WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Pages:     || 2 | 3 |
-- [ Страница 1 ] --

Негосударственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Восточная экономико-юридическая гуманитарная академия

(Академия ВЭГУ)

Институт современных технологий образования

Специальность: 030501 «Юриспруденция»

Специализация: Уголовно-правовая

ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА

Особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних

Ячменькова Елена Павловна

Научный руководитель:

Ермолаев Д.О.

Уфа 2010

Оглавление

Введение

1. Понятие «несовершеннолетний» в отечественном уголовном праве

1.1 Эволюция понятия «несовершеннолетний»

1.2 Преступность несовершеннолетних

1.3 Проблемы, связанные с изучением личностных особенностей несовершеннолетних

2. Отправление правосудия по делам о преступлениях несовершеннолетних

2.1 Возраст, с которого наступает уголовная ответственность

2.2 Виды наказаний, назначаемых несовершеннолетним, и особенности их применения

2.3 Освобождение несовершеннолетних от наказания

2.4 Содержание принудительных мер воспитательного воздействия и проблемы, возникающие при их применении

2.5 Иные особенности применения уголовного закона в отношении несовершеннолетних

Заключение

Список литературы

Приложения


Введение

Процессы и явления политического, экономического, идеологического, культурно-воспитательного, демографического характера определяют в общей форме условия жизни в обществе, влияют на характер межличностного общения граждан и, не в последнюю очередь, на такие негативные явления как преступность.

Мировой финансовый и экономический кризис привел к снижению и так невысокого уровня жизни большинства семей, особенно – живущих в небольших городах и сельских поселениях.

Все эти и многие другие негативные факторы, имеющие место в современном обществе, отрицательно влияют как на состояние преступности в целом, так и на ее составную часть – подростковую преступность.

Рост преступности несовершеннолетних в Российской Федерации – это реалии нашего времени. К сожалению, приходится констатировать, что несовершеннолетние стали одной из наиболее криминально пораженной и, в тоже время, наименее социально защищенной категории населения. В связи с ростом преступности несовершеннолетних, растет и число осужденных несовершеннолетних.

Среди преступлений, совершаемых несовершеннолетними, велика доля тяжких корыстных и корыстно-насильственных преступлений. Нередко им присущи такие черты, как чрезмерная, ничем не мотивированная жестокость. Большое количество этих преступлений совершается в соучастии (чаще всего в форме соисполнительства), особенно в группе, что также отвечает специфике психологии подростков. Примерно каждое третье преступление совершается ими совместно со взрослыми.

Указанные специфические черты преступности несовершеннолетних и привели законодателя к необходимости тщательной регламентации уголовной ответственности несовершеннолетних, подчас отступающей от общих правил и начал уголовной ответственности и наказания. Законодательством предусмотрены особые условия установления видов наказания для несовершеннолетних, назначения им наказания, освобождения их от уголовной ответственности и наказания, исчисления сроков давности и погашения судимости.

Уголовно-правовые меры противодействия преступности несовершеннолетних не являются основными. Нельзя не учитывать, что рост преступности несовершеннолетних происходит в условиях интенсивного социального расслоения общества, падения жизненного уровня значительной части населения, обострения межнациональных конфликтов, благоприятного развития семейно-брачных отношений, роста различных проявлений жестокого обращения с несовершеннолетними. В этой обстановке первостепенное значение имеют социальные, экономические и воспитательно-профилактические меры. И тем не менее, когда преступление совершено, возникает вопрос об уголовной ответственности несовершеннолетнего.

В УК РФ 1996 года эти вопросы решены в самостоятельном пятом разделе, включающем главу 14 об особенностях уголовной ответственности несовершеннолетних, то есть лиц, которым, как указано в статье 87 УК РФ, к моменту совершения преступления исполнилось четырнадцать, но не исполнилось восемнадцати лет. Эти особенности по существу являются отступлениями от правил Общей части УК РФ; они обусловлены исключительно возрастом субъектов преступления и все исключения направлены на смягчение ответственности и наказания.

Самостоятельная глава о несовершеннолетних в российском законодательстве появилась впервые. Хотя в УК РСФСР 1960 года подход к уголовной ответственности и наказанию несовершеннолетних и был достаточно гуманным, нормы по данному вопросу рассредоточивались в различных главах Общей части и не были систематизированы. В досоветском уголовном законодательстве России содержались специальные уголовно-правовые нормы об ответственности несовершеннолетних: в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года - об обстоятельствах, уменьшающих вину и строгость наказания несовершеннолетних, в Уголовном уложении 1903 года - об особенностях вменения в вину и наказания несовершеннолетних. [62, c.191].

Актуальность данной темы обусловлена, прежде всего, степенью ее важности на современном этапе развития российского общества, поскольку терпимое, гуманное (в соответствии с международными нормами и отечественным законодательством) отношение к несовершеннолетним гражданам, преступившим закон, является одним из показателей наличия в нашей стране истинной демократии.



Цель работы заключается в исследовании уголовного законодательства в области уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних преступников, а также выработке рекомендаций по совершенствованию законодательства и правоприменительной практики по данному вопросу.

Исходя из цели работы, задачами исследования являются:

- изучение истории развития законодательства об уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних в России;

- анализ уголовно-правового законодательства в отношении несовершеннолетних;

- выработка предложений и рекомендаций по совершенствованию законодательства в области уголовной ответственности несовершеннолетних.

Объектом исследования являются общественные отношения, касающиеся уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних, совершивших преступление.

Предмет исследования данной работы – уголовные и уголовно-процессуальные нормы, а также правоохранительная и судебная практика, действующие в отношении несовершеннолетних преступников.

Разработанность исследуемой темы в научной литературе можно признать достаточно широкой, поскольку вопросам уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних ученые-правоведы занимались, начиная с древних времен (Дигесты императора Юстиниана VI в. н.э., Закон ХII таблиц, сборник германских законов XII в. «Швабское зеркало») и заканчивая современными авторами (З.А. Астемиров, А.А. Бакаев, Д.З. Зиядова, Н.Г. Кадников, В.М. Лебедев и другие).

Работа состоит из введения, двух глав, включающих восемь параграфов, заключения, списка использованной литературы и приложений.

Глава 1. Понятие «несовершеннолетний» в отечественном уголовном праве

1.1 Эволюция понятия «несовершеннолетний»

Россия в средние века не имела законодательного регулирования уголовной ответственности несовершеннолетних, но на практике к ним применялись несколько смягченные наказания, что часто было выражено в снисходительном отношении со стороны судей, которые при назначении наказания смягчали наказание, ввиду молодости и «неразумности» преступника.

Формирование государственной политики борьбы с преступностью несовершеннолетних в истории России прошло несколько этапов, характеризующихся различной степенью законодательной регламентации уголовной ответственности несовершеннолетних: от полного игнорирования подростковой преступности как самостоятельного специфического феномена до гипертрофирования его социально-криминологического значения.

До середины XIX века, по справедливому замечанию Э.Б. Мельниковой, положение несовершеннолетних правонарушителей можно назвать жестоким и несправедливым, причем данная характеристика относится к подростковой преступности в рамках всего мирового сообщества [50, c.67]. В юриспруденции античности и средневековья не существовало особого правового статуса несовершеннолетнего как лица, нуждающегося в повышенной защите и охране со стороны государства в связи с возрастными особенностями, спецификой психофизиологического развития и социально-правового положения. Подростки, совершившие противоправные поступки, приравнивались к взрослым преступникам: не было юридических правил специальной защиты детей в судах и в тюрьмах, а также после освобождения из них.

В Соборном уложении царя Алексея Михайловича 1649 года, систематизировавшем ранее принятые правовые нормы, прямо указывалось, что в Московском государстве суд и расправа во всяких делах всем равны.

Отношение к преступности несовершеннолетних как к самостоятельной правовой категории, предмету научного анализа и объекту предупредительного и профилактического воздействия со стороны правоохранительных органов и государства в целом возникло на значительно более позднем этапе развития российской криминологической мысли.

Начало попыткам оградить несовершеннолетних от чрезмерно карательного воздействия уголовного права было положено в середине XVII века. Первая норма, предусматривающая градацию уголовной ответственности несовершеннолетних и взрослых преступников, появившаяся в России в 1669 года в качестве дополнения Соборного уложения 1649 года, гласила: «...аще отрок седьми лет убиет, то неповинен есть смерти» [65, c.120].

Следующим этапом законодательной регламентации правового положения детей-правонарушителей стало принятие Воинского устава Петра Великого, в котором также не определялся точный возраст, по достижении которого физическое лицо могло быть привлечено к уголовной ответственности. Вместе с тем в толковании на артикул 195 говорилось о наказании за воровство, которое «обыкновенно умаляется или весьма оставляется, ежели... вор будет младенец, который, дабы заранее его от сего отучить, может от родителей своих лозами наказан быть» [65, c.121], однако возраст «младенца» не конкретизировался. Несовершеннолетие виновного воинские артикулы относили к обстоятельствам, смягчающим ответственность за воровство. Однако по делам о государственных преступлениях несовершеннолетние все еще подвергались пыткам.

По мере дальнейшего развития российского законодательства внимание к правовому положению детей, равно как и к преступности несовершеннолетних, постепенно возрастает.

Общий курс на системную гуманизацию норм, устанавливающих уголовную ответственность несовершеннолетних, а также применяемых по отношению к ним мер наказания, наметился в середине XVIII века.

В период царствования Елизаветы Петровны 23 августа 1742 года Сенат на основании рассмотренного совместно с президентами коллегий дела 14-летней крестьянки Федоровой, обвиняемой в убийстве, издал Указ, согласно которому лица до 17 лет признавались малолетними и не могли подвергаться тем же наказаниям, что и взрослые преступники. Они «не могли подвергаться ни смертной казни, ни пытке, ни кнуту; для них эти наказания заменялись сечением плетьми и отдачей в монастырь на исправление для употребления их там на всякие тяжелые монастырские работы, чтобы они никогда праздны не были, а по освобождении из монастырей повелевалось их отсылать в те места, откуда кто прислан, а из этих мест отсылать их в прежние жилища, где быть им вечно, и ни к каким делам не определять, а при том выпуске им накрепко на письме подтвердить, чтобы они то свое прегрешение памятовали до смерти и впредь бы от подобных тому продерзостей весьма остерегались; буде и затем паки явятся в таких же продерзостях, то с ними поступлено будет по государственным правилам безо всякия пощады. За меньшие же преступления они или вовсе освобождались от ответственности, или мера их наказания значительно смягчалась» [65, c.120].

Однако подобное заключение не нашло одобрения со стороны Синода, который при повторном рассмотрении его вместе с Сенатом в 1744 г. признал, что человек и моложе 17 лет вполне способен осознавать характер совершаемых им действий, и установил иной возрастной ценз для привлечения к уголовной ответственности - 12 лет.

Вместе с тем, как отмечает Н.С. Таганцев, практика зачастую отступала от установленного законом возраста: малолетними в ряде случаев признавались лица 18 и даже 19 лет, но при этом применяемые к ним наказания порой противоречили ограничениям, установленным Указом 1742 года [62, c. 178].

Впервые возраст совершеннолетия (с 17 лет) и возраст, с которого наступала уголовная ответственность (с 10 лет), был четко установлен в решениях Правительствующего Сената и указах Екатерины II. Дети в возрасте от 10 до 15 лет освобождались от телесных наказаний, сроки наказаний для лиц в возрасте от 15 до 17 лет значительно сокращались.

В Указе Екатерины II от 26 июня 1765 года «О производстве дел уголовных, учиненных несовершеннолетними, и о различии наказания по степени возраста преступников» предусматривался прямой запрет на применение пыток к несовершеннолетним и предписывалось «употреблять в изыскании справедливости больше милосердия, нежели жестокости, а в возрасте 10 лет и меньше отдавать для наказания отцам, матерям или помещику и сделанное в малолетстве преступлениями не считать» [15, c.82].

С подачи Екатерины целям карательной политики государства придавался дуалистический характер: воспрепятствовать виновному впредь совершать общественно опасные деяния и отвратить других граждан от совершения подобных поступков. В Наказе Екатерины II, адресованном комиссии для составления проекта нового уложения, устанавливалось, что размер наказания должен лишь превосходить выгоды, извлекаемые из преступлений: «всякая строгость, превосходящая сии пределы, бесполезна и, следовательно, мучительна»; должна быть достигнута неизбежность наказания, потому что «известность и о малом, но неизбежном наказании сильнее впечатляется в сердце, нежели страх жестокой казни, совокупленный с надеждою избыть от оныя» [15, c.99]. Впервые в истории российского уголовного законодательства повелевалось при расследовании дел несовершеннолетних устанавливать причины совершения ими преступлений и взрослых подстрекателей, а полученные материалы передавать в Сенат.

Таким образом, руководящие принципы правоприменительной деятельности, а также основы профилактического воздействия на поведение несовершеннолетних были заложены в российском законодательстве в XVIII веке. Они сводились к следующим идеологическим установкам: законность, гуманизм, принцип неотвратимости ответственности, общая и частная превенция преступлений, приоритет воспитательных и профилактических мер над репрессивными, выявление причин и условий подростковой преступности.

В период с середины XIX до начала XX века проблема преступности несовершеннолетних в России приобретает наибольшую остроту, что связано прежде всего с наступлением переходного периода в развитии отечественной государственности.

Хотя совершаемые подростками преступления в основной своей массе не отличались высокой степенью общественной опасности (чаще всего ими совершались корыстные посягательства имущественной направленности), повышенному интересу к рассматриваемой проблеме в значительной мере способствовал постоянный рост в Российской империи как численности несовершеннолетних преступников, так и преступлений, совершаемых ими в группе.

Данный период характеризуется не только интенсивной законотворческой работой в области определения принципов и пределов уголовной ответственности несовершеннолетних, но и становлением методов и механизмов взаимодействия государства и общественности в целях эффективной борьбы с подростковой преступностью, а также последовательным накоплением опыта работы с трудными детьми.

В середине XIX века закладываются основы ювенальной юстиции, первым шагом на пути формирования которой становится принятие в 1845 года. Уложения о наказаниях уголовных и исправительных.

Согласно данному законодательному акту несовершеннолетними признавались лица, достигшие возраста 7 лет, но не достигшие 21 года. При этом устанавливалось несколько возрастных групп: лица до 7 лет признавались полностью невменяемыми, с 7 до 14 лет условно вменяемыми, для лиц с 14 лет до 21 года предусматривалось смягчение наказания, если было доказано, что в преступление их вовлекли совершеннолетние.

Н.С. Таганцев признавал замену 10-летнего возраста 7-летним крайне неудачной и необоснованной, хотя, как он отмечал, и сохранилось «различение эпох от 7 до 10 и от 10 до 14 лет» [62. c.204]. Причем дети от 7 до 10 лет, совершившие преступления, отдавались под строгий присмотр и контроль со стороны родителей или благонадежных родственников, обязанных принимать меры к исправлению и наставлению несовершеннолетних, в частности прибегая к помощи священнослужителей.

В случае если преступление совершалось лицом в возрасте от 10 до 14 лет, необходимо было в каждом конкретном случае решать вопрос «о наличности либо отсутствии у них разумения, при отсутствии такового они приравнивались к детям от 7 до 10 лет и отдавались родителям или родственникам для домашнего исправления... при признании же разумения они наказывались, но иначе, чем взрослые...» [62, c. 204].

Уложением 1845 года были отменены телесные наказания для 10 - 14-летних правонарушителей, устанавливались исправительные меры: несовершеннолетних размещали в особых помещениях при тюрьмах и арестных домах, применяли меры домашнего исправления, отдавали в монастыри [15, c.120].

Судебная реформа 1864 года способствовала дальнейшему активному развитию процесса законодательного закрепления существенных гарантий соблюдения прав несовершеннолетних и создания целостной системы профилактики их безнадзорности [15, c. 120].

Обеспокоенность государства количественным преобразованием преступности несовершеннолетних отразилась на специфике содержательной стороны принимаемых нормативных правовых актов. Предупреждение преступности несовершеннолетних осуществлялось по нескольким направлениям, среди которых явным приоритетом пользовались следующие меры: возложение функций по профилактике подростковой преступности на полицию, создание специализированных приютов для несовершеннолетних осужденных, привлечение общественности в целях превенции подростковой преступности, а также совершенствование системы судопроизводства по делам несовершеннолетних.

Далее прослеживается уже планомерный подход государства к формированию комплекса мер в борьбе с преступностью несовершеннолетних (носившей преимущественно характер корыстных посягательств имущественной направленности). Одним из самых распространенных преступлений в России в рассматриваемый период была кража.

Основной причиной совершения краж было крайне тяжелое материальное положение большинства населения страны, безнадзорность значительной массы детской его части, вследствие чего от государства требовались соответствующие мероприятия по стабилизации сложившегося положения.

В Уставе о предупреждении и пресечении преступлений 1876 года предусматривался системный подход к профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, при этом конкретные обязанности возлагались в основном на полицию и частично на руководителей учебных заведений, педагогов, владельцев домов и дворников [15, c.124].





Надзор устанавливался и за воспитанниками средних учебных заведений, достигшими 16-летнего возраста, которые исключались по неодобрительному поведению. Негласный надзор за ними прекращался коль скоро эти лица вновь поступят в какое-либо учебное заведение, определятся на какую-либо службу или вообще приобретут определенные занятия, обеспечивающие их материально [15, c. 124].

Хотя контрольно-надзорные функции полиции в XIX веке играли существенную роль в деле предупреждения и профилактики преступности несовершеннолетних, было очевидно, что силами лишь правоохранительных органов, применяемыми ими принудительно-карательными мерами невозможно устранить существовавшие в то время социальные детерминанты детской преступности. Как следствие, с середины XIX века во многих городах России создаются различные социально-реабилитационные учреждения для несовершеннолетних: детские исправительные приюты, бесплатные детские ясли, благотворительные школы. К началу 1896 году таких учреждений насчитывалось 1286, в них обучалось и содержалось более 300 тысяч детей [66, c.109].

Так, Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, 1864 года, установив возможность замены ряда наказаний, применяемых к несовершеннолетним, направлением их в воспитательно-исправительные заведения, предоставил мировым судьям право определять детям в возрасте от 10 до 17 лет взамен заключения в тюрьме помещение в исправительные приюты [65, c.303] для нравственного их исправления. Данные учреждения создавались и функционировали за счет средств частных инвесторов при жестком контроле со стороны государства. В перевоспитании подростков активное участие наряду с органами местного самоуправления принимали общественные благотворительные организации и церковь.

Деятельность таких приютов регулировалась рядом нормативных правовых актов, среди которых можно назвать Законы «Об исправительных приютах» от 5 декабря 1866 года, «Об изменении постановлений, касающихся обращений в исправительные приюты и содержания в них малолетних преступников» от 20 мая 1892 года; «О предоставлении исправительным приютам права заключения условия об отдаче выпускаемых воспитанников в наем или обучение» от 2 февраля 1893 г., «Об изменении порядка заключения и пересылки несовершеннолетних, состоящих под следствием и судом» от 8 февраля 1893 года [66, c. 108].

Согласно указанным Законам руководству исправительных заведений предоставлялось право самому определять срок содержания несовершеннолетних в приюте, но не более чем до достижения ими 18-летнего возраста; помещать условно освобожденных воспитанников, не достигших 18-летнего возраста, для работы и обучения к благонадежным мастерам в промышленные заведения, на сельскохозяйственные работы.

Выпущенные из приюта должны были в течение определенного срока находиться под покровительством приюта, чем, обеспечивалось более действенное предупреждение рецидивной преступности несовершеннолетних.

Эффективность функционирования данных заведений подтверждалась снижением уровня рецидивной преступности среди их воспитанников, который в среднем составлял 20%; аналогичный показатель среди подростков, вышедших из тюрем, превышал данную цифру на 50% [15, c. 103].

Результаты работы этих заведений обозначили перспективы в деле решения проблемы преступности несовершеннолетних. Родители трудных подростков стремились поместить их для воспитания и образования в подобное заведение.

Период с 1897 года по 1917 года характеризовался дальнейшей гуманизацией системы наказаний в области уголовной ответственности несовершеннолетних, а также преобразованием порядка судопроизводства по делам данной категории преступников. Итогом проведенной в 1897 году реформы стало принятие 2 июня того же года Закона «Об изменении форм и обрядов судопроизводства по делам о преступных деяниях малолетних и несовершеннолетних, а также законоположений о их наказуемости». Для лиц в возрасте до 17 лет были отменены такие виды наказаний, как смертная казнь, каторга, поселение, ссылка и др.; несовершеннолетние не могли быть приговорены к тюремному заключению совместно со взрослыми; были расширены возрастные рамки применения исправительных мер - подростки от 10 до 14 лет и от 14 до 17 лет могли быть отданы под надзор родителей и опекунов (ранее это применялось только к лицам до 14 лет), помещены в приюты и колонии для несовершеннолетних; возраст условной вменяемости был повышен до 17 лет.

Принятое 22 марта 1903 года Уголовное уложение [15, c.99] предусматривало льготный режим уголовной ответственности для несовершеннолетних в возрасте от 10 до 17 лет, совершивших преступления «с разумением», то есть с достаточной степенью осознания противоправности совершаемых ими действий. Такие лица в основном направлялись в специализированные исправительные заведения, срок пребывания в которых устанавливался индивидуально в пределах от одного месяца до одного года. Лица в возрасте от 10 до 17 лет, совершившие преступления «без разумения», отдавались под ответственный надзор по усмотрению суда родителям или попечителям, давшим на то согласие. Те же лица могли быть отданы до достижения ими 18 лет в монастыри их вероисповедания.

Начало XX в. было ознаменовано количественным ростом и качественным преобразованием подростковой преступности в Российской империи. В связи с охватившими страну революционными и военными событиями с 1901 по 1910 гг. на фоне значительного замедления темпов роста общей преступности, число осужденных несовершеннолетних увеличилось более чем в два раза [15, c.100]. С 1907 г. по 1915 года удельный вес осужденных 10 - 17 лет в общей преступности достиг 5,4%, а к 1916 году - 7,3%. При этом значительно возросла рецидивная подростковая преступность: в 1910 г. несовершеннолетних, осужденных более одного раза, было 12%, в 1911 г. - 51%, в 1913 г. - 57% [15, c. 102].

Первый специальный суд для несовершеннолетних в России был создан усилиями общественности в 1910 году в Петербурге. С 1912 года аналогичные суды стали действовать в Москве, Киеве, Одессе, Николаеве, Харькове. Основной задачей таких судов была не только борьба с подростковой преступностью, но и защита прав и интересов несовершеннолетних, а также принятие мер в отношении сирот и беспризорных.

Российские исследователи конца XIX - начала XX века в своих работах отмечали, что для детей и подростков, совершивших правонарушение, закон должен иметь не карательную, а исправительную цель. Поэтому наказание для таких детей должно быть не возмездием за содеянное в прошлом, но залогом лучшего будущего, т.е. носить воспитательный характер [66, c.74].

Прислушиваясь к мнению юристов, государство нацеливало деятельность судов преимущественно на воспитательные методы воздействия, отступив от карательной политики.

Центральной фигурой нового социального института являлся мировой судья, которому были предоставлены невиданные прежде права в решении детских судеб [66, c.78]. Мировой судья, рассматривающий дела о преступлениях несовершеннолетних, избирался населением, проживающим на территории судебного округа. Особые требования предъявлялись к специальной подготовке кандидата на должность судьи, который, кроме всего прочего, должен был обладать солидными медицинскими, психологическими и педагогическими знаниями.

Дабы уберечь ребенка от лишних психологических травм, рассмотрение дел несовершеннолетних осуществлялось судьей единолично, судебное заседание велось при закрытых дверях и упрощенной судебной процедуре, которая в основном сводилась к беседе судьи с подростком при участии попечителя. В качестве меры воздействия преимущественно применялось назначение попечительского надзора. Для этого при судах действовал институт попечителей; к каждому судье прикреплялось, как правило, пять штатных попечителей и несколько попечителей из благотворительных организаций, действующих на общественных началах.

Основной целью деятельности указанных лиц был не только контроль за поведением несовершеннолетних, осужденных к мерам, не связанным с лишением свободы, но и изучение их личности, выявление причин и условий, побудивших их к совершению преступлений. Правоприменительная практика тех лет исходила из того принципа, что сам по себе ребенок не виновен в том, что он плох. Его как преступника формируют условия, в которых он развивается, и взрослые, которые его окружают [66, c.82].

Попечители должны были не реже двух раз в неделю посещать несовершеннолетних правонарушителей по месту их жительства, учебы и работы, оказывать посильную помощь подросткам в трудоустройстве и направлении в учебные заведения, а также систематически представлять судье сведения о поведении подконтрольных им лиц.

Установившаяся система позволяла судье более дифференцированно подходить к выбору мер воспитательного и правового воздействия, индивидуализируя на практике как работу по социальной реабилитации детей-правонарушителей, так и меры пресечения и наказания в зависимости от степени тяжести совершенного подростком преступления и его социальной опасности.

К 1917 году на фоне охвативших Россию процессов нарастания урбанизации, индустриализации и связанной с ними пролетаризации населения преступность в стране приобретает более широкий размах. Соответственно количество осужденных несовершеннолетних, являющихся городскими жителями, по данным воспитательно-исправительных заведений, увеличилось с 55% в 1910 году до 72% в 1913 году [66, c. 87].

В результате происходящих в стране социально-политических преобразований, слома нравственных устоев, духовного кризиса российского общества и изменения системы ценностей для большей части населения рационально-индивидуалистические и прагматические установки стали приоритетными, что негативно сказалось на поведении в первую очередь несовершеннолетних лиц, психически и социально несформированных. На фоне проводившейся в стране политики «военного коммунизма» возросло материальное неблагополучие подавляющей части населения, произошло обнищание значительной его доли, появилась масса беспризорных и безнадзорных детей, качественно и количественно преобразовалась подростковая преступность. По справедливому замечанию А.П. Мамочкиной, «на рост данного вида преступлений повлияли последствия империалистической войны: разруха, нищета, голод среди большей части населения страны» [66, c. 89].

В начале 20-х годов XX в. в структуре преступности детей и подростков в РСФСР преобладали кражи (около 90%), основным мотивом которых была нужда. Так, во втором полугодии 1918 года дела о кражах составляли 41% всех дел, рассмотренных в судах г. Москвы. В 1921 г. за кражу и другие преступления против собственности в местах лишения свободы содержалось 83% всех несовершеннолетних. Количество квалифицированных преступлений имущественного характера (разбой, грабеж) было сравнительно невелико и составляло не более 1% [66, c. 93].

Все это ставило перед новой властью в качестве первоочередной задачи охрану прав молодого поколения. Поэтому в первые годы существования Советского государства предпринимались активные меры по формированию новой системы предупреждения беспризорности и преступности несовершеннолетних: было принято более 50 важнейших законодательных актов, касающихся улучшения жизни и воспитания подростков, борьбы с детской девиантностью и преступностью.

Прежде всего Советской властью были упразднены специализированные суды над несовершеннолетними, просуществовавшие менее десятка лет. Декретом от 14 января 1918 года они были заменены «комиссиями для несовершеннолетних», которые создавались при Наркомате общественного призрения, включали представителей трех ведомств, по одному человеку от каждого ведомства (общественного призрения, просвещения, юстиции), и имели право применять по отношению к несовершеннолетним только медико-педагогические меры.

Правовое воздействие на несовершеннолетних правонарушителей сводилось главным образом к следующим педагогическим мерам: применению различных способов однократного воспитательного воздействия (беседы, замечания), устройству в заменяющие семью воспитательные учреждения, длительному надзору за поведением детей и подростков, изоляции подростков в режимные воспитательные учреждения.

На основании постановлений комиссий несовершеннолетние, совершившие кражи и иные имущественные преступления, могли быть отданы под присмотр родителям или родственникам, помещены в приюты, колонии, детские дома, лечебные заведения и санатории.

Данное противоречие было снято принятием первого систематизированного законодательного акта Советского государства - Руководящих начал по уголовному праву РСФСР 1919 года. В части преступности несовершеннолетних данный документ предусматривал наступление уголовной ответственности с 14 лет. К лицам до достижения данного возраста, а также к несовершеннолетним от 14 до 18 лет, действовавшим «без разумения», применялись лишь воспитательные методы [66, c. 99]. Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет, действующие осознанно, несли ответственность в судебном порядке на общих со взрослыми преступниками основаниях.

Декретом СНК от 4 марта 1920 года «О делах несовершеннолетних, обвиняемых в общественно опасных действиях [66, c. 102] предусматривалось судебное разбирательство в отношении подростков, совершивших опасные преступления. Кроме того, комиссии по делам несовершеннолетних имели право передавать уголовные дела несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет в народный суд ввиду невозможности применения к ним медико-воспитательных мер: в случае упорных рецидивов, при систематических побегах из детских домов, а также если оставление несовершеннолетнего на свободе представляет явную опасность для окружающих. Для правонарушителей-подростков, к которым применялись меры судебного наказания, стали создаваться особые учреждения – «реформатории».

В данный период отмечается увеличение случаев передачи дел несовершеннолетних в суд.

Решение проблем беспризорности и безнадзорности в стране продолжилось с принятием 23 сентября 1921 года Декрета СНК РСФСР, которым детская милиция, созданная еще в 1919 году в качестве структурного подразделения при Наркомате социального обеспечения, была переименована в детскую социальную инспекцию, призванную осуществлять охрану прав детей, вести борьбу с беспризорностью и нищенством, а также с проституцией и иными правонарушениями несовершеннолетних.

Учитывая, что преступность несовершеннолетних в рассматриваемый период находилась в прямой зависимости от детской беспризорности, совместная деятельность сотрудников детской социальной инспекции, органов ВЧК и других учреждений во многом была направлена на своевременное задержание беспризорных для направления в детские дома.

Принятый в 1922 году первый Уголовный кодекс РСФСР в ст. 18 установил, что «наказание не применяется к малолетним до 14 лет, а также ко всем несовершеннолетним от 14 до 16 лет, в отношении которых признано возможным ограничиться мерами медико-педагогического воздействия» [50, c. 141]. При этом в отношении несовершеннолетних, отбывавших наказание за кражу и другие преступления против собственности в исправительно-трудовом учреждении и не проявивших признаков исправления, срок пребывания в этом учреждении мог быть продлен до исправления, но на срок не свыше половины первоначально определенного судом срока наказания. Принятые в 1924 - 1926 гг. Основные начала уголовного законодательства, а также новый Уголовный кодекс РСФСР не внесли существенных изменений относительно ответственности несовершеннолетних.

Вместе с тем криминогенная ситуация в стране в части корыстной преступности продолжала оставаться напряженной. По данным статистики в 1926 году общее число осужденных за кражу составило 109568 человек. Преобладающим видом правонарушений среди подростков продолжали оставаться кражи, составлявшие 55% от всех совершаемых ими преступлений [50, c. 141]. При этом в городах несовершеннолетними совершалось в два раза больше краж, чем в сельской местности. В 1927 году в городах было привлечено к уголовной ответственности за совершение краж 68,6% подростков, в то время как в сельской местности только 37,4% от общего числа несовершеннолетних, привлекавшихся к уголовной ответственности отдельно в городах и селах [50, c. 141].

Принятие Постановления ВЦИК и СНК РСФСР от 30 октября 1929 года «Об изменении ст. ст. 12 и 50 Уголовного кодекса и ст. ст. 47 и 174 Исправительно-трудового кодекса РСФСР» стало новым шагом на пути дальнейшей гуманизации уголовного законодательства в части ответственности несовершеннолетних. Изменения вносились в ст. ст. 12 и 50 УК РСФСР 1926 года, в соответствии с которыми уголовное наказание не применялось к несовершеннолетним, не достигшим 16-летнего возраста. Комиссиями по делам несовершеннолетних им могли быть назначены только меры медико-педагогического характера.

Такой подход законодателя к ответственности несовершеннолетних привел к возникновению у них чувства безнаказанности, а соответственно, отразился и на состоянии подростковой преступности. Так, по данным А.Я. Эстрина, осужденные за имущественные преступления в 1932 году составляли 30,3% от общего числа осужденных, в 1933 г. - 38,5% [66, с.121].

Одновременно с законодательным смягчением ответственности несовершеннолетних государство продолжало вести профилактическую политику, направленную на предупреждение детской преступности. К 1931 - 1933 гг. органы милиции становятся основными субъектами предупреждения беспризорности и правонарушений несовершеннолетних. После задержания подростки должны были направляться сотрудниками милиции в комиссии по делам несовершеннолетних либо в приемные пункты, где безнадзорным детям оказывалась необходимая помощь в устройстве в различные социальные учреждения - детские дома, трудовые коммуны.

В апреле - мае 1935 года были приняты Постановления ЦИК и СНК СССР N 3/598 «О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних» и СНК СССР и ЦК ВКП(б) №1047 «О ликвидации детской беспризорности и безнадзорности», ставшие начальным этапом ликвидации ранее сформированной системы предупреждения беспризорности и правонарушений несовершеннолетних. Прежде всего, в целях быстрейшей ликвидации преступности предписывалось несовершеннолетних начиная с 12-летнего возраста, уличенных в совершении краж, в причинении насилий, телесных повреждений, увечий, в убийстве или в попытках к убийству, привлекать к уголовному суду с применением всех мер уголовного наказания [66, c. 122]. Далее предусматривалась ликвидация комиссий по делам несовершеннолетних правонарушителей при отделах народного образования.

С 1935 года в органах внутренних дел стали создаваться комнаты привода безнадзорных детей, впоследствии переименованные в детские комнаты милиции, которые были предназначены для разбирательства с задержанными подростками. Располагались они отдельно от учреждений милиции, однако по возможности вблизи от них.

В соответствии с Инструкцией НКВД СССР №116 от 29 июня 1935 года инспекторам детской комнаты предписывалось устанавливать и передавать родителям или заменяющим их лицам задержанных подростков либо в случае необнаружения таковых направлять задержанных в приемники-распределители, создаваемые при ОВД для кратковременного содержания беспризорных подростков в возрасте до 16 лет. Оттуда беспризорников определяли в детские учреждения, осуществляли профилактику правонарушений среди них, разыскивали родителей или опекунов и возвращали подростков в семьи.

Для данного периода развития отечественного законодательства в области борьбы с преступностью несовершеннолетних было характерно увеличение карательных методов воздействия над ранее преобладающими профилактическими.

В целях регламентации деятельности изоляторов для несовершеннолетних преступников Приказом НКВД СССР утверждается Положение об изоляторе для несовершеннолетних, согласно которому в них надлежало размещать подростков в возрасте от 12 до 16 лет, приговоренных судом к различным срокам заключения, в случае когда обычные меры перевоспитания не дали нужного результата. Для помещения подростков в такие изоляторы требовалась санкция прокурора, а срок содержания в них ограничивался шестью месяцами.

Постепенно происходит процесс усиления карательной направленности детских закрытых учреждений. Постановлением ВЦИК и СНК от 25 ноября 1935 года «Об изменении действующего законодательства РСФСР о мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних, с детской беспризорностью и безнадзорностью» отменялась возможность снижения срока наказания для несовершеннолетних правонарушителей в возрасте 14 - 18 лет, а также ужесточался режим содержания в детских трудовых колониях.

Однако следует отметить, что в рассматриваемый период некоторые меры профилактического характера все же сохраняли свое былое значение. Например, значительно улучшается состояние детских домов и колоний, усиливается ответственность родителей за ненадлежащее воспитание своих детей посредством применения таких мер, как сообщение по месту работы, в общественные организации, отобрание детей без лишения родительских прав, активизируется борьба с детской безнадзорностью и хулиганством на улицах.

В целом новая государственная политика носила жестокий репрессивный характер, что не могло не отразиться на показателях детской преступности. Значительно возросло число судимых подростков: если в 1937 году в РСФСР были осуждены 13,8 тысяч, то в 1941 году - 23,4 тысячи подростков.

Сталинские репрессии 30-х годов XX в. и Великая Отечественная война породили очередную волну детской безнадзорности и преступности. По данным статистики в период войны ежегодно осуждалось от 25 до 40 тысяч лиц в возрасте до 13 лет.

Во время Великой Отечественной войны были приняты Постановления СНК СССР от 23 января 1942 года «Об устройстве детей, оставшихся без родителей» и от 15 июня 1943 года «Об усилении борьбы с детской беспризорностью, безнадзорностью и хулиганством». Данные законодательные акты послужили основой для создания первых специализированных подразделений по делам несовершеннолетних в структуре уголовного розыска НКВД СССР, НКВД союзных и автономных республик, УНКВД краев и областей. Они назывались отделениями по борьбе с детской преступностью и хулиганством (ОБДББ). Эти подразделения работали во взаимодействии с детскими комнатами милиции.

В связи с обусловленной военными действиями разрухой, голодом, упадком функционирования промышленной и сельскохозяйственной инфраструктуры, нарушением внутрисемейных отношений возросла преступность, беспризорность и безнадзорность среди несовершеннолетних. Ответной реакцией законодателя на данные негативные явления стало усиление уголовного преследования в отношении подростков. Принятые меры вызвали переполненность детских пенитенциарных учреждений. К 1 июля 1947 года в трудовых колониях для несовершеннолетних МВД СССР отбывали наказание 61 тыс. подростков.

Начиная с середины 1947 года сроки наказания для несовершеннолетних за кражу государственного или общественного имущества увеличиваются до 10 - 25 лет. Лица, виновные в недонесении об этих преступлениях, также должны были привлекаться к уголовной ответственности.

В 1953 году начинается реорганизация детских закрытых учреждений в структуре МВД СССР. Новшества в практике работы трудовых колоний для несовершеннолетних сводились к следующим моментам: более широкое привлечение общественности в процесс перевоспитания осужденных несовершеннолетних; создание попечительских советов при каждой колонии; возможность установления шефской помощи над колонией со стороны государственных и общественных организаций; сокращение продолжительности рабочего дня для колонистов.

В конце 50-х гг. с принятием Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 25 декабря 1958 года политическая ситуация в стране начинает меняться. Именно в этот период происходит зарождение целостной системы профилактики правонарушений несовершеннолетних и защиты их прав, направленной на гуманизацию законодательства об ответственности подростков, широкое применение к ним мер педагогического, воспитательного характера, повышение внимания к ранней профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, сокращение карательных мер, на оказание социальной помощи детям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации.

Основы 1958 года повысили общий возраст уголовной ответственности с 14 до 16 лет, а минимальный возраст - с 12 до 14 лет. Предусматривалась возможность применения принудительных мер медицинского характера к лицам, не достигшим 18-летнего возраста, совершившим преступление, не представляющее большой общественной опасности (к этой категории относился в частности, ряд корыстных преступлений).

После выхода Постановления Совета Министров РСФСР от 4 октября 1957 г. №1099 «О мерах улучшения работы среди детей вне школы и предупреждения детской безнадзорности» и Закона СССР от 24 декабря 1958 года «Об укреплении связи школы с жизнью и о дальнейшем развитии системы народного образования в СССР» повысилась роль органов народного образования в ранней профилактике преступности. Данные нормативные правовые акты требовали от органов народного образования развивать практику школ-интернатов с группами продленного дня, куда направлялись многие трудные подростки и дети, проживающие в неблагополучных семьях, принимать меры к расширению и улучшению внешкольного досуга подростков, привлечения их в спортивные секции, кружки по интересам.

Общие позитивные изменения послевоенных лет не могли не отразиться на качественных и количественных показателях преступности несовершеннолетних. Подростки по-прежнему совершали в основном имущественные преступления, но число преступлений значительно сократилось.

Дальнейшая гуманизация законодательства об ответственности несовершеннолетних связана со вступлением в силу Уголовного кодекса РСФСР 1960 года, с принятием которого значительно сокращалось число преступлений, за совершение которых несовершеннолетние могут привлекаться в возрасте от 14 до 16 лет, а также менялся порядок применения к несовершеннолетним мер принудительно-воспитательного воздействия.

К работе с несовершеннолетними начинают привлекаться различные общественные организации, учреждения, многие из которых создаются впервые: оперативные комсомольские отряды дружинников, педагоги-организаторы. Цель этих мер состояла в координации и обеспечении единого направления в воспитательной работе с детьми и подростками по месту жительства, оказания помощи семьям и школе в воспитании и обучении несовершеннолетних, в развитии творческой инициативы и трудовой самодеятельности детей и подростков, организации их досуга, привлечении детей в клубы, организованные при них кружки, спортивные секции.

Одновременно создаются специальные учреждения для несовершеннолетних правонарушителей, нуждающихся в особых условиях обучения и воспитания: для лиц в возрасте от 11 до 14 лет - спецшколы, от 14 до 17 лет - специальные учебно-воспитательные профессиональные училища.

Кроме того, возобновляется функционирование комиссий по делам несовершеннолетних. В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 3 июня 1967 года на них возлагались обязанности по организации и координации деятельности государственных органов и общественных организаций по предупреждению безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, рассмотрению дел о правонарушениях несовершеннолетних и т.д.

Созданные еще в 1940 года детские комнаты милиции в советский период претерпели многочисленные изменения, но при этом продолжали занимать центральное место в системе предупреждения безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних. Основным документом, регламентирующим их деятельность, стал Указ Президиума Верховного Совета СССР от 15 февраля 1977 года «Об основных обязанностях и правах инспекций по делам несовершеннолетних, приемников-распределителей для несовершеннолетних и специальных учебно-воспитательных учреждений по предупреждению безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», который законодательно закрепил обязанности и права инспекций по делам несовершеннолетних, приемников-распределителей для несовершеннолетних, специальных учебно-воспитательных учреждений по предупреждению безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.

Однако принимаемые государством законодательные и практические меры борьбы с подростковой преступностью не принесли ощутимых результатов: среди осужденных за кражу личного имущества значительно увеличилась доля несовершеннолетних преступников.

С середины 80-х годов под началом нового партийного руководства, возглавляемого М.С. Горбачевым, осуществляется процесс реформирования политического, государственного и экономического устройства СССР, что привело к распаду государства, кризису во всех сферах жизнедеятельности. В итоге созданная система предупреждения правонарушений несовершеннолетних распалась. Как результат - произошедший в начале 90-х годов новый всплеск беспризорности, безнадзорности и преступности несовершеннолетних.

В 1993 году по сравнению с 1992 годом возросло число совершенных подростками краж личного имущества граждан (с 92901 до 97582 случаев), краж государственного или общественного имущества (с 38808 до 42323), грабежей (с 16300 до 20922), разбоев (с 3368 до 5403), хищений наркотических средств (с 31 до 98 случаев) [64, c. 380].

В целях противодействия указанным негативным явлениям в данный период в стране начинают разрабатываться многочисленные законы, указы, программы, постановления и ведомственные нормативные акты.

Среди наиболее важных из них можно назвать: Федеральный закон от 4 декабря 1996 года №159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», Указ Президента РФ от 18 апреля 1996 года №567 «О координации деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью», Указ Президента РФ от 6 сентября 1993 года №1338 «О профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, защите их прав», Президентская программа «Дети России» [64, c.381].

С принятием в 1996 года Уголовного кодекса РФ были введены в действие новые нормы уголовного права, ориентированные на воспитательное воздействие на несовершеннолетних, а не на их уголовное наказание. Вместе с тем имеются и более жесткие, по сравнению, например, с Уголовным кодексом РСФСР 1960 гада, положения: новый Кодекс установил уголовную ответственность с 14-летнего возраста в общей сложности по 53 составам преступлений (в прежнем их было 44), из них 42 состава отнесены Уголовным кодексом РФ к тяжким и особо тяжким (срок лишения свободы свыше пяти лет).

После введения в действие УК РФ 1996 года был принят ряд программ, нацеленных на всестороннюю защиту прав несовершеннолетних - Федеральная целевая программа «Развитие социального обслуживания семьи и детей на 1997 - 1998 годы», Федеральная целевая программа «Молодежь России (1998 - 2000 годы)», Федеральная целевая программа «Профилактика безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних на период 1998 - 2000 годов».

Указанные нормативные правовые акты носили декларативный характер, не имея реального финансового обеспечения, и с учетом сложившегося крайне тяжелого положения в стране не могли оказать эффективного воздействия на стабилизацию ситуации с безнадзорностью и правонарушениями несовершеннолетних.

Начало современного этапа построения целостной системы предупреждения преступности, а также сопряженных с ней безнадзорности и беспризорности несовершеннолетних связано с Федеральным законом от 24 июня 1999 г. №120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних». Проблема предупреждения подростковой преступности остается одним из важнейших направлений правовой политики российского государства: в настоящее время она решается правовыми средствами и мерами социальной направленности. Предпринимаются попытки, принимая во внимание уже созданные и формирующиеся условия, реконструировать учреждения по профилактике детской безнадзорности и подростковой преступности, ведется работа по созданию в стране единой системы ювенальной юстиции.

1.2 Преступность несовершеннолетних

Преступность несовершеннолетних в России в последние годы характеризуется в основном неблагоприятными тенденциями, такими, как омоложение и феминизация. В структуре данной преступности преобладает доля преступлений с корыстно-насильственной направленностью мотивации, усилением элементов устойчивости, организованности преступных групп несовершеннолетних, смыканием преступности несовершеннолетних с преступностью взрослых.

Вместе с тем в российском обществе одним из обстоятельств, обуславливающих такое положение дел, являются не только общие негативные социальные процессы, но и несовершенство состояния и результативности специфической системы предупреждения преступности несовершеннолетних.

Важной специальной мерой предупреждения преступности несовершеннолетних продолжают оставаться уголовное наказание, уголовная ответственность. Уголовный кодекс РФ 1996 года создал новые правовые основы для более глубокой ее дифференциации (по сравнению с ранее действовавшим законодательством), которые выражен в разделе V «Уголовная ответственность несовершеннолетних», основанной на принципах гуманизма и экономии репрессии. В данном разделе в главе 14 отражены особенности как уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних, так и освобождения от них и иные специфические правовые последствия совершенного несовершеннолетними преступления.

В то же время несовершеннолетний является не только субъектом преступления, но и объектом повышенной правовой охраны и защиты, поскольку подростки являются одной из самых незащищенных групп нашего общества. Характерен такой пример: за 12 месяцев 2009 года на территории города Кумертау Республики Башкортостан подростками совершено 52 преступления, что на 43 преступления или 45,3 % меньше, чем за аналогичный период прошлого года. В то же время в отношение несовершеннолетних совершено 76 преступлений, что на 27 преступлений или 55,1 % больше, чем за аналогичный период прошлого года. Причем в отношении малолетних совершено 8 преступлений (+5 или + 166,7 %).

Несовершеннолетний правонарушитель как личность находится в стадии молодежного формирования, а совершенное им правонарушение, преступление - в большинстве случаев являются следствием стечения неблагоприятных, возможно, негативных жизненных обстоятельств. Следовательно, в основе системы общего и индивидуального предупреждения преступности несовершеннолетних (системы обращения с несовершеннолетними правонарушителями) должны лежать принципы максимального содействия благополучию несовершеннолетних и презумпция дальнейшей позитивной социализации.

Наличие в Уголовном кодексе РФ норм, закрепляющих особенности уголовной ответственности несовершеннолетних, является последовательным воплощением в жизнь требований международных документов в области обращения с несовершеннолетними правонарушителями, к числу которых следует отнести возможно более широкое применение к несовершеннолетним санкций (мер), альтернативных лишению свободы и уголовной ответственности. Подтверждением этому является положение Уголовного кодекса РФ о том, что несовершеннолетнему, совершившему преступление, может быть назначено наказание, либо к ним могут быть применены принудительные меры воспитательного воздействия (часть 2 статьи 87 УК РФ).

Преступность несовершеннолетних относится к глобальным проблемам современности, в решении которых заинтересовано все мировое сообщество. Это объясняется определяющей ролью подрастающего поколения в обеспечении жизнеспособности общества и его развитии. Даже для самых демократических и экономически развитых государств характерен рост преступности несовершеннолетних. Это доказывает невозможность разрешения проблемы преступности несовершеннолетних только национальными средствами и вызывает необходимость объединения усилий мирового сообщества в целом, что и обусловило возникновение и развитие системы стандартов, норм и принципов международного права, направленных на решение этой проблемы. [43, c.191].

1.3 Проблемы, связанные с изучение личностных особенностей несовершеннолетних

Личностные особенности несовершеннолетних, например, связанные с возрастом, состоянием здоровья, уровнем социального развития, отражаются на их психическом отношении к деянию и его последствиям, восприятии фактических обстоятельств, выражающих юридическую сущность того или иного преступления. Поэтому представляется заслуживающим внимания изучение влияния признаков субъективной стороны преступления на решение вопросов, возникающих при реализации института уголовной ответственности несовершеннолетних [16, c.15].

Мотивационной спецификой несовершеннолетних является то, что они, зачастую, совершают преступления (общественно опасные деяния) на почве ложно понятой романтики, страсти к путешествиям, подражанию авторитетам в своей среде. Отдельные действия подростков, внешне схожие с кражей и другими преступлениями, по своей субъективной стороне не образуют состава преступления, так как они носят характер озорства. Для несовершеннолетних характерны постоянное стремление к риску, взвинчивающим, щекочущим нервы ситуациям, жажда пережить тревожное возбуждение [54, c.3]. Склонность действовать под влиянием эмоций, по первому побуждению выражается в том, что большинство преступлений несовершеннолетних совершается без предварительного обдумывания. В ходе экспертного опроса специалистов (работников отделов по делам несовершеннолетних) было установлено, что примерно в 60 – 65 % преступлений, совершенных несовершеннолетними, имеет место внезапно возникший умысел, то есть несовершеннолетние не могут оценить уголовно-правовые риски. По оценкам других исследователей, у 76 % несовершеннолетних правонарушителей умысел возникает внезапно [34, c.151]. В связи с этим, О.Л. Дубовик, например, считает, что вышеизложенные положения могут служить дополнительными аргументами в пользу разграничения и легализации некоторых видов умысла, пока еще не известных уголовному закону, а именно умыслов заранее обдуманного и внезапного, определенного и неопределенного [26, c.46].

Изучение личности подсудимого, в том числе и несовершеннолетнего, на практике заканчивается на стадии судебного следствия, поскольку лишь одна норма УПК РФ, регламентирующая судебное разбирательство, содержит ссылку на необходимость изучения личности подсудимого.

Часть 5 статьи 316 УПК РФ, определяющая порядок проведения судебного заседания и постановления приговора в особом порядке, говорит о том, что судья не проводит в общем порядке исследование и оценку доказательств, собранных по уголовному делу, однако при этом могут быть исследованы обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, и обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

В связи с этим, еще более непонятной становится позиция законодателя, определившего в части 2 статьи 420 УПК РФ, что производство по уголовному делу о преступлении, совершенном несовершеннолетним, осуществляется не иначе как в общем порядке.

Невозможно понять, по каким основаниям законодатель лишил несовершеннолетнего подсудимого права, после консультаций с защитником, конечно, при наличии согласия его законного представителя, государственного или частного обвинителя и потерпевшего, на заявление о согласии с предъявленным ему обвинением и ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства по уголовным делам о преступлениях, наказание за которые, предусмотренное Уголовным кодексом Российской Федерации, не превышает 10 лет лишения свободы.

Ведь, если уж и вести речь о необходимости ограждения несовершеннолетнего подсудимого от воздействия на него излишних психотравмирующих ситуаций, связанных с рассмотрением уголовного дела в суде, то как иначе, нежели не исключением из судебного разбирательства судебного следствия, основная задача которого заключается в полном публичном и устном воспроизведении в присутствии участников судебного разбирательства всех обстоятельств совершенного несовершеннолетним преступления?

Может быть, не нужно было останавливаться на полумерах, связанных с предоставлением суду права, предусмотренного частью 1 статьи 429 УПК РФ, по ходатайству стороны, а также по собственной инициативе принимать решение об удалении несовершеннолетнего подсудимого из зала судебного заседания на время исследования обстоятельств, которые могут оказать на него отрицательное воздействие? Есть ли в судебном следствии такие обстоятельства, которые не могут оказать на несовершеннолетнего подсудимого отрицательное воздействие? Автору видится, что - нет.

Это отрицательное воздействие можно в полной мере исключить, предоставив несовершеннолетнему подсудимому, естественно, с согласия его законного представителя, право на рассмотрение уголовного дела в особом порядке, максимально уменьшив, таким образом, объем воздействия психотравмирующей ситуации судебного разбирательства, соблюдая при этом положение части 7 статьи 316 УПК РФ, в соответствии с которым если судья придет к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, то он постановляет обвинительный приговор и назначает подсудимому наказание, которое не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

Если же при всем этом выделить в отдельную стадию судебного разбирательства изучение личности подсудимого, в процессе проведения которой, обязать стороны предоставлять суду доказательства, связанные с установлением данных, характеризующих личность виновного, в том числе обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, а по уголовному делу в отношении несовершеннолетнего, кроме того, определяющих условия его жизни и воспитания, уровень психического развития, иные особенности личности, а также влияние на него старших по возрасту лиц, тогда со всей уверенностью можно говорить о законченности модели такой стадии уголовного судопроизводства, как судебное разбирательство, и в отношении несовершеннолетних в том числе.

В соответствии с частью 1 статьи 427 УПК РФ, если в ходе предварительного расследования уголовного дела о преступлении небольшой или средней тяжести будет установлено, что исправление несовершеннолетнего обвиняемого может быть достигнуто без применения наказания, то прокурор, а также следователь и дознаватель с согласия прокурора вправе вынести постановление о прекращении уголовного преследования и возбуждении перед судом ходатайства о применении к несовершеннолетнему обвиняемому принудительной меры воспитательного воздействия, которое вместе с уголовным делом направляется прокурором в суд.

Однако, такие уголовные дела встречаются крайне редко. И связано это как с тем, что одним из основных показателей деятельности органов внутренних дел остается «злополучный» процент раскрываемости преступлений, так и с нежеланием дознавателей, следователей и прокуроров перегружать себя дополнительным трудом по установлению обстоятельств, дающих основания для прекращения уголовного преследования несовершеннолетних преступников.

Подводя итог проведенному выше исследованию, необходимо отметить, что правосудие в отношении несовершеннолетнего основано вовсе не на снисхождении к правонарушителям, а на выяснении и понимании причин преступного поведения и поиске эффективных способов воздействия на оступившегося подростка с учетом его возрастных особенностей, попытке предостеречь дальнейшую криминализацию личности, способствовать социальной реабилитации несовершеннолетнего, а не изоляции его от общества. В немалой степени решению этих задач способствует изучение личности подростка, совершившего преступление (общественно опасное деяние) [20, c.5].

Глава 2. Отправление правосудия по делам о преступлениях несовершеннолетних

2.1 Возраст, с которого наступает уголовная ответственность

Выделение специального раздела «Уголовная ответственность несовершеннолетних», а в нем - главы 14 «Особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» в Российском государстве, было впервые осуществлено в УК РФ 1996 года. Также, впервые в материальном праве, законодательно определено само понятие «несовершеннолетний» - лицо, которому исполнилось четырнадцать лет, но не исполнилось восемнадцати лет (часть 1 статьи 87 УК РФ).

Целесообразность такого выделения обусловлена:

1) тем значением, которое общество придает этой проблеме;

2) спецификой преступности несовершеннолетних;

3) социально-психологическими особенностями лиц в возрасте от 14 до 18 лет;

4) спецификой уголовно-правовых мер, применяемых в отношении несовершеннолетних;

5) необходимостью точно установить правовую регламентацию отступлений от общих правил уголовной ответственности [29, c.4].

Выделение особенностей уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних в отдельную главу УК РФ также обусловлено социально-психологическими особенностями указанных лиц. При установлении возраста уголовной ответственности, в статье 20 УК РФ, в первую очередь в расчет принимаются этапы формирования и социализации личности, этапы расширения круга общественно значимых связей и отношений несовершеннолетнего и приобретение им социального опыта. Установление общего 16-летнего возраста уголовной ответственности (часть 1 статьи 20 УК РФ), а за отдельные преступления - 14-летнего возраста (часть 2 статьи 20 УК РФ), по мнению С.В. Бородина и С.В. Полубинской, можно рассматривать как одну из особенностей наступления уголовной ответственности несовершеннолетних [19, c.398].

Устанавливая определенный круг преступлений, за совершение которых несовершеннолетние могут привлекаться к уголовной ответственности, законодатель исходит из положения о том, что есть определенный круг преступлений, которые равно осознаются как взрослыми, так и несовершеннолетними.

В разные эпохи в разных странах существовали различные по степени тяжести преступления. Известно много доктринальных (теоретических) систем преступлений. Человечество постепенно и очень медленно подошло к необходимости построения иерархии преступлений, исходя из общественной опасности преступных посягательств. С этих позиций наивно, например, звучат утверждения, что наступление на тень фараона есть самое опасное преступление (Древний Египет) [23, c.11]. При установлении указанного выше перечня преступлений законодатель очень часто опирается на так называемые традиционные преступления. Противоречия между нормами уголовного права и нравственности практически не возникают, когда речь идет о так называемых «традиционных» преступлениях. Массовое сознание считает естественным принятие строгих мер в отношении лиц, совершивших убийство, насилие, разбой (в том числе к лицам, не достигших по общему правилу возраста уголовной ответственности). Такое отношение стало неоспоримой правовой традицией, сформировавшейся в результате исторического развития общества [23, c.19].

Привлечение малолетнего к ответственности за действия, опасность которых он не осознает, недопустимо.

Возраст уголовной ответственности не может быть установлен в законе произвольно. Прежде всего, учитываются данные физиологии, общей и возрастной психологии и педагогики о возрасте, начиная с которого у нормально развивающегося подростка формируются указанные выше способности. Многие запреты, которым государство придает значение правовых, доступны для понимания и малолетнего ребенка: нельзя присваивать чужое, нельзя обижать других и т.д. Однако для привлечения лица к уголовной ответственности требуется, чтобы у него были известный уровень правового сознания, способность оценивать не только фактическую сторону своих поступков, но и их социально-правовую значимость.

Достижение установленного возраста уголовной ответственности предполагает также наличие у лица способности правильно воспринять уголовное наказание, ибо только в этом случае оно может достигнуть своей цели [64, c.291].

В части 1 статьи 20 УК РФ указано, что уголовной ответственности подлежит лицо, достигшее ко времени совершения преступления шестнадцатилетнего возраста. Определяя данный возраст, законодатель, исходил из того, что по уровню сформировавшегося сознания в этом возрасте лицо уже способно в полной мере осознавать свои поступки и руководить ими.

Говоря о возрасте наступления уголовной ответственности, стоит сказать о точном установлении возраста субъекта преступления. Человек считается достигшим возраста наступления уголовной ответственности, начиная с ноля часов суток, следующих за днем рождения. В случае отсутствия официальных документов, регистрирующих возраст лица, последний устанавливается специальной комиссией по определению возраста при местных органах исполнительной власти либо судом на основании судебно-медицинской экспертизы. При установлении возраста посредством судебно-медицинской экспертизы днем рождения виновного следует считать последний день года, определенного экспертами [7].

14-летний возраст, по мнению большинства исследователей, является оптимальным нижним возрастным порогом уголовной ответственности. Но, в последнее время, широко обсуждается проблема целесообразности снижения возраста уголовной ответственности. При этом одни ученые выступают за повышение, а другие за понижение обозначенной возрастной границы. Так, например, Н.Г. Кадников полагает, что перечень преступлений, ответственность за совершение которых наступает с 14 лет (часть 2 статьи 20 УК РФ) нуждается в серьезном анализе и последующей корректировке. «Необоснованно занижен, на наш взгляд, возраст ответственности за хищение предметов, имеющих особую ценность; массовые беспорядки; хулиганство; незаконный оборот оружия, наркотических веществ и психотропных веществ; уничтожение или повреждение памятников истории и культуры; надругательство над телами умерших и местами их захоронения и другие» [37, c.176]. По мнению других авторов, российское законодательство устанавливает достаточно высокий возрастной предел, по достижению которого может наступать уголовная ответственность. В юридической литературе, а также при подготовке УК РФ 1996 года были высказаны предположения о целесообразности снижения возраста уголовной ответственности за тяжкие насильственные преступления против личности и причинение тяжкого вреда здоровью до 12 лет [33, c.398].

Аргументируя свою позицию, сторонники снижения возрастной границы уголовной ответственности ссылаются на ряд обстоятельств. Основные аргументы при этом следующие: во-первых, сегодня наблюдается более раннее созревание личности; во-вторых, значительное количество преступлений совершается именно в несовершеннолетнем возрасте, а реакции законодателя на это нет; в-третьих, уже в этом возрасте подростки способны осознавать не только фактическое, но и социальное значение своего поведения и руководить им [39, c.167]. Во-вторых, обосновывая необходимость снижения возраста уголовной ответственности, многие исследователи указывают на получившие широкое распространение случаи совершения малолетними тяжких насильственных деяний. Еще в конце XIX столетия Н.С. Таганцев обращал внимание на дерзость преступлений, совершаемых детьми от 12 до 14 лет, и недоумевал: «Можем ли мы представить себе, что ни полиция, ни следователь не будут иметь права даже возбудить о них дела, и каково будет влияние этой безответственности на самих малолетних?» [62, c.324].

Установление возраста уголовной ответственности (не с 18, а с 16 лет) связано с тем, что, с одной стороны, уголовный закон признает подростков с 16 до 18 лет лицами, обладающими определенным уровнем правового сознания, способностью оценивать не только фактическую сторону своих поступков, но и их социальную значимость, а с другой стороны, закрепляет положение о том, что лицо может без ущерба для психического и физического здоровья претерпевать физические и моральные лишения, связанные с исполнением мер уголовного наказания. Нельзя не согласиться с тем, что установление строго формализованной возрастной границы уголовной ответственности имеет важное общепредупредительное значение, является одним из выражений регулирующей функции права и служит гарантией против субъективизма и произвола [40, c.202].

Определение возраста уголовной ответственности - это проблема не столько социально-психологическая, сколько уголовно-политическая. Так, по мнению Д.З. Зиядовой, границы уголовной ответственности - 14 лет (нижняя), 18 лет (верхняя) – носят, в определенной степени условный характер, хотя и связаны с требованиями возрастной психологии и уголовной политики. Она полагает, что необходимо учитывать и то, что до достижения возраста уголовной ответственности несовершеннолетние совершают значительно большее (в 6 - 8 раз) число общественно опасных действий, аналогичных по объективной стороне различного вида преступлениям. Поэтому, учитывая данное обстоятельство, Д.З. Зиядова предлагает снижение нижней возрастной границы уголовной ответственности до 12 лет за совершение некоторых преступлений, указанных в части 2 статьи 20 УК РФ [32, c.23].

Следует также отметить, что условиями уголовной ответственности несовершеннолетних являются достижение возраста и определенного уровня социализации, которые в совокупности свидетельствуют о возможности осознания ребенком общественной опасности деяния. Эти два критерия взаимосвязаны и взаимообусловлены, но не тождественны. По общему правилу достижение определенного возраста свидетельствует и об определенном уровне социализации личности.

Одной из важнейших, точки зрения уголовного законодательства,особенностей несовершеннолетних является то, что, обладая формально равным календарным возрастом, они в значительной мере могут отличаться друг от друга по уровню психического развития. В этой связи важным моментом в защите ребенка от объективного вменения стало введение в статью 20 УК РФ части третьей, позволяющей освободить несовершеннолетнего от уголовной ответственности вследствие отставания в психическом развитии даже по достижении им соответствующего возраста [31, c.222]. Большинством ученых введение указанной правовой нормы оценивается положительно.

Главной особенностью уголовной ответственности несовершеннолетних по действующему законодательству является то, что, если несовершеннолетний достиг возраста, предусмотренного частями 1 или 2 статьи 20 УК РФ, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, во время совершения общественно опасного деяния не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия), либо руководить ими, он не подлежит уголовной ответственности [44, c.19]. Введение в УК такой нормы является, безусловно, прогрессивным шагом.

В то же время некоторые авторы считают допустимым субъективный подход законодателя. С точки зрения Ю.А. Денисова, рубеж этот на современном уровне развития науки определяется достаточно условно, так как не выработаны надежные критерии отграничения детства от социальной зрелости [25, c.156]. По утверждению Л.В. Боровых, наиболее подвижным, изменчивым и, с точки зрения законодательной техники, трудно фиксируемым является возраст уголовной ответственности [17, c.78]. Представляют особый интерес возрастные параметры, определенные статьей 20 УК РФ (16 и 14 лет). Понимание запретности и наказуемости преступлений, а также способность к сознательно-волевому контролю своих поступков формируются у ребенка значительно раньше, как отмечают некоторые ученые [67, c.9].

Необходимо также отметить, что новеллой УК РФ 1996 года является возможность применения судом в исключительных случаях с учетом характера совершенного деяния и личности положений главы 14 «Особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» к лицам, совершившим преступления в возрасте от восемнадцати до двадцати лет, кроме помещения их в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа органа управления образованием либо в воспитательную колонию (статья 96 УК РФ).

Некоторыми авторами, в том числе Н.Г. Кадниковым, высказываются опасения относительно того, что судебная практика будет необоснованно применять положения главы 14 к лицам, совершившим тяжкие и особо тяжкие преступления. Предлагается закрепить в статье 96 УК РФ положение о том, что нормы указанной главы могут быть применены судом к лицам в возрасте от 18 до 20 лет лишь в исключительных случаях и только за совершение преступлений небольшой и средней тяжести [37, c.167].

Однако, исключительный характер применения подобных положений, закреплен в статье 96 УК РФ, при этом законодатель акцентирует внимание правоприменителя на том, что они применяются в исключительных случаях с учетом характера совершенного деяния и личности.

При применении любой новой нормы всегда существуют определенные проблемы. Однако представляется, что не стоит решать их путем исключения из объекта действия категорий тяжких и особо тяжких преступлений, поскольку и преступления данной тяжести могут быть совершены лицами, имеющими задержку интеллектуального развития, психические отклонения, не исключающие вменяемости, совершения преступлений при случайном стечении обстоятельств.

Представляется непоследовательным, что в УК РФ 1996 года не нашло отражения имевшееся в Основах уголовного законодательства Союза ССР и республик 1991 года, не вступивших в силу по известным причинам, положение, согласно которому «лицо, впервые совершившее в возрасте до шестнадцати лет преступление, не представляющее большой общественной опасности (ныне небольшой тяжести), не подлежит уголовной ответственности».

Необходимо отметить, что некоторые статьи Особенной части УК предусматривают в качестве субъекта совершеннолетнего, однако уголовный закон не ставит под сомнение, что при достижении 18 лет возможно отставание в развитии. Таким образом, данная возрастная граница осталась неопровержимой. Однако в ст. 96 УК говорится, что льготные положения ответственности несовершеннолетних в исключительных случаях с учетом характера совершенного деяния и личности могут применяться в отношении лиц до 20 лет. Причем норма не содержит конкретных критериев ее применения и все зависит исключительно от усмотрения суда, что противоречит рекомендации судам точно устанавливать время совершения преступления для определения возраста лица, совершившего преступление. Так, совершеннолетним можно признать лицо только с ноля часов следующего за днем рождения дня с учетом разницы часовых поясов места рождения и места совершения преступления. Это означает, что буквально несколько минут могут служить основанием применения или неприменения целого комплекса льгот при реализации уголовной ответственности. Такой перепад ответственности не соответствует изменению степени общественной опасности лица и связан с формализацией закрепления признака, дифференцирующего уголовную ответственность.



Pages:     || 2 | 3 |
 





<


 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.