WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Политико-социальные основы устойчивого развития регионов россии (на примере субъектов южного федерального округа)

На правах рукописи

ДЖАРИМОК ЗАМИРА КАЗБЕКОВНА

ПОЛИТИКО-СОЦИАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ
УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ РЕГИОНОВ РОССИИ
(на примере субъектов Южного федерального округа)

Специальность 23.00.02 – политические институты,

этнополитическая конфликтология,

национальные и политические процессы

и технологии

Автореферат диссертации

на соискание ученой степени

кандидата политических наук

Ростов-на-Дону – 2007

Работа выполнена на кафедре политологии и этнополитики

Северо-Кавказской академии государственной службы

Научный руководитель: заслуженный деятель науки
Российской Федерации,

доктор политических наук, профессор
Понеделков Александр Васильевич

Официальные оппоненты: доктор экономических наук, профессор

Корниенко Виктор Иванович

кандидат политических наук

Артюхин Олег Александрович

Ведущая организация: Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова

Защита состоится «5» июля 2007 г. в 13-00 часов на заседании диссертационного совета Д 502.008.02 по политическим наукам при Северо-Кавказской академии государственной службы по адресу: 344002, г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 70, аудитория № 514.

С диссертацией можно познакомиться в библиотеке Северо-Кавказской академии государственной службы.

Автореферат разослан «3» июня 2007 г.

Отзывы на автореферат, заверенные печатью, просим присылать по адресу: 344002, г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 70,
к. 304.

Ученый секретарь

диссертационного совета Агапонов А.К.

  1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования

Современные глобализационные процессы приводят к новому раскладу политических сил, обусловленному переходом к планетарной парадигме. Становление монополярного, вернее, униполярного мира, где либеральная идеология навязывается даже тем странам, где исторически складывались другие подходы к организации общественно-политической жизни, приводит к новым линиям цивилизационных разломов и политической конфронтации.. Подобная угроза возникла в конце XX в. и на территории постсоветского пространства, вызванная развалом социалистической системы и либерализацией политико-социальных и экономических отношений.

Углубление экологического, экономического и политического кризисов потребовало от общества разработки новых моделей развития. Одним из вариантов был выбран курс на устойчивое развитие. Пятнадцатилетний период реализации решений Конференции ООН по окружающей среде и развитию в Рио-де-Жанейро 1992 г. (Рио-92) показал необходимость разработки не только концептуальных подходов к теории развития, но и практических аспектов ее применения, что подчеркивалось на Всемирном саммите в Йоханнесбурге в 2002 г. (Рио+10). Рассмотрения глобальных проблем только сквозь призму экономики и экологии, не позволяет получить полную объективную картину. Необходимо политологическое осмысление происходящих социально-политических процессов и имеющих место механизмов реализации Концепции устойчивого развития.

В последнее время в научных исследованиях глобальных кризисных проблем, в основном, рассматривается взаимосвязь явлений глобального, регионального и локального уровней. Учитывая, что взаимодействие национальных государств в подходах к решению глобальных проблем в научной литературе рассмотрено достаточно подробно, то на местном уровне данная проблема изучена еще недостаточно и эта тема становится для исследователей все более актуальной.

Сложные и противоречивые политические процессы, происходящие в современной России, избравшей концептуально курс устойчивого развития, ставят перед исследователями ряд задач, связанных с осмыслением новых реалий.

Конец ХХ в. ознаменовался для нашей страны девальвацией национальных идей, политическим и экономическим кризисом, национальными конфликтами, «парадом суверенитетов» и, как следствие, снижением влияния на международной арене. Поэтому разработка национальной стратегии устойчивого развития с учетом изменяющегося мира – задача сегодняшнего дня.

Учитывая федеративное устройство России, интегральной для нее основой является региональный аспект устойчивого развития. «Под регионом поднимается часть территории Российской Федерации, обладающая общностью природных, социально-экономических, национально-культурных и иных условий. Регион может совпадать с границами территории субъекта Российской Федерации либо объединять территории нескольких субъектов Российской Федерации»[1].

При этом объективным является факт, что в основе экологических угроз лежат экономические и социально-политические проблемы, межрегиональные и межгосударственные противоречия.

Концепция устойчивого развития России базируется на дифференцированных научных подходах, учитывающих многообразие природных, национальных, социальных, культурных, политических и других явлений, имеющих место в Российском государстве. При всей глобальности экологических и социально-экономических проблем основной политической задачей России остается сохранение и укрепление федеративного государства. Эта задача сегодня особенно актуальна в связи с политической дестабилизацией на Ближнем Востоке, расширением НАТО и опасным политическим курсом ряда бывших советских республик.



Юг России – один из наиболее уязвимых и неустойчивых с точки зрения государственной целостности и, следовательно, национальной безопасности регион.

Таким образом, актуальность диссертационного исследования определяется необходимостью:

  • концептуального осмысления устойчивого развития Российской Федерации с учетом интегрирующего характера глобальных угроз;
  • анализа составляющих концепции перехода России к устойчивому развитию с учетом региональных аспектов;
  • научной инвентаризации региональных особенностей, дифференцирующих механизм реализации модели устойчивого развития ЮФО;
  • повышения эффективности политического инструментария реализации модели устойчивого развития Юга России и возможности ее модификации.

Степень научной разработанности темы

Развития системы «природа – человек – общество – государство» в условиях глобализации экологического, экономического и политического и социального кризисов повышает интерес исследователей. Данная система имеет довольно широкую теоретическую базу научной разработки.

Проблемы цивилизационного кризиса были подняты в работах О.Шпенглера, Н. Бердяева, Ф. Ницше, Э. Гуссерля[2]. Рассмотрению политического процесса с цивилизационной точки зрения посвящены работы С. Хантингтона[3].

Теоретико-мировоззренческие основы устойчивого социально-экономического и духовного развития цивилизации заложили представители ноосферного направления русского космизма – К.Э. Циолковский, В.И. Вернадский[4], социально-мировоззренческие идеи разрабатывались П.Тейяром де Шарденом[5].

Разработке теоретико-методологический статуса ноосферы посвящены труды Н.Н. Моисеева, Ф.И. Гиренка, В.П. Казначеева, В.К Горшкова, С.Г. Кара-Мурзы[6] и др., взаимосвязь общества и природы рассматривали В.И. Данилов-Данильян, А.Д. Урсул, А.Л. Романович, В.А. Лось, Ф.Д. Демидов, А.Г. Гранберг, Е.С. Шопхоев, С.А. Панкратов[7] и другие.

Развитие техногенной цивилизации привело к тому, что мир вступил в Эру рисков. Рискогенность научно-технического прогресса находит отражение в работах Э. Гидденса, У. Бека, А. Моля[8]. Теорию общества рисков и теорию рефлексивной модернизации применительно к условиям России развивал О. Яницкий[9].

Глобальный экологический кризис вызвал необходимость принятия совместных решений планетарного характера. Вопросы глобализации нашли свое отражение в работах: И. Валлерстайна, Дж. Риттцера, 3. Баумана, В.Л. Иноземцева, А.И. Неклессы[10] и др. Развитие глобального информационного общества отражена в работах Д. Бела, Э. Тоффлера, Ф. Фукуямы[11].

Первым серьезным актом научной рефлексии по поводу перспектив развития цивилизации в техногенном варианте стали научные доклады Римского клуба. Западными учеными (Дж. Форрестер, А. Печеи,
Д.Х.и Д.Л. Медоузы, М. Месарович, Э. Пестель и др.)[12] впервые была предпринята системно-модельная попытка определения «пределов роста». Впервые был поставлен под сомнение с экологических позиций идеал западного «общества потребления». Благодаря работам экологов-алармистов мировое политическое сообщество было вынуждено принять экологический императив и взять курс на устойчивое развитие. Начался поиск путей реализации настоящего курса, который продолжается и в настоящее время.

Поиск путей перехода к устойчивому развитию требует решения ряда теоретических и методологических вопросов, связанных с уточнением его целей, задач и функций не только в системе международных отношений, но и на региональном уровне, так как именно здесь происходит формирование фундаментального критерия качества жизни. Многообразие региональных особенностей нашло свое отражение в работах ряда ученых. В частности, проблемам перехода к региональному устойчивому развитию уделяется внимание в работах Н.Г. Рогожкиной[13], А.А. Акульчева, В.Г. Игнатова, Т.В. Игнатовой, А.В. Понеделкова, А.М. Старостина, А.В. Кокина, Ю.А. Федорова, В.А. Савицкой, Н.Ф. Беляева, В.Ф. Уколова, Д.Ю. Шапсугова и др.[14]

Общим моментом для многих авторов научных разработок стало рассмотрение широкого круга отечественных проблем сквозь призму проблемы национальной безопасности, положенной в основу концепции устойчивого развития.

Концептуальные положения осмысления угроз национальным интересам, их прогнозирования, а также отбор эффективных средств и способов предупреждения нашли свое закрепление в теоретических исследованиях таких авторов, как А.Г. Арбатов, Аванесов Г.А., А.И. Гуров, В.Н. Иванов, Р.Г. Яновский, В.Л. Райгородский, А.А. Сергунин, В.Г. Игнатов, А.В. Понеделков, A.M. Старостин, С.А. Кислицын, В.П. Таранцов и др.[15]

Несмотря на значительное количество работ по этой проблематике, разработка понятия Концепции устойчивого развития нуждается в дальнейшем углублении, а происходящие в мире или отдельном государстве процессы требуют постоянной корректировки модели устойчивого развития. Существуют проблемы выбора модели устойчивого развития с учетом региональных аспектов, т.к сами региональные факторы и их влияние на устойчивое развитие с политологической точки зрения изучены недостаточно.

Объектом исследования выступают политико-социальные основы устойчивого развития России.

Предмет исследования – региональный фактор устойчивого развития на примере ЮФО.

Цель диссертационного исследования состоит в теоретическом осмыслении политической составляющей стратегии перехода Российской Федерации к устойчивому развитию и поиске системы методов оптимального решения исследуемой проблемы в современном Российском государстве с учетом особенностей его регионов (на примере ЮФО).

Цель диссертации предполагает решение ряда задач:

  1. Проанализировать методологическую основу концепции устойчивого развития России.
  2. Выявить степень соответствия политической основы стратегии национальной безопасности России концепции ее устойчивого развития.
  3. Выделить социально-экономические, экологические и политические аспекты ЮФО.
  4. Определить критерии системы методов оптимального подхода к реализации модели устойчивого развития региона.
  5. Определить значение ФЦП и национальных проектов в стратегии устойчивого развития.
  6. Раскрыть особенности влияния демографических, этнических и религиозный факторов на реализацию концепции устойчивого развития регионов России и определить основные приоритеты регионального развития в контексте концепции устойчивого развития России и глобализационных мировых процессов.

Методологические и теоретические основы исследования определены особенностями объекта и предмета исследования, изучение которых предполагает интегрирование подходов различных областей научного знания – политологии, социологии, философии, этнологии, демографии, регионоведения, экологии, экономики и др. Политологическое осмысление исследуемой проблемы предполагает комплексное изучение различных уровней: глобального, регионального, национального, локального. Учитывая территориальные особенности федеративного устройства Российской Федерации необходимо рассматривать региональный уровень как подуровень национального. Системный подход позволяет рассматривать единство и взаимосвязь этих уровней и исследовать многоуровневую систему.

Использование общенаучных методов при теоретическом обосновании проблемы позволило создать теоретико-методологическую базу исследования. Диалектическая концепция развития, сравнительно-исторический, нормативно-ценностный, системно-функциональный и системно-синергетический методы позволяют объективно оценить эволюцию и современный характер взаимоотношений общества и природы. Применение сравнительно-политологического анализа, статистического и социологических методов обусловливалось необходимостью выявления важнейших тенденций развития общества и государства.

Научная новизна диссертации состоит в развернутом исследовании политической проблематики перехода к устойчивому развитию с учетом регионального уровня в условиях социально-политических преобразований современного российского общества, а именно:

  1. Обоснована этатистская трансформационно-опережающая концепция устойчивого развития РФ в качестве альтернативы либеральной модернизационно-догоняющей, с учетом глобального экологического императива в контексте национальной безопасности России.
  2. Аргументирована необходимость разработки теоретико-методологической основы развития России, с учетом концепции устойчивого развития и принципов суверенной демократии.
  3. Теоретически обоснованы перспективы трансформации демократии в условиях современного политического процесса перехода к устойчивому развитию на национальном и локальном уровнях.
  4. Определены наиболее оптимальные формы политического развития демократических систем при переходе к стратегии устойчивого развития в многонациональном государстве.
  5. Модель политического управления приоритетными национальными проектами предложено дополнить аспектом, включающим стратегию устойчивого развития.
  6. Определена роль этнополитических и конфессиональных факторов в обеспечении устойчивого развития такого полиэтнического региона, как Южный федеральный округ, и предложен политический инструментарий обеспечения устойчивого развития Юга России.

Основные положения, выносимые на защиту:





  1. Использование в России модернизационной стратегии, преследующей цель догнать наиболее развитые страны Запада, показало ее неполное соответствие принципам устойчивого развития. Потребность в формировании «сильного» государства, переход к концепции «суверенной демократии» потребовали задействования этатичной модели. В современных условиях отмечается нарастающая тенденция укрепления роли государства в обеспечении национальной безопасности России. Соответственно модернизационно-догоняющая стратегия неизбежно должна смениться трансформационно-опережающей.
  2. Новые политические реалии требуют новых подходов к проблемам устойчивого развития, включающими, наряду с глобальным, национальные, региональные и местные аспекты. Процессы глобализации наряду с положительными сторонами общественного прогресса привнесли целый комплекс проблем, связанных с асимметрией интересов основных субъектов международной политики. Либеральная парадигма, предполагающая в своей основе максимальное получение прибыли, только усугубляет экологический кризис, что становится причиной конфронтации между различными регионами, государствами за обладание исчерпаемыми ресурсами. Поэтому необходима разработка теоретико-методологической основы развития России, с учетом концепции устойчивого развития и принципов суверенной демократии;
  3. Трансформация демократии в сторону суверенной затрагивает глубинные мировоззренческие основы российского общества и имеет теоретико-методологичекую направленность в контексте концепции устойчивого развития Российской Федерации, что обусловлено особенностями национально-государственного устройства в РФ, предполагающими сохранение роли федерального центра в определении стратегии развития национальных республик для перехода к устойчивому развитию в целом по стране.
  4. Демократическое развитие России является необходимым условием устойчивого развития, вписывающимся в глобальный контекст. Не менее значимым является ее суверенитет, поэтому политическая доктрина суверенной демократии есть сложносоставная идеологическая концепция модернизации России в условиях глобальных и региональных вызовов и объективных возможностей полиэтнического государства адекватно на них реагировать и отвечать.
  5. Приоритетные национальные проекты, реализуемые в Российской Федерации, коррелируют с целями устойчивого развития и выступают в качестве предложенных государством способов для решения задач повышения качества жизни граждан России. Общность задач национальных проектов и целей развития определяется ориентацией на сокращение бедности и расширение доступа к ресурсам человеческого развития.
  6. При разработке стратегии устойчивого развития Южного федерального округа необходимо учитывать наравне с общемировыми критериями (экология и экономика) этнополитические особенности региона, не вписывающиеся в общемировой модуль, и в дальнейшем использовать такой подход при разработке моделей развития полиэтнических многоконфессиональных регионов.

Практическая и теоретическая значимость исследования состоит в том, что оно имеет системный характер и прикладную направленность, а также решает задачи, связанные со смежными науками (юриспруденцией, социологией, государственным управлением и др.). Предложения и выводы способствуют более полному и глубокому пониманию конкретных проявлений общих закономерностей и тенденций перехода к устойчивому развитию России и ее регионов, что расширяет возможности дальнейших исследований, а также применения полученных результатов в практической деятельности органов исполнительной власти субъектов Федерации при разработке планов и программ. Материалы могут быть использованы в процессе преподавания в высшей школе таких курсов, как «Политология», «Экополитология», «Глобалистика», «Социология», «Социальная экология», «Государственное и муниципальное управление».

Апробация результатов исследования реализована в 5 научных работах, докладах и сообщениях по теме диссертационного исследования. Результаты научных изысканий докладывались на Международной научно-практической конференции «Региональные аспекты развития агропромышленного комплекса в ЮФО (опыт, проблемы перспективы реализации нацпроекта) (Ростов-на-Дону, 2007 г.), Всероссийской научно-практической конференции «Проблемы современной гидрометеорологии и геоэкологии» (Ростов-на-Дону, 2007 г), круглого стола «Устойчивое развитие Северного Кавказа: проблемы и перспективы» (Майкоп, 2007 г).

Структура и основное содержание работы обусловлены целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, библиографии.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновывается актуальность заявленной темы, определяется объект и предмет исследования, цели и задачи, раскрываются теоретико-методологические основы исследования, определяются научная новизна и положения, выносимые на защиту, указывается на теоретическую и практическую значимость работы.

В первой главе «Глобализационные и региональные процессы в контексте стратегии устойчивого развития» отмечается, что вестернизация экономики, господство рыночно-потребительской модели развития приводит к экологическим, экономическим, социальным, этническим и политическим противоречиям, переходящих зачастую к конфликтам, как на глобальном, так и региональных уровнях.

Униполярная ориентация глобализации не только обостряет системный эволюционный кризис, она также искажает сам прогрессивный процесс постиндустриального перехода. Основные факторы, определившие системный кризис мировой цивилизации во второй половине ХХ в., хорошо известны: это опасность экологического коллапса, демографическая эволюция, углубление разрыва по уровню жизни между странами «золотого миллиарда» и остальной частью человечества, опасность рождения нового тоталитаризма, исчерпание аксиологического и идеологического потенциала западного мира и др.

Глобализация в неолиберальной модели в условиях мировой униполярности приводит к неустойчивости современной цивилизации индустриального типа. Интенсивный тип развития, пришедший на смену экстенсивному, требует переосмысления существующих реалий и ставит перед человечеством задачу создания новой модели цивилизационного развития.

Переход к устойчивому развитию – противоречивый и крайне сложный процесс, включающий политические, экономические, социальные, культурные, научно-технические, военные и экологические компоненты. С задачами такой сложности и масштабов человечество еще не сталкивалось и опыта осуществления такого рода социальных экспериментов не имеет. Сам переход может в принципе осуществляться несколькими путями (стратегиями) и в любом варианте затрагивает колоссальные массивы социальных интересов: от групповых, корпоративных до государственных. Правомерно ожидать, что процесс такого перехода пойдет политически и практически неоднозначно, а, следовательно, займет как минимум несколько десятилетий.

Переплетение составляющих современного глобального эволюционного процесса привело еще к одному фундаментальному следствию – радикальной перестройке всей мировой системы властных функций.

Процесс перехода к устойчивому развитию пока не определен сколь-либо целостно ни в его содержательном, ни в «технологическом» отношении. Он лишь описан в нормативно-ценностном (этическом) и идеологическом плане, его описанию в документах ООН придана политико-рекомендательная форма.

Конкретные обязательства государств предусмотрены пока только в вопросах использования либо не использования определенных промышленных технологий. В то же время фактически еще отсутствуют сама теория устойчивого развития, а также теория перехода к нему от современных социально-исторического и практического состояния мировых экономик, политических систем, технологий. Не разработано пока политическое определение глобального перехода к устойчивому развитию и подступов к нему.

Встает и вопрос принципиальной осуществимости не только устойчивого развития, но даже перехода к нему: всякая идеология тем и отличается от планирования и проектирования, что не допускает ее прямого и полного воплощения в жизнь. Следование идеологии сопровождается обычно большей или меньшей реализацией ее идеалов, ценностных ориентаций, а не прикладных положений[16].

Деградация природной среды, истощимость ресурсов, недостаток пищи и пресной воды на фоне экспоненциального роста народонаселения планеты приводят к новому «раскладу сил». Рассматриваемое ранее противостояние «Восток-Запад» сменяется на «Север-Юг», причем, использование странами «Золотого миллиарда» «дьявольского насоса» может привести в перспективе к новой линии конфронтации. Угрозы человечеству со стороны техногенной цивилизации, особенно при осуществлении экспансии в отношении традиционных обществ, затрагивающей культурные и этнические компоненты, налицо.

Поэтому вопросам безопасности личности, общества, государства и планеты в целом отводится значимое место в понимании сущности устойчивого развития.

Модернизация мировой политической системы вызвала оживление национализма и сепаратизма, особенно регионального уровня. Приобрел планетарный размах международный терроризм, становящийся одной из самых серьезных опасностей для поступательного движения мирового сообщества.

Униполярный Североатлантический подход к проблемам глобализации вызвал не только ответную реакцию антиглобализма, но и создал «теневую» или своего его рода «альтернативную» глобализацию, когда евроатлантическому захвату мира противопоставляется фундаменталистская исламская идеология и стратегия «священной войны», отражающая безнадежность положения в современном мире миллиардов голодающих, нищих, больных, неграмотных, обреченных остаться без будущего, используя которое национальные элиты, прикрываясь религиозными лозунгами, стремятся к новому переделу мира и, прежде всего – его природо-ресурсной составляющей.

Стратегия устойчивого развития предусматривает предотвращение и защиту не только от традиционных, но и от новых угроз. Так, в важном политическом документе – «Йоханнесбургской декларации по устойчивому развитию» особое внимание обращается на опасности, грозящие как нынешним, так и будущим поколениям. «Мы подтверждаем, – говорится в Декларации, – наше обязательство уделять особое и первоочередное внимание борьбе с такими мировыми условиями, которые создают серьезную угрозу устойчивому развитию: наших народов и в число которых входят хронический голод; недоедание; иностранная оккупация; вооруженные конфликты; проблемы, связанные с незаконными наркотиками; организованная преступность; коррупция; стихийные бедствия; незаконный оборот оружия; торговля людьми; терроризм; нетерпимость и подстрекательство к расовой, этнической, религиозной и другой ненависти; ксенофобия, а также эндемичные, заразные и хронические болезни, включая ВИЧ/СПИД, малярию и туберкулез»[17].

Среди идейных новаций, предложенных Западом всему миру, и в том числе бывшим социалистическим странам, все более заметное место стала занимать концепция «устойчивого развития».

В концепции «устойчивого развития», по сравнению со многими другими глобалистско-футурологическими теориями, оказался существен политологический аспект.

В результате исследования автор пришел к следующим выводам:

Во-первых, дефиниция «устойчивое развитие» имеет множество смысловых нагрузок ввиду различного перевода английского термина «sustainable development», что вызывает различные подходы к данной проблематике у представителей различных наук.

Во-вторых, в концепции устойчивого развития можно видеть три важнейших целевых установки:

1) постепенное совершенствование средств производства и производительных сил общества по линии необратимого уменьшения нанесения невосполнимого ущерба биосфере: переход от получения товаров и услуг за счет ущерба природе к обеспечению потребностей общества посредством внедрения форм и методов хозяйственной деятельности, не подрывающих естественных основ существования человечества;

2) включение в планы политического и социально-экономического развития оценок вероятного ущерба биосфере и обязательное выделение ресурсов на компенсацию такого ущерба;

3) всесторонний учет интересов будущих поколений, которые имеют неотъемлемое право на доступ к конечным ресурсам планеты: разумное самоограничение живущих поколений – как в том, что касается вовлечения природных ресурсов в хозяйственный оборот, так и с точки зрения допустимого ущерба биосфере в процессе повседневной деятельности.

В-третьих, выражение «устойчивое развитие человечества» стало закономерным синтезом трех гуманистических составляющих эволюции мирового сообщества во второй половине XX в.: 1) пацифизма; 2) демократизации; 3) экологической революции в мировоззрении и экономике.

Вызов, брошенный исламскими фундаменталистами западной цивилизации, поставил на повестку дня иные проблемы, напоминающие нам не столько о будущем, сколько о прошедших временах и методах существования человечества. Применение силы снова стало популярным как у тех, кого называют террористами, так и у противоположной стороны, ассоциировавшейся до последнего времени с носителями самых передовых цивилизационных ценностей. Оправдались давние предостережения относительно чрезвычайной опасности возрастающего разрыва между бедными и богатыми. К тому же западный мир не смог противопоставить зависти бедных идеологию материальной сдержанности богатых – осуждения потребительства в своем обществе.

В-четвертых, в мировой политике существует соблазн «вылечить нарыв хирургическим путем» – попросту подавить несогласных преобладающей силой. Общеизвестно, что стабильность, основанная на подавлении, никогда не бывает устойчивой.

В-пятых, оценивая результаты последних 15 лет и эффективность претворения в жизнь решений Конференции по окружающей среде и развитию 1992 г., можно выделить две составляющие: позитивную и негативную. Позитивная составляющая является закономерным результатом длительной предшествующей эволюции Мирового сообщества в сторону гуманизации человеческих отношений на всех уровнях. Отрицательная составляющая появилась в результате геополитической перестройки мира. Она отражает новую среду международных отношений, возрождение утилитарного прагматизма, презрения к идеалистическим ценностям. Существует три прогностических варианта: первый – это простая смена парадигм и забвение идей сдерживания антропогенного натиска на биосферу. Второй - построение Мирового сообщества на основе принципов «устойчивого развития», вопреки попыткам сделать мир более простым и управляемым на основе униполярной глобализации и третий – попытка разработки устойчивого развития отдельных регионов, с учетом природно-климатических, социально-политических, экономических, этнических и религиозных особенностей в рамках глобальных подходов к проблемам развития человечества и коэволюции природы и человека. Третий вариант, по мнению автора наиболее приемлем, особенно для такой многонациональной и многоконфессиональной страны как Россия, обладающей огромным природоресурсным потенциалом и экологической устойчивостью.

Во второй главе «Экстраполяция стратегии устойчивого развития на политический процесс современной России» рассматривается корреляция современного политического процесса с глобальными проблемами человечества к контексте концепции устойчивого развития.

Стратегия политического развития России формируется под воздействием системы внешнеполитических и внутриполитических факторов. В современную эпоху в мире действуют факторы, обусловливающие взаимосвязь государств на международной арене и одновременно усиление их роли как субъектов политического процесса и социального управления внутри страны.

Таким образом, в современных условиях при выработке внешнеполитической и внутриполитической стратегии развития российского государства необходимо самым серьезным образом учитывать глобальные проблемы, которые подготовили новую почву под усиление роли государства, его места в жизни сообщества людей. Государство превращается в один из сложных субъектов цивилизации, несущих основную ответственность за ее сохранение и развитие. Именно государству предстоит сыграть решающую роль в переходе от стихийного утилитарно-ресурсного подхода по отношению к окружающей природной средой к целенаправленному биосферно-экологическому подходу, означающему управляемое целенаправленное гармоническое развитие человечества как единого целого с природой[18].

Для России переход на новую модель развития на первом этапе требует, прежде всего, преодоление системного кризиса российского общества и государства. Уже в русле устойчивого развития должна реализовываться стратегическая цель развития страны на современном этапе, сформулированная в Посланиях Президента В. Путина: сделать Россию демократическим, сильным, экономически развитым, конкурентоспособным государством. Только такое государство в условиях глобализации способно обеспечить национальные интересы России в процессе интеграции в мировую экономику, отстоять национальную независимость, создать достойные условия для жизни людей, а также гармонизировать отношения человека с природой.

Переход РФ к устойчивому развитию как раз и предполагает дальнейшее углубление и структурирование демократии, появление ее новых форм в будущем, позволяющих эффективнее реализовать новую цивилизационную модель развития. Демократия представляется как «стартовое» социально-политическое условие, и вместе с тем – государственный механизм управления переходным процессом движения к целям «устойчивого будущего» в глобальном ракурсе[19].

Современное состояние демократизации России с точки зрения появления возможностей перехода к устойчивому развитию неоднозначно.
С одной стороны, демократизация общественной жизни позволяет повысить роль граждан и негосударственных организаций в подготовке решений, в том числе с учетом экологического фактора. Кстати, одними из первых демократических движений в стране оказались именно экологические движения. Они начались за 2 десятилетия до политических и социально-экономических преобразований общества. Реформы конца XX в. создали предпосылки для выхода на путь устойчивого развития, позволив России разработать новую национальную идеею и стратегию развития, открывающую путь к гармонизации интересов личности, общества, государства. С другой стороны, в настоящее время реальная ситуация в России такова, что, будучи одной из приоритетных для государства проблем еще пятнадцать лет назад, охрана окружающей среды как для высших государственных структур, так и для населения отошла на периферию приоритетов. К сожалению, властные структуры последнего десятилетия XX в. недостаточно адекватно оценили проблему развития и не соединили в одно целое экологию и демократию, на что вначале были определенные надежды. Зеленое движение России оказалось в конфронтации с госструктурами, и часть его даже стала ориентироваться на тоталитарные методы решения проблем окружающей среды[20].

Если говорить об экологической специфике, то темпы и масштабы деградации окружающей среды в России в большинстве случаев находятся на среднемировом уровне между развитыми и развивающимися странами[21]. Так, по характеру деградации земель и лесов Россия ближе к развивающимся странам, а по выбросам загрязнений в воздушную и водную среду, их массе и разнообразию – к развитым странам.

До сих пор в России использовалась модернизационная стратегия, преследующая цель догнать наиболее развитые страны Запада. Характер государственного управления при переходе к устойчивому развитию должен измениться, должна быть принята иная стратегия реформ, модернизационно-догоняющая стратегия должна смениться трансформационно-опережающей[22].

Применительно в России, необходимо прежде всего разработать последовательную стратегию устойчивого развития, ориентированную на гармоничное развития как общества в целом, так и отдельной личности в частности. Для поступательного движения российской экономики необходима продуманная как экономическая, так и экологическая политика, позволяющая в природоресурсном плане обладать достаточной устойчивостью.

В ходе исследования диссертант считает целесообразным рассмотреть реализацию национальных проектов в контексте концепции устойчивого развития через реализацию Целей развития тысячелетия на основе данных Института комплексных стратегических исследований (ИКСИ)[23].

Целевое назначение национальных проектов заключается в расширении доступности образования и здравоохранения, социально-экономическом развитии села, повышении обеспеченности жильем. Реализация национальных проектов имеет цель непосредственно воздействовать на качество жизни населения и определять возможности человеческого развития в России. Новизна национальных проектов по сравнению с федеральными целевыми программами, появившимися ранее, заключается в концентрации ресурсов на ограниченном количестве четко обозначенных приоритетных направлений и повышении ответственности исполнителей при осуществлении расходов.

Общность задач национальных проектов и Целей развития тысячелетия определяется ориентацией на сокращение бедности и расширение доступа к ресурсам человеческого развития. Национальные проекты в прямой или косвенной форме способствуют сокращению бедности путем повышения уровня доходов в бюджетном секторе и сельском хозяйстве, а также за счет обеспечения для широких слоев населения доступности базовых ресурсов человеческого развития – образования, здравоохранения, жилья. Национальные проекты в России ориентированы на достижение Целей, связанных с повышением доступности образования, снижением материнской и детской смертности, борьбой с ВИЧ/СПИДом, туберкулезом и другими заболеваниями. Кроме этого, отдельные направления национальных проектов «Образование» и «Жилье» в определенной степени согласуются с концепцией устойчивого развития.

Концептуальные различия между национальными проектами и концепцией устойчивого развития связаны с временным горизонтом их планирования, выбором подходов к достижению поставленных целей и особенностями оценки эффективности проектов, выраженными в индикаторах. Стратегия устойчивого развития рассматривает проблему повышения качества жизни населения на более протяженном (до 2015 г.) отрезке времени, чем национальные проекты, рассчитанные на более краткосрочную перспективу. Это обуславливает специфику выбора подходов к достижению поставленных целей в рамках национальных проектах. В отличие от концепции устойчивого развития, определяющей ориентиры социального развития и общие подходы к их достижению, национальные проекты представляют собой конкретный механизм государственной политики, подкрепленный расходными полномочиями. Реализация национальных проектов опирается на существующую систему ведомств и учреждений и тесно связана с управлением бюджетными ресурсами. В этой связи, подходы к оценке достижения целей национальных проектов и Целей развития тысячелетия не всегда совпадают.

Благодаря политическому характеру и подчеркнутой общественной значимости, национальные проекты создают основу для более широкого участия институтов гражданского общества в реализации социальной политики. Активное участие неправительственных организаций (НПО) и бизнеса в национальных проектах будет способствовать повышению эффективности проводимой социальной политики, улучшению качества жизни населения.

Проблемы перехода к устойчивому развитию, так же как успешная реализация национальных проектов, требуют адекватной реакции населения. Только легитимизация власти и развитие гражданского общества могут способствовать переходу от неустойчивого развития к устойчивому.

Как показывают различные социологические исследования[24], в российском обществе сформировалась устойчивая «культура недоверия» – к общественным институтам, коллективным действиям, людей друг к другу.

В формируемой сейчас новой концепции этатогенеза предстоит переосмыслить роль экологических и других природных факторов. Особенно это касается дальнейшей эволюции феномена государственности. Сказанное выше должно убедить в том, что без учета природных факторов и решения экологических проблем у любого государства планеты просто нет будущего. Но определенный «экологический ренессанс» в видении этатогенеза, да и сущности государства, вообще необходим: отрицая важную роль экологических факторов, социально-политическая концепция тем самым обрекает феномен государственности на исчезновение в результате грядущей глобальной экокатастрофы.

Переход к устойчивому развитию, который в принципе носит глобальный характер, отвечает в долговременной перспективе государственным интересам любой страны, и Россия в этом плане не является исключением. Разумеется, переход к устойчивому развитию – это процесс, который еще должен развернуться в полной мере в наступившем веке. Именно от того, начнется ли движение к устойчивому будущему, зависит, станет ли XXI столетие веком устойчивого развития, или человечество и далее, как это происходило в XX в., будет стремиться к глобальной экокатастрофе. Каждая страна должна активно участвовать в процессе перехода к устойчивому развитию, внося свою лепту и разрешая противоречие между моделью неустойчивого развития и моделью сбалансированного и экологически допустимого развития[25].

Автор считает, что во всех проводимых реформах в нашей стране должна быть четкая ориентация на переход к устойчивому развитию с учетом особенностей России и используемый ею политический принцип суверенной демократии. Потому что глобализация не абсолютна, она уравновешивается принципом «экономической демократии, который обеспечивает вариабельность, изменчивость, а значит и лучшую адаптацию экономических субъектов в неопределенности рынка. Как принцип, суверенная демократия не только интересна в политике, но и абсолютна в любой рыночной экономике. Это вообще основной принцип рынка. Принцип независимости каждого субъекта в своем интересе, но равного перед Законом»[26]. Если принятие этого принципа не произойдет в сознании всех ветвей государственной власти, то мы можем оказаться на периферии цивилизационного развития, которое уйдет далеко по магистрали устойчивого развития. От правильности принимаемых управленческих решений как для государства в целом, так и его отдельных территориальных и хозяйствующих субъектов зависит будущее России.

В третьей главе «Политический инструментарий управления устойчивым развитием регионов Южного федерального округа» раскрываются особенности устойчивого развития региона, и разрабатывается политический инструментарий для осуществления управления устойчивым развитием региона с учетом международных и национальных подходов к исследуемой проблеме. Дается характеристика субъектов Южного федерального округа с точки зрения устойчивости развития.

Учитывая федеративное устройство России для обеспечения интегрального подхода, наиболее актуальным является региональный аспект, который раскрывает суть устойчивого развития. Природные, экономические и социальные компоненты образуют региональную систему, которая в свою очередь является частью общегосударственной.

Особое геополитическое и геостратегическое положение региона в совокупности с этническими и религиозными противоречиями диктуют необходимость разработки особой модели развития. Сепаратистские тенденции ряда политических деятелей находят поддержку у экстремистски настроенных слоев населения. Зачастую национальные элиты используют националистические настроения в целях ослабления федеральной «вертикали власти». В самобытном социокультурном пространстве Юга России этнический феномен зачастую играет доминантную роль. При этом следует отметить, что этнический феномен пронизывает политический, экономический и природоохранный аспекты.

При выборе модели устойчивого развития Юга России необходимо опираться не только на общемировые параметры Концепции устойчивого развития, но, в первую очередь, на многообразие особенностей региона. Придавая прикладной характер модели устойчивого развития Юга России, государственная политика должна исходить из объективной необходимости опережающего подхода к решению задач социально-экономического характера региона в качестве основы всех остальных проблем.

Южный федеральный округ в силу ряда причин является сложным регионом Российской Федерации с точки зрения стратегического и перспективного общерегионального планирования в области социально-экономического развития. Этот регион характеризуется значительным различием в уровне развития субъектов, последствиями вооруженных конфликтов, разным уровнем безопасности, частой сменой ответственных за развитие федеральных и региональных структур, противостоянием сильных лоббистских групп в центре и на местах и др.

Единство государственной власти должно отражать динамичный процесс постоянного воспроизводства ее целостности, необходимой для стабильного, поступательного развития природы и общества, адекватной изменяющимся условиям и в силу этого способной обеспечить устойчивое развитие. Следовательно, политика устойчивого развития должна носить одновременно комплексный и динамичный характер.

В концепции устойчивого развития отмечается, что цель обеспечения непрерывного, устойчивого развития цивилизации по сути дела превратилась в задачу перехода от неуправляемого стихийного развития в управляемое гармоничное, стабильное, безопасное во всех отношениях поступательное развитие при сохранении биосферы и ее устойчивости. Устранение сложившихся противоречий между природой, экономической деятельностью и человеком возможно только в рамках стабильного социально-экономического и политического развития, не разрушающего своей природной основы.

В России период переходной экономики подходит к своей завершающей стадии. Капитализация экономики достигла достаточно высокого уровня, значительно активизировалась социальная политика государства, налаживаются международные контакты во всех сферах деятельности. Однако остаются нерешенными множество внутренних проблем: требуют совершенства административная и муниципальная реформы, разграничение полномочия между центром и регионами, устранив одни, породило новые противоречия между регионами на основе различий в природно-ресурсном капитале и инвестиционной политики государства. Особенно ярко это проявляется в республиках Кавказа. В связи с неравномерностью распределения промышленности и низким уровнем развития агропромышленного комплекса растут экологические риски производства и потребления, увеличивается число техногенных катастроф и т.п. На Юге России уже давно определились зоны с повышенной экологической рискогенностью, такие как прибрежная зона Каспия в Дагестане, загрязнение почв в связи с несанкционированной добычей и переработкой нефти, слабой инфраструктурой хозяйственного водоотведения, недофинансированием уникального лесного хозяйства региона и др.

Несовершенство законодательной базы в области природопользования и охраны окружающей среды, незавершенность административной реформы и некоторые ее ошибки, затягивание передачи ресурсной поддержки на региональный и муниципальный уровень обостряют экологическую обстановку, создают напряженную рискогенную ситуацию

Автор считает, что южный регион России требует более глубокого изучения взаимозависимости всех составляющих угрозы национальной безопасности, в том числе и экологической. При выборе модели устойчивого развития южного региона необходимо опираться не только на общемировые параметры Концепции устойчивого развития, но, в первую очередь, на многообразие особенностей региона. Придавая прикладной характер модели устойчивого развития Юга России, государственная политика должна исходить из объективной необходимости опережающего подхода к решению задач социально-экономического характера региона в качестве основы для решения всех остальных проблем.

Сегодня все чаще говорят и пишут о том, что устойчивость социально-экономического развития регионов, как и всей страны, определяется новой парадигмой о допустимости развития, которая заключается в экологизации экономики[27].

Для разработки стратегии развития Южного федерального округа необходимо учитывать следующие аспекты:

• Правительство РФ играет ведущую роль в планировании и финансировании процесса восстановления на Северном Кавказе.

• Международная поддержка мер по мирной реконструкции и развитию должна быть четко скоординирована и согласована с политикой российского правительства и должна носить дополняющий характер.

• Со стороны федеральных органов власти необходима разработка долгосрочной стратегии (или комплекса взаимосвязанных государственных программ) укрепления стабильности и развития региона, в рамках которой необходимо определить сферы, требующие международного участия и поддержки.

• Международные доноры должны по согласованию с российской стороной направлять финансирование на поддержку тех направлений деятельности и программ, которые будут способствовать повышению эффективности усилий российских властей в процессе мирной реконструкции.

• Необходимо обеспечить максимальную степень заинтересованности и участия местных, муниципальных и республиканских акторов, и в особенности представителей гражданского общества, в социально-экономических, экологических проектах и других инициативах по развитию.

• Для увеличения потенциала и вовлеченности местных акторов в процесс мирной реконструкции необходимо оказывать поддержку местным инициативам, направленным на улучшение качества жизни и развитие местных сообществ и способным принести конкретные позитивные результаты.

Большое значение для обеспечения устойчивого развития региона имеет эффективность органов местного самоуправления.

Реализация реформы местного самоуправления на практике сталкивается с целым рядом проблем. Не все регионы имеют соответствующее законодательство и механизмы регулирования. Законодательство до сих пор не дает ясного ответа на вопрос, как должна распределяться муниципальная собственность, в первую очередь земельная. Существует сильная заинтересованность различных влиятельных акторов в сохранении сложившегося статус-кво в части слабости и финансовой несостоятельности местного самоуправления. В особенности стоит отметить угрозу того, что влиятельные группы на уровне субъектов Российской Федерации на Северном Кавказе могут интерпретировать некоторые положения нового закона в своих интересах и узурпировать часть важных функций органов местного самоуправления[28].

Устойчивое развитие предполагает, в первую очередь, обеспечение национальной безопасности России и каждого, отдельно взятого, региона. В Южном федеральном округе основными глобальными проблемами безопасности автор считает: терроризм, безработицу, сельскохозяйственную безопасность, состояние окружающей среды и природопользования. Приводя примеры угроз безопасности региона, автор указывает на необходимость не только исправить ситуацию, но и предотвратить возможные проявления в будущем.

В заключении формулируются основные выводы проведенного исследования и определяются направления наиболее перспективные для дальнейшего изучения.

По теме исследования соискателем опубликованы следующие работы:

  1. Джаримок З.К. Региональное устойчивое развитие: политологический анализ. Ростов-на-Дону., СКАГС, 2006 г. Брошюра. – 1,5 п.л.
  2. Джаримок З.К. Северный Кавказ в формате Концепции устойчивого развития // Власть. 2007. № 5. – 0,5 п.л. (ведущий журнал)
  3. Джаримок З.К. Национальный проект «Развитие АПК» как одно из средств реализации концепции устойчивого развития // Материалы междунар. научно-практ. конф. «Региональные аспекты развития агропромышленного комплекса в ЮФО (опыт, проблемы перспективы реализации нацпроекта). Ростов н/Д, 2007. – 0,3 п.л.
  4. Джаримок З.К. Экологический императив устойчивого развития // Материалы Всерос. научно-практ. конф. «Проблемы современной гидрометеорологии и геоэкологии». Ростов н/Д, 2007. – 0,5 п.л.
  5. Джаримок З.К. Региональные аспекты устойчивого развития
    // Материалы круглого стола «Устойчивое развитие Северного Кавказа: проблемы и перспективы». Майкоп, 2007. – 0,6 п.л.

Текст автореферата размещен на сайте Северо-Кавказской академии государственной службы: www.skags.ru.

_______________________________________________________________

Подписано в печать 30.05.07. Формат 60х84/16. Гарнитура Times New Roman.

Усл. п.л. 1,1. Тираж 100 экз. Заказ №

Ризограф СКАГС. 344002. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 70.


[1] Указ Президента РФ от 3 июня 1996 г. № 803 «Основные положения региональной политики в Российской Федерации» // Российская газ. 1996. 4 июня.

[2] Шпенглер О. Закат Европы. М., 1997.; Бердяев Н.А. Судьба России. М. 1990.; Ницше Ф. Так говорит Зраторустра. М. 1993.; Гуссерль Э. Философия как строгая наука. Новочеркасск, 1994.

[3] Хантингтон С. Столкновение цивилизаций и преобразование мирового порядка // Новая постиндустриальная волна на Западе. Антология / Под ред. В.Л. Иноземцева. М., 1999; Хантингтон С. Политический порядок в меняющихся обществах. http://www.politnauka.org/person/hant.php; Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М., 2003; Хантингтон С. Кто мы? Вызовы американской национальной идентичности. М., 2004.

[4] Циолковский К.Э. Неизвестные разумные силы. М., 1991; Циолковский К.Э. Реактивные летательные аппараты // Собр. соч. Т. 2. М., 1954; Вернадский В. Биосфера и ноосфера. М., 1989; Вернадский В. Философские мысли натуралиста. М., 1988.

[5] Тейяр де Шарден П. Феномен человека. М., 1987.

[6] Моисеев Н. Н. Размышления о современной политологии. М., 1999.; Моисеев Н.Н. Судьба цивилизации. Путь разума. М., 2000. Гиренок Ф.И. Экология. Цивилизация. Ноосфера. М., 1987; Казначеев В. Сибирское евразийство: горизонты геополитики 21 века // Россия азиатская. 1998. №2.; Горшков В., Кондратьев К., Шеремет С. Устойчивость биосферы и сохранение цивилизации // Природа. 1990. № 7; Кара-Мурза С.Г. Концепция «золотого миллиарда» и новый мировой порядок. Западное и советское общество как порождение двух типов цивилизации. Саратов, 2002.

[7] Данилов-Данильян В.И., Лосев К.С. Экологический вызов и устойчивое развитие, М., 2000; Стратегия и проблемы устойчивого развития России в 21 веке / Под ред. Гранберга А.Г., Данилова-Данильяна В.И., Циканова М.М., Шопхоева Е.С. М., 2002; Урсул А.Д., Романович А.Л. Безопасность и устойчивое развитие. М., 2001; Романович А.Л., Урсул А.Д. Устойчивое будущее (глобализация, безопасность, ноосферогенез). М., 2006; Урсул А.Д., Лось А., Демидов Ф.Д. Концептуальные основы устойчивого развития. М., 2003.; Модернизация России: поиск модели устойчивого развития. Волгоград, 2006.

[8] Beck U. World Risk Society. Cambridge: Polity. 1998.; Beck U., Giddens A., Lash S., (Eds.) Reflexive Modernization Policy, Cambridge.1994.; Giddens A. The constitution of Society. Cambridge: Polity. 1984., Giddens A. The Third Way, Cambridge: Polity Press. 1998.; Mol A. and Spaargaren G. Towards a sociology of environmental flows: a new agenda for 21st century environmental sociology // Paper presented at RC-24.Conference on Governing Environmental flows. June 13-14, 2003.

[9] Яницкий О. Экологическая социология как риск-рефлексия // Социологические исследования. 1999. № 6. С. 50-60; Яницкий О.Н. Россия: экологический вызов. Новосибирск, 2002; Яницкий О. Россия: риски и опасности переходного общества. – М.: Ин-т социологии РАН, 1998.

[10].Валлерстайн И. Анализ мировых систем и ситуация в современном мире: Пер. с англ. СПб., 2001; Ритцер Дж. Современные социологические теории. М., 2002.; Бауман З. Мыслить социологически. М., 2005; Иноземцев В.Л. За пределами экономического общества. М., 1998; Неклесса А.И. Государственность в условиях цивилизационного транзита // Материалы международной научно-практической конференции «Многополярный мир в условиях глобализации» (Москва, 10 апреля 2007 г.).

[11] Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. М., 1999; Тоффлер Э. и Х. Создание новой цивилизации. Политика третьей волны. Новосибирск, 1996.; Фукуяма Ф. Конец истории и последний человек (пер. с англ. Левина М.Б.). М., 2004.

[12] Медоуз Д.Х., Медоуз Д.Л., Рандерс Й. За пределами роста. М., 1994; Форрестер Д. Мировая динамика. М., 2003; Печчеи А. Человеческие качества. М., 1985; Мессарович М., Пестель Э. Человечество на поворотном пункте. М., 1994.

[13] Рогожкина Н.Г. Региональная экополитология. М., 1999.

[14] Акульчев А.А., Игнатов В.Г, Понеделков А.В., Старостин А.М. Критерии эффективности власти и проблема устойчивого развития // Устойчивое развитие Юга России: состояние, проблемы, перспективы. – Ростов н/Д: СКАГС. С. 42-64; Игнатов В.Г., Кокин А.В. Ассимиляционный потенциал природы как фактор устойчивого развития регионов // Устойчивое развитие Юга России: состояние, проблемы, перспективы. – Ростов н/Д: СКАГС. С. 137-147; Игнатова Т.В. Возможности и пределы устойчивого развития Юга России: экономический аспект // Устойчивое развитие Юга России: состояние, проблемы, перспективы. – Ростов н/Д: СКАГС. С. 127-137; Федоров Ю.А., Савицкая В.А. Геоэкологические особенности устойчивого развития Ростовской области. Ростов н/Д, 2005; Уколов В.Ф., Понеделков А.В. Философия управления устойчивым развитием Юга России // Устойчивое развитие Юга России: состояние, проблемы, перспективы. – Ростов н/Д: СКАГС. С. 96-115; Шапсугов Д.Ю. Правовое обеспечение устойчивого развития России (теоретико-правовой аспект) // Устойчивое развитие Юга России: состояние, проблемы, перспективы. – Ростов н/Д: СКАГС. С. 115-127.

[15] Арбатов А.Г. Российская национальная идея и внешняя политика: (Мифы и реальности). М., 1998; Аванесов ГА., Иванова Е.В. Система безопасности государства: сущность, функции, структура // Информационный сборник фонда национальной и международной безопасности, М., 2001. № 3-4, март-апрель; Гуров А.И. Терроризм – не самая страшная российская проблема http://www.waaf.ru/cgi-bin/index.cgi?r=1&r _1=4&r_2=10; Иванов В.Н., Латрушев В.И. Инновационные социальные технологии государственного и муниципального управления. www. zipsites.ru/books/ivanov_innovazionnie; Яновский Р.Г. Духовно-нравственная безопасность России // Социологические исследования. 1995. № 12. С. 39-47; Яновский Р.Г., Шилин К.И. Социальная экология как отрасль социологии // Социологические исследования. 1997. № 1. С. 134-140; Райгородский В.Л. Экономическая безопасность как политико-правовая категория // Философия права. 2003. № 2 (8). С. 106-110; Сергунин А.А. Международная безопасность: новые подходы и концепты // Полис. 2005. № 6. http://www.politstudies.ru/arch/authors/566.htm; Сергунин А.А. Регионализация России: роль международных факторов. 1999. № 3. http://www.politstudies.ru/arch/ authors /566.htm.; Кислицын С.А. Национализм и антисемитизм: угрозы безопасности. Ростов н/Д, 2001; Игнатов В.Г., Таранцов В.Г, Понеделков А.В., Старостин А.М. Проблемы обеспечения национальной безопасности на Северном Кавказе. Ростов н/Д, 2000.

[16] Лесков Л.В. Научное знание: циклы, кризисы, прогноз // Будущее России, СНГ и евразийской цивилизации. М., 2001. С. 133-140.

[17] Йоханнесбургская декларация по устойчивому развитию. М., 2003.

[18] См.: Бутусова Н.В. Проблема перехода к устойчивому развитию и стратегия политического развития России / Материалы конференции "Стратегии политического развития России", 5-6 февраля 2004 г., М., 2004.

[19] Аннан К. Мы, народы: роль Организации Объединенных Наций в XXI веке // Безопасность Евразии. 2000. № 1. С. 251-252.

[20] Романович А.Л., Урсул А.Д. Устойчивое развитие (глобализация, безопасность, ноосферогенез). М., 2006. С. 340-341.

[21] Данилов-Данильян В.И., Горшков В.Г., Арский Ю.М., Лосев К.С. Окружающая среда между прошлым и будущим: мир и Россия (опыт эколого-экономического анализа). М., 1993.
С. 93.

[22] См.: Романович А.Л., Урсул А.Д. Устойчивое развитие (глобализация, безопасность, ноосферогенез). М., 2006.

[23] www.undp.ru

[24] http://www.ecoprojects.ru/links/links_r.htm

[25]. Романович А.Л., Урсул А.Д. Устойчивое будущее (глобализация, безопасность, ноосферогенез). М., 2006. С. 285-286.

[26] Плескачевский В. Вариант России // Российская газета. № 295. 2006. Декабрь.

[27] Игнатов В.Г. Юг России: проблемы устойчивого развития. Ростов н/Д., 2003. С. 6.

[28] Итоговый доклад и резюме малых экономических проектов (Гуманитарный диалог по укреплению безопасности населения в Чеченской Республике – пилотная фаза, Ачхой-Мартановский район), Москва, ФРПРР-Евразия и ММГЛ, 2006.



 





<


 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.