WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Органы политического сыска в борьбе с рсдрп и партией эсеров в 1902 – 1917 гг. (на материалах нижегородской губернии)

На правах рукописи

Рыжаков Денис Германович

ОРГАНЫ ПОЛИТИЧЕСКОГО СЫСКА В БОРЬБЕ С РСДРП

И ПАРТИЕЙ ЭСЕРОВ В 19021917 гг.

(на материалах Нижегородской губернии)

07.00.02 – Отечественная история

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Нижний Новгород - 2009

РАБОТА ВЫПОЛНЕНА В ГОУ ВПО «НИЖЕГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМ. Н.И. ЛОБАЧЕВСКОГО»

________________________________________________________________

Научный руководитель

доктор исторических наук, доцент Селезнев Федор Александрович

Официальные оппоненты:

доктор исторических наук, профессор Зеленов Михаил Владимирович,

кандидат исторических наук, доцент Костерев Виктор Николаевич

Ведущая организация

ГОУ ВПО «Казанский государственный университет»

Защита состоится «24» декабря 2009 года в 16 часов на заседании диссертационного совета ДМ 212.162.06 при ГОУ ВПО «Нижегородский государственный архитектурно-строительный университет» по адресу: 603950, г. Нижний Новгород, ул. Ильинская, 65, корпус 5, аудитория 202.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ГОУ ВПО «Нижегородский государственный архитектурно-строительный университет».

Автореферат разослан « » ноября 2009 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор исторических наук, профессор Г.В. Серебрянская

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Одной из таких тем, которой в настоящее время уделяется широкое внимание, является история органов политического сыска дореволюционной России. Интерес к указанной теме далеко не случаен. Системные изменения и глубочайшая коренная перестройка практически во всех сферах жизни нашего общества, включая механизм государственного управления, и, в частности, систему правоохранительных органов – всё это заставляет вновь обратиться к богатейшему историческому опыту нашей страны. Подробное рассмотрение и решение таких вопросов, как роль и место государственных институтов, занимающихся розыском и негласным расследованием противоправных действий, направленных против общественного строя, борьба с политическим экстремизмом, имеющим порой откровенно террористическую направленность, в современных условиях, конечно, предполагает обращение к дореволюционному опыту деятельности силовых структур.

Работа построена на источниках, относящихся к Нижегородской губернии. Для указанного региона характерны те политические и социальные процессы, которые происходили в России в целом. Таким образом, изучая историю органов политического сыска Нижегородской губернии, в контексте их противостояния местным революционным организациям можно делать выводы об общероссийских тенденциях в системе политической полиции России конца XIX – начале ХХ вв.

Деятельность политической полиции неразрывно связана с прокуратурой, поэтому автор касается вопросов расследования государственных преступлений на территории Нижегородской губернии в конце XIX – начале ХХ вв. – темы по большому счету очень слабо затронутой исследователями.

Актуальность подтверждается и тем, что ранее в историографии органы политического сыска рассматривались «статично», в силу этого за пределами внимания исследователей часто оставался вопрос об эффективности работы политической полиции в борьбе с революционным движением. Между тем, эта проблема чрезвычайно важна для понимания основополагающих вопросов истории России накануне Февральской революции. Насколько эффективно органы политического сыска защищали самодержавное государство и противодействовали революционному движению, данный вопрос рассматривается автором на примере борьбы органов политического сыска Нижегородской губернии против местных организаций двух крупнейших революционных партий – Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП) и Партии социалистов-революционеров (ПСР).

Объект исследования местные структуры органов политического сыска.

Предмет исследования организация и способы противодействия органов политического сыска РСДРП и ПСР на территории Нижегородской губернии.

Хронологические рамки исследования 1902 – 1917 гг. В 1902 г. появляются Охранные отделения и складывается система органов политического сыска в провинции. В это же время оформляются две главные революционные партии – РСДРП и ПСР. Падение монархической системы правления в феврале 1917 г. кардинально изменило устройство всех органов власти, поэтому конечным пунктом исследования выбрана Февральская революция. По необходимости привлекается и более ранний материал.

Территориальные рамки исследования охватывают территорию Нижегородской губернии в границах конца XIX – начала ХХ вв. Данное обстоятельство дает возможность проследить общие тенденции в деятельности провинциальной политической полиции характерные для России в целом.

Выбор территориальных рамок исследования не в последнюю очередь обусловлен и отсутствием работ, в которых комплексно рассмотрена структура и основные направления деятельности органов политического сыска Нижегородской губернии.



Методологическая основа диссертационного исследования в значительной степени основана на классических общенаучных методах: анализе, сравнении, синтезе. Естественно, что любое научное исследование по истории невозможно без универсальных принципов историзма[1], научности и объективности, которая предполагает всесторонний охват изучаемых явлений с целью выявления их сущности и получения из исторических источников максимально разнообразной и обширной информации. Указанные выше методы позволяют рассматривать деятельность органов политической полиции в Нижегородской губернии как часть общей политики самодержавия, направленной на подавление наиболее радикальной политической оппозиции.

В диссертационном исследовании также нашли отражение такие методы исследования, как: хронологический – каждый элемент исследования рассматривался в соответствии с историческим этапом, последовательностью развития событий. Применение хронологического метода помогло воссоздать событийную канву борьбы политической полиции против местных организаций РСДРП и ПСР. Сравнительно-исторический – деятельность органов политического сыска в Нижегородской губернии анализировалась в тесной связи с исторической и политической обстановкой в стране. Данный метод, например, позволил рассматривать и анализировать работу политической полиции в связи с заметными историческими событиями (создание Охранных отделений, всплеск эсеровского террора, вооруженное восстание в Сормове и т.д.) Индуктивный – на основе анализа известных диссертанту фактов была сделана попытка выявить между ними причинно-следственные связи. Использование этого метода дало возможность, в частности, установить взаимосвязь между революционным подъемом начала ХХ века, событиями революции 1905 г. и изменениями в структуре политической полиции Российской империи. Упомянутый метод сделал возможным выявить внутрипартийные связи РСДРП и ПСР и основные направления партийной работы социал-демократических и эсеровских организаций Нижегородской губернии. А также методы противодействия им со стороны региональной политической полиции.

Цель диссертации – выявить основные формы борьбы органов политического сыска с РСДРП и ПСР и степень их эффективности.

Для достижения этой цели были поставлены следующие задачи:

  • Комплексно рассмотреть структуру органов политического сыска Нижегородской губернии (Временное охранное отделение, Нижегородское губернское жандармское управление – НГЖУ и Нижегородское охранное отделение – НОО), методы их работы и кадровый состав;
  • Показать механизм расследования политических преступлений на территории губернии;
  • Проанализировать взаимодействие органов политического сыска и прокуратуры в борьбе с революционным движением, обратив внимание на законодательное обеспечение деятельности политической полиции и прокуратуры.
  • Выявить основные направления деятельности губернского политического сыска;
  • Рассмотреть важные оперативные мероприятия местных спецслужб против наиболее радикальных революционных организаций (РСДРП и ПСР), оценив степень их эффективности.

Степень изученности проблемы. В дореволюционной исторической науке политическая сыск как таковой не являлся предметом широкого исследования. Официальное мнение о Министерстве внутренних дел и его структурных подразделениях было выражено в юбилейных изданиях, посвященных различным памятным датам из истории МВД.[2] Указанные работы имеют описательный характер и практически не затрагивают деятельность политической полиции в провинции.

20-30-е гг. ХХ века ознаменовались появлением нескольких крупных публикаций, посвященных различным аспектам истории политической полиции. Изучение этой темы становится более предметным. Увидели свет книги П. Павлова, Ж. Лонге и К. Зильберта.[3]

В середине 30-х появляется обширный труд бывшего высокопоставленного сотрудника Московского охранного отделения и Департамента полиции Л.П. Меньщикова.[4] Его работа, основанная на материалах Департамента полиции, – первая попытка взглянуть на противоборство революционеров с политическим сыском «изнутри».

Практически одновременно с появлением работ Л.П. Меньщикова выходит книга П.Е. Щеголева – итог многолетней работы автора, по большому счету начатой им ещё до революции.[5] Труд П.Е. Щеголева представляет собой повествование, основанное на документах о Е.Ф. Азефе, И.Ф. Манусевиче-Мануйлове и др.

Новый этап в развитии историографии политической полиции, связанный с некоторым ослаблением политической цензуры приходится на вторую половину 50-х – начало 60-х гг. Здесь, прежде всего, надо отметить работы П.А. Зайончковского.[6] В своих монографиях П.А. Зайончковский ввел в широкий научный оборот сведения о численном составе и образовании жандармских подразделений по губерниям. В контексте изучения истории государственных учреждений тему политического сыска дореволюционной России затронул Н.П. Ерошкин.[7] Но Н.П. Ерошкин не уделял учреждениям политической полиции приоритетного внимания. Весомый вклад в изучение политических институтов самодержавия, их противостояния революционному движению внес И.В. Оржеховский.[8] Исследователем подробно раскрыты многие вопросы, связанные с историей политической полиции: рассмотрена организация и структура Корпуса жандармов, прослежены этапы его развития и проанализированы мероприятия, направленные на улучшение эффективности политического сыска.

Параллельно с историками интересующая нас тема затрагивалась в трудах ученых-юристов.[9] Как новаторскую по своим подходам среди работ «юридического направления» следует выделить книгу Д.И. Шинджикашвили.[10] Он комплексно рассмотрел работу внутренней и внешней агентуры политической полиции. Выделив различные типы секретных сотрудников. В русле изучения противодействия революционных организаций Департаменту полиции и другим органам политического сыска написаны работы Б.К. Эренфельда, А.П. Кознова, М.Е. Соловьева, Н.Н. Ансимова.[11]

Очередная волна либерализации в обществе принесла с собой рассекречивание многих ранее недоступных архивных материалов, что привело к появлению целого ряда диссертационных исследований, написанных в значительной степени на материалах Департамента полиции и Московского охранного отделения.[12]

С начала 1990-х гг. выходят в свет монографии Ф.М. Лурье, Ч. Рууда, Г. Головкова, И. Кравцева.[13] В указанных работах содержится значительное количество фактического материала, они написаны с привлечением большого количества источников (в том числе архивных) и литературы.

Из диссертационных исследований, защищенных в это время, заслуживает внимание работа В.А. Ефремова,[14] где, в частности, затронуты вопросы законодательного обеспечения деятельности политической полиции.

В сравнении со многими исследованиями конца ХХ – начала ХХI выделяется фундаментальностью и широкой источниковой основой монография З.И. Перегудовой.[15] На основе материалов ГАРФ автор воссоздает масштабную картину деятельности Департамента полиции – координационного центра по борьбе с революционным движением. Прослеживая изменения в его структуре, разбирая основные направления деятельности Департамента полиции, З.И. Перегудова ввела в научный оборот значительное количество неизвестных ранее архивных источников. В поле зрения автора попали также и местные органы политического сыска (Охранные отделения и ГЖУ), раскрыты их «взаимоотношения» с Департаментом полиции. И всё же в монографии З.И. Перегудовой, как и в работах другого крупнейшего специалиста по этой теме – Ю.Ф. Овченко материалы областных архивов практически не задействованы.

В числе заслуживающих внимания работ нужно указать и на монографии Ю.А. Реента.[16] В трудах Ю.А. Реента нашли отражение этапы становления и развития российской системы органов внутренних дел. Проанализированы как организационные, так и социально-политические аспекты их деятельности.

Заметным событием стал выход в 2002 г. сборника «Жандармы России».[17] Указанное издание является крупным обобщающим трудом, содержащим статьи, написанные профессиональными историками и бывшими работниками спецслужб по самым разным аспектам истории политического сыска России. Затрагивают тему политической полиции и исследователи, изучающие проблемы борьбы с терроризмом. Эта тематика нашла отражение в статьях и монографиях А. Гейфман, А.И. Суворова, О.В. Будницкого и Л.Г. Прайсмана и др.[18]

В последние годы в историографии всё более заметна локализация проблем исследований. Это касается тем, разрабатываемых учеными. Поднимаются всё более специфические вопросы, например, проблемы работы правоохранительных органов на железных дорогах,[19] или особенности «международного сотрудничества» между учреждениями политической полиции разных стран.[20] Кроме того, всё заметнее обнаруживается интерес исследователей к истории местных органов политического сыска. Отметим работы В.В. Романова, М.С. Чудаковой и Е.А. Гончаровой.[21] Укажем также и на ряд диссертационных исследований, освещающих деятельность политической полиции в различных местностях Российской империи.[22]

Серьезный вклад в изучение интересующей нас темы внесли зарубежные ученые. Заметным шагом в развитии зарубежной историографии стало появление монографии Н. Шлейфман.[23] Работа Н. Шлейфман посвящена деятельности секретных агентов политической полиции в рядах партии социалистов-революционеров.

Нельзя обойти стороной и монографии Ф. Цукермана,[24] одна из которых посвящена административно-полицейскому аппарату самодержавия. Другая же рассматривает работу заграничной агентуры Департамента полиции.

Фундаментальные исследования по истории царского политического сыска принадлежат перу профессора Иллинойского университета Д. Дейли.[25]

В настоящее время в зарубежной историографии также наблюдается сужение рамок исследований, появляются работы, посвященные отдельным аспектам деятельности политической полиции.[26]

Как мы видим, на общероссийском и международном уровне различные аспекты истории политического сыска изучены достаточно глубоко. Что же касается регионального («нижегородского») уровня, то, на наш взгляд, данная тема, несмотря на все усилия исследователей, раскрыта недостаточно. Здесь мы располагаем статьей А.А. Белозерова,[27] в которой автор впервые ввел в научный оборот сведения о Временном охранном отделении в Нижнем Новгороде. В книге А.А. Лугинина деятельности временной охранки посвящена целая глава.[28]

Фрагментарные сведения о работе НГЖУ и НОО содержатся в статьях В.Т. Илларионова, А.П. Мельникова и Г.И. Ердякова, книгах И.Л. Нечаева, В.П. Фадеева и В.В. Ниякого, а также «Очерках по истории Горьковской организации КПСС».[29] Авторы указанных работ широко использовали материалы НГЖУ и НОО при воссоздании панорамы революционного движения.

Вопросы, связанные с деятельностью местной политической полиции, например, затрагивающие её «взаимоотношения» с нижегородскими эсерами нашли отражение в статьях А.В. Медведева, А.А. Слепченковой и А.А. Гольцова.[30]

Как уже отмечалось выше, в последнее время изучение данной проблематики переживает всплеск интереса, в том числе и среди нижегородских исследователей. Например, сравнительно недавно была опубликована книга А.В. Осипова,[31] написанная в популярной форме, но с привлечением большого количества архивных источников, работа дает представление о деятельности местного Охранного отделения за весь период его существования.





В 2003 г. М.В. Макаричевым была защищена диссертация, касающаяся истории политического сыска Нижегородской губернии,[32] где, правда, не рассматривается структура и функции НГЖУ, так как наиболее значительная часть работы посвящена уголовному сыску.

Подтверждением неослабевающего интереса исследователей к этой теме стал выход в свет монографии Н.В. Воскобойниковой.[33] Автор – профессиональный архивист основную часть соей работы посвятил делопроизводству учреждений политической полиции, дав его развернутую характеристику – в чем несомненная ценность работы.

Одновременно с монографией Н.В. Воскобойниковой увидела свет книга А.В. Белякова и В.М. Васина[34] и, хотя работа посвящена так называемой «общей полиции», здесь рассматривается особенности административно-полицейского деления Нижегородской губернии, что помогает делать выводы и о работе системы губернского политического сыска. Из работ молодых исследователей необходимо указать на статьи А.В. Вихарева, в центре которых стоит проблема становления и развития аппарата секретной агентуры царской политической полиции.[35]

Подводя итог историографического обзора, можно констатировать, что в литературе всё более ярко выраженной становится тенденция к углубленной и разносторонней разработке самых различных аспектов истории политической полиции дореволюционной России. Всё в большем объеме задействуются материалы областных и краевых архивов. Вместе с тем нужно указать и на то, что до сих пор не появилось исследования, в котором делалась бы попытка комплексно показать не только структурное устройство органов политического сыска Нижегородской губернии, но и их совместное с прокуратурой противодействие различным направлениям революционного движения.

Источниковая база представляет собой корпус как опубликованных, так и неопубликованных источников. Условно, используемые нами источники можно разделить на несколько групп.

Во-первых, законодательно-нормативные источники, к которым относятся документы, регулирующие правовые основы работы политической полиции. Здесь, конечно, важно отметить распоряжения Департамента полиции по «правовым» вопросам и законодательные акты, опубликованные в Полном собрании законов Российской империи. Этот вид источников повествует об обязанностях чинов политического сыска. Особое значение законодательных источников заключается в том, что они дают возможность определить «правовое поле» работы органов политического сыска и судить об общих тенденциях развития «репрессивного» законодательства в Российской империи.

Не меньшей важностью отличаются документы и материалы официального делопроизводства политической полиции – обзоры, записки, доклады о развитии оппозиционного движения как в стране в целом, так и в Нижегородской губернии в частности. Указанная категория источников позволяет говорить о степени понимания руководством политической полиции, как в центре, так и на местах причин и хода революционного движения. Делопроизводственная документация политической полиции дает представление и о мерах, направленных на борьбу с политической оппозицией. К этой же группе источников можно отнести переписку местных силовых структур с Департаментом полиции и Корпусом жандармов по вопросам розыска и дознания (запросы, справки, агентурная информация и т.п.) Данная группа источников чрезвычайно информативна, так как позволяет делать выводы об уровне работы политической полиции, квалификации её руководства в столицах и на местах. Делопроизводственные источники помогают также получить информацию о методах и приемах работы провинциальной политической полиции. Кроме того, этот вид документов дает возможность судить о кадровом составе и финансировании ГЖУ и Охранного отделения.

Основной массив источников, использованных при написании диссертационной работы, составили материалы, хранящиеся в Центральном архиве Нижегородской области (ЦАНО).

Прежде всего, следует выделить фонд 918 – фонд НГЖУ. Несмотря на частичную сохранность, фонд НГЖУ остаётся интересным и весьма разнообразным источником по истории не только местных органов политического сыска, но и революционного и общественного движения в Нижнем Новгороде конца XIX – начала ХХ вв.

В материалах фонда отложилась переписка НГЖУ с местным Охранным отделением, Корпусом жандармов, Департаментом полиции, другими органами государственной власти.

Некоторая, хотя и крайне фрагментарная информация о взаимодействии ГЖУ разных губерний (Нижегородской и Владимирской) содержится в 919-м фонде ЦАНО, где находятся материалы, относящиеся к деятельности помощника начальника НГЖУ в Нижнем Новгороде.

Отметим и 926 фонд – Нижегородского отделения Московского жандармско-полицейского управления железных дорог, где, например, есть секретные циркуляры Департамента полиции, раскрывающие некоторые приемы политического розыска.

Материалы, отражающие становление политической полиции в Нижегородской губернии, частично отложились в фонде Нижегородского губернского штаб-офицера Корпуса жандармов (1864-й фонд ЦАНО).

Интересующие нас сведения имеются и в фонде сыскного отделения Нижегородского городского полицейского управления (1865-й фонд ЦАНО). Хотя, конечно, большинство материалов фонда посвящено вопросом борьбы с уголовной преступностью.

В ноябре 1894 г. для усиления «оперативного контроля» за революционным движением во время проведения Всероссийской промышленной и художественной выставки, было создано Временное охранное отделение. Архивный фонд данного учреждения (915-й фонд ЦАНО), вне всякого сомнения, заслуживает упоминания, так как тут сосредоточены очень важные и малоизвестные документы по истории политической полиции, например, план оперативных действий отделения, где показана стратегия по предотвращению выступлений политической оппозиции.

С возникновением в Нижнем Новгороде Охранного отделения «на постоянной основе», полномочия оперативного характера для борьбы с набирающим силу революционным движением были переданы во вновь созданное учреждение. Поэтому, фонд Охранного отделения – (916-й фонд ЦАНО), является одним из важнейших собраний источников по истории политического сыска в Нижегородской губернии в начале ХХ столетия.

Материалы, имеющие отношение к деятельности органов политического сыска, а также отражающее работу прокуратуры на территории Нижегородской губернии находятся в 179-м фонде ЦАНО (канцелярия прокурора Нижегородского окружного суда).

В диссертационном исследовании задействованы и документы Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ) (фонд 102 – Департамент полиции). В частности, агентурные сведения по Нижегородской губернии разных лет (сводки сообщений секретных сотрудников НОО, специально обработанных и регулярно направляемых в Департамент полиции). Интересны и малоизвестны исследователям так называемые «комитетские дела» по ПСР. Означенные документы в общих чертах раскрывают деятельность Нижегородской организации ПСР. Часть указанных выше документов практически не введена в научный оборот. Значительная доля интересующих нас документов Департамента полиции и местных органов политического сыска были опубликованы в различных сборниках документов.[36]

Опубликованные и неопубликованные документы дополняются источниками личного происхождения, основу которых составили воспоминания сотрудников политической полиции (А.И. Спиридович, П.Г. Курлов, П.П. Заварзин, А.Т. Васильев и др.) и участников революционного движения в Нижегородской губернии. (А.И. Пискунов, А.И. Преображенский М. Перфильев и др.) Мемуары дают возможность более детально воссоздать картину революционного движения, знакомят с «повседневной» партийной работой революционных организаций, а также оперативными приемами применяемыми сотрудниками органов политического сыска.

Указанные источники позволяют в достаточно значительной степени выявить структуру губернских органов политического сыска, их численность, социально-кадровый состав, финансирование, основные направления деятельности, методы работы наружного наблюдения и секретной агентуры. Наши источники также дают возможность в общих чертах проанализировать взаимодействие органов политического сыска и прокуратуры в борьбе с революционным движением и показать механизм расследования политических преступлений на территории Нижегородской губернии.

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые на основе широкого спектра опубликованных и неопубликованных источников, многие из которых ранее не введены в научный оборот, проведено комплексное исследование органов политического сыска Нижегородской губернии конца XIX – начала ХХ столетия. Рассмотрены их структура, методы работы, кадровый состав. Уделено внимание вопросу «взаимоотношений» между руководством различных учреждений местной политической полиции (НГЖУ и НОО). Выявлена роль прокуратуры в борьбе с революционным движением на территории Нижегородской губернии. Наконец, сделана попытка воссоздать картину противостояния местной политической полиции с наиболее радикальными противниками самодержавия – РСДРП и ПСР. В частности, показаны важнейшие оперативные мероприятия губернских органов политического сыска, направленные против социал-демократов и социалистов-революционеров.

Основные положения, выносимые на защиту:

  • Работу политической полиции осложняла малочисленность штата, нехватка опытных сотрудников, социальная незащищенность рядовых сотрудников политической полиции. Нельзя не отметить и «трения», которые периодически возникали между руководством Охранного отделения и НГЖУ, что, конечно, затрудняло их работу.
  • Важнейшим инструментом борьбы с революционным движением являлась агентура политической полиции (наружное наблюдение и секретные сотрудники), которые действовали внутри революционных организаций, что было одним из факторов, позволяющим держать революционное движение под относительным контролем до февраля 1917г.
  • В своей работе губернские спецслужбы столкнулись с невольным противодействием Департамента полиции, который стремясь предотвратить «провал» секретной агентуры, ограничивал активность местных органов политического сыска, часто настаивая на проведении «ликвидаций» лишь в самом крайнем случае.
  • Важную роль в системе правоохранительных органов играла прокуратура, сотрудники которой, стремясь к соблюдению законности, часто невольно вставали на сторону обвиняемых, требуя смягчения приговора, так как доказать факт политического преступления, например, распространения прокламаций было чрезвычайно сложно. Подобная ситуация часто сводила на нет усилия Охранного отделения и НГЖУ.
  • Самым распространенным наказанием за политические преступления была ссылка. Данная мера, по нашему мнению, была недостаточно эффективной, так как побеги ссыльных постепенно приняли угрожающий масштаб. К тому же революционеры, прибывая на место ссылки, часто продолжали свою «преступную деятельность».

Апробация работы. Основные положения диссертации изложены автором в 14 научных публикациях, в том числе в журналах «Вопросы истории» и «Исторический архив», входящих в Перечень ВАК, а также на научных конференциях как регионального, так и всероссийского уровня.

Структура диссертации подчинена необходимости решения поставленных задач и состоит из введения, трех глав, заключения, списка источников и литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновывается актуальность темы, определяются предмет, задачи и хронологические рамки работы, рассматривается историография проблемы, описывается методологическая основа и источниковая база исследования, его новизна и практическое значение, а также формулируются основные положения, выносимые на защиту.

Первая глава «Структура и взаимодействие органов политического сыска и прокуратуры в конце XIX начале ХХ века (на материалах Нижегородской губернии)» состоит из трех параграфов. В первом из них «Жандармские подразделения Нижегородской губернии в конце XIX – начале ХХ века» дан обзор становления и развития подразделений Корпуса жандармов на территории Нижегородской губернии, прослеживается эволюция их структуры, численности, методов работы. Особое внимание уделено местному Губернскому жандармскому управлению (ГЖУ), анализируется его устройство, основные направления деятельности, социально-кадровый состав руководства и рядовых служащих.

Говоря о структуре НГЖУ, на наш взгляд, необходимо выделить следующие особенности. В управлении не хватало служащих. Штат управления, состоящий из 37 человек, находящихся в самом городе, Сормове и уездах губернии не мог оперативно охватить собой всю губернию, население которой к началу ХХ в. составило 1600430 человек. Для сравнения: штат Московского ГЖУ составлял 91 человек. Канцелярия НГЖУ управления (два писца) явно не справлялась со своими обязанностями, документооборот управления был слишком обширным, что вызывало необоснованные траты на канцелярию из средств не предназначенных для этого. Корпус жандармов не увеличил число служащих НГЖУ, даже, несмотря на рост революционных настроений в обществе. В итоге к концу 1900 г. из 11 уездов губернии 9 находилось вне наблюдения НГЖУ.

Диссертант проанализировал правовое положение ГЖУ. На основе изучения источников и историографии был сделан вывод, что правовой статус ГЖУ вносил ряд сложностей в их работу. Являясь частью государственной полиции, ГЖУ входили в систему МВД и одновременно были воинским подразделением, обеспечиваясь из бюджета военного министерства. Департамент полиции, осуществляя политическое руководство ГЖУ, не имел возможности влиять на их личный состав. Совокупность указанных обстоятельств часто вызывала межведомственные конфликты и вносила дисгармонию в работу данных учреждений.

Анализ социально-кадрового состава управления показал, что он в определенной степени был помехой для политического сыска. Выходцы из армейской среды (руководство и рядовой состав НГЖУ, как и других ГЖУ были представлены армейскими офицерами и унтер-офицерами) не всегда понимали специфику работы политической полиции, а эффективного механизма для того, чтобы ликвидировать «политическую безграмотность» жандармов создано не было. Кратковременные курсы при Корпусе жандармов изменить ситуацию не могли.

Таким образом, система политического сыска России к началу ХХ века перестала эффективно работать и отвечать требованиям времени, назрела необходимость серьезных изменений в структуре политического сыска Российской империи, следствием чего стало учреждение в крупных губернских городах новых подразделений политической полиции – Охранных отделений.

Во втором параграфе «Нижегородское охранное отделение и его предшественники» изучается структура Нижегородской охранки, в том числе и Временного отделения по охранению общественной безопасности и порядка, действующего с 1894 по 1896 гг., – в период подготовки и проведения Всероссийской промышленной и художественной выставки в Нижнем Новгороде. Рассмотрена структура данных учреждений, социально-кадровый состав служащих, специфика их работы на территории Нижегородской губернии. Диссертант пришел к выводу, что структура и штат НОО, созданного в октябре 1902 г., были типичны для российской провинции, а размах революционного движения в Нижегородской губернии имел столичные масштабы. Так, к 1 декабря 1902 г. только Сормовская организация РСДРП насчитывала 517 участников, поэтому 15 сотрудников отдела наружного наблюдения с трудом могли охватить своими действиями такой город как Нижний Новгород. Осложняла работу службы наружного наблюдения и социальная незащищенность филеров (агентов наружного наблюдения) – они приходили на службу в НОО в качестве вольнонаемных служащих и не могли пользоваться правами и льготами чинов полиции. Подобное положение, а также значительный подъем революционного движения приводили к уходу наиболее опытных филеров.

Особое внимание уделено агентурной работе местного Охранного отделения, так как вербовка секретных сотрудников и их внедрение в партийные организации (особенно РСДРП и ПСР), было одной из важнейших задач НОО. Число секретных сотрудников НОО было сравнительно небольшим и не превышало 18 человек (данные на апрель 1903 г.)

Как показывает изучение различных источников, часто, хотя и не всегда, опасаясь провалить агентов, и лишиться ценной информации в дальнейшем, Охранка не производила арестов, имея даже детальный план работы той или иной революционной организации. Иногда активность Охранных отделений ограничивал Департамент полиции, возможно, боясь не только «засветить» своих агентов, но и волнений среди местного населения.

Состав агентуры, как нам удалось установить, не был постоянным, что снижало эффективность работы Охранного отделения. Причинами частой смены агентов были многие обстоятельства: смена агентом места жительства, боязнь разоблачения, иногда – простое нежелание сотрудничать. Так, согласно документам, в августе 1903 г. на НОО работало уже 10 секретных сотрудников, находящихся в основном в Нижнем Новгороде и Сормове. Важнейшей причиной потерь среди агентуры было пренебрежение к правилам конспирации, данный факт также неоднократно отмечался в документах Департамента полиции.

В период революции 1905 г. произошел некоторый спад агентурной работы. Особенно показательна в этом плане первая половина 1905 г. Напомним, что это время было особенно драматично для Нижегородской охранки. В конце апреля 1905 г. был убит один из самых известных начальников НОО – ротмистр А.В. Грешнер.

В работе показано, что постепенно, после потрясения первых месяцев 1905 г., агентурный аппарат отделения стал вновь увеличиваться, а активность секретных сотрудников – расти. Об этом свидетельствуют многочисленные аресты разного рода революционных деятелей, подпольных типографий и нелегальной литературы. Например, неоднократно задерживались Н.А. Семашко, А.М. Лежава, О.М. Генкина, В.Е. Лазарев, Н.А. Долгополов.

В целом можно говорить о достаточно высокой эффективности агентурного аппарата, впрочем, как и всей структуры Нижегородской охранки, которая имела своих агентов практически во всех местных революционных организациях, а в некоторых из них действовали сразу несколько секретных сотрудников Охранного отделения. Но успехи НОО в значительной степени нивелировались недостаточно налаженным взаимодействием органов политического сыска, нарастающей волной революционного движения и слабости законодательного «обеспечения» работы политической полиции.

В третьем параграфе «Прокуратура и расследование государственных преступлений в Нижегородской губернии» рассматривается структура и роль прокуратуры в борьбе с революционным движением. Подробно исследуется законодательные акты, лежащие в основе деятельности прокуратуры и её противостояния революционному движению.

Как известно, с проведением судебной реформы 1864 г. территория Российской империи была разделена на несколько судебных округов. Высшей судебной инстанцией в округе стала судебная палата, которая контролировала деятельность прокурорских работников и окружных судов на территории, охватывающей от 2-х до 12 губерний.

Нижегородский окружной суд, образованный 23 апреля 1869 г., являлся высшим судебным органом в губернии. Он состоял из председателя, его товарища и членов. В его состав входили канцелярия председателя, чины прокурорского надзора, судебные приставы.

Согласно «Учреждению судебных установлений», работа прокуратуры окружного суда строилась на принципе единоначалия и иерархического подчинения нижестоящих товарищей прокурора прокурору окружного суда, тот, в свою очередь, подчинялся прокурору Московской судебной палаты, которая являлась высшей судебной инстанцией для Нижегородского окружного суда и, соответственно, рассматривала все дела по политическим преступлениям, относящиеся к Нижегородской губернии.

По итогам анализа источников нужно указать на постепенное расширение прав политической полиции и опосредованные попытки подчинения прокуратуры государственным структурам. Особенно это проявилось с принятием так называемого «Положения от 14 августа 1881 г.». В соответствии с законом, губернаторы имели право требовать от лиц прокурорского надзора предоставления для просмотра каждого отдельного дознания, передавать дела на рассмотрение в военные суды и утверждать вынесенные приговоры. Однако при даче заключений в судах прокуроры окружных судов не были связаны позицией и мнением прокуроров судебных палат, действовали на основе своего убеждения и законов, – то есть вполне самостоятельно.

Механизм расследования политических преступлений в губернии вкратце выглядел следующим образом: сотрудники ГЖУ уведомляли прокуратуру о «всяких признаках политического преступления». После изучения всех обстоятельств работники прокуратуры направляли докладную записку прокурору Нижегородского окружного суда, который в свою очередь подробно сообщал все обстоятельства дела прокурору Московской судебной палаты. Московская же судебная палата «вступая в сношения с министром юстиции» принимала окончательное решение.

Источники, которыми располагает автор, позволяют считать, что после проведения судебной реформы 1864 г. Россия на протяжении десятилетий оставалась одной из самых передовых в правовом отношении стран (это, прежде всего, касается так называемых «политических преступлений»). Постепенно, с ростом революционного движения правительство пошло на ужесточение законодательства. Но, несмотря на это, Россия на рубеже XIX – ХХ вв. продолжала оставаться весьма либеральной страной. Напомним, что ни для кого из руководителей вооруженного восстания в Сормове прокурор не потребовал вынесения смертного приговора.

Во второй главе «Органы политического сыска Нижегородской губернии в борьбе с социал-демократической оппозицией» также выделены три параграфа. В первом параграфе «Возникновение социал-демократической оппозиции: политическая полиция и социал-демократы в 1890-е – 1904 гг.» исследуется процесс становления и развития организаций РСДРП в Нижнем Новгороде и губернии в контексте противостояния социал-демократов местной политической полиции. Прослеживаются мероприятия органов политического сыска против социал-демократического движения: от допросов, систематически проводимых ГЖУ, до внедрения секретной агентуры Охранным отделением.

К началу ХХ века социал-демократам удалось создать компактную организацию, которая, несмотря на свою малочисленность, в сравнении, например, с ПСР, стала мощным очагом антиправительственного движения. В массовой революционной работе социал-демократы значительно превосходили своего основного конкурента ПСР. В частности, в 1903 г. охранными органами было зафиксировано 329 случаев распространения нелегальной социал-демократической литературы, а эсеровской – 100.

НОО удалось установить наблюдение за «ядром» Нижегородского комитета РСДРП – координационного центра, который направлял работу отдельных социал-демократических кружков. Кроме того, была осуществлена вербовка как минимум двух членов сормовских рабочих кружков – В.И. Беляева и Д.И. Пятницкого. Таким образом, НОО использовало так называемый «парный метод» агентуры, когда два и более секретных сотрудника «работали» в одной организации независимо друг от друга, поэтому НОО удавалось получать весьма достоверную информацию. Через агентуру НОО смогло установить почти всех участников социал-демократических кружков и провести ряд успешных «ликвидаций». Но нижегородским социал-демократам удалось восстановить свои ряды. Дело в том, что одним из самых распространенных политических преступлений того времени было хранение и распространение антиправительственных изданий. Факт распространения доказать было чрезвычайно сложно, так как случаи задержания с поличным были достаточно редки. Хранение же незаконных изданий наказывалось арестом на срок от семи дней до трех месяцев и, возможно, надзором полиции на срок от одного года до трех лет. Как правило, революционеры скрывались от надзора и продолжали подпольную работу. Пополнился новыми членами и состав Нижегородского комитета РСДРП. Также способствовало развитию социал-демократического движения и либеральная оппозиция, оказывающая всяческое содействие местным организациям РСДРП.

Таким образом, в начале ХХ века НОО и НГЖУ столкнувшись с нижегородскими социал-демократами, вступили в противоборство с организацией, которая, невзирая на аресты, постоянно умножала свои ряды за счет интеллигенции и рабочего класса. К началу 1905 г., например, число членов социал демократических кружков увеличилось до 700 человек. Охранка же не смогла противопоставить социал-демократической агитации ничего кроме арестов, тем самым предотвратить революцию 1905 – 1907 гг. оказалось невозможным.

Во втором параграфе «Органы политического сыска и социал-демократическая оппозиция в революции 1905 – 1907 гг.» анализируется работа политической полиции в критической ситуации 1905 – 1907 гг., когда противостояние с властями приняло открытый характер (прокатилась волна антиправительственных выступлений, в том числе вооруженного характера). Органы политического сыска, конечно, не могли полностью предотвратить революционные выступления, но старались значительно ослабить их. Прежде всего, усилия политической полиции были направлены на ограничения пропагандистской активности РСДРП. В течение 1905 – 1907 гг. было арестовано несколько крупных социал-демократических типографий, неоднократно подвергалось репрессиям и руководство нижегородских социал-демократов. Во время революции 1905 – 1907 гг. в губернской организации РСДРП, судя по всему, несколько секретных сотрудников НОО, в частности, агент «Преображенская» – руководитель одного из кружков, но противостоять революционному движению было чрезвычайно сложно. Например, не было принято кардинальных мер по предотвращению вооруженного восстания в Сормове в декабре 1905 г. Причиной этому массовый характер революционного движения, либеральный настрой многих представителей власти, и, конечно, недостаточное финансирование органов политического сыска.

Для государственного аппарата самодержавной России была характерна некоторая «неповоротливость», руководство МВД чрезвычайно медленно реагировало на просьбы об увеличении штата губернских правоохранительных органов. Достаточно сказать, что меры по укреплению полицейского аппарата были приняты только после грозных событий декабря 1905 г. Так, 31 января 1906 г. на основании высочайше утвержденного мнения Государственного совета были увеличены штаты полицейских команд городов практически во всех губерниях. Возросло и финансирование НОО с 19170 руб., в год в 1905 – 1907 гг., до 23472 в 1908 г.

В третьем параграфе «Работа органов политического сыска по нейтрализации социал-демократического движения после революции 1905–1907 гг.» рассмотрены основные мероприятия государственной власти, направленные на подавление социал-демократической оппозиции.

На протяжении всего периода времени, отделяющего революцию 1905–1907 гг. от событий 1917 г., политическая полиция применяла против местных социал-демократических организаций весь арсенал методов сыска. Особый упор был сделан на внедрение в ряды социал-демократов секретных сотрудников, здесь «внимание уделялось» и губернским организациям РСДРП, которые после революции 1905–1907 гг. действовали достаточно активно, так как в губернии контроль со стороны политической полиции был слабее, что позволяло Кулебакской организации РСДРП даже печатать собственные прокламации. Охранка из-за нехватки людей была вынуждена привлекать чинов полиции, которые имели слабое представление о специфике политического сыска. Сотрудникам политической полиции удавалось, тем не менее, систематически проводить аресты складов нелегальной литературы, типографий, активистов местных организаций РСДРП, причиной этому были успешные действия секретной агентуры, НОО удалось завербовывать 6 участников различных кружков РСДРП. Под давлением политического сыска социал-демократы постоянно совершенствовали методы противодействия спецслужбам: использовали легальные мероприятия для пропаганды революционных идей, изыскивали новые источники финансирования своих мероприятий (например, средствами от легальных лекций). На руку социал-демократам были и «долгосрочные факторы»: ухудшение положения заводского пролетариата, Ленский расстрел, избирательная кампания в IV Государственную думу. Таким образом, местные организации РСДРП, как и её руководящие органы, оказались более «мобильными», способными в отличие от бюрократического аппарата самодержавного государства быстро приспосабливаться к различным изменениям в социально-политической жизни страны, использовать их в свою пользу, что в конечном итоге и определило успех социал-демократов в борьбе с самодержавием.

Третья глава «Политическая полиция и эсеровские организации Нижегородской губернии» включает в себя два параграфа. Первый параграф «Зарождение эсеровских организаций Нижегородской губернии. Эсеры и политический сыск накануне и во время первой русской революции» посвящен вопросам становления организаций ПСР на территории Нижегородской губернии, в частности, выявлены основные направления их деятельности (пропаганда среди местного населения и устройство публичных митингов и демонстраций). Рассмотрены оперативные мероприятия органов политического сыска, направленные на подавление социал-революционного движения в губернии.

Начав свою деятельность на территории губернии в 1896 г., когда в нашем городе был основан первый кружок ПСР, нижегородские эсеры в начале ХХ в. превратились, благодаря доступности своих идей, в серьезную политическую силу. Особое внимание НОО было вынуждено обратить на эсеров в связи с волной террора прокатившейся по стране.

Эсеры действовали в сотрудничестве с социал-демократами, в результате чего появилась, например, возникла «Боевая дружина», куда входили представители обоих партий. Но социалисты-революционеры, в силу массовости своего движения, меньше уделяли внимание вопросам конспирации, что облегчало оперативную работу спецслужб. Кроме того, эсеры считали членами партии сочувствующих и точного учета не вели. Пренебрежение к конспирации дало возможность политической полиции в течение 1905 – 1907 гг. проводить успешные операции. Так, в это время арестам подверглись члены «Военной организации ПСР», главной задачей которой была пропаганда в войсках, также была фактически разгромлена «Волжская судоходная организация, которая занималась пропагандой среди судоходного персонала. Значительной информацией располагали спецслужбы и о крестьянских братствах, равно как об уездных организациях, самой значительной из которых была Панинская организация ПСР.

Вербовка секретных сотрудников давала хорошие результаты, особенно на этапе предшествующем революции 1905 – 1907 гг. В это время зарождающаяся Нижегородская организация ПСР ещё только набирала силы, занимаясь пропагандой и распространением прокламаций. Постепенно местные эсеры эволюционировали и стали применять весь спектр борьбы, предусмотренный программой ПСР. Революция 1905 – 1907 гг. придала новый импульс эсеровскому движению. В партию произошел приток новых людей. По итогам губернского съезда ПСР, состоявшегося в конце 1906 г., в губернии насчитывалось 2200 эсеров. ПСР привлекала многих «романтикой террора» и справедливой аграрной программой. Собрав силы эсеры стали не только более активно участвовать в митингах и демонстрациях, но и перешли к террору и экспроприациям. Подобный радикализм отчасти объясняется и обилием провокаторов, которые были «заинтересованы» в активной работе партии для более эффектных ликвидаций. Охранке только путем полного напряжения сил удавалось сдерживать эсеровское движение. Частые аресты, конечно, ослабляли эсеровские организации, однако эффективная эсеровская пропаганда привлекала в ряды партии всё новых и новых членов. К тому же эсеры активно действовали на территории губернии, что осложняло борьбу с ними из-за сравнительной малочисленности политической полиции.

Во втором параграфе «Политическая полиция и эсеровские организации Нижегородской губернии после революции 1905–1907 гг.» анализируется деятельность эсеровских организаций и оперативная работа спецслужб против них. После революции 1905–1907 гг. губернские организации ПСР играли значительную роль в региональном революционном движении. Подобно социал-демократам у эсеров существовали активные организации на уровне уездов. Отличительной чертой эсеровских организаций становится «автономность» – способность местных организаций действовать в целом независимо от партийного центра. Политическая полиция применяла против ПСР те же методы, что и против РСДРП, причем более эффективно. Источники свидетельствуют, что после революции 1905–1907 гг. в некоторых эсеровских организациях работало, как мы полагаем, до 5 секретных сотрудников. Угроза постоянных арестов заставила постепенно минимизировать проявления партийной работы. Поэтому период с 1910 по 1914 гг. можно назвать временем относительного затишья эсеровских организаций губернии. Их деятельность проявлялась в «устной пропаганде, выписке литературы и сборе денег на нужды организации.

С началом первой мировой войны нижегородские эсеры предприняли попытки возобновить работу организации в полном объеме, для чего в Нижний Новгород несколько раз приезжала В.Н. Фигнер Работа политической полиции облегчалась слабо поставленной конспирацией и условным характером партийного членства эсеров (факторами, которые действовали на протяжении всего периода существования ПСР). Данные недостатки вполне компенсировались успехами эсеровской пропаганды имеющий свой постоянный электорат особенно в лице крестьян, которые были более других восприимчивы к эсеровской агитации, так как та обещала им быстрое решение аграрного вопроса. Подобная пропаганда расшатывала авторитет самодержавия и была одним из немаловажных факторов определивших крушение монархии.

В заключении подведены основные итоги исследования и сделаны выводы по работе в целом.

Структура органов политического сыска дореволюционной России к началу ХХ века перестала соответствовать требованиям времени, что проявилась в неспособности местной политической полиции эффективно противостоять растущему революционному движению. Поэтому правительство было вынуждено пойти на реорганизацию правоохранительных органов, в результате которой в крупных городах Российской империи появились Охранные отделения. Учреждение Охранного отделения в Нижнем Новгороде ознаменовало собой новый уровень борьбы с революционным движением.

Механизм расследования политических преступлений в губернии также срабатывал не всегда эффективно: у сотрудников спецслужб и прокуратуры порой возникали сложности с доказательной базой, что часто сводило на нет усилия политической полиции по раскрытию революционных организаций, так как сотрудники прокуратуры настаивали из-за отсутствия доказательств на прекращении дел.

Осложняло работу местных органов политического сыска и недостаточно налаженное взаимодействие между двумя губернскими спецслужбами (НОО и НГЖУ) по причине отсутствия четкого разграничения полномочий, а, прежде всего, личных амбиций руководства данных учреждений.

Основным направлением работы губернских спецслужб было противодействие наиболее опасным противникам самодержавия – местным организациям РСДРП и ПСР. В этом направлении органами политического сыска были достигнуты значительные успехи. Систематически проводились удачные операции против организаций указанных партий. Таким образом, несмотря на целый ряд указанных выше трудностей в работе органов политического сыска, мы можем говорить о высокой степени эффективности наружного наблюдения и агентурной работы (т.е. основных форм борьбы политической полиции против революционных организаций).

Однако в долгосрочной стратегической перспективе политическая оппозиция (особенно её самые радикальные сегменты – РСДРП и ПСР) оказались более приспособлены к изменениям в социально-политической жизни страны. Революционные организации виртуозно обращали себе на пользу, и умело использовали для своих пропагандистских кампаний, террористических актов и революционных выступлений любые заметные события на политическом небосклоне. Активистов РСДРП и ПСР не сдерживало законодательство и бюрократические барьеры, они оказались «ближе к народу» чем сторонники самодержавия, а их пропаганда отражала чаяния значительной части политически активного населения. Самодержавное же государство оказалось не готово к противостоянию с подобным противником. Система правоохранительных органов оказалась невосприимчива к подобным вызовам, так как не подвергалась своевременному реформированию. В последнее десятилетие существования монархии принимались в основном меры «тактического характера»: незначительное увеличение финансирования, рассылка циркуляров, регулирующих работу политического сыска. Апофеозом подобной недальновидной политики стало упразднение системы Охранных отделений в провинции, поэтому очевидные успехи политической полиции оказались, в конечном счете, бесполезными.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

Публикации в изданиях, входящих в Перечень ведущих рецензируемых журналов и изданий, рекомендуемых ВАК:

  1. Рыжаков, Д. Г. Органы политического сыска дореволюционной России в англоязычной историографии / Д. Г. Рыжаков // Вопросы истории. – 2008. – № 3. – С. 166 – 169.
  2. «Преследуя цель предупреждения всякого рода сборищ…» : докл. зап. начальника Отд-ния по охранению порядка и безопасности в Н. Новгороде П. Н. Евецкого директору Департамента полиции Н. И. Петрову. 1894 г. / вступ. ст. и коммент. Д. Г. Рыжакова // Исторический архив. - 2009. - № 4. - С. 213–217.

Публикации в других изданиях:

  1. Рыжаков, Д. Г. Нижегородское охранное отделение: структура и состав сотрудников 1902 – 1913 гг. / Д. Г. Рыжаков, Ф. А. Селезнев // Культура и история России XVI – XIX вв. : сб. ст. к юбилею В. А. Китаева. – Н. Новгород, 2002. – С. 28 – 32.
  2. Рыжаков, Д. Г. Нижегородские социал-демократы и охранка: эпизоды противостояния 1902 – 1904 гг. / Д. Г. Рыжаков ; Нижегор. гос. ун-т им. Н. И. Лобачевского // Наш «Анабасис» : сб. ст. магистрантов и аспирантов. – Н. Новгород, 2003. – С. 87 – 94.
  3. Рыжаков, Д. Г. Из истории временного отделения по охранению общественной безопасности и порядка в Н. Новгороде 1894 – 1896 гг. / Д. Г. Рыжаков ; Нижегор. гос. ун-т им. Н. И. Лобачевского // Наш «Анабасис» : сб. ст. магистрантов и аспирантов. – Н. Новгород, 2004. – С. 93 – 98.
  4. Рыжаков, Д. Г. Хранители самодержавия: из истории Нижегородского губернского жандармского управления / Д. Г. Рыжаков // Нижегородский краеведческий сборник. – Н. Новгород, 2005. – Т. 1. – С. 192 – 199.
  5. Рыжаков, Д. Г. Источники по истории провинциальных органов политического сыска России конца XIX – начала ХХ вв. : (по материалам Центрального архива Нижегородской области) / Д. Г. Рыжаков // Вестник Нижегородского государственного университета им. Н. И. Лобачевского. – 2007. – № 3. – С. 135 – 138.
  6. Рыжаков, Д. Г. Рыцари монархии: провинциальная жандармерия во второй половине XIX – начале ХХ вв. : (по материалам Нижегородской губернии) / Д. Г. Рыжаков // Известия вузов. Поволжский регион. Гуманитарные науки. – 2008. – № 2. – С. 26 – 33.
  7. Рыжаков, Д. Г. Накануне революционных потрясений: Нижегородское охранное отделение и политическая оппозиция в 1902–1904 гг. / Д. Г. Рыжаков // Первая русская революция в Поволжье: вопросы истории, историографии и источниковедения : материалы Всерос. науч. конф., 21 окт. 2005 г. – Н. Новгород, 2006. – С. 127 –131.
  8. Рыжаков, Д. Г. «Чины полиции, будучи совершенно не ознакомлены с делом политического розыска, сообщают сведения ни на чём не основанные и не проверенные»: из истории провинциальной политической полиции в дореволюционной России / Д. Г. Рыжаков // Научные чтения памяти Н. Ф. Филатова. – Н. Новгород, 2006. – С. 52 – 54.
  9. Рыжаков, Д. Г. Органы политического сыска дореволюционной России в современной отечественной историографии / Д. Г. Рыжаков // Актуальные вопросы истории : материалы межвуз. науч. конф., 21 апр. 2007 г. – Н. Новгород, 2007. – С. 112 – 114.
  10. Рыжаков, Д. Г. Люди в голубых мундирах: Корпус жандармов и кадровая политика органов политического сыска в провинции / Д. Г. Рыжаков // Проблемы идентичности современного российского общества: политика, право, экономика, идеология и духовность : материалы Междунар. науч. конф. – Н. Новгород, 2007. – С. 203 – 207.
  11. Рыжаков, Д. Г. Политический сыск в российской провинции в начале ХХ века : (по материалам Нижегородской губернии) / Д. Г. Рыжаков // ХХ век в истории России: актуальные проблемы : материалы III Междунар. науч.-практ. конф. – Пенза, 2007. - С. 155 – 156.
  12. Рыжаков, Д. Г. Фонд Нижегородского губернского жандармского управления как источник по истории органов политического сыска и революционного движения начала ХХ века : (краткая характеристика) / Д. Г. Рыжаков // Чтения памяти Н. И. Куприяновой : материалы IV Нижегор. архивоведч. конф. – Н. Новгород, 2008. – С. 119 – 121.


[1] Принцип историзма предполагает здесь рассмотрение изменений в структуре, характере и методах действия нижегородской политической полиции под влиянием развития революционного движения и реорганизации органов политического сыска.

[2] Министерство внутренних дел. Краткий исторический очерк. 1802–1902. СПб., 1902; Варадинов Н.В. История Министерства внутренних дел. СПб., 1862. и др.

[3] Павлов П. Агенты, жандармы, палачи. Пг., 1922; Лонге Ж., Зильберт К. Терроризм и охранка. М., 1924.

[4] Меньщиков Л.П. Охрана и революция. Из истории тайных политических организаций, существовавших во времена самодержавия. Ч. 1–3. М., 1925–1932.

[5] Щеголев П.Е. Охранники и авантюристы. М., 1930.

[6] Зайончковский П.А. Военные реформы 1860–1870-х гг. в России. М., 1952; Зайончковский П.А. Кризис самодержавия на рубеже 70-х–80-х гг. XIX в. М., 1964; Зайончковский П.А. Российское самодержавие в конце XIX столетия. М., 1970; Зайончковский П.А. Правительственный аппарат самодержавной России в XIX в. М., 1978.

[7] Ерошкин Н.П. Очерки истории государственных учреждений дореволюционной России. М., 1960; Ерошкин Н.П. Самодержавие накануне краха. М., 1975; Ерошкин Н.П. История государственных учреждений дореволюционной России. М., 1983 и др.

[8] Оржеховский И.В. Самодержавие против революционной России. М., 1982.

[9] Мулукаев Р.С. Полиция и тюремные учреждения дореволюционной России. М., 1964; Хохлов А.В. Карательный аппарат царизма в борьбе с революцией 1905–1907 гг. М., 1975; Ярмыш А.Н., Федоров К.Г. История полиции дореволюционной России. Ростов н/Д, 1976.

[10] Шинджикашвили Д.И. Сыскная полиция царской России в период империализма. Омск, 1973.

[11] Эренфельд Б.К. Тяжелый фронт: из истории борьбы большевиков с царской тайной полицией. М., 1983; Кознов А.П. Борьба большевиков с подрывной агентурой царизма в период реакции (1907–1910) // Вопросы истории КПСС. 1986. № 12. С. 66–70 и др.; Соловьев М.Е. Царские провокаторы и дело социал-демократической фракции II-й Государственной думы // Вопросы истории КПСС. 1966. № 8. С. 124–129; Ансимов Н.Н. Борьба большевиков против политической тайной полиции самодержавия. Свердловск, 1989.

[12] Тютюнник Л.И. Департамент полиции в борьбе с революционным движением в России на рубеже XIX – ХХ вв. (1880 – 1904 гг.): дис. … канд. ист. наук. М., 1986; Перегудова З.И. Департамент полиции в борьбе с революционным движением (Годы реакции и нового революционного подъема): дис. … канд. ист. наук. М., 1988; Миролюбов А.А. Политический сыск России в 1914–1917 гг.: дис. … канд. ист. наук. М., 1988; Овченко Ю.Ф. Московское охранное отделение в борьбе с революционным движением в 1880–1904 гг.: дис. … канд. ист. наук. М., 1988. и др. Ю. Ф. Овченко также опубликовал серию статей в научной периодической печати. См.: Овченко Ю.Ф. Московская охранка на рубеже веков // Отечественная история. 1993. № 3. С. 193–201. и др.

[13] Лурье Ф.М. Полицейские и провокаторы: Политический сыск в России (1649–1917). СПб., 1992; То же. Изд. 2-е. М., 1998; Рууд Ч., Степанов С. Фонтанка, 16. Политический сыск при царях. М., 1993; Головков Г., Бурин С. Канцелярия непроницаемой тьмы. М., 1994; Кравцев И. Тайные службы империи. М., 1999.

[14] Ефремов В.А. Сыск и политическая полиция самодержавной России. Историко-правовой аспект: дис. … канд. юрид. наук. СПб., 1996.

[15] Перегудова,З.И. Политический сыск России 1880 –1917. М. 2000.

[16] Реент Ю.А. Общая и политическая полиция России 1900–1917. Рязань, 2001; Реент Ю.А. История правоохранительных органов: Полицейские и тюремные структуры России. Рязань, 2002.

[17] Жандармы России / Сост. В.С. Измозик. СПб.; М., 2002.

[18] См.: Гейфман А. Революционный террор в России 1894–1917. М., 1997; Гейфман А. В сетях террора: Дело Азефа и первая русская революция. М., 2002; Суворов А.И. В противоборстве с террористами. М., 1999; Будницкий О.В. Терроризм в российском освободительном движении: идеология, этика, психология (вторая половина XIX–начало ХХ в.). М., 2000; Прайсман Л.Г. Террористы и революционеры, охранники и провокаторы. М., 2001;

[19] Мыцыков В.В. Из истории становления жандармско-полицейского надзора на железных дорогах России в 60-70 гг. XIX в. // Российская цивилизация: история и современность: Межвузовский сборник научных трудов. Воронеж, 2000. Вып. 9. С. 3–10; Гончарова Ю.В. Из истории создания и деятельности жандармско-полицейских управлений железных дорог // Проблемы преподавания и изучения истории государства и права, органов внутренних дел России: Материалы конф. М., 2000. С. 84–94 и др.

[20] Рууд Ч. Взаимодействие политических полиций Австро-Венгрии, Франции и России // Вестник Российского университета дружбы народов. Сер. Политология. 2003. № 4. С. 65–75.

[21] Романов В.В. Политическая полиция – государственный институт Российской империи. Ульяновск, 1996; Романов В.В. На страже Российской монархии: политическая полиция в Поволжье 1905–1907 гг. Ульяновск, 1998; Чудакова М.С. Противостояние. Политический сыск дореволюционной России. Ярославль, 2003; Гончарова Е.А. Методы политического сыска России в борьбе с революционным движением в 1904–1914 гг.: на материалах Саратовской губернии. Саратов, 2006.

[22] Рябинцев Р.В. Становление и развитие системы органов политического сыска в российской провинции в 1880–1914 гг. (на материалах Костромской губернии): дис. … канд. ист. наук. Кострома, 2004; Дорохов В.Г. Политический сыск Томской губернии 1881–февраль 1917 гг.: дис. … канд. ист. наук. Кемерово, 2005; Логачева Н.В. Политический сыск в губерниях Поволжья в 1860–1880-х гг. (на материалах Пензенской и Саратовской губернии): дис. … канд. ист. наук. Пенза, 2005; и др.

[23] Scleifman, N. Undercover agents in the Russian Revolutionary Movement: The SR Party 1902–1904. New York, 1988.

[24] Zuckerman, F. The Tsarist Secret Police in Russian Society 1880–1917. New York, 1996; Zuckerman, F. The Tsarist Secret Police Abroad: Policing Europe in a Modernizing World. New York, 2003.

[25] Daly J. Autocracy under Siege: Security Police and Opposition in Russia 1866–1905. DeKalb: Northern Illinois, 1998; Daly J. The Watchful state: Security Police and Opposition in Russia 1906–1917. DeKalb: Northern Illinois, 2004.

[26] Lauchlan I. Russian Hide-and-Seek:The Tsarist Secret Police in St. Petersburg 1906–1914. Helsinki, 2002.

[27] Белозеров А.А. Записки по рабочему движению // 1905 г. в Нижегородском крае. Сборник статей. Н. Новгород, 1931.С. 31–123.

[28] Лугинин А.А. Нижегородское подполье. Новые поиски и находки. Горький, 1984. С. 50–56.

[29] См.: Илларионов В.Т. Исторические этюды. Революционная хроника сормовских рабочих // Материалы по истории революционного движения. Н. Новгород, 1920. Т. 1. С. 5–89; Мельников А.П. 1904–1905 гг. К истории революционного движения в Нижегородском крае // Материалы по истории революционного движения. – Н. Новгород, 1921. Т. 2. С. 45–65; Мельников А.П. Опись делам Нижегородского историко-революционного архива за 1839–1896 гг. //Там же. С. 119–148; Ердяков Г.И. Подпольная типография Нижегородской большевистской организации 1901–1904 гг. // Ученые записки Горьковского государственного университета им. Н. И. Лобачевского. Сер. Соц.-экон. наук. 1958. Вып. 42. С. 23–51; Нечаев И.Л. Революция 1905 г. в Нижегородском крае. Н. Новгород, 1931; Фадеев В.П. Очерки по истории Нижегородской большевистской организации. Горький, 1956; Ниякий В.В. Первая российская революция в Нижегородском Поволжье. Горький, 1985; Очерки истории Горьковской организации КПСС. Горький, 1961. Ч. 1.

[30] Медведев А.В. Эсеровские организации Нижегородской губернии в 1905–1907 гг. // Город славы и верности России: Материалы историко-краеведческой конференции посвящ. 775-летию Нижнего Новгорода. Н. Новгород, 1996. С. 85–87; Слепченкова А.А. Кризис Нижегородской организации партии социалистов-революционеров (1907–1917 гг.) // Х Нижегородская сессия молодых ученых. Гуманитарные науки: материалы докладов. Н. Новгород, 2006. С. 44 –45; Гольцов А.А. Организация социалистов-революционеров в Нижегородской губернии в 1902–1916 гг. // Россия и Нижегородский край: Актуальные проблемы истории. Материалы чтений памяти Н. М. Добротвора. Н. Новгород, 1998. С. 180–182.

[31] Осипов А.В. История Нижегородского охранного отделения // Из истории Нижегородских спецслужб. Н. Новгород, 2003. Т. 1.

[32] Макаричев М.В. Политический и уголовный сыск России в конце XIX – начале ХХ вв. (по материалам Нижегородской губернии): дис. … канд. ист. наук. Саранск, 2003.

[33] Воскобойникова Н.В. Управление и делопроизводство органов политического сыска Нижегородской губернии (1890–1917). Н. Новгород, 2006.

[34] Беляков А. В., Васин В.М. Нижегородская полиция в период развития капитализма и становления конституционной монархии в России (1862–февраль 1917) Н. Новгород, 2006. Вып. 2.

[35] Вихарев А.В. К вопросу о «провокации» в деятельности органов политического сыска России в начале ХХ века // Вестник Чувашского университета. Гуманитарные науки. 2008. № 1. С. 20–23; Вихарев А.В. Проблема сохранения секретной агентуры Охранных отделений в системе политического сыска России в начале ХХ века (по материалам Нижегородского охранного отделения) // XIII Нижегородская сессия молодых ученых. Гуманитарные науки. Н. Новгород, 2008. С. 288–290.

[36] Революционное движение в Нижнем Новгороде и Нижегородской губернии в 1901–1904 гг. Сборник документов / под ред. В.П. Фадеева. Горький, 1955; Революционное движение в Нижнем Новгороде и Нижегородской губернии в 1905–1907 гг. Сборник документов / под ред. В.П. Фадеева. Горький, 1955; Революционное движение в Нижнем Новгороде и Нижегородской губернии (1907–февраль 1917 гг.). Сборник документов / под ред. В.П. Фадеева. Горький, 1971; Общественно-политические процессы, партии и движения в Нижегородской губернии в конце XIX –начале ХХ вв. Сборник документов / Авт. и сост. Г.В. Набатов. – Н. Новгород, 2001. Т. 1–2 и др.



 





<
 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.