной конференции с международным участием «Системы и модели: границы интерпретации» (Томск, 6-10 ноября 2007), III Межрегиональной научно-практической конференции «Актуальные вопросы естественнонаучных, гуманитарных и социально-экономических дисциплин» (Георгиевск, 20 марта 2008), Международной научно-практической конференции «Проблемы современного общества: естественнонаучные и гуманитарные аспекты» (Георгиевск, 19 марта 2009), Всероссийской научной конференции с международным участием «Структура и динамика культуры в контексте синергетической парадигмы» (Саратов, 10-11 ноября 2009), II Международной научно-практической конференции «Проблемы современного общества: естественнонаучные и гуманитарные аспекты» (Георгиевск, 12 марта 2010), Межвузовской конференции студентов и аспирантов «Гуманитарные чтения РГГУ-2010. Гуманитарное измерение глобализации» (Москва, 1 апреля 2010).

Структура работы обусловлена задачами диссертационного исследования. Работа состоит из введения, трех глав, заключения и списка использованной литературы. Главы работы содержат 9 параграфов. Список литературы содержит 172 наименования работ отечественных и зарубежных авторов.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении автор обосновывает актуальность исследования, раскрывает степень разработанности проблемы, обозначает теоретико-методологические основания работы, определяет объект и предмет, цели и задачи исследования, научную новизну и практическую значимость работы, излагает основные положения, выносимые на защиту.

Первая глава «Тернарные и кватерниорные структуры в историко-культурном контексте» состоит из трех параграфов и посвящена культурологическому анализу представлений о числах три и четыре. Автор в ней подводит промежуточный итог: число во многих обстоятельствах выступает как посредник между космическими феноменами и культурой, несет в себе определенную информацию. Эта таинственная связь способствует наполнению числа сакральными смыслами. Разумеется, данная глава не претендует на полноту охвата всего многообразия примеров числоупотреблений. В ней собраны наиболее яркие и информативные представления, позволяющие судить о числе как феномене культуры и показать определенную закономерность в употреблении чисел первой десятки при описании явлений культуры.

В параграфе 1.1 «Число как объект культурологического исследования» диссертант исследует число в контексте истории культуры, что позволяет ему проследить генезис понятий о числе, эволюцию взглядов на число и продемонстрировать попытку изучения числа как определенной константы культуры. Осознание огромной роли числа для количественного описания мироздания, установление иерархических отношений во внешнем мире способствовало сакрализации и «космизации» числа. Число становится образом мира и важнейшим элементом мифопоэтических систем, а также средством для преодоления деструктивных хаотических тенденций и установления отношений порядка в картине мироздания. Таким образом, число указало путь от Хаоса к Космосу. Эта заглавная роль числа в интеллектуальной истории человечества и отношение к числу как структурирующему началу мироздания впервые выразились в древнем пифагорейском тезисе «числа управляют миром». В целом так или иначе сакральные числа, числа-феномены, числа-символы присутствуют во всех без исключения культурных реальностях прошлого. Автор отмечает общность взглядов в том, что числа вносят порядок в мироздание, выполняют классифицирующую, формообразующую, трансляционную функции, и в основном эта роль отводилась первым числам натурального ряда, причем чем меньше натуральное число, тем оно считалось важнее. Пристальное внимание уделяется числам три и четыре, культурологический анализ которых совершается в последующих параграфах.

В параграфе 1.2 «Тернарные структуры в культуре» анализируются непосредственно тернарные структуры, их символика в различных культурных традициях, группируются основные примеры по нескольким критериям: триады-троицы богов, богинь, тернарные аллегоричные фигуры, тернарные архетипы сказочных героев и сюжетов. Сравнительно-исторический анализ представлений о троичности божества в различных эпохах, начиная с архаических представлений и до современных взглядов, демонстрирует, как менялись эти представления, с чем это было связано, и утверждает значимость триединой природы божества. Существовала целая традиция, пришедшая еще из античности и эпохи раннего христианства, использования геометрического образа круга (окружности, сферы) для прояснения соотношения Божественных ипостасей. В данном параграфе автор прослеживает эту традицию, выявляя основные интерпретации божественной природы, в которой заложена тернарная структура.

В параграфе 1.3 «Кватерниорные структуры в культуре» раскрываются основные характеристики числа четыре. В отличие от динамической целостности, символизируемой триадой, четверка представляет собой статическую целостность, идеально устойчивую структуру, является схемой упорядоченного пространства: основные символы четверки – квадрат, крест. А отсюда следует, что сущность четверки – быть проявлением идеальной устойчивой структуры мироздания. Это функционально выражалось уже в древние времена, когда четверка использовалась в мифоэпических текстах как инструмент для описания мироздания и ориентации в нем.

Во второй главе «Тернарные и кватерниорные структуры в теоретико-философском дискурсе», состоящей из двух параграфов, предпринимается попытка теоретического и философского рассмотрения тернарных и кватерниорных структур. Приведенные примеры подтверждают предположение, что новые числовые структуры, нередко появлялись на том же предметном поле, на котором прежде действовало более простое членение.

В параграфе 2.1 «Теоретические модели тернарной и кватерниорной структур» предлагаются возможные варианты моделей тернарных и кватерниорных структур, иллюстрируемые примерами, тем самым демонстрируется их полисемантичность, порождающая различные варианты прочтения смысла, заложенного в них. Так, тетрада времен года «зима-весна-лето-осень» может схематично выражаться как цикличная круговая (1+1+1+1), либо как квадратная (2+2), а также как тетраморфная (3+1). В каждой предложенной интерпретации дается аргументированное объяснение поведения структуры в определенном философско-культурологическом контексте. Проанализировав структурно числа три и четыре, автор обратил внимание на то, что в каждой структуре может присутствовать бинарная оппозиция. Если большинство сложных структур можно считать созданными из простейшей диады, тогда возникает вопрос, зачем существуют триады, тетрады, пентады и еще более сложные структуры? Если появляются новые, развернутые структуры, следовательно, бинарной оппозиции явно недостаточно для описания действительности.

Попытка объяснить причины данного явления была совершена в параграфе 2.2 «Бинарный архетип в тернарных и кватерниорных структурах». Автор приходит к выводу о том, что идея бинарности, изначально заложенная в культуру, не является единственной категорией описания действительности, необходимо признавать существование более сложных систем описания мира (троичных, четверичных и др.) в связи с новыми открытиями, изменением привычных схем и структур описания мироздания. В естествознании все чаще говорится о междисциплинарности, комплексности, системности; в философии все больший вес приобретают такие понятия как синтез, всеединство, целостность. Синтезирующую роль берет на себя культура, объединяя науку, искусство и духовные учения в целостность ноосферы. Для полноценной духовной жизни необходим именно синтез рационального и эмоционального, материального и духовного, женского и мужского, мифологического и логического, «детского» и «взрослого».

В третьей главе «Тернарные и кватерниорные структуры в эстетико-художественном пространстве» идея числовых структур рассматривается на уровне религиозного текста – Библии и художественного – романы Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» и «Братья Карамазовы». Учитывая безграничный характер темы числа и культуры и многообразие примеров числоупотреблений в различных культурных традициях, такой подход, основанный на семиотико-герменевтическом анализе этих текстов, нам показался наиболее продуктивным.

Параграф 3.1 «Число и Библия» посвящен осмыслению темы числа в Библии. В калейдоскопе символов, которые представлены в первых главах, не всегда легко принять конкретное значение определенного образа. Для этого представилось необходимым обратиться к первоисточнику. Выбор первоисточника был не случаен. Во-первых, Библия сама по себе является символичной книгой, наполненной самыми различными числовыми указаниями. Расшифровать все числовые структуры Библии пытается не одно поколение. Конечно, существует общепринятое толкование Библии, но очень многое остается за пределами богословских догм. Однако не вызывает сомнения тот факт, что самые сокровенные тайны Священного Писания скрыты в смысле чисел.

В параграфе 3.2. «Тернарные структуры в Библии» осуществлен обзор тернарных структур в Ветхом и Новом Завете. Внимательное прочтение показало, что в них содержатся многочисленные упоминания числа три, употребление которых в определенных моментах не случайно. Вещи, отмеченные в тексте идеальной завершенностью, божественным совершенством, связаны с числом три, так как все, что связано с Богом на небе или его деяниями на земле, передается через символику числа три. Оно подчеркивает совершенство божественного чуда, передает образ Бога, описывает Его появление в Библии. Яркими и показательными примерами использования тернарной структуры являются события, повторяющиеся три раза, содержащие в себе временные интервалы, сказанные трижды (три искушения Иисуса в пустыне, троекратное повторение «написано» во время искушений, три воскрешения мертвых Иисусом, три отречения Петра от Христа, воскресение самого Иисуса на третий день, троекратное явление апостолам после воскресения, троекратное обращение к Петру на последнем обеде). Стоит отметить, что и в Ветхом, и в Новом Завете тернарные структуры связаны не только с деяниями Господа или Иисуса. Триады употребляются как инструмент художественного повествования для придания динамизма описываемым событиям.

В параграфе 3.3 «Кватерниорные структуры в Библии» рассматриваются различные контекстные употребления числа четыре в Библии, делается заключение о том, что данная числовая структура имеет земную направленность. Принадлежность к материальному миру числа четыре иллюстрируется рядом примеров, среди которых четыре евангелиста, четыре Евангелия, четыре отца церкви, четыре великих пророка, четыре главных архангела, четыре реки рая, четыре коня и четыре всадника, четверка зверей-символов в Апокалипсисе, четыре свойства манны небесной, спасшей от голода во время скитаний по пустыне и т.д.

Заключительным этапом исследования было обращение к художественному тексту, где на основе семиотико-герменевтического анализа можно было бы проследить общий фундамент представлений об исследуемых числах в работе. Какое влияние могли оказать числа на литературное творчество, на отражение динамики и устойчивости мироздания? Могли бы исходные, выявленные качественные характеристики чисел три и четыре проявить себя на уровне семантики, символики и структуры художественного текста?

Этой проблеме посвящен заключительный параграф 3.4 «Тернарные и кватерниорные структуры в художественном пространстве текстов Ф. М. Достоевского». Ф.М. Достоевский как христианский писатель, как глубоко верующий человек, прекрасно знавший и понимавший Святое Писание, не мог не следовать его числовой символике. «Библейский» пласт обнаруживается на уровне речевой, пространственной организации произведений, в решении общей цветовой гаммы, числовой символики. Думается, это далеко не полный перечень возможных «проникновений» горнего в земное, реально демонстрирующих разноуровневость бытия. Работая над реинтерпретацией текстов Достоевского, исследователи сталкиваются со сложностью понимания законов творчества и трудностью понимания «магического» языка писателя с его ассоциативностью и фрагментарностью мыслей, однако дающего богатейшую пищу для тех, кто интересуется познанием глубокого смысла гениальных произведений.

Диссертант обосновывает уникальность писателя тем, что он использует сходные по значению с библейскими представления о числах три и четыре на уровне структуры, семантики и символики романов.

В заключении подводятся общие итоги проведенного исследования, обобщается весь материал по соотношению числа и культуры, формулируются выводы относительно главных характеристик исследуемых структур и их отражения в литературном творчестве Ф.М. Достоевского как уникальном источнике интересных культурологических исследований.

Основные положения диссертации отражены в следующих научных публикациях автора:

В изданиях, рекомендованных ВАК РФ

  1. Рязанова, Н.В. Число в Библии и у Достоевского / А.В. Волошинов, Н.В. Рязанова // Обсерватория культуры. – 2010. – № 6. – С. 126-137 (1.5 п.л.).
  2. Рязанова, Н.В. Пифагорейское учение о числе: генезис числа как объекта культуры / А.В. Волошинов, Н.В. Рязанова // Вестник Саратовского государственного технического университета. – 2011. – № 1 (52). – С. 324-331 (1 п.л.).

В других изданиях

  1. Рязанова, Н.В. Числовые проекции идеала в античности / Н.В. Рязанова // Социальные идеалы в стратегиях общественного развития: сб. науч. ст.: в 2 ч. – Саратов: Научная книга, 2005. – Ч.2. – С. 183-188 (0.12 п.л.).
  2. Рязанова, Н.В. О кватерниорных структурах в культуре / Н.В. Рязанова // Стратегии современного развития и управления общественными процессами: сб. науч. ст. – Саратов: Научная книга, 2007. С. 137-140 (0.12 п.л.).
  3. Рязанова, Н.В. Информативность числовой структуры (на примере числа три) / Н.В. Рязанова // Актуальные вопросы естественнонаучных, гуманитарных и социально-экономических дисциплин: сб. науч. ст. – Георгиевск: Алькор, 2008. С.159-167 (0.4 п.л.).
  4. Рязанова, Н.В. Критика бинарной логики: тернарные и кватерниорные структуры в культуре / Н.В. Рязанова //Актуальные вопросы социально-экономических дисциплин: сб. науч. ст. – Ростов н/Д: Типография РИЦ РГЭУ «РИНХ», 2009. С.231-236 (0.5 п.л.).
  5. Рязанова, Н.В. Символизм и сакральный характер числовых структур в культуре / Н.В. Рязанова // Проблемы современного общества: естественнонаучные и гуманитарные аспекты: сб. науч. ст. – Георгиевск: Алькор, 2009. С. 191-194 (0,3 п.л.).
  6. Рязанова, Н.В. Тернарные структуры в историко-философском дискурсе: идея триединства / Н.В. Рязанова // Современные проблемы рыночной экономики: сб. науч. ст. – Георгиевск: Алькор, 2010. С.197-200 (0.2 п.л.).
  7. Рязанова, Н.В. Числовые структуры в историко-философском дискурсе: синергия смыслов / Н.В. Рязанова // Синергия культуры и динамика культурных процессов: сб. науч. ст. / СГТУ. – Саратов, 2009. С. 22-26 (0,3 п.л.).
  8. Рязанова, Н.В. Числовой код в произведениях Ф. М. Достоевского и его интерпретация / Н.В. Рязанова // Проблемы современного общества: естественнонаучные и гуманитарные аспекты: сб. науч. ст. – Георгиевск: Алькор, 2010. С. 250-252 (0.23 п.л.).
  9. Рязанова, Н.В. Число как феномен культуры / Н.В. Рязанова // Социально-гуманитарные проблемы современного общества: сб. науч. ст. / СГТУ.– Саратов, 2011. С. 142-146 (0.32 п.л.).

Подписано в печать 18.05.11 Формат 6084 1/16

Бум. офсет. Усл. печ. л. 1,16 (1,25) Уч.-изд. л. 1,0

Тираж 100 экз. Заказ Бесплатно

Саратовский государственный технический университет

410054, Саратов, Политехническая ул., 77

Отпечатано в Издательстве СГТУ. 410054, Саратов, Политехническая ул., 77

Тел.: 24-95-70; 99-87-39, е-mail: izdat@sstu.ru


[1] Урманцев Ю.А. Симметрия природы и природа симметрии. М.: Мысль, 1974. С. 16-17.

[2] Флоренский П.А. Столп и утверждение истины // Флоренский П. А. Сочинения : в 2 т. Т. 1. Кн. I-II. М.: Правда, 1990. С. 595.

[3] Лосев А.Ф. Логическая теория числа // Вопросы философии. 1994. № 11. С. 87.



 





<


 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.