WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Оон в формирующейся системе глобального управления

На правах рукописи

Малаян Рубен Эдуардович

ООН В ФОРМИРУЮЩЕЙСЯ СИСТЕМЕ ГЛОБАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ

Специальность 23.00.04 –

Политические проблемы международных отношений и глобального развития

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата политических наук

Москва, 2009

Диссертация выполнена на кафедре Мировых политических процессов Факультета политологии Московского государственного института международных отношений (Университета) МИД России

Научный руководитель: кандидат исторических наук

КУЛАГИН Владимир Михайлович

Официальные оппоненты: доктор политических наук, профессор

БАРАБАНОВ Олег Николаевич

кандидат исторических наук

ШИЛИН Александр Андреевич

Ведущая организация: Институт проблем международной

безопасности РАН

Защита состоится « » 2009 г. в часов на заседании
Диссертационного совета Д.209.002.02 по политическим наукам Московского государственного института международных отношений (Университет) МИД России по адресу: 119454, Москва, проспект Вернадского, 76.

С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале научной библиотеки Московского государственного института международных отношений (Университета) МИД России

Автореферат разослан « » 2009 г.

Ученый секретарь

Диссертационного совета к.п.н. Тимофеев И.Н.

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Постановка проблемы. XX век принес беспрецедентные вызовы народам мира. Человечество со всей очевидностью осознало реальность таких угроз, как «ядерный холокост» в результате масштабного конфликта с применением оружия огромной разрушительной силы, глобальная экологическая катастрофа, ограниченность природных ресурсов, резкие диспропорции в развитии. Их многофакторный, взаимозависимый характер выдвигает проблему постановки приоритетов для международного сотрудничества, с учетом актуальности и реальных средств решения этих вызовов, которыми располагает мировое сообщество.

Однако, несмотря на обозначившуюся проблему - неспособность на основе прежних видов межгосударственного взаимодействия эффективно регулировать глобальные процессы - собственно мирового правительства или иного института, способного на систематической основе контролировать национальные государства, в XX веке не сложилось. Это ставит исследовательский вопрос о необходимых структурных предпосылках к переходу к эффективному глобальному управлению и его предпочтительности перед анархией.

По мнению автора, такие предпосылки сложились на рубеже XX и XXI столетий, и связаны с рядом факторов, первостепенное значение среди которых имеют феномены глобализации и новых вызовов и угроз. Заложена основа для формирования такой целостной мировой системы, при которой вырисовываются контуры единого глобального мировосприятия, качественно изменяется концепция управления в экономической и политической сферах. Современные вызовы и угрозы, прежде всего, транснациональный терроризм, обнажили структурные проблемы, без решения которых высока вероятность новых потрясений. В отличие от растянутых во времени проблем типа глобального потепления, вокруг которых можно вести затянутые дискуссии, они бьют по каждодневной реальности. Поэтому данная категория глобальной угрозы безопасности, с одной стороны, побуждает государства к совместным действиям, с другой – доказывает необходимость решения проблемы «изнутри».

Параллельно развивается теория международной организации. На 1960-е и 1970-е гг. приходится становление нового междисциплинарного направления – глобалистики – науки о глобальном мире и его проблемах. В 1980-х гг. закономерности возникновения и функционирования международных институтов анализирует неолиберальная школа. С 1990-х гг. теоретики все чаще вводят в оборот понятие «глобального управления». Появились труды, где они подвергаются научному разбору - «Approaches to Global Governance Theory» под редакцией Т.Синклера и М.Хьюсона, «The Politics of Global Governance» под редакцией Ф.Диля и др.[1] Что касается России, то в 2006 г. в рамках 4-го Конвента Российской ассоциации международных исследований уже функционировала секция по проблемам глобального управления[2].

О необходимости глобального управления рассуждают исследователи, ориентирующиеся на прикладной анализ. В 2001 г. российский Совет по внешней и оборонной политике подготовил доклад по глобальному регулированию. В 2007 г. в рамках СВОП завершен проект «Мир вокруг России: 2017», в котором также анализируются последние тенденции в глобальном управлении[3]. О глобальном управлении и необходимости реформы его основных институтов все чаще говорят мировые лидеры, в том числе президент России Д.А.Медведев[4], министр иностранных дел России С.В.Лавров[5], премьер-министр Великобритании Э.Блэр[6], президенты ведущих развивающихся стран[7] и другие.



Однако концепция глобального управления все еще находится в стадии становления. Специалисты расходятся в определении ее основных понятий. Это актуализирует исследовательскую задачу разграничения таких понятий, как режим, институт, организация, регулирование, управление и др. Это является важным шагом к постановке проблемы о возможности создания частной теории глобального управления.

Таким образом, в начале XXI века назрел вопрос о принципиально новой системе международного регулирования, которая позволила бы не только сдерживать нежелательные явления, но и управлять мировыми процессами, воздействуя на лежащие в их основе факторы. Мировое сообщество стало искать ответы на новые вызовы и угрозы в укреплении международного сотрудничества с целью повысить предсказуемость транснациональных процессов и попытаться их контролировать во взаимных интересах. Эти усилия привели к созданию разветвленной сети координационных механизмов, центральными звеньями которой стали межправительственные институты. Во второй половине прошлого века резко выросло количество международных организаций, причем пик этого роста пришелся на последние десятилетия. Их число увеличилось с 955 в 1951 г. до 55 тыс. в настоящее время (среди них около 7 тыс. межправительственных и 48 тыс. неправительственных)[8]. Процесс приобрел не только количественное, но и качественное измерение: анализ коллективных механизмов указывает на их поступательное восхождение по шкале институционализации, более широкого толкования компетенции и задач. Это дает основание говорить о формировании нового класса акторов мировой политики - международных неправительственных и межправительственных организаций, сравнимых по своим властным ресурсам и потенциалу с классическим типом актора – государствами. Их взаимодействие между собой и другими типами акторов формирует особый уровень мирового политического процесса, дополняющего межгосударственное взаимодействие. В данной связи возникает исследовательская задача классификации международных институтов, выделения среди них наиболее влиятельных и сравнительного анализа их преимуществ и недостатков в контексте глобального управления.

Актуальность глобальному управлению придают примеры из недавней международной практики. С 1990-х гг. вводился фактический протекторат мирового сообщества в Боснии и Косово. Ограничен суверенитет Ирака и Афганистана. Предпринят ряд попыток строительства новых и восстановления несостоявшихся государств. В экспертных кругах распространена точка зрения, что многие государства «третьего мира» являются «несостоявшимися», неспособны к самостоятельному развитию и угрожают международной стабильности[9]. Согласно докладу Всемирного банка, в 2006 г. число стран, отнесенных к категории «плохо управляемых», выросло с 17 до 26[10]. В числе недавних вызовов мировому сообществу стоит также упомянуть теневой рынок распространения компонентов оружия массового уничтожения, мировой финансовый кризис 2008-2009 гг., ситуацию на мировых рынках энергоносителей и продовольствия и т.д.

Сейчас, даже в сравнении с десятилетней давностью, усилилась потребность в глобальном управлении. Однако вопрос о том, какие структуры выйдут на передний план в его формирующейся системе, остается открытым. Плодотворную почву для анализа дает опыт решения проблем Косово, Афганистана, Ирака, африканских конфликтов и др. Ведь на них фактически апробированы разные модели глобального управления, включая центральную координирующую роль ООН, доминирование единственной сверхдержавы и блоков узкого состава, «смешанную модель».

На первый взгляд, среди них наиболее оптимальна ООН. Она не просто накопила большой опыт, но формально занимает центральное место в иерархии международных институтов. Это универсальная организация, сфера ответственности которой охватывает практически все области межгосударственных отношений и человеческой деятельности, а решения ее Совета Безопасности обязательны для государств-членов[11]. Но говорить о том, что ООН стала ядром формирующегося мирового правительства, не совсем правомерно. В 1990-х гг. она оказалась неспособна предотвратить ряд кровопролитных конфликтов. Это ставит фундаментальный вопрос о причинах недостаточной эффективности ООН как органа глобального управления. Уступает ли она место другим организациям, или проблема в ее недостаточной реформированности, что объясняется противоречиями государств-членов в условиях неясности в отношении нового мирового порядка? Способна ли ООН адаптироваться к решению насущных глобальных проблем, и если да, то на каких началах?

На фоне кризиса ООН во второй половине 1990-х гг. более выигрышной многим аналитикам виделась роль промышленно развитых государств, объединенных в тандем «НАТО-«семерка»[12]. Однако политические реалии поставили под сомнение эффективность в современных условиях одностороннего регулирования или управления на основе узких коалиций. США ослабили свои позиции, увязнув в Ираке. Пример Афганистана, где операция Вашингтона и его союзников продолжается с конца 2001 г., указывает на неподготовленность к глобальной роли и НАТО.

В этих обстоятельствах показательно, что государства-члены ООН смогли после долгих лет застоя в деле реформы договориться о наращивании ее управленческого потенциала. В рамках Совета Безопасности ООН созданы новые структуры, по сути призванные принуждать государства приводить внутреннее законодательство в соответствии с требованиями Организации. Это Контртеррористический комитет и Комитет по пресечению доступа негосударственных субъектов к оружию массового уничтожения. С 2006 г. функционирует Комиссия по миростроительству, занимающаяся координацией усилий и выработкой рекомендаций по стабилизации постконфликтных государств (фактически речь об управлении их восстановлением). Случай Косово, как представляется, не доказывает иррелевантности ООН. Даже западные страны признают, что судьба края должна решаться не «в пожарном порядке», но плавно и на основе решения СБ[13].

Прецеденты реформы ООН (расширение Совета Безопасности и ЭКОСОС в 1965 г.) и перераспределение голосующих квот в 2008 г. в МВФ – одном из ее ключевых спецучреждений – свидетельствуют, что даже в сложной международной обстановке возможна субстантивная реформа международных институтов.

Актуальность темы исследования определяется тенденциями мирового развития, обуславливающими потребность в глобальном управлении, и меняющейся ролью ключевых международных организаций, прежде всего ООН, стремящихся сохранить свою востребованность в новых условиях.

Объект настоящего исследования - международные организации, претендующие на управление мировыми процессами (не обязательно в одиночку, но в качестве одних из ключевых инструментов). Они должны удовлетворять следующим критериям: глобальный потенциал, многофункциональность и межправительственный политический характер (т.е., решения принимаются на высшем уровне, что позволяет контролировать инструменты силового воздействия в качестве крайнего средства принуждения). В работе анализируется деятельность организаций, либо являющихся всемирными по природе (ООН), либо претендующими на глобальную роль в соответствии с их стратегическими документами (НАТО) или неформальным пониманием их членов («восьмерка»).

НАТО формально носит признаки субрегиональной военно-политической организации ограниченного членства. Но ее многофункциональная операция в Афганистане за пределами изначальной зоны ответственности указывает, что она может выступать в качестве альтернативного органа принятия решений, затрагивающих интересы остального мира. «Группа восьми» также не относится к классическим, «бюрократическим» международным организациям. Но ее глобальный потенциал, многофункциональность и способность к генерированию международных режимов очевидны. Выделение ООН, «Группы восьми» и НАТО в качестве ведущей «тройки» соответствует руслу большинства диспутов о глобальном управлении.

Вышеуказанным критериям не отвечают специализированные организации как Всемирный банк, МВФ и ВТО. В диссертации они отдельно не разбираются, хотя упоминаются в приложении к деятельности ООН, «Группы восьми» и НАТО. Признавая их важную роль в регулировании глобальных процессов, автор считает ее вспомогательной, второго иерархического уровня, поскольку решающее слово все-таки принадлежит главам государств и правительств в рамках политических организаций.





Не рассматриваются также региональные организации и иные авторитетные структуры как «двадцатка», АТЭС, ЕС, ШОС, ОБСЕ и ряд других, теоретически сравнимые с «восьмеркой» и НАТО по потенциалу. Интересными видятся перспективы «двадцатки» ведущих экономических держав, вышедшей на авансцену мировой политики в 2008-2009 гг. в связи с обсуждением ею глобального финансового кризиса. Однако пока единственная сфера ее задач - поиск путей выхода из кризиса. Говорить о том, что она идет на место «восьмерки», преждевременно. Для первичных выводов явно недостает практических результатов деятельности.

Другие организации, кроме Евросоюза, практически не осуществляют деятельности вне своего региона. Да и укрепление ЕС – достаточно вспомнить проблемы с прохождением европейской конституции и Лиссабонского договора – идет «со скрипом». ОБСЕ может осуществлять управленческую деятельность в пределах региона, но мандат не позволяет выйти за пределы региональной ответственности, как НАТО. ШОС при определенных сценариях может выступить конкурентом НАТО. Во всяком случае, ничто не мешает ей совершить аналогичную эволюцию. Но это вопрос отдаленного будущего. В 2008 г. также был создан клуб крупнейших экономик развивающегося мира – Бразилии, России, Индии и Китая. Но сейчас еще рано для оценок его будущей крепости и влиятельности. Представляется, что до завершения процесса модернизации им важнее производственная кооперация с развитыми странами, чем объединение в конкурирующую структуру.

Что касается неправительственных организаций, то рост их активности и влияния – одна из отличительных черт глобализации. Можно говорить о формировании своего рода «нижнего этажа» самоуправляющегося мирового сообщества. Однако на обозримую перспективу наиболее действенные властные рычаги сохранят за собой именно государства и их объединения. В сравнении с 1990-ми гг., признание центральной роли государств и международных организаций в 2000-х гг. укрепилось. В частности, это связано с новыми угрозами безопасности, справиться с которыми могут лишь они, и финансовым кризисом 2008-2009 гг., выход из которого пока идет по пути усиления регулирования ими экономических процессов.

Предмет – особенности и специфика политического управления мировыми процессами в XXI веке. В науке нет единого определения глобального управления. Хотя нарастание порядка в международных отношениях признают большинство теоретиков, уловить момент, с которого речь следует вести о глобальном управлении, очень трудно[14]. Поэтому автор предлагает следующее рабочее определение. Управление – это скоординированная деятельность членов мирового сообщества по изменению международной среды с целью создания благоприятных условий для своего развития.

Необходимо выделить ряд элементов, благодаря которым становится возможным квалифицировать эту деятельность как «глобальное управление»:

  • деятельность, основанная на международном сотрудничестве, – что предусматривает поиск оптимального сочетания эффективности принятия решений с максимально широким представительством интересов (вопрос участия);
  • деятельность в глобальном измерении (вопрос масштаба). В первую очередь это измерение подразумевает единый набор определенных правил и процедур, юридическая и фактическая компетенция которых носит глобальный характер;
  • деятельность, которое ставит целью не просто реагирование «пост-фактум» на внешний вызов, но изменение внутренних параметров и поведения объекта (вопрос уровня).

Глобальное управление не предполагает обязательного наличия мирового правительства, но опирается на высокоинституализованные механизмы международного сотрудничества, прежде всего, многофункциональные организации при поддерживающей роли режимов и сетевой дипломатии.

Под определение глобального управления подпадает, например, миростроительство. В работе рассмотрен именно политический аспект глобального управления, с акцентом на процессе принятия решений и их претворения в жизнь.

Коллективные усилия – это лишь один из пластов качественного сдвига в концепции управления в современной системе. Проблемы США и НАТО в Ираке и Афганистане не исключают новых попыток одностороннего решения других проблем. В силу больших возможностей или заинтересованности одних стран в решении тех или иных проблем, они будут брать на себя «львиную долю» усилий при пассивно-вспомогательной роли остальных. Однако тезис исследования заключается в том, что удельный вес глобального управления на плюралистической основе возрастает. Отдельные конфликты и разногласия между акторами не исключают общего роста сотрудничества.

Целью диссертации является определение роли международных организаций, прежде всего ООН, в формирующейся системе глобального управления. Для достижения указанной цели поставлены следующие исследовательские задачи:

- проследить развитие концептуальной мысли о глобальном управлении, наметить контуры возможной теории глобального управления и дать определение основным понятиям;

- выявить основные факторы в современном мире, актуализирующие потребность в глобальном управлении;

- концептуализировать возможные модели глобального управления;

- сравнить преимущества и недостатки международных организаций, претендующих на ключевую роль в глобальном управлении;

- изучить ход реформы ООН как важнейшего фактора, обуславливающего адаптацию Организации к реалиям глобального управления;

- рассмотреть перспективные направления деятельности ООН в XXI веке;

- проанализировать интересы России в ООН и представить рекомендации к ее внешнеполитической линии в контексте глобального управления.

Степень разработанности темы и источниковая база.

В силу широкого охвата и актуальности затрагиваемых проблем, тема настоящего исследования неплохо разработана в зарубежной науке. Для раскрытия темы потребовалось знакомство с большим пластом литературы. В России тоже нет недостатка в статьях, анализирующих современное мироустройство и проблемы управления мировыми процессами. Но у нас мало пишут о теории международных институтов и организаций в ее западном понимании. Есть дефицит независимых источников в том, что касается ООН. Основная литература по данному предмету - публикации бывших или действующих российских дипломатов с официозной точкой зрения.

Источниковую базу исследования составляют официальные документы и материалы России, США, Китая и ряда других стран (стратегии и концепции национальной безопасности, памятные записки), выступления российских (Д.А.Медведева, В.В.Путина, С.В.Лаврова и др.) и иностранных официальных лиц (Дж.Буша, К.Райс, Э.Блэра, Ж.Ширака, Х.Цзиньтао, К.Аннана, Пан Ги Муна, Х.Соланы и др.), а также документы ООН (доклады Генерального секретаря, Группы высокого уровня по угрозам, вызовам и переменам, резолюции Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности), «Группы восьми», НАТО, «Группы 77» и других международных организаций. Изучение указанных материалов способствовало лучшему пониманию сущности проблемы, позиций государств и международных организаций по данному вопросу, важных тенденций в межправительственном сотрудничестве.

Основные направления научной мысли в области эволюции мировых систем и управления международными процессами систематизируют, в частности, А.Грум, М.Лайт, В.Олсон, П.Мейер, В.Риттбергер и А.Хазенклевер, М.М.Лебедева, П.А.Цыганков, коллектив авторов монографии «Современные буржуазные теории международных отношений» под редакцией В.И.Гантмана.

О закономерностях развития международных систем пишут зарубежные теоретики И.Валлерстайн, А.Вендт, Т. Де Монбриаль, А.Страус, Н.Фергюсон и другие, а также россияне А.Д.Богатуров, М.В.Ильин, Н.А.Косолапов, А.Ю.Мельвиль, М.А.Хрусталев, принадлежащие к числу видных отечественных ученых высокого концептуального уровня. Их работы позволили обогатить методологический аппарат исследования, ознакомиться с современным видением фундаментальных процессов в основе формирующего миропорядка.

Глобальные проблемы – предмет изучения исследователей под эгидой Римского клуба, Й.Галтунга, П.Кеннеди, К.Боришполец, В.Лейбина, Н.Моисеева и других.

Пионерами в изучении самоорганизации глобального сообщества и его основных элементов стали Х.Булл («Анархическое общество») и Дж.Розенау («Турбулентность в мировой политике»). Их выводы развили, в частности, Т.Фридман, М.Найм, Г.Смит и другие. Среди видных российских авторов, исследующих феномен глобализации и становление мирового общества, следует выделить М.В.Ильина, В.Л.Иноземцева, В.Б.Кувалдина, В.М.Кулагина, М.М.Лебедеву, А.Ю.Мельвиля, М.А.Чешкова.

Полезным для сравнительного анализа современных политических систем, в т.ч. в контексте различных индексов развития, оказался коллективный труд под руководством А.Ю.Мельвиля «Политический атлас современности», вышедший в 2007 г.

Р.Аксельрод, Р.Коэн, Дж.Най, Э.Хаас, Д.Снайдал и другие внесли важный вклад в теорию взаимозависимости, объясняющую, когда и на каких условиях государства делают выбор в пользу международного сотрудничества. Природу международных организаций и институтов изучают представители неолиберальной школы - Р.Коэн, Р.Краснер, Л.Мартин, Б.Симмонс, Ф.Краточвиль, Дж.Рагги и др. Среди отечественных трудов на данную тему можно отметить монографию В.Е.Петровского «Азиатско-тихоокеанские режимы безопасности после «холодной войны», в которой содержится неплохой обзор теории режимов. Большинство неолибералов позитивно расценивает роль международных организаций, прежде всего в рамках «теории рационального выбора», постулирующей, что государства идут на многостороннее сотрудничество, поскольку оно несет больше выгоды его участникам, чем односторонние действия. На этом фоне выделяется группа скептиков-реалистов, критикующих деятельность таких организаций за систематическую неэффективность - Г.Галларотти, Дж.Мершмейер. Изучение их работ способствовало сравнению конкурирующих концепций, оценке сильных и слабых сторон международных институтов.

Вопросы глобального управления поднимают в своих исследованиях Дж.Розенау и Е.-О.Чемпиель, О.Янг, Дж.Матиасон, К.Шпейт, коллективы авторов под редакцией Ф.Диля, Т.Синклера и М.Хьюсона. О.Янгу и Дж.Розенау в значительной степени принадлежит заслуга в концептуализации глобального управления как «управления без правительства» (governance without government) в западной науке на рубеже 1980-1990-х гг.

В России на данную тему писали С.А.Афонцев, О.Н.Барабанов, М.В.Ильин, В.Л.Иноземцев, В.М.Кулагин, В.Г.Соколенко и др. Выделим доклады Совета по внешней и оборонной политике 2001 г. и 2007 г. с типологией основных моделей глобального управления и анализом тенденций его развития в начале XXI века, подготовленный МГИМО (У) МИД России сборник докладов и аналитических материалов «Антиглобализм и глобальное управление». С.А.Афонцев, Н.А.Косолапов скептически относятся к его перспективам. Впрочем, на взгляд последнего, невозможность глобального управления – гарантированного с высокой надежностью достижения желаемых целей посредством проверенных опытом процедур – не означает, что человечество не влияет на направленность мирового развития[15]. А.С.Панарин, В.Г.Соколенко вкладывают в глобальное управление негативный смысл, подразумевая под его нынешней формой господство Запада, навязывание его ценностей остальному миру

Исторический взгляд представлен П.Кальвокоресси, Г.Киссинджером, В.Л.Исраэляном. Их работы - источник фактологической информации, особенно в контексте становления и дипломатии ООН.

Международно-правовым аспектам межправительственного сотрудничества посвящены работы таких западных и российских юристов, как Б.Зон и Г.Кларк, С.Ратнер, Э.С.Кривчикова, В.Н.Федоров и др.

Мировой порядок XXI века и роль в глобальном управлении ведущих государств, международных и неправительственных организаций – одна из самых дискуссионных тем в современной аналитической мысли. О характере будущего мироустройства пишут З.Бжезинский, И.Валлерстайн, Т.де Монбриаль, А.Страус, А.Д.Богатуров, А.А.Кокошин, Н.А.Косолапов, В.М.Кулагин, М.М.Лебедева, Е.М.Примаков, А.И.Уткин и др.

Тему перспективных форм международного сотрудничества поднимают в своих трудах К.Воллебек и Л.Эксуорси, Р.Коэн, Дж.Рагги, В.Ф.Петровский, Е.М.Примаков и др. К коллективному управлению глобальными процессами под руководством ведущих государств призывают И.Даалдер, Р.Гелбарт, К.Кайзер, Г.Эллисон, В.Л.Иноземцев, С.А.Караганов. Общественно-политические деятели, принявшие участие в работе созданной при поддержке Генерального секретаря ООН в 1995 г. Комиссии по глобальному управлению и созданной под эгидой ООН в 2003 г. Группы высокого уровня по угрозам, вызовам и переменам отстаивают многосторонний подход с участием всех стран.

Общей роли ООН в формирующейся системе глобального управления посвящены работы М.Барнетта, Дж.Делбрука, Д.Моизи, А.М.Белоногова, коллектива авторов под редакцией Дж.Розенау и Б.Рассета. Д.Фрам, Б.Шеффер, напротив, выдвигают тезис о ее хронической неспособности справиться с мировыми проблема. Позицию посередине занимают И.Даалдер, Дж.Линси, М.O’Хэнлон и О.Таспинар, полагающие, что Организация сможет выполнять важную роль в глобальном управлении при условии ее скорейшей реформы. Изучение вышеуказанных трудов позволяет объективно оценить роль ООН, взвесить ее преимущества и недостатки.

Различные аспекты реформы ООН разбирают Р.Батлер, П.Гордон, У.Касабонне, Дж.Пол, А.Новоселофф, В.Б.Пядышев, К.Р.Шлыков, участники симпозиума «ООН в XXI веке» и другие. Подробный обзор хода реформы со статистическими выкладками представлен в докладе Управления правительственной отчетности США.

Выделим ряд ключевых работ по основным направлениям деятельности ООН в контексте глобального управления. О ее координационной роли в борьбе с терроризмом рассуждают, в частности, Дж.Болден, Т.Вайс, Дж.Дханапала, М.Креншо, А.Е.Сафонов. О разоружении и борьбе с распространением ОМУ – А. и Ч. Купчаны, М.Леви, М.O’Хэнлон, Ю.Я.Белобров, А.В.Фененко. Много пишут о миротворческой и миростроительной роли ООН. Этому посвящены труды Л.Брахими, Ф.Диля, Э.Мэка, В.Ф.Заемского, А.И.Никитина, Д.М.Фельдмана. Деятельность ООН в социально-экономической, экологической, гуманитарной сферах исследуют Т.Вайс, Р.Коут и Дж.Форсайт, Д.Колман, Х.-А.Шреплер, С.А.Афонцев, В.М.Кулагин, М.М.Лебедева, А.Ю.Мельвиль и др. О взаимодействии ООН с НПО пишут Ч.Алгер, Т.Вайс, Л.Горденкер, Ф.Денг, В.Рейнеке и др.

Для оценки эффективности ведущих международных организаций, претендующих на глобальную роль, в диссертации потребовалось провести их сравнительный анализ. Роли «восьмерки» как неформального координационного механизма ведущих стран посвящены публикации Н.Бейнса, Дж.Кертона, Р.Пенттиля, Л.Фрешетт, Р.Хааса, В.Б.Лукова, А.Б.Писарева.

Богатую пищу для размышлений представляет деятельность НАТО как наиболее мощного военно-политического блока. Трансформацию Североатлантического блока изучают Р. ван дер Аккер и М.Рюле, Э.Бакли, Л.Каплан, Д.Йост, Т.Г.Пархалина, Т.В.Юрьева и др. Некоторые практические выводы из операций НАТО на Балканах и Афганистане извлекают К.Беннет и Дж.Пердью, У.Мейли, М.Милкорейт, Ю.А.Горлач, Е.М.Примаков.

Поскольку тема диссертационного исследования находится в постоянном развитии, много информации публикуется в периодических изданиях. Среди российских периодических изданий необходимо отметить журналы «Международная жизнь», «Мировая экономика и международные отношения», «Россия в глобальной политике», «Свободная мысль – XXI век», на страницах которых рассуждают о формирующемся глобальном порядке и роли международных организаций. Из иностранных изданий ценность для исследования представляли специализированные журналы по проблемам международной организации “International Organization”, “Journal of Global Governance”, а также “Foreign Affairs”, “International Security”, “NATO Review” и другие периодические издания. Среди ресурсов, доступных в сети Интернет, стоит выделить сайты Института Брукингса (www.brookings.org), Глобального политического форума (www.globalpolicy.org). Университетские ресурсы для исследований в области глобального управления и ООН – Академический Совет по системе ООН (www.yale.edu/acuns), Исследовательский центр по изучению «Группы восьми» при Университете Торонто (www.g8.utoronto.ca). Официальные материалы и документы ООН, «восьмерки» и НАТО взяты с правительственных сайтов (российский МИД – www.mid.ru) и сайтов международных организаций (www.un.org, www.nato.int). Важным компонентом являются статьи и интервью официальных лиц в СМИ («The Washington Post», «New York Times», «Независимая газета», «Известия»).

Методологические и теоретические основы исследования.

Методологической основой работы выступает системный подход, предполагающий рассмотрение современной мировой политики в качестве сложной системы различных взаимодействующих участников. Он дает возможность выявить общие и специфические черты предмета исследования, тенденции и качественные характеристики его развития.

Из общенаучных методов особое внимание было уделено историко-описательному и политико-описательному методам, обеспечившим систематизацию и общий анализ фактологической информации по проблематике глобального управления и деятельности международных организаций, а также сравнительно-историческому методу. Историко-описательный метод оказался полезным для изучения эволюции ООН в XX веке и извлечения выводов из управленческих усилий государств и организаций (операции в ряде стран Африки, на Балканах, Ираке и Афганистане). Политико-описательный сыграл важную роль при рассмотрении баланса сил в мировой системе. Сравнительно-исторический позволил провести сравнительный анализ подходов различных государств к международному сотрудничеству, значению и реформе ООН.

Научная новизна.

Хотя о глобальном управлении много говорят в отечественных политических кругах, существует дефицит исследований, в которых обобщаются соответствующие теоретические наработки, а также объективно и систематически рассмотрены различные аспекты деятельности ООН. Поэтому научная новизна заключается в том, что впервые в рамках диссертации понятие глобального управления рассматривается комплексно, с учетом теоретических достижений и современных политических реалий – факторов глобализации и новых вызовов.

В рамках предпринятого анализа диссертант предлагает собственное определение глобального управления, удовлетворяющее требованиям прикладного исследования. Систематизированы идеи теоретиков глобального управления, разграничены и концептуализированы его различные формы и институты (реагирование и управление; режимы, организации и т.п.). Проведен комплексный сравнительный анализ преимуществ и недостатков различных международных организаций (ООН, «восьмерка», НАТО) с учетом последних событий. Доказывается, что теракты 11 сентября 2001 г. и выводы из операций в Ираке и Афганистане подтолкнули мировое сообщество к новому пониманию задач глобального управления в XXI веке, многостороннего сотрудничества и необходимости адаптации его ключевых институтов. Кроме того, автором проведен обзор важнейших аспектов реформы ООН и обоснован тезис, что вопреки распространенному мнению, ее адаптация осуществляется - пусть медленно и неровно, но в целом по пути укрепления управленческого потенциала.

Теоретическая значимость диссертации заключается в том, что полученные выводы способствуют развитию теории глобального управления, дают представление о современном состоянии и формах многостороннего сотрудничества, помогают прояснить роль международных организаций в формирующей системе глобального управления.

Практическая значимость исследования заключается в том, что результаты диссертационного исследования могут способствовать повышению эффективности российской дипломатии в новых реалиях, формулированию и отстаиванию наших интересов в международных организациях, выявлению перспективных направлений вклада России в глобальное управление с учетом ее потенциала.

Диссертация представляет новый материал для подготовки и преподавания учебных курсов по мировой политике и современным международным отношениям, а также специализированных курсов о деятельности международных организаций.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. В настоящее время сложились объективные предпосылки, обуславливающие не просто потребность, но политическую возможность управления международными процессами. Речь о координации такого рода, которое предполагает не просто реагирование на возникающие угрозы (например, сдерживание агрессора), о чем речь шла в XX веке, но изменение структурных параметров объекта (например, смена или «настройка» режима). Стимулирующую роль в становлении системы глобального управления в начале XXI века играют процессы глобализации, выведшие взаимозависимость в мировой системе на качественно новый уровень, и современные угрозы безопасности.

В соответствии с пониманием «устойчивой стабильности» в контексте глобального управления наиболее продвинулась вперед деятельность по борьбе с терроризмом как наиболее активной «антисистемной» силой, включая искоренение его структурных предпосылок и недопущение доступа радикальных режимов и группировок к ОМУ, стабилизации и миростроительству в постконфликтных стран, а также укреплению «слабых» государств с акцентом на социально-экономическое и институциональное развитие. На их решение уже затрачены значительные ресурсы. На их фоне решение других проблем, выдвинувшихся на передний план в последние годы, – в первую очередь, финансового кризиса, - находится пока на самом первом этапе. Иные важные проблемы, например, изменение климата или ограниченность природных ресурсов будут решаться в среднесрочной перспективе, поскольку их эффект больше растянут во времени.

2. Рост числа, компетенции и влияния международных организаций – отличительная черта развития мира в последние десятилетия. Ими накоплен богатый опыт инновационного решения разнообразных проблем на повестке мирового сообщества. Таким образом, сложились институты, претендующие на удовлетворение спроса на глобальное управление со стороны членов мирового сообщества. В 1990-х гг. процессы глобализации во многом развивались стихийно. Но на обозримую перспективу в XXI веке, под воздействием факторов новых вызовов и угроз и глобального финансового кризиса, основную роль будут играть крупные международные организации, координирующие деятельность государств как ведущих акторов мировой политики.

3. Комплексный и транснациональный характер новых угроз государство-центричному мировому порядку говорит в пользу роста многостороннего сотрудничества. Отдельные конфликты и противоречия между игроками не перечеркивают общую тенденцию к наращиванию глобального сотрудничества. Несколько лет назад на фоне действий США и НАТО в обход ООН в этом были сомнения. Однако последние события подорвали веру в могущество США и НАТО, которые не могут взять под контроль ситуацию в отдельно взятых странах. Очевидно, что ни одна страна или организация неспособна самостоятельно справиться с этой задачей. Возрастает политическая актуальность более четкого разграничения их роли и ответственности.

4. В настоящее время реально претендуют на ключевую роль в глобальном управлении (не обязательно в одиночку) ООН, «Группа восьми» и НАТО. Они создавались как разноплановые организации с различной компетенцией, сферой ответственности и институальными особенностями. ООН являлась единственной универсальной организацией. Однако под давлением меняющегося миропорядка НАТО и «Группа восьми» также трансформируются в сторону расширения функций и сферы ответственности. НАТО уже не является чисто военной организацией и претендует на миростроительство, а основное приложение ее усилий приходится за пределы евроатлантического региона. В свою очередь, «Группа восьми» генерирует новые режимы и институты, например, Глобальное партнерство против распространения оружия и материалов массового уничтожения, привлекает к своей работе новых участников, укрепляя механизмы многостороннего взаимодействия.

5. После кризиса на рубеже XX и XXI столетий у ООН, благодаря урокам из Ирака и Афганистана, вновь появился шанс вернуть себе центральную роль в мировых делах. Ее релевантность в глобальном управлении зависит от адаптации к новым реалиям. Учитывая сложность согласования позиций государств-членов, это процесс долгий и трудный. Однако во многом под воздействием террористической угрозы были предприняты шаги по укреплению ее потенциала, вылившиеся в создание новых структур, в частности, Контртеррористического комитета, Комитета по пресечению доступа негосударственных субъектов к ОМУ, Комиссии по миростроительству и др. Кроме того, исторические примеры реформы ООН (расширение Совета Безопасности и ЭКОСОС в 1965 г.), равно как недавнее перераспределение голосующих квот в МВФ свидетельствуют в пользу того, что даже в сложной международной обстановке возможна субстантивная реформа ведущих международных институтов.

В силу сложности процесса принятия решений ООН не всегда действует оперативно, но в области долгосрочного управления, миростроительства, ликвидации очагов нестабильности на периферии, создания и поддержания глобальных режимов и легитимации действий ведущих государств она востребована в первую очередь.

6. России, в целом, выгодно наращивание потенциала международных институтов как проводника ее интересов. Факт членства в Совете Безопасности ООН и «Группе восьми» дает ей возможность проявлять гибкость в выборе институциональных решений. России целесообразно занять более активную позицию в вопросах реформы ООН, используя свое положение между блоками развитых стран и государств-доноров и развивающимися странами.

Апробация основных положений и выводов работы осуществлялась в ходе обсуждения на заседании Кафедры мировых политических процессов МГИМО (У) МИД РФ 20 марта 2009 г. Ряд положений и промежуточные результаты исследования представлялись в ходе выступлений автора на секции мировой политики на Неделе студенческой науки МГИМО 12 апреля 2000 г., в ходе 5-го конвента РАМИ 26-27 сентября 2008 г.

В целом работа над проблематикой глобального управления продолжалась шесть лет.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Структура и содержание диссертации обусловлена целью и задачами исследования. Работа состоит из введения, основной части, заключения и библиографии. В соответствии с общим замыслом работы основная часть структурно и содержательно подразделена на три главы, которые, в свою очередь, разбиваются на 16 параграфов и пунктов. Работа представлена на 200 страницах, список литературы содержит 316 названий. В тексте диссертации имеются две таблицы.

Во Введении обосновывается актуальность избранной темы, анализируется степень ее разработанности в научной литературе, определяются объект и предмет исследования, формулируются его цель и задачи, дается характеристика теоретико-методологической основы работы, раскрывается научная новизна полученных результатов и их теоретическая и практическая значимость.

В первой главе «Основы теории глобального управления» обобщаются основные теоретические подходы к глобальному управлению, что необходимо для выработки концептуальной базы диссертации, определения ключевых понятий.

В этом контексте в первом параграфе первой главы «Развитие теоретической мысли по вопросам глобального управления» систематизированы взгляды и вклад исследователей, занимавшихся изучением способов и логики наднационального сотрудничества и функционирования международных институтов в 1940-1980-х гг. В первую очередь, это функционалисты, авторы докладов Римского клуба, исследователи глобальных проблем, разработчики «теории игр» и теории организации, школа «неолиберального институционализма». Отмечено, что их работы не являются теорией глобального управления как таковой, в них рассматриваются общие вопросы регулирования мира. Показано, как исследования авторов и школ, рассмотренных в данном разделе, способствовали оформлению глобального управления в качестве отдельной частной теории.

Во втором параграфе первой главы «Глобализация и глобальное управление» анализируется осмысление теоретиками феномена глобализации и других реалий современного мира. Рассмотрены различные аспекты глобализации – экономическая глобализация, становление глобального общества, демократизация мирового политического процесса, транснационализация международных проблем, новые вызовы и угрозы и др. Доказывается, что исследования, фокусирующиеся на этих аспектах, не обязательно выступают как конкурирующие концепции, а изучают различные грани комплексного явления, обуславливающего потребность и возможность глобального управления. Прослеживается выделение глобального управления в отдельное исследовательское направление в 1990-х гг.

В третьем параграфе первой главы «Основные понятия теории глобального управления» определяются основные понятия: стихийное и осознанное реагирование, регулирование, управление; режимы, институты и организации. Концептуальные уровни регулирования миросистемных процессов представлены в виде матрицы, где глобальное управление представляет собой высоко-институализированное, стратегически-ориентированное сотрудничество в общемировом масштабе.

Вторая глава «Реалии глобального управления в современном мире» посвящена ситуации в современном мире и сравнительному анализу международных организаций, что позволяет сделать ряд выводов о характере глобального управления в XXI веке.

В первом параграфе второй главы «Тенденции развития глобального управления на рубеже XX и XXI веков» проанализированы положение в мире и тенденции развития глобального управления с учетом последних событий - интервенций НАТО на Балканах, терактов 11 сентября 2001 г., операций США и их союзников в Ираке и Афганистане. Анализируется противостояние двух тенденций – многосторонней, представленной ООН, и односторонней на базе узких коалиций во главе с США и НАТО. Показано, как апробация второй тенденции в Ираке и Афганистане продемонстрировала ее фундаментальные ограничения. На этом фоне новые вызовы и угрозы, в первую очередь международный терроризм, распространение ОМУ, глобальный финансовый кризис и др., подталкивают мировое сообщество к новому осмыслению роли ООН. Идентифицированы сравнительно продвинутые сферы глобального управления - борьба с терроризмом, включая его коренные предпосылки и пресечение доступа «антисистемных сил» к ОМУ, миростроительство и укрепление «хрупких» режимов через содействие их социально-экономическому и институциональному развитию.

Во втором параграфе второй главы «Модели и институты глобального управления» рассмотрены различные теоретические модели глобального управления, вероятность их возникновения. Это мировое правительство, гегемонистское управление, олигархическое управление, плюралистическое управление на базе ООН, корпоративное управление, и альтернатива управлению - общее снижение управляемости. Отмечается, что на практике в чистом виде ни одна из них, видимо, не воплотится. Наиболее вероятна комбинация олигархической и плюралистической модели.

В третьем параграфе второй главы «Ключевые международные организации в глобальном управлении» изложены возможности, преимущества и недостатки в плане глобального управления «Группы восьми» (пункт §3.1) и НАТО (пункт §3.2.). Показано, как на фоне управленческого вакуума в ряде участков мировой системы эти две могущественные организации стремятся к его заполнению, трансформируются из узкофункциональных в более многофункциональные институты, расширяют географический охват деятельности, генерируют новые режимы, вовлекают в свою орбиту новые страны. Проведен анализ их деятельности в последние два десятилетия. Доказывается, что ни одна из этих организаций не в состоянии управлять мировыми процессами в одиночку. Кратко рассмотрены также некоторые другие организации, потенциал которых теоретически может быть сравним с ООН, НАТО, «восьмеркой», но это вопрос отдаленного будущего.

Третья, последняя глава работы «ООН в XXI веке» разбирает предметно роль ООН в глобальном управлении.

В первом параграфе третьей главы «Создание и попытки реформирования ООН» прослеживается эволюция Организации, разбираются причины кризиса на рубеже столетий и проблема ее адаптации к новым реалиям. В пункте §1.1 изложены особенности ООН как универсальной межправительственной организации, общая компетенция ее главных органов. Показано, как недостаточная эффективность ООН и неспособность предотвратить серию конфликтов в 1990-х гг. вывели на повестку дня вопрос ее реформы. В пункте §1.2 проанализированы последние юбилейные саммиты ООН, на которых были приняты ключевые документы, определяющие ход реформы ООН – Декларация тысячелетия 2000 г. и Итоговый документ Всемирного саммита 2005 г. Рассмотрены другие реформенные инициативы (доклады Генерального секретаря ООН «Обновление ООН: программа реформ», «Мы, народы: роль ООН в XXI веке» и «К большей свободе: к развитию, безопасности и правам человека для всех», а также доклады Рабочей группы по миротворчеству и Группы высокого уровня по угрозам, вызовам и переменам) и ход их реализации к настоящему моменту. Выделены ключевые направления реформы ООН, включая расширение Совета Безопасности, повышение эффективности миротворчества, рационализацию деятельности Генеральной Ассамблеи и ЭКОСОС, создание новых вспомогательных органов и реформу бюрократического аппарата. Показано, что наибольший прогресс на первом этапе достигнут в организационных вопросах. Выявлено, что в настоящее время реформа ООН находится в начале второго этапа, предполагающего запуск новых вспомогательных органов, призванных улучшить ее управленческую деятельность. В частности, это Контртеррористический комитет, Комитет по пресечению доступа негосударственных субъектов к оружию массового уничтожения, Комиссия по миростроительству и др.

Второй параграф третьей главы «Деятельность ООН в сфере глобального управления» посвящен деятельности ООН в следующих сферах: антитеррористическая деятельность, миростроительство и содействие развитию «хрупких государств». Доказывается, что именно к этим трекам были приложены основные усилия ООН в последние годы. В пункте §2.1 изложено, как террористические акты 11 сентября 2001 г. стали впечатляющим примером глобального сотрудничества и импульсом для ускорения реформы ООН. Изучена деятельность Контртеррористического комитета и других профильных органов ООН. В пункте §2.2 проведен анализ миротворческой деятельности ООН и конкретных знаковых миротворческих операций. Типологизируются категории миротворческих миссий, проведено разграничение между «классическими» операциями по поддержанию мира и операциями «нового поколения». Показано, как необходимость повышения эффективности миротворческой деятельности привела к повышению значения миростроительства в деятельности ООН. Рассмотрен инновационный потенциал Комиссии по миростроительству и т.н. «интегрированных» миссий, которые предполагают управление процессом восстановления стран после конфликтов. В пункте §2.3 исследуется деятельность ООН и организаций ее системы в социально-экономической и гуманитарной области. Задача придать работе по улучшению положения развивающихся стран более системный характер привела к принятию всеми странами-членами ООН т.н. «Целей развития тысячелетия». Рассмотрен вклад ООН в защиту прав человека и развития демократии.

Третий параграф третьей главы «Подходы основных стран к роли и реформе ООН» посвящен политике ключевых игроков на поле реформы ООН, их видению роли Организации в XXI веке. В пункте §3.1 изложено, как США - главный финансовый спонсор ООН - инициировали реформу бюрократического механизма Организации в 1990-х гг. Доказывается, что США заинтересованы в эффективном функционировании ООН, поскольку она предоставляет хорошие возможности для реализации некоторых внешнеполитических задач Вашингтона, и для этой цели США готовы идти на определенные компромиссы с другими странами-членами. Показательно, что Б.Обама вернулся к идее созыва под эгидой ООН контактной группы по Афганистану с включением не только союзников по операции[16]. В пункте §3.2 внимание уделено подходам основных группировок стран – государств-доноров, некоторых средних и малых стран, для которых активная деятельность в ООН служит путем повышения их международной значимости, крупных развивающихся стран и «Группе 77», объединяющей страны «третьего мира». В пункте §3.3 разбираются интересы России в ООН, ее линия в главных органах и учреждениях системы ООН. Показано, что, поскольку место постоянного члена СБ ООН – важнейшее условие статуса России как великой державы, сохранение за ООН центральной роли в глобальном управлении становится для нее внешнеполитическим приоритетом. Делается вывод, что для реализации этой задачи России целесообразно занять более активную позицию в реформировании ООН, а промежуточное положение между западными странами и развивающимся миром позволяет Москве играть роль арбитра во многих вопросах на повестке ООН.

В четвертом параграфе третьей главы «Перспективная роль ООН в глобальном управлении» суммированы преимущества и недостатки ООН. Проведен сравнительный анализ Организации vis--vis «Группы восьми» и НАТО. Выделены сферы глобального управления, где ведущая роль ООН представляется более оптимальной, чем ее альтернативы. Приведены соображения к российской линии в глобальном управлении.

В Заключении обобщаются результаты проведенного исследования, делаются выводы, а также даются практические рекомендации.

Библиография включает в себя список источников и литературы.

Основные положения исследования отражены диссертантом в научных статьях:

1. Малаян Р.Э. Международные организации в формирующемся миропорядке /Р.Э.Малаян // КОСМОПОЛИС. - 2008. - № 1(20). - Весна. – Стр. 38-50 (1 п.л.);

2. Малаян Р.Э. Реформа ООН: свет в конце тоннеля? /Р.Э.Малаян // Мировая политика: новые проблемы и направления: Сборник научных статей. / Под ред. М.М.Лебедевой. – М.: МГИМО, 2008. – Стр. 41-61 (1 п.л.);

3. Малаян Р.Э. Глобальное управление: поиск оптимальной модели /Р.Э.Малаян // Мировая политика: вызовы и альтернативы: Сборник научных статей. Выпуск 1. / Под ред. М.М.Лебедевой. – М.: МГИМО, 2003. – Стр. 197-211 (0,6 п.л.).


[1] Approaches to Global Governance Theory / Eds. Hewson M., Sinclair T. - Albany: State University of New York Press, 1999; The Politics of Global Governance / Ed. by Diehl P. - London: Lynne Rienner Publishers, 1997.

[2] Пространство и время в мировой политике и международных отношениях. Материалы 4-го Конвента РАМИ. В 10 т. Т.9. Перспективы надгосударственного управления в глобальном и региональном масштабе / ред. тома О.Н.Барабанов. - М.: МГИМО, 2007.

[3] Мир вокруг России: 2017. Контуры недалекого будущего / Отв. ред. С.А.Караганов. - М: РИО-Центр, 2007.

[4] См., например: Выступление на XII Петербургском международном экономическом форуме. Санкт-Петербург. 7 июня 2008 г. // Президент Российской Федерации. – Режим доступа: www.kremlin.ru/appears/2008/06/07/1200_type63377type82634type122346_202221.shtm

[5] Лавров С.В. Демократия, международное управление и будущее мироустройство /С.В.Лавров// Россия в глобальной политике. – 2004. - №6.

[6] цитата по: Blair Urges Reform of the U.N. // The Washington Times. – 2007. - February 24th. - Р.A1

[7] India, Brazil and South Africa Wrap Up Summit. Press Release. – Mode of access: www.centerforunreform.org/node/287

[8] Yearbook of International Organizations Statistics // Union of International Associations. – Mode of access: www.uia.org/uiastats

[9] Иноземцев В.Л. О мировом порядке XXI века /В.Л.Иноземцев, С.А.Караганов // Россия в глобальной политике. – 2005. - №1.

[10] DeYoung K. World Bank Lists Failing Nations That Can Breed Terrorism /K.DeYoung // Washington Post. – 2006. - September 19th. - Р.A8.

[11] Федоров В.Н. Организация Объединенных Наций, другие международные организации и их роль в XXI веке /В.Н.Федоров. – М.: Логос, 2007. - С.53.

[12] Богатуров А.Д. «Стратегия разравнивания» в международных отношениях и внешней политике США /А.Д.Богатуров // Мировая экономика и международные отношения. – 2001. - №2. - С. 20

[13] Поморцев А. Косово отдали ООН /А.Поморцев //РБК daily. - 2008. – 6 июня. - С. 2.

[14] Барабанов О.Н. Глобальное управление и глобальное сотрудничество. - С. 33.

[15] Косолапов Н.А. Пространственно-организационный подход к анализу международных реалий /Н.А.Косолапов // Международные процессы. - 2007. - №3 (сентябрь-декабрь)

[16] Строкань С. Барак Обама поделился Афганистаном /С.Строкань // Коммерсант. – 2009. – 30 марта. – С.8.



 





<
 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.