WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

      темпоральные основания познания    

На правах рукописи

ПОНОМАРЕВА СВЕТЛАНА ВАЛЕРЬЕВНА

 
 
 

ТЕМПОРАЛЬНЫЕ ОСНОВАНИЯ ПОЗНАНИЯ

 
 
Специальность 09.00.01 – Онтология и теория познания
 

 
АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени
кандидата философских наук
 

 
 
 


Пермь
2010 

Работа выполнена на кафедре истории философии Пермского государственного университета

Научный руководитель: доктор философских наук, профессор

Железняк Владимир Николаевич

Официальные оппоненты: доктор философских наук, доцент

Комаров Сергей Владимирович

доктор философских наук, доцент

Поросенков Сергей Владимирович

Ведущая организация: Пермская государственная медицинская академия им. Е.А. Вагнера

Защита состоится « 21 » декабря 2010 г. в 15.00 на заседании Диссертационного совета ДМ 212.189.03 по адресу: 614990, г. Пермь, ул. Букирева, д. 15.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Пермского Государственного Университета.

Текст автореферата размещён на сайте Пермского Государственного Университета http ://www.psu.ru.

Автореферат разослан «___» 2010 г.

Учёный секретарь

диссертационного совета, Корякин В.В.

кандидат философских наук

Общая характеристика работы

Актуальность темы исследования. Проблема структурных изменений в современной теории познания является одной из центральных как в отечественной, так и в зарубежной философии. А одним из самых актуальных её аспектов является вопрос о трансформациях, происходящих в интерсубъективном пространстве современной культуры, свидетельствующих об изменении картины мира и, в том числе, способа научного познания.

Прежде всего, следует отметить потерю целостности в современных гносеологических построениях: «Оно [сознание — прим. авт.] начинает функционировать как «триггер», мгновенно переключаясь в соответствующий регистр, обеспечивающий наличную ситуацию деятельности и поведения адекватной рациональной картиной»[1]. Сегодня много говорится о клиповом мышлении, об отсутствии у современного человека воли к мысли, к систематическому продумыванию оснований своих действий и отдаленных жизненных целей. Сознание и мышление становятся проблемой, но в корне отличной от той, что сформировалась в классическую эпоху — когда самоутверждался субъект, способный к мышлению и волевому усилию, а разъяснения требовали только вопросы, касающиеся эффективного использования его рациональных возможностей, — проблемой становится само мышление. Эрозии и распаду подвергается сам тип классической рациональности. Перед современной гносеологией встает задача выявить эту разорванность сознания и объяснить её. А для этого нет иного пути, как заново осмыслить роль фундаментальных оснований познания и сознания в целом: процесс восприятия, внешнее и внутренне чувство с их хронотопными формами, временной ряд и своеобразную точку отсчета («теперь-точку»), относительно которой субъект инициирует мыслительные и иные акты сознания, изменения в сфере cogito и присущем ему критерии очевидности, в механизме основания и вывода. Современная гносеология должна подвергнуть ревизии свои коренные концепты, освященные авторитетом традиции.

Характерная для современного сознания мозаичность впервые фиксируется Гуссерлем, у которого «субъективность становится объективным трансцендентальным полем»[2]. Поэтому гносеология Гуссерля, в которой в тесной связи с классической мыслью и полемикой с ней выкристаллизовывался феноменологический метод, становится предметом особого научного интереса. Благодаря этой связи феноменологии и классической гносеологии (прежде всего, её эмпирической ветви) становится возможным рассмотреть современное состояние сознания в исторической перспективе, динамику представлений о субъективности в истории западной мысли, выявить эволюцию входящих в состав этих представлений компонентов и взглянуть на современное состояние мышления не только в его наличной исторической обособленности, но и как на этап в развитии европейского мышления в целом.

Для классической традиции ratio человеческого индивида является отправной точкой отсчёта, основой культуры и цивилизации. Индивидуальный разум в состоянии мотивировать волю человека, контролировать его эмоции, программировать его общественную жизнь. «В основе рационализма Нового времени лежит убеждение, что точное знание причин и следствий предопределяет характер человеческой воли»[3]. Сегодня мы наблюдаем триумф технологической рассудочности и глубокий кризис индивидуальной рациональности, что заново ставит вопрос о её природе, структуре и действующих механизмах.

Целостность последовательно текущих актов созерцания, воображения, мышления всегда связывалась с временной схематикой сознания. Поэтому если мы наблюдаем разрушение рациональной субъектности классического типа, то нам необходимо обратить внимание на изменения, которые прежде всего затронули темпоральные структуры сознания и мышления.

Таково общекультурное и теоретико-гносеологическое значение данного исследования, обусловливающее его актуальность и своевременность. Следует также подчеркнуть его значение для научного познания в целом. Со времен «Кризиса европейских наук…» Гуссерля стоит вопрос о реформе методологической парадигмы научного познания, основу которой заложили еще Декарт и Ф. Бэкон. В неклассический и «постнеклассический» периоды развития науки увеличивается роль «человеческого фактора». Поэтому важно показать (как это сделано в данном исследовании), что механизм, позволяющий произвольно запустить последовательный ряд логических оснований и выводов, сам обладает объективным статусом и не грозит субъективистским размыванием логических основ познания.



Актуальность данного исследования имеет и практический аспект. Укажем, в частности, на конфликт классической — нормативно-дисциплинарной — парадигмы образования и воспитания с современной — творческо-критической моделью. Данная работа формулирует гносеологические основания объективного, обусловленного логикой культурно-исторического развития, синтеза обеих стратегий.

Степень разработанности темы. Вопрос о темпоральных основаниях познания и сознания в целом, равно как и вопрос о связи индивидуальной познавательной деятельности с интерсубъективным полем культуры всегда привлекал и привлекает внимание исследователей.

Временные условия деятельности сознания исследованы в классической философии у таких мыслителей как Декарт, Локк, Спиноза, Лейбниц, Кант. Темпоральность сознания предстаёт в классических трактатах как набор временных схем (матриц), управляющих объективной последовательностью актов сознания.

Связь темпоральных координат мышления с культурно-символической реальностью рассматривалась в работах Э. Кассирера, Г. Риккерта и других представителей неокантианства.

В новейшей философии темпоральная ось сознания выступает основанием его бытийного обращения (объективации человеческой субъективности). Данная тенденция прослеживается в работах Н. Гартмана, Э. Гуссерля, М. Хайдеггера, М. Мерло-Понти. В этих и аналогичных работах рассматривается также временная матрица смыслового пространства культуры («Время картины мира», «Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология» и т. п.).

Далее в философии XX в. можно выделить группу авторов, осуществляющих новый круг рефлексии над темпоральной проблематикой как в классической гносеологии, так и в теории познания, аксиологии и культурологии первой половины ХХ века. К этой группе относятся, например, работы М. Айера, Ю. Бохенского, Х.- Г. Гадамера, Ж. Деррида, Ж. Делёза, У. Куайна, Б. Рассела, М. Уильямса, М. Фуко, М. Халла, Д. Д. Хейнса.

Из отечественных философов данными вопросами занимались И. Р. Габдуллин, П.П. Гайденко, Т.Х. Керимов, М.К. Мамардашвили, В.А. Подорога, М.Б. Ямпольский, Е.В. Фалёв и др.

Временные схемы категорий мышления (рассудка), темпоральная природа имагинативных алгоритмов, проецирующих категориальные схемы на явление наличного бытия, роль хронотопной матрицы мышления в нейтрализации субъективного содержания сознания, продуцирование временного ряда (последовательности актов) рационально организованной волей и аналогичная тематика исследовались в работах В. Н. Железняка, своеобразная онтология человеческой субъективности развита С. В. Комаровым.

В данном исследовании не ставилась цель полномасштабного исследования субъекта познания во всем объеме его чувственных, рассудочных, имагинативных, волевых проявлений. Темой данного исследования является временная схема, лежащая в основе процесса познания и проясняющая связь выбранных для анализа структур: рациональной воли (произвольности), очевидности (достоверности) и основания (логического вывода и в конечном счете всей системы познания). Таким образом, одним из центральных феноменов, рассматриваемых в нашем исследовании, будет акт познавательной деятельности, осуществляемый субъектом познания, существенным моментом которого является воля к мысли и истине. Соответственно рассматривается вопрос о дефиците волевого, деятельного в гносеологии XX в. Так, необходимо дать объяснение того факта, что для Гуссерля воля к мысли – всего лишь один из объектов феноменологического исследования, а не основополагающая структура человеческой субъективности. Исследование рациональной воли (акта мысли) — актуальная задача современной гносеологии, тесно связанная с проблемой свободного начала временной последовательности (на языке настоящего исследования — произвольности).





Объект и предмет исследования. Объектом данного исследования является познающий субъект, каким он отражен в дискурсивном поле классической и новейшей гносеологии.

Предметом — взаимосвязь временной схемы восприятия и познавательного акта, лежащая в основе дескриптивных методов в гносеологии.

Цели и задачи исследования. Целью исследования является раскрытие понятия человеческой субъективности (познающего субъекта) в тесной связи с наличной культурно-исторической ситуацией, в ходе чего критически преодолевается трансцендентализм неокантианской и феноменологической (гуссерлианской) гносеологии и — за счет герменевтической реконструкции классических теоретикопознавательных концептов — формулируются подходы и основания современной философской теории сознания.

Основная задача исследования: осуществить анализ темпоральной схемы, конституирующей познавательную деятельность субъекта, и реконструировать ее отражение в теории познания как в логическом, так и в историческом аспектах.

Эта задача предполагает:

  1. Изучение феномена произвольного начала временных рядов (познавательных и иных актов сознания).
  2. Разъяснение вопроса о первичных актах познания — о возможности и механизме начала восприятия.
  3. Выявление связи между темпоральной структурой восприятия и строением системы научного знания.
  4. Формулирование следствий, вытекающих из общей временной матрицы познания, для системы образования и культуры в целом.

Теоретическая и методологическая основа исследования. Методологической основой данного исследования служит герменевтический метод: «Двойная перспектива, связывающая нас с прошлым, позволяет, с одной стороны, уточнить цели теоретической работы, а с другой, оглянуться назад понимающим и знающим взглядом»[4]. Данная герменевтическая установка реализуется с помощью сложного и трудоемкого теоретического приема: концепты новейшей философии (среди них ведущую роль играет Гуссерль) подвергаются критическому «просвечиванию» сквозь призму классической философии — и наоборот, классические концепции (интерпретированные на современном уровне) герменевтически связываются с современными, образуя единый круг взаимного теоретического «самовысвечивания».

В работе также используется метод деконструкции некоторых понятий, относящихся к центральным концептам классической и современной гносеологии, таких как «идея», «произвольность», «очевидность».[5]

Отбор исторического материала объясняется целостной системой отсылок, присутствующей в новейшей философии времени и выполняющей важную объяснительную («фундирующую») функцию: Хайдеггер ссылается на Гуссерля, Гуссерль на Локка и Декарта.

Научная новизна исследования. В работе впервые установлена взаимосвязь темпоральных структур мышления (и сознания в целом) с методологией («правилами метода») научного познания.

1. По-новому на основе богатого историко-философского материала осмыслены гносеологические основания происшедших в современной науке изменений в самой логике мышления. Так, Гейзенберг в статье «Кант и квантовая механика» ставит вопрос об изменении принципов мышления и, в частности, закона причинности, поскольку закономерности квантовой механики носят не динамический, а статистический характер. В то же время Хайдеггер в работах «Положение об основании» и «Время картины мира» предлагает переосмыслить закон достаточного основания и само понятие основания, равно как и возможность однозначного вывода из такого основания. В осмыслении данной ситуации новаторской является попытка обойти столь распространенный в новейшей теории познания и методологии кантовско-гуссерлевский трансцендентализм — за счет герменевтической реконструкции классической феноменологии Дж. Локка.

2. Впервые выявлена хронотопная структура восприятия и абстрагирования (на которой зиждется методология западноевропейской науки от Р. Декарта до Б. Рассела). Показано, что очевидность научных фактов базируется на объективном восприятии пространства, а дедуктивный вывод — на временной последовательности гносеологических актов, собирающих и конструирующих итоговую модель объекта. Впервые время мышления постигнуто как последовательное оперирование недлящимися элементами объективных пространственных структур. Эта концепция делает возможным конкретное осмысление диалектики эмпирической и рационалистической линий в развитии европейской гносеологии вплоть до наших дней.

3. Впервые выделено центральное звено развертывающегося во времени процесса познания — «теперь-точка». «Теперь-точка» есть наличный факт, блокирующий дурную субъективность сознания и делающий возможным объективное знание. Показано, что это возможно благодаря редукции времени как формы внутреннего чувства к модусу настоящего, фактически тождественного объективной пространственной локализации субъекта познания («теперь» времени переходит в «здесь» пространства). Выдвинута оригинальная концепция произвольности мышления, в основе которой лежит принцип «теперь-точки»: субъект познания в состоянии произвольно остановить темный поток сознания и вывести его к внешней пространственной локализации объекта. Так понимаемая «произвольность» есть воля к объективной истине, бытию.

4. В работе впервые исследована темпоральная сущность закона основания во всех его многообразных проявлениях – от основания системы наук до основания личности в процессе педагогического воздействия.

5. По-новому трактуется один из самых «инновационных» принципов новейшей философии — опространствление времени. Показано, что возможна реалистическая установка относительно априористских решений этого вопроса в новейших концепциях, расположенных между Э. Гуссерлем и Ж. Деррида. Доказано, что интенциональные акты в порядке «сознания времени» (Гуссерль), достигая внешней феноменальной границы сознания, превращаются в сознание пространства; параллельно этому система субъективных значений превращается в систему объективных смыслов, опредмеченных в окружающем человека мире. Так рождается обладающее существенной новизной положение о «бытийствующих смыслах» (корректирующее субъективистский крен в интерпретации «здесь-бытия» экзистенциалистскими онтологиями).

Положения, выносимые на защиту. В работе предпринимается попытка преодолеть характерную для современной гносеологии мозаичность в понимании опыта, мышления, сознания в целом; делается это за счет своеобразного «неоклассицистского» подхода, реконструирующего темпоральную ось познания, придающую ему целостность и фундаментальную направленность на объект.

1. В основе противопоставления субъекта и объекта, определяющего всю гносеологическую проблематику, лежит специфическая временная схема, которой, собственно, это противопоставление и определяется.

2. Данная временная схема коррелирует с методом познания, благодаря чему метод приобретает статус реальности и сам становится объектом исследования.

3. Противопоставление субъекта и объекта, заданное лежащей в его основе временной схемой, ставит вопрос об адекватности отражения объекта субъектом и, следовательно, всю проблематику истины.

4. Состоянием субъекта познания, в котором он прямо сталкивается с объективной реальностью, является непосредственное созерцание, полностью лишённое временной схематики, связанной с деятельностью сознания субъекта. Временная матрица объективного процесса познания представляет собой последовательные акты восприятия пространства.

5. Возможность непосредственного опыта лежит в основании познания и является залогом его истинности, превращается в важнейшую аксиому теории познания, не поддается тривиальной психологизации и лежит в основании научной картины мира.

6. Поскольку познающий субъект связывает мир значений и мир предметов, то познание предполагает Просвещение в качестве фундаментальной социо-культурной предпосылки (в историческом и актуальном планах).

Научно-практическая значимость исследования. Результаты данного исследования могут быть применены в современной философии сознания, в герменевтических реконструкциях философских концепций, в разделах гуманитарного знания, трактующего о временных процессах («временные» искусства, типы историзма, психология восприятия времени и т. п.). Выводы данного исследования имеют значение для разделов философской науки, изучающих когнитивные процессы, методологию и логику научного познания. Работа может быть применена в практике преподавания философии и истории философии.

В работе содержится раздел (§5, гл.I), связывающий тип рациональности, отражающийся в сумме гносеологических идей эпохи, с системой образования и воспитания, а также с обоснованием системы наук, лежащей в основе общественного просвещения. Обращение к подобного рода тематике придает исследованию педагогический поворот и связывает теоретическую часть работы с «практическими нуждами».

Структура и объём работы. Диссертационное исследование состоит из введения, двух глав, каждая из которых содержит по 6 параграфов, заключения и списка литературы. Данная структура соответствует задаче исследования и отражает логику его концептуального развития.

Объём работы — 126 страниц.

Библиографический список содержит 108 наименований используемой и цитируемой литературы.

Основное содержание работы

Во Введении обосновывается актуальность темы, освещается степень ее разработанности, определяются цель и задачи диссертационного исследования, указываются его источники, методологическая основа, формулируются положения, содержащие элементы новизны, а также положения, раскрывающие теоретическую и практическую значимость работы.

В I главе «Классическая феноменология (схема интеллекта)» данной диссертации раскрывается общая методологическая и временная структура классической феноменологии и классической гносеологии (на примере локковского эмпиризма), которая рассматривается в качестве фундамента современной гносеологии: в постановке задач, оформления проблемного поля современной гносеологической мысли. Представлена попытка интерпретации классической мысли как единого проблемного поля, несущая в себе возможность перевода языка задач и методов рационализма в эмпирическую философию. Также рассматривается положение о реформе в рамках современной феноменологической теории познания, принципов и задач классической гносеологии, таких как проблема основания, проблема соотношения ветвей научного знания.

В § 1. «Вводные замечания. Цели и задачи классической гносеологии» производится анализ некоторых историкофилософских воззрений Гуссерля (в работах основателя феноменологического метода четко обозначено начало полемики современной феноменологии с классической), а именно его признание декартовской методологии актуальной для поиска оснований теории познания. Гуссерль указывает на единство проблемного поля между классической мыслью и феноменологией, заключающееся в общем методе поиска истины, обращённом, прежде всего, к индивидуальности философа: для Гуссерля декартовская методология является недостаточно радикальной, и он определяет феноменологию как попытку логического продолжения декартовского принципа сомнения, раскрывая, таким образом, преемственность между классической теорией познания и современной феноменологической мыслью.

Одним из центральных положений этого параграфа является утверждение о различии между гуссерлевской и декартовской методологиями на основе различного их отношения к взаимодействию в процессе восприятия субъекта и объекта. Для классической гносеологии характерно радикальное противопоставление субъекта и объекта, здесь же приводится анализ этого противопоставления и его следствий.

В классической гносеологии в основе разделения объекта и субъекта лежит схема восприятия, которая включает в себя и одновременно основывается на представлении о времени как о ряде последовательно сменяющих друг друга состояний, которая затем, в ходе анализа процесса восприятия, оформляется в представление о времени как о ряде моментов, попеременно находящихся в фокусе внимания. Классическое представление о времени не просто разрабатывается на основе определённой методологии, а само определяет эту методологию, а затем становится предметом анализа. Представление о временности структурирует всю классическую гносеологию и культуру в целом.

Во § 2 «Понятие восприятия в классической гносеологии» рассматривается понятие восприятия в классической мысли. Одним из центральных тезисов в этой работе является утверждение об отсутствии в классической мысли непосредственного восприятия, которое оказывается опосредованным принципами анализа: целостный образ разлагается на составные части и последние рассматриваются как изначальное восприятие.

Восприятие здесь предстаёт как основа методологии мышления. Поскольку восприятие (на примере локковского эмпиризма) оказывается не фиксацией непосредственно данного опыта, а последовательным разделением непосредственных данных на ряд моментов, которые затем становятся основой для операции абстрагирования и формирования смыслового поля.

В § 3 «Понятие теперь-точки» вводится понятие теперь-точки, использующееся в феноменологии Гуссерля. Через это понятие прослеживается общность методологических установок между классической гносеологией и феноменологией Гуссерля. Здесь раскрывается значимость теперь-точки как чистого созерцания для проблемы чистого, пустого интеллекта, характерного для Нового времени. Также указывается на роль чистого, непосредственного и моментального созерцания - теперь-точки - для представления времени. Теперь-точка рассматривается как состояние максимально полного и достоверного объективного отображения действительности, обладающего исключительно пространственной природой. Время же становится субъективным в силу того, что представляет собой производимую в сознании операцию объединения моментов непосредственного восприятия. То есть длительность начинает связываться с человеческим субъектом, и понятие времени приобретает субъективный характер. Далее доказывается происходящее из методологической установки, ориентированной на максимальную объективность и понимаемой как непосредственное созерцание, отождествление сознания в смысле сознания субъекта и памяти: для большинства эмпириков субъективность связана с изменениями, производимыми памятью над объектами непосредственного восприятия, что, как указано, доходит до логического завершения у Юма, который называет идеей утратившее непосредственность впечатление.

Теперь-точка также связана с произвольностью мышления, необходимость и возможность которого доказывается классической философией и рассматривается как прорыв к объективности.

В § 4 «Определение произвольности» разъясняется, что выделение в классической гносеологии мира чистой субъективности способствует формированию специфической проблематики Нового времени: выделению важной роли воли в процессе адекватного познания. Воля в классической гносеологии рассматривается одновременно как источник искажений - так как она выступает одним из оплотов субъективности – и как средство, применение которого способно избавить интеллект от аффектов. Также в данном параграфе рассматривается отношение объективной истины и субъективности, характерное для классической мысли: роль произвольности в негативном смысле – это искажение реальности в сознании, а в позитивном же смысле произвольность - это только возможность перехода к объективной, единой для всех истине, где субъективность, воспринимаемая как источник искажений, должна нивелироваться.

В § 5 «Гносеология как основа развития личности и системы наук» рассматривается то, что в гуссерлевской феноменологии обозначается как «эмпирическая психология», а именно практическое применение классической гносеологии к решению проблем образования и выстраивания системы наук. Классическая теория познания, связывая вопрос подлинности познания с самостоятельным мышлением субъекта, ставит перед собой проблему формирования личностных индивидуальных знаний, а также индивидуальное знание удостоверяет подлинность всей системы наук. Субъект в классической гносеологии и его непосредственное восприятие являются гарантами истинности научного знания, и, таким образом, проблема восприятия обретает значимость для осмысления принципов построения наук путём вывода положений из достоверных оснований. В данном параграфе анализируется представление классика английского эмпиризма Джона Локка по вопросу формирования индивидуальных знаний. Также анализируется связь непосредственных достоверных знаний и системы наук через закон достаточного основания, в основе которого также лежит принцип восхождения от непосредственного восприятия к теоретическим выводам.

В § 6 «Классическая временная схема познания» рассматривается связь между характерным для классического познания противопоставлением субъекта и объекта - временной схемой, традиционной для классической мысли, - и научной методологией Нового времени. Максимально объективно отражающее реальность состояние непосредственного созерцания сводится к одному-единственному моменту созерцания пространства, не обладающему временной структурой. Затем это созерцание становится структурной единицей представления понятия времени и основой познания.

Классическая философия приписывает сознанию структуры, которые по сути своей являются онтологизированным декартовским методом познания. Поэтому можно говорить об онтологизации метода, характерного для классической философии, и связанной с ним проблематике понимания субъекта и субъективности.

Во II главе «Темпоральные структуры сознания и познания в феноменологии» данной диссертации рассматриваются временные схемы феноменологического метода в теории познания в сравнении с классическими, показывается, как классическая проблематика преломляется в призме феноменологического метода, какие следствия это влечёт для построения системы наук и взгляда на субъект в современной феноменологической традиции.

В § 1 «Вводные замечания. Цели и задачи методологии Гуссерля» разъясняются основные пункты для сравнения феноменологии Гуссерля и классической теории познания: субъектно-объектная схема восприятия, вопрос о чистом субъекте, о процессе чистого восприятия и о мире культуры, в который должно быть вписано это индивидуальное восприятие. Общность методологий авторов классической теории познания и феноменологии в том, что в обоих случаях центральным вопросом становится вопрос о возможности чистого познания. Для Гуссерля также важной является проблема отношения субъекта и объекта, которые, хотя и остаются разделёнными, как это принято в классической мысли, но представляют собой общность в акте непосредственного восприятия. Непосредственное восприятие оказывается центральным положением для Гуссерля в той же мере, в какой оно важно и для классической гносеологии.

Во § 2 «Переосмысление понятия восприятия в феноменологии» рассматривается термин «психологизм», часто используемый Гуссерлем для характеристики классической мысли. В противоположность его учителю Брентано, который психологизм отождествляет с эмпиризмом и видит в использовании этого слова только уточнение термина: «Наименование «психологист», которое любите употреблять Вы и другие, означает, мне кажется, не что иное как «эмпирик», только с более точным определением той области, с которой связан непосредственный опыт. Я, однако, нисколько не сомневаюсь в том, что это психическая область и, более того, область отдельного психического существа»[6] - Гуссерль относит понятие «психологизм», как это видно из его последних работ, ко всей классической гносеологии. Критика Гуссерля обращена на понятие восприятия: он отмечает невозможность возникновения понятий путём абстракции, произведённой из совокупности восприятий, что утверждается в классической локковской гносеологии. Для Гуссерля восприятие является эйдетическим и извлекается непосредственно.

В § 3 «Понятие очевидности» доказывается, что очевидность у Гуссерля, также как и в классической гносеологии, обладает пространственной, а не временной природой. В отношении очевидности во взглядах Гуссерля проявляется двойственность его позиции: с одной стороны, он утверждает смысловое восприятие и отсутствие перехода от непосредственного созерцания к культурным объектам, а с другой - что эти смыслы есть порождение непосредственного восприятия, в некоторых аспектах близкого классическим представлениям. Далее рассматривается переход от указанной двойственности в представлениях основателя феноменологии к отказу в современной феноменологии от представления об очевидности как о состоянии восприятия, в котором отсутствует вмешательство интеллекта, и постулируется невозможность проведения редукции такого вмешательства.

В § 4 «Понятие произвольности в работах Э.Гуссерля» рассматривается тот факт, что произвольность частична, что произвольность в феноменологии Гуссерля сохраняет смысл перехода от неподлинного восприятия к восприятию подлинному. Если относительно акта восприятия в феноменологии Гуссерля утверждается невозможность «начать мыслить», т.е. принципиальная наполненность интеллекта, то эта классическая произвольность снова возникает, когда происходит переход от обыденного состояния сознания к истинному научному созерцанию. Далее указывается, что в современная феноменология сохраняет и развивает гуссерлевское положение о принципиальной наполненности интеллекта и отрицает возможность перехода от обыденного состояния к научному мышлению. С исчезновением такого произвольного акта в феноменологии происходит изменение понятия субъективности, и традиционная проблематика соотношения субъективного восприятия и объективной реальности в рамках этой гносеологической концепции не может рассматриваться.

В § 5 «Закон достаточного основания в его феноменологической интерпретации и новое представление о системе наук» разъясняется, что постепенное исчезновение роли непосредственного чистого восприятия субъекта в феноменологическом методе смещает акцент с вопроса об образовании к вопросу о структуре культуры. Последняя выступает как совокупность положений, не имеющих корня в непосредственном созерцании и не построенных более в соответствии с картезианской моделью, т.е. с принципом дедуктивного вывода. Научное знание и культура предстают не в виде декартовского дерева, а в виде делёзовской ризомы. Этот вопрос разъясняется, в частности, на примере переосмысления закона достаточного основания как положения об основании, которое понимается, например Хайдеггером, как мотивация, а не как логическая процедура. Таким образом, культура в современной феноменологии предстаёт как система ссылок, обосновывающих друг друга и не опирающихся на единый фундамент.

В § 6 «Идея времени как структура феноменологического метода» разъясняется временное измерение феноменологического метода, та идея времени, которая структурирует феноменологический метод и её сопряжённость со смыслом – один из центральных постулатов Гуссерля. Время в феноменологии рассматривается в рамках классической оппозиции: как часть мира вещей и как особенность восприятия субъекта (эта оппозиция предстаёт в виде выделения понятий физического и феноменологического времени). Об этом говорит сам выбор терминов, которые Гуссерль использует для своей работы с понятием времени - Zeitbewusst - то есть сознание, осознание времени, но не время само по себе, что делает тот же Хайдеггер, включая время в структуру описываемого бытия. Таким образом, вводимое Гуссерлем понятие физического времени в современной феноменологии вытесняется, а сохраняется сопряженность смысла со временем.

В «Заключении» содержится обобщение изложенных в диссертации положений. Разъясняется различие между классической мыслью и феноменологией по вопросам отношения субъекта и объекта и влияние этого отношения на временные структуры классической теории познания и феноменологии.

Основные научные результаты диссертации отражены в следующих публикациях:

  1. Проблема времени в феноменологии Гуссерля, - Актуальные проблемы философии, социологии и политологии, экономики и психологии, - Выпуск 7, Пермь 2004, С. 37-39.
  2. Временной смысл положения об основании. - «Ломоносов - 2006» Сборник тезисов XIII Международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых учёных «Ломоносов», Москва, 2006, С. 287-288.
  3. Современная методология гуманитарного знания, - Новые идеи в философии, Выпуск 15(2), Пермь, 2006, - С. 151-156.
  4. Временной смысл закона достаточного основания в классической гносеологии и его модификация в современной. - Актуальные проблемы философии, социологии и политологии, экономики и психологии, Пермь 2006 г. – С. 60 – 66.
  5. Гносеология Джона Локка и проблема воспитания. – Современные проблемы науки и образования, - ИД «Академия естествознания», № 5 2008, - С. 102-108.
  6. Истина в классической гносеологии и её проявления в объектах культуру, - Актуальные проблемы философии, социологии и политологии, экономики и психологии, Пермь 2007, Выпуск 10 С. 151- 155.
  7. Классическая теория познания как пример конструктивизма на основе работ Джона Локка. - Актуальные проблемы философии, социологии и политологии, экономики и психологии, Пермь, 2007, Выпуск 10. С. 147-151.
  8. Проблема произвольности в философии Э. Гуссерля, - Современные проблемы науки и образования, - ИД «Академия естествознания», № 5 2008, - С. 108-114.
  9. Семантические различия в диалоге культур или М.Ю. Лотман в современной культурной ситуации. – Вестник Пермского университета. Серия «Философия», Выпуск, 2009. С. 155-156
  10. Изменение понятия субъективности в современной теории познания, - Социология, № 4 2009, - С. 259-264.

[1] Комаров С. В. Метафизика и феноменология субъективности: Исторические пролегомены к фундаментальной онтологии сознания / С.В. Комаров. – СПб.: Алетейя, 2007. С.13.

[2] Там же. С. 16.

[3] Железняк В.Н. Феноменология рациональной воли./ Перм.гос.техн. ун-т. Пермь, 1997. С.4.

[4] Железняк В.Н. Метафизика воли в прямой и обратной перспективе./ Перм.гос.техн. ун-т. Пермь, 1997. С.4.

[5] Под «деконструкцией» в данном случае понимается выявление расхождения между смыслом, который вкладывал в текст автор, и объективным смыслом концепта.

[6] Гуссерль Э. Избранная философская переписка. Т.1/ Э.Гуссерль; Ин-т философии РАН. – М.: Феноменология – герменевтика,2004. С.31.



 





<
 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.