WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Царицынское (сталинградское) краеведение в 1920-1930 х годах

На правах рукописи

Кирсанов Михаил Васильевич

Царицынское (сталинградское) краеведение

в 1920-1930х годах

Специальность 07.00.02 – Отечественная история

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Волгоград 2011

Работа выполнена в ФГБОУ ВПО «Волгоградский государственный университет».

Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор

Тюменцев Игорь Олегович

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Болотова Елена Юрьевна

кандидат исторических наук

Материкин Александр Васильевич

Ведущая организация: ФГБОУ ВПО « Калмыцкий государственный университет»

Защита диссертации состоится «2» ноября 2011 г. в 12:00 на заседании диссертационного совета Д 212.029.02 при ФГБОУ ВПО «Волгоградский государственный университет» по адресу: 400062, г. Волгоград, проспект Университетский, 100.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ФГБОУ ВПО «Волгоградский государственный университет».

Автореферат разослан «30 » сентября 2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

кандидат исторических наук, доцент А. В. Луночкин

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Первые десятилетия после установления советской власти в России являются одним из противоречивых, сложных для научного изучения периодов в отечественной истории. С одной стороны, в это время были реализованы радикальные преобразования, в результате которых была создана одна из наиболее передовых для своего времени государственная экономическая система, которая впоследствии позволила СССР одержать победу в Великой Отечественной войне и стать ведущим игроком на мировой политической арене. С другой стороны, именно в 1920-1930-х годах население страны несколько раз переживало периоды тяжелого голода, коллективизацию, раскулачивание, репрессии.

В последние годы в отечественной научно-исторической и общественной мысли стало обращаться пристальное внимание на изучение этого периода истории России. На наш взгляд, данный факт можно объяснить рядом существующих исторических параллелей между современной политической, экономической ситуацией и тем положением, в котором находилась страна в 1920-х годах. Как в то время, так и сейчас, перед руководством государства, перед обществом стоит задача коренной модернизации страны, создания в короткие сроки конкурентоспособной экономической системы, усиления внешнеэкономического и внешнеполитического влияния России.

Мировой опыт показывает, что достижение подобных целей невозможно без использования творческого, научного потенциала всего населения страны, без грамотного планирования и активизации развития региональных экономик. Именно в этом отношении советским руководством в 1920-х годах был накоплен богатый опыт, изучение и оценка которого должна быть проведена современными учеными-историками.

Краеведческое движение являлось одним из важнейших компонентов культурной и научной жизни России в первые десятилетия после установления советской власти в стране. Без изучения истории отечественного краеведения невозможно объективно осмыслить пути развития российского общества в 1920-1930-х гг., как в общегосударственном, так и региональном масштабе. Именно поэтому изучение истории царицынского (сталинградского) краеведения весьма актуально и позволит дополнить существующие представления о социально-экономическом и культурном развитии Нижнего Поволжья в первой половине XX столетия, ввести в научный оборот новые источники по истории региона, а также внести вклад в изучение краеведческого движения как оригинального явления общественной и научной жизни Советской России.

Степень изученности темы. Первые попытки осмысления истории российского краеведения были предприняты в отечественной историографии в 1920-1930-х гг. Исследователи обосновывали актуальность краеведческих исследований, разрабатывали теоретико-методологические принципы краеведения как науки, основываясь на опыте региональных исследований, ранее накопленном в отечественной и зарубежной науке. После разгрома краеведческого движения в 1936-1937 году исследователи не обращались к изучению вопросов, связанных с историей краеведения в России, вплоть до хрущёвской «оттепели».

Начало научному исследованию истории отечественного краеведения 1920-1930-х гг. было положено диссертационной работой А.В. Николаева, проанализировавшего сохранившиеся в столичных и региональных библиотеках труды краеведов 1928-1941 гг.[1] В первой научной работе, посвященной истории отечественного краеведения, написанной всего спустя пять лет после смерти И.В. Сталина, не затрагивались проблемы, связанные со сворачиванием краеведческого движения в 1936-1937 годах и репрессиями против провинциальных ученых. Тем не менее, значение диссертации А.В. Николаева трудно переоценить: в ней впервые был введен в научный оборот обширный массив сохранившихся в столичных и региональных библиотеках работ краеведов, без обращения к которым невозможно было бы успешно вести дальнейшее изучение истории краеведческого движения 1920-1930-х годов.

В начале 1960-х годов в общесоюзных периодических изданиях появился ряд статей, представлявших собой призывы о необходимости возрождения краеведческого движения в СССР[2]. Благодаря этим работам было привлечено внимание советской научной общественности к изучению истории отечественного краеведения. Несколько лет спустя увидела свет статья Е.Ф. Курыкиной и В.Л. Соскина, ставшая первой серьезной работой, посвященной анализу вклада местных ученых в изучение Сибири в 1920-х годах[3].



Возросший интерес к изучению истории отечественного краеведения требовал создания сочинений, в которых была бы проанализирована политика государства по отношению к краеведческому движению. Первой из работ, посвященных данной тематике, стала опубликованная в 1967 году статья Е.Н. Бориной о деятельности Центрального бюро краеведения в 1922-1927 годах[4]. Затем исследовательница защитила диссертацию, являвшуюся логическим продолжением диссертационной работы А.В. Николаева. Е.Н. Буринская (Борина) проанализировала библиографическую деятельность краеведческих обществ в 1917-1928 годах – в период «от победы Великой Октябрьской социалистической революции до принятия первого пятилетнего плана»[5]. Существенно повышало ценность диссертационного исследования то, что исследовательница впервые в историографии обратилась к изучению «региональной деятельности центральных государственных и общественных научных учреждений»[6].

Новый этап в изучении истории отечественного краеведения начался с 1970-х годов. С этого времени существенно расширился круг проблем, связанных с историей краеведческого движения, к исследованию которых стали обращаться ученые. Важным событием стала защита диссертации С.Б. Филимонова: исследователь впервые проанализировал широкий круг источников, используя которые, можно было изучать историю краеведения в различных регионах страны[7]. Результат не заставил себя долго ждать: уже с середины 1970-х годов стали публиковаться работы, посвященные развитию краеведческого движения в Костроме, Астрахани, Твери, Казани и других регионах России[8].

Новый подъем интереса к исследованию истории отечественного краеведения наметился во второй половине 1980-х годов – в период перестройки в СССР, сопровождавшейся частичной демократизацией общественной жизни. В это время началось возрождение краеведческого движения во многих регионах страны, выражавшееся в создании новых краеведческих обществ, проведении конференций, посвященных региональным проблемам истории, географии, экономики и т.д. На первой и второй всесоюзных конференциях по историческому краеведению, проводившихся в 1987 и 1989 годах, несколько докладов были посвящены истории развития краеведения в Советской России в 1920-1930-х годах[9].

С конца 1980-х – начала 1990-х годов расширился круг вопросов, связанных с историей краеведческого движения, изучением которых занимались ученые из Москвы и Ленинграда, а также из регионов страны. Особое внимание стало уделяться проблемам, связанным с участием краеведов в сохранении историко-культурного наследия, а также развитию музейного дела в 1920-1930-х годах. Данной тематике были посвящены кандидатские диссертации Т.О. Размустовой[10], Г.М. Луговой[11], З.С. Торшхоевой[12], а также докторская диссертация и монографии С.Б. Филимонова[13].

В конце 1980-х – начале 1990-х годов в связи с проведением массовых реабилитаций жертв политических репрессий и открытием многих архивов, российские учёные обратились к исследованию политики советской власти по отношению к интеллигенции, а также к изучению истории репрессий против отечественных ученых и краеведов 1920-1930-х годов[14]. Среди работ, появившихся в это время, следует особенно отметить статьи А.Н. Акиньшина, в которых впервые были введены в научный оборот документы из архивов КГБ, содержащие сведения об арестах краеведов[15]. Позднее существенный вклад в изучение данной темы был сделан В.Г. Рыженко[16], Н. Рябининой[17], И.И. Терновой[18], С.П. Щавелёвым[19].

С 1990-х годов более активное участие в изучении истории краеведческого движения стали принимать учёные из регионов России. В последние два десятилетия были написаны монографии, защищены кандидатские и докторские диссертации, посвященные развитию краеведения на Урале[20], в Сибири[21], Поволжье[22], Центральной России[23].

В последние годы историки обратились к исследованию вопросов, связанных с деятельностью плановых комиссий по изучению естественных производительных сил регионов страны, которая велась в 1920-1930-х годах. Несмотря на то, что данная тематика вплотную соприкасается с проблемами, связанными с историей краеведческого движения, до настоящего времени в историографии ей уделялось гораздо меньше внимания. В качестве наиболее важных для разработки данной темы следует выделить работы А.Г. Гранберга[24], В.Л. Берсенева[25], А.В. Кольцова[26], Д.Я. Майдачевского[27].

Достаточно полно на сегодняшний день изучена деятельность Комиссии по истории Октябрьской революции и Рабочей коммунистической партии (Истпарта), а также её региональных бюро. Первые специальные работы, посвященные данной тематике, были написаны во второй половине 1950-х годов[28]. В 1960-1970-х годах исследователи анализировали деятельность центрального и региональных истпартов по формированию источниковой базы по истории революции и гражданской войны[29], по организации первых в советской истории партийных архивов[30], определяли её значение для развития исторической науки в СССР[31]. В 1980-х годах появились первые обобщающие работы и диссертационные исследования по истории истпартов[32]. В 1990-2000-х годах ученые обратились к анализу тех аспектов деятельности истпартов, которые раньше не находили отражения в исторических исследованиях: рассматривалась их роль в становлении советской цензуры[33], анализировалась работа членов региональных бюро по выявлению компрометирующих сведений о советских гражданах[34].

В Волгограде необходимость изучения истории царицынского (сталинградского) краеведения впервые была отмечена в 1993 году[35]. На протяжении 1990-х годов были опубликованы всего несколько статей, посвященных истории создания краеведческого музея в Царицыне и его развития в первые десятилетия XX века[36].

В 2000 году в Волгограде началось издание регионального научного журнала, посвященного краеведческим проблемам – ежегодника «Стрежень», в котором постоянно стали публиковаться материалы, посвященные истории развития краеведческого движения в Царицыне (Сталинграде) – научные статьи, и, что особенно важно, – труды царицынских и сталинградских краеведов. В первом номере ежегодника была опубликована статья В.И. Томарева и И.О. Тюменцева, ставшая первым подробным очерком истории волгоградского краеведения в XVIII – XX веках[37]. В последующих выпусках «Стрежня» стали публиковаться труды царицынских и сталинградских краеведов, однако более пристальное внимание уделялось возвращению в научный оборот работ местных исследователей XIX столетия. В 2006 году И.О. Тюменцев и М.М. Загорулько впервые подготовили к переизданию сочинение царицынских и дубовских краеведов начала 1920-х годов – «Исторический очерк Царицынского уезда» П.А. Барашевского, А.В. Логинова и Я.Д. Вдовина[38].

В последнее десятилетие большой вклад в изучение истории царицынского-сталинградского краеведения был сделан А.В. Материкиным – автором нескольких статей, посвященных истории Волгоградского областного краеведческого музея[39]. Важное значение для изучения истории музейного строительства на территории Волгоградской области в 1920-1930-х годах имели также работы Е.В. Комиссаровой[40]. Результатом многолетней работы исследователей по данной тематике стала их совместная книга, посвященная истории Царицынского – Сталинградского – Волгоградского краеведческого музея, опубликованная под редакцией И.О. Тюменцева[41].

Единственной работой, затронувшей вопросы, связанные с репрессиями против сталинградских краеведов, до настоящего времени остается небольшая статья С.Н. Моникова, опубликованная в сборнике «Вопросы краеведения» в 2000 году[42]. Исследователю удалось получить доступ к нескольким документам из многотомного «Дела сталинградских краеведов» из архива УФСБ по Волгоградской области, используя которые, он смог осветить малую часть проблем, связанных с этой обширной темой. В качестве недостатка статьи стоит отметить тот факт, что С.Н. Моников не пытался проанализировать, в чем состояла специфика данного политического дела, не сопоставил имевшиеся у него сведения об арестах сталинградских краеведов с уже опубликованными материалами о разворачивавшихся в 1930-х годах репрессиях против провинциальных исследователей из других регионов РСФСР.





В 2008 году в Волгограде была защищена первая диссертационная работа, посвященная истории царицынского (сталинградского) краеведения[43]. В диссертации и ряде публикаций в периодических научных изданиях А.Л. Клейтман проследил, как велось изучение истории Царицына и Камышина в XVIII – первой трети XX века, и создал, таким образом, основу для изучения истории краеведческого движения в Сталинграде в 1920-1930х годах[44]. Отдельный параграф в диссертации исследователь посвятил истории сталинградского краеведения. Однако, поскольку А.Л. Клейтман в первую очередь уделил внимание вопросам региональной историографии, а также в силу того, что в своём исследовании он использовал в качестве источников только материалы местной периодической печати, многие проблемы не были проанализированы историком.

Таким образом, несмотря на то, что вопросы, связанные с историей краеведческого движения в 1920-1930-х годах, уже стали предметом многих статей, монографий, диссертационных исследований, данная тема в общероссийском масштабе изучена ещё далеко не полностью. Без дальнейшей разработки указанной проблематики на региональном уровне, невозможно будет перейти к обобщению полученных результатов и объективному, всестороннему осмыслению феномена советского краеведения 1920-1930-х годов. В частности, требуется детальная проработка вопросов, связанных с историей царицынского (сталинградского) краеведения. Единичные, посвященные данной теме работы имеют многие неточности и ошибки, которые необходимо исправить, основываясь на тщательном анализе архивных и опубликованных источников.

Объектом исследования является царицынское (сталинградское) краеведение 1920-1930-х годов – научное направление и общественное движение, объединявшее профессиональных ученых и обычных местных жителей, занимавшихся изучением истории, экономики, географии, природы Нижнего Поволжья, а предметом – научно-исследовательская деятельность царицынских (сталинградских) краеведов и её результат – написанные ими научные труды (статьи, монографии), а также их общественная деятельность, выражавшаяся в организации и проведении совещаний, конференций по краеведению, редактировании, издании региональных краеведческих периодических изданий, в реализации иных мероприятий, направленных на изучение и популяризацию исторического наследия и природного достояния региона, способствующих его социально-экономическому и культурному развитию.

Цель работы – осмыслить пути развития царицынского (сталинградского) краеведения как составной части советского краеведения и как общественного движения 1920-1930-х годов в целом.

Поставленная цель требует решения следующих задач:

  • охарактеризовать краеведение как явление научной и общественной жизни РСФСР, проанализировать деятельность учреждений, координировавших развитие краеведческого движения в России – Центрального бюро краеведения, Академии наук, Коммунистической академии, а также оценить их влияние на развитие царицынского (сталинградского) краеведения в 1920-х годах;
  • проанализировать научную и общественную деятельность краеведческих учреждений и общественных организаций, работавших на территории Царицынской (Сталинградской) губернии, Сталинградского округа Нижне-Волжского края в период «золотого десятилетия» отечественного краеведения;
  • изучить изменения, произошедшие в организации краеведческого движения в 1930-1931 годах, оценить, как они повлияли на развитие сталинградского краеведения;
  • проанализировать пути развития сталинградского краеведения в 1930 – начале 1935 года;
  • изучить, как реализовывалось «дело сталинградских краеведов» в середине 1930-х годов, а также оценить влияние репрессий на дальнейшее развитие краеведения как науки и общественного движения в Сталинградской области.

Хронологические рамки исследования охватывают период с начала 1920-х годов, когда в населенных пунктах Царицынской губернии стало возрождаться краеведческое движение, развитие которого было прервано в годы первой мировой войны и революции, и до конца 1930-х годов, когда после принятия соответствующих решений СНК РСФСР и ЦК ВКП(б) в стране были ликвидированы все краеведческие организации, а также истпарт и его региональные подразделения.

Географические рамки работы ограничены территорией образованной в 1918 году Царицынской (Сталинградской) губернии, позднее вошедшей в Сталинградский округ Нижне-Волжского края, в 1934 году – в Сталинградский край, а с 1936 года – в Сталинградскую область. В силу того, что в 1920-1930х годах деятельность краеведческих обществ и организаций на данной территории координировалось руководящими органами, располагавшимися в Царицыне (Сталинграде), а также поскольку населенные пункты выделенного региона с начала XX столетия и до настоящего времени составляют единое целое в социально-экономическом, культурном, административном отношении, развитие краеведения в выделенных географических рамках подчинялось общим тенденциям и закономерностям.

Методологической основой работы является принцип историзма, позволяющий изучать явления и предметы в многообразии и конкретно-исторических условиях их возникновения и развития. В диссертации использовались общенаучные исторические методы исследования. Историко-генетический метод позволил раскрыть причинно-следственные связи, выявить основные факторы, определявшие развитие царицынского (сталинградского) краеведения в 1920-1930-х годах. Историко-типологический метод дал возможность выделить ряд отличающихся друг от друга этапов в истории царицынского (сталинградского) краеведения, то есть разработать его периодизацию, а также определить различные направления в рамках краеведческого движения, развивавшегося в Царицыне (Сталинграде) в первые десятилетия после установления советской власти в России. Историко-системный метод позволил рассмотреть процесс развития царицынского (сталинградского) краеведения в контексте истории краеведческого движения в России, определить, насколько деятельность местных исследователей подчинялась общероссийским тенденциям, в чем заключалась специфика царицынского (сталинградского) краеведения как явления научной и общественной жизни страны.

Источниковую базу исследования составляют документы из Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), архива Российской академии наук, Государственного архива Саратовской области, Государственного архива Волгоградской области, Центра документации новейшей истории Волгоградской области, архива Управления ФСБ по Волгоградской области, а также некоторые опубликованные материалы.

В первую группу источников вошла делопроизводственная документация, представленная опубликованными и сохранившимися в архивах отчетами: Царицынского губернского экономического совещания (за 1921-1923 гг.), о работе краеведческих музеев Царицынской губернии за 1923 г. (ГАРФ), Сталинградского краеведческого музея за 1928 г. (ГАРФ), губернской плановой комиссии за октябрь и ноябрь 1924 г. (публикация в журнале «Хозяйство на новых путях»), Нижне-Волжского бюро краеведения за 1933 г. (публикация в журнале «Советское краеведение»); материалами официальной переписки: корреспонденцией царицынского (сталинградского) краеведческого общества и бюро краеведения (Архив РАН, ГАВО), перепиской Царицынского (Сталинградского) губисполкома с Комиссией по районированию при ВЦИК (ГАРФ); впервые введенными в научный оборот следственными делами сталинградских краеведов 1935-1936 гг. (архив УФСБ по Волгоградской области).

Ко второй группе относятся материалы краеведческих совещаний и конференций: издававшиеся в виде отдельных брошюр бюллетени, дневники, резолюции Всероссийских и Всесоюзной конференций по краеведению; протоколы и тексты докладов, прочитанных на совещаниях по краеведению, в 1924-1925 годах проводившихся в научно-исследовательском институте по изучению и пропаганде естественнонаучных основ диалектического материализма им. К.А. Тимирязева (Архив РАН); стенограмма состоявшегося в феврале 1930 года совещания Президиума Коммунистической академии об организации Комиссии по краеведению; «Доклад на совещании краеведов о состоянии краеведческой работы в губернии (1927 г.)» (ГАВО); материалы конференции по изучению народного хозяйства и естественных производительных сил Сталинградского края, состоявшейся в 1934 году (ГАВО).

Третья группа представлена материалами центральных краеведческих периодических изданий – статьями, заметками, библиографическими обзорами, публиковавшимися в журналах Центрального бюро краеведения – «Краеведение», «Известия ЦБК» и «Советское краеведение». Данные источники позволили проанализировать дискуссии по теоретико-методологическим, методическим, практическим вопросам, которые велись среди ученых, руководителей краеведческого движения и провинциальных краеведов в 1920-1930-х годах, а также проследить, как деятельность царицынских (сталинградских) краеведов соотносилась с общими тенденциями развития краеведческого движения в РСФСР.

В четвертую группу источников объединены научные труды царицынских и сталинградских краеведов: проекты районирования Нижнего Поволжья – сочинения историко-экономического характера, в которых анализировалось место Царицына в хозяйственной жизни региона, строились предположения относительно перспектив дальнейшего социально-экономического развития и административного устройства края; работы, посвященные изучению естественных производительных сил региона (статьи в журнале «Хозяйство на новых путях», издававшемся Царицынской (Сталинградской) губернской плановой комиссией и др.); историко-краеведческие сочинения, опубликованные в виде статей и отдельных книг в 1920-1930-х гг., а также сохранившиеся в виде рукописей (архив УФСБ по Волгоградской области, Архив РАН).

Привлечение широкого круга опубликованных и сохранившихся в центральных и региональных архивах источников способствовало объективному и всестороннему исследованию темы.

Научная новизна исследования (положения, выносимые на защиту):

  • Подтверждено, что развитие царицынского (сталинградского) краеведения, как и краеведческого движения в других регионах страны, было непосредственным образом связано с политикой, проводившейся общегосударственными научными и организационными центрами краеведческого движения – Центральным бюро краеведения, Академией наук, Коммунистической академией.
  • Выявлено, что после окончания гражданской войны, установления советской власти в Нижнем Поволжье, уже в начале 1920х годов на территории Царицынской губернии возобновили свою работу краеведческие музеи, ставшие первыми центрами изучения и популяризации регионального историко-культурного наследия. Новым от предшествующего времени было то, что краеведческие исследования стали проводиться профессиональными учеными-экономистами – сотрудниками Царицынского губернского совещания и губернской плановой комиссии, которые занимались научной разработкой историко-экономических проблем, оптимизацией и определением перспектив дальнейшего хозяйственного развития края.
  • Определено, что одной из основных причин активизации регионоведческих исследований в Царицыне в 1920-х годах было проведение административно-территориальных преобразований в Нижнем Поволжье. На протяжении 1922-1926 годов сотрудники экономического совещания и плановой комиссии написали целый ряд научных работ, в которых на основе исторических, экономических, географических данных доказывали необходимость наделения Царицына функциями административного центра региона.
  • Установлено, что во второй половине 1920-х годов важнейшими научными и организационными центрами сталинградского краеведения были губернское бюро истпарта, плановая комиссия, краеведческий музей, а также созданное в 1924 году общество краеведов. В это время сотрудниками истпарта были опубликованы первые в историографии сборники научных статей и документов, посвященные истории революционных событий, разворачивавшихся в регионе в 1905 и 1917 годах. Сотрудники плановой комиссии издавали журнал «Хозяйство на новых путях», бывший первым регулярно выходившим региональным научным периодическим изданием, публиковавшим статьи сталинградских экономистов, историков, географов; проводили конференции, посвященные изучению естественных производительных сил региона. Члены краеведческого общества – в основном, не профессиональные ученые, энтузиасты-краеведы, занимались изучением истории, археологии, географии, экономики Нижнего Поволжья. Деятельность краеведческого музея в данный период времени была в первую очередь направлена на популяризацию и пропаганду историко-культурного наследия и природного достояния региона.
  • Как удалось установить, негативно сказались на развитии сталинградского краеведения административно-территориальные преобразования Нижнего Поволжья, реализованные в 1928 году. В связи с утратой Сталинградом статуса губернского центра было ликвидировано губернское бюро истпарта, упразднена губернская плановая комиссия, перестал выпускаться журнал «Хозяйство на новых путях». Большее значение приобрела деятельность общества краеведов, ставшего основным центром регионоведческих исследований в Сталинградском округе Нижне-Волжского края.
  • Анализ изменений, произошедших в руководстве краеведческим движением в 1930-1931 году, сопоставление путей их реализации в Сталинградском округе Нижне-Волжского края и в других регионах страны позволил прийти к выводу, что начавшаяся идеологическая борьба за «советское краеведение» не имела таких негативных последствий для сталинградских исследователей, как для их коллег из краеведческих обществ, сформировавшихся в дореволюционное время. Вопреки сложившимся представлениям, сталинградское краеведение в начале 1930-х годов переживало период своего наибольшего расцвета. В 1933-1934 годах в Сталинграде размещалось Нижне-Волжское краевое бюро краеведения, координировавшее деятельность не только сталинградских, но и астраханских и саратовских ученых.
  • Введение в научный оборот документальных материалов из архива УФСБ по Волгоградской области позволило восстановить ход развернувшихся в 1935-1936 годах репрессий против сталинградских краеведов. В результате анализа архивных и опубликованных источников было установлено, что, в отличие от многих других российских регионов, в Сталинградском крае репрессии были направлены не против предствителей старого, дореволюционного краеведения, а против ведущих ученых, занимавшихся изучением истории, географии, экономики Нижнего Поволжья с научных марксистских позиций, а также активных общественных деятелей, которые создавали препятствия для идеологизации всех сфер общественной и научной жизни, не давали возможности утвердить насаждавшиеся сталинистские представления об истории октябрьской революции и гражданской войны в России, об успешности социалистических преобразований экономики страны.

Практическая значимость исследования заключается в возможности использовать его материалы в научно-педагогической деятельности: при преподавании общих курсов отечественной истории, историографии XX в., при разработке специальных курсов по истории общественной мысли, региональной истории, историческому краеведению, а также при составлении рекомендаций для органов государственного и местного управления, занимающихся разработкой программ по сохранению и пропаганде регионального историко-культурного наследия.

Апробация работы. Основные положения исследования были представлены в докладах на следующих семинарах и конференциях: международной конференции «Российская провинция: опыт комплексного исследования» (30 сентября – 2 октября 2009 года, Саратов), межрегиональной научно-практической конференции «Нижнее Поволжье в экономическом, политическом, социокультурном пространстве России» (27-28 октября 2009 г., Волгоград), XXI и XXII Волгоградских областных краеведческих чтениях (февраль 2010 г., февраль 2011 г., Волгоград), научно-практическом семинаре «История России XVII-XX вв.: историография, источниковедение и методы исследования» (Волгоград, ноябрь 2010 г.). По материалам диссертации опубликовано 8 статей, 3 из которых – в изданиях, рекомендованных ВАК РФ.

Структура работы. В основу структуры диссертации положен проблемно-хронологический принцип. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка источников и литературы и приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснована актуальность темы, проанализирована степень изученности проблемы, определены цель и задачи, хронологические и территориальные рамки работы, дана характеристика методологической основы исследования и источниковой базы, показана научная новизна и практическая значимость диссертации, приведено обоснование избранной структуры работы.

В первой главе «Развитие царицынского (сталинградского) краеведения в начале 1920х годов» проанализированы основные тенденции, характеризовавшие развитие отечественного краеведения в первые годы после установления советской власти в стране, изучена научная и общественная деятельность основных центров краеведческого движения в Царицынской (Сталинградской) губернии в данный период.

В первом параграфе «Краеведение как явление научной и общественной жизни РСФСР начала 1920х годов» проанализированы причины активизации развития краеведческого движения после установления советской власти в России. Поскольку решения, определявшие основные направления научной и общественной деятельности краеведов из регионов страны, зачастую принимались на общегосударственном уровне, особое внимание уделено анализу текстов докладов советского руководства и ведущих отечественных ученых, которые были прочитаны на I Всероссийской и II Всесоюзной конференциях, а также на совещаниях по краеведению, проводившихся в институте им. К.А. Тимирязева.

Во втором параграфе «Основные направления научной и общественной деятельности царицынских (сталинградских) краеведов в начале 1920-х годов» рассмотрены проблемы, связанные с развитием музейного строительства на территории Царицынской губернии, проанализирована деятельность сотрудников губернского экономического совещания и губернской плановой комиссии по изучению производительных сил региона в начале 1920-х годов; определены предпосылки создания царицынского общества краеведов, охарактеризована его деятельность в 1924 году.

Третий параграф «Дискуссия между царицынскими и саратовскими исследователями о районировании Нижнего Поволжья в начале 1920-х годов» посвящен анализу трудов царицынских ученых, написанных в ходе дискуссии о районировании Нижнего Поволжья, развернувшейся на страницах региональной периодической печати в 1922-1924 годах.

Во второй главе «История сталинградского краеведения второй половины 1920-х годов» рассмотрены вопросы, связанные с научной и общественной деятельностью сталинградских краеведов в 1925-1930 годах.

В первом параграфе «Эволюция краеведения как явления научной и общественной жизни РСФСР во второй половине 1920-х годов» проанализирован ход дискуссий о дальнейших перспективах развития краеведения в РСФСР, в которых принимали участие столичные ученые, руководители Центрального бюро краеведения. На основе новых введенных в научных оборот архивных материалов установлены факты, свидетельствующие о том, что на протяжении второй половины 1920-х годов в Центральном бюро краеведения велась борьба между двумя группировками – сторонниками «советского краеведения» и сотрудниками Академии наук, которая закончилась в 1930 году окончательным отстранением последних от руководства краеведческим движением.

Во втором параграфе «Вопросы краеведения в деятельности Сталинградской губернской плановой комиссии в 1925-1928 годах» проанализирована работа Сталинградской губернской плановой комиссии по изучению естественных производительных сил Нижнего Поволжья, выявлены причины и последствия ликвидации данного центра научных региональных исследований.

В третьем параграфе «Основные направления деятельности сталинградского истпарта, общества краеведов и краеведческого музея во второй половине 1920-х годов» охарактеризована краеведческая работа, которая велась тремя основными центрами краеведческого движения на территории Сталинградской губернии (Сталинградского округа Нижне-Волжского края) в последние годы «золотого десятилетия» отечественного краеведения, определено, как на данном этапе изменения в ЦБК влияли на научную и общественную работу сталинградских краеведов.

В третьей главе «Развитие сталинградского краеведения в 1930х годах» изучены тенденции и факты, характеризовавшие развитие «советского краеведения» в период ужесточения внутриполитического режима в России, определено, как изменение политики по отношению к краеведческому движению в общегосударственном масштабе сказалось на развитии сталинградского краеведения.

В первом параграфе «Советское краеведение» как явление научной и общественной жизни РСФСР 1930-х годов» проанализированы изменения, произошедшие в ЦБК, Академии наук, Коммунистической академии после IV Всероссийской конференции по краеведению, охарактеризовано, как в 1930-1936 годах реализовывались общегосударственные кампании по монографическому описанию промышленных предприятий, по созданию истории фабрик и заводов и другие.

Во втором параграфе «Научная и общественная деятельность сталинградских краеведов в 1930 – начале 1935 года» рассмотрено, как административно-территориальные преобразования Нижнего Поволжья определяли систему управления краеведческим движением в регионе, проанализированы основные направления научной и общественной деятельности сталинградских краеведов в 1930-1935 годах.

В третьем параграфе «Дело сталинградских краеведов» и развитие краеведческого движения в Сталинградской области во второй половине 1930х годов» на основе материалов архива УФСБ по Волгоградской области восстановлены неизвестные ранее факты, связанные с развернувшимися в середине 1930-х годов репрессиями против краеведов Сталинградского края, определено, как повлияли аресты ученых на дальнейшее развитие сталинградского краеведения как науки и общественного движения.

В заключении подводятся основные итоги диссертации. Царицынское (сталинградское) краеведение, объединявшее профессиональных ученых и обычных местных жителей, интересовавшихся историей, географией региона, стало заметным явлением научной и культурной жизни Нижнего Поволжья 1920-1930-х годов. Становлению краеведческих исследований в регионе и быстрому росту популярности краеведческого движения способствовали два основных фактора.

В качестве одного из них следует выделить административно-территориальные преобразования в Нижнем Поволжье, благодаря которым Царицын в конце 1910-х – начале 1920-х годов приобрел статус губернского центра. В городе, как административном центре региона, было учреждено экономическое совещание, сотрудники которого стали проводить целенаправленную работу по историко-экономическому изучению новообразованной губернии. Планирование дальнейших административно-территориальных преобразований Нижнего Поволжья, проведение экономического районирования региона активизировали дискуссии среди царицынских, астраханских и саратовских ученых, в ходе которых были предложены несколько оригинальных концепций относительно перспектив экономического развития края. В ходе дискуссий местные исследователи также впервые постарались проследить, каким образом на протяжении XVIII – начала XX столетий усиливалось значение Царицына как социально-экономического и культурного центра Нижнего Поволжья.

В качестве второго фактора, существенным образом повлиявшего на развитие царицынского (сталинградского) краеведения, следует отметить проводившуюся Главнаукой, Центральным бюро краеведения, Всесоюзным бюро по изучению производительных сил и другими общегосударственными учреждениями работу по активизации деятельности местного населения регионов страны по изучению своего края. Благодаря оказанной поддержке, в первой половине 1920х годов в Царицынской губернии была развернута сеть музейных учреждений. Во второй половине 1920-х годов, когда Сталинград вошел в состав Нижне-Волжского края, утратив при этом многие административные, экономические привилегии, первенство в научном исследовании региона перешло к членам сталинградского краеведческого общества, в своей деятельности во многом зависевшего от политики, проводимой Центральным бюро краеведения.

В 1930-х годах, в связи с изменением внутриполитического курса в СССР, существенно изменилась деятельность краеведческих учреждений. В соответствии с принятыми на общегосударственном уровне решениями и в рамках масштабных реализовывавшихся по всей стране кампаний сталинградские краеведы стали проводить монографическое изучение промышленных предприятий региона, исследовать вопросы, которые могли бы положительным образом повлиять на социалистические преобразования экономики края.

Благодаря проведенным в 1932 г. в Нижнем Поволжье административно-территориальным изменениям, усилилась финансовая поддержка проводившейся сталинградскими краеведами исследовательской и научно-популяризаторской работы. Появились новые краеведческие общества и кружки, все большее количество местных жителей включалось в деятельность по изучению своего региона. После учреждения Сталинградского края в 1934 г., сотрудниками краевой плановой комиссии и научно-исследовательских институтов более активно стала вестись целенаправленная работа по исследованию естественных производительных сил Нижнего Поволжья.

После убийства С.М. Кирова в конце 1934 г. в СССР развернулась волна репрессий, затронувшая, в том числе, многих учёных из регионов страны, а также руководителей Центрального бюро краеведения. В 1935 г. были арестованы и осуждены наиболее активные сталинградские краеведы, обезглавленными оказались первичные краеведческие ячейки, работавшие во многих населенных пунктах Сталинградского края.

Проведенный анализ путей развития царицынского (сталинградского) краеведения в 1920-1930-х гг. позволяет выделить ряд особенностей этого оригинального феномена научной и общественной жизни юга России. В отличие от других регионов, в которых активное развитие краеведческого движения началось еще в конце XIX столетия, в Царицыне к 1917 году практически не сформировались традиции гуманитарного, исторического краеведения. Деятельность местных ученых и любителей, проявлявших интерес к изучению своего края, изначально была больше направлена на исследование тем, которые имели практическое значение для хозяйства региона, чем на научную разработку вопросов археологии, истории, этнографии, культуры. На протяжении 1920-1930-х годов основным региональным специальным периодическим изданием, на страницах которого публиковались краеведы, был журнал плановой комиссии, отвечавшей за изучение естественных производительных сил Нижнего Поволжья. Отсутствие в городе учебных заведений, готовивших специалистов-гуманитариев, высокая общественная активность местных экономистов, географов, экологов, а также тот факт, что в Царицыне (Сталинграде) на протяжении 1920-1930-х годов велись крупнейшие промышленные стройки страны: всё это стало причиной того, что в рамках царицынского (сталинградского) краеведения практически не было тех противоречий, которые характеризовали развитие краеведческого движения в других регионах страны. Царицынское (сталинградское) краеведение изначально развивалось как «советское», «производственное» краеведение. В 1930-х годах данная тенденция лишь усилилась. Курс на индустриализацию страны, коллективизацию сельского хозяйства не вызывал возражений у сталинградских краеведов – по большей части молодых людей, получивших образование, сформировавшихся уже после установления советской власти в стране.

Отмеченные факты позволяют по-новому взглянуть на вопросы, связанные с «делом сталинградских краеведов». В ходе репрессий середины 1930-х годов пострадали не идейные противники, «классовые враги» советской власти, а люди, своей деятельностью всецело поддерживавшие все её начинания.

Хотя во второй половине 1930-х годов в Сталинградской области продолжали работать научно-исследовательские институты, занимавшиеся разработкой региональной проблематики, их деятельность жестко контролировалась плановыми органами и была связана или с исследованием сугубо практических, хозяйственных проблем, или с изучением вопросов идеологического характера. Сталинградское краеведение как наука и как общественное движение остановилось в своем развитии вплоть до 1950-1960-х годов – времени, когда при деятельном участии широких кругов местного населения началось активное изучение вопросов, связанных с историей Великой Отечественной войны и Сталинградской битвы.

В приложении представлены составленные диссертантом биографические справки о сталинградских краеведах, а также документальные источники по истории царицынского (сталинградского) краеведения из архива УФСБ по Волгоградской области, которые были рассекречены в 2010 г. и в диссертационном исследовании впервые вводятся в научный оборот: обвинительное заключение по делу «сталинградских краеведов» (1935 г.), Постановление Президиума Верховного суда РСФСР о реабилитации репрессированных сталинградских краеведов (1956 г.) и др.

СПИСОК РАБОТ, ОПУБЛИКОВАННЫХ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

Статьи в изданиях, рекомендованных ВАК РФ

  1. Кирсанов, М.В. Изучение истории сталинградской промышленности в трудах краеведов 1920-1930х годов / М.В. Кирсанов // Научные проблемы гуманитарных исследований. – 2009. – Вып. 10 (2). – С. 62-68 (0,5 п.л.).
  2. Кирсанов, М.В. Основные направления научной и общественной деятельности царицынских краеведов в начале 1920-х годов / М.В. Кирсанов // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Регионоведение. Международные отношения. – 2009. – Вып. 2. – С. 11-17 (0,6 п.л.).
  3. Кирсанов, М.В. Проблемы экономического развития Нижнего Поволжья в трудах сталинградских регионоведов 1920-1930-х годов / М.В. Кирсанов // Научные проблемы гуманитарных исследований. – 2011. – Вып. 2. – С. 55-63 (0,55 п.л.).

Статьи, материалы конференций, опубликованные в других изданиях

  1. Кирсанов, М.В. Дискуссия между царицынскими и саратовскими исследователями о районировании Нижнего Поволжья в 1920-х годах / М.В. Кирсанов // Материалы научно-практической конференции Российская провинция: опыт комплексного исследования. – Саратов: издательство «КУБиК», 2009. – С. 187-191.
  2. Кирсанов, М.В. Изменение политики Советской власти по отношению к краеведческому движению в 1930-1931 годах. (По материалам Сталинградского района Нижне-Волжского края) / М.В. Кирсанов // Вестник филиала Всероссийского заочного финансово-экономического института в г. Волгограде. – 2009. – № 6. – С. 157-160.
  3. Кирсанов, М.В. Развитие сталинградского краеведения в 1930-1935 годах / М.В. Кирсанов // Нижнее Поволжье в экономическом, политическом, социокультурном пространстве России: история и современность: сборник научных трудов. – Волгоград: Изд-во ВГАПК РО, 2010. – С. 195-200.
  4. Кирсанов, М.В. «Дело сталинградских краеведов» и развитие краеведческого движения в Сталинградской области в 1935-1937 годах / М.В. Кирсанов // Современные гуманитарные проблемы: сб. науч. тр. – Вып. 12. – Волгоград, 2010. – С. 19-28.
  5. Кирсанов, М.В. Развитие музейного дела в Царицынской губернии в начале 1920-х годов / М.В. Кирсанов // Вопросы краеведения. – Вып. 12. – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2010. – С. 24-29.

[1]  Николаев А.В. Краеведческая библиография в СССР в годы предвоенных пятилеток (1928-1941). Автореф. дис. … канд. ист. наук. М., 1958.

[2]  Юньев И.С. Возродить массовое краеведческое движение // Коммунист. 1960. № 3; Мухин В.В. Больше внимания краеведческой работе // История СССР. 1960. № 3; Ушаков А.В. Краеведение на службу советской исторической науке // Труды НИИ музееведения. М., 1961. Вып. 2. С. 1-31; Кабанов П.И., Ушаков А.В. О советском историческом краеведении // История СССР. 1963. № 3. С. 3-17.

[3]  Курыкина Е.Ф., Соскин В.Л. Из истории науки в Сибири (Сибирское краеведение в 1920-1928 гг.) // Известия СО АН СССР. Серия общественных наук. 1965. № 1. Вып. 1. С. 65-71.

[4]  Борина Е.Н. Из истории деятельности Центрального бюро краеведения (1922-1927 гг.) // Труды Ленинградского государственного института культуры. Т. 17. Л., 1967. С. 285-296.

[5]  Буринская Е.Н. Краеведческая библиография в РСФСР (1917-1928 гг.). Автореф. дис. … канд. пед. наук. Ленинград, 1969.

[6]  Там же. С. 9-11.

[7]  Филимонов С.Б. Источники по истории краеведения в РСФСР. 1917-1929 гг. Автореф. дис. … канд. ист. наук. М., 1974.

[8]  Быков В. Подвижники Костромского краеведения // Второе свидание. Ярославль, 1974; Костлярская Л.А., Маньков А.Г., Сорина Х.Д. Обзор архива А.Н. Вершинского // Археографический ежегодник за 1975 год. М., 1976; Абдрашитова И.М. Из истории создания Общества изучения Татарстана (1928-1930) // Из истории Татарии. Сб. VI. Казань, 1975; Она же. Бюро школьного краеведения Общества изучения Татарстана (1928-1930 гг.) // Историография и источниковедение. Ученые записки Казанского педагогического института. Казань, 1978; Ерымовский К.И. Огонь жизни. Элиста, 1978; Каравайников В.Ю. Историко-краеведческие материалы в фонде Ярославского естественно-исторического и краеведческого общества // Археографический ежегодник за 1982 год. М., 1983 и др.

[9]  См.: Первая всесоюзная научная конференция по историческому краеведению (г. Полтава, окт. 1987 г.). Киев, 1987; Вторая Всесоюзная конференция по историческому краеведению: тезисы докладов и сообщений. Пенза, 1989.

[10]  Размустова Т.О. Музей и историческое краеведение (на материалах краеведческих музеев Центрально-Черноземного региона). Автореф. дис. … канд. ист. наук. М., 1988.

[11]  Луговая Г.М. Взаимодействие музеев и общественности в области исторического краеведения. 1917-1980-е годы: (на материалах Татарской АССР). Дис. … канд. ист. наук. М., 1989.

[12]  Торшхоева З.С. Историческое краеведение и музеи в национально-культурном развитии народов Северного Кавказа (1920-1941 гг.). Автореф. дис. … канд. ист. наук. М., 1990.

[13]  Филимонов С.Б. Краеведение и документальные памятники (1917-1929 гг.). М., 1989; он же. Краеведческие организации Европейской России и документальные памятники. М., 1991; он же. Историческое краеведение в России и документальные памятники (1917-1929 гг.). Дис. … доктора ист. наук. М., 1992.

[14] Брачев В.С. Дело академика С.Ф. Платонова // Вопросы истории. 1989. № 5. С. 56-66; Закс А.Б. 1929 год: несколько штрихов // Там же. 1990. № 6. С. 188-191; Куманев В.А. 30-е годы в судьбах отечественной интеллигенции. М., 1991; Рахматуллин М.А. Дело по обвинению академика С.Ф. Платонова // Отечественная история. 1994. № 6. С. 174-188; Кривошеев Ю.В., Дворниченко А.Ю. Изгнание науки: российская историография в 20-х – начале 30-х гг. XX века // Отечественная история. 1994. № 3. С. 143-158 и др.

[15] Акиньшин А., Ласунский О. «Дело краеведов» Центрального Черноземья // Отечество. Краеведческий альманах. Вып. I. М., 1990. С. 56-66.; Акиньшин А.Н. Трагедия краеведов: (по следам архива КГБ) // Русская провинция. Вып. 1. Воронеж, 1992. С. 208-235; Он же. Судьба краеведов (конец 20-х – начало 30-х гг.) // Вопросы истории. 1992. № 6-7. С. 173-178.

[16]  Рыженко В.Г. Репрессированное краеведение // 60-летие большого террора: матер. науч. конф. Омск, 1998.

[17] Рябинина Н. Узел. О судьбе Кузебая Герда // Литературное обозрение. 1991. № 3.

[18]  Терновая И.И. Малоизвестные страницы жизни иркутского краеведа Б.Э. Петри // Иркутское краеведение 20-х: взгляд сквозь годы. Материалы региональной научно-практической конференции «“Золотое десятилетие” иркутского краеведения: 1920-е годы». Иркутск, 11-13 января 2000 года. Ч. 1. Иркутск, 2000. С. 112-115.

[19]  Щавелёв С.П. Первооткрыватели курских древностей. Очерки истории археологического изучения южнорусского края. Вып. 3. Советское краеведение в провинции: взлёт и разгром (1920-е – 1950-е гг.). Курск, 2002.

[20] Тагильцева Н.Н. История краеведческого движения на Урале в 1920-1930-е годы. Автореф. дис. … канд. ист. наук. М., 1993; Хасанов Э.Р. Историческое краеведение на Южном Урале: вторая половина XIX – начало XX вв. Дис. … канд. ист. наук. Оренбург, 2002. Тугай Т.И. Деятельность краеведов Южного Урала по сохранению культурно-исторического наследия в 1914-1930-е гг. Дис. … канд. ист. наук. Оренбург, 2006.

[21] Ремизов А.В. Краеведческое движение в омском прииртышье (1930-1960-е гг.). Автореф. дис. … канд. ист. наук. Омск, 1998; Он же. Омское краеведение 1930-1960х годов. Очерк истории: монография: в 2 ч. Омск, 1998; Кабанов К.А. Краеведческое движение в Западной Сибири (1917-1930 гг.). Автореф. дис. … канд. ист. наук. Кемерово, 1999; Левченко А.О. Краеведческая и выставочная деятельность Восточно-Сибирского отдела Русского Географического Общества: 1851-1931. Дис. … канд. ист. наук. Иркутск, 2005.

[22]  Флейман Е.А. Краеведческое движение в Поволжье 1917-1930 гг. Дис. … доктора ист. наук. Ярославль, 1997; Тамбовцева Н.Н. Историческое краеведение в Нижегородской губернии 20-х годов XX века. Дис... канд. ист. наук. Нижний Новгород, 2002; Скиданов М.Е. Краеведческое движение 1920-х гг. в Саратовской губернии как явление общественной и научной жизни региона. Дис. канд. ист. наук. Саратов, 2004.

[23]  Журавлёв С.В. Источники по созданию «Истории фабрик и заводов Москвы в 1931-1938 гг.». Автореф. дис. … канд. ист. наук. М., 1989; Рюмина Т.Д. Эволюция краеведения в России в конце XIX-XX веках: на материалах Москвы. Дис. … доктора ист. наук. М., 1999.

[24]  Гранберг А.Г. Изучение производительных сил России // Вестник Российской Академии наук. 1996. Т. 66. № 7. С. 579-584.

[25] Берсенев В.Л. Возникновение и развитие академической экономической науки на Урале (к 275летию Российской академии наук) // Известия Уральского государственного экономического университета. 1999. № 2.

[26]  Кольцов А.В. Деятельность комиссии по изучению естественных производительных сил России: 1914-1918 гг. // Вопросы истории естествознания и техники. 1999. № 2. С. 128-139.

[27]  Майдачевский Д.Я. Иркутское краеведение 1920-х: нереализованный замысел историко-экономического изучения региона // Иркутское краеведение 20-х: взгляд сквозь годы. Материалы региональной научно-практической конференции «“Золотое десятилетие” иркутского краеведения: 1920-е годы». Иркутск, 11-13 января 2000 года. Ч. 1-2. Иркутск, 2000. С. 25-35.

[28] Комаров Н.С. К истории Института Ленина и Центрального партийного архива (1919–1931 гг.) // Вопросы истории. 1956. № 10. С. 181-191; Он же. Создание и деятельность Истпарта (1920-1928 гг.) // Вопросы истории КПСС. 1958. № 5. С. 153-165; Фарсобин В.В. О хрониках исторических событий Великой Октябрьской социалистической революции // История СССР. 1959. № 2. С. 188-195.

[29]  Тихонова З.Н. Анкеты участников Великой Октябрьской социалистической революции – исторический источник // Вопросы истории КПСС. 1964. № 11. С. 99103; Ланда Л.М. О роли Истпарта в собирании и изучении материалов по истории Октябрьской революции в Средней Азии // Общественные науки в Узбекистане. 1967. № 10. С. 50–56

[30] Максаков В.В. История и организация архивного дела в СССР, 1917-1945 гг. М., 1969; Он же. Организация архивов КПСС. М., 1968; Голубцова Р.И. Археографическая деятельность истмолов на Урале в 20-е гг. // Историография и источниковедение: сборник. Свердловск, 1976. С. 99-104.

[31] Алексеева Г.Д. В.И. Ленин и создание центров советской исторической науки (1918–1923 гг.) // Вопросы истории. 1960. № 4. С. 123-139; Она же. Октябрьская революция и историческая наука в России (1917–1923 гг.). М., 1968; Алексеева Г.Д., Желтова Г.И. Становление и развитие советской системы научно-исторических учреждений (20–30-е годы). Ташкент, 1977; Андрухов Н.Р. У истоков историко-партийной науки (краткий очерк деятельности Истпарта 1920-1928 гг.). М., 1979; Амиантов Ю.Н., Нелидов Н.В., Остроухова К.А. У истоков советской историко-партийной науки (к 50-летию Истпарта) // Вопросы истории КПСС. 1970. № 9. С. 113-121.

[32]  Шаталов Д.Н. Воспоминания активных участников Великой Октябрьской социалистической революции на Урале как исторический источник: дис. … канд. ист. наук. М., 1980; Пересветов В.А. Деятельность Истпарта по собиранию воспоминаний об Октябрьской революции и Гражданской войне // Вопросы истории. 1981. № 5. С. 113-120; Алексеева Г.Д. Истпарт: основные направления и этапы деятельности // Вопросы истории. 1982. № 9. С. 17-29 и др.

[33]  Хорхордина Т.И. История и архивы. М., 1994; Зеленов М.В. Аппарат ЦК РКП(б) – ВКП(б), цензура и историческая наука 1920-е годы. Нижний Новгород, 2000.

[34]  Корнеев В.Е., Копылова О.Н. Архивы на службе тоталитарного государства (1918 – начало 1940-х гг.) // Отечественные архивы. 1992. № 3. С. 13-24; Они же. Архивист в тоталитарном обществе: борьба за «чистоту» архивных кадров (1920–1930-е годы) // Отечественные архивы. 1993. № 5. С. 2942.

[35]  Материкин А.В. Волгоградское краеведение: состояние и перспективы развития // Вопросы краеведения. Вып. 2. Волгоград, 1993. С. 1119.

[36]  Комиссарова Е.В. Из истории Волгоградского областного краеведческого музея. (1914 – 1954) // Вопросы краеведения. Вып. 3. Волгоград, 1994. С. 4-7; Миронова А.И., Миронов В.Г. К истории царицынского краеведения и образования музея // Там же. С. 1317; Отюцкий И.В. Т.И. Минаева – научный сотрудник Царицынского (Сталинградского) краеведческого музея // Там же. С. 2022; Моников С.Н. Директор Сталинградского губернского музея краеведения В.А. Лаврентьев (материалы биографии) //  Там же. С. 2429.

[37]  Томарев В.И., Тюменцев И.О. Историческое крае­ведение в Волгоградской области (итоги и перспективы развития) // Стрежень. Вып. 1. Волгоград, 2000. С. 119-126.

[38]  Загорулько М.М., Тюменцев И.О. Исторический очерк Царицынского уезда П.А. Барашевского, А.В. Логинова, Я.Д. Вдовина // Стрежень. Вып. 5. Волгоград, 2006. С. 356-372.

[39]  Материкин А.В. 75 лет Областному обществу краеведов: история создания (1924—1929 гг.) // Вопросы краеведения. Вып. 6. Волгоград, 2000. С. 1018; Он же. Рождение Царицынского музея краеведения (1893-1917) // Стрежень. Вып. 1. Волгоград, 2000. С. 238-242.

[40]  Комиссарова Е.В. Газета «Борьба» о музейновыставочной деятельности в крае в 20-30е годы XX в. // Вопросы краеведения. Вып. 6. Волгоград, 2000. С. 1819; Она же. Региональный музей как хранитель и транслятор культурного наследия. Автореф. дис. … канд. ист. наук. Волгоград, 2006.

[41]  Комиссарова Е.В., Материкин А.В. Волгоградский областной краеведческий музей: 90 лет служения отечеству. 1914-2004. Волгоград, 2005.

[42]  Моников С.Н. Дело сталинградских краеведов // Вопросы краеведения. Вып. 6. Волгоград, 2000. С. 1923.

[43]  Клейтман А.Л. Изучение истории Царицына и Камышина в трудах отечественных историков XVIII в. – первой трети XX в. Дис. … канд. ист. наук. Волгоград, 2008.

[44]  См.: Он же. Особенности развития сталинградского краеведения в 1920-1930-х годах // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. 2008. № 2. С. 6-11; Он же, Тюменцев И.О. Очерк Г.С. Сколкова «Царицын-Сталинград в прошлом» – историографический памятник «золотого десятилетия» сталинградского краеведения // Стрежень: научный ежегодник. Вып. 7. Волгоград: Издатель, 2009. С. 315-351.



 





<


 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.