WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 


Динамика распространения и мониторинг эпизоотич е ского процесса африканской чумы свиней в российско й федерации

На правах рукописи

БЕЛЯНИН СЕРГЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ

Динамика распространения и мониторинг эпизоотического процесса африканской чумы свиней

в Российской Федерации

06.02.02 Ветеринарная микробиология, вирусология, эпизоотология, микология

с микотоксикологией и иммунология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание учёной степени

кандидата ветеринарных наук

Покров - 2013

Работа выполнена в Государственном научном учреждении Всероссийский научно-исследовательский институт ветеринарной вирусологии и микробиологии Российской академии сельскохозяйственных наук (ГНУ ВНИИВВиМ Россельхозакадемии).

Научный руководитель:

доктор ветеринарных наук,

профессор Куриннов Виктор Васильевич

(ГНУ ВНИИВВиМ Россельхозакадемии)

Официальные оппоненты:

доктор ветеринарных наук,

профессор, ведущий научный сотрудник Кушнир Анатолий Тимофеевич

(ГНУ ВНИИВВиМ Россельхозакадемии)

доктор ветеринарных наук,

профессор, заместитель директора Белоусов Василий Иванович

(ФГУ ЦНМВЛ)

Ведущая организация:

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Московская государственная академия ветеринарной медицины и биотехнологии им. К.И. Скрябина (ФГБОУ ВПО МГАВМиБ), г. Москва.

Защита состоится «20» июня 2013 г. в 1200 часов на заседании диссертационного совета Д 006.003.01 при Государственном научном учреждении Всероссийский научно-исследовательский институт ветеринарной вирусологии и микробиологии Россельхозакадемии по адресу: 601120, г. Покров Владимирской области. Тел/факс: (49243) 62125.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ГНУ ВНИИВВиМ Россельхозакадемии.

Автореферат разослан «16 » мая 2013 г. и размещен на официальном сайте ГНУ ВНИИВВиМ Россельхозакадемии www.vniivvim.ru, сайте ВАК РФ www.vak2.ed.gov.ru

Ученый секретарь диссертационного совета ГНУ ВНИИВВИМ Россельхозакадемии, кандидат биологических наук Балашова Елена Алексеевна

1 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

    1. Актуальность проблемы. Африканская чума свиней (АЧС) – инфекционная болезнь, экономически и социально важная для любых стран, где выращивают домашних свиней. Геополитические изменения, произошедшие в мире привели к высокой интенсивности трансграничных передвижений людей, продуктов питания животного происхождения и живых животных и, следовательно, трудно прогнозируемым рискам распространения инфекционных болезней, в том числе и АЧС. Подтверждением этому был занос вируса на территорию Грузии в 2007 г. Последующие наблюдения АЧС на территории Кавказа, проведённые МЭБ (O.I.E. WAHID, 2007; Daniel Beltrаn-Alcrudo et al., 2008), а затем последовавшие сообщения Россельхознадзора и Департамента ветеринарии РФ (http://www.fsvps.ru), свидетельствовали об угрозе распространения болезни в Европе. Тем не менее, в 2007 г. вирус АЧС был занесён на территорию РФ и до настоящего времени острота проблемы подтверждается ежегодными инцидентами АЧС как в фермах домашних свиней, так и популяциях диких кабанов на протяжении 5-ти лет (http://www.fsvps.ru; O.I.E. WAHID, 2008-2012).

1.2 Степень разработанности проблемы. Относительно распространения АЧС в РФ за период с 2007 по 2012 гг. в официальных источниках (http://www.fsvps.ru; O.I.E., WAHID 2007-2012) и публикациях (Герасимов В.Н. и др., 2008; Дудников С.А. и др., 2011), за исключением точной даты объявления АЧС и географической локализации очага, представлены ограниченные и часто очень приблизительные сведения о вспышках, которые не позволяют сделать статистические расчёты и оценки состояния и развития эпизоотической ситуации. Имеется несколько фундаментальных исследований причинно-следственных связей рисков распространения и поддержания инфекции АЧС в популяциях домашних свиней (Гулёнкин В.М. и др., 2009) и диких кабанов (Боев Б.В., 2010, Макаров В.В. и др., 2011), однако, авторы использовали количественные эпизоотологические показатели со значительными допущениями, поэтому, рассчитанные прогнозы развития болезни в последствии существенно отличались от реальной ситуации. Описания инфекционного процесса у отдельных животных при полевых вспышках АЧС, а также сведения экспериментального изучения патогенности полевых изолятов вируса в литературе ограничены (Салимов В.А., 2010; Рождественский И.К. и др., 2010; Бардина Н.С. и др., 2011; Рыжова Е.В., 2012).

Для понимания причин продолжающегося распространения АЧС недостаточно изучены факторы и механизмы сохранения и передачи источников вируса, связанные со структурой и способами выращивания свиней, инцидентностью вспышек во времени и пространстве и не объяснены неудачи противоэпизоотических мероприятий.

Для раннего подозрения болезни нет полных данных развития и течения болезни как на уровне популяций (превалентность, инцидентность, смертность), так и у отдельных животных (длительности инкубационного и инфекционного периодов, симптомы, посмертные изменения), а также патогенетических характеристик изолятов вируса, вызвавших вспышки АЧС.

В связи с основной ролью лабораторных методов в подтверждении и контроле АЧС ошибки в переоценках или недооценках их чувствительности и специфичности могут иметь большое экономическое значение, поэтому знания диагностических характеристик вирусологических и серологических методов обнаружения АЧС в современных условиях необходимы как для выбора тактики лабораторной диагностики, так и для оценки эпизоотического статуса субъектов РФ по АЧС в будущем.

1.3 Цель и задачи исследований

Основная цель работы: установить основные причины поддержания и развития эпизоотического процесса АЧС в популяциях домашних свиней и диких кабанов в субъектах РФ и определить научно-обоснованные критерии для совершенствования методов контроля АЧС.

Для достижения поставленной цели необходимо было решить следующие задачи:

- провести анализ динамики распространения, инцидентности вспышек болезни и определить типы и длительность эпизоотического процесса АЧС в популяциях домашних свиней и диких кабанов в субъектах РФ;

- определить значение систем выращивания домашних свиней и роль диких кабанов в сохранении и передаче вируса АЧС;

- изучить основные характеристики эпизоотического процесса в инфицированных ЛПХ и свинофермах неблагополучных по АЧС субъектах;

- изучить патогенность изолятов вируса АЧС, вызвавших вспышки и эпизоотии в 2007-2012 гг;

- определить значение и основные диагностические характеристики лабораторных методов обнаружения вируса в условиях полевых вспышек АЧС;

- усовершенствовать принципы планирования и проведения пассивного и активного мониторинга АЧС для оценки эпизоотического статуса субъектов РФ.

1.4 Научная новизна работы

1. На основании учётов ежемесячных частот инцидентов первичных и вторичных вспышек в популяциях домашних свиней и диких кабанов проведён анализ динамики распространения и развития эпизоотической ситуации по африканской чуме свиней с 2008-2012гг.

2. Независимо от типа эпизоотического процесса (спорадические вспышки или эпизоотии) циркуляция вируса АЧС в случаях вторичных вспышек в популяциях домашних свиней и диких кабанов неблагополучных по АЧС субъектах Северо-Кавказского, Южного и Центрального ФО составляла от 3-х мес. до 4 лет;

3. Установлены количественные уровни рисков заноса источников вируса и возникновения инфекции АЧС в зависимости от структуры и способов выращивания свиней: в ЛПХ (67%), в свинофермы размером <1000 гол. (10%) и >1000 гол. (23%);

4. За период наблюдения (2007-2012 гг.) патогенность вируса АЧС не изменилась и изоляты, выделенные при вспышках в популяциях домашних свиней и диких кабанов всегда вызывали острое течение болезни с коротким инкубационным периодом 3 (2-4) сут, длительностью инфекционного периода от заражения до гибели 9 (8-11) сут, а также индукцией антител на 7 (5-8) сут.;

5. Статистическая точность лабораторных методов обнаружения инфекции АЧС с использованием диагностических наборов и тест-систем производства ГНУ ВНИИВВиМ Россельхозакадемии и выборки проб при полевых вспышках составила:

РПИФ: диагностическая чувствительность = 99 (98-99,8)%, диагностическая специфичность - 99,9 (99,9-100)%.

ПЦР (в реальном времени): диагностическая чувствительность = 99,2 (98,6-99,9)%, диагностическая специфичность - 99,9 (99,9-100)%.

1.5 Теоретическая и практическая значимость работы:

- разработаны «Методические положения по проведению пассивного и активного мониторинга африканской чумы свиней (АЧС)» и «Методические положения по патологоанатомической диагностике африканской чумы домашних и диких свиней», которые утверждены Академиком-секретарем Отделения ветеринарной медицины Россельхозакадемии А.М. Смирновым 10.11.2011 г.;

- составлен Кадастр (база данных) географического распространения, локализации и эпизоотологических данных вспышек АЧС в ЛПХ, свинофермах и популяциях диких кабанов на территории РФ за 2008-2012 гг.;

- сформирована коллекция полевых изолятов вируса, выделенных при вспышках и эпизоотиях АЧС у домашних свиней и диких кабанов в 2008-2012 гг.

1.6 Апробация результатов работы

Основные результаты исследований по теме диссертации в виде докладов представлены:

- на международных научно-практических конференциях «Роль ветеринарной науки в реализации продовольственной доктрины РФ» (Покров 2011 г.), «Ветеринарная медицина XXI века: инновации, опыт, проблемы и пути их решения» (Ульяновск 2011 г.);

- на заседании Круглого стола ФАО (Покров 2012 г.);

- на заседаниях ученого совета ГНУ ВНИИВВиМ Россельхозакадемии в 2010-2012 гг.

1.7 Соответствие диссертации паспорту научной специальности

В соответствии с формулой специальности 06.02.02. Ветеринарная микробиология, вирусология, эпизоотология, микология с микотоксикологией и иммунология, в диссертации представлены данные эпизоотологических обследований вспышек и экспериментальных исследований, характеризующие распространение и частоту вспышек АЧС на территориях Северо-Кавказского, Южного, Центрального, Северо-Западного и Приволжского ФО в динамике с 2007 по 2012 гг., описаны основные показатели эпизоотического процесса, проявление и течение болезни в различных популяциях домашних свиней (ЛПХ, фермы) и диких кабанов, основные патогенетические свойства изолятов вируса АЧС, вызвавших вспышки, диагностические характеристики лабораторных методов обнаружения АЧС и критерии обоснования стратегии введения пассивного и активного мониторинга АЧС на территории субъектов РФ с разным эпизоотическим статусом.

Результаты научного исследования соответствуют пунктам паспорта специальности – 4, 5, 7, 8, 15.

1.8 Публикации

По материалам диссертации опубликовано 15 научных работ, из них 7 – в журналах рекомендованных ВАК.

1.9 Объём и структура диссертации

Диссертация изложена на 203 страницах машинописного текста и состоит из разделов: введение, обзор литературы, материалы, методы, результаты собственных исследований, обсуждение, выводы, практические предложения, список использованной литературы, включающий 70 отечественных и 228 иностранных источников, дополнена приложениями. Диссертация содержит 48 таблиц и 8 рисунков. В приложении предоставлены документы, подтверждающие научную и практическую значимость работы.

1.10 Основные положения диссертационной работы, выносимые на защиту

1. Результаты изучения динамики и длительности распространения АЧС в субъектах РФ, эпизоотические формы АЧС;

2. Основные факторы и причинно-следственные связи поддержания и развития эпизоотического процесса АЧС в РФ;

3. Определение эпизоотического статуса и обоснование методов диагностики и мониторинга АЧС на территории РФ.

1.11 Личный вклад соискателя

Диссертация выполнена автором самостоятельно. При выполнении отдельных этапов экспериментальных исследований участвовали сотрудники лабораторий Диагностики (к.б.н. А.П. Васильев и к.в.н. О.М. Стрижакова), Биофизики (к.б.н. И.Х. Газаев) и Музейных штаммов микроорганизмов (д.в.н. В.М. Балышев).

2 СОБСТВЕННЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

Работа выполнена в лаборатории «Диагностика» ГНУ ВНИИВВиМ Россельхозакадемии в период с 2010 по 2012 гг. в рамках темы НИР "Создание новых средств и методов экспресс - диагностики особо опасных, экзотических болезней животных, определение критериев комплексной оценки, биологической опасности и эффективности проводимых противоэпизоотических мероприятий".

2.1 Материалы и методы

2.1.1 Вирусы, сыворотки

- полевые изоляты вируса АЧС. Для мониторинга патогенности использовали изоляты (№) от диких кабанов, выделенные при вспышках АЧС: 116,161 (2009г., СК, Ю), 223,231 (2010г., СК, Ю), 242,259 (2011г., СК), 322, 325, 326, 327 (2012г., Ц, СЗ);

- сыворотки крови домашних свиней и диких кабанов, отобранные при эпизоотологических обследованиях вспышек АЧС и после экспериментальных инфекций изолятами вируса АЧС.

2.1.2 Животные и культуры клеток

- свиньи крупной белой породы различного возраста (от 2 до 6 мес.);

- дикие кабаны европейского подвида 7-12 мес. возраста, получены из ГК «Завидово» Тверской области;

- первичная культура клеток костного мозга свиней, полученная в лаборатории “Культур клеток с музеем клеточных штаммов” ГНУ ВНИИВВиМ Россельхозакадемии.

2.1.3 Диагностические наборы (тест-системы)

Использовали коммерческие серии производства ГНУ ВНИИВВиМ Россельхозакадемии, в т.ч. «Набор препаратов для дифференциальной иммунофлуоресцентной диагностики АЧС, КЧС и болезни Ауески», «Набор диагностикумов для твердофазного иммуноферментного анализа при африканской чуме свиней», «Тест-система для выявления ДНК вируса АЧС методом ПЦР в реальном времени».

2.1.4. Выборка проб

Для лабораторных исследований использованы пробы органов и крови, отобранные при подозрениях инфекции АЧС у павших домашних свиней в ЛПХ, свинофермах (свинокомплексах) и от павших и отстрелянных диких кабанов в субъектах РФ в период с 2007 по 2012 гг. (целенаправленная выборка), а также отобранные при мониторинге (случайная выборка). Всего, с учётом результатов практических ветеринарных лабораторий, вирусологическими методами проверено 339648 свиней (313817 домашних и 25831 диких кабанов) и серологическими - 39800 гол. домашних свиней.

2.1.5 Основные методы эпизоотологического исследования

Использовали методические рекомендации, разработанные Бакуловым И.А. и др., 1982; 2001, Дудниковым С.А. (2005) и МЭБ (O.I.E., 2010; 2012). Для анализа динамики и длительности распространения АЧС использовали данные локализация и ежемесячной частоты первичных и вторичных вспышек во всех неблагополучных субъектах РФ. Основным критерием для классификации первичной вспышки был первый официально подтверждённый очаг АЧС в административном районе субъекта. Сведения о времени заноса и географической локализации всех вспышек АЧС в фермах домашних свиней в РФ с 2008 г. получали при эпизоотологических расследованиях (опрос), актов обследований и сопроводительных документов. Все свинофермы, в которых установлены вспышки АЧС, классифицированы по способам содержания и выращивания свиней: ЛПХ (населённый пункт, в котором выращивали свиней хотя бы в одном подворье), фермы вне населённых пунктов с плотностью свиней <1000 животных и фермы плотностью >1000 животных, имеющие ограждение, а также индустриальные свинокомплексы с биозащитой на уровне 3-4 компартментов.

Статистические расчёты частот клинических признаков и патологоанатомических изменений у инфицированных АЧС домашних свиней при полевых вспышках были выполнены на основании собственных наблюдений, анализа актов вскрытия и оценены в условных единицах (баллах).

Расчёты заболеваемости и смертности выполнены на определении пропорций между количествами свиней, содержавшиеся на момент вспышки в эпизоотологической единице (неблагополучные станок или подворье ЛПХ или свинофермы) к количеству заболевших (или павших) животных за период наблюдения.

2.1.6 Определение патогенности изолятов вируса АЧС

Изоляты вируса АЧС в виде крови или экстрактов 20% суспензий проб внутренних органов вводили интраназально интактным домашним свиньям и/или диким кабанам в дозах от 10 до 100000 ГАЕ 50/см3. На основании длительности лихорадки, лейкопении, виремии рассчитывали инкубационный и инфекционный периоды, исход болезни и оценивали патогенность изолятов.

2.1.7 Оценка диагностических характеристик лабораторных методов обнаружения вируса и специфических антител

Все расчёты диагностических характеристик вирусологических и серологических методов выполнены на основании использования проб, отобранных целенаправленно или случайно при подтверждении подозрений АЧС или мониторинге на уровне животного (расчётная величина - домашняя свинья или дикий кабан). Калькуляции выполняли согласно рекомендаций МЭБ [O.I.E., 2012].

2.1.8 Статистическую обработку результатов проводили с использованием программ SPSS Statistics 17.0. и Win Episcope 2.0.

2.1.9 Основные используемые термины и их интерпретации были в редакции МЭБ (2012), а также Макарова В.В. и др., (2000), Дудникова С.А. (2005).

2.2 РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЙ

2.2.1 Динамика распространения и инцидентности вспышек АЧС в популяциях домашних свиней в субъектах РФ

Относительно всех вспышек АЧС (первичных и вторичных) среди популяций домашних свиней и диких кабанов за 5 лет было установлено всего 409 в 5-ти Федеральных Округах (ФО): Северо-Кавказском, Южном, Северо-Западном, Центральном и Приволжском (таблица 1). При средне - статистическом количестве 81 (61-102) вспышек в год, сильные колебания доверительного интервала являются веским аргументом обозначения нестабильности ситуации, связанные с тенденцией роста территориального распространения АЧС. По продолжительности и ежегодной частоте вспышек АЧС лидирующими были субъекты Северо-Кавказского (77 среди домашних свиней и 49 -среди диких) и Южного ФО - 126 – 189 (153 среди домашних и 36 среди диких) вспышек. За период наблюдения с 2007 по 2012 гг. по времени и происхождению из всех подтверждённых 284 вспышек АЧС в ЛПХ и фермах различного типа всего первичных вспышек было 140, которые были установлены в 27 субъектах 5-ти Федеральных Округов: Северо-Кавказском – 77 (24), Южном – 153 (88), Северо-Западном – 9 (7), Центральном - 33 (18) и Приволжском – 5 (3). Рост величин ежегодных показателей первичных вспышек с 13 в 2008 г. до 38 в 2012 г., свидетельствовал о продолжающемся заносе АЧС в новые административные районы и субъекты РФ, обусловленный низкой эффективностью учёта свинопоголовья и контроля торговли свининой в субъектах и перевозками живых свиней на большие расстояния.

Таблица 1 - Количество вспышек АЧС в РФ 2007 - 2012 гг.

ФО Количество субъектов 2007 2008 2009 2010 2011 2012 Всего:
дик дом дик дом дик дом дик дом дик дом дик дом дик
СК 7 2 57 (11) 21 12 (6) 22 4(3) 1 3 (3) 3 1 (1) 77 (24) 49
Ю 6 1(1) 37 (11) 8 50 (32) 13 21 (18) 10 44 (26) 5 153 (88) 36
СЗ 5 1 (1) 1 (1) 5 (4) 2 (1) 7 9 (7) 7
Ц 7 14 (8) 3 19 (10) 16 33 (18) 19
П 2 1 (1) 4 (2) 5 (3)
Всего 25 2 59 (13) 21 50 (18) 30 62 (36) 14 47 (35) 16 66 (38) 28 284 (140) 111

Примечание. В скобках- количество первичных вспышек АЧС.

Хотя вспышки АЧС в новых ФО и не имели широкого распространения, в Тверской области в 2011-2012 гг. наблюдали вторичные вспышки и распространение болезни почти на всей территории субъекта, в т.ч. и в популяциях диких кабанов.

Превалирование вторичных вспышек в Северо-Кавказском и Южном ФО в период с 2008 по 2010 гг. свидетельствовало о сохранении источников вируса в неблагополучных административных районах уже после отмены карантина, и указывает на проблему эффективности проведения противоэпизоотических мероприятий. Хотя с 2010 г. по 2012 г. имела место выраженная тенденция снижения вторичных вспышек, однако ареал распространения АЧС скачкообразно расширялся на новые территории Центрального, Северо-Западного и Приволжского ФО.

 Ежемесячная инцидентность вспышек АЧС в популяциях домашних-2

Рисунок 1 - Ежемесячная инцидентность вспышек АЧС в популяциях домашних свиней

Несмотря на то, что кривые, представленные на рисунке 1 отображают в основном дискретное распределение ежемесячных первичных и вторичных вспышек АЧС при отсутствии межэпизоотических периодов, в каждом году имеются кривые, отражающие нормальное распределение вспышек (форма колокола), характерные для эпизоотий обоих типов вспышек.

В результате ретроспективного анализа распространения АЧС во времени в административных границах субъектов эпизоотический процесс на территории Северо-Кавказского ФО характеризовался: в Северной Осетии как эпизоотия – 55 вспышек (из них 9 первичных) во всех 8 районах республики в течение 18 мес., в Ставропольском крае - 18 спорадическими вспышками (из них 12 первичные) продолжительностью около 8 мес. В горных республиках Северного Кавказа (Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкесия, Дагестан), где плотность свиней и свиноферм низкая были установлены спорадические вспышки болезни и не имели никакого развития.

На территории Ростовской области кроме спорадических вспышек АЧС с марта 2009 г. сопровождались двумя эпизоотиями, первая продолжительностью примерно 3 мес. в 7 административной районах (16% территории области), а вторая, в 2010 г. - 10 мес. на территории 19 административных районов (44% территории области). Субъектом, оказавшим влияние на современное развитие АЧС в РФ является Краснодарский край. В отличие от других неблагополучных территорий РФ вспышки АЧС с 2010 по 2012 гг. характеризовались в основном эпизоотическим типом, в пользу которого главными аргументами были 59 вспышек (39 первичные), широта распространения АЧС (24 административных района, 64 % территории края), высокая частота заноса вируса в свинофермы и промышленные свинокомплексы, а также длительность периодов неблагополучия, примерно 4 года.

В Республике Калмыкия, Волгоградской, Астраханской областях, спорадические вспышки были вызваны заносами вируса из соседних субъектов. Хотя они и были продолжительными, но в дальнейшем не имели эпизоотического развития за весь период наблюдения (200-2012 гг.).

В Северо-Западном ФО в 2009-2011 гг. (Ленинградская, Мурманская, Архангельская области, Республика Карелия) и Приволжском ФО в 2008-2011 гг. (Оренбургская, Саратовская, Нижегородская области) все вспышки АЧС вызваны внешними источниками вируса и были только спорадическими.

Вне Северо-Кавказского и Южного ФО наиболее серьёзным развитие эпизоотического процесса АЧС было в 2011-2012 гг. на территориях субъектов Центрального ФО - 34 спорадические вспышки, в т.ч. в Тверской – 25 (11 первичные), Воронежской - 1, Курской - 3 (1 первичная), Ярославской - 1, Ивановской - 1. Хотя эпизоотий не было допущено, но в Тверской области из-за позднего подозрения и недостаточно полных эпизоотологических расследований и неудачно выполненных противоэпизоотических мероприятий, эпизоотическая ситуация была осложнена вторичными вспышками и вовлечением в эпизоотический процесс АЧС популяций диких кабанов. Поэтому предотвратить циркуляцию вируса быстро не удалось и она продолжалась, примерно, 14 мес.

2.2.2 Распространение и типизация эпизоотического процесса АЧС среди диких кабанов

Согласно данным лабораторных исследований вспышки АЧС в популяциях диких кабанов на территории РФ с 2007 по 01.01.2013 г. были установлены в 15 субъектах РФ, в т.ч. Северо-Кавказском (во всех субъектах), Южном (кроме Калмыкии) и 4-х субъектах Центрального ФО. Наиболее интенсивное распространение АЧС среди популяций диких кабанов было во всех районах Чеченской Республики (27 вспышек), Краснодарском крае и Адыгее (16 вспышек) и в Тверской области (30 вспышек). В Чеченской Республике по статистическим показателям - продолжительности наблюдения (2007-2009 гг.), частоте и территориальному распространению (на всей территории республики, примерно 19,3 тыс. км2) вспышки АЧС имеют признаки энзоотии. Основные биологические признаки энзоотии - передача вируса только в цикле «кабан-кабан».

Результатом перманентной межпопуляционной передачи вируса были последующее инфицирование диких кабанов в Ингушетии (июнь 2008 г.), Северной Осетии (июнь 2008), Кабардино-Балкарии (декабрь 2008) и Республике Дагестан (сентябрь, октябрь 2009 г., март 2010 г.). С учётом ограниченной миграции из-за естественных границ и времени, установленные вспышки АЧС на территориях указанных республик, вероятно, могут пока рассматриваться как спорадические.

Сложные для анализа ситуации по АЧС имели место в природно-климатических зонах Краснодарского края. Так, с октября 2009 г. по апрель 2010 г. были установлены 11 вспышек АЧС среди диких кабанов, обитающих в горных охотохозяйствах и урочищах Апшеронского, Майкопского и Туапсинского районов и территориях Сочинского природного заповедника.

Таким образом, распространение болезни по всей территории горного и предгорного Северного Кавказа в течение длительного периода времени, персистенция вируса среди популяций кабанов без участия домашних свиней, свидетельствуют о возможности существования «природного» цикла болезни без участия вектора (отсутствие доказательств обнаружения мягких клещей) и об очевидной угрозе формирования энзоотичной зоны.

Расширение инфицированных природных территорий в остальных субъектах было обусловлено вспышками и эпизоотиями АЧС среди домашних свиней. Так, на территориях степных зон (Ростовская область 2010-2011 гг.), в пойме р. Волга (Астраханская обл. 2011, Волгоградская область, 2011-2012 гг.) рассеивание источников вируса в популяциях кабанов было значительным (7 районов) и продолжительным (около 12 мес.), но эпизоотический процесс по частоте и локализации вспышек имел спорадический тип.

Подтверждение АЧС в популяциях диких кабанов вне Северо-Кавказского и Южного ФО было в Тверской области летом 2011 г. Последовательное установление 30 вспышек АЧС в 11 районах области в течение 15 мес. имело выраженный эпизоотический тип. Подтверждение 25 первичных и вторичных вспышек АЧС среди домашних свиней в среднем на 29 (17-41) сут. раньше, чем установленные инфекции АЧС у диких кабанов, свидетельствовало о ведущей роли инфицированных домашних свиней в трансмиссии источников вируса диким кабанам.

Неожиданные случаи АЧС в популяциях диких кабанов были установлены в апреле 2012 г. в Тульской области (3 случая), затем в мае – августе 2012 г. в 3-х районах Новгородской области и в январе 2013 г. - один случай в Ярославской области. Так как прямых связей между указанными вспышками, а также случаев АЧС среди домашних свиней не было подтверждено, вспышки были квалифицированы как спорадические.

2.2.3. Сезонность АЧС

Анализ сезонности развития эпизоотического процесса АЧС в популяциях домашних свиней и диких кабанов в наиболее актуальных субъектах РФ (Северо-Кавказский, Южный и Центральный ФО) выполнен на учёте всех ежемесячных вспышек, которые в абсолютных и относительных величинах представлен в таблице 2.

Таблица 2 – Сезонная регистрация и распределения вспышек АЧС среди популяций домашних свиней диких кабанов в Северо-Кавказском, Южном и Центральном ФО (2007-2012 гг.)

Сезон Северо-Кавказский+Южный Центральный
дикие домашние дикие домашние
абс % абс % абс % абс %
зима 36 43 20 8 2 5 2 6
весна 21 25 22 9 5 12,5 2 6
лето 15 18 112 46 18 45 24 76
осень 12 14 89 37 15 37,5 4 12
r =-0,8 r =0,8

Из данных таблицы 2 видно, что в Северо-Кавказском и Южном ФО передача вируса и инфицирование в популяциях диких кабанов происходили в любой сезон года с незначительными колебаниями, за исключением зимних месяцев (43% инцидентов), при этом передача вируса мало зависела от развития процесса АЧС в популяциях домашних свиней, в которых количество установленных вспышек в этот сезон года была наименьшим (8%). Превалирование вспышек в летнее-осенние месяцы (46 и 37%, соответственно) среди домашних свиней, по сравнению с последовательным снижением в эти сезоны количеств инцидентов вспышек в популяциях диких свиней (18 и 14%, соответственно) также свидетельствуют об отсутствии прямой связи (r= -0,8) между эпизоотическими процессами в популяциях диких кабанов и домашних свиней в этом регионе страны.

В Центральном ФО, вспышки АЧС также регистрировали в любой сезон года, но интенсивность регистрации вспышек болезни в летние и осенние месяцы в популяции диких кабанов (45% и 37,5%, соответственно) и среди домашних свиней (76%) убедительно отражает прямую сезонную зависимость развития эпизоотических процессов АЧС в обеих популяциях (r= 0,8).

2.2.4 Анализ факторов поддержания, рисков заноса и распространения вируса АЧС

Системы и способы выращивания свиней имели решающее значение в интродукции вируса в свинофермы, длительности неблагополучия и ликвидации АЧС, особенно в Португалии и Испании (Arias M., Sanchez-Vizcaino J.M. 2002).

В структуре свиноводства РФ в среднем около 33 (21-46)% поголовья свиней сосредоточено в ЛПХ, 6 (1-10)% - в мелких фермах и КФХ (<1000 гол.), и только 61 (47-75)% - в крупных фермах, в т.ч. промышленного типа (>1000 гол.). Несмотря на различные пропорции выращивания свиней по субъектам, в Южном и Северо-Кавказском ФО около половины популяции домашних свиней – 50 (24-75)% и 46 (11-80)%, соответственно, были в ЛПХ, но в структуре свиноводства этих субъектов также имелись различия. Так, в Краснодарском крае 73,8% поголовья свиней содержались в фермах >1000 гол. и только 21,9% свиней - в ЛПХ; в Ростовской и Волгоградской областях, наоборот, в ЛПХ содержались около 58-71% всех свиней. В Северо-Кавказском ФО в свиноводческих субъектах пропорции содержания свиней в ЛПХ также было больше половины (Северная Осетия -71%, Ставропольский край – 52,9%). Все вспышки АЧС в РФ анализированы с учётом многоуровневой структуры свиноводства и представлены в таблице 3. От всех 284 вспышек средне-статистические годовые величины частоты заносов вируса АЧС были установлены в ЛПХ 73 (61-87)% и только 5 (3-7)% - 22 (10-34)% - в фермы <1000 гол. и >1000 гол., соответственно.

Таблица 3 - Распределение вспышек АЧС в зависимости от систем выращивания свиней (% рисков заноса)

Год Тип ферм
ЛПХ: <1000 >1000
абс. % абс. % абс. %
2008 45 76 4 7 10 17 59
2009 44 88 1 2 5 10 50
2010 45 72 3 5 14 23 62
2011 34 72 2 5 11 23 47
2012 39 59 3 5 24 36 66
Итого: 207 73 (61-87) 13 5(3-7) 64 22(10-34) 284

Такая тенденция связи рисков заноса АЧС от способов выращивания убедительно подтверждается сравнением данных и в отдельных субъектах. Так, в Северной Осетии количество заносов вируса в ЛПХ было 67-79%, в Ростовской области -61-100%, в Волгоградской области - 93-100%, Тверской области 67-75%. В Краснодарском крае - количество заносов вируса в ЛПХ было ниже (34%), т.к. в структуре свиноводства преобладают фермы и свинокомплексы. Роль ЛПХ в эпизоотологии АЧС также подтверждается корреляцией между плотностью ЛПХ (на 1 км2 пашни) и вспышками (r= 0,7 при р=0,05), а низкая корреляция (r=0,3) между плотностью свиней в ЛПХ (на 1 км2 пашни) и вспышками свидетельствует о высоком риске заноса вируса АЧС для любых населённых пунктов и ЛПХ, в которых содержат свиней и не зависит количества выращиваемых свиней.

Таблица 4 - Расчёты процентов неблагополучных ЛПХ и ферм

(<1000 гол. +>1000 гол.)

Наименование субъекта Тип выращивания свиней Количество:
всего (абс.) в т.ч. инфицированных
(абс.) (%)
Северная Осетия ЛПХ 83 43 52
свинофермы 28 12 43
Ставропольский край ЛПХ 495 11 2,2
свинофермы 9 5 56
Краснодарский край ЛПХ 1742 23 1,3
свинофермы 154 39 25
Ростовская область ЛПХ 1533 47 3
свинофермы 59 16 27
Волгоградская область ЛПХ 1493 22 1,5
свинофермы 20 1 5

Такими расчётами показаны высокие риски заноса вируса в ЛПХ относительно структуры вспышек, но расчёты количеств вспышек относительно плотности и количеств всех ЛПХ, где выращивали свиней, показывают (таблица 4), что в распространении АЧС их роль в основных свиноводческих субъектах значительно ниже (1,3-3%), за исключением Северной Осетии (52%), а инцидентность вспышек АЧС в фермах была значительно выше (в Ставропольском крае -56%, в Краснодарском крае - 25%, Ростовской области - 27%).

Как правило, вспышки АЧС в ЛПХ населённых пунктов сопровождались в последующем вспышками на свинофермах. Таким образом, представленные данные указывают на основную роль ЛПХ в поддержании АЧС, а свиноферм (свинокомплексов) - в распространении АЧС на территориях субъектов.

2.2.5 Основные источники и факторы передачи вируса

Хотя темпы прироста вспышек АЧС в стране к 2013 г. снизились, но ежегодные инциденты болезни в ЛПХ, фермах и популяциях диких кабанов свидетельствовали о сохранении источников вируса. В таблице 5 суммированы все установленные источники вируса АЧС и их значение в индукции вспышек в ЛПХ и свинофермах в 2008-2012 гг.

Таблица 5 - Основные установленные источники и пути передачи вируса, установленные при вспышках АЧС в фермах домашних свиней 2008-

2012 гг.

Источники и передача вируса Всего:
абс. %
Торговля инфицированными свиньями 1 0,3
Соседство (инфицированные АЧС свиньи в ЛПХ) 5 1,7
Прямой контакт с людьми (приём пищи на ферме) 1 0,3
Контакт с транспортными средствами, перевозки 108 38
Инфицированные АЧС дикие кабаны 4 1,4
Кормление пищевыми отходами 100 35
Не установлено 65 23
Всего: 284 100

Так, из 284 всех вспышек, 35% вызваны использованием для кормления свиней пищевых отходов, 38% отнесены к контактам с транспортными средствами, использовавшимся ранее для перевозки свиней, остальная часть имели отношение к торговле живыми инфицированными АЧС свиньями (0,3%), соседству (1,7%), прямым заносом источника вируса человеком (0,3%) и только 1,4% случая были подтверждены контактами с инфицированными дикими кабанами (при выпасе).

2.2.6 Показатели эпизоотического процесса при полевых вспышках АЧС

Для статистических расчётов заболеваемости и смертности независимо от формы эпизоотического процесса АЧС все инфицированные ЛПХ и свинофермы были распределены по группам в зависимости от плотности содержания свиней: 1-10 гол. (n=40), 11-100 гол. (n=40), 101-1000 гол. (n=28) и >1000 (n=6) (таблица 6).

Таблица 6 - Эпизоотологические показатели при вспышках АЧС в зависимости от способа выращивания и плотности содержания свиней

Обследуемая группа (гол.) Кол-во обследованных ферм Время наблюдения (сут.) ** Показатели:
заболеваемость (%) смертность (%)
1-10 (ЛПХ) n=40 4(2-6) 75(64-86) 62(50-74)
11-100 (ЛПХ) n=40 5(4-6) 53 (41-65) 36(25-47)
101-1000* n=28 6(4-7) 37 (25-49) 32(20-44)
>1000* n=6 4(1-7) 10(3-24) 8(3-19)
Коэффициенты корреляции r=-0,9 r=-0,8

Примечание. *- свинофермы; ** - время наблюдения соответствует времени от подозрения до лабораторного подтверждения АЧС и убоя животных стемпинг-аут.

Из данных таблицы видно, что заболеваемость и смертность больше зависели от способов выращивания, а не от плотности содержания свиней. Так, в результате инфицирования в ЛПХ свиней групп от 1-10 гол. (n=40) статистически расчётные заболеваемость и смертность были самыми высокими - 75 (64-86) % и 62 (50-74)%, соответственно. С другой стороны, после заноса вируса в промышленные свинокомплексы с поголовьем от 1000 до 100000 гол. (n=6) – заболеваемость - 10 (3-24)%, смертность - 8 (3-19)%, соответственно. Из-за очень короткого периода наблюдения показатели заболеваемости соответствовали инцидентности и поэтому имели не прямую, а обратную связь с плотностью содержания свиней (r= -0,9 и r= -0,8, соответственно). Хотя представленные показатели заболеваемости и смертности не всегда могут отражать будущее развитие эпизоотического процесса (короткий период наблюдения), но могут использоваться при отборе проб для лабораторного подтверждения и расчётов выборки при планировании мониторинга АЧС.

2.2.7 Описание течения инфекции и посмертные изменения у отдельно инфицированных АЧС свиней при вспышках болезни

Наиболее трудным при описании течения инфекционной болезни в полевых условиях является определение периода времени от начала заражения до обнаружения первых клинических признаков болезни – инкубационного периода. Для определения инкубационного периода при вспышке АЧС в полевых условиях анализированы собственные данные эпизоотологического расследования в откормочной ферме, где были установлены точные календарные даты ввода в ферму инфицированного вирусом АЧС хряка и обнаружения первичных симптомов заболевания (угнетение, отказ от корма, гипертермия) у свиней, имевших с ним контакт. Время от первого контакта до появления признаков болезни было установлено у отдельных свиней от 3-х до 9 сут., т.е. соответствующее инкубационному периоду.

Согласно полученным данным полевых наблюдений АЧС в ЛПХ (n=13) и свинофермах (<1000 n=6; >1000 n=13) среднее время развития клинических признаков болезни, от первых обнаружений симптомов до гибели было в среднем 7 (4-10) сут., что соответствует острой форме течения инфекции.

Количественно, пропорции распределения наиболее часто обнаруживаемых одновременно клинических признаков: лихорадка - 21%, анорексия -17%, угнетение -17%, цианоз кожи-13%, внезапная гибель - 10%, кровяные истечения из носовых отверстий, прямой кишки, нарушения дыхания 6%, диарея и аборты- 2%.

Количественные группирования одновременно обнаруженных посмертных изменений, также могут быть основанием для подозрения АЧС: геморрагические воспаления в селезёнках (20%), лимфадениты (18%) и генерализованные геморрагии и скопления экссудата в грудной полости (13%), реже геморрагические гломерулонефриты в почках и геморрагические энтериты (9%) и ещё реже (7%) - петехиальные кровоизлияния на брюшной серозной, желудочной и кишечной слизистых оболочках и сердце (эпикарде и эндокарде). Из доступных данных полевых вспышек (опросы, акты) практическими ветеринарными врачами и владельцами свиней подозрения на АЧС были основаны на визуальном учёте клинических признаков (36%) и посмертных изменений (56%) и только 8% - на основании эпизоотологических данных. Таким образом, подозрение АЧС в новом месте и свиноферме, как ключевой точки начала противоэпизоотических мероприятий из-за недостаточных оснований не всегда было своевременным или точным, что также можно считать фактором риска поддержания и распространения АЧС.

2.2.8 Мониторинг патогенности изолятов вируса АЧС

Изменения патогенности может сильно влиять на скорость передачи вируса, подозрение и эффективность лабораторных методов обнаружение инфекции. Из коллекции изолятов (всего 330) вируса АЧС от инфицированных АЧС домашних свиней и диких кабанов при спорадических вспышках и эпизоотиях в 2009-2012 гг. наибольший эпизоотологический интерес в отношении вероятной изменчивости патогенности вируса АЧС представляли изоляты вируса АЧС из популяций инфицированных диких кабанов.

Экспериментальные исследования выполнены с акцентом уточнения параметров инкубационного периода, продолжительностей лихорадки, виремии и исхода инфекции, характеризующие патогенность изолята вируса АЧС (таблица 7.

Таблица 7 - Сроки обнаружения и длительность клинических признаков, виремии, специфических антител после интраназального введения изолятов вируса АЧС от диких кабанов

№ п/п № изолята Титр* вируса (lg ГАЕ 50/см3) Длительность обнаружения признаков (сут.):
ип t0 л виремия антитела гибель
первич. всего первич. всего
1 116 1,0 3 7 2 2 7 8 1 8
2 161 1,0 4 8 3 3 9 8 1 11
3 223 1,0 3 7 6 3 8 8 3 10
4 231 1,0 3 10 4 4 10 9 5 13
5 242 1,0 3 4 4 3 5 0 0 7
6 259 1,0 1 5 3 2 5 0 0 6
7 322 1,0 4 8 7 3 9 9 3 11
8 325 4,0 2 6 3 3 6 7 2 8
9 326 3,0 3 5 2 3 6 7 2 8
10 327 5,0 2 8 2 3 8 7 4 10
среднее 3 (2-4) 7 (6-8) 3 (2-5) 3 (2,4-3,4) 7 (5-8) 7 (5-8) 3 (1-4) 9 (8-11)

Из данных таблицы 7 видно, что у всех подсвинков, инокулированных испытуемыми изолятами с разными концентрациями вируса (l,0-5,0 lg ГАЕ 50/см3) по срокам наступления и длительности показателей развивалась острая форма АЧС с короткими инкубационными периодами 3 (2-4)сут., гипертермией 7 (6-8) сут., лейкопенией 3 (2-5) сут., виремией на 3 (2,4-3,4) сут, которую наблюдали до гибели на 9 (8-11) сут. Специфические антитела были обнаружены в пробах сывороток крови и в экстрактах селезёнок на 7 (5-8) сут. после заражения.

Количества вируса, введённые свиньям, не имели прямого влияния ни на длительность инкубационного периода (r=-0,8), ни на длительность лихорадки (r=0,1), ни на длительность болезни (r=-0,3).

Таким образом, при передаче вируса АЧС в популяциях диких кабанов изменений патогенности не установлено, а вспышки в 2009-2012 гг. в Северо-Кавказском, Южном, Центральном, Северо-Западном ФО были вызваны патогенным вирусом АЧС. Патогенность изолятов, выделенных от инфицированных домашних свиней, вызвавших вспышки в 2008-2011 гг. была также подтверждена (Белянин С.А. и др., 2011).

2.2.9 Основные диагностические характеристики лабораторных методов обнаружения инфекции при вспышках АЧС

Для точного подтверждения подозрения и наиболее эффективного обнаружения инфекции АЧС были проведены сравнительные изучения вирусологических и серологических методов при исследовании проб от 217 инфицированных диких кабанов и 664 домашних свиней, отобранные при вспышках в 2008-2012 гг. (таблица 8)

Таблица 8 - Результаты обнаружения вируса, вируса+специфические антитела и специфических антител у инфицированных домашних свиней и диких кабанов при вспышках АЧС

Год Дикие кабаны (гол.) Домашние свиньи (гол.)
вирус* вирус+антитела антитела вирус вирус +антитела** антитела
абс. % абс. % абс. % абс. %
2008 15 1 7 0 0 88 43 49 0 0
2009 20 5 25 0 0 86 54 63 0 0
2010 18 13 72 0 0 135 54 40 0 0
2011 55 44 80 0 0 134 72 54 0 0
2012 109 64 58 14 12 221 140 63 0 0
217 127 48 (10-87) 14 7 664 363 58 (42-66) 0 0

Обозначение. * - вирус обнаружен ПЦР и РПИФ; ** - специфические антитела обнаружены РНИФ в тканях (95% доверительный интервал разности средних).

Из данных таблицы 8 видно, что инфекция АЧС регулярно подтверждалась обнаружением вируса ПЦР и РПИФ, однако из всех 217 инфицированных диких кабанов, только у 127 гол. (48 (10-87)%) были обнаружены одновременно вирус и специфические антитела (в тканях) и только у 14 гол. (7%) – только специфические антитела (кабаны отстреляны в ГК «Завидово» при вспышке АЧС в 2012 г.). Из 664 АЧС инфицированных домашних свиней комбинированное обнаружение вируса и специфических антител было подтверждено у 363 свиней - 58 (42-66)%, но не было обнаружено ни одной домашней свиньи, имеющей только специфические антитела.

Таким образом, частота обнаружения вируса доказывает диагностическую эффективность ПЦР и РПИФ для подтверждения АЧС у домашних свиней и диких кабанов. Превалирование обнаружения вируса также подтверждает острое течение инфекции АЧС и отсутствие изменений патогенности вируса АЧС в течение 2008-2012 гг. Обнаружение антителоносителей свидетельствуют о необходимости использования серологических методов.

Валидация лабораторных методов обнаружения вируса ПЦР и РПИФ с целью определения их диагностических характеристик выполнена по отношению к реальной ситуации. В анализ также включены данные практических ветеринарных лабораторий субъектов РФ, в которых использовали те же наборы и тест-системы. Структура выборки для оценки методов включала целевые популяции инфицированных и подозреваемых в инфицировании диких кабанов и домашних свиней при вспышках АЧС (целенаправленная выборка, всего 650 инфицированных АЧС животных ), а также здоровых свиней группы откорма при их транспортировании на мясокомбинат внутри II-й угрожаемой зоны субъектов, клинически здоровых свиней группы откорма, проверяемых при перевозках в благополучных субъектах РФ (случайная выборка, всего 313167 гол. свиней).

Статистические расчёты, представленные в таблице 9 свидетельствуют о высоких показателях диагностических чувствительности и специфичности РПИФ и ПЦР (Р=0,05) и корреляции между ними.

Таблица 9 - Сравнительная оценка диагностической чувствительности и специфичности РПИФ и ПЦР по отношению к реальной ситуации АЧС


Реальная ситуация: Всего:
Наличие АЧС Отсутствие АЧС
РПИФ + 644 1 645
- 6 313166 313172
ПЦР + 645 2 647
- 5 313165 313170
650 313167 313817

РПИФ: диагностическая чувствительность 99 (98-99,8)%; диагностическая специфичность 99,9 (99,9-100)%,

ПЦР: диагностическая чувствительность 99,2 (98,6-99,9)%; диагностическая специфичность 99,9 (99,9-100)%

Таким образом, комбинированное использование РПИФ и ПЦР по чувствительности и специфичности может быть альтернативой для классического вирусологического метода изоляции вируса, но имея при этом преимущества в скорости и практическом выполнении в любой ветеринарной лаборатории.

2.2.10 Разработка принципов планирования и проведения пассивного и активного мониторинга АЧС в субъектах РФ с различным эпизоотическим статусом

С учётом распространения АЧС (любая административная территория РФ), групп риска (ЛПХ и фермы домашних свиней и популяции диких кабанов), времени года (отсутствует сезонность) и эпизоотических форм болезни (спорадические, эпизоотии и энзоотии) лабораторный мониторинг АЧС организуют на постоянной основе во всех субъектах РФ, где выращивают свиней (независимо от места и системы выращивания, количества ферм и плотности свиней).

Разделение лабораторного мониторинга на пассивный (лабораторную диагностику) и активный (плановый скрининг) основано на двух фундаментальных принципах:

- раннее подозрение и подтверждение заноса вируса;

- подтверждение отсутствия вируса.

Введение пассивного мониторинга целесообразно в благополучных (свободных от вируса) по АЧС территориях. При расследованиях каждого случая гибели свиней с подозрением АЧС требуются выполнения всего комплекса лабораторных исследований. Поэтому эффективность пассивного мониторинга АЧС зависит от своевременного подозрения и выборки, основанные на хороших знаниях течения и клинических признаков болезни, посмертных изменений, а также от качества используемых диагностических наборов (тест-систем) и компетентности лаборатории.

Введение активного мониторинга, наряду с пассивным, целесообразно в административных территориях, ранее неблагополучных по АЧС, для контроля возможных (ещё не уничтоженных) источников вируса АЧС, которые могли сохраниться.

На основании установленных данных ежемесячной инцидентности и типа вспышек, форм эпизоотического процесса, длительности циркуляции источников вируса, поражённых АЧС домашних свиней или диких кабанов определяют эпизоотический статус субъектов РФ, тип и методы пассивного и активного мониторинга:

1. Инфицированная административная территория в субъектах АЧС установлена недавно в виде любой из эпизоотических форм АЧС (спорадическая, эпизоотия, энзоотия), либо время от последней первичной вспышки менее 3 мес. или менее 8 мес. после эпизоотии или вторичной вспышки. На таких территориях организуют активный лабораторный мониторинг с целями:

1. Подтверждение отсутствия АЧС в ЛПХ и фермах;

2. Подтверждение отсутствия вируса в мясе, субпродуктах и при перевозках живыми свиньями при торговле;

3. Подтверждение эффективности уничтожения источников вируса АЧС в очагах.

Для организации лабораторного мониторинга АЧС в популяциях диких кабанов инфицированные территории мест обитания кабанов также определяют в рамках административных границ субъектов в тех случаях, когда:

- обнаруживают инфицированных животных;

- после последней вспышки АЧС, подтверждённой лабораторными методами, прошло не менее 1 года.

2. Свободная от АЧС административная территория в субъектах - время после первичных или вторичных вспышек не менее 8 мес. или вспышки АЧС никогда не регистрировали. Основная цель мониторинга в этих территориях - подтверждение отсутствия АЧС у отдельных животных.

3 ВЫВОДЫ

1. В результате ретроспективного анализа распространения АЧС во времени и в административных границах субъектов РФ эпизоотический процесс характеризовался развитием эпизоотий (Северная Осетия, Ростовская область, Краснодарский край), спорадическими вспышками (Ставропольский край, Волгоградская, Ленинградская, Мурманская, Архангельская, Нижегородская, Тверская, Воронежская, Курская, Ярославская, Ивановская, Оренбургская и Саратовская области) и подозрением энзоотии (среди популяций диких кабанов в Чеченской Республике, горных территориях Краснодарского края и в Тверской области).

2. Независимо от типа эпизоотического процесса циркуляция источников вируса АЧС на территории неблагополучных по АЧС субъектах установлена не менее 3-х мес., т.е. значительно дольше официального 1 мес. карантина, что объясняет длительность циркуляции вируса и вторичные вспышки АЧС.

3. Основной фактор в реализации механизмов поддержания и распространения АЧС в РФ - многоуровневая и разнообразная структура свиноводства во всех федеральных округах РФ. Так, высокие пропорции свиней 33 (21-46)%, выращиваемых в ЛПХ, обуславливают основные риски поддержания и заносов вируса АЧС в них (67-100%), а в распространении инфекции основное значение имеют плотность ЛПХ и ферм на 1 км2 пашни выращивания свиней (коэффициент корреляции r= 0,7 при Р=0,05).

4. Длительность эпизоотического процесса в популяциях диких кабанов при передаче вируса «кабан-кабан» 15-24 мес. Роль инфицированных диких кабанов в передаче вируса АЧС домашним свиньям незначительная (1,4 % от всех установленных путей передачи).

5. Сезонность частоты вспышек АЧС имеет особенности в зависимости от географического расположения инфицированных субъектов РФ и вида поражённых популяций свиней. В Северо-Кавказском, Южном и Центральном ФО частота вспышек среди популяции домашних свиней была выше летом (46-76%, соответственно), однако в популяциях диких кабанов были различия - в Северо-Кавказском и Южном ФО - зимой (43%), а Центральном ФО – летом (45%).

6. Показатели заболеваемости и смертности с учётом реальных количеств свиней в инфицированных популяциях (помещение, ферма) и периодов наблюдений вспышек (не более 4-6 сут.) были разными и обратно пропорциональны плотности содержания свиней (r= -0,9 и r= -0,8, соответственно): в ЛПХ заболеваемость варьировала от 75 (64-86) % в группах от 1-10 гол., до 53 (41-65)% - в группах от 11-100 гол.; в фермах с содержанием 101-1000 - 37 (25-49)%, а в крупных фермах и свинокомплексах – 10 (3-24)%. Показатели смертности также были выше в ЛПХ 62 (50-74)%, ниже - в фермах 11-100 гол. и 101-1000 гол. - 36 (25-47)% и 32 (20-44)%, соответственно, и значительно ниже - в крупных фермах - 8 (3-19)%.

7. Эпизоотический процесс обусловлен циркуляцией патогенного, контагиозного вируса АЧС, который вызывает острое течение инфекции с коротким инкубационным 3 (2-4) сут. и инфекционным 9 (8-11) сут. периодами.

8. При современном развитии эпизоотического процесса основным объектом для подтверждения инфекции АЧС лабораторными исследованиями является вирус. Специфические антитела одновременно с вирусом были обнаружены в тканях только 48 % инфицированных диких кабанов и 58 % инфицированных домашних свиней.

9. Точность лабораторных методов обнаружения вируса АЧС с использованием коммерческих серий производства ГНУ ВНИИВВиМ Россельхозакадемии («Набор препаратов для дифференциальной иммунофлуоресцентной диагностики АЧС, КЧС и болезни Ауески», «Тест-система для выявления ДНК вируса АЧС методом ПЦР в реальном времени) при подтверждении вспышек АЧС составила: РПИФ - диагностическая чувствительность - 99 (98-99,8)%, диагностическая специфичность - 99,9 (99,9-100)%; ПЦР - диагностическая чувствительность - 99,2 (98,6-99,9)%, диагностическая специфичность - 99,9 (99,9-100)%.

10. Основными критериями для контроля АЧС на территориях субъектов РФ - проведение пассивного и активного мониторинга основанное на учёте современного инфицированного или свободного от АЧС статуса субъектов РФ.

4 ПРАКТИЧЕСКИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ

Установленный минимальный трёхмесячный срок сохранения и передачи источников вируса в популяциях домашних свиней может быть учтён при совершенствовании нормативной базы (инструкций, рекомендаций и т.д.), раздел «Сроки карантина» для административных районов, субъектов ФО (раздел «Сроки отмены ограничений во II-й угрожаемой зоне) и инфицированных природных территориях.

С целью повышения эффективности контроля АЧС данные заболеваемости в ЛПХ и свинофермах могут быть использованы для расчётов выборки при планировании активного мониторинга и расчётов годовой потребности необходимого количества диагностикумов.

5 СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Дикий европейский кабан. Моделирование и прогнозирование природно-очаговой африканской чумы свиней / Б.В. Боев, В.В. Макаров, О.И. Сухарев, О.Б. Литвинов // Ветеринария. - 2010. - №12. - С. 18-23.
  2. Дудников, С.А. Количественная эпизоотология: основы прикладной эпидемиологии и биостатистики / С.А. Дудников. Владимир: Демиург, 2005.- 460 с.
  3. Дудников, С.А. АЧС: картографический анализ распространения заболевания на территории РФ / С.А. Дудников, О.Н. Петрова, Ф.И. Коренной // Владимир, 2011. - 107 с.
  4. Картографический анализ вспышек африканской чумы свиней на территории российской Федерации и компьютерное моделирование базовой скорости репродукции/ В.М. Гуленкин, Ф.И. Коренной, С.А. Дудников, А.А. Шевцов // Ветеринарная патология. - 2009.- №3.- С. 18-27.
  5. К вопросу о распространении африканской чумы свиней в России / Н.С. Бардина, А.А. Шевцов, О.Н. Петрова [и др.] // Труды Федерального центра охраны здоровья животных. Владимир, 2011.-Т.9.- С. 131-138.
  6. Макаров, В.В. Основы инфекционной иммунологии / В.В. Макаров, А.А. Гусев, Е.В. Гусева, О.И. Сухарев // РУДН/ВНИИЗЖ.- Владимир-Москва, 2000.- 176 с.
  7. Методические указания по эпизоотологическому исследованию / И.А. Бакулов и др. М.: Колос, 1982.- С.16.
  8. Природная очаговость АЧС / В.В. Макаров, А.А. Гусев, Е.В. Гусева, О.И. Сухарев // Ветеринарная патология.- 2011.- №3.-С. 9-18.
  9. Рождественский, И.К. Информация об угрозе распространения африканской чумы свиней на территории Российской Федерации / И.К. Рождественский, Е.А. Лазарева//Главный зоотехник. - 2010. - №2. - С. 55-56.
  10. Салимов, В.А. Патологоанатомическая характеристика африканской чумы свиней / В. А. Салимов, Ю. О. Селянинов // БИО – 2010. № 1-2. - С. 19-20.
  11. Система мониторинга особо опасных, экзотических и малоизученных, в том числе зооантропонозных болезней животных / И.А. Бакулов, А.В. Книзе, В.М. Котляров, Н.В. Дмитренко, А.А. Коломыцев, А.Л. Семенихин // Покров, 2001.- С. 72.
  12. Эпизоотологический мониторинг африканской чумы свиней в Республике Абхазия / В.Н. Герасимов, С.А. Кукушкин, Э.А. Аншба [и др.] // Ветеринарный врач. – 2008. - №5. – С. 21-25.
  13. Эпизоотическая ситуация по АЧС [электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.fsvps.ru.- загл. с экрана.
  14. African swine fever//Manual of Diagnostic Tests and Vaccines for Terrestrial Animals/ OIE. - Paris, 2012 - P. 45.
  15. Beltran-Alcrudo, D. African Swine Fever in the Caucasus / D. Beltran-Alcrudo, J. Lubroth, K. Depner, S. De // FAO, EMPRES watch, Rome.- 2008. – P. 4.
  16. Terrestrial Animal Health Code // OIE. – 2010. - Т. 2. - Р. 846.
  17. www.o.i.e.int, WAHID, 2007-2012

6 СПИСОК НАУЧНЫХ РАБОТ, ОПУБЛИКОВАННЫХ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

  1. Африканская чума свиней - главная проблема для свиноводства России / В.В. Куриннов, Д.В. Колбасов, С.А. Белянин [и др.] // Жизнь без опасностей. Здоровье. Профилактика. Долголетие. – 2010. - № 3. - С. 82-87.
  2. Патогенность вируса африканской чумы свиней, циркулирующего на территории РФ/ С.А. Белянин, А.П. Васильев, Д.В. Колбасов [и др.] // Роль ветеринарной науки в реализации продовольственной доктрины РФ: материалы Междунар. науч.- практич. конф.- Покров, 2011. - С.14-20.
  3. Экспериментальные и полевые исследования специфических антител в тканях органов у инфицированных вирусом АЧС домашних свиней и кабанов с острым течением болезни // В.В. Куриннов, С.А. Белянин, А.П. Васильев [и др.] // Ветеринария Кубани. – 2012. - № 4. – С. 9-11.
  4. Клинико-морфологическая картина при экспериментальном и контактном способах заражения кабанов вирусом африканской чумы свиней / Е.В. Рыжова, В.В. Пронин, С.А. Белянин [и др.] // Роль ветеринарной науки в реализации продовольственной доктрины РФ: материалы Междунар. науч.-практич. конф.- Покров, 2011. - С. 66-69.
  5. Белянин, С.А. Характеристика полевых высоковирулентных и низковирулентных изолятов вируса АЧС / С.А. Белянин // Ветеринарная медицина XXI века: инновации, опыт, проблемы и пути их решения: материалы Междунар. науч.-практич. конф.-Ульяновск, 2011. – С. 56-60.
  6. Экспериментальное воспроизведение африканской чумы свиней у европейских диких свиней / С.А. Белянин, А.П. Васильев, Д.В. Колбасов [и др.] // Ветеринарна медицина 95: мiжвiдомчий тематич. науковий збiрник.-Харкiв, 2011. - № 95. - С. 13-15.
  7. Вирулентность изолятов вируса АЧС/С.А. Белянин, А.П. Васильев, Д.В. Колбасов [и др.] // Ветеринария Кубани. – 2011. - № 5.- С. 9-10.
  8. Патологоанатомические изменения у домашних свиней при остром течение африканской чумы свиней / С.А. Белянин, Е.В. Рыжова, Д.В. Колбасов [и др.] // Ученые записки Казанской государственной академии ветеринарной медицины имени Н.Э.Баумана. - 2012. – Т. 209.- С. 59-64.
  9. Клинические признаки и патоморфологические изменения у домашних свиней при подостром течении африканской чумы свиней на территории Российской Федерации / С.А. Белянин, Д.В. Колбасов, В.В. Куриннов [и др.] // Ветеринарная патология. - 2011. - № 4.- С. 36-39.
  10. Патоморфологические изменения у домашних свиней при остром и подостром течении африканской чумы свиней / Е.В. Рыжова, С.А. Белянин, Д.В. Колбасов [и др.] // Российский ветеринарный журнал. Сельскохозяйственные животные. – 2012.- № 1. - С. 10-13.
  11. Патологоанатомические и патогистологические изменения при африканской чуме свиней у кабанов (экспериментальное заражение) / Е.В. Рыжова, В.В. Пронин, Г.В. Корнева, С.А. Белянин [и др.] // Ветеринарная медицина. - 2011. - № 3-4.- С. 77-79.
  12. Моноспецифическая сыворотка к рекомбинантному белку p30 для изучения африканской чумы свиней (АЧС) / А.С. Казакова, А.А. Варенцова, А.С. Першин, С.А. Белянин [и др.] / Научный журнал КубГАУ [Электронный ресурс]. – Краснодар: КубГАУ, 2011. - №71(07). – Шифр Информрегистра: 0421100012/0096. – Режим доступа: http://ej.kubagro.ru/2011/07/pdf/45.pdf/
  13. К вопросу о патогенности вируса африканской чумы свиней, циркулирующего на территории РФ / С.А. Белянин, А.П. Васильев, Д.В. Колбасов [и др.] // Актуальные ветеринарные проблемы в промышленном свиноводстве: материалы 6-ой Междунар. конф. - Москва, 2011. – с. 6 - 12.
  14. Иммуногистохимические изменения в лимфатических узлах и селезенке у диких свиней при экспериментальном воспроизведении африканской чумы свиней / Д.В. Колбасов, Е.В. Рыжова, С.А. Белянин [и др.] // Ветеринарная патология. - 2012. - № 4. - С. 93-97.
  15. Detection of specific antibodies in the organs of dead domestic pigs and wild boars after an experimental acute ASF infection and at the infection outbreaks in Russia in 2008 to 2011 / V. Kurinnov, S. Belyanin, A. Vasiliev [et al.] // EPIZONE 6th Annual Meeting "Viruses on the move". England. - 2012. - Р. 51.

7 СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

АЧС – африканская чума свиней

абс. – абсолютный

ГАЕ – гемадсорбирующая единица

ип – инкубационный период

л - лейкопения

ЛПХ – личное подсобное хозяйство

мес. – месяц

МЭБ – международное эпизоотическое бюро

П – приволжский ФО

ПЦР – полимеразная цепная реакция

РПИФ – реакция прямой иммунофлуоресценции

СЗ – северо-западный ФО

СК – северо-кавказский ФО

ФО – федеральный округ

Ц – центральный ФО

Ю – южный ФО

r – коэффициент корреляции

V- коэффициент вариации

t0 – гипертермия

Отпечатано в типографии ГНУ ВНИИВВиМ Россельхозакадемии,

г. Покров Владимирской области.

Тираж 100 экз.