WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

На правах рукописи

ВИКТОР ОЛЕГОВИЧ БЕССОНОВ

ПРАВОВАЯ ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛИЗАЦИИ:

СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЙ АНАЛИЗ

РЕФЕРАТ

диссертация

на соискание ученой степени

кандидата философских наук

Специальность:

09.00.11 – социальная философия

Тверь – 2007

Работа выполнена на кафедре общегуманитарных наук Калужского филиала Московского гуманитарно-экономического института

Научный руководитель – доктор философских наук, профессор

Ильин Виктор Васильевич

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор

Герасимов Анатолий Васильевич

доктор философских наук, профессор

Евстифеева Елена Александровна

Ведущая организация: Российская правовая академия Министерства

юстиции Российской Федерации. Калужский

филиал.

Защита состоится 27 апреля 2007 г. в 14.00 часов на заседании диссертационного совета по философским наукам (К 212.263.05) в Тверском государственном университете по адресу: 170000, Тверь, ул.Желябова, д.33

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Тверского государственного университета по адресу: 170000, Тверь, ул.Скорбященская, д.44а

Автореферат разослан 26 марта 2007 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат философских наук, доцент С.П.Бельчевичен

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования. Оценка правовой государственности в масштабах современного развития предполагает учет сущностных особенностей глобальной динамики. В зависимости от того, как реализуется глобализация и каковы векторы ее эволюции, зависит утверждение правовой государственности как важнейшего института социальной жизни.

Глобализация предстает противоречивым процессом. С одной стороны, ее можно рассматривать как усиление западного гегемонизма. Он связан с универсализацией турбо-капиталистической технико-экономической модели. Прямым последствием процесса является дифференциация мира на центр, который концентрирует богатство, и отсталую периферию. При расстановке «сил» и «ресурсов» утверждать о становлении правовой государственности как формы отправления оптимального социального воспроизводства не приходится из-за явного «структурного» дисбаланса.

С другой стороны, глобализацию возможно понимать с позиций формирования продуктивно-интегрированного, ценностно консолидированного сообщества. Важнейшие тенденции современного мира связаны с преодолением отсталости, автаркии. Интеграция достижима посредством перекрытия территориальных границ, компетенций национального государства, усиления планетарных социальных, гражданских, человеческих связей, транснационализации товаров, услуг, финансовых, сырьевых, информационных потоков. Цель социальной консолидации – формирование внутренне организованного максимально объемного пространства воспроизводственной деятельности с коалиционными правилами поведения, системами ценностей. При подобных глобальных тенденциях эволюцию социальных систем следует оценивать в масштабе утверждения правовой государственности как нормы отправления социального порядка.

Налицо формирование новой конфигурации социума – за границами национального государства. Динамика правовой государственности в глобализационном порядке определяется изменяющимися показателями эволюции мирового сообщества как позитивного, так и негативного порядка. Позитивные тенденции определяются расширяющимися возможностями экономической интеграции; негативные – обостряющимися противоречиями межцивилизационного рода.

Правовая государственность является гарантом достижения глобальным сообществом оптимальных ценностных ориентаций, выступает и продуктивной традицией, и потенциальным ресурсом – в своем роде аттракторной точкой социальной эволюции, приоритетным направлением нивелирования гражданских противоречий. Прояснению особенностей динамики глобализационных процессов, осмыслению утверждения правовой государственности в мировом контексте и посвящено данное исследование. Экспозиция сущностных начал динамики правовой государственности в мировом масштабе позволит понять основные общественные противоречия, суть механизмов социального воспроизводства, купирующих конфликтность общественного развития.

Степень разработанности проблемы. Оценка правовой динамики в современном историческом контексте неизбежно предполагает учет тенденций глобализации, отражающих основные вызовы стремительно меняющегося мира: сверхбыстрое развитие электронной коммерции, скоординированность финансовых рынков, упрочение наднациональных институтов. Радикальный характер рассмотренных процессов, затрагивающих первоосновы социальной организации, не вызывает сомнений. Социальная теория не могла не откликнуться на это пересмотром собственных предпосылок, категориальных структур, трансформацией задач теоретического знания. Осмысление вопросов структурирования социального пространства, его институтов в условиях глобализации проводится Ю.Хабермасом, Ж.Бодрийяром, Э.Гидденсом, У.Беком, Н.Луманом, И.Кастельсом, И.Валлерстайном и др. Об информационном обществе сегодня пишут экономисты, психологи, естествоиспытатели, техники, управленцы. Приверженность определенным подходам влияет на расстановку акцентов, находя выражение в разнообразии трактовок определенности социума.



Глобализация как социальный процесс исследуется В.Л.Иноземцевым, Е.С.Кузнецовой, А.А.Кара-Мурзой (модернизационные тенденции с учетом типов социальных общностей), В.Ф.Ануриным (формирование социальных ценностей), Н.Н.Моисеевым (цивилизационные разломы современности), К.Х.Делокаровым (критика идеологии современной цивилизации), А.С.Ахиезером (трансляция культурных ценностей), К.С.Гаджиевым (противоречия современного глобального развития). А.П.Назаретяном (ценности цивилизации) и т.д.

Большое значение в разработке проблем правовой государственности в исторической философской ретроспективе имеет наследие Аристотеля, Д.Локка, И.Канта, В.фон Гумбольдта, А.де Токвиля, Дж.С.Милля, Д.Дьюи, И.Бентама, Т.Гоббса, Б.Спинозы, Г.В.Ф.Гегеля, М.Вебера и др. Современная традиция социально-философской мысли представлена именами Э.Арато, Х.Арендт, З.Баумана, Г.Гвардини, А.Грамши, Р.Дарендорфа, Р.Патнема, И.Левина, С.Хантингтона, Я.Кларка, М.Кастельса, Д.Кола, Дж.Коэна, А.Круассана, Ф.Лово, В.Меркеля, М.Уозера, Ф.Хайека, Ю.Хабермаса и др.

Становление правовой государственности в мировом социальном пространстве изучают: Д.Артюхович, Г.Атаманчук, А.Бутенко, В.Варывдин, Ю.Васильчук, М.Вихляева, П.Глущенко, Е.Гнатенко, А.Гришковец, Л.Завадская, Б.Замбровский, В.Ильин, А.Ковалев, Б.Коваль, А.Кочетков, И.Кравченко, К.Магомедова, Л.Мамут, А.Мигранян, В.Нерсесянц, А.Одинцова, А.Панарин, М.Томсинов, В.Четвернин, С.Шахрай и др. Вместе с тем, отдельные моменты столь многогранной предметной сферы проанализированы неодинаково глубоко и не в полной мере. Заслуживают дополнительного осмысления вопросы отношения национального и интернационального в упрочении правовых начал государственности в условиях глобализации. Задача в определенном смысле восполнить имеющийся пробел и стимулировала авторский поиск.

Объект исследования – эволюция правовой государственности.

Предмет исследования – динамика правовой государственности в глобальном обществе.

Цель исследования – правовая государственность в глобальном измерении.

Достижение данной цели предполагает решение следующих взаимосвязанных задач:

  1. выявить тенденции становления глобального общества;
  2. определить закономерности эволюции прав человека и правовой государственности на современном этапе;
  3. оценить характер развития правовой государственности в глобальном контексте.

Теоретико-методологическая основа исследования. Эвристическую основу поиска составили принципы реалистичности, целостности, всесторонности, объективности рассмотрения, единства исторического и логического, абстрактного и конкретного. Автор активно использовал существующие модели правового государства, глобализации, информационного общества, учитывал сущностные трактовки социокультурной динамики. Особое внимание уделялось критике спекулятивно-схоластических, абстрактно-умозрительных построений, дезориентирующих научные изыскания, искажающих объективный взгляд на избранную предметную область, принципы ее концептуализации. В ходе работы автор опирался на результаты, полученные крупнейшими представителями философской, экономической, социологической мысли, использовал труды как отечественных, так и зарубежных ученых.

Научная новизна исследования определяется следующими полученными автором результатами:

– Выделены объективные факторы становления правовой государственности в контексте глобализации – создании единого коммуникационного, мирохозяйственного, технологического пространства. Анализируются параметры динамики правовой государственности в мировом пространстве с учетом тенденций глобализации: нивелирование границ между внутренней и внешней политикой, развитие глобального гражданского общества. Основными противоречиями функционирования правовой государственности в масштабах глобального политического пространства являются: перекрытие пределов национального государства, экстерриториальность, разрыв между стремлением к целостности, однородности и ростом неравенства, конфликтности.

– Определены закономерности эволюции прав человека и правовой государственности в глобальном обществе: универсализм естественного права и региональные, национальные особенности права; всеобщность права и частные проявления права. В классическом либерализме права человека расценивались как права свободного, обособленного индивида, противопоставленного государству и обществу; современной правовой государственности требуется солидаризм, что с необходимостью проблематизирует вопрос сочетания прав и обязанностей, ответственности, увязывании их в гармоничную систему.

– Оценена динамика правовой государственности в глобальном измерении. Основными зонами конфликтности функционирования правового государства в условиях глобализации являются: пренебрежение человеческими ценностями в угоду интересам транснациональных корпораций, объединений; проведение политики «гуманитарной» интервенции; обострение приоритетов универсализма и партикуляризма (самобытности, традиционности) в социальном развитии. Суть современной идеологии правового государства сводится к признанию права регулирующим механизмом социальной дезорганизации в условиях глобальных противоречий. Институализация правовой государственности содействует достижению оптимальных показателей социального воспроизводства – качество жизни, инновационная культура, адаптивность, мобильность, интегрированность, гарантийность существования. Следование ценностным приоритетам правовой государственности способствует развитию стандартных технологий жизневоспроизводства, гомогенизации деятельностных основ социума – от индустрии до релаксации, от урбанизации до культуры, что в итоге позволяет формировать наднациональную сетевую самокорректирующую идентичность, предполагающую элементы интернационализации существования.





Теоретическая значимость работы. Работа имеет значение для оценки динамики правовой государственности. Предпринятая концептуализация факторов становления правовой государственности в эпоху глобализации позволяет разрабатывать теоретические подходы к оптимизации социальных технологий.

Практическая значимость работы. Материалы диссертации могут найти практическое применение в научной сфере при исследовании данной проблематики, написании учебников и учебных пособий, в педагогической деятельности при разработке курсов по социальной теории в высшей школе.

Апробация научных результатов. Диссертация обсуждена на заседании кафедры общегуманитарных наук Калужского филиала Московского гуманитарно-экономического института и рекомендована к защите. Основные положения диссертации представлены на Ломоносовских чтениях в МГУ им. М.В.Ломоносова (2006 г.) и отражены в 6 публикациях автора общим объемом 2.6 п.л.

Структура работы обусловлена ее целями, задачами, принятым способом исследования. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во «Введении» обозначается актуальность, степень научной разработанности темы, теоретико-методологическая основа, цель, вытекающие из нее задачи исследования, определяются объект, предмет, научная новизна, практическая и теоретическая значимость работы.

В первой главе – «Феномен глобализма» – автор указывает: оценка правовой государственности в условиях глобализации предполагает прояснение, с одной стороны, сущности глобализации как закономерности эволюции мирового сообщества, с другой стороны, права как ценностной детерминанты, регулирующей социальное взаимодействие.

Принципиальный для теоретического анализа вопрос заключается в постановке что представляет глобализация, каковы движущие факторы становления глобального мира, что составляет сущность и основные противоречия социального развития, каковы механизмы регулирования обмена деятельностью в условиях мирового масштаба. Автор исходит из понимания глобализации как тенденции мирового развития, суть которой сводится к усилению взаимосвязи и взаимозависимости народов и государств. Новое качество социальности – итог развития науки, экономики, политических институтов, техники, технологий. Глобализация связана с социальными изменениями последнего десятилетия, фундируемыми рядом объективных факторов: единый всемирный рынок, информационная открытость, новые информационные технологии, усиление культурного единства между людьми и народами.

Осмысление правовой государственности в эпоху глобализации предполагают учитывать характерные тенденции социальной динамики. Если классические представления о правовой государственности формируются в эпоху становления рынка и складывания системы либерализма, особенности оценки «пространства» институализации правового государства в условиях глобализации сводятся к следующему:

– Конец двуполярного мира и упрочение мир-системного униполя – монополии (глобального доминирования) сверхдержавы. Выход на арену региональных держав, оказывающих заметное влияние на систему балансов сил и интересов. Периферию глобального сообщества образуют так называемые государства-клиенты сильных мира сего, и прежде всего США, развивающиеся и слаборазвитые государства, зависимые территории.

С одной стороны, глобализация приводит к всеобъемлющему, всемирному связыванию структур, институтов, культур; с другой стороны - последствие складывания мирового пространства – рост неравенства. В результате у «периферийных» акторов (слаборазвитые государства и регионы) снижаются возможности ликвидации разрыва между ними и акторами, образующими «центр» мир-системы.

Глобализация не столько формирует некий единый мир, сколько скрывает нарастающую фрагментацию цивилизации, является, по мысли З.Баумана, «продуктом индивидуализированного общества». А.Гидденс предлагает оценивать глобализационный процесс как продукт двух взаимопроникающих тенденций: глобализации – детрадиционализации социальной жизни. Мнению, что глобализация создает черты нового «сетевого мира», где государства и нации образуют взаимозависимое целое, противопоставляет тезис о глобализирующемся мире как жестко управляемом из единого центра. Глобализация есть не что иное, как «тоталитарное проникновение логики глобальных финансовых рынков во все аспекты жизни».

Автор отмечает: возрастание интереса к «обсуждению идентичности» может больше сказать о нынешнем состоянии человеческого общества, чем известные концептуальные и аналитические результаты его осмысления. Несоответствие критериев самотождественности и самоидентификации новому порядку вещей, распад представлений о том, чем выступают люди и страны, и есть кризис идентичности. Вопреки часто высказываемому мнению активно идущий процесс глобализации не снимает проблемы идентичности, обостряет ее.

Идентичность и мультикультурализм предстают естественной самотождественностью (в первом) и разнообразием (во втором), равно как политика поддержания этих начал.

– Взаимосвязь и взаимозависимость субъектов глобального сообщества, возникновение региональных центров силы и интеграционных союзов, объединенных геополитическими, геоэкономическими интересами.

– Глобальная политика характеризуется особым организационным порядком. Мировой порядок предстает многоуровневым образованием разнообразных политических субъектов, имеющих общие или противоположные интересы, потребности, цели, обладающих неодинаковым потенциалом, использующим разные и зачастую неожиданные средства.

– В глобальной экономике и политике самостоятельную и влиятельную роль играют современные ТНК.

Данный «фон» социальной динамики определяет особенности функционирования правового государства. Динамика содержания ценностных норм правового государства в условиях глобализации сопровождается тенденциями:

– Дилемма роста или сворачивания демократических ценностей. Глобализация предполагает распространение демократических принципов и институтов по всему миру.

– Противоречие между универсальными (западными) и локальными ценностями. Глобализация есть универсализация и вестернизация культуры, соответственно, как космополитизация и унификация стилей жизни, форм поведения.

– Трансформации властных отношений в современном глобальном сообществе связана с изменением критериев власти и силы. По мере возникновения задач и поведения государств на международной арене происходит уменьшение роли их военной силы. «Рower shift» означает перераспределение силы во взаимодействии международных акторов: перемещение соперничества между ними из военной сферы в сферы экономики, финансов, культурной привлекательности, влияния и авторитета в международных институтах, в том числе неправительственных организациях.

– Формирование транснациональных организаций и корпораций. Эффективность глобального правительства определяется деятельностью международных организаций – ООН, ВТО, МВФ, МБ, ЮНЕСКО и т.д. Так воплощаются шансы «кооперативного развития» государств планеты.

– В рамках нового мирового экономического порядка складываются международно-правовые, хозяйственные основы, подрывающие роль национальных государств перед лицом транснациональных капиталов и мировых экономических элит.

Автор констатирует, - специфику глобализации составляет слабость традиционных социальных институтов. При прежнем мировом порядке роль государства сводилась к реализации монопольного права на определение норм и принципов действия на контролируемой им территории. Законодательная и исполнительная сила государства строилась на военном, экономическом, культурном единстве. В осуществлении внешней политики задача государства заключалась в сохранении полного и нерушимого суверенитета.

Форма господства основана не на исполнении приказов, а на возможности с большей выгодой вкладывать средства. Новая власть концернов не опирается на насилие как Ultima Ratio для навязывания своей воли другим, и поэтому намного более подвижна, поскольку не зависит от места будучи применима в глобальном масштабе. Потенциал давления, которым обладает форма господства, совершенствует логику экономических действий и экономической власти.

Глобализация, с одной стороны, нацелена на унификацию стандартов в самых различных сферах – политической, правовой, финансово-экономической, технологической, культурной; с другой стороны, предполагает дифференциацию институтов социальной жизни, что свидетельствует об усложнении внутренней структуры единого мирового порядка.

Конфликт между глобальными интеграционными процессами и социокультурной разнородностью мира выражает основное противоречие глобализации. Отрицательные эффекты подобного процесса прежде всего касаются развивающихся обществ. Обостряется необходимость согласования демократического принципа большинства и международно-правового принципа соблюдения договоренностей. Растущая взаимозависимость государств подрывает организацию демократической общественной жизни. Разрушение единого пространства социальной и культурной идентичности задается членами коммуникативного сообщества.

Трансформации политического суверенитета влияют на механизмы легитимации политической власти. По отношению к национальности и гражданству формируются новые типы идентификации. Демократическая легитимность основывается на принципе большинства, который реализуется внутри политического сообщества.

Социальное пространство превращается в противоборство интересов за влияние на коллективное и индивидуальное сознание путем рассредоточения каналов и субъектов воздействия. Как указывал Кастельс, «те силы, которые являются выразителями устремленной в будущее самобытности, направленной на изменение культурных кодексов и кодов, неизбежно должны выступать в качестве носителей символов».

В эволюции правовой государственности в глобальном контексте остаются открытыми вопросы «эффективности» конституционализма и парламентаризма в ряде регионов планеты, наличия объективно отягчающих обстоятельств механизма правового государства.

В идеале глобализация нацелена на унификацию правовых стандартов, ослабляет национально-культурную идентичность субъектов общественной жизни. Унификация производства, потребления, культурных стандартов содействует унификации правовых и моральных регламентов жизнедеятельности.

В конце главы автор итожит: глобализация – закономерный процесс мирового развития, имеющий как позитивные, так и негативные особенности проявления. Необходимость глобализации определяется не только усилением взаимозависимости и коммуникационной, технологической, экономической опосредованности во взаимодействии субъектов мирового сообщества, – глобализация отражает важность выработки на современном этапе универсальных кодов – тех ценностей, которые обеспечивают полноценное развитие субъектов социального процесса, создают предпосылки устойчивого развития. Приоритеты оформления правовой государственности на современном этапе предполагают учет всех тех противоречий, конфликтов, которые определяют функционирование глобального сообщества.

Во второй главе – «Права человека в глобальном сообществе» – подчеркиваются общие признаки развития правовых государств: 1) наличие развитого гражданского общества; 2) ограничение сферы деятельности правового государства охраной прав и свобод личности, общественного порядка, создание благоприятных правовых условий для хозяйственной деятельности; 3) правовое равенство граждан, приоритет прав человека над законами государства; 4) всеобщность права, его распространение на всех граждан, организации, учреждения, в том числе органы государственной власти; 5) суверенитет народа, конституционно-правовая регламентация государственного суверенитета; 6) разделение законодательной, исполнительной и судебной властей, что не исключает единства их действий на основе процедур, предусмотренных конституцией, а также определенного верховенства законодательной власти, не нарушающие конституцию решения которой обязательны для всех; 7) приоритет в государственном регулировании гражданских отношений запрета над дозволением.

Утверждение правового государства стало важным этапом в расширении свободы индивида и общества. Конструктивным ответом на несовершенство правового государства в его классическом либеральном варианте, а также неудавшуюся попытку административного социализма создать для каждого материальную свободу, установить в обществе социальную справедливость, равенство явились теория и практика социального государства или государства всеобщего благоденствия.

Ослабление политико-правовых принципов в результате глобализации приводит к кризису норм социального государства. Социальное государство и социальная рыночная экономика выступают специфическими формами институализации государственной организации.

Осмысление возможностей применения модели гражданского общества в глобальном порядке по-новому ставит вопрос переоценки параметров правовой государственности.

К концу ХХ в. появляется двойственная трактовка права. Право по-прежнему рассматривается как юридическая норма, закрепляющая сложившиеся социальные и экономические отношения (властные, хозяйственные и т.д.), выступает способом «конституирования» социальной жизни. (Право указывает, в каких объемах может быть профинансировано производство какого-либо продукта, что потом закрепляется законодательно.)

Способность права выступать в роли конституирующей системы заметна во второй половине ХХ в. Именно тогда происходит обсуждение вопросов социально ориентированной государственной политики. В такой ситуации право не только порождает новую социальную реальность, но и способствует появлению социальной напряженности.

Понимание права в современном социальном взаимодействии предполагает расширение его функционального пространства. Анализируя динамику права в Соединенных Штатах, Л.Фридмэн оправдывает всеобъемлющую роль права и дальнейшее расширение юридического процесса внедрением в жизнь научно-технических достижений, увеличением мобильности людей, ростом личных свобод и особенно сферы неперсонифицированной общественной жизни, а также необходимостью контроля всепроникающей деятельности правительства.

Право в социальном развитии поддерживается:

1. Усложнением общественных отношений, что диктует потребность в таких инструментах, как государство и право.

2. Глобализацией ряда проблем (экономического, политического, экологического, технологического порядка), требующей в своем разрешении усиления роли права и государства.

3. Ростом социальных конфликтов, предполагающих государственно-правовой инструментарий их преодоления.

4. Возросшим стремлением людей к свободе, которая только и возможна в рамках права.

Несмотря на универсальность сущностной природы права (европейского происхождения) осмысление природы права в глобальном масштабе предполагает корректировку западной концепции прав человека. Это связано как с универсализацией западных ценностей, так и с ассимиляцией западной культурой восточных ценностей. В странах Запада растет количество мусульманского, неевропейского населения, которое громче требует развития собственной культуры, поддержки национальных традиций, использование опыта полиэтнических государств.

Необходимость корректировки западной системы права диктуется также обнаружением в ней серьезных недостатков, свидетельствующих о невозможности дать адекватный ответ на запросы времени.

Изменившаяся на рубеже ХХ-ХХI вв. политическая ситуация в Европе привела к пониманию, что плюралистическая парламентская демократия не есть нечто завершенное или реализованное. В Совете Европы утверждается мнение о новой демократической традиции на низовом уровне. После демократических революций 90-х гг. большинство государств Центральной и Восточной Европы, СНГ выразило стремление стать полноправными членами Совета Европы. Национальные институты и законодательство стран приводятся в соответствие с европейскими нормами, отраженными в правовых актах Совета Европы.

Глобализация модернизационного процесса означает универсализацию тех человеческих ценностей, которые детерминируют социальную трансформацию общества. Универсальный, общечеловеческий смысл приобретают те политические ценности, которые определяют демократизацию, либерализацию общества; ценности свободы, равенства, справедливости, гражданской активности, толерантности и, конечно, прав человека.

В идеале ресурсы (экономические, политические, социальные) человеческого развития должны оцениваться глобально. В силу формирования планетарного социального пространства экономические и социальные цели все больше получают общечеловеческое политическое значение.

Сторонники теории прав человека настаивают на наличии универсальных принципов и норм, применимых к любому обществу. Важнейшим каноном прав человека выступает универсальность. История принятия международных документов по правам человека показывает: несмотря на их в целом общедемократический характер, они содержат разнокачественные по своему политическому и социально-экономическому содержанию формулировки. Поэтому если и можно говорить об общечеловеческом выражении в документах прав и свобод граждан, необходимо иметь в виду, что провозглашенные в них права и свободы в каждой стране реализуются своеобразно.

Сторонники культурного релятивизма считают, что исторические традиции, психология и культура разных государств не могут не повлиять на понимание прав человека, политику и практику в данной сфере. Государственные деятели ряда восточных стран делают вывод: нельзя требовать, чтобы все страны подчинились им. Они определяют категорию «права человека» как явление, значимое лишь для западных цивилизаций и не соответствующее национальной культуре и традициям восточных стран. Исламская Республика Иран выдвигает тезис, что Всеобщая Декларация прав человека, представляющая иудейско-христианские традиционные взгляды, не приемлема для мусульман. Идее универсальности прав человека противостоят традиционные нравственные образцы с их этнической и национальной спецификой, и национальные особенности конкретной страны играют ведущую роль в обеспечении прав и свобод граждан.

Автором акцентируется, - права человека имеют всеобщее значение, поскольку универсальна человеческая личность; проблемы прав человека разрешимы на базе идеи единства человечества, универсальность предполагает учет национального и культурного многообразия.

Признание традиционных ценностей в качестве оптимальной основы социального воспроизводства уместно, поскольку:

– экономическая отсталость, политическая незрелость, отсутствие гражданского общества соприкасаются в незападных регионах с формами жизни, которые утрачены Западом и к которым он начинает стремиться (например, меньшая степень отчуждения);

– принцип индивидуализма, столь характерный для западной культуры и в прошлом давший много для ее развития, вытесняет значение общности людей. Традиционное общество лишено подобного изъяна.

Сегодня и перед Востоком, и перед Западом в сфере культуры стоит единая задача – выработать новую культурную парадигму индивидуальности и рациональности.    Постсовременное общество требует новых социальных технологий, объединяющих принципы организации.

Правовой и социальный этапы не завершают развитие конституционного государства. Некоторые считают, что современные демократические государства вступают в новую, экологическую стадию. На первый план выдвигаются проблемы обеспечения экологической безопасности и экологических (экзистенциальных) прав личности. В новых условиях государство совместно с гражданским обществом призваны предотвращать социальные катастрофы, налаживать сбалансированный образ жизни.

В итоге необходим пересмотр доктрины прав человека. Современная трактовка прав человека требует внимания к вопросам свободы и равенства, индивидуализма и солидарности, гражданина и власти.

Автор подчеркивает: необходимо построение «некого глобального общества» с эффективными правовыми и политическими надстройками, способными обеспечить соблюдение прав человека, демократических принципов как на национальном, региональном, так и глобальном уровнях. Содержательная канва идеологии прав человека должна во все большей мере учитывать особенности и существенные тенденции глобальной динамики мирового сообщества. Трансформация региональной конституционной демократии во всемирно-исторический процесс с разнообразием типов и форм связана с согласованием западных демократических образцов с политическими режимами незападных стран.

В идеале многополюсный мир с группой региональных лидеров представляет значительные пространства для свободных дискурсов и согласования действий. «Полицентричная» глобализация предполагает реальный плюрализм, равноправие исторических государственных, религиозных, национальных, культурных, цивилизационных форм развития как отдельных стран, так и их международных объединений.

В третьей главе – «Динамика правовой государственности» – отмечается: при оценке правовой государственности в глобальном контексте необходимо учитывать современные тенденции социального развития. Упрочение постиндустриальной культуры взыскует оформление постэкономических ценностей, расширяющих права человека. Отдельный народ нельзя теперь оценивать как «географического индивида». Он выступает агентом цивилизационного целого, стимулирующего его способность к амелиорации богатства и блага.

Современную форму социального взаимодействия в мировом масштабе определяет транснационализация субъектов политики, экономики, культуры. Традиционная единица международных отношений – государство-нация – заменяется экстерриториальными комплексами гражданской идентичности. Возрастает роль интернациональных, региональных образований. В политике таковыми являются ООН, НАТО, ЕС, Шанхайский форум и т.д.; в экономике – ТНК, ТФНГ (транснациональные финансово-промышленные группы), ПКА (производственно-коммерческие агломерации), ТСА (транснациональные стратегические альянсы), АТЭС, ЕВРАЗЭС – их наличие исключает возможность свободного рынка; в торговле – ГАП, ВТО, НАФТА, MERCOSUR и т.д.; в финансах – ВБ, МБРР, МВФ и т.д.; в праве Гаагский трибунал, Страсбургский суд; в межправительственном и неправительственном взаимодействии – ВФ АСООН, ВФДМ, ВВФ, ВФНР, ВСУ, ВФНГ, ВФН, ВПС и т.д.

Происходит формирование корпоративных альянсов, выступающих главными элементами институциально-правового каркаса общества. Новый уклад жизни базируется на коалиционности, предполагающей определенные стандарты, технологии, образы существования. Деятельность по налаживанию производства, разделению труда строится на началах согласованности, соотнесенности, совместности реакций, акций.

Неизбежным следствием данных процессов является качественный фазовый переход от организации «физических», «национальных» лиц, диффузных агентов капитала, инициативы, собственности к солидарно действующим системным объединениям, функционирующим на началах корреальных обязательств, полномочий, функций. В основе архитектоники мирового порядка – начала трансграничности, транснациональности, трансферальности.

Глобальные тенденции в развитии социальности – вовлечению к своим мегатрендам:

– деэтатизация нации-государства. Дерегулирование экономики, свобода иностранного инвестирования, обеспечение прав собственности (части Вашингтонского консенсуса 1992г.), оформление многонациональных промышленно-торговых, инвестиционных, коммуникационных кооперативных сетей предопределяют свертывание жесткого госконтроля хозяйства, приватизацию предприятий, либерализацию цен, сокращение социальных программ, патронажной политики. Деятельность государства сводится к социальному реформированию, индикативному планированию, поддержанию внутреннего порядка, созданию инновационного климата в макросреде, развитию инфраструктуры, реализации общенациональных проектов гуманитарного роста;

– концентрация воспроизводственного, научно-технического потенциала в промышленно развитых странах (преимущественно державы J-7). Приведем цифры: 500 из 53000 ТНК контролируют до 50% мирового промышленного производства. 63% внешней торговли, 80% патентов, лицензий на авангардные технологии. 5 супер-ТНК контролируют до 50% мирового выпуска товаров длительного пользования. В 1993г. в 10 продвинутых странах сосредоточено 84% мировых НИОКР. В 2000г. в державах J-8 (совместно с Китаем, Индией) проживало 88% пользователей Интернет. 90% сайтов в мировой сети – американские. При подобной концентрации научно-технических возможностей в развитых странах будет происходить традиционное отставание от них развивающихся стран. Данный процесс имеет фатальное измерение;

– диспропорции развития. Отсталость является глобальной проблемой, характеризующая разрыв между развитыми и развивающимися странами. Современные данные не утешительны: 3,3 млрд. не доедают, 1,2 млрд. не могут позволить пользоваться медицинскими, образовательными услугами. 10% населения потребляет 90% природных богатств. 20% контролируют 70% глобальной торговли товарами и услугами. Из 80% мирового экспорта доля 5 беднейших стран составляет только 1%. США, представляя 4% населения мира, используют 40% мировых потребительских ресурсов, создают 25% выбросов углеводорода. Уровень неграмотности взрослого населения в Южной Азии составляет 51%, в Африке 43%, на Ближнем Востоке, Магрибе – 39%.

– диспаритет доходов. Данные в разрыве между развитыми и развивающимися странами убедительны: в 1960г. он составлял 30:1, в 1990 – 60:1, 1997 – 74:1. У 20% населения первых сосредоточено 86% мирового валового продукта; 20% населения вторых – 1%. Разрыв показателей годового дохода жителей развитых и развивающихся стран возрос с 5700 дол. (в 1960г.) до 15400 дол. (в 1993г.). Производство ВНП на единицу населения в Южной Азии составляет 350 дол., Африке – 490 дол., США – 27000 дол., Германии – 27500 дол., Японии – 39600дол., Швейцарии – 40600 дол. Тенденция заключается в надвигании богатых на бедных, получает название «нового империализма» (Малиновский).

Если государственное пространство увеличивается ростом национального влияния, то глобальное – сетевого влияния. Новая морфология социальной реальности имеет полевой тип: есть наднациональные центры силы, обусловливающие перенесение взаимодействия, задающие субъектам коллективной жизни степени свободы. Свободная интеграция подменяется глобализацией, предстающей пирамидой с корыстным ядром влияния.

Трансграничность – заключается в стандартизации жизни от промышленности до культуры. Образцы взаимодействия вытравливают уникальное, нетрафаретное, оригинальное. Глобализация сопровождается ростом опасности нарушения привычного образа жизни, усилением неопределенности финансового положения людей.

Транснациональность – универсальность социального бытия заключается в смене национальной формы организации жизни сверхнациональной. Национально-государственная форма, имеющая прерогативу на силовую и правовую инициативу, ориентируется на проведение народоориентированной политики. Сверхнациональный тип социальной общности исключает приоритетность отстаивания национальных интересов. Политику протекционизма, несмотря на сильные отсеки национальной экономики, возможно посредством подключения сверхсильных образцов.

Трансферальность – заключается в подрыве культурно-ценностного разнообразия, подмене «многообразия ситуаций» космополитичными «структурами». Запад обладает монополией на информационные потоки, в следствии чего унификация предстает как вестернизация.

Автор обращается к вопросу перспектив статуса национального государства и его потенциальной роли:

– роль государства-нации будет возрастать по мере приближения человечества к стадии дефицитного развития;

– западная модель всеобщего благосостояния расценивается мировым сообществом как следствие несправедливого асимметричного мироустройства; оппозицию атлантизму (вестерну) составляет широкая международная коалиция, использующая давления от терроризма, фундаментализма, национализма (Палестина, Ливан), ядерного шантажа (Северная Корея, Иран);

– развитым странам все труднее противостоять натиску бедности развивающихся стран. Проблема усугубляется неконтролируемым ростом населения в отсталых державах, заметным проявлением реванша колоний над метрополиями. Растет социально-расовая поляризация населения. Купирование негативных тенденций возможно посредством нации-государства, предотвращающей консолидацию вокруг религиозных, этнических, языковых, гендерных групп.

Налицо феномен интеграции развитых стран. Ему могла бы быть противопоставлена платформа самоподдерживаемого (устойчивого) развития, которая в настоящее время она не имеет ни эвристической, ни институциальной формы воплощения. Прогресс возможно оценивать только при его ориентации на сохранение среды обитания, тогда как сегодня баланс интересов не имеет ни концептуального, ни организационного выражения.

Автор заключает: суть глобализации – в формировании геоэкономического, геополитического, гуманитарного, гражданского, культурного, информационного порядков, в основе которых – единение продуктивных возможностей человечества. Суть глобализации сводится к интернационализации – упрочении интенсивного транс- и кросснационального взаимодействия, общения, коммуникации, интеракции. Глобализация формируется на началах либерализации, демократизации, экстерриторизации.

Подведение под гуманистичные «права человека» политического требования на «гуманитарное вмешательство» позволяет силовым способом кроить мир по соответствующим лекалам (под видом защиты албанцев вытеснили косовских сербов, подвели к сецессии, дезагрегации государства, провели геостратегические, геоэкономические интересы Запада – установили контроль над кратчайшим путем из Европы в Восточное Средиземноморье, к Суэцу, Персидскому заливу).

Осмысление дальней перспективы приводит к выделению той же тенденции – курс на мировое лидерство, форсированное извлечение выгод из однополюсного мира. Надежды на широкое сплочение человечества вследствие глобализации не оправдались. Глобализация становится инструментом массового разобщения.

Антиглобалистские тенденции получают новые импульсы от фронтального наступления Запада на человечество, позволяющего ему преследовать, защищать преимущественно свои национальные интересы. Запад от имени «прогрессивного» (или сильного) «мирового духа» пренебрегает социальными единицами в силу их антиисторичности.

Шансы развивающихся стран уменьшаются за счет утраты самодостаточности, впадением в зависимость от развитых стран. Данная зависимость становится фактом глубокого недовольства.

В глобализации проявляются две неравноценные тенденции:

– единение мира – упрочение универсальных технологий организации жизни на основе воспроизводственных оптимумов;

– разъединение мира – выстраивание униполярной инициативной конфигурации, перераспределении мощи и влияния в сторону атлантизма.

Эффективизация роли нации, государства обусловливается в настоящей ситуации как обострением «поведения» этнических нелегалов, так и активизацией движения новых правил, неонацистов, расистов, возникающих как ответ на вызов маргинальной локализации (движения Германии, Франции, Австрии).

Компенсировать неорганичность, маргинальность, химеричность социальности можно только за счет возрастания роли нации-государства, могущей предложить социальные технологии по урегулированию конфликтности.

Наиболее продуктивной социальной технологией, купирующей нестабильность социального развития является усиление нации-государства, деятельность которого должна быть направлена на устранение консолидации религиозных, этнических, языковых, гендерных групп. Глобализация должна быть естественным процессом отбора цивилизацией тех идей, принципов, ценностных установок, которые менее конфликтогенны, не усиливают риск и помогают решению общепланетарных проблем.

Эффективность международного сотрудничества определяется приоритетами национального уровня. Если мир будет представлен множеством суверенных сильных государств, он ближе подойдет к идеалу свободной соревновательности и партнерства. Глобализация в данном ракурсе нами понимается как утверждение гуманитарных ценностей социального взаимодействия.

В условиях глобализирующегося социального пространства идеология правовой государственности остается одним из мощных механизмов, способствующих сохранению цивильного потенциала правовой, политической, гражданской организации сообщества, выступает потенциальным ресурсом налаживания жизни общества согласно соответствующим ценностным приоритетам. В условиях объективных противоречий складывания современного глобального общества правовое государство выступает гарантией сохранения цивильных ценностей социального воспроизводства.

В «Заключении» подводятся итоги исследования, намечаются перспективы обсуждения поставленных проблем.

Основные положения диссертации отражены в публикациях автора:

1. Бессонов В.О. Оформление правовой государственности в условиях глобализации //Самарский научный центр Российской академии наук «Известия Самарского научного центра Российской академии наук», Спец. выпуск «Новые гуманитарные исследования» 2006г.- 0,6 п.л.

2. Бессонов В.О. Базис политической идеологии «борьбы» за независимость Габона. // «Философия, Наука, Культура». М.: МГУ им. М.В Ломоносова, 2005г., Вып.1 – 0,35 п.л.

3. Бессонов В.О. Выборная система стран экваториальной Африки – габонская действительность. // «Философия, Наука, Культура». М.: МГУ им. М.В Ломоносова, 2005г., Вып.3 – 0,35 п.л.

4. Бессонов В.О. Специфика габонского национализма. // «Философия, Наука, Культура». М.: МГУ им. М.В Ломоносова, 2006г., Вып.3 – 0,4 п.л.

5. Бессонов В.О. Авторитаризм и демократия. // «Философия, Наука, Культура». М.: МГУ им. М.В Ломоносова, 2006г., Вып.5 – 0,5 п.л.

6. Бессонов В.О. Авторитарно-тоталитарная модель африканской политической культуры. // « Философия, Наука, Культура». М.: МГУ им. М.В Ломоносова, 2006г., Вып.8 – 0,4 п.л.



 





<
 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.