WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Конфессиональный аспект русско-греческого межкультурного диалога на примере формирования различий чина божественной литургии в русской и элладской православных церквах

На правах рукописи

ПЕЧАТНОВ Валентин Владимирович

КОНФЕССИОНАЛЬНЫЙ АСПЕКТ РУССКО-ГРЕЧЕСКОГО МЕЖКУЛЬТУРНОГО ДИАЛОГА НА ПРИМЕРЕ ФОРМИРОВАНИЯ РАЗЛИЧИЙ ЧИНА БОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТУРГИИ В РУССКОЙ И ЭЛЛАДСКОЙ ПРАВОСЛАВНЫХ ЦЕРКВАХ

Специальность 09.00.13 – религиоведение,

философская антропология, философия культуры

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Москва – 2009

Диссертация выполнена на кафедре государственно-конфессиональных отношений Федерального государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российская академия государственной службы при Президенте Российской Федерации»

Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор Васильева Ольга Юрьевна
Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор Бибиков Михаил Вадимович кандидат исторических наук, доцент Петрушко Владислав Игоревич
Ведущая организация: Государственная академия славянской культуры

Защита состоится 24 декабря 2009 г. в 13 часов на заседании диссертационного совета Д-502.006.11 при Федеральном государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российская академия государственной службы при Президенте Российской Федерации» по адресу: 119606, Москва, проспект Вернадского, 84, 1 уч.корп., ауд. 3304

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке РАГС

Автореферат разослан 24 ноября 2009 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета В.К.Пинкевич

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Проблематика межкультурной коммуникации в последние годы привлекает все большее внимание историков, поскольку её изучение обогащает понимание сложных исторических процессов развития национальных обществ и их культур в ходе взаимодействия с другими народами. Особый интерес в этой связи представляет межкультурный диалог России и Греции, уходящий своими корнями в византийское прошлое. Важнейшей особенностью этого диалога на протяжении большей части истории русско-греческих отношений была центральная роль конфессиональных связей.

Православие стало главным связующим звеном между Русью и Византией, укрепляя их политическое, торговое и культурное взаимодействие. При этом в подходе русских к восприятию византийской культуры наблюдалась явная избирательность – усваивались в основном её религиозные аспекты, а не богатая светская культура эллинизма. Этому во многом способствовала изначальная практика богослужения на церковнославянском языке, которая с одной стороны облегчала распространение православия среди недавних язычников, а с другой – затрудняла рецепцию светской византийской культуры, требовавшую знания греческого языка. В рамках же самой духовной культуры Византии наиболее полно и активно воспринимались те её элементы, которые были непосредственно связаны с догматическими основами христианского вероучения, богослужения, канонического права и церковной организации[1].

Неудивительно, что наибольшее распространение уже в Киевской Руси получили переводы греческих богослужебных книг и святоотеческих сочинений, а тогдашний чин византийской Божественной литургии лег в основу русского чина этой службы. Хотя Русь/Россия выступала в этом межкультурном диалоге в основном как рецептор греческой православной традиции, эта рецепция осуществлялась в преломлении русской культуры и сопровождалась внесением собственного вклада в православную традицию, включая её богослужебную часть. Эта закономерность сохранилась и в последующий период, в том числе – во время реформы богослужения середины XVII в. в России, еще более приблизившей русское богослужение к греческому.

Вместе с тем, развитие конфессионального аспекта русско-греческого межкультурного диалога было далеко не линейным, а его воздействие на русскую литургическую традицию – отнюдь не однозначным. Хотя история русско-греческих церковных и культурных связей в отечественной историографии изучается уже давно и активно, влияние конфессионального аспекта этого межкультурного диалога на развитие русской литургической традиции пока оставалось в тени. В частности, не был изучен вопрос о соотношении между конфессиональными связями и формированием различий русского и греческого чина Божественной литургии - центрального богослужения христианской церкви. Между тем, изучение этого и смежных вопросов имеет не только чисто исторический интерес, но и определенное практическое значение в современных условиях усиления контактов между Русской и Элладской православными церквами и общей активизации русско-греческого межкультурного диалога.

Предметом данного исследования является конфессиональный аспект греческо-русского межкультурного диалога и его влияние на формирование различий чина византийской Божественной литургии в русской и греческой православных традициях.



Объектом данного исследования является процесс развития чина Божественной литургии, принятого в Русской и Элладской православных церквах, под влиянием русско-греческого межкультурного диалога и других историко-культурных факторов.

Хронологические рамки исследования определяются периодом синхронного существования чина Божественной литургии в России и в греческом православном мире, т.е. с рубежа X – XI вв. по настоящее время с отдельными экскурсами и в предшествующий период для более полного освещения истории византийской литургии.

Целью данного исследования является выявление исторической обусловленности различий в современном чине Божественной литургии, принятом в Русской и Элладской православных церквах. Для достижения поставленной цели было признано необходимым решение следующих конкретных задач:

- сопоставить основные этапы истории Русской церкви с этапами греческо-русских конфессиональных отношений в их связи с формированием современного чина литургии в Русской церкви;

- проанализировать историю возникновения современного греческого чина Божественной литургии, выявить характер и причины его эволюции на протяжении всего периода существования греческой богослужебной традиции;

- проследить историю развития чина Божественной литургии в Русской Церкви, характер греческого влияния на ее формирование, а также возникновение на русской почве специфических элементов этой литургии;

- провести сравнительный анализ современного чина Божественной литургии в Русской и Элладской Православных Церквах, выделить все отличия и дать характеристику наиболее важных из них;

- проанализировать важнейшие расхождения в русском и греческом чине литургии в контексте выявленных ранее историко-культурных факторов, оказавших влияние на формирование богослужебных чинов в русской и греческой православных традициях;

- проанализировать существующие в российской историографии исследования, посвященные истории развития греческо-русских культурных и церковных связей и их влиянию на русскую литургическую традицию.

В качестве методологической основы исследования был избран комплексный подход к изучению конфессионального аспекта русско-греческого межкультурного диалога. Этот подход предусматривает рассмотрение различных видов русско-греческих конфессиональных связей в их взаимодействии и отношении к развитию русской и греческой литургической традиции, в частности, к истории чина Божественной литургии в России и греческом православном мире. При этом последовательно применялся принцип историзма. Для изучения обстоятельств формирования различий чина литургии в Русской и Элладской православных церквах применялся метод компаративного анализа эволюции литургических текстов в историко-культурном контексте. Кроме того, для установления различий в чине литургии широко применялся текстологический анализ.

Источниковая база исследования. При написании работы автором были использованы различные виды источников, имеющиеся в России и Греции.

Первый вид источников составили рукописные и печатные чины литургии, которые были разделены на три группы:

Первая группа - рукописные чины литургии. Были привлечены научные изданиями важнейших русских и греческих богослужебных рукописей2

[2],[3] публикация П. Трембеласа "Три литургии согласно афинским рукописям"[4], дополненнаяый еще не изданной работой протопресвитера Ф. Кумарианоса "Божественная литургия согласно традиции Константинопольского патриархата". Были использованы также работы, содержащие публикации текстов литургий: С. Муретова "К материалам для истории чинопоследования литургии"[5] и игум. Филарета "Чин литургии св. Иоанна Златоустаго по изложению старопечатных, новоисправленного и древлеписьменных Служебников"[6], а также "Отзыв о сочинении М. И. Орлова Литургия св. Василия Великаго" А. А. Дмитриевского[7].

Вторая группа - печатные издания греческих Евхологиев и книг "Божественные литургии" (« »)[8] (" "), относящихся к XVI-XX вв.[9], а также русские Служебники XVII-XX вв. (как московского, так и западнорусского происхождения). К этой группе примыкают и греческие "Иеродиакониконы", где содержатся части литургии, относящиеся к диакону, и брошюры "Последование чтеца". Были проработаны греческие "Иератиконы", отражающие современный греческий чин литургии. В связи с отсутствием многих грекоязычных изданий в составе отечественных библиотечных коллекций в ходе исследования были использованы собрания библиотек Афин и Салоник, а также ряда обителей св. гГоры Афон[10] 6

[11].

Третью группу составили богослужебные книги с современным чинопоследованием литургии. Современное русское чинопоследование литургии рассматривалось по Служебнику 2004 г. (Издательского Совета Русской православной церкви), а греческое - по "Иератикону" 2004 г. издания. При изучении истории греческого чина литургии XX в. использовались тексты Божественных литургий в двух афинских изданиях греческого малого Требника ("") 1900 и 1927 гг. издания, и в афинских брошюрах "Божественная Литургия св. Иоанна Златоуста" (" ") 1957 г. и б.г. издания.

Второй вид источников - это богослужебные книги, посвященные уставу богослужения, частью которого является литургия. С этой целью были изучены печатные Типиконы, как греческие (венецианские 1577 и 1869 гг. и афинский 1921 г.), так и русские (издания 1610, 1634, 1682, 1992 и 2002 гг.), а также вспомогательные книги, используемые на приходах вместо Типикона. В Русской православной церкви это "Богослужебные указания" на 2006 год, а в Элладской – ежегодные "Малый церковный календарь" (выпуски начала 1950-х гг.) и "Диптихи Элладской Церкви" на 2001-2004 гг.

Третий вид источников, необходимый для определения значения различных элементов чина литургии в греческом и русском церковно-культурном контексте, - толкования на литургию, как византийские, так и позднейшие греческие и русские. К ним относятся «Изъяснение Божественной литургии» Николая Кавасилы (XIV в.) и произведения Симеона Солунского (XV в.) «Разговор о святых священнодействиях и таинствах церковных» и «О Божественном храме». Из позднейших толкований выделяются «Божественная литургия с объяснениями различных учителей» греческого клирика XVI в. Иоанна Нафанаила и «Историческое, догматическое и таинственное изъяснение на Божественную литургию» И.И. Дмитревского (XIX в.).

Историографическая база исследования. В процессе подготовки диссертации автор опирался на богатый опыт изучения различных аспектов избранной проблематики в отечественной и зарубежной историографии – как современной, так и более ранней, относящейся к XIX в. Это труды по истории Русской церкви, прежде всего – ставшие классическими работы митрополита Макария (Булгакова), Е.Е.Голубинского, А.В.Карташева7

[12], а также работы по истории русско-греческих культурных и церковных связей, среди которых следует выделить труды Н.Ф.Каптерева, И.Мейендорфа, М.В.Бибикова, Г.Г.Литаврина, Б.Л.Фонкича, Б.Н.Флоря, И.Экономцева8

[13]. Необходимо также упомянуть последнюю фундаментальную попытку обобщить историю богослужения в России – статью «Богослужение Русской Церкви. X-XX вв.» (авторы М.С.Желтов, прот. С. Правдолюбов) во вводном томе Православной Энциклопедии.9

[14]

Влияние межкультурного диалога и историко-культурных факторов на формирование различий в богослужебных чинах русской и греческой православных традиций ранее не было предметом специального исследования, однако различные аспекты этой проблемы так или иначе исследователями затрагивались.





Во-первых, это статьи и очерки, в которых отмечаются или рассматриваются различия в чинах Божественной литургии. Сюда относятся работы В.Металлова, Г.Метаксаса, С.Муретова, Т.Ф.Серединского, написанные в конце XIX- начале XX вв., а также более современные работы прот. В.Асмуса, прот. Н.Деснова, архим. Киприана (Керна), архиеп. Василия (Кривошеина) и Ю.И.Рубана[15]. Эти работы, однако, не рассматривают детально историю всех этих различий и не приводят самих текстов литургии.

Во-вторых, это изложения русского и греческого чинопоследования Божественной литургии в сопоставлении первого со вторым,[16] подготовленные в Московской Духовной Академии в начале 60-х гг. ХХ в. В этих работах был приведен греческий текст трех употребляемых в православной церкви литургий, сопоставлен с церковно-славянским текстом и были отмечены различия. Однако исторический анализ причин появления этих различий в данных работах отсутствует.

В особую группу следует выделить исследования в области исторической литургики. Наиболее важными из них для данного исследования являются "Ответы на богослужебные недоумения" И. Фундулиса[17], а также работы П. Мейендорфа[18] и Р. Тафта[19]. "Ответы" содержат ценные сведения об истории и практике греческого богослужения, а также объясняют и оценивают феномены истории богослужения на основе исторических знаний и личного опыта православной церковной жизни. Для понимания развития русского чина литургии особенно полезной оказалась работа П. Мейендорфа, которая послужила основой и для выбора способа изложения чина литургии, представленного в данном исследовании.

Новизна исследования. В исследовании был проведен комплексный анализ конфессионального аспекта греческо-русского межкультурного диалога и других историко-культурных факторов, определивших различия между русским и греческим чином Божественной литургии. Историко-культурный контекст образования этих различий представлен через анализ их понимания в определенной церковно-культурной среде. Новизна диссертации также определяется характером привлеченных источников и литературы (прежде всего – греческих), многие из которых отсутствуют в российских архивах и библиотеках и впервые вводятся в оборот отечественной историографии. Впервые в отечественной историографии на основании самостоятельного изучения греческих источников дана характеристика эволюции греческой литургии в новейший период.

Практическая значимость исследования. Исследование вносит вклад в изучение истории богослужения как Русской, так и Элладской православных церквей, а введение сравнительного анализа в конкретный историко-культурный контекст дает возможность оценить влияние греческо-русского межкультурного диалога и других историко-культурных факторов на чин Божественной литургии. Кроме того, исследование вводит в отечественную науку новые сведения об истории чина литургии в греческом православии.

Исследование может служить пособием при составлении курсов по истории Русской и Элладкой православных церквей, межкультурной коммуникации и исторической литургике, дать материал для дальнейшей работы обеих церквей по совершенствованию своего богослужебного наследия.

Апробация работы. Основные выводы и положения настоящей диссертации выносились на обсуждение кафедры государственно-конфессиональных отношений РАГС при Президенте РФ (протокол № 3 от 15 октября 2009 г.). Сравнительно-аналитическая часть исследования обсуждалась на богословском факультете Салоникского университета им. Аристотеля (г. Салоники, Греция). Отдельные результаты исследования были изложены автором в докладе на XIV Международных Рождественских образовательных чтениях (Москва, 29 января - 3 февраля 2006 г.), а ряд выводов работы используется в авторском спецкурсе "Современное христианство: учения и практики", читаемом в МГИМО (У) МИД РФ.

Положения, выносимые на защиту.

  1. Конфессиональные связи исторически являлись центральным аспектом греческо-русского межкультурного диалога, в ходе которого на Руси происходила рецепция греческой православной традиции в преломлении русской культуры.
  2. В современном русском чине литургии отразились различные этапы греческо-русского культурного диалога: 1) изначальный перевод греческого оригинала; 2) литургические реформы XIV в., воспринятые в русской культуре; 3) самостоятельное развитие богослужебных чинов XV-XVI вв.; 4) начальный период книгопечатания, зафиксировавший различия чинов; 5) смена ориентации на греческие чины, отразившаяся в богослужебной реформе при патриархе Никоне; 6) исправления Синодального периода.
  3. Сопоставление основных этапов развития русско-греческих церковных связей и истории богослужения выявляет волнообразный характер греческого влияния на русский чин Божественной литургии, достигавшего максимума в X-XI вв. (когда Русская церковь заимствует у греков всю систему богослужения), на рубеже XIV-XV вв. (когда чин литургии на Руси принимает почти современный вид благодаря «Диатаксису» Филофея Коккина) и в середине XVII в., когда греческие иерархи принимают самое активное участие в реформе богослужения на Руси. В свою очередь, максимальные расхождения в чинопоследовании Божественной литургии между русской и греческой традициями наблюдаются в XV-XVI вв., т.е. в период определенного исторического обособления русской церкви и развития уставного творчества, наступивший после Ферраро-Флорентийского собора и завоевания турками Константинополя, а также в XIX-XX вв.
  4. Сопоставление русского и греческого чина литургии позволило выявить в греческом чине начала XXI в. тенденцию к возвращению к элементам поздневизантийской богослужебной традиции и на этой основе – определенного сближения с русской традицией. Показана историческая обусловленность статичности русского чина литургии начиная со второй половины XVII в. и изменчивости греческого.
  5. Детальное сопоставление современного греческого и русского чина Божественной литургии на основе первоисточников и богослужебной практики обеих традиций выявило около ста различий, из которых тридцать являются весьма существенными. Установлено происхождение этих различий, роль историко-культурных факторов в этом процессе, рассмотрены их основные толкования в русской и греческой литургической литературе.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, библиографии, списка сокращений и Приложения с таблицами.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, рассматривается степень изученности проблемы, дается характеристика источниковой базы исследования, обозначаются объект и предмет, цели и задачи, новизна и практическая значимость исследования, его структура и хронологические рамки.

В первой главе, «История формирования богослужения в Русской церкви в контексте русско-греческих конфессиональных связей», рассматривается влияние русско-греческих церковных связей и других форм межкультурного диалога на формирование богослужения Русской церкви. В историографической части подробно анализируются основные достижения дореволюционной, Русского зарубежья и постсоветской историографии в этих областях, рассматриваются основные современные направления в изучении истории богослужения. История греческо-русских конфессиональных отношений и русского богослужения рассмотрена в контексте основных этапов истории Русской церкви.

1. Этап подчинения Константинопольской патриархии (X в.- 1448 г.).

Хотя Русская митрополия являлась частью Константинопольского патриархата, русские богослужебные чины уже тогда имели ряд отличий от современных им византийских чинов. В частности, первые известные литургические тексты воспроизводят не современные им греческие рукописи, а более раннюю традицию и содержат ряд молитв, неизвестных в греческих рукописях.

Распространяется Студийско-Алексиевский устав, не сохранившийся в греческой традиции.

Во второй половине XIV в. на первый план в области богослужения выступает расширение контактов между русским и греческим монашеством, сближение с греческой традицией и попытки редактирования славянских богослужебных книг, появляется разнообразие редакций и чинов. Появляются переводы синхронных богослужебных текстов, в частности «Диатаксиса» и молитв патриарха Филофея, молитв Григория Синаита и др. Русские книжники обращаются к Иерусалимскому уставу, получившему с начала XV в. распространение на Руси. Для всего этого периода исключительно важное значение имеет югославянская традиция, выступающая в русско-греческом межкультурном диалоге в роли посредника.

Таким образом, новый этап в истории богослужения начинается с конца XIV в.

2. Период Московской автокефальной митрополии и отделения Киевской с подчинением Константинопольскому патриархату (1448-1589).

После падения Константинополя и принятия греками унии на Ферраро-Флорентийском соборе наступает период наибольшей конфронтации с Константинопольской патриархией. С этого времени в русской книжности начинают распространяться идеи об отпадении греков от православия и замещения Русью Византийской империи, отразившиеся в идее «Москвы – Третьего Рима».

Однако обращение греков за помощью к русским царям приводит к смягчению конфликта. С русской стороны выражается потребность в образованных греках-переводчиках, что нашло свое отражение в деятельности Максима Грека. Этот этап характеризуется наибольшей активностью в канонизации русских святых и создании русских богослужебных чинов, в это время усложняется чин Божественной литургии. Стоглавый Собор (1551 г.) ориентировался на русскую богослужебную практику, сделав попытку ее унификации.

Рубежом для этой эпохи является появление книгопечатания, которое значительно меняет отношение к тексту и создает проблему «книжной справы».

3. Период патриаршества (1589-1700).

Этот этап является периодом непосредственного участия греческих патриархов в делах Русской Церкви, в том числе в богослужении.

Реформа богослужебных чинов в этот период была продиктована желанием приблизить русский обряд к греческому, что для царя Алексея Михайловича и патриарха Никона было связано с намерением усилить значение Московского патриархата в православном мире. Новые справщики обращались к современным им греческим и западнорусским богослужебным изданиям. Эти реформы не могли не вызвать протеста как в силу недоверия к греческой современной традиции, так и в силу нового конфессионального подхода.

Таким образом, история богослужения выделяет как веху богослужебные реформы при патриархе Никоне.

4. Синодальный период (1700-1917).

В этот период церковь в России включена в государственную систему. Происходит новая смена культурной ориентации и секуляризация, богослужебные вопросы теряют остроту. Общение между Русской и греческими церквами носит политизированный характер, и только к концу этого периода можно отметить попытки сближения церквей по церковным вопросам.

Вместе с тем, в этот период имеют место такие явления как 1) распространение греческого богослужения в местах поселения греков на территории Российской империи; 2) рост потока русских паломников на Афон и Святую Землю, приводящий к непосредственному знакомству с греческой литургической традицией; 3) греческая традиция становится предметом научного изучения, результаты которого оказывают влияние на подготовку богослужебных реформ.

В области богослужения этот период в России характеризуется стагнацией. Издания отличаются стереотипностью, резко сокращается канонизация святых, распространение получают «паралитургические последования» (акафисты, пассии), намечается тенденция к сокращению служб путем пропуска отдельных частей.

Проведенное сопоставление показывает, что связь между русско-греческими церковными отношениями и развитием богослужения в России является более сложной, чем представлялось историкам XIX в. История богослужения имела свои законы, не совпадающие прямо с этими взаимоотношениями, хотя и коррелирующие с ними.

Во второй главе, «Основные этапы формирования чина византийской Божественной литургии в греческой и русской православных традициях», рассматривается история чина византийской Божественной литургии[20] в греческом православном мире и в России.

В греческом православном мире эту историю можно разделить на следующие четыре периода:

а) I – нач. IV вв., древнехристианская литургия до Константина Великого (период предыстории византийской литургии);

б) IV – VIII вв., ранний византийский период до древнейших сохранившихся богослужебных рукописей;

в) VIII – XVI вв., период богослужебных рукописей до появления печатных изданий Божественной литургии, и

г) XVI в. – настоящее время, период новых печатных изданий.

В первый период структура Божественной литургии была в сущности одинаковой во всей церкви. Основой ее была апостольская схема, которая имела своим ядром евхаристические фрагменты писаний Нового Завета.

Стремительное развитие богослужения в течение второго периода, последовавшее после легитимизации христианства Константином Великим, оказало сильное влияние на Божественную литургию. Ее основные части остаются, но в "переходных" местах наблюдается быстрый рост. В ту же эпоху появляется молитва приношения, а после входа, как прелюдия к анафоре, добавляется Символ веры. По мере появления новых элементов, более древние элементы зачастую выпадали из богослужебной практики, что объяснялось как практическими, так и богословскими причинами. Основы современного чинопоследования византийских литургий Василия Великого (далее – В) и Иоанна Златоуста (далее – И) были заложены уже в начале этого периода.

Третий период начинается с древнейшего известного византийского Евхология в кодексе Barberini 336 (VIII в.). Он возглавляет большую группу Евхологиев "древней редакции" VIII – XIV вв., в которых В записана первой и полностью, а И – второй и с опущением текста молитв, общих с В. В XI в. появляется и начинает распространяться иной тип Евхология ("новой редакции"), где первым записан текст И, в которую уже включены молитвы, общие с В.

В этот период наиболее заметным является стремительное развитие протесиса и его оформление в отдельный богослужебный чин, а также введение дополнительных подготовительных элементов. Они стали полноправной частью литургии благодаря новому виду богослужебных рукописей, появившемуся в XI – XII вв. - "диатаксисам" ("уставам") Божественной литургии. Важнейшим из них является "Устав Божественной литургии" (" ") свт. Филофея Коккина, составленный в середине XIV в. и в следующем столетии принятый всем православным миром как авторитетнейшее руководство к совершению Божественной литургии.

Начало четвертого периода может быть датировано 1526 годом, когда в Венеции и в Риме одновременно издаются первопечатный греческий Евхологий и первая книга "Божественные Литургии" (" ").

Божественная литургия, запечатленная в первых печатных изданиях, более соответствовала «Диатаксису» Филофея, чем современная литургия, особенно в греческом мире. С тех пор в греческом чине усложнились входные молитвы, произошли изменения в поминовениях протесиса, а ряд элементов, приводимых в книгах XVI – XVII вв., исчез.

Новую веху в истории греческих печатных изданий ознаменовало собой открытие Патриаршей типографии в Константинополе в 1798 г., где были предприняты попытки исправления богослужебных книг. Важным фактом в истории чинопоследования Божественной литургии стало удаление, в венецианских изданиях середины XIX в., тропаря 3-го часа.

В 1860-х – 1890-х гг. книги афинского книгоиздателя Г. Кариофиллиса обозначили путь, по которому с тех пор пошли греческие издания текстов литургий.

После Второй мировой войны в Элладской православной церкви получила распространение книга "Иератикон"[21], впервые изданная в Константинополе в 1895 г. Издания 1951, 1968 и 1981 гг. основывались на ИЕР 1895, и названы в исследовании «Иератиконами» константинопольской традиции. Параллельно (с 1962 г.) складывается местная традиция «Иератиконов», отражающих богослужебную практику Элладской церкви.

По сравнению с изданиями константинопольской традиции, эти элладские «Иератиконы» содержат целый ряд дополнительных элементов (тропарей и молитв для священнослужителей) и уставных указаний. В элладском ИЕР 1977, воспроизводившемся без изменений до 2002 г., налицо наибольшее до сегодняшнего дня разрастание чинопоследования Божественной литургии. Рост произошел в основном в ее «переходных» местах, что было закономерностью развития литургии уже с IV в.

В 1992 г. в афонском монастыре Симонопетр был подготовлен особый «Иератикон». В нем текст литургий представлен в соответствии со святогорской традицией совершения литургии. Некоторые части литургии, исчезнувшие из греческого чина в XIX в., были возвращены. Симонопетрский «Иератикон» вошел в богослужебное употребление в Элладской церкви, но не заменил издания "Апостолик Диакона".

В декабре 2002 г. "Апостолик Диакона" выпустило новый "Иератикон", переизданный без изменений двумя годами позже. Хотя текст литургий в нем основывается на ИЕР 1895 и других изданиях этого типа, при его составлении были использованы выводы современной богослужебной науки. В результате, в литургию был не просто возвращен ряд элементов византийского чина литургии, но в отдельной главе были представлены основания для этих и других изменений.

Таким образом, на протяжении пяти веков, прошедших со времени появления печатных богослужебных книг, греческий чин Божественной литургии постоянно развивается. До конца XX в. общее направление развития было в сторону удлинения текста литургии. Новый "Иератикон", как и издания монастыря Симонопетр в монастырской среде, начинает обратное движение на основе аутентичного богослужебного предания и выводов современной богослужебной науки. В нем удалены многие поздние элементы, появившиеся в элладских "Иератиконах", а также возвращен ряд элементов византийского чина литургии. Представляется, что это обращение к аутентичному богослужебному преданию тесно связано со святоотеческим возрождением, начавшемся в Греции во второй половине ХХ в.

История чина Божественной литургии в России может быть разделена на пять периодов:

а) X в. – начало XIV в., период господства древней константинопольской редакции чина литургии в контексте Студийско-Алексиевского богослужебного устава;

б) конец XIV – начало XV вв., период перехода на поздневизантийскую редакцию чина литургии в контексте Иерусалимского богослужебного устава;

в) XV - конец XVI вв., период обособленного развития и усложнения чина литургии на Руси;

г) 1602 – 1655, период старопечатных изданий, начиная с editio princeps 1602 г. до появления пересмотренного при патриархе Никоне чина литургии;

д) 1655 – настоящее время, период новых печатных изданий.

Крайне редкие сохранившиеся рукописи первого периода, такие как Служебник Варлаама Хутынского и Служебник Антония Римлянина (нач. XIV в.), представляют чин литургии, близкий к чину византийских Евхологиев "древней редакции". В русском чине, однако, имеются особенности, в частности, молитвы негреческого происхождения. Предположительно, эти особенности возникли в результате переработки греческих оригиналов в Болгарии, откуда на Русь попадали первые переводы богослужебных книг.

В XIV в. в Россию попадают переводы константинопольских Евхологиев "новой редакции", а с конца этого столетия получают распространение новые Служебники, которые в ту эпоху были очень близки к греческим Евхологиям. С этого времени начинается второй период в истории русского чина Божественной литургии. Упомянутые Служебники содержат "Устав Божественной литургии" (Диатаксис) св. Филофея Коккина, появившийся на Руси в нескольких редакциях cлавянского перевода (Евфимиевская, Афонская и русская). С этим "Диатаксисом", который в русских рукописях был включен в сам текст Божественной литургии в виде отдельных уставных указаний, русское чинопоследование литургии приобрело законченный вид.

Третий период приходится на время определенного исторического обособления русской церкви, произошедшего в силу утверждения Московской Руси в качестве центра православного мира. В этот период чин литургии усложняется, в частности, резко удлиняются входные молитвы. Среди негреческих элементов, появившихся в чине литургии в этот период, - ектения об усопших. В начале XV в. перед преложением даров появляется тропарь 3-го часа. В текстах литургии, употреблявшихся за богослужением, существовало большое многообразие.

Четвертый период начинается с выходом первопечатного русского Служебника, московского 1602 г. издания (С 1602)[22]. Почти все дониконовские издания Служебника осуществлялись в контексте книжной справы, начавшейся в период междупатриаршества (1611-1619). Однако эта справа затронула формуляры Божественной литургии лишь в изданиях С 1651 и С 1652, в которых были внесены незначительные изменения. Тем временем Служебники начинают издаваться в Юго-Западной Руси: в Киеве, Львове и Стрятине. Они были исправлены в соответствии с греческими рукописями и печатными изданиями, хотя и сохранили некоторые особые черты.

Пятый период в истории русского чина Божественной литургии начался с первым Служебником патриарха Никона, вышедшим в 1655 г. В качестве прототипов для этого нового, исправленного Служебника были взяты греческий венецианский Евхологий Антонио Пинелло 1602 г. и западнорусский Служебник, изданный в Стрятине в 1604 г. В большинстве существенных мест чинопоследование Божественной литургии в ЕВХ 1602 и в С 1604 (Стрятин) совершенно одинаково. Но там, где греческий Евхологий существенно расходился с западнорусским Служебником, справщики почти дословно переводили Евхологий.

Служебник 1655 г. открыл новую главу в истории русской литургии. Текст всех литургий был серьезно пересмотрен. Изменились и содержание, и язык, на котором оно представлялось. Среди изменений были резкое сокращение тропарей во входных молитвах, введение девяти чинов святых, за которых изымаются девять частиц из одной и той же (третьей) просфоры, введение фразы "Преложив Духом Твоим Святым" в анафору В.

В отношении литургии подготовка C 1655 была первой и решающей фазой богослужебной реформы. В последующие три года вышло еще пять изданий Служебника, а в 1667, уже при патриархе Иоасафе II, еще одно. Каждое из этих изданий выходило с некоторыми изменениями, но они были небольшими.

После оставления Никоном патриаршества значительных исправлений чина литургии в Служебниках более не производилось. Богослужебная реформа приблизила русское чинопоследование Божественной литургии к греческому, но полной идентичности достигнуто не было. И в С 1655, и в последующих изданиях Служебника присутствуют элементы, которых не было в греческих текстах литургии той эпохи.

Чин литургии, пересмотренный при Никоне, по сути и есть современный русский чин Божественной литургии. Все последующее развитие русского чина заключалось в основном в небольших исправлениях в молитвах и уставных указаниях, и в некотором упорядочении существующего текста литургии. Самым заметным изменением в русском чине литургии с конца XVII в. было исправление молений о властях. Оно производилось в результате изменений в структуре высшей церковной иерархии и в форме государственной власти.

В Служебнике 2004 г. было сделано несколько немаловажных изменений. Например, взаимное поминовение священнослужителей после великого входа было изменено согласно более древней и богословски оправданной традиции. Целью этих изменений было возвращение к традиционному образу совершения литургии, соответствующему аутентичному богослужебному преданию.

Однако в целом наблюдается разительная консервативность русского чина литургии в послениконовскую эпоху по сравнению с греческим. Практическое отсутствие серьезных изменений в этом чине с середины XVII в. привело к сохранению целого ряда элементов, изначально внесенных в литургию греками, а затем утраченных в греческой традиции. В самые последние годы часть этих элементов возвращается в греческий чин литургии.

В третьей главе, «Сравнительный анализ различий между современным русским и современным греческим чином Божественной литургии», проводится сравнительный анализ современного чина Божественной литургии Русской и Элладской Православных Церквей. Выявлено в общей сложности более ста различий, наиболее существенные из которых подробно рассматриваются в главе. В каждом случае выявляется история этих расхождений и анализируются различные толкования соответствующих мест Божественной литургии. В частности, показано влияние на ее развитие новогреческого "Просвещения" – интеллектуального течения, господствовавшего среди греческой интеллигенции с конца XVIII и в течение XIX столетия.

Из сопоставления современного русского и современного греческого чина Божественной литургии делается вывод о том, что литургии, их структура и основные молитвы в обеих традициях одинаковы, но в подготовительных молитвах священнослужителей, в "клиросных" частях и ряде других элементов литургии наблюдается значительное несходство. Хотя различия между русским и греческим чином начали возникать еще в византийский период, несомненное большинство их появилось в XIX в.

Русский чин Божественной литургии сохранил почти неизменным чин середины XVII в., возникший в результате исправления богослужебных книг при патриархе Никоне. В результате современный русский чин в большой степени сохраняет как дух, так и букву "Устава Божественной литургии" (Диатаксиса) свт. Филофея Коккина. Это особенно видно при сравнении уставных указаний нашего Служебника и "Диатаксиса". Около семидесяти процентов указаний "Диатаксиса" сохраняются неизменными в современном русском формуляре литургии.

В заключении подводятся основные итоги исследования. Оно выявило несомненное влияние конфессионального аспекта греческо-русского межкультурного диалога и других историко-культурных факторов на формирование как различий чина Божественной литургии в русской и греческой православных традициях, так и современного чина литургии в целом. В частности, показано, что современный русский чин Божественной литургии возник в результате богослужебной реформы середины XVII в., которая была бы невозможна без интенсивных церковных и культурных связей России с греческим православным миром в тот период.

Вместе с тем исследование показывает, что связь между греческо-русским межкультурным диалогом и развитием богослужения в России является весьма сложной. Степень интенсивности церковных и культурных связей была лишь одним из факторов, определявших исторические «траектории» формирования чина Божественной литургии в России и в греческом православном мире. Наряду с этим действовали и другие историко-культурные и политические факторы: утрата Константинополем роли центра православного мира и возвышение Москвы в качестве «Третьего Рима», особенности внутреннего развития как Руси/России, так и греческого мира, развитие богослужебной науки и др. Сопоставление основных этапов развития русско-греческих церковных связей и истории богослужения выявляет волнообразный характер греческого влияния на русский чин Божественной литургии, достигавшего максимума в X-XI вв. (когда Русская церковь заимствует у греков всю систему богослужения), на рубеже XIV-XV вв. (когда чин литургии на Руси принимает почти современный вид благодаря «Диатаксису» Филофея Коккина) и в середине XVII в., когда греческие иерархи принимают самое активное участие в реформе богослужения на Руси. В свою очередь, максимальные расхождения в чинопоследовании Божественной литургии между русской и греческой традициями наблюдаются в XV-XVI вв., т.е. в период определенного исторического обособления Русской церкви. Важнейшим культурным явлением стал период начального книгопечатания, приведшего к закреплению разных культурных традиций и одновременно создавшего возможность для межкультурного диалога. XIX-XX вв. также являются периодом наибольших расхождений между русским и греческим чином литургии. При всем обилии церковных и культурных контактов между Россией и греческим миром до 1917 г., чин литургии в России (как и вообще все уставное богослужение) практически не развивался, в то время как в греческом мире он переживал период бурного внутреннего развития. Эта ситуация сохранилась и при советском режиме, когда внешние контакты православной церкви в Советской России вначале были практически прерваны, а затем носили несвободный и ограниченный характер.

Сравнительный анализ современного русского и греческого чина литургии подтвердил тезис о статичности русского чина литургии, почти не изменившегося с середины XVII в., по сравнению с греческим, постоянно претерпевавшим заметные изменения. Внешнюю причину статичности русского чина литургии следует, вероятно, искать в особенности положения Русской церкви в синодальный период, когда церковная жизнь находилась под жестким контролем государственной власти. В этих условиях богослужение не могло развиваться органически. На более глубоком уровне исторической памяти Русской церкви можно говорить о страхе богослужебных изменений, однажды уже породивших раскол. Определенную роль сыграло и то, что при принятии христианства Русь получила прежде всего готовую систему богослужения. Предположительно, это явилось одной из причин того, что устойчивой чертой традиционного русского благочестия стала тенденция к отождествлению деталей богослужения с самой сутью православия.

Эта тенденция нехарактерна для греческого православия. Поэтому ему удалось сохранить принцип древнехристианского подхода к тексту богослужения, согласно которому богослужебные книги не имеют абсолютного авторитета, а их текст не считается незыблемым. Однако такое отношение к тексту богослужения иногда имело и отрицательные последствия, когда богослужение сокращалось из рационалистических соображений и без должного учета православного предания.

В Русской церкви в начале XXI в., а в Элладской в конце XX – начале XXI вв. имеет место предметный поиск более аутентичного образа совершения Божественной литургии. В обеих поместных православных церквах плодом этого поиска уже явилось внесение изменений в чин литургии на основе выводов современной богослужебной науки. Но соответствующий научный и богословский материал в обоих случаях был собран и применен автономно, без учета взаимного опыта. Учитывая, что в отношении литургии Русская и Элладская православные церкви являются наследницами единой византийской традиции, и что основной смысл литургии во всем православии един, активизация диалога русской и греческой литургических традиций представляется весьма желательной.

В Приложении с использованием таблиц и текстологического анализа рассматриваются остальные, менее существенные различия между современным чином Божественной литургии в Русской и Элладской церкви. При этом также прослеживается история этих расхождений и анализируются их интерпретации в русском и греческом церковно-культурном контексте.

Публикации

  1. Печатнов В.В. Исторический обзор развития чина Божественной литургии в Русской православной церкви в XVII-XX вв. // Вестник Томского государственного университета. 2007. № 303. С.102-105. 0,3 п.л.
  2. Печатнов В.В. Божественная литургия в греческом православном мире: обзор истории богослужебного чина // Церковь и время. 2006. № 3 (36). С. 204-231. – 1,1 п.л.
  3. Печатнов В.В. Божественная литургия в России и Греции. Сравнительное изучение современного чина. М.: Паломник, 2008. 365 С. – 23 п.л.

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени кандидата наук

Печатнов В.В.

Тема диссертационного исследования:

Конфессиональный аспект русско-греческого межкультурного диалога на примере формирования различий чина божественной литургии в Русской и Элладской православных церквах

Научный руководитель:

доктор исторических наук, профессор

Васильева Ольга Юрьевна

Изготовление оригинал-макета

Печатнов В.В.

Подписано в печать Тираж ___ экз.

Усл. п.л.

Отпечатано ОПТМ РАГС. Заказ №

119606, Москва, проспект Вернадского, 84.


[1] Литаврин Г.Г. Византия, Болгария, Древняя Русь. Спб., 2000. C. 318-319.

[2] Parenti S., Velkovska E. L' Eucologio Barberini gr. 336. Roma, 1995; Goar J., sive Rituale Graecorum. Venetiis, 17302; Красносельцев Н. Ф. Материалы для истории чинопоследования литургии св. Иоанна Златоустаго. Казань, 1889. [Вып. 1. Отд. оттиск из: Православный собеседник. 1889; Вып. 2. Приложение: Православный собеседник. 1895]; Рубан Ю. И. Служебник Варлаама Хутынского (ГИМ Син. 604/343, конец XII – начало XIII в.): Описание, тексты, комментарии // Ученые записки Российского Православного Университета ап. Иоанна Богослова. М., 1996. Вып. 2. С. 99-129.

[3] Parenti S., Velkovska E. L' Eucologio Barberini gr. 336. Roma, Edizioni Liturgiche, 1995.

Goar J., sive Rituale Graecorum. Venetiis, 17302.

Barberini gr. 336; Goar. Euchologion; Горский А. В., прот., Невоструев К. И. Описание славянских рукописей Московской синодальной библиотеки. В 4-х тт. М., 1855-1917; – Невоструев. Описание;. Материалы Красносельцев Н. Ф. Материалы для истории чинопоследования литургии св. Иоанна Златоустаго. Казань, 1889. [Вып. 1. Отд. оттиск из: Православный собеседник. 1889; Вып. 2. Приложение: Православный собеседник. 1895];

(содержит т.н. "уставы" Божественной литургии )Рубан Ю. И. Служебник Варлаама Хутынского (ГИМ Син. 604/343, конец XII – начало XIII в.): Описание, тексты, комментарии // Ученые записки Российского Православного Университета ап. Иоанна Богослова. М., 1996. Вып. 2. С. 99-129.

;..

[4]..., 1935.

[5] Муретов С. К материалам для истории чинопоследования литургии. Сергиев Посад, 1895.

[6] Филарет, игум. Чин литургии св. Иоанна Златоустаго по изложению старопечатных, новоисправленного и древлеписьменных Служебников (Опыт сличения старопечатных и исправленных церковно-богослужебных книг с древлеписьменными). М., 18993.

[7] Дмитриевский A. A. Отзыв о сочинении М. И. Орлова "Литургия св. Василия Великаго. Первое критическое издание. СПб., 1909" // Сборник отчетов о премиях и наградах, присуждаемых Императорской Академией наук. Отчеты за 1909 год. СПб., 1912. С. 176-347.

[8] " "

[9] В отличие от России, в Греции старопечатными богослужебными книгами считаются изданные с XVII по XIX в. включительно. Печатные же издания XV и XVI вв. в Греции называются "древнепечатными" (" ").

[10] В частности, Великой Лавры и монастырей Ватопедского, Ивирона, Пантократорова, Каракала, Симонопетрского, Эсфигмена, Свято-Пантелеимонова и скита св. Анны.

[6] В частности, Великой Лавры и монастырей Ватопедского, Ивирона, Пантократорова, Каракала, Симонопетрского, Эсфигмена, Свято-Пантелеимонова и скита св. Анны.

[7] Макарий (Булгаков), митроп. История Русской Церкви. Кн.1-8, М., 1994; Голубинский Е. Е. История Русской Церкви. В 4-х кн. М., 1997-1998; Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. Т.1-2. Париж, 1959.

[8] Каптерев Н.Ф. Характер отношений России к православному Востоку в XVI и XVII столетиях. Издание второе. Сергиев Посад, 1914; Он же: Сношения иерусалимских патриархов с русским правительством. С половины 16 до конца 18 столетия. СПб., 1895; Фонкич Б.Л. Греческое книгописание в России в XVII в. / Книжные центры Древней Руси. XVII век. Разные аспекты исследования. СПб., 1994; Он же: Греческо-русские культурные связи в XV-XVII вв. (Греческие рукописи в России). М., 1977; Он же: Греко-славянские школы в Москве в XVII в. М., 2009; Бибиков М.В. Byzantinorossica: Свод византийских свидетельств о Руси. М., 2004; Литаврин Г.Г. Византия, Болгария, Древняя Русь. Спб., 2000; Мейендорф И. Византия и Московская Русь. Очерк по истории церковных и культурных связей в XIV веке. Париж, 1990; Флоря Б.Н. Древнерусское и славянское средневековье (Сб.). М., 2007; Экономцев И., иг. Православие, Византия, Россия. Сб. ст. М., 1993.

[9] Желтов М.С., Правдолюбов С., прот. Богослужение Русской Церкви. X-XX вв. // Православная Энциклопедия. Русская православная Церковь. М., 2000. С.485-515.

[15] Металлов В., прот. Разночтения в греческом и славянском Служебнике // Чтения в Обществе любителей духовного просвещения. 1917. № 1-3. С. 37-48;. //. 1895. 1.. 38, 2,. 39, 2,. 40, 2,. 42, 2; Муретов С. О поминовении безплотных сил на проскомидии. М., 1897; Серединский Т.Ф. Замечания на чин и текст Божественных литургий святаго Иоанна Златоуста, святаго Василия Великаго и преждеосвященных даров // Рижские епархиальные ведомости. 1895. № 16. С. 834-840. № 17. С. 905-911. № 20. С. 1052-1056. № 21. С. 1090-1092. № 23. 1182-1187. № 24. С. 1246-1258; Асмус В., прот. Господи, спаси царя (Пс. 19:10): Молитва о царе в православном богослужении // Ежегодная Богословская Конференция ПСТБИ: Материалы 2000 г. М., 2000. С. 97-107; Рубан Ю. И. Об одной литургийной интерполяции // Там же. С. 107-116; Деснов Н., свящ. Еще несколько слов об известных расхождениях между русскими и греками в литургиях святителей Василия Великого и Иоанна Златоуста // Богословские Труды. 31. М., 1992. С. 86-96; Киприан (Керн), архим. Евхаристия. М., 2001; Василий (Кривошеин), архиеп. Некоторые богослужебные особенности у греков и русских и их значение"//Messager de l' exarchat du Patriarche Russe en Europe Occidentale. 1975. № 89-90. P. 71-88.

[16] Нелюбов Б. Перевод греческого текста Литургии св. Иоанна Златоуста по Служебнику афинского издания 1951 г. в его параллели со славяно-русским текстом синодального издания (рукопись). Загорск, 1960-1961; Савенко П. Перевод Литургии св. Василия Великого и Преждеосвященных Даров по Служебнику Греческой Церкви 1951 г. в связи со славяно-русским Служебником синодального издания (рукопись). Загорск, 1963.

[17].... (1-150)., 19975;. (151-300)., 19944;.. (301-400)., 19912;.. (401-500)., 1994.

[18] Meyendorff P. Russia, Ritual, and Reform. The Liturgical Reforms of Nikon in the 17th Century. Crestwood, NY, 1991.

[19] Taft R. The Great Entrance (= Orientalia Cristiana Analecta (далее OCA) 200). Roma, 1975; Idem. How Liturgies Grow: The evolution of the Byzantine Divine Liturgy / Beyond East and West. Problems in Liturgical Understanding. Washington, DC, 1984. P. 167-192; Idem. The Diptychs (A History of the Liturgy of St. John Chrysostom, vol. IV) (= OCA 238). Roma, 1991; Idem. Precommunion (A History of the Liturgy of St. John Chrysostom, vol. V) (= OCA 261). Roma, 2000.

[20] В исследовании византийские литургии Василия Великого и Иоанна Златоуста объединены под названием "византийская Божественная литургия", так как по крайней мере с XII-XIII вв. они различались лишь текстом ряда молитв, а совершались совершенно одинаково, что документально подтверждается едиными "диатаксисами (уставами) Божественной литургии", а также по ряду других причин.

[21] Ссылки на конкретные издания приводятся в формате «ИЕР <год>».

[22] Здесь и далее конкретные издания Служебника обозначаются в виде "С <год>".



 





<
 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.