WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Культурно – символический потенциал региона как фактор формирования культурной идентичности молодежи

На правах рукописи

ЧЕБОНЕНКО Ольга Валерьевна

КУЛЬТУРНОСИМВОЛИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ РЕГИОНА

КАК ФАКТОР ФОРМИРОВАНИЯ КУЛЬТУРНОЙ

ИДЕНТИЧНОСТИ МОЛОДЕЖИ



Специальность 24.00.01

«Теория и история культуры»

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата культурологии

Санкт-Петербург

2007

Работа выполнена на кафедре социально-культурных технологий

Санкт-Петербургского Гуманитарного Университета профсоюзов

Научный руководитель – доктор педагогических наук, доктор культурологии, профессор Марков Александр Петрович

Официальные оппоненты:

– доктор философских наук, профессор Воронцов Алексей Васильевич;

– кандидат культурологии, доцент Карпов Александр Владимирович

Ведущая организация: Московский государственный университет

культуры и искусств.

Защита состоится 16 мая 2007 г. в 14.00 часов на заседании Диссертационного Совета Д.602.004.01 по присуждению ученой степени доктора наук при Санкт-Петербургском Гуманитарном университете профсоюзов по адресу: 192238, Санкт-Петербург, ул. Фучика, д.15

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Санкт-Петербургского Гуманитарного университета профсоюзов по адресу: 192238, Санкт-Петербург, ул. Фучика, д.15

Автореферат разослан 13 апреля 2007 г.

Ученый секретарь

Диссертационного совета

кандидат культурологии

Г.В.Брындина

1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования культурно-символического потенциала региона обуславливается той огромной ролью, которую играет культура в системе обеспечения жизнедеятельности социума, и прежде всего в ситуации глобальных цивилизационных изменений. Особое значение проблема реализации идентификационных, ценностно-ориентационных и социализирующих потенциалов культуры имеет для молодежи, которая сегодня остро и болезненно переживает духовный кризис, обусловленный утратой общественных идеалов и разрушением традиционных механизмов культурной преемственности. Масштабность и глубина происходящих в России перемен свидетельствуют о процессах модернизации, затрагивающих интересы всего общества. Наиболее уязвимой группой в этих процессах оказывается молодежь как слабо консолидированная и экономически несамостоятельная социально-демографическая группа, испытывающая сильный прессинг со стороны различных политических сил и движений, находящаяся в ситуации жизненного самоопределения и не обладающая четкими духовно-нравственными ориентирами. Понижение социально-экономического статуса молодежи, растущая безработица, ограничение доступа к образованию и культурным ценностям вызывает социальную дифференциацию молодежи, стимулирует рост адаптивных и деструктивных реакций на складывающиеся жизненные ситуации.

Глубинным социокультурным фактором, порождающим эти проблемы, является кризис идентичности, который на персональном уровне переживается как разрыв связей человека с миром, проявляющийся в слабой включенности в социально-культурные институты, нигилизме в отношении к прошлому и отсутствии образа будущего, неспособности адекватно осмыслять жизненные проблемы и самоопределяться в духовно-нравственной плоскости, и прежде всего в координатах добра и зла.

Негативная социальная идентичность и культурная маргинальность затрудняет поиск жизненных смыслов, расширяет пространство правовой и нравственной аномии, вызывает чувство незащищенности, стимулирует рост девиантных форм поведения, выступает фактором социальной и межэтнической напряженности в обществе, рождая агрессию по отношению к «чужим». В культурной плоскости кризис идентичности вызван девальвацией базовых и исторически устойчивых для большинства российских этносов социально-интегрирующих культурных ценностей, обострившимся противоречием между модернизационным процессом, ведущим к унификации, и стремлением народа сохранить традиционные модели бытия.

Значительным ресурсом многоуровневой личностной идентичности является духовно–символический потенциал культурного наследия, актуализация которого поможет приобщить молодое поколение к историко-культурным ценностям, воспитать чувство патриотизма, освоить отобранные историческим опытом наиболее оптимальные с точки зрения своей социальной значимости средства совместной жизнедеятельности, повысить уровень групповой консолидированности, транслировать опыт старшего поколения социального воспроизводства коллективов как устойчивых сообществ. Наиболее эффективным вариантом реализации идентификационного потенциала культурного наследия выступает регион – территория, необходимая для воспроизводства жизнедеятельности, которая поддерживается различного рода объективированными формами культуры, социальными институтами, связями и мировоззренческими представлениями различных населяющих его социально–территориальных групп, существующими в форме общественного сознания. В культурном плане регион есть духовно-культурная общность, среда «общественного бытия», в которой формируется и осуществляется человеческая индивидуальность.

В то же время данный идентификационный ресурс на региональном уровне востребован не в полной мере, что подтверждается отсутствием действенных механизмов в рамках государственной молодежной политики, утратой региональными социально-культурными институтами традиционных форм воспитания и социально-культурной деятельности.



Таким образом, проблема данного исследования заключается в противоречии между имеющимся духовно–символическим потенциалом культуры регионов и степенью его реализации в рамках деятельности соответствующих социальных институтов, прежде всего образования и досуга. Выявление идентификационной составляющей культурно-символического потенциала региона и ее актуализация в современной кризисной ситуации является важнейшим условием обретения личностной идентификации. Ее востребованность позитивно повлияет на характер ценностей современной молодежи, придаст духовно-нравственную направленность процессам профессионального и социально-ролевого самоопределения молодежи.

Актуальность проблемы, а также ее недостаточная изученность определили цель диссертационного исследования – изучить идентификационные ресурсы культурно–символического потенциала региона и разработать условия их реализации.

Для достижения указанной цели были намечены следующие задачи:

1. Выявить идентификационный ресурс культурных символов.

2. Охарактеризовать идентификацию как психокультурный механизм.

3. Исследовать социально–культурную среду как фактор идентичности молодежи.

4. Выявить региональную специфику формирования культурной идентичности.

5. Разработать рекомендации по реализации идентификационного потенциала культуры в рамках образовательных систем.

6. Охарактеризовать молодежные организации как агента и субкультурную среду личностной идентичности.

7. Определить условия реализации идентификационного потенциала культуры в рамках региональной молодежной политики.

Объектом исследования является культурно–символический потенциал региона.

Предмет исследования: условия реализации культурно–символических ресурсов региона в системе формирования культурной идентичности молодежи.

Степень научной разработанности проблемы.

Теоретическая и эмпирическая разработка проблемы идентичности, от появления первых теоретических форм до форм самостоятельного теоретического изучения, получила развитие в фундаментальных трудах классиков зарубежной философии, психологии и социологии У.Джеймса, З.Фрейда, Э.Фромма, К.Леви–Строса, Э.Эриксона, А.Маслоу, Э.Гидденса. Основатели теории социальной идентичности рассматривают её как уровень самокатегоризации, как процесс социальной идентификации в территориальных коллективах. (Л. Шнейдер, Дж. Тернер). Представители интеракционистской школы (Дж. Мид, И.Гофман) и школы социальных представлений (С.Московичи, М.Завалони) рассматривают социальную идентичность как один из уровней Я–отнесенности (самокатегоризации, «Я-концепции»). Указанные авторы не исследовали региональный аспект проблемы, однако возможность отнесения этих положений к региону вполне допустима. В таком случае региональная идентичность выступает в форме своеобразной самопрезентации, когда определенная группа людей консолидирована общностью территории и находится в ситуации оппозиции по отношению к внешнему миру.

В контексте данной работы существенный интерес представляют исследования в той или иной мере раскрывающие идентификационный потенциал отечественной культуры: философско–антропологические теории и идеи отечественных философов (М.Бахтин, Л.Выготский, И.Кон, А.Лосев, А.Спиркин); исследования в области теории культурно–исторических типов (Н.Я.Данилевский, О.Шпенглер) и семиотики культуры (Ю.М.Лотман). Весьма ценны исследования этнической культуры как философско–культурологической целостности (Ф.Боас); взаимосвязей культуры и психологии (М.Мид), аксиологических аспектов национального характера и картины мира (К.Клакхон и Р.Редфильд), сущности и функций культуры, роли культурного наследия и традиций в жизнедеятельности человека и общества (В.С.Библер, П.С.Гуревич, Б.С.Ерасов, С.Н.Иконникова, В.В.Селиванов, В.Н.Топоров).

Анализ региональных культур на территории России достаточно широко представлен в работах А.Щапова, П.Словцова, Н.Ядрищева, Ф.Болонева, Ф.Теннис, РМ. Межевич, Е.Горяченко. Основополагающие принципы исследования социальных аспектов развития российского образовательного пространства, способствующие осмыслению характера его воздействия на функционирование общества и трансформацию основополагающих сфер его жизнедеятельности, изложены в работах Г.Е.Зборовского, Е.Г.Пугачева, К.Н.Соловьенко, М.П.Концевой, М.Е.Баскакова и др. Процессы и механизмы социальной адаптации молодежи в современных условиях, состояние духовно–культурной сферы молодежного досуга анализируются в работах А.С.Запесоцкого, А.Г.Здравомыслова, С.Н.Иконниковой, В.Т.Лисовского, А.П.Маркова, З.В.Сикевич. Педагогические аспекты проблемы косвенно нашли выражение в исследовании условий социализации и инкультурации на различных этапах развития личности, выявлении форм и методов оптимизации воспитательного процесса, характеристике социально-профилактических аспектов работы в молодежной и подростковой среде, обосновании условий реализации воспитательного потенциала досуга (М.А.Ариарский, С.Г.Вершловский, Т.Г.Киселева, А.Д.Жарков, И.А.Новикова, В.Я.Суртаев, Ю.А.Стрельцов, А.А.Сукало, В.Е.Триодин, Б.А.Титов). Методология и практика молодежной социально-культурной политики всесторонне исследовались Г.М.Бирженюком, Т.М.Дридзе, А.П.Марковым, Э.А.Орловой.

Таким образом, можно констатировать, что для решения заявленных задач имеются определенные теоретико-методологические предпосылки и солидная информационно-исследовательская база. Проведенные исследования позволили выявить общие закономерности личностной идентичности, обосновать значимость субъективных факторов в развитии социальных черт личности, раскрыть механизмы и возможности целенаправленного руководства этим процессом в сфере культурно-досуговой деятельности. Полученные в них результаты можно считать той теоретической и эмпирической базой, которая позволяет системно исследовать идентификационные ресурсы культурно–символического потенциала региона и разработать условия их реализации. В тоже время отсутствуют работы, исследующие данную проблему с учетом сегодняшней ситуации и изучающие влияние региональных факторов на формирование идентичности современной молодежи.

Предварительное изучение проблемы позволило сформулировать гипотезу исследования:

1. Основным социально-культурным фактором и ресурсом идентичности является позитивный и привлекательный для молодежи «образ будущего», фиксирующий миссию поколения в истории региона и России; стимулирующий активные и конструктивные формы социальной, профессиональной и культурной инициативы, способствующий социально–культурному самоопределению молодежи в системе базовых жизненных координат (смысл жизни, духовно-нравственное основание основных социальных ролей).

2. Условиями обретения образа будущего выступают: а) расширение исторического самосознания молодежи посредством актуализации символов идентичности исторического прошлого России в целом и конкретного региона; б) утверждение в рамках общественной идеологии субъективно привлекательной для молодого поколения антропологической модели, выполняющей функции этического идеала.

3. Реализация идентификационного потенциала культуры предполагает актуализацию ее ресурсов путем целенаправленного совершенствования образования и досуга как основных социальных институтов, которые, с одной стороны, выступают каналами трансляции и развития духовного опыта, с другой стороны, функционально соответствуют потребностям индивидуального и социального развития личности, определяя совокупные институциональные возможности и условия социализации и самореализации человека.

Методология исследования выстраивается на понимании культурно–символического потенциала региона как совокупности духовных богатств и опыта социального взаимодействия, достижений искусства и творчества, форм и способов саморазвития личности. Интердисциплинарный характер исследования предполагал опору на достижения в различных отраслях социально–гуманитарного знания, синтез культурологических, философских и социологических методов изучения культурно-символического потенциала региона в контексте рассматриваемой проблемы. В качестве важнейшего ресурса идентичности в работе рассматривается характерная для культуры региона система ценностей, которая образует внутренний стержень социума и выражает духовную сущность индивида, выполняет как интегрирующие, так и дифференцирующие функции. Теоретико-методологической основой исследования стали: работы, в которых изложены исходные принципы деятельностного, ценностного, функционального и системного подходов к анализу культуры, выявлена ее сущность и функции в жизнедеятельности человека и общества, рассматриваются социализирующие и индивидуализирующие ресурсы образовательной деятельности, анализируются проблемы и условия национально-культурного самосознания (А.С.Запесоцкий, С.Н.Иконникова, М.С.Каган, Э.А.Орлова, А.В.Соколов, Э.В.Соколов, В.Н.Сагатовский, Г.Л.Тульчинский, В.А.Щученко); труды отечественных и зарубежных ученых, внесших существенный вклад в осмысление феноменов социализации, адаптации, инкультурации, самореализации, а также исследования, в которых обоснованы идентификационные и социально-интегрирующие функции культуры, ее способность обеспечивать совместную жизнедеятельность людей, корректировать формы индивидуальной активности человека в силу его связанности с социальным окружением (А.Я.Флиер), выявлены механизмы формирования личности в процессе интериоризации культурной среды (Л.С.Выготский), раскрыта сущность диалога как ведущего условия развития человека и культуры (М.М.Бахтин, В.С.Библер).





В процессе изучения феномена идентичности и механизмов самоидентификации автор опирался на работы Е.Трубиной, проблемы региональной идентичности исследовались с учетом публикаций С.Сверкуновой, Р.Туровского, З.Сикевич, Э.Саракуева, В.Крысько, Н.Лебедевой. К числу авторов, чьи социально-философские, историко-культурные труды явились для диссертанта фундаментом его концепции, определили ее теоретико-методологические ориентиры, стали работы таких ученых, как Н.А.Бердяев, А.Я.Гуревич, М.С.Каган, Ю.М..Лотман, А.Ф.Лосев, В.Т.Лисовский, труды по теории социальной идентичности (Э.Фромм, Дж.Мид, К.Леви-Строс, Э.Тейлор). Реализации задач исследования во многом способствовали работы С.Н.Артановского, В.С.Библера, А.П.Огурцова, Е.С.Протанской, А.Г.Соколова, В.Д.Шадрикова, посвещенные философии, психологии, практике образования. Проблемы оптимизации культурной политики и досуговой деятельности, социализации, инкультурации и самореализации личности в сфере досуга рассматривались с опорой на исследования М.А.Ариарского, Г.М.Бирженюка, Л.Г.Брылевой, В.Т.Лисовского, А.П.Маркова, Б.А.Титова, А.В.Соколова, А.А.Сукало.

Организация и методика исследования. Исследование осуществлялось на протяжении четырех лет и в своем развитии зафиксировало три этапа:

На первом – аналитическом – этапе исследования был проведен анализ и дана оценка современного состояния идентификации как социокультурной проблемы, изучен культурно–символический потенциал региона и ценностная ориентация молодежи, разработана программа исследования, осуществлялся теоретический анализ научной литературы по социологии, философии, педагогике и социальной психологии, изучались идентификационные возможности образовательной и культурно-досуговой деятельности.

На втором – интегрирующем – этапе был обобщен полученный в результате исследования материал, проведена проверка исследовательских гипотез; выявлены направления и условия оптимизации региональной социально-культурной и образовательной среды. В результате была разработана и пробирована на базе Международной летней школы «Культура и культурное наследие России в XXI веке» программа развития молодежной политики, способствующая расширению сотрудничества и укреплению культурных связей между Россией и странами зарубежья.

На третьем – завершающем – этапе исследования оценивалась эффективность примененных в ходе исследования методик, сопоставлялись результаты исследования с ранее выдвинутой гипотезой, проводилась апробация материалов и выводов исследования.

Методами исследования на разных этапах были: анализ и синтез результатов философских, социологических и педагогических исследований, проведенных отечественными и зарубежными учеными; ретроспективный анализ социально–культурной деятельности досуговых и образовательных учреждений; изучение и обобщение опыта субъектов молодежной политике регионах; прогнозирование и моделирование образовательного процесса и молодежной политики.

На защиту выносятся:

1) Обоснование культурно–символического потенциала территории как ресурса оптимизации личностной идентичности. Идентификационные функции культурных символов, фиксирующих базовые жизненные смыслы и ценности («Родина», «мать-земля», «родная речь», «отечество», «семья», «любовь», «домашний очаг»), проявляются в их способности: а) интегрировать знания и представления о прошлом как неотъемлемой составляющей коллективной памяти в процесс формирования личности; б) консолидировать региональное сообщество, обеспечивая принадлежность «я» к «своей» родственной общности и, в то же время, позволяя отделить свою этническую/национальную общность «мы» от других «они»; в) формировать и позиционировать привлекательный образ территории, способствуя определению места своего региона в современной России; г) обеспечить конструктивный характер межкультурного диалога на межличностном и межрегиональном уровне. Региональная культура, репродуцируя определенную систему ценностей, создает условия для самоидентификации людей и является формой самосознания региона.

2. Определение идентичности как социо- и психокультурного феномена, фиксирующего диалектическую взаимосвязь человека, истории, культуры. Как социокультурный феномен, идентичность выстраивает отношения человека с социальной средой, погружает человека в мир культурных ценностей. Как психокультурный механизм идентичность, формируя через переживание когнитивных, эмоционально–оценочных и поведенческих установок личностное ядро, способствует осознанию своей принадлежности к определенному обществу, органичному освоению доминирующего типа ментальности. Как процесс и результат национально-культурного самоопределения личности идентичность опирается на субъективно окрашенные материалы коллективной памяти и представления о будущем, предполагает многоуровневую персонификацию культурно-символических ресурсов страны и региона. Формирование личности обеспечивается с помощью психокультурного механизма отождествления субъекта, во-первых, со значимой личностью, которая воплощает для него идеальные духовно–нравственные качества, во-вторых, с территорией, которая является для него «домом». Утрата ценностно-ориентационной матрицы, фиксирующей образ ментального очага, разрушение традиционной для культуры региона культуро-антропологической формулы приводит к духовно-нравственной аномии и дезориентации личности во внутреннем и внешнем мире.

3. Раскрытие условий обретения национально-культурной идентичности, в качестве которых выступают: а) идентичность с прошлым – путем актуализации фактов истории России и культурных символов региона. Зафиксированные коллективной памятью образы событий в форме различных культурных стереотипов, символов, мифов выполняют функцию интерпретационной модели, позволяя индивиду и социальной группе ориентироваться в динамичном мире, обрести чувство прошлого и определить характер устремлений в будущее; б) актуализация в самосознании молодежи референтных личностей, представляющих собой персонифицированное воплощение духовных традиций и ментальности русской культуры; в) наличие базовых исторически устойчивых ценностей, фиксирующих самобытность отечественной культуры, ее вклад в общемировой цивилизационный процесс и обеспечивающих общественное согласие и личностную идентичность субъектов.

4. Характеристика институциональных факторов реализации культурно–символического потенциала территории:

4.1. Востребованность регионального культурно-символического потенциала в деятельности образовательных учреждений, которые составляют важнейший элемент социально-культурной среды, обеспечивая культурную преемственность, социальную интеграцию и самореализацию молодежи;

4.2. Оптимизация культурно-досуговой деятельностии молодежи, и прежде всего за счет стимулирования и поддержки «третьего сектора», который сегодня представляет собой многофункциональное социально-культурное явление, создающее дополнительные возможности личностной самореализации, выступающее компенсаторным механизмом молодежной субкультуры, обеспечивающее условия саморазвития культуры в гармонии сохранения и изменения. Участие в деятельности молодежных объединений компенсирует недостающие условия идентичности, минимизируя тем самым проблемы, вызванные социальной и культурной маргинальностью молодежи.

5. Приоритеты молодежной политики как формы реализации культурно-креативного потенциала агентов культурной жизни территории и важнейшего фактора, формирующего условия востребованности идентификационного потенциала региона:

а) инициирование и поддержка социально-культурных проектов, востребующих и реализующих культурно-символические ресурсы территории, соответствующих ключевым проблемам молодежи и содействующих социальной востребованности личностного потенциала – через механизм формирования и размещение заказов, привлечение молодежи к экспертизе, разработке и реализации государственных и муниципальных программ (совместные обсуждения проектов и экспертиза программ в органах исполнительной власти, создание рабочих групп по подготовке программ и их разделов, включение в эти группы представителей молодежных общественных объединений; проведение конкурсов на разработку концепций региональных и муниципальных целевых социальных программ; взращивание сотрудников разворачиваемой сети – менеджеров, координаторов, аналитиков, администраторов, умеющих обеспечивать сетевое взаимодействие и работать с молодёжными инициативами;

б) создание новых форм диалога и взаимодействия государственных, общественных структур и инициативных групп молодёжи (в структуре сетевой кооперации, наиболее перспективной и соответствующей постиндустриальной экономике и укладу) – круглые столы, координационные советы, форумы гражданские палаты социального бизнеса, парламенты, советы, общественные слушания;

в) пропаганда образа «новой жизни», позиционирующей активную и осмысленную позицию привлекательную для молодого человека, продвижение этого образа через систему зрелищных мероприятий, средства массовой информации.

Научная новизна исследования определяется многоаспектным изучением культурно–символического потенциала региона как фактора формирования культурной идентичности, в результате которого:

– обоснован идентификационный процесс как социо- и психо-культурный механизм, формирующий личностное ядро и гармонизирующий отношения человека с социальной средой, способствующий погружению человека в мир культурных ценностей и органичному освоению доминирующего типа ментальности;

– показана региональная социально-культурная среда как фактор формирования культурной идентичности и определены основные типизации и культурные стереотипы сообщества;

– выявлена региональная специфика формирования культурной идентичности, изучены процессы современного культурогенеза в российских регионах, проанализированы соотношения регионального и общенационального в представлениях россиян в различных регионах;

– раскрыт идентификационный потенциал и специфика ведущих социокультурных институтов молодежи – образования и общественных объединений, существенно модифицирующих представления личности о себе, смысле и стиле жизни, выбранной профессии;

– разработаны теоретико-методологические основы новой молодежной политики, способствующие осуществлению общественных преобразований, объектом которых выступает молодежь.

Практическая значимость результатов исследования определяется: а) созданием теоретико–методологической базы для дальнейшего исследования проблемы идентификации, в основу которой положена культурологическая концепция культурно-символического потенциала региона как ресурса личностной идентичности; б) реализацией системного подхода к изучению социально–культурной среды жизнедеятельности как пространства становления, развития и самореализации личности; в) выявлением основных проблем становления молодежи, обусловленных дефицитами идентификации и разработкой институциональных условий их минимизации; в) разработкой приоритетов молодежной политики и ее базовой организационной структуры. Обоснование культурно-символического потенциала территории как ресурса идентификации позволяет анализировать процессы и явления, происходящие в социально-культурной среде и непосредственно влияющие на формирование личности молодого человека, оптимизировать условия многоуровневой личностной идентичности. Исследование идентификационных функций символической составляющей региональной культуры расширяет представление о данном феномене и создает предпосылки для его дальнейшего изучения.

Апробация работы осуществлялась путем опубликования материалов исследования в печати (6 работ, общим объемом 1,8 п.л.) и участия автора в научно–практических конференциях («Современное состояние и перспективы развития туризма», СПб, 2006г., «Реклама и PR в России», СПб, 2006г.).

Структура диссертации. Характер, цели и задачи исследования обусловили структуру работы и последовательность изложения материала. Диссертация состоит из Введения, двух глав (1. «Культурно-символический потенциал территории как ресурс оптимизации личностной идентичности», 2. «Институциональные условия реализации культурно-символического потенциала территории»), Заключения, списка использованной литературы и приложений, отражающих результаты исследования. Основной корпус диссертации включает 156 страниц текста, библиография насчитывает 146 источников.

2. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается выбор темы диссертационной работы, дается ее общая характеристика, формулируются цели и задачи исследования, показывается степень научной разработанности проблемы, описываются исходные методологические установки ее анализа, раскрывается актуальность, научная новизна, теоретическая и практическая значимость.

В первой главе «Культурно-символический потенциал территории как ресурс оптимизации личностной идентичности» представлены концептуальные положения исследовательской работы, рассмотрены методологические основания изучения культурно-символического потенциала и феномена идентификации.

Первый параграф затрагивает вопрос идентификации как социокультурной проблемы. Исследование закономерностей и механизмов идентификации имеет огромное значение в современном мире, где обозначились тенденции противостояния процессов глобализации и национального самоопределения. Идентификация обеспечивает важное культурное качество – она задает антропологические приоритеты и нормы, формирует образы человека и человечности, которые признаются в качестве приемлемых и желательных в рамках данного сообщества. Человек приобретает некий «базисный мир», и все последующие шаги социализации и образовательной деятельности так или иначе должны согласовываться с конструктами этого мира. Факторы и компоненты процесса социализации невозможно считать в принципе завершенными, потому что в каждой новой фазе жизни субъекту социализации необходимо изменение установок и усвоение новых способностей для действия, т.к. само общество может менять социально принимаемые и одобряемые смыслы и формы деятельности человека. Действительно, усвоение индивидом социального опыта включает в свою структуру момент активного приспособления к окружающему миру, как в стенах школы, так и за ее пределами, адаптацию к динамике социальной среды путем воспитания определенных социальных навыков, освоения ценностей, норм и образцов поведения. Характер и проблемы личностной идентичности определяются социально-культурным контекстом – состоянием культуры, спецификой менталитета народа, его отношением к историческому прошлому и видением будущего.

Значительное место в работе уделяется изучению идентификационного ресурса культурных символов. Способность символа устанавливать коммуникацию позволяет говорить о выполнении им объединяющей функции: «сопрягая» предмет и смысл, он одновременно «сопрягает и людей, полюбивших и понявших этот смысл» (Аверинцев С.С.). Существенные характеристики социального пространства и социального времени, в которых живет индивид и этнос, означают определенный способ поведения субъекта в важнейших сферах его жизнедеятельности, соответствующую систему и структуру его ценностей, вполне определенный мир символов и образ мышления. Идентификационные ресурсы культурных символов реализуются в способности воздействовать на процессы личностного самоопределения, они имеют надэтническую природу, ценностно-нормативный и ментальный характер. Основным критерием объективности и соответствия ценностных ориентаций исторически устойчивому духовному ядру культуры является идентификация с ними субъектов, представляющих данную культуру.

Культурный потенциал является приоритетным ресурсом развития для каждого региона, он играет роль креативной интерпретации культур и культурных традиций в образовании, выступает средой формирования, сохранения и трансляции символических ресурсов региона. Особую роль играет региональная социокультурная среда, формирующая ценностные представления и отношение молодежи к существующей социальной ситуации и тенденциям её развития, определяющая соотношение интересов молодого человека с интересами его социальной группы, сопоставление реального и делаемого в тех или иных сферах жизнедеятельности.

Символ как объект исследования представляет интерес для многих наук социально-гуманитарного цикла. В культурологической плоскости наибольший интерес представляют работы Ю.М.Лотмана, который рассматривает двойственную природу символа, определяет место символа в культуре как связующего звена между историческими пластами, памятью общества. Символ для автора, прежде всего, – «ген сюжета», без которого не может существовать ни одна композиция литературного произведения. А.Ф.Лосев определяет место символа в культуре, исследует значение символа в мифологии на примере мифов и легенд Древней Греции и Рима. Ролан Барт представляет символ как результат соединения означаемого и значащего, определяет сущность знака в литературных произведениях. М.С.Каган говорит о том, что духовной и художественной культуре необходимы специальные средства материализации знаний, ценностей, проектов, образов. Такими системами и становятся знаковые системы – языки культуры. Ставя человека в категориальный ряд «природа-человек-общество», автор указывает на модальные особенности среднего звена: человека в отличие от животного характеризует не спонтанная жизненная активность, а продуктивная деятельность, которая призвана заменить генетический механизм передачи от поколения к поколению поведенческих программ механизмом социального наследования. Таким образом, культура предстает как форма бытия, образуемая человеческой деятельностью. С.Т.Махлина осуществляет экскурс в историю искусства, исследует вопросы символики в советской архитектуре, литературе, кино, фиксирует изменения в интерьере в зависимости от политики государства и развития общества.

Одним из главных факторов, оказывающих влияние на формирование личности, являются культурные символы региона, в котором данная личность проживает. Символами, репрезентирующими региональное сообщество и служащими знаками его консолидации, могут стать образующие географическое пространство артефакты (крепости, храмы, различные типы поселений), существующая официальная символика региона, референтные стили жизни – своеобразные типизации, объединяющие в себе характерные черты личности, воспитанной в определенных исторических условиях на данной территории. В процессе социализации человек усваивает характерный для территории тип жизнедеятельности, творя себя по его «образу и подобию», отождествляет себя с определенным сообществом – семьей, дружеским кругом, профессиональным кругом, религиозной общиной, нацией, принимает правила, упорядочивающие существование данного социально-культурного сообщества.

В то же время тема региональной идентичности в современной России недостаточно исследована. Проблема отсутствия основополагающих моментов, связанных с пониманием ментального очага, цивилизационной матрицы, культуро-антропологической формулы, в рамках которой должен реализовать себя человек, актуальна не только для страны в целом, но и для огромного большинства институтов, высших учебных заведений, где люди изучают те или иные технические приемы или экономические модели, которые не адаптированы к определенному ментальному пространству, не учитывают региональные национально-культурные традиции.

В основе осмысления региональной культуры лежит представление о культуре как единстве мира человека и мира социума, опредмеченного исторического опыта человечества, преломляющегося в бытии индивидуального мира. Опосредованной системой становится социальный мир во всем многообразии его связей (в его историческом и современном бытии, существующий в определенных географических и временных координатах). Единство этих миров позволяет описывать культуру как социально-личностный феномен, разворачивающийся в истории. Люди принимают национально-культурные ценности и нормы не генетически, а в процессе социализации, освоения национального языка, категориально-смысловой мир которого задает концепцию мировоззрения и мировидения. В то же время проблема национальной идентификации есть проблема самоидентификации в том или ином ментальном пространстве. Нация, национальная культура имеет свое выражение в типе ментальности, который определяет духовную специфику культуры, а та в свою очередь – институциональные особенности, проявляющиеся в содержании и моделях образования, досуга, семьи.

Для понимания характера культуры, на наш взгляд, важным является исследование взаимосвязи типа культуры и характера продуцируемого культурой типа личности, систем самосознания культуры в аспекте самоидентификации человека в культурном сообществе. Каждый из этих аспектов, так или иначе, оказывался в поле зрения современной культурологии. В частности, феномен идентичности и механизмы самоидентификации проанализированы в работе Е.Трубиной; к проблемам региональной идентичности обращались С.Сверкунова и Р.Туровский. Процессы регионализации были объектом изучения в политической, социологической, исторической, философской литературе. Они представляют интерес для геополитиков и экономистов, поскольку связаны с глобализацией и происходящими в связи с этим изменениями в социально–политической и экономической сферах. В работах отечественных авторов (А.Сергунина, Ю.Голика и других) прослеживается связь проблем регионального самоопределения с проблемами политико-административного развития страны. Данные исследования относятся к «прикладной политике» и не рассматривают закономерности развития регионов в социально-культурной плоскости. Отсутствие данных о соотношении региональных, национальных и общегражданских ценностей в сознании россиян и неосознаваемость межрегиональных различий по этому показателю приводит некоторых исследователей к попыткам отрицать существование самого феномена региональной идентичности. Его наличие, безусловно, признается в национальных республиках, где региональная идентичность является формой фиксации национальной, которая в реальности доминирует над общероссийской. Противоречивые позиции высказываются по отношению к ситуации, складывающейся в регионах с преобладанием этнически русского населения Распространены представления о том, что этнически русские не имеют своей географии, что этнографические и культурные различия между такими районами сегодня незначительны, полностью стерты и никогда не смогут возродиться. Однако события последних лет свидетельствуют о росте самосознания в региональном масштабе. С другой стороны, высказываются предположения о том, что единство русских сокрыто в их разобщенности –именно в этом состоит главное геополитическое свойство России, которая создана стремительной экспансией на Восток, стихийным и могучим движением русских от центра своего государства к его периферии, устремленностью за горизонты видимого и изведанного. Пустыни и скиты, странничество и казачья вольница, поиски Китежа и Беловодья, вечные искания правды и счастья – все это вехи на карте невидимой, но подлинно сущей «другой России» [1].

Новый уровень анализа региональных систем связан с осмыслением их этнокультурных различий. Двунаправленный процесс (описание и осмысление этнического разнообразия исследователями, принадлежащими данным этнокультурам, и попытки создания типологических исследований) обогащает процесс анализа региональной специфики России. Неслучайно в связи с этим появилось определение «Россия как десять стран, отличающихся географически и культурно». Однако собственно этнологические исследования в большой степени носят констатирующий характер, фиксируя этнокультурные различия, рассматривая культуру либо как замкнутую систему, либо сосредоточиваясь на кроссэтнических связях, нашедших свое воплощение в артефактах, способах коммуникации, взаимных оценках представителей различных этнических групп.

Сложность анализа региональной культуры состоит еще и в том, что сам предмет исследования определен недостаточно. Существует представление о «культуре региона» и рядом с ним – о «региональной культуре». Под культурой региона мы понимаем географически (пространственно) фиксируемую и исторически устойчивую культурную модель, транслирующую базовые ценности национальной культуры и отличающуюся особенностями бытового уклада и характером повседневности. За этим стоит определенная социологическая и культурософская традиция, рассматривающая культуру, главным образом, как форму отражения материального бытия, производственно–экономических отношений, динамика которой следует за их развитием. Региональная культура – вариант общенациональной культуры и одновременно самостоятельное явление, обладающее собственными закономерностями развития и логикой исторического существования. Ее отличает наличие своего набора функций, продуцирование специфической системы социальных связей и собственного типа личности, способность оказывать влияние на общенациональную культуру в целом. За дифференциацией понятий кроется понимание, что существуют формы и механизмы, которые превращают культуру региона в некую целостность, что позволяет включить данный феномен в типологический ряд историко–культурных явлений.

Рассматривая идентификацию как психокультурный механизм, диссертант особое внимание уделяет системе ценностей подростков. Человек, особенно молодой, нуждается в идеале, воплощающем благородство жизненных целей, честность и порядочность, трудолюбие и мужество. Идеал личности тесно связан с идеалом общества. Господствующие в обществе представления о должном и желаемом поведении определяют основные черты поведения личности. Однако соответствие идеалов личности и общества не означает их полного совпадения. Различие проявляется в том, что человек «проектирует» свое нравственное изменение, исходя из своего представления о себе, стараясь подойти к своему пониманию идеала. В этом процессе самовоспитания человек как бы открывает себя, осознает свои возможности, начинает критически относиться к своему характеру, образу жизни, у него появляется желание сравнивать себя с другими, идентифицировать себя с определенными личностями, принимать определенные нормы поведения. Иллюстрацией к данному параграфу является социологический анализ ценностных ориентаций современной молодежи.

Характеристика региональной культуры предстает как интегрирующее начало жизни на конкретной территории, которая определяет условия жизни людей и формы их существования. В пространственно–временных координатах на конкретной территории складывается определенный способ жизни, который придает единство и формирует в его жителях определенную региональную идентичность. Региональная идентичность характеризует связь, которую ощущает житель определенной территории (региона) с местом его жизни, и тип личности, который формируется на данной территории и в деятельности которого находит свое выражение «дух региона». Под региональным самосознанием мы понимает осознание, целостную оценку региональным сообществом самого себя, специфики своего существования, роли и места в жизни страны, понимание целей, движущих сил и мотивов своего развития.

Во второй главе «Институциональные условия реализации культурно-символического потенциала территории» рассматриваются условия реализации культурно–символического потенциала через учреждения образования и досуга, которые обеспечиваются в рамках региональной молодежной политики.

Специальным вопросам философии, психологии, практики образования посвящены ценные работы таких авторов, как С.Н.Артановский, В.С.Библер, И.3.Гончаров, В.П.Дранков, В.Т.Лисовский, А.П.Огурцов, Е.С.Протанская, А.Г.Соколов, В.Д.Шадриков. Наиболее продуктивными, на наш взгляд, сегодня являются исследования в сфере научной, образовательной, эстетической деятельности людей, проживающих в конкретном регионе. Изучение региональных научных школ и образовательных систем в настоящее время ведется в рамках истории образования и науки. Проблемы регионального образования, его специфика, цели и задачи изучаются в работах Л.Андрюхиной, А.Кислова, Н.Рыбакова и других. Образование характеризуется как один из существенных и неотъемлемых элементов национальной духовной культуры, так как он обеспечивает трансляцию знаний, идей, умений, ценностей, национальных традиций от одних групп общества к другим, от поколения к поколению. В то же время целый ряд вопросов истории, теории и практики образования как области культуры ждут своей дальнейшей углубленной разработки.

Практическое влияние на формирование личности молодого человека в первую очередь оказывает образование. Образование характеризуется как один из существенных и неотъемлемых элементов национальной духовной культуры, обеспечивающих трансляцию знаний, идей, умений, ценностей, национальных традиций от одних групп общества к другим, от поколения к поколению. В процессе обучения представления о социальном статусе и содержании выбранной профессии претерпевают значительные изменения под воздействием различных факторов: смысл будущей деятельности (зачастую выбранной из соображений ее престижности), общая цель обучения (получение выс­шего образования), возрастная и психологическая однородность, которые в совокупности обусловливают формирование социальных аспектов идентичности. Время начала и завершения обучения является для личности периодами перехода из одной осмысленной жизненной ситуации в другую со всеми вытекающими последствиями: ломкой сложившихся стереотипов, приспособлением к другим условиям быта, иной социокультурной среде, изменением экономического и социально–демографического статуса. Результатом переживания данного жизненного кризиса является формирование своей социально-статусной идентичности, являющейся составной и неотъемлемой частью целостного «образа – Я» зрелой личности.

В том случае, если образование не обеспечивает условия полноценной социально–культурной и личностной самоидентичности, дефицит соответствующих условий компенсируют молодежные организации. В отечественной социологии анализ молодежных субкультурных феноменов до конца 80–х годов велся в весьма узких рамках. В известной мере это объяснялось тем, что указанные феномены в силу утвердившихся научных парадигм воспринимались как социальная патология, а подобного рода тематика в основном носила закрытый характер и ее разработка не могла вестись по свободному выбору того или иного исследователя или исследовательского коллектива. Сказывалось и то, что субкультуры, свойственные Западу, были мало представлены (по крайней мере, на поверхности) в формах социальной и культурной активности молодого поколения. С конца 80-х годов внимание исследователей к молодежным субкультурам России стало более заметным – как в России, так и за рубежом.

Основными социальными факторами, способствующими возникновению неформальных молодежных групп, являются: невозможность самореализации в кругу семьи, в школе, институте или формальных общественных организациях, отсутствие взаимопонимания или разногласие, расхождение во взглядах с миром взрослых. Среди побуждающих мотивов к уходу молодежи в неформальные группировки, объединения можно назвать такие, как стремление обрести единомышленников, оказаться в субъективно значимой социальной среде, получить возможность общения и взаимопонимания, уйти от одиночества, заполнить свое свободное время, уйти от постоянного надзора родителей, учителей, противопоставить силе общества коллективную силу объединения или группы. В структуре молодежного досуга особое место занимают альтернативные формы социальной активности, зачастую носящие асоциальный характер. Молодежь, как наиболее чуткая, восприимчивая и мобильная группа, первая воспринимает новые импульсы развития со всеми их позитивными и негативными последствиями. В этой связи существует необходимость в целенаправленном создании условий, стимулирующих развитие организаций, соответствующих бы интересам молодежи и стимулирующих социально-позитивные формы активности. Таким образом, процесс личностного становления, пройдя этапы детской и подростковой социализации и образовательный цикл, дополняется важнейшей формой самореализации и социально-культурной интеграции – общественными объединениями.

Включение молодёжи в социальную жизнь есть, прежде всего, включение её в один из существующих жизненных укладов. Под укладом мы понимаем единство системы производства, организации жизнеобеспечения и досуга, условий социальной и культурной активности. В этой связи возникает необходимость в создании целенаправленных условий, способствующих системной идентичности личности в совокупности всех форм ее жизнедеятельности. Эти условия институционализируются в рамках региональной молодежной политики, которая вырабатывает свои приоритеты в соответствии с ключевыми проблемами регионального характера. Идентичность на личностном уровне неразрывно связана с обретением образа будущего, предпосылкой которого выступает идентичность с прошлым, обеспечиваемая путем воспитания исторического самосознания, актуализации в нем онтологических фактов и культурных символов истории региона и России. Идентичность в системе временных координат «здесь и теперь» предполагает актуализацию в самосознании молодежи образов духовных лидеров, в концентрированном виде олицетворяющие ценности и идеалы российской культуры, выступающие эталоном личностного развития, фактором культурного единства и одновременно замыслом, проектом идеального состояния культуры в ее «человеческом измерении». В этой связи потенциалом идентичности следует рассматривать историко-культурные традиции прошлого и позитивные реалии настоящего. Референтные символы, зафиксированные коллективной памятью образы событий (в форме различных культурных стереотипов, символов, мифов) выступают как интерпретационные модели, позволяющие индивиду и социальной группе ориентироваться в мире и в конкретных ситуациях. Социальная память идентифицирует группу, дает ей чувство прошлого и определяет ее устремления в будущее.

Значительные резервы оптимизации процесса социального и профессионального становления молодого поколения кроются в совершенствовании системы образования. Образование как социальное явление и процесс, как социальная система и социальный институт является ведущей силой в реализации идентификационного потенциала в процессе индивидуализации и социальной интеграции молодежи, в передаче новым поколениям накопленного человечеством опыта, адаптации к тем общественным отношениям, в которых ей предстоит жить и работать. Таковы объективные возможности, заложенные в идее образовательных институтов, проявление которых может ограничиваться, сдерживаться или модифицироваться, сохраняя общий вектор и базовые функции.

Условия обретения целостности в настоящем являются результатом усилий многих агентов культурной жизни территории, в том числе и субъектов культурной политики, содействующей утверждению общности культуры на общенациональном и региональном уровне. Это осуществляется путем: сглаживания противоречий и различий между различными социальными, профессиональными, субкультурными и этническими группами; закрепления самобытности культуры данного региона как важного фактора национального единства и солидарности; охраны культурного наследия, включая изучение, распространение и использование его элементов в современной жизни; осуществления демократизации культуры, обеспечения участия всех слоев населения в культурной жизни общества; содействия развитию творческой активности молодежи. В этой связи региональная молодежная политика выступает фактором реализации идентификационного потенциала культуры. Ее стратегические цели, соответствующие ключевым проблемам социально–культурной интеграции молодежи, предполагают: разворачивание новых направлений молодёжной политики и изменение содержания и форм работы в существующих направлениях; отработку новых форм взаимодействия государственных, общественных структур и инициативных групп молодёжи (в структуре сетевой кооперации, наиболее перспективной и соответствующей постиндустриальной экономике и укладу); оформление инвестиционно-привлекательных направлений и проектов, создание механизма привлечения инвестиций и оформления реальных результатов; выращивание сотрудников разворачиваемой сети – менеджеров, координаторов, аналитиков, администраторов, умеющих обеспечивать сетевое взаимодействие и работать с молодёжными инициативами; инвентаризация и адаптация под эту задачу технологий, существующих в системе дополнительного образования; создание образа «новой жизни», интересной привлекательной для молодого человека и продвижение этого образа через систему зрелищных мероприятий, средства массовой информации, художественные произведения. Инициированные в рамках молодежной политики региональные проекты могут стать способом изыскания и оживления культурных ресурсов, которые в противном случае могут остаться невостребованным потенциалом. Включение подрастающего поколения в решение проблем родного региона делает социально-культурную активность не только символически привлекательной, но и чрезвычайно эффективной. Особая роль в обеспечении культурной идентичности молодежи принадлежит формируемой и поддерживаемой основными социально-культурными институтами общественной идеологии, мировоззренческая основа которой должна выстраиваться в соответствии с базовыми культурными ценностями, ориентироваться на утверждение в общественном сознании государственности как формы сохранения национальной самобытности и территориальной целостности, понимании национально-культурной уникальности и духовной самобытности России в целом и ее регионов.

В Заключении подводятся итоги исследования, оценивается продуктивность выдвинутых гипотез, формулируются обобщающие выводы, определяются возможности применения результатов данного исследовательского проекта и возможные направления дальнейших исследований.

Публикации автора:

1. Чебоненко О.В. Региональная идентичность [Текст] / Чебоненко О.В. // Современное состояние и перспективы развития туризма: материалы Всероссийской научно–практической конференции, 19 апреля 2006 года / под общ. ред. Г.М.Бирженюка – СПб.: Изд-во СПбГУП, 2006. – С. 55-58.

2. Чебоненко О.В. Реклама в системе продвижения туристского продукта [Текст] / Чебоненко О.В. // Реклама и PR в России: материалы III Межвузовской научно-практической конференции, 15 февраля 2006 года / под общ. ред. А.П.Маркова – СПб.: Изд-во СПбГУП, 2006. – С. 140-143.

3. Чебоненко О.В. Значение культурных символов в повседневной жизни [Интернет-журнал МГУКИ] / Чебоненко О.В. // Культура и общество: Палитра мнений (Философия культуры) – М.:МГУКИ, 2006 [www.e-culture.ru].

4. Чебоненко О.В. Особенности формирования региональной идентичности молодежи: Методическое пособие. – СПб.: Астерион, 2006. – 52с.

5. Чебоненко О.В. Символ как живое созерцание действительности [Текст] / Чебоненко О.В. // Актуальные вопросы туристской деятельности: сб. метод. материалов. – СПб.: Недра, 2006. – С. 131-141.

6. Чебоненко О.В. Образование как фактор профессиональной идентичности: состояние и ресурсы управления [Текст] / Чебоненко О.В. // Вестник университета: социология и управление персоналом, №6 (25) – М.: Изд-во ГОУВПО Государственный Университет Управления, 2006. – С. 185-190.


[1] См. В.В.Малявин. Загадка русской идентичности. Сайт журнала «Эксперт» – http://www.russ.ru/politics/20021223–kes.html.



 





<


 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.