WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Дифференциация уголовной ответственности за посягательства на здоровье человека

На правах рукописи


Смирнов Роман Юрьевич


Дифференциация уголовной ответственности

за посягательства на здоровье человека



Специальность 12.00.08 — Уголовное право

и криминология; уголовно-исполнительное право




Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Москва — 2013

Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российская правовая академия Министерства юстиции Российской Фе-дерации».

Научный руководитель: доктор юридических наук, профессор

Кругликов Лев Леонидович

Официальные оппоненты: Сундуров Федор Романович,

доктор юридических наук, профессор,

ФГАУ ВПО «Казанский (Приволжский)

федеральный университет»,

профессор кафедры уголовного права

Филиппов Павел Александрович,

кандидат юридических наук,

ФГБОУ ВПО «Московский государственный университет имени М.В. Ломо-носова», доцент кафедры уголовного права и криминологии

Ведущая организация: ФГБОУ ВПО «Ивановский государ-

ственный университет»

Защита состоится «24» декабря 2013 года в 1400 часов на заседании диссертационного совета Д 229.001.01, созданного на базе ФГБОУ ВПО «Российская правовая академия Министерства юстиции Российской Федерации», по адресу: 117638, г. Москва, ул. Азовская, д. 2, корп. 1, зал заседаний диссертационного совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ ВПО «Российская правовая академия Министерства юстиции Российской Федерации».

Автореферат разослан « » ноября 2013 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент

Ю.Л. Смирникова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования предопределяется спецификой такого распространенного и весьма уязвимого объекта преступных посягательств, как здоровье человека. Во-первых, здоровье является характеристикой жизни и вместе с ней составляет биологическую основу личности, охране которой придается приоритетное значение. Во-вторых, данный объект представляет определенную сложность в плане построения надежной системы его уголовно-правовой защиты, так как само понятие «здоровье человека» имеет неоднозначную трактовку, внешнее воздействие может приводить к весьма разнообразным и разноаспектным его изменениям, которым подчас затруднительно дать адекватную правовую оценку. Вместе с тем современные общественные отношения являются источником динамично изменяющегося спектра угроз для здоровья человека, что обусловливает соответствующие требования к мерам защиты данного объекта. Ведущую роль среди них играют меры уголовно-правового характера.

С момента вступления в силу действующего УК группа норм, специально нацеленных на охрану здоровья человека, претерпела определенные изменения. Последние касались в основном регламентации признаков квалифицированных видов соответствующих преступлений,
а также санкций за их совершение. Все эти изменения вызывают несомненный интерес с точки зрения дифференциации ответственности. Кроме того, в 2007–2008 гг. вышли в свет новые подзаконные нормативные акты, регламентирующие правила и медицинские критерии определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека (постановление Правительства РФ от 17.08.2007 № 522 «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»
и приказ Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (далее — Медицинские критерии)). Некоторые их положения изменили существовавшие подходы к судебно-медицинской оценке тяжести последствий посягательств на здоровье, что повлияло на правовую квалификацию последних. Представляется, что отдельные нововведения в этой сфере ориентируют суды на назначение наказания, которое не соответствует принципу справедливости.

Проанализированные статистические данные свидетельствуют
о том, что в последние годы наблюдается заметный рост числа лиц, привлекаемых к уголовной ответственности за причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, поставление в опасность и заражение ВИЧ-инфекцией, оставление в опасности. Причем этот рост в большей степени касается совершения квалифицированных видов указанных преступлений. Данная отрицательная динамика в сочетании со снижением числа лиц, осуждаемых за иные посягательства на здоровье, свидетельствует о недостаточности предпринимаемых законодателем мер по оптимизации дифференциации ответственности за рассматриваемую группу преступлений.

Следует отметить также, что умышленное причинение тяжкого вреда здоровью является одним из тех четырех деяний (наряду с убийством и отдельными видами хищений), за совершение которых чаще всего назначается самый строгий вид наказания — лишение свободы.



Степень научной разработанности темы исследования. Исследованием преступлений, направленных против здоровья человека, в разное время занимались многие отечественные ученые, в их числе Р.А. Адельханян, М.К. Аниянц, Е.В. Благов, С.В. Бородин, Л.Д. Гаух-ман, П.А. Дубовец, Н.И. Загородников, А.Н. Красиков, Л.Л. Кругли-ков, А.С. Никифоров, А.А. Пионтковский, Э.Ф. Побегайло, С.В. Расто-ропов, В.И. Ткаченко, Д.С. Читлов, М.Д. Шаргородский и др. Труды данных авторов посвящены в основном проблемам пенализации, квалификации и криминологическим аспектам преступлений против здоровья. Частично в них затрагиваются некоторые вопросы построения диспозиций и санкций отдельных норм соответствующей группы.

Изучению дифференциации уголовной ответственности свои работы посвятили: А.В. Васильевский, П.В. Коробов, Л.Л. Кругликов,
Т.А. Лесниевски-Костарева, Ю.Б. Мельникова, А.П. Чугаев и др. Среди них следует отметить диссертационную работу М.Н. Каплина, которая специально направлена на изучение проблем дифференциации уголовной ответственности за преступления против жизни и здоровья. Однако предметом данного исследования охватывается большой спектр норм, нацеленных на охрану родового объекта гл. 16 УК, а поэтому
в работе не в полной мере учитывается специфика преступлений против здоровья, а также не охватываются все (в том числе и появившиеся
с момента ее завершения в 2002 г.) проблемы дифференциации ответственности за их совершение.

Объектом диссертационного исследования выступают общественные отношения в сфере уголовной ответственности за посягательства на здоровье человека, которые охватываются нормами гл. 16 УК.

Предметом исследования является группа уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за посягательства на здоровья человека; нормативно-правовые акты, регламентирующие порядок, правила и критерии определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека; результаты проведенного анкетирования; статистические данные; материалы судебно-следственной практики по делам о преступных посягательств на здоровья человека; юридическая и иная научная литература, имеющая отношения к рассматриваемым проблемам.

Целью настоящего исследования является научная оценка норм
о посягательствах на здоровье человека с точки зрения оптимальности дифференциации уголовной ответственности, а также разработка предло-жений по устранению выявленных недостатков. Для ее достижения постав-лены следующие задачи:

- определить групповой объект деяний, закрепленных в ст. 111–125 УК;

- обозначить сущность, основания и средства дифференциации уголовной ответственности;

- выявить основные направления градации ответственности за преступные посягательства на здоровье человека;

- раскрыть сущность различных видов и последствий негатив-ного воздействия на здоровье, имеющих дифференцирующее ответст-венность значение;

- проанализировать использование средств дифференциации
в сфере регламентации ответственности за посягательства на здоровье человека;

- изучить судебно-медицинскую и правоприменительную практику,
а также мнение практических работников по некоторым проблемным вопросам уголовной ответственности за посягательства на здоровье человека;

- сформулировать выводы и предложения по совершенствованию уголовного законодательства.

Методологической основой исследования послужил общенаучный диалектический метод познания. В работе использовались также частнонаучные методы: историко-правовой, сравнительно-правовой, формально-логический, системно-структурный, структурно-функциональный, лингвистический, статистический, ряд конкретно-социологических методов (исследование документов, анкетирование) и другие.

Теоретической основой исследования выступили труды названных выше ученых в области уголовного права, касающиеся вопросов ответственности за преступления против здоровья человека. Концептуальную основу составили также работы Ю.А. Демидова,
В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова, С.И. Никулина, В.Д. Филимонова, Б.В. Яцеленко и др. Использованы также труды ученых в области судебной медицины и материалы периодической печати.

Правовую основу исследования составили Конституция, международно-правовые документы, нормы действующего и ранее действовавшего российского и зарубежного уголовного законодательства, регламентирующие ответственность за преступления против здоровья человека, а также иные законы и подзаконные нормативные акты, относящиеся к теме исследования.

Эмпирической основой исследования стали:

- опубликованная судебная практика в виде разъяснений Пленума Верховного Суда СССР и Российской Федерации, а также его решений по конкретным делам;

- материалы 150 уголовных дел, возбужденных в Ярославской области, по обвинению в причинении вреда здоровью и побоях;

- данные судебной статистики Судебного департамента при Верховном Суде РФ за период с 2008 по 2012 гг.;

- данные, полученные в результате анализа и обобщения 100 анкет работников правоохранительных органов (дознавателей, следователей, судей), практикующих судебно-медицинских экспертов, а также студентов-юристов старших курсов вузов.

При написании работы также использовался личный опыт профессиональной судебно-медицинской деятельности.

Научная новизна исследования заключается в том, что в науке отечественного уголовного права впервые осуществлена попытка комплексного исследования всей группы норм о преступлениях против здоровья человека с позиций оптимальности проведенной законодателем дифференциации уголовной ответственности. В работе высказана авторская позиция относительно понятий здоровья человека и вреда здоровью, обозначены основные направления дифференциации уголовной ответственности за посягательства на здоровье и проанализирован весь спектр средств их реализации.

Свое конкретное выражение научная новизна находит в положениях, выносимых на защиту:

1. Существующая ныне легальная дефиниция здоровья человека как состояния его (человека) благополучия при отсутствии заболеваний и расстройств функций органов (систем организма) не позволяет использовать соответствующий термин для обозначения реального объекта уголовно-правовой охраны, который может иметь различные качественные и количественные характеристики. В этой связи здоровьем предлагается считать психосоматическое состояние человека, характеризующееся определенным объемом возможностей адаптации к окружающей биосоциальной среде. Именно в таком понимании здоровье способно быть объектом, изменения которого можно подвергать градации, в том числе с целью дифференциации ответственности за соответствующую группу преступлений.

Используемое в действующем УК понятие «вред здоровью» охватывает различного характера последствия негативного воздействия на психосоматическое состояние человека. С этой позиции его трактовка в действующих Правилах определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, представляется не соответствующей закону. Под вредом здоровью предлагается понимать вызванное внешним воздействием изменение психосоматического состояния человека, характеризующееся уменьшением объема возможностей адаптации
к окружающей биосоциальной среде.





2. Жизнь и здоровье в своей сущности составляют единое целое, предполагают само биологическое существование человека и выступают в качестве родового объекта уголовно-правовой охраны. К нормам, специально нацеленным на защиту здоровья человека как группового объекта, следует относить и определенную совокупность статей гл. 16 УК с формальными составами, предусматривающими ответственность за создание непосредственной и реальной опасности для психосоматического состояния конкретного человека. Отсюда посягательствами на здоровье можно считать все виды преступлений, ответственность за которые регламентирована в ст. 111–125 УК.

3. В уголовном праве существует несколько уровней дифференциации ответственности, в том числе межотраслевой и внутриотраслевой (уголовно-правовой). Исходя из содержания норм гл. 16 УК в отраслевом делении ответственности за посягательства на здоровье человека имеется ряд основных направлений, которые обусловлены прежде всего наличием (отсутствием) обязательной связи признаков основного состава с реальным воздействием на психосоматическое состояние потерпевшего, а при наличии таковой — видом указанного воздействия, тяжестью причиненного расстройства здоровья, формой вины (умысел или неосторожность).

4. В действующих Медицинских критериях неоднозначно отражена сущность понятия «расстройство здоровья», используемого в уголовном законе (в диспозиции ч. 1 ст. 112 и 115 УК). В нашем представлении причиненное расстройство здоровья — это вид вреда, который характеризуется реальным снижением уровня биологической адаптации (ограничением жизнедеятельности) человека. В таком понимании расстройство здоровья целесообразно использовать в качестве обязательного признака вреда здоровью в рамках ст. 111, 112 и 115 УК. Биологическая дезадаптация имеет первостепенное (базовое) значение для градации тяжести причиненного вреда здоровью. Обусловленная биологической, социальная дезадаптация в этом плане играет вспомогательную роль и в ряде случаев корректирует тяжесть стойкого расстройства здоровья.

Выполняя функцию обстоятельства, которое с целью дифференциации ответственности отграничивает определенную совокупность преступлений, расстройство здоровья как последствие деяния должно иметь свои пределы. Верхним является такое психосоматическое состояние, которое максимально приближено к наступлению смерти (опасное для жизни). Нижний порог расстройства здоровья определяется самим возникновением ограничения жизнедеятельности человека и не нуждается в формальном закреплении, в частности с помощью временных показателей.

5. С целью оптимизации дифференциации уголовной ответственности предлагается изменить диспозиции ряда статей гл. 16 УК, а именно:

- ч. 1 ст. 116 изложить в редакции: «Нанесение удара или насильственное причинение физической боли, если это не повлекло последствий, указанных в статье 115 настоящего Кодекса…»;

- ч. 1 ст. 117 изложить в редакции: «Систематическое причинение физической боли или иное насилие, если это вызвало психические страдания потерпевшего, но не повлекло последствий, указанных
в статьях 111 и 112 настоящего Кодекса…»;

- в ч. 1 ст. 111 слова «причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни» заменить на «причинение расстройства здоровья, опасного для жизни».

6. С целью реализации принципа справедливости уголовного права предлагается уточнить отдельные признаки тяжкого вреда здоровью:

- опасность для жизни должна быть характеристикой реального психосоматического состояния человека, а не свойством повреждений, которые иногда (при определенных условиях) приводят к наступлению смерти;

- прерывание беременности следует признавать тяжким видом вреда здоровью только при гибели плода (утрате материнства);

- психическое расстройство как признак тяжкого вреда здоровью охватывает ныне все виды причиненной психической патологии. В действительности же его содержанием должны быть только те расстройства психики, которые имеют хроническое течение (т. е. являются стойкими)
и существенно ограничивают жизнедеятельность потерпевшего.

7. Общественная опасность заражения венерической инфекцией заметно снизилась относительно той, которая несколько десятков лет назад потребовала введения соответствующей нормы в уголовный закон. В этой связи предлагается декриминализировать данный вид поведения при отсутствии квалифицирующих обстоятельств, изложив
ч. 1 ст. 121 УК в редакции: «Заражение венерической болезнью, совершенное в отношении двух или более лиц либо в отношении несовершеннолетнего лицом, знавшим о наличии у него этой болезни...».

8. Из круга квалифицирующих обстоятельств можно выделить те, которые используются законодателем:

а) «по горизонтали» — для конструирования блоков (устойчивых связок, повторяющихся наборов) признаков в рамках, как правило, одной части статьи (например, «в отношении двух или более лиц», «лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга», «лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии», входящего в состав таких видов преступлений, как умышленное причинение тяжкого (п. «а», «б» ч. 2 и п. «б» ч. 3 ст. 111 УК) и средней тяжести (п. «а», «б» и «в» ч. 2 ст. 112 УК) вреда здоровью, истязание (п. «а», «б» и «г» ч. 2 ст. 117 УК));

б) «по вертикали» (в распределении по нескольким частям статьи) — для градации ответственности за определенные виды преступлений (например, «группой лиц по предварительному сговору», «организованной группой» — в п. «а» ч. 2 и 3 ст. 126 УК соответственно; «повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего», «повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего» — в п. «б» ч. 3 и п. «а» ч. 4 ст. 131 соответственно). В рамках анализируемой группы норм гл. 16 УК такие обстоятельства (отмеченные, в частности в п. «а» ч. 3 ст. 111, п. «г» ч. 2 ст. 112, п. «е» ч. 2 ст. 117, ч. 3 ст. 123, ч. 2
ст. 124) не подвергаются вертикальной градации. Законодатель небезосновательно полагает, что в отношении посягательств на здоровье различия квалифицирующего значения соответствующих обстоятельств не столь существенны, чтобы подвергать их «вертикальному» разделению с целью углубления дифференциации ответственности. Кроме того, в уголовном законе подобие такой градации усматривается в существовании линейки ст. 111, 112 и 115 УК со смежными составами признаков.

9. В рассматриваемой группе норм гл. 16 УК блоки квалифицирующих обстоятельств «по горизонтали» встречаются редко. В определенных случаях это обусловлено тем, что часть или отдельные составляющие блок признаки вступают в противоречие с определенными правилами отбора квалифицирующих обстоятельств и не заслуживают включения в конкретную статью Особенной части УК (например, «лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга» — в ч. 2 ст. 120). Однако в ряде случаев обоснованность подобных исключений представляется весьма сомнительной, что свидетельствует о несоблюдении законодателем блокового (системного) принципа при конструировании квалифицированных составов однородных преступлений. С целью устранения такого недостатка в дифференциации ответственности предлагается внесение соответствующих изменений в составы квалифицирующих признаков определенных видов посягательств на здоровье человека.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Результаты настоящего исследования могут быть использованы для дальней-шей теоретической разработки проблем дифференциации уголовной ответст-венности в целом и применительно к группе преступлений против здоровья
в частности. Кроме того, материалы исследования могут оказаться полезными в учебном процессе при преподавании соответствующих разделов курса Осо-бенной части уголовного права России и судебной медицины. Практическая значимость проведенного исследования состоит в том, что сформулиро-ванные в нем предложения могут быть учтены при совершенствовании уго-ловного законодательства в части регламентации ответственности за посяга-тельства на здоровье человека, а также положений подзаконных нормативных правовых актов, регламентирующих порядок и критерии определения тя-жести вреда, причиненного здоровью человека.

Апробация результатов исследования. Основные положения
и выводы диссертационного исследования нашли отражение в 20 авторских публикациях, в том числе в трех статьях в изданиях, рекомендованных ВАК Минобрнауки России для опубликования результатов диссертационного исследования.

Выводы и рекомендации, высказанные в работе, докладывались
и обсуждались на международных научно-практических конференциях: «Уголовная политика и уголовное законодательство: проблемы теории
и практики» (Санкт-Петербург, 27–28 мая 2008 г.), «Уголовно-правовая защита конституционных прав человека (к 15-летию Конституции России)» (Санкт-Петербург, 26–27 мая 2009 г.); на Межрегиональной научно-практической конференции с международным участием, посвященной 75-летию судебно-медицинской службы Кировской области «Актуальные вопросы судебно-медицинской теории и практики» (Киров,
27–28 мая 2010 г.); на Всероссийской научно-практической конференции «Актуальные вопросы судебно-медицинской экспертизы потерпевших, подозреваемых, обвиняемых и других лиц» (Рязань, 15–16 марта 2007 г.); на Межвузовской научно-практической конференции молодых ученых, аспирантов и студентов «Молодежь и общество: проблемы
и перспективы развития» (Ярославль, 27 апреля 2007 г.), трех международных научных конференциях молодых ученых и аспирантов, проводившихся на базе Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова (2010–2012 гг.), научно-методическом семинаре кафедры уголовного права и процесса Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова.

Материалы исследования используются в ходе учебного процесса при преподавании дисциплин «Судебная медицина»
и «Судебная психиатрия» на юридическом факультете Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова.

Структура диссертации определяется целями и задачами исследования и включает в себя введение, три главы, объединяющие восемь параграфов, заключение, библиографический список и приложения.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, ее новизна и научная разработанность. Определяются цели и задачи, объект и предметы исследования. Раскрывается методологическая, теоретическая и эмпирическая основы, теоретическая и практическая значимость работы, апробация результатов. Формулируются основные положения, выносимые на защиту.

Глава первая «Общие вопросы дифференциации уголовной ответственности за посягательства на здоровье человека» состоит из трех параграфов.

Первый параграф «Здоровье человека как объект уголовно-правовой охраны» начинается с обозначения предпочитаемого автором понимания объекта уголовно-правовой охраны как совокупности защищаемых соответствующими нормами общественных отношений, состоящих из участников, объектов (предметов) и их взаимосвязей. Далее обосновывается вывод о том, что жизнь и здоровье человека, формируя биологическую составляющую личности, представляют собой единое целое и являются показателями самого существования человека. Неприкосновенность здоровья подразумевает безопасность жизни, а сохранность жизни — наличие здоровья. Поэтому в сфере правовой защиты личности эти ее элементы представляют собой единый (родовой) объект. Диссертантом отмечается, что содержащиеся в гл. 16 УК нормы законодатель целенаправленно создавал для охраны жизни и здоровья каждого конкретного человека (индивидуума). Причем часть этих норм служат непосредственной защите указанного объекта, другие же — опосредованной, за счет обеспечения безопасности «охраняющих» отношений, для которых жизнь и здоровье человека являются объектом (предметом) (речь идет о так называемых составах создания опасности). Нарушение таких отношений, защищаемых нормами гл. 16 УК, всегда предполагает реальную опасность для конкретного индивидуума.

На специальную охрану здоровья человека (уже как группового объекта) рассчитана определенная совокупность (группа) норм указанной выше главы УК. Обосновывая свою позицию в отношении их круга, автор отмечает сложившуюся в ходе длительной эволюции уголовного права точку зрения законодателя в отношении перечня деяний, запрещая которые он создает основной рубеж охраны жизни и здоровья. Диссертант видит в этой охране несколько подсистем (слоев), основой которых выступает последовательность подвергающихся воздействию (в том числе разрушению) объектов: специально созданные для охраны жизни и здоровья человека общественные отношения «здоровье человека — жизнь человека». Таким образом, направленными на здоровье человека можно считать все виды преступлений, ответственность за которые регламентирована в ст. 111–125 УК.

Далее, анализируя достоинства и недостатки существующих в законе и литературе определений понятия «здоровье человека», автор приходит
к выводу, что таковым следует считать психосоматическое состояние чело-века, характеризующееся определенным объемом возможностей адаптации к окружающей биосоциальной среде. Предлагаемая трактовка здоровья позволяет диссертанту говорить о его наличии у живого организма, еще находящегося в утробе матери. Однако анатомическое соотношение и фи-зиологическая связь организмов матери и плода делает невозможной (и не-целесообразной) обособленную и непосредственную защиту нерожденного ребенка. Диссертант отмечает, что о здоровье как об относительно са-мостоятельном объекте уголовно-правовой охраны имеет смысл говорить не с момента его фактического возникновения, а с момента появления возможности оказать на него изолированное негативное воздействие. Установление четкой формальной связи появления новой жизни (и здо-ровья) с определенным моментом процесса родов может ослабить уголовно-правовую защиту биологического существования человека на этапе ее перехода из опосредованной в непосредственную.

Становление жизни и здоровья в качестве самостоятельных объектов уголовно-правовой охраны целесообразно связывать с появлением не просто живого, а жизнеспособного (способного ко внеутробному существованию) организма. Развивающиеся медицинские технологии могут влиять на порог жизнеспособности и сдвигать его, все более приближаясь к моменту зачатия.

Во втором параграфе «Сущность, средства и основания дифференциации уголовной ответственности в Особенной части УК РФ» анализируются основные подходы к понятию уголовной ответственности. Поскольку в работе речь идет о проблеме дифференциации ответственности, последнюю диссертант воспринимает с учетом необходимости ее последующего разделения. В этой связи содержанием уголовной ответственности (в отличие от наказания) представляется не определенный конкретно, но ограниченный законом потенциал уголовно-правовых мер.

Справедливым представляется диссертанту мнение о том, что основаниями дифференциации уголовной ответственности являются различия характера и типовой степени общественной опасности преступлений, а также типовых характеристик лиц, совершающих преступные деяния, влияние которых на ответственность определено в законе.

Средствами дифференциации являются те инструменты, которые позволяют законодателю ее разделять и определять в законе новые границы ответственности. Цель и рамки диссертационного исследования обусловили возможность концентрации внимания автора только на средствах, используемых в Особенной части отечественного УК. Исследование мнений ученых по этому поводу и анализ Особенной части уголовного закона показали обоснованность отнесения к таким средствам:

1) разграничительных признаков групп составов однородных преступлений;

2) разграничительных признаков, позволяющих выделять отдельные специальные и совокупности смежных составов преступлений одной группы;

3) разграничительных признаков, отделяющих друг от друга смежные составы преступлений одной группы;

4) квалифицирующих (привилегирующих) признаков преступлений;

5) содержания санкций статей Особенной части УК;

6) примечаний об освобождении от уголовной ответственности за совершение определенного вида преступлений.

В третьем параграфе «Основные направления дифференциации уголовной ответственности за посягательства на здоровье человека» диссертант отмечает, что в отраслевом делении ответственности за посягательства на здоровье имеется несколько основных направлений.

По первому из них разделение происходит в зависимости от наличия (отсутствия) обязательной связи (сопряженности) преступных деяний с фактическим негативным воздействием на психосоматическое состояние человека. В итоге образуются две подгруппы преступлений:

1) те, основные составы которых не предполагают такой связи (ст. 122, 123, 125 УК). Обязательным для них объектом, по сути, являются непосредственно охраняющие здоровье лица общественные отношения. Фактическое психосоматическое состояние человека для таких преступлений может быть дополнительным объектом, повышающим степень вредоносности деяния (например, причинение вреда здоровью — в ч. 3 ст. 123 УК);

2) те, признаки основных составов которых подразумевают негативное влияние на фактическое здоровье (ст. 111–121, 124 УК). Преступления, предусмотренные в ст. 119 и 120 УК, несмотря на формальность их составов, логичнее относить к последней из обозначенных выше подгрупп, поскольку их совершение, по сути, предполагает реальное деструктивное воздействие на психику (психическое состояние) человека в виде угроз.

Второе направление деления ответственности обусловлено различиями видов негативного воздействия на здоровье человека. Данная линия не касается совокупности деяний, которые не предполагают какого-либо обязательного влияния на фактическое состояние организма потерпевшего. В рамках другой подгруппы посягательств (ст. 111–121, 124 УК) такими видами воздействия являются:

- причинение вреда здоровью (расстройства здоровья) (в ст. 111–115, 118, 124);

- психическое воздействие в форме угроз (в ст. 119 и 120);

- побои (в ст. 116);

- истязание (в ст. 117);

- заражение инфекцией (в ст. 121).

Третье направление обусловливает разделение преступлений
и ответственности в зависимости от степени тяжести причиненного расстройства здоровья (вида вреда здоровью).

Существование четвертой линии дифференциации в рамках рассматриваемой группы норм гл. 16 УК обусловлено различиями форм вины (умысла и неосторожности) соответствующих преступлений. В сфере посягательств на здоровье с материальными составами признаков данное направление имеет почти всеобъемлющий, сквозной характер и в сочетании с двумя предыдущими делает возможным выход дифференциации на межотраслевой (уголовно-административный) уровень.

Глава вторая «Дифференциация уголовной ответственности при наличии признаков основных составов посягательств на здоровье человека» состоит из трех параграфов.

В начале первого параграфа «Вид негативного воздействия на здоровье как основание деления уголовной ответственности» диссертантом обосновывается необходимость четкого определения сущности таких используемых законодателем понятий, как «вред здоровью» и «расстройство здоровья».

Исходя из содержания закрепленных в законодательстве признаков вреда здоровью, а также предложенного в работе определения категории «здоровье человека», под вредом здоровью предлагается понимать вызванное внешним воздействием изменение психосоматического состояния человека, характеризующееся уменьшением объема возможностей адаптации к окружающей биосоциальной среде. Диссертант полагает, что вред здоровью, подразумеваемый в ст. 111, 112
и 115 УК, должен иметь признак, объединяющий соответствующие преступления в одну группу и одновременно отграничивающий ее от деяний, связанных с иными видами негативного воздействия на здоровье (побои, заражение инфекцией и др.). В качестве такового предлагается использование в диспозициях всей линейки норм ст. 111, 112
и 115 УК понятия «расстройство здоровья», под которым следует понимать вид вреда здоровью, характеризующийся реальным снижением уровня биологической адаптации (ограничением жизнедеятельности) человека. Отсутствие таких ограничений, несмотря, например, на наличие повреждения, говорит об отсутствии расстройства здоровья,
а соответственно, и вреда здоровью в смысле ст. 111, 112 и 115 УК. Автор приходит к выводу, что нижний порог расстройства здоровья определяется самим возникновением ограничения жизнедеятельности человека и не требует формального закрепления в частности с помощью временных показателей.

Затем диссертант обосновывает целесообразность уточнения диспозиций ряда статей гл. 16 УК в целях оптимизации дифференциации уголовной ответственности и совершенствования законодательной техники. С этих же позиций делаются следующие выводы:

- о целесообразности расширения сферы применения нормы
ст. 122 УК (заражение ВИЧ-инфекцией) за счет дополнения ее диспозиции признаком «иной опасной для жизни инфекции» или «иной особо опасной инфекции»;

- существенном снижении общественной опасности заражения венерической инфекцией относительно той, которая несколько десятков лет назад потребовала введения соответствующей нормы в уголовный закон. В этой связи указывается на целесообразность декриминализации данного вида поведения при отсутствии квалифицирующих обстоятельств.

Автор обращает свое внимание также на то, что наличие признаков «применения насилия или угрозы его применения» в ч. 1 ст. 120 УК «Принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплан-тации» в определенной мере нивелирует разницу типовой степени общест-венной опасности деяний, которые только угрожают здоровью, и теми, которые оказывают на него фактическое деструктивное влияние. В этой связи логичным представляется исключение признака «с применением насилия» из ч. 1 ст. 120 УК и помещение его в ч. 2 данной статьи.

Второй параграф «Степень тяжести вреда здоровью как основание деления уголовной ответственности» начинается с анализа диспозиций ч. 1 ст. 111, 112, 115 УК, который приводит автора к мысли, что законодатель не смог найти единое основание градации степени расстройства здоровья. Диссертанту представляется, что первостепенное (определяющее) значение имеют такие биологические показатели расстройства здоровья, как опасность для жизни и восстановимость (обратимость). Их можно считать критерием предварительной, качественной оценки тяжести вреда здоровью. На следующем уровне происходит углубление градации тяжести неопасного для жизни расстройства здоровья. Степень стойкого ухудшения психосоматического состояния
(с медико-биологических позиций) непосредственно определяется некоторыми признаками, специфичными для тяжкого вреда здоровью (утрата органа, зрения и др.), а также (более детально) посредством проградуированной Медицинскими критериями линейки процентов стойкой утраты общей трудоспособности (т. е. с учетом социального критерия). Степень обратимого расстройства здоровья непосредственно определяется длительностью характерной для него биологической дезадаптации. Дополнительно (с социальных позиций) оценивать обратимое ухудшение психосоматического состояния излишне потому, что продолжительность биологических ограничений совпадает с продолжительностью их производных — социальных ограничений.

Учитывая содержание иных признаков вреда здоровью, диссертант полагает, что опасность для жизни (в ст. 111 УК) должна быть характеристикой реального состояния (расстройства) здоровья человека. Это делает целесообразным изменение в ст. 111 УК формулировки «причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни» на иную, более точную — «причинение расстройства здоровья, опасного для жизни».

Автор также обращает внимание на то, что не любые причиненные психические повреждения справедливо расценивать как тяжкий вред здоровью, а только болезни (душевные, психические) или иные виды психической патологии, которые имеют хроническое течение (т. е. являются стойкими) и резко ограничивают жизнедеятельность человека (в биологической и (или) социальной сфере его существования). Само по себе возникновение психического расстройства по причине негативного воздействия на человека может свидетельствовать лишь о причинении вреда, но не должно предопределять его тяжесть. Последнюю в таких случаях целесообразно дифференцировать исходя из тех же критериев, которые действуют в отношении расстройств телесного здоровья.

Затем, говоря о таком признаке тяжкого вреда здоровью, как прерывание беременности, диссертант отмечает, что в ст. 111 УК он может фигурировать только в его узком (в отличие от закрепленного
в действующих Медицинских критериях) понимании как утраты или лишения «предстоящего материнства».

В третьем парагр афе «Форма вины посягательств на здоровье как основание деления уголовной ответственности» диссертант отмечает, что дифференциация ответственности в зависимости от формы вины касается всех тех посягательств на здоровье человека, составы которых обладают свойством материальности. Средствами такого деления (или градации) являются отражающие форму вины признаки, которые могут быть непосредственно зафиксированы в диспозиции статьи либо подразумеваться самой конструкцией состава, а также санкции, соотношение которых определяет «преступный» спектр форм вины того или иного общественно опасного деяния.

Результатом такого разделения является появление смежных составов преступлений либо определение границы преступности деяния (и возможность межотраслевой дифференциации ответственности).
В этом плане диссертант критикует декриминализацию неосторожного причинения средней тяжести вреда здоровью, проведенную в 2003 г. Федеральным законом от 08.12.2003 № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации». Сомнения в справедливости этого решения порождает осознание степени общественной опасности последствий, охватываемых признаком средней тяжести вреда здоровью. В настоящее время неосторожное причинение подобного вреда (за исключением неоказания помощи больному) может квалифицироваться лишь как административный проступок, причем только при нарушении правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства (ст. 12.24 и 12.30 КоАП). В иных случаях за совершение противоправных деяний (связанных в основном с использованием источников повышенной опасности), повлекших за собой по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью, не предусмотрена даже административная ответственность. Такое положение (даже не оспаривая саму декриминализацию неосторожного причинения средней тяжести вреда здоровью) можно считать серьезным пробелом в межотраслевой дифференциации ответственности.

Глава третья «Дифференциация уголовной ответственности при наличии признаков квалифицированных и привилегированных составов посягательств на здоровье человека» состоит из двух параграфов.

В начале первого параграфа «Квалифицирующие признаки посягательств на здоровье человека и их влияние на ответственность» диссертант определяется с пониманием квалифицирующих признаков как резко усугубляющих преступность деяний и использующихся законодателем для описания более опасных видов преступлений и соответственно для определения в законе новых, более строгих пределов наказуемости. Причем большинство из них свидетельствует о наличии дополнительного объекта преступления. Затем автор перечисляет критерии, которым должны отвечать все обстоятельства, выступающие
в роли квалифицирующих признаков преступления.

Из круга квалифицирующих обстоятельств диссертантом выделяются те, которые используются законодателем:

а) «по горизонтали» — для конструирования блоков (устойчивых связок, повторяющихся наборов) признаков в рамках, как правило, одной части статьи;

б) «по вертикали» (в распределении по нескольким частям статьи) — для градации ответственности за определенные виды преступлений. В рамках анализируемой группы норм гл. 16 УК такие обстоятельства (отмеченные, в частности, в п. «а» ч. 3 ст. 111, п. «г» ч. 2
ст. 112, п. «е» ч. 2 ст. 117, ч. 3 ст. 123, ч. 2 ст. 124) не подвергаются вертикальной градации. Законодатель небезосновательно полагает, что в отношении посягательств на здоровье различия квалифицирующего значения соответствующих обстоятельств не столь существенны, чтобы подвергать их «вертикальному» разделению с целью углубления дифференциации ответственности. Кроме того, в уголовном законе подобие такой градации усматривается диссертантом в существовании линейки ст. 111, 112 и 115 УК со смежными наборами признаков.

Далее автор отмечает, что в рассматриваемой группе норм гл. 16 УК блоки квалифицирующих обстоятельств «по горизонтали» встречаются редко, что свидетельствует о несоблюдении законодателем системного принципа при конструировании квалифицированных составов однородных преступлений. Так, например, диссертанту представляется необоснованным отсутствие в ч. 2 ст. 118 УК признака «в отношении двух или более лиц»,
в ч. 2 ст. 112, 115, 119, 121 и ч. 3 ст. 122 — «в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности».

С целью устранения этих недостатков дифференциации ответственности предлагается внесение ряда соответствующих изменений
в составы квалифицирующих признаков определенных видов посягательств на здоровье человека.

В начале второго параграфа «Привилегирующие признаки посягательств на здоровье человека и их влияние на ответственность» автор приводит предпочитаемую им дефиницию привилегирующих признаков — как признаков состава преступления, которые свидетельствуют о резко пониженной (по сравнению с отраженной при помощи признаков основного состава) степени общественной опасности деяния и лица, совершившего это деяние. Далее диссертант отмечает, что такие признаки (как и некоторые квалифицирующие) имеют составной, комплексный характер, так как одновременно отражают обстоятельства объективной и субъективной сфер преступления. Каждый из таких элементов конструкции привилегирующего признака вносит свой вклад в изменение ответственности за совершенное деяние, и в совокупности они снижают ее как минимум на две ступени. В конце параграфа делается вывод о том, что использование законодателем привилегирующих обстоятельств (равно как и обусловленные ими пределы наказуемости) в гл. 16 УК в целом можно оценить положительно.

В заключении сформулированы основные теоретические выводы, предложения по совершенствованию законодательства и практические рекомендации, разработанные в ходе диссертационного исследования.


По теме диссертации автором опубликованы следующие работы:


Статьи, опубликованные в ведущих

рецензируемых научных журналах и изданиях,

указанных в перечне ВАК Минобрнауки России

1. Здоровье человека как объект уголовно-правовой охраны /
Р.Ю. Смирнов // Вестник Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова. Серия Гуманитарные науки. — 2010. —
№ 3. — 0,3 п. л.

2. О соотношении санкций за некоторые преступления против здоровья человека / Р.Ю. Смирнов // Вестник Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова. Серия Гуманитарные науки. —
2011. — № 4. — 0,3 п. л.

3. Особенности законодательной регламентации преступлений против здоровья человека в УК РФ / Р.Ю. Смирнов // Следователь. — 2009. — № 4. — 0,3 п. л.

Другие публикации


4. Внешние условия как фактор, определяющий вред здоровью / Р.Ю. Смирнов // Юридические записки молодых ученых и аспирантов ЯрГУ : сб. ст. / отв. ред. М.В. Лушникова. — Вып. 10. — Ярославль : ЯрГУ, 2010. — 0,1 п. л.

5. «Гуманизация» ответственности за неосторожное причинение вреда здоровью человека / Р.Ю. Смирнов // Молодежь и общество: проблемы и перспективы развития : материалы IV Межвузовской науч.-практ. конф. молодых ученых, аспирантов и студентов (Ярославль, 27 апреля 2007 г.) / под общ ред. Н.С. Семеновой. — Ярославль : ЯФ МФЮА, 2007. — 0,2 п. л.

6. Длительность расстройства здоровья — критерий и признак /
Р.Ю. Смирнов // Актуальные вопросы судебно-медицинской науки и практики : материалы Межрегиональной науч.-практ. конф. с международным участием, посвященной 75-летию судебно-медицинской службы Кировской области (Киров, 27–28 мая 2010 г.). — Киров, 2010. — 0,3 п. л.

7. Заражение ВИЧ: некоторые вопросы квалификации и дифференциации ответственности / Р.Ю. Смирнов // Проблемы совершенствования юридической техники и дифференциации ответственности
в уголовном праве и процессе : сб. науч. ст. / отв. ред. Л.Л. Кругликов. — Вып. 4. — Ярославль : ЯрГУ, 2009. — 0,3 п. л.

8. К вопросу о декриминализации неосторожного причинения вреда здоровью средней степени тяжести / Р.Ю. Смирнов // Юридические записки молодых ученых и аспирантов ЯрГУ : сб. ст. / отв. ред.
М.В. Лушникова. — Ярославль : ЯрГУ, 2007. — Вып. 7. — 0,1 п. л.

9. К вопросу о признаках вреда здоровью человека / Р.Ю. Смирнов // Юридические записки молодых ученых и аспирантов ЯрГУ : сб. ст. / отв. ред. М.В. Лушникова. — Ярославль : ЯрГУ, 2009. — Вып. 9. — 0,1 п. л.

10. К вопросу об отграничении причинения легкого вреда здоровью и побоев / Р.Ю. Смирнов // Уголовное право: стратегия развития
в XXI веке : материалы X Междунар. науч.-практ. конф. (Москва, 24–25 января 2013 г.). — М. : Проспект, 2013. — 0,4 п. л.

11. Классификация преступных посягательств на здоровье человека / Р.Ю. Смирнов // Проблемы совершенствования юридической техники и дифференциации ответственности в уголовном праве и процессе : сб. науч. ст. / отв. ред. Л.Л. Кругликов. — Ярославль : ЯрГУ, 2008. — Вып. 3. — 0,2 п. л.

12. Линии дифференциации ответственности за преступления против здоровья человека / Р.Ю. Смирнов // Проблемы совершенствования юридической техники и дифференциации ответственности в уголовном праве и процессе : сб. науч. ст. / отв. ред. Л.Л. Кругликов. — Ярославль : ЯрГУ, 2010. — Вып. 5. — 0,4 п. л.

13. Некоторые проблемы уголовно-правовой охраны здоровья человека / Р.Ю. Смирнов // Юридические записки молодых ученых
и аспирантов ЯрГУ : сб. ст. / отв. ред. М.В. Лушникова. — Ярославль : ЯрГУ, 2008. — Вып. 8. — 0,1 п. л.

14. О редукции некоторых признаков тяжкого вреда здоровью
в ст. 111 УК РФ / Р.Ю. Смирнов // Молодежь и общество: проблемы
и перспективы развития : материалы III Междунар. науч.-практ. конф. молодых ученых, аспирантов и студентов : в 2 т. / под общ. ред.
Н.С. Семеновой. — Ярославль : ЯФ МФЮА, 2012. — Т. 2. — 0,1 п. л.

15. Опасность для жизни как признак вреда здоровью /
Р.Ю. Смирнов // Юридические записки молодых ученых и аспирантов: Актуальные проблемы законодательной и правоприменительной практики : сб. науч. ст. / отв. ред. М.В. Лушникова. — Ярославль : ЯрГУ, 2012. — Вып. 12. — 0,1 п. л.

16. Повышение качества медицинских экспертиз как условие совершенствования практики применения уголовно-правовых норм об ответственности за посягательства на жизнь и здоровье человека /
Р.Ю. Смирнов // Процессуальные и криминалистические проблемы доказывания : сб. науч. ст. / отв. ред. А.Ф. Соколов. — Ярославль : ЯрГУ, 2011. — Вып. 1. — 0,4 п. л.

17. Понятие здоровья человека как объекта уголовно-правовой охраны / Р.Ю. Смирнов // Уголовно-правовая защита конституционных прав человека (к 15-летию Конституции России) : сб. материалов Междунар. науч.-практ. конф. (Санкт-Петербург, 26–27 мая 2009 г.) / отв. ред. В.Б. Малинин. — СПб., 2009. — 0,2 п. л.

18. Современное виденье ответственности за заражение венерической болезнью / Р.Ю. Смирнов // Юридические записки молодых ученых и аспирантов: актуальные проблемы законодательной и правоприменительной практики : материалы II Междунар. науч. конф. / отв. ред. М.В. Лушникова. — Ярославль : ЯрГУ, 2011. — Вып. 11. — 0,1 п. л.

19. Уголовно-правовые меры противодействия деяниям, посягающим на здоровье человека / Р.Ю. Смирнов // Противодействие преступности: уголовно-правовые, криминологические и уголовно-исполнительные аспекты : материалы III Рос. конгресса уголовного права (Москва, 29–30 мая 2008 г.) / отв. ред. В.С. Комиссаров. — М. : Проспект, 2008. — 0,2 п. л.

20. Характеристика составов ст. 121 и 122 УК РФ как элементов системы уголовно-правовой охраны здоровья человека / Р.Ю. Смирнов // Уголовная политика и уголовное законодательство: проблемы теории
и практики : сб. материалов Междунар. науч.-практ. конф. (Санкт-Петербург, 27–28 мая 2008 г.) / отв. ред. В.Б. Малинин. — СПб. : ЛГУ им. А.С. Пушкина, 2008. — 0,2 п. л.

Подписано в печать 12.11.2013.

Формат 60х90 1/16. Усл. печ. л. 1,4. Тираж 140 экз.

Федеральное государственное бюджетное

образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Российская правовая академия

Министерства юстиции Российской Федерации».

117638, г. Москва, ул. Азовская, д. 2, корп. 1.



 





<
 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.