WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 12 |
-- [ Страница 1 ] --

Ананьев Борис Герасимович

ЧЕЛОВЕК КАК ПРЕДМЕТ ПОЗНАНИЯ

3-е издание

Серия «Мастера психологии»

Главный редактор В. Усманов

Зав. психологической редакцией А. Зайцев

Ведущий редактор Л. Панич

Корректор С. Иванов

Художник обложки В. Шимкевич

Иллюстрации А. Борин

Оригинал-макет подготовила Л. Панич

ББК 88.37 УДК 159.923 Ананьев Б. Г.

А64 Человек как предмет познания — СПб.: Питер, 2001. — 288 с. — (Серия «Мастера психологии»)

ISBN 5-272-00315-2

Книга выдающегося отечественного психолога, основателя Санкт-Петербургской школы психологии Бориса Герасимовича Ананьева (1907-1972 гг.) посвящена психологическим проблемам, имеющим принципиальное значение для развития всей системы наук о человеке. Автор уделяет внимание изучению основных характеристик человека как индивида, личности и индивидуальности в связи с филогенезом и'историей человечества. В особый раздел выделены вопросы психофизиологии, эволюции человека и генетических методов познания человека.

Книга рассчитана на студентов, аспирантов и преподавателей психологических факультетов и вузов, на всех, интересующихся проблемами философии и психологии.

© Ананьева Н. Б., 2000

© Серия, оформление. Издательский дом «Питер», 2001

Глава 1

Проблема

человека

в современной

науке

1. Многообразие подходов

к изучению человека

и дифференциация научных

дисциплин

Современная наука все более полно охватывает многообразные отношения и связи человека с ми­ром (абиотические и биотические факторы при­роды человек; общество и его историческое развитие человек; человек техника; человек культура; человек и общество Земля и кос­мос).

В системе тех или иных связей человек изу­чается то как продукт биологической эволю­ции — вид Homo sapiens, то как субъект и объект исторического процесса — личность, то как есте­ственный индивид с присущей ему генетиче­ской программой развития и определенным диа­пазоном изменчивости. Исключительно важное значение имеет исследование человека как ос­новной производительной силы общества, субъ­екта труда и ведущего звена в системе «человек-машина», как субъекта познания, коммуникации и управления, как предмета воспитания и т. д.

Подобного многообразия подходов к изу­чению человека еще никогда не знала история науки. Все возрастающее многообразие аспек­тов человекознания — специфическое явление

Человек как предмет познания

современности, связанное со всем прогрессом научного познания и его приложения­ми к различным областям общественной практики.

Эти приложения связаны с так называемыми человеческими факторами в про­мышленном и сельскохозяйственном производствах, в системах управления народ­ным хозяйством, транспортом, строительством и т. д. На основе учета такого рода фак­торов достигаются научная организация труда, оптимизация управления и массового обслуживания населения, повышение эффективности воспитания и образования, ле­чения и профилактики заболеваний, особенно нервно-психических и сердечно-сосу­дистых, в наибольшей мере зависящих от человеческих взаимоотношений.

В настоящее время складывается сложно разветвленная система теоретического и практического человекознания, значение которого для будущности человечества не менее велико, чем значение фундаментальных наук о природе, с которыми связа­но овладение силами природы, ее энергетическими и пищевыми ресурсами, освоение космоса и т. д.

Для социального прогнозирования необходимы научные знания о резервах и ре­сурсах самого человеческого развития, об истинных потенциалах этого развития, еще крайне недостаточно использующихся обществом.

Благодаря крупным достижениям в научном познании человека и ускорению про­гресса в этой области уже в настоящее время жизнь обогащается более эффективными средствами организации производства, градостроительства, массовых коммуникаций и обучения на всех уровнях образования, здравоохранения, социального обеспечения и т. д. Не меньшее значение имеет оптимальное сочетание такого их взаимодействия в образе жизни людей, которое в наибольшей мере соответствует структуре человеческого развития.

В ближайшее десятилетие теоретическое и практическое человекознание станет одним из главнейших центров научного развития. Об этом можно судить по трем важ­ным особенностям развития современной науки, связанным именно с проблемой че­ловека. Первой из них является превращение проблемы человека в общую проблему всей науки в целом, всех ее разделов, включая точные и технические науки. Вторая особенность заключается во все возрастающей дифференциации научного изучения человека, углубленной специализации отдельных дисциплин и их дроблении на ряд все более частных учений. Наконец, третья особенность современного научного раз­вития характеризуется тенденцией к объединению различных наук, аспектов и мето­дов исследования человека в различные комплексные системы, к построению синтети­ческих характеристик человеческого развития.

Эти особенности связаны с возникновением новых пограничных дисциплин и со­единением посредством их многих, ранее далеких одна от другой областей естество­знания и истории, гуманитарных наук и техники, медицины и педагогики.)

Во второй половине XX в. значительно изменяются взаимосвязи между разными науками, изучающими человека как организм и личность, явление природы и исто­рии, предмет воспитания и т. д. Непосредственно соприкасаются естествознание и общественные науки, медицина и педагогика, экономические и технические науки. С возникновением кибернетики к изучению человека приближаются и науки физико-математические. Успехи биохимии делают все ощутимее общий вклад естествознания в изучение саморегулирующихся систем человеческого организма.



Глава 1. Проблема человека в современной науке

На границах между биохимией, эндокринологией, физиологией высшей нервной деятельности и пси­хологией возникает психофармакология. Подобным же образом на стыках между ки­бернетикой, биологией, физиологией и психологией возникает бионика с ее главным отделом — моделированием мозговых систем, особенно анализаторов внешней среды. На границах между кибернетикой, физиологией, психологией и педагогикой начина­ет развиваться теория программированного обучения.

Взаимные переходы между разными науками, которые отнюдь не всегда были смежными, означают глубокие изменения в общей структуре науки. «Смежность» наук — явление историческое. Чем больше научное познание проникает в общие зако-, ны бытия, тем явственнее вырисовывается картина единства материального мира и умножается число смежных наук. Относительность обособления наук сказывается в непрерывном преобразовании их границ и взаимосвязей, которое следует учитывать в целях правильного прогноза и управления движением науки.

«Смежность» представляет собой своего рода преобразование прикладных функ­ций одной науки по отношению к другой. Такое преобразование, сохраняя и совер­шенствуя в определенной мере эти функции, вместе с тем открывает для науки новую область познания. Так было, например, с биофизикой и биохимией, которые начали свое существование с приложения физических и химических методов к изучению живой природы, а затем стали важными самостоятельными отраслями, не только пограничными, но и объединяющими биологию с науками о более общих законах при­роды.

Принципиально новые возможности научного изучения человека открылись с воз­никновением биофизики (включая молекулярную биофизику), биохимии и совре­менного моделирования в биологии.

Кибернетический подход к изучению человека как сложнейшей саморегулирую­щейся и самонастраивающейся системы проложил пути математизации антрополо­гии. Теперь уже невозможно представить себе эту область без физического, химиче­ского и математического изучения природы человека и его связей с окружающим ми­ром.

Тот факт, что математика, физика, химия, а вслед за ними и технические науки непосредственно занялись изучением человека, имел важное значение и для их соб­ственного развития.

Дело в том, что фронтальное внедрение физики и химии в естествознание челове­ка и математизация антропологических наук повлекли за собой участие фундамен­тальных областей естествознания в исследовании различных параметров человече­ского развития — своеобразную антропологизацию точных и технических наук.

Примечательно, что технические науки «антропологизировались» прежде всего в двух направлениях. Одно из них, первоначально связанное с техникой связи (особен­но радио и телевидением), сосредоточилось на исследовании и техническом воспро­изведении процесов коммуникации, в том числе оптимальных условий приема и пере­дачи информации по определенным каналам. Ряд современных понятий кибернетики и теории информации (например, понятий и терминов «шумы», «помехи», «каналы связи», «надежность») непосредственно связан с техникой связи. Именно передача и прием по каналам с в я з и человеческой речи поставили ф у н д а м е н т а л ь н ы е проблемы

Человек как предмет познания

современности, связанное со всем прогрессом научного познания и его приложения­ми к различным областям общественной практики.

Эти приложения связаны с так называемыми человеческими факторами в про­мышленном и сельскохозяйственном производствах, в системах управления народ­ным хозяйством, транспортом, строительством и т. д. На основе учета такого рода фак­торов достигаются научная организация труда, оптимизация управления и массового обслуживания населения, повышение эффективности воспитания и образования, ле­чения и профилактики заболеваний, особенно нервно-психических и сердечно-сосу­дистых, в наибольшей мере зависящих от человеческих взаимоотношений.

В настоящее время складывается сложно разветвленная система теоретического и практического человекознания, значение которого для будущности человечества не менее велико, чем значение фундаментальных наук о природе, с которыми связа­но овладение силами природы, ее энергетическими и пищевыми ресурсами, освоение космоса и т. д.

Для социального прогнозирования необходимы научные знания о резервах и ре­сурсах самого человеческого развития, об истинных потенциалах этого развития, еще крайне недостаточно использующихся обществом.

Благодаря крупным достижениям в научном познании человека и ускорению про­гресса в этой области уже в настоящее время жизнь обогащается более эффективными средствами организации производства, градостроительства, массовых коммуникаций и обучения на всех уровнях образования, здравоохранения, социального обеспечения и т. д. Не меньшее значение имеет оптимальное сочетание такого их взаимодействия в образе жизни людей, которое в наибольшей мере соответствует структуре человеческого развития.

В ближайшее десятилетие теоретическое и практическое человекознание станет одним из главнейших центров научного развития. Об этом можно судить по трем важ­ным особенностям развития современной науки, связанным именно с проблемой че­ловека. Первой из них является превращение проблемы человека в общую проблему всей науки в целом, всех ее разделов, включая точные и технические науки. Вторая особенность заключается во все возрастающей дифференциации научного изучения человека, углубленной специализации отдельных дисциплин и их дроблении на ряд все более частных учений. Наконец, третья особенность современного научного раз­вития характеризуется тенденцией к объединению различных наук, аспектов и мето­дов исследования человека в различные комплексные системы, к построению синтети­ческих характеристик человеческого развития.

Эти особенности связаны с возникновением новых пограничных дисциплин и со­единением посредством их многих, ранее далеких одна от другой областей естество­знания и истории, гуманитарных наук и техники, медицины и педагогики.)

Во второй половине XX в. значительно изменяются взаимосвязи между разными науками, изучающими человека как организм и личность, явление природы и исто­рии, предмет воспитания и т. д. Непосредственно соприкасаются естествознание и общественные науки, медицина и педагогика, экономические и технические науки. С возникновением кибернетики к изучению человека приближаются и науки физико-математические. Успехи биохимии делают все ощутимее общий вклад естествознания в изучение саморегулирующихся систем человеческого организма. На границах меж-

Глава 1. Проблема человека в современной науке

ду биохимией, эндокринологией, физиологией высшей нервной деятельности и пси­хологией возникает психофармакология. Подобным же образом на стыках между ки­бернетикой, биологией, физиологией и психологией возникает бионика с ее главным отделом — моделированием мозговых систем, особенно анализаторов внешней среды. На границах между кибернетикой, физиологией, психологией и педагогикой начина­ет развиваться теория программированного обучения.

Взаимные переходы между разными науками, которые отнюдь не всегда были смежными, означают глубокие изменения в общей структуре науки. «Смежность» наук — явление историческое. Чем больше научное познание проникает в общие зако­ны бытия, тем явственнее вырисовывается картина единства материального мира и умножается число смежных наук. Относительность обособления наук сказывается в непрерывном преобразовании их границ и взаимосвязей, которое следует учитывать в целях правильного прогноза и управления движением науки.

«Смежность» представляет собой своего рода преобразование прикладных функ­ций одной науки по отношению к другой. Такое преобразование, сохраняя и совер­шенствуя в определенной мере эти функции, вместе с тем открывает для науки новую область познания. Так было, например, с биофизикой и биохимией, которые начали свое существование с приложения физических и химических методов к изучению живой природы, а затем стали важными самостоятельными отраслями, не только пограничными, но и объединяющими биологию с науками о более общих законах при­роды.

Принципиально новые возможности научного изучения человека открылись с воз­никновением биофизики (включая молекулярную биофизику), биохимии и совре­менного моделирования в биологии.

Кибернетический подход к изучению человека как сложнейшей саморегулирую­щейся и самонастраивающейся системы проложил пути математизации антрополо­гии. Теперь уже невозможно представить себе эту область без физического, химиче­ского и математического изучения природы человека и его связей с окружающим ми­ром.

Тот факт, что математика, физика, химия, а вслед за ними и технические науки непосредственно занялись изучением человека, имел важное значение и для их соб­ственного развития.

Дело в том, что фронтальное внедрение физики и химии в естествознание челове­ка и математизация антропологических наук повлекли за собой участие фундамен­тальных областей естествознания в исследовании различных параметров человече­ского развития — своеобразную антропологизацию точных и технических наук.

Примечательно, что технические науки «антропологизировались» прежде всего в двух направлениях. Одно из них, первоначально связанное с техникой связи (особен­но радио и телевидением), сосредоточилось на исследовании и техническом воспро­изведении процесов коммуникации, в том числе оптимальных условий приема и пере­дачи информации по определенным каналам. Ряд современных понятий кибернетики и теории информации (например, понятий и терминов «шумы», «помехи», «каналы связи», «надежность») непосредственно связан с техникой связи. Именно передача и прием по каналам связи человеческой речи поставили фундаментальные проблемы

Человек как предмет познания

теории коммуникации, впоследствии не ограничившиеся акустико-слуховым каналом и включившие в коммуникационные системы оптико-зрительные (телевизионные) средства в сочетании с акустико-слуховыми.

Другое направление «антропологизации» технических наук связано с автомати­ческим регулированием машин и механизмов. Технический прогресс в наибольшей мере проявился в быстрых темпах развития средств автоматического регулирования. Благодаря этому в колоссальной мере возросла производительность оборудования, а управление производством получило новые неограниченные возможности.

Человек как важнейшее звено системы управления машинами и механизмами при­нимает сложнейшую информацию о ходе технологических процессов.и состоянии механизмов, осуществляя управление системой определенных действий и движений (дозировочных, следящих и т. д.) посредством так называемых органов управления. Положение человека в области материального производства, конечно, изменялось неоднократно. Было время, когда физическая сила человека была основным энерге­тическим фактором производства. По мере использования все более мощных источ­ников энергии природного окружения на смену энергетическим функциям человека пришли технологические функции — инструментальная и ручная работа на станках, машинах и других механизмах. С развитием машин и оборудования со сложными системами, с автоматическим управлением и технологические функции передаются техническим средствам, а человек корректирует и направляет их деятельность. Эта регулирующе-контрольная функция человеческого труда автоматизируется с помо­щью кибернетических устройств, и, таким образом, вслед за автоматизацией физиче­ского труда приходит автоматизация труда умственного. Однако в любых системах автоматического регулирования человек остается решающим звеном, а поэтому при проектировании самых совершенных машин учитываются критерии взаимосоответ­ствия человека и машины.

Таким образом, в технике коммуникации и автоматического регулирования про­изводственных процессов, т. е. в сферах общения и труда, в двух решающих областях человеческой деятельности, произошла встреча технических и антропологических наук. Обе группы наук не только развиваются рядом, но и все глубже взаимопрони­кают друг в друга. К ним присоединяется еще одна новейшая область техники — вы­числительная в широком смысле слова, включающая разнообразные электронно-вы­числительные устройства, «думающие» машины, автоматические средства экономи­ческого управления, планирования и учета, научного исследования и моделирования творческой деятельности человека.

Теперь технические науки входят в третью, главнейшую сферу человеческой дея­тельности. Вслед за трудом (автоматизация производства) и общением (средства ком­муникации) техника вплотную подошла к познанию, усиливая, таким образом, самые важные сущностные силы человека как субъекта труда, общения и познания. Обра­зование этих новых связей между техническими и антропологическими науками — весьма примечательное явление современности. Вряд ли кто-либо из антропологов в начале нашего столетия допускал возможность таких связей. Даже сравнительно недавно антропология и другие специальные науки о человеке (психология, анатомия и физиология человека, гигиена и т. д.) представляли собой обособленную систему наук, располагавшуюся на периферии биологии и истории.

Глава 1. Проблема человека в современной науке

В середине нашего столетия изменилось, причем весьма существенно, положение антропологических наук в общей системе биологического знания. Прежде всего сле­дует отметить формирование в качестве крупной антропологической науки теорети­ческой медицины и синтезирование в ней важнейших достижений всех биологических наук применительно к норме и патологии человеческого организма. Можно сказать, что через теоретическую медицину и все медицинские науки биология в целом все более вовлекается в научное познание человека. Вместе с тем общебиологическая и антропологическая направленность медицинских наук приводит к некоторым сущест­венным дополнениям ее предмета. Не только патология, соизмеряемая с эталонами нормы, но и сама норма, или природа здоровья, становятся предметом медико-биологических исследований, специализирующихся на анализе тех или иных пара-метров'человеческого развития. Эволюционные и генетические концепции современ­ной биологии применяются к изучению этих параметров при помощи ее аналитиче­ских методов, глубоко проникающих в природные свойства человеческого развития. Особенно важно отметить прогресс биологических наук в изучении отдельных онто­генетических свойств индивидуального развития, связанных с наследственной про­граммой и структурой филогенетического развития.





В естественных науках накоплены данные об отдельных классах природных свойств человека. Достаточно сослаться на ряд научных дисциплин, возникших в на­ше м столетии, каждая из которых точно соответствует одному из видов этих свойств.

Первой из них является возрастная физиология и морфология, именуемая иногда возрастной биологией, онтофизиологией и т. д. В ее структуру включается серия уче­ний о росте и созревании, зрелости, старении и старости (геронтология). Специальное изучение возрастных особенностей и основных фаз онтогенетического развития, как известно, составляет важную область современной психологии, подразделяющейся на «детскую», «возрастную», «генетическую». Углубленное биохимическое, биофизи­ческое, морфологическое, экспериментально-генетическое исследование возрастных особенностей позволяет определить их как первичные свойства индивида, обна­руживаемые на всех уровнях жизнедеятельности, включая молекулярный.

Второй специальной дисциплиной новейшего времени является сексология, т. е. изучение закономерностей полового диморфизма в филогенезе — онтогенезе, вклю­чая сложнейшие психофизиологические характеристики этого диморфизма у челове­ка, связанные с историей естественного разделения труда, брака и семьи, с воспитани­ем и т. д. Несомненно, на развитие сексологии сильно повлияла психоаналитическая концепция Фрейда. Однако было бы ошибочным полагать, что вся сексология содер-. жит гипертрофию либидо и состоит лишь из спекулятивных теорий. Благодаря успе­хам экспериментальной генетики, эмбриологии, эндокринологии, биохимии и других наук механизм образования пола, периодизация полового диморфизма и его влияние на общесоматическое и нервно-психическое развитие человека раскрываются с боль­шой глубиной. Имеются основания считать, что эти свойства индивида непосред­ственно связаны с его генотипической организацией и проявляются на всех уровнях жизнедеятельности и поведения.

Третья научная дисциплина новейшего времени — соматология, учение о целост­ности человеческого тела, его структурно-динамической организации, типах телосложения и т. д. В отличие от прежних учений о конституциональных типах, в

Человек как предмет познания

которых преобладало психоморфологическое параллелистическое представление, конституциональную структуру телосложения человека ныне рассматривают как со­единение гуморально-эндокринных и метаболических характеристик с более точным комплексным определением параметров морфологической структуры человеческого тела. Все большее значение придается корреляции между общесоматическими и ней-ропсихическими особенностями человека, ведущей роли центральной нервной систе­мы в общей системе нейрогуморального регулирования. В связи с развитием комп­лексных подходов к изучению человечества соматология, как и сексология, несо­мненно займет надлежащее место в системе изучения человека и законов его онтогенетического развития.

Ч е т в е р т а я научная д и с ц и п л и н а — типология высшей нервной деятельности — пол­ностью обязана своим возникновением и развитием советской науке. Физиологиче­ские и психологические исследования нейродинамических свойств человека открыли эпоху в познании природных особенностей личности. Без преувеличения можно ска­зать, что типология высшей нервной деятельности составляет самую общую основу таких наук, как психология, медицина и педагогика.

Имеются основания считать, что объекты онтофизиологии и возрастной психоло­гии, сексологии, соматологии и типологии высшей нервной деятельности — опре­деленные свойства индивида — являются исходными, первичными особенностями человеческой природы. Поэтому комплексное изучение природы человека располага­ет сводом знаний, накопленных каждой из этих дисциплин. Однако при комплексном изучении человека как индивида нельзя ограничиться суммированием сводных дан­ных, взятых из каждой дисциплины порознь. Основная и самая сложная задача — об­наружить взаимосвязи между первичными природными свойствами. Эта задача яв­ляется одной из очередных для современной прикладной антропологии, поскольку исследования разнородных взаимосвязей между первичными природными свойства­ми открывают пути для управления ими в процессе воспитания, лечения и охраны здоровья человека, а также в целях обеспечения необходимой структуры потребления в системах массового обслуживания населения.

Особенно важно знать, какие из связей (и между какими именно свойствами) су­щественны для образования сенситивных состояний развития, благоприятствующих эффективности воспитания и обучения. Использование в современных исследовани­ях разнообразных приемов корреляционного и факториального анализа позволяет довольно точно определить меру и тенденцию внутренних взаимосвязей между онто­генетическими свойствами, влияющими на психическое развитие.

Несомненно, количественное описание и определение взаимосвязей между раз­личными сторонами и компонентами человеческого развития имеют исключительное значение для современного человекознания, так как такое определение способствует пониманию целостности человеческого развития. Применяемые в человекознании методы современной математики следует полнее использовать для интеграции всех знаний о человеке и их приложений в системе единой и общей теории, охватывающей все возможные аспекты изучения человека. Современная наука еще не располагает такой теорией, хотя, несомненно, находится на пути к ее созданию. Решающее значе­ние в этом смысле имеет сближение естествознания и общественных наук на почве диалектического материализма.

Глава 1. Проблема человека в современной науке

Выдвижение проблемы человека в центр всей современной науки связано с прин­ципиально новыми взаимоотношениями между науками о природе и об обществе, так как именно в человеке объединены природа и история бесчисленным рядом связей и зависимостей.

Общественно-исторические законы человеческого развития, опосредствующие его природу, механизмы и динамику функций, все больше учитываются естество­испытателями. Социальные факторы индивидуального развития человека не только дополняют абиотические и биотические факторы в их воздействии на это развитие, но и регулируют их взаимодействие. Для характеристики положения проблемы человека в современной науке весьма важны изменения, происходящие в структуре гуманитар­ного знания. Возникают многие новые научные дисциплины, дополняющие уже суще­ствующие общественные науки (например, социологию, этику, педагогику и др.).

Среди новых гуманитарных дисциплин, имеющих важнейшее значение для общей теории человекознания, следует отметить эргономику, которую можно было бы опре­делить как специальную науку о трудовой деятельности человека. Поскольку эта дея­тельность не может быть определена только характеристиками свойств человека как организма и субъекта, требуется исследование техники и технологии, составляющих социальный и вещественный аппарат трудовой деятельности. Поэтому эргономика представляет собой и особый подход к этой технике как к совокупности усилителей, преобразователей и ускорителей психофизиологических функций человека. Наконец, важный аспект эргономики составляет экономическая организация производства и социальные функции работы человека.

Весьма примечательно возникновение специальной дисциплины о знаковых сис­темах (как языковых, так и неязыковых) — семиотики. Для изучения механизмов культурного развития человека эта дисциплина имеет столь же важное значение, как эргономика для понимания его трудовой деятельности.

Из новых дисциплин следует особо отметить аксиологию — науку о ценностях жизни и культуры, исследующую важные стороны духовного развития общества и человека, содержание внутреннего мира личности и ее ценностные ориентации. Се­миотика и аксиология, будучи философскими дисциплинами, приобретают вместе с тем черты конкретных специальных наук в системе познания человека как субъекта и личности.

На базе психологии, логики и теории познания, с одной стороны, нейрофизиоло­гии и биофизики — с другой, складывается эвристика — общая теория мыслительных поисков и творческого мышления человека. Параллельно с нею развивается наукове­дение как общественно-историческая дисциплина, а также более специальные психо­логические дисциплины (психология науки, психология искусства и т. д.) как иссле­дования видов творческой деятельности. Пограничными дисциплинами являются психолингвистика, объединяющая психологию речи и общения с общей теорией язы­ка, характерология, объединяющая психологию личности с социологией и этикой, а также все области прикладной психологии (инженерная, экономическая, юридиче­ская, педагогическая и т. д.).

Некоторые из перечисленных дисциплин носят не только специализированный, но и комплексный характер, объединяющий на изучении тех или иных характеристик человека отдельные части наук, относящихся к различным областям познания.

Человек как предмет познания

Для развития современной науки, как известно, характерно совмещение двух про­тивоположных тенденций — все более возрастающей дифференциации и все более мощ­ной интеграции различных наук. Возникновение в последние десятилетия специаль­ных дисциплин объясняется, конечно, растущей дифференциацией и прогрессом ана­литических методов науки. Однако в области человекознания эта тенденция теснейшим образом переплетается с синтетическими подходами к реальным целостным, или слож­ным, видам человеческой деятельности. Поэтому специализация знания в этой области чаще всего сочетается с комплексным объединением отдельных частных учений в об­щую теорию того или иного образования, свойства или вида человеческой деятельности.

Выдвижение проблемы человека в качестве общей для всей современной науки коренным образом изменяет положение психологии в системе наук, поскольку имен­но психология становится орудием связи между всеми областями познания человека, средством объединения различных разделов естествознания и общественных наук в новом синтетическом человекознании. Однако интеграция этих наук, сочетающаяся с дальнейшим развитием их специализации, определяется прежде всего прогрессом философского учения о человеке.

Потребность в едином фундаментальном учении о человеке остро ощущается в различных областях общественной практики.

Стремление преодолеть частичность и односторонность в практической работе с людьми, связать воедино различные виды этой работы становится все более харак­терным для жизни нашего общества.

Оптимизация производства в современных условиях связана с оптимизацией управления и рациональной организацией труда. Проблемы научной организации труда решаются на всех уровнях хозяйства и управления. В подавляющем большин­стве эти проблемы касаются человеческих факторов производства. Эти факторы осо­бенно важны для структуры потребления, являющегося своего рода обратной связью в производстве. Организация обслуживания в соответствии со структурой потребно­стей человека и требованиями современности имеет огромное значение для общей си­стемы управления экономической жизнью общества. В настоящее время с человеко-знанием соприкасаются политическая экономия и конкретные экономические науки, все чаще связывающиеся с антрополого-психологическими, социологическими, педаго­гическими и медико-биологическими аспектами исследования человека.

Существенные сдвиги происходят в структуре здравоохранения, для которого ха­рактерны тенденции сближения с общей организацией образа жизни людей и воспи­танием в широком смысле слова.

Для современной медицины характерно сочетание хирургии и терапии с профи­лактикой и гигиеной. Все большее внимание наряду с познанием природы болезней уделяется здоровью и комплексу факторов, повышающих жизнеспособность, жизне­стойкость и долголетие человека. Отсюда преодоление биологической и патофизио­логической ограниченности старой медицины, ее чисто соматического направления, все возрастающее внимание к социально-экономическим, технико-культурным, мо­рально-психологическим условиям жизни людей, определяющим нормальное функ­ционирование организма человека. Сближение медицины с экономикой и техникой (например, в индустриальной медицине), особенно с педагогикой, — одна из тенден­ций в развитии современного здравоохранения.

Глава 1. Проблема человека в современной науке

В развитии педагогики и народного образования преобладает идея системы вос­питания как направленного воздействия общества на формирование индивида, систе­мы, в которой умственное образование и обучение неразрывно связаны с нравствен­ным, эстетическим и физическим воспитанием, с одной стороны, и производственно-политехническим — с другой.

В современных условиях возросло значение педагогической организации образа и режима жизни подрастающего поколения, а также различных средств физического воспитания. Все это говорит о существенном сближении воспитания с гигиеной и про­филактикой, со всей системой охраны и укрепления здоровья и обеспечения долго­летия.

Таков объективный ход развития практики, наиболее интенсивный и быстрый в условиях социалистического общества. Этот ход связывает различные виды общественной жизни и управления, сближая науки, ранее далекие друг от друга.

Итак, не только наука, но и практика испытывает потребность в единой теории человекознания, в сближении и интеграции всех средств познания человека и ру­ководства его развитием. Естественно, основу такой общей теории должна составлять философия, для которой человек — великая, вечная и универсальная проблема.

2. Философское обобщение знаний о человеке и интеграция научных дисциплин

Современная советская философия в новых исторических условиях социалисти­ческого развития и гигантского научно-технического прогресса развивает марксист­ско-ленинское учение о человеке. Естественно, именно к современной марксистской философской литературе по проблеме человека должно быть привлечено внимание всех тех, кого интересует построение подлинно научной методологии комплексного изучения человека и общества.

Большинство современных философов-марксистов полагают, что лишь филосо­фия, а не какие-либо другие науки в отдельности или в совокупности, может осветить проблему человека в целом, т. е. стать подлинной теорией целостного человека. Эту мысль Ф. В. Константинов сформулировал следующим образом: «Антропология и психология, политическая экономия и этика, юриспруденция и история, каждая от­расль социальной науки ставит или освещает ту или иную сторону проблемы челове­ка, и только философия, опираясь на названные отрасли знания, в состоянии осветить проблему человека в целом, раскрыть его сущность, закономерность его бытия»1. Крайне усложняющаяся система изучения человека, охватившая почти весь диапазон познания (от физико-математических наук до гуманитарных), предъявляет новые

1 Константинов Ф. В. Человек и общество // Человек и эпоха: Сб. — М: Наука, 1964. — С. 8 5. — П о з д н е е Ф. В. Константинов говорил: «Человек, личность, сознание — это прежде всего, конечно, философские, социологические и психологические проблемы. Личность — это общий предмет и философии, и психологии» (Сознание: Сб. — М., 1967. — С. 349).

Человек как предмет познания

требования к философскому учению о человеке, которые способна удовлетворить лишь марксистско-ленинская философия. Разумеется, для этого сама философия в совре­менных условиях должна «опираться» (по словам Ф. В. Константинова) на большой ряд специальных наук, многие из которых возникли лишь в последние десятилетия. Имеются в виду, конечно, не извлечения из этих наук в качестве иллюстрации того или иного философского положения, а теоретическое исследование и обобщение раз­нородных научных данных в целях открытия общих свойств и закономерностей чело­веческого развития, которые еще далеко не полностью изучены.

В сфере человекознания, как показал опыт последних десятилетий, все больше открывается глубина непознанного, недостаточность нашего знания исторической природы человека и гигантского потенциала этой природы. Поэтому создание новых дисциплин и междисциплинарных связей между науками о человеке следует расцени­вать как новый подступ к фронтальному наступлению науки на непознанные еще явле­ния и законы человеческого развития, как важнейший момент, предшествующий вели­ким открытиям в этой области.

Понимание перспектив и стратегии исследований в области человекознания, не­разрывно связанное с отчетливым осознанием нерешенности ряда ее проблем, основы­вается на фундаменте накопленных научных данных и относительном решении дру­гих проблем. Такое понимание есть вместе с тем убеждение в принципиальной познаваемости законов человеческого развития, сущности человека, исключающее всякую возможность агностицизма, вновь распространившегося в современной идеалистической философии, особенно в экзистенциализме.

Различные концепции экзистенциализма используют нерешенность ряда проблем человекознания или крайнюю сложность их решения в качестве аргумента принципи­альной непознаваемости человеческой сущности и особенно внутреннего мира человека. В этом плане представляется весьма уместным критическое замечание Т. И. Ойзермана по поводу мистификации проблемы человека экзистенциализмом, «исходным положе­нием которого является утверждение, что история общества, совокупный человеческий опыт, развитие науки о человеке не только не приблизили нас к познанию человека, но, напротив, все более удаляют нас от этой цели». Именно в этом смысле следует понимать следующие изречения Г. Марселя: «Хотя мы все более и более узнаем о человеке, его сущность, по-видимому, все менее и менее д л я нас ясна. Я даже склоняюсь к тому, чтобы поставить вопрос так: не делает ли нас в конечном счете слепыми именно это обилие знаний о частностях. Итак, экзистенциализм выступает как учение о принципиально якобы непознаваемой (все более непонятной, непостижимой) сущности человека»2.

В другой своей критической работе «Философия кризиса и кризис философии» Т. И. Ойзерман вновь подчеркивает эту агностическую позицию экзистенциализма. Он пишет: «Экзистенциализм объявляет предметом своего исследования человека, но вместе с тем считает, что человек непознаваем, многообразные знания о человеке, по мнению экзистенциалистов, все далее уводят нас от понимания человека»3.

2 Ойзерман Т.Н. Послесловие к книге Т. Шварца «От Шопенгауэра к Хейдеггеру». — М.: Прогресс, 1964. —
С. 331.

3 Ойзерман Т. И. Философия кризиса и кризис философии // Современный экзистенциализм. — М.:
Мысль, 1966.-Гл. 1,с. 38.

Глава 1. Проблема человека в современной пауке

Спекуляция на трудностях познания и непознанности отдельных сторон и законов человеческого развития составляет важный момент агностицизма, который, конечно, нельзя преодолеть декларативным провозглашением решенности всех основных про­блем человекознания и познаваемости законов человеческого развития. Между тем в некоторых работах по критике современного экзистенциализма Проскальзывают по­добные декларативные утверждения, порождающие иллюзии решенности нерешен­ных проблем и нередко сводящие всю совокупность наук, необходимую для их реше­ния, лишь к социологии.

Скептическое отношение экзистенциализма к наукам о человеке вытекает из са­мой сути этой философии, являющейся одним из течений идеалистического антро­пологизма. Философская антропология, или онтология человека, в экзистенциалист­ском толковании направлена не только против исторического материализма, но и про­тив философской антропологии материализма вообще, философских проблем человека в диалектическом материализме особенно. Надо учесть, что одной из самых фундаментальных проблем диалектического материализма является человек как субъект познания, отражающий объективный мир и преобразующий его посредством практики. Гносеологический и психологический анализы субъекта в его обусловлен­ности объективной действительностью и общественной практикой тесно связаны с решением проблемы человека как личности в историческом материализме. Но отож­дествление этих двух проблем было бы серьезной ошибкой, и потому вряд ли пра­вильно считать исторический материализм единственным учением марксизма, реша­ющим проблему человека. В теории диалектического материализма важное место за­нимает единство законов природы и общества, специфическое проявление этого единства в человеческом развитии. И именно на основе такого понимания в истори­ческом материализме решаются проблема антропогенеза и социогенеза в их единстве, проблема социально-биологических связей и т. д. Все онтологические, гносеологиче­ские и социологические проблемы человека в марксистско-ленинской философии на­столько тесно связаны общим направлением материалистической диалектики, что их лишь условно можно отделить и обособить друг от друга.

Марксистская критика философской антропологии Л. Фейербаха и ленинская критика ограниченности антропологического принципа Н. Г. Чернышевского хорошо известны. Именно через преодоление этих антропологических толкований материа­л и с т и ч е с к о й ф и л о с о ф и и и особенно натуралистического т о л к о в а н и я человеческой сущности возможно было полностью утвердить исторический материализм как науч­ную теорию общественного развития. Однако из этого факта вовсе не следует, что марксистско-ленинская философия общества отвергает все идеи материалистического антропологизма в отношении природы самого человека.

Критика антропологического принципа в материалистической философии, осо­бенно в системе Чернышевского, не всегда велась с правильных марксистско-ленин­ских позиций. Антропологизм Чернышевского нельзя рассматривать лишь в качестве антипода исторического материализма, тем более что Чернышевский вплотную подо­шел к материалистическому пониманию общественной жизни современной ему Рос­сии. Нельзя забывать, что философский материализм Чернышевского и его соратни­ков являлся теоретической основой революционной демократии, сыгравшей важную роль в освободительном движении русского народа. Антропологический принцип

Человек как предмет познания

материалистической философии революционных демократов явился основой гума­нистических идей, впервые распространенных ими на весь народ, на каждого человека во имя блага всего народа. Историческая и философская ограниченность такого ант­ропологизма достаточно вскрыта нашей критикой. Но при этом нередко затеняется прогрессивная сторона философского антропологизма, а именно монистическое пони­мание человека как целого, преодоление психофизического дуализма, стремление вскрыть единство общественного и естественного в структуре человека, являющего­ся одновременно высшим, сложнейшим организмом и общественным индивидом.

Материалистический монизм революционных демократов, выступивший в форме философского антропологизма, соответствовал тенденциям развития современной им науки. В их время начался процесс объединения разных естественных и обществен­ных наук, исследующих проблему человека. Первоначально антропология трактова­лась как система наук о человеке, хотя в дальнейшем произошло известное ограниче­ние ее предмета специальным развитием антропологии как отдельной науки, изучаю­щей изменение природы человека под влиянием общественно-исторических условий. Но стремление к целостному научному познанию человека в единстве его физическо­го, умственного и нравственного развития, его природы и общественных свойств про­ходит красной нитью через прогрессивные направления русской научной мысли вто­рой половины XIX в.

В сокровищницу мировой педагогики вошел классический труд К. Д. Ушинского «Человек как предмет воспитания», имеющий выразительный подзаголовок «Опыт педагогической антропологии». В XX в. замечательный русский ученый П. Ф. Лес-гафт был последним представителем подобного антропологического подхода к раз­личным сторонам развития человека. Ему принадлежит честь создания функциональ­ной анатомии человека, обнаружившей глубокие влияния экономических условий и процесса труда на изменение структуры и динамики человеческого организма. Од­новременно он создает оригинальное учение о типах, темпераменте и характере чело­века, в котором вскрывает решающую роль общественной среды и воспитания в фор­мировании человека. Им создана научная теория физического воспитания, связываю­щая его с воспитанием нравственным и умственным. В различных трудах Лесгафта по анатомии и физиологии, психологии и педагогике, гигиене и общей теории развития организма человек выступает как целостный организм и общественный индивид од­новременно. Хотя труды Чернышевского и других революционных демократов, а так­же труды Ушинского, Лесгафта далеко не тождественны по своим общественно-поли­тическим и философским основам, их сближает стремление к целостному научному знанию о человеке, продиктованное страстным гуманизмом.

Чем же объяснить тот факт, что последующее развитие науки отошло от «антро­пологизма», осуществлялось преимущественно в разных, обособленных друг от друга направлениях? Одной из главных причин явился кризис науки в капиталистическом обществе, захвативший и область наук о человеке. Вследствие этого кризиса идеали­стические и дуалистические концепции заняли господствующее положение. Буржу­азные ученые противопоставили философскому антропологизму теорию двух факто­ров — биологического и социального — в развитии человека. За психофизическим дуализмом последовал дуализм «биосоциальный», особенно проявивший себя в социо­логическом учении Дюркгейма, в психоанализе Фрейда, в конституционализме ряда клиницистов (Кречмера, Матеса и др.). Этому биосоциальному дуализму метафизи-

Глава 1. Проблема человека в современной пауке

ческий материализм не мог противопоставить ничего, кроме антропологического принципа, в свое время сыгравшего прогрессивную роль, но не вскрывшего сложную диалектику естественного и общественного в развитии человека.

Одной из причин отхода от антропологического принципа как целостного подхо­да к изучению человека являлась все большая дифференциация научных знаний в об­ласти как естествознания, так и общественных наук. Создание философских основ единой теории развития человека стало возможным лишь на основе марксистского диалектического метода, общего для естествознания и наук об обществе.

В современной советской науке созданы все необходимые предпосылки для объ­единения естествознания и общественных наук на основе целостного познания человека. Наступило то время, которое предвидели К. Маркс и Ф. Энгельс, предска­завшие, что естествознание и общественно-исторические науки сольются в единую науку об исторической природе человека.

Некоторые области советской науки — антропология, археология, эксперимен­тальная фонетика, психология, физиология высшей нервной деятельности — суще­ственно продвинулись в построении такой теории развития человека.

Советская антропология с помощью археологии и сравнительной анатомии, а ча­стично сравнительной этнографии и языкознания, привела к дальнейшему развитию марксистской теории антропогенеза, основы которой заложил Ф. Энгельс. Принци­пиальное значение для построения будущего исторического естествознания человека имеет созданное в советские годы учение И. П. Павлова о двух сигнальных системах высшей нервной деятельности человека.

И. П. Павлов считал бесспорным социальный генезис второй сигнальной систе­мы, порожденной языком как особым общественным явлением. Уже доказано прямое влияние общественно-трудовой практики людей на высшую нервную деятельность человека в целом, начиная с ее первой сигнальной системы. Исторический подход к рефлекторной деятельности головного мозга человека, являющегося органом созна­ния, приобретает признание все большего числа естествоиспытателей в области ана­томии, морфологии, физиологии, клинической неврологии. Благодаря такому подхо­ду естествознание сближается с общественно-историческими науками, что открывает новые пути целостного научного познания человека, которому в современных услови­ях должна соответствовать система наук о человеке, объединяющая различные обла­сти естествознания и общественных наук.

Именно классики марксизма предвидели воссоединение истории и естествозна­ния в изучении человека, образование в будущем исторического естествознания чело­века. Все развитие общественных и естественных наук осуществлялось в этом направ­лении, и современное человекознание по существу своему есть историческое есте­ствознание человека.

Не отделение человека как субъекта и объекта истории от природы, не игнориро­вание человеческой природы как биологического начала в человеческой организации, а диалектическое единство истории и природы, преобразование природы историче­ским развитием — такова традиция марксизма. К этому следует добавить, что в марк­систской теории познания сознание рассматривается как историческая категория и продукт общественного развития человека, хотя, разумеется, оно есть функция моз­га, т. е. особым образом организованной материи. Вместе с тем сознание субъективно

Человек как предмет познания

и не отделимо от субъекта, которым является сам человек как общественный и есте­ственный индивид. Единство истории и природы в развитии человека — таково мони­стическое понимание человека, ставшее одним из величайших завоеваний науки. Именно из этих монистических позиций, впервые радикально устранивших дуализм в понимании человека (социобиологический и психофизиологический), следует ис­ходить как при позитивном решении проблем человекознания, так и при критике со­временной буржуазной философии, в том числе и экзистенциализма. Различные кон­цепции идеалистической философской антропологии мистифицируют проблемы лич­ности, индивидуальности, «я» путем их обособления от социальной и физической жизни индивидов, как это делал в свое время Макс Штирнер, критика которого осно­воположниками марксизма общеизвестна. Именно в этом обособлении заключен гно­сеологический смысл игнорирования так называемой философской антропологией достижений современного естествознания, психологии, общественных наук в изуче­нии человека. Дело в том, что из современной научной картины человеческого разви­тия никак не следует вывод о природных истоках отчуждения.

В одной из своих работ Т. И. Ойзерман, критикуя экзистенциалистскую концеп­цию, согласно которой источником отчуждения является антропологическая природа человека, пишет: «Эта концепция увековечивает отчуждение, изображая его незави­симым от каких-либо исторических условий и социально-экономической структуры общества. Речь идет о противоположности полов, о возрастных различиях и, в особен­ности, о неповторимости каждого отдельного человеческого существования, о чело­веческой смертности, которая-де определяет характер индивидуальной жизни и со­ставляет ее основной тон.

Само собой разумеется, что марксизм-ленинизм ни в малейшей мере не отрицает существенности антропологической характеристики личности, значения антрополо­гических, в частности половых и возрастных, различий; все это, как известно, учитыва­ется марксизмом не только теоретически, но и практически в политике социалистиче­ского государства и т. д.»5.

Как видим, к «антропологическим характеристикам личности» автор относит воз­раст, пол, состояние здоровья, продолжительность жизни — в общем, человеческий организм и его жизнедеятельность, правильно указывая, что все эти характеристики так или иначе социально обусловлены и в связи с этим исторически преобразуются. Однако их обратное влияние на общественные функции человека и реальный процесс его жизни в обществе не подчеркивается.

Впрочем, такая позиция до недавнего времени была достаточно распространена среди наших философов и социологов. Поэтому игнорировался конкретный демо­графический состав общества и возрастно-половая структура народонаселения не счи­талась важной социальной проблемой. В этой структуре возраст и пол выступают уже не только в качестве антропологических характеристик человеческого индивида, а в качестве социальных факторов, оказывающих влияние на общий объем трудоспособ­ности («экономической активности»), на его потенциал, не говоря уже о воспроизвод­стве населения. Над всеми этими проблемами работают и практически их решают раз-1 См.: Современная идеалистическая гносеология. — М: Мысль, 1968. 5 Ойзерман Т. И. Человек и его отчуждение // Человек и эпоха: Сб. — М.: Наука, 1964. — С. 114.

Глава 1. Проблема человека в современной науке

личные государственные органы нашей страны и научные учреждения. Накопленный опыт постановки и решения этих задач давно ожидает своего философского осмысле­ния и обобщения. В связи с этим особенно важно положительное обобщение опыта социалистического общества и Советского государства, которое стремится на практи­ке превратить обстоятельства жизни в «человечные», соответствующие всем антропо­логическим характеристикам человека.

Достижения конкретных наук о человеке обобщаются не на самом высоком уров­не интеграции вследствие того, что человек как предмет научного познания в со­временной философской литературе занимает еще недостаточное место. В большей степени внимание философов сосредоточено на понятиях «человек», «человечность» и т. д. как исторически классовых по своей сущности явлениях отражения. Действи­тельно, философский анализ понятий человекознания имеет важное значение. П. Н. Федосеев убедительно показал, что само «понятие "человек" представляет собой продукт социальной теории. Социальная область, равно как и социальная теория, все­гда служила ареной ожесточенной борьбы интересов»6. Поэтому в процессе истори­ческого развития изменились как понятие «человек», так и область жизни людей, на которую распространялось понятие «человечность». Интересно отметить, что эти по­нятия все более «демократизировались» и вместе с тем как бы «персонифициро­вались» в том смысле, что слова «человек—личность» стали взаимообратимыми поня­тиями. Но не менее существенны для буржуазной идеологии идентификация понятия личности с частной собственностью и определение масштаба личности мерой облада­ния (см. главу 7). Разоблачение фальши буржуазного абстрактного гуманизма, крити­ка различных реакционных направлений философской антропологии занимают одно из центральных мест в советской философской литературе7.

В отношении современной идеалистической философской антропологии В. Г. Мысличенко и П. Р. Корнеев правильно заметили, что если антропологические философские системы нарождающейся буржуазии носили преимущественно натура­листический характер (человек рассматривался как часть природы, и его свойства вы­водились из свойств естественного мира), то в современной философской антрополо­гии «проблема человека решается на основе виталистической биологии и иррациона-листической психологии. Таким образом, антропологический принцип в буржуазной философии превратился в средство обоснования идеалистических концепций челове­ка, в средство фальсификации действительных проблем человека и общества»8.

К этому надо добавить, что подобная фальсификация связана с искажением или третированием современных.научных знаний о человеческом развитии. Поэтому все более острыми становятся противоречия между философской антропологией и конк­ретными науками о человеке, теоретическими и прикладными. Вместе с тем нельзя не отметить сохраняющегося влияния идеалистической философской антропологии в некоторых направлениях клинической медицины. Необходимо положительное

6 Федосеев П. Ф. Гуманизм в современном мире // Человек и эпоха: Сб. — М.: Наука, 1964. — С. 6.

7 Человек и эпоха: Сб. — М.: Наука, 1 9 6 4 ; Современный экзистенциализм. История философии. — Т. 6. —
Кн. 2. — М.: Наука, 1965; Соловьев Э. Ю. Экзистенциализм и научное познание. — М.: Высшая школа,
1966.

8 История философии. — Т. 6. — Кн. 2. — С. 37.

Человек как предмет познания

материалистическое решение проблем органического развития человека в условиях современного социального и технического развития. В этой связи надо упомянуть марксистские работы английского философа Д. Льюиса9, уделившего некоторое вни­мание вопросу взаимосвязи социального и биологического в человеческом развитии.

Современная марксистская философия реализует монистический подход к чело­веку, рассматривая в единстве физическую и психическую его природу10.

Вместе с тем единство социального и биологического всегда учитывается при объяснении механизма действия социальной причинности через совокупность внут­ренних условий человеческого организма. Наиболее интересные учения в области об­щей патологии и гигиены, антропологии, демографии, геронтологии, психофизиоло­гии и других наук связаны с изучением социальных факторов долголетия, акселерации, глубоких изменений в структуре заболеваний и т. д. В этом отношении примечательны явления сильно прогрессирующих модальной и нормальной продолжительности жиз­ни человека, эволюционирующих в процессе исторического развития общества.

Социально обусловленное развитие человеческой жизнедеятельности есть часть общефилософской проблемы человека. Проблема жизни и смерти человека, деятель­ности и сознания — в общем, реального бытия человека в конкретно-исторических условиях — не может быть узурпирована экзистенциализмом и другими направлени­ями идеалистического антропологизма в современной буржуазной философии.

Проблема человека и его жизни в обществе и природе не сводится лишь к социо­логии личности, как бы ни была важна эта сторона вопроса. Существуют и другие сто­роны этой общей для современной науки проблемы (онтологическая, гносеологиче­ская, психологическая, естественнонаучная). Синтез этих сторон в едином фило­софском учении о человеке, вероятно, будет осуществляться по тому же пути, который В. И. Ленин считал важнейшим для теории познания и диалектики. Он выделил «те области знания, из коих должна сложиться теория познания и диалектика»", а имен­но: историю философии и отдельных наук, историю умственного развития ребенка, историю умственного развития животных, историю языка, психологию, физиологию органов чувств. Соединение общественно-исторических и естественнонаучных дис­циплин по подобному принципу необходимо не только для гносеологии, но и для он­тологии человека.

Многообразие подходов современной науки к изучению человека, отмеченное выше, не является, конечно, только следствием все большего расчленения теоретиче­ской мысли. Это многообразие подходов есть отражение многообразия самих феноме­нов человека, выступающего как вид Ношо sapiens и индивид, как. человечество в его историческом существовании и личность, как субъект и индивидуальность.

Между всеми этими характеристиками человека существуют многообразные вза­имосвязи, относящиеся к разным классам зависимостей (структурных, функциональ­ных, причинно-следственных и др.), объединяющих общество и природу. Познание этих в з а и м о с в я з е й — необходимое условие практического о в л а д е н и я управлением че-

9 Льюис Д. Человек и эволюция. — М: Прогресс, 1964.

10 См.: Философские вопросы медицины. — М.: Медгиз, 1962; Социальные проблемы медицины. —'М:
Медицина, 1968; Лисицын Ю. П. Современные теории медицины. — М.: Медицина, 1968.

111 Ленин В. И. Философские тетради // Поли. собр. соч. — Т. 29. — С. 314.

Глава 1. Проблема человека в современной науке

ловеческого развития. Философское обобщение разнородных научных знаний о взаи­мосвязях общественного и индивидуального развития человека является одним из важнейших путей построения общей теории человекознания. Комплексное изучение и решение крупных проблем общественного развития (например, повышения произ­водительности труда и технического прогресса, построения оптимальных режимов вос­питания и т. д.) должны основываться на известной общей теории связей между от­дельными характеристиками этого развития.

По мере увеличения числа специальных дисциплин и аспектов в том или ином исследовательском комплексе потребность в общей теории становится все более настоя­тельной. Это достаточно ясно обнаруживается при анализе современного состояния проблем, связанных с техническим прогрессом и новыми взаимоотношениями между человеком и машиной.

В современных условиях автоматизации производства качественно изменяются соотношения между человеком и машиной. Вместе с развитием техники автоматиче­ского регулирования и дистанционного управления машинами все большее значение приобретает оператор, связанный с другими, автоматическими звеньями системы управления. При изучении этих взаимосвязей между человеком и машинами в одной системе управления необходимо использовать количественные методы новейщей те­ории информации и общие законы управления и регулирования, составляющие пред­мет кибернетики. В этом изучении принимают участие, конечно, не только математи­ки, физики и специалисты по теории автоматического регулирования, но и специали­сты в области антропологических наук (психологии, психофизиологии, физиологии человека, гигиены труда и т. д.). Общим языком для них все больше становится язык кибернетики и теории информации, с помощью которого можно в допустимых преде­лах найти общее в работе человека и автомата как управляющих систем или своеоб­разных кибернетических машин, определить эффективные условия передачи инфор­мации от человека к машине и от машины к человеку, оптимальные характеристики управления и регулирования во всей системе управления машинами, включающей человека и автоматические устройства. Специальные задачи именно в этой области решает инженерная психология путем сравнительного изучения особенностей инфор­мационных процессов, обработки и сохранения информации, структуры регулиру­ющих действий и т. д.

Положительное значение опыта моделирования и изучения человека с «инже­нерной» точки зрения в теоретическом отношении заключается в возможности глуб­же проникнуть в одну из закономерностей общественного развития естественной природы человека. Современная автоматика является новым проявлением этой закономерности социально-исторического опосредования природных свойств чело­века.

Известно, что благодаря материальному производству, особенно производству средств производства, общество вооружает человека самыми разнообразными техни­ческими средствами, бесконечно «усиливающими» естественные органы человече­ского тела, а подчас и создающими новые п о д в и ж н ы е ф у н к ц и о н а л ь н ы е системы или

« ф у н к ц и о н а л ь н ы е органы», т. е. о р у д и я в самом ш и р о к о м смысле слова. С помощью таких технических средств человек воздействует на окружающую природу, изменяет ее, а в процессе ее изменения преобразует и собственную природу.

Человек как предмет познания

В свете марксистского понимания историческая взаимосвязь между органом и ору­дием раскрывается как одна из существенных линий общественной детерминации при­роды человека. Обратное влияние практической деятельности человека на развитие его мозга и сознания было впервые открыто марксизмом, а изучено лишь в наше время, когда принцип обратной связи позволил обнаружить активное участие предметных действий и вообще эффекторных актов в механизме рефлекторного кольца.

Благодаря прогрессу техники безгранично увеличивается мощь воздействия че­ловека на природные силы внешнего мира. Первоначально это воздействие ограни­чивалось сферой создания орудий, механизмов и машин, являющихся усилителями мышечной силы человека. Такие орудия позволяли замену энергетических и техноло­гических функций человеческой руки соответствующими приспособлениями. Имен­но в сфере физического производственного труда первоначально возникла система «орган — орудие», как ее выразительно назвал болгарский философ-марксист Тодор Павлов. Такой системой впервые стала человеческая рука, являющаяся, по определе­нию Энгельса, естественным органом, а вместе с тем и продуктом труда. Рука челове­ка развилась в непревзойденную по своей универсальности сложную систему с обрат­ной связью. Рука человека является полиэффекторным органом, так как, кроме тру­дового действия, она стала осуществлять функции познания внешнего мира, стала органом восприятия — активного осязания, представляющего собой сочетание так­тильной и температурной чувствительности с кинестезией. В эволюции самого осяза­ния все большее значение приобретала его инструментализованная, или опосредство^ ванная, форма.

Но рука является не только комплексным органом труда и познания. Ее полиэф-фекторность носит более широкий характер, так как рука участвует в процессах об­щения и поведения благодаря своей выразительной, экспрессивной — жестикулятор-ной функции. В истоках же этой поразительной полиэффекторности руки человека находится система «орган — орудие», первоначально сложившаяся в сфере матери­ального производства. Однако с этой сферой «совместилось» развитие активного ося­зания как специфически познавательной функции руки, а это означало перенос прин­ципа взаимосвязи органа и орудия из сферы труда в сферу познания (правда, в сферу лишь чувственной, образной его формы).

С успехами техники развились такие исторически сложившиеся системы, как «рука + механические орудия», «глаз + оптика», «ухо + акустика». Благодаря такому сочетанию органов человеческого тела — анализаторных систем мозга — с орудиями бесконечно расширяется сфера чувственного познания, постепенно возрастает так на­зываемая «разрешающая сила» органов чувств человека. Можно сказать, что «каналы связи» и «информационные системы» человеческого мозга на каждой ступени циви­лизации таковы, какими их делает соединение со все совершенствующимися техни­ческими приспособлениями, «орудиями» в самом широком смысле слова.

Одна из замечательных черт научно-технического развития в наше время заклю­чается в том, что ныне эта же закономерность распространяется за пределы чувствен­ного познания, вторгается все более решительно в сложнейшую сферу логического по­знания. Современные универсальные счетно-решающие устройства являются ору­диями мыслительной деятельности, и именно в качестве таковых они — логические автоматы. Смысл применения кибернетических устройств заключается, конечно, не в

Глава 1. Проблема человека в современной пауке

том, что они, «превосходя» человека, делают излишней его роль в труде и творчестве, а в том, что они вооружают логическое познание и умственный труд техническими средствами, бесконечно «усиливающими» мыслительные способности человека и по­вышающими «разрешающую силу» всей мозговой деятельности в целом.

Необходимость изучения человека как звена системы управления машинами возникла в связи с непосредственными нуждами технического прогресса и имеет практическое значение для целей проектирования более совершенных автома­тов. Поэтому такое изучение подчас толкуется односторонне, в плане так называе­мых человеческих факторов техники. Но не менее важна и другая, психолого-антропологическая сторона, связанная с ролью техники в развитии самого человека. Сочетание обеих сторон впервые обусловило вовлечение технических и физико-мате­матических наук в комплексное изучение человека, жизненно необходимое для обще­ственного развития.

Рассмотренный аспект комплексного изучения человека хотя и имеет исключи­тельное значение для решения ряда практических и теоретических задач, все же составляет только часть более общей проблемы человека как субъекта труда. Эту про­блему с разных сторон изучают отдельные биологические и социальные науки. Физиология трудовых процессов исследует как механизмы работоспособности и от­дыха, факторы утомления и восстановления функциональной работоспособности, так И связь этих явлений с типологическими особенностями нервной деятельности, с об­щим состоянием человеческого организма и т. д.

Непосредственно на данных физиологии, биофизики и биохимии трудовых про­цессов основывается гигиена труда, с которой в свою очередь связаны профилактика и терапия профессиональных заболеваний, а также другие области социальной гигие­ны. На основе гигиенических и иных медицинских показаний формируются требова­ния к нормативам рабочего времени, соотношению работы и отдыха, регулированию нагрузок, эффективным условиям преодоления утомления и т. д., которые относятся к области организации производства и охраны труда, к широкой сфере конкретной экономики и трудового права. А эта сфера в свою очередь входит в предмет социоло­гии и других общественных наук.

Вместе с тем изучение трудовых процессов, работоспособности и утомления не может быть замкнуто внутри физиологии и медицины; человек как субъект труда есть сознательный производитель материальных и культурных ценностей, от уровня рабо­ты и степени активности которого во многом зависит производительность труда, и, в частности, производительность средств труда, которые им создаются и совершенству­ются в процессе производства. Мотивы трудовой деятельности, особенно их высшая форма — коммунистическое отношение к труду, тесно связаны со всем общественным развитием личности и являются мощным субъективным фактором повышения производительности труда. В условиях социалистического производства этот фактор приобретает все более важное значение, он стимулирует развитие массовых форм научно-технического творчества, борьбу за технический прогресс и участие каждого трудящегося в создании материально-технической базы коммунизма, объединение людей в разнообразные творческие соединения (коллективы), обеспечивающие рост не только производственной культуры отдельного трудящегося, но также общей куль­туры и знаний.

Человек как предмет познания

Поэтому ясно, что подход к человеку как к субъекту труда требует разносторонне­го исследования морально-психологической стороны трудовой деятельности челове­ка в конкретных условиях социалистического производства. Эту сторону проблемы должны изучать специалисты в области психологии, этики и социологии, которые все еще далеки друг от друга. Между тем от их взаимодействия многое зависит в деле изучения превращения труда в первую жизненную потребность. Понятно, что в этом процессе немаловажное значение имеет формирование коммунистического отноше­ния к труду всей системой нашего общественного воспитания. Поэтому в комплексе наук должны занять свое место теория трудового воспитания и конкретные методики производственно-трудового обучения подрастающего поколения.

Проблема человека как субъекта труда охватывает не только сферу трудовых мо­тивов и отношений, но и собственно психофизиологическую организацию человека, свойствами которой являются трудоспособность, общая одаренность и специальные способности.

Мы показали, насколько многообразны и сложны разделение и объединение фун­кций разных наук в отношении лишь одной из проблем человекознания — человека как субъекта труда и основной производительной силы общества. Дифференциация наук, однако, явно преобладает над процессом их интеграции, для которой особое зна­чение имеет общая теория связей между основными сторонами человеческого разви­тия.

Аналогичное положение можно отметить в отношении другой проблемы — чело­века как предмета воспитания. По мере прогрессивного развития психологии, физио­логии и других наук о человеке возрастают возможности их педагогических приложе­ний. Ближайшее будущее педагогики безусловно связано с расширяющимся включе­нием в ее сферу этих приложений, особенно относящихся к использованию в целях коммунистического воспитания ресурсов и резервов человеческого развития.

Дело в том, что многие дисциплины современной психологии и физиологии, а так­же смежных с ними биофизики, биохимии и генетики поведения сосредоточиваются на двух проблемах, особо важных для педагогики: 1) природа научения, его структура, механизмы и факторы, для управления которыми необходим подбор оптимальных ре­жимов научения различным действиям; 2) формирование индивида, выявление зако­номерностей онтогенеза человека, объединяющих природу и историю под совокуп­ным влиянием наследственности, обстоятельств жизни, воспитания и человеческой деятельности.

Бесконечно возросли возможности педагогических приложений и других наук: антропологии, демографии, этнографии, социологии и т. д. К этим наукам, изучаю­щим человека, ныне присоединились физико-математические и технические. Резуль­таты их своеобразной антропологизации уже включаются в обиход народного образо­вания в виде фундаментальных основ программированного обучения и разнообраз­ных обучающих машин.

Особо следует выделить кибернетический подход к различным проблемам педа­гогической антропологии. Успехи программированного обучения, изучение алгорит­мов различных процессов усвоения знаний и навыков, формализация этих процессов и конструирование различных типов обучающих электронных устройств свидетель­ствуют о начале нового этапа в развитии методики и техники обучения. Кибернети-

Глава 1. Проблема человека в современной науке

ческий подход позволяет определить оптимальные режимы обучения, использовать обратные связи в этом процессе с наибольшим эффектом и повысить активность са­мих обучающихся. Но дело не только в этом. С помощью математической логики, тео­рии информации и экспериментальной психологии кибернетика строит модели ум­ственной деятельности, особенно соотношения в ней каналов, блоков отбора и переработки информации, оперативной и долговременной памяти, логических систем и механизмов об­ратных связей, посредством которых регулируется система действий.

Сложный синтез наук в виде принципов моделирования умственной деятельно­сти и процессов научения, несомненно, входит в современную педагогическую антропологию как одна из ее фундаментальных частей.

Кибернетический подход не ограничивается лишь умственной деятельностью че­ловека. В ближайшем будущем, вероятно, кибернетический подход и моделирование различных параметров успешно распространятся на более общие процессы поведе­ния и индивидуального развития. Уже в настоящее время возможно некоторое моделирование актов поведения и взаимодействия индивидов в групповой деятель­ности, например работы операторов в сложных системах дистанционного управления машинами. Подобное социально-психологическое моделирование с широким исполь­зованием математических методов, теории информации и связи, математической тео­рии игр, экспериментальной психологии и нейродинамической типологии коренным образом изменяет наши знания о возможностях управления индивидуальным разви­тием человека, его поведением в самом широком смысле слова.

Накоплен огромный экспериментальный материал по исследованию поведения в различных ситуациях, на разных уровнях развития филогенеза и онтогенеза, под влия­нием различных факторов. Накопление этой гигантской массы экспериментальных данных позволяет в последнее десятилетие применить различные методы математиче­ской обработки, с помощью которых создается своеобразная статистика поведения. Детерминизм и строгий анализ связей определенных фактов поведения с конкретны­ми условиями жизни делают принципиально возможным выявление алгоритма про­цессов поведения и их приуроченности к определенным результатам внешних влия­ний и свойств человека. Это тем более важно, что воспитание поведения всегда есть и научение определенным способам и нормам, процедурам и правилам регулирования действий. Воспитание, конечно, ни в коем случае не сводится к процессам научения нормам и правилам поведения, но и невозможно без этих процессов, составляющих один из важнейших механизмов развития поведения человека. Понятие «научение» относится к сферам как обучения, так и воспитания, поскольку они содержат в себе существенные признаки образования индивидуального опыта в определенных усло­виях управления поведением.

В сфере воспитания, очевидно, научение нормам и правилам поведения, руковод­ство их усвоением и применением в жизни зависят от характера подкрепления дей­ствий и мотивации поведения. Под влиянием сложной системы социальных связей, в которой осуществляется воспитание, научение приобретает определенный характер и достигает той или иной эффективности в зависимости от степени включения воспи­танника в эту систему. Опосредованность научения целями, структурой и методами воспитания известна, но не мен"ее известно и то, что ни один из первоначальных эта­пов воспитания — умственного, физического, нравственного и эстетического — не

Человек как предмет познания

осуществляется помимо научения соответствующим актам поведения и регулирова­нию действий. Поэтому можно воспроизвести порядок развертывания актов поведе­ния в определенных условиях и отобрать оптимальный вариант с тем или иным комп­лексом рациональных методов формирования поведения. Создание подобных мод'е-лей поведения и оптимальных режимов воспитания, вероятно, дело ближайшего будущего.

С превращением человекознания в одну из генеральных проблем всей современной науки и расширением фронта его педагогических приложений создается новая ситуа­ция развития и д л я самой педагогики, весьма благоприятствующая ее прогрессу и повы­шению практической эффективности. Однако существует и некоторая опасность, тая­щаяся в такой ситуации: поток крайне разнородной научной информации уже сейчас превышает возможность ее своевременной переработки; некоторые из педагогических приложений гипертрофируются и противопоставляются самой педагогике, претендуя на собственную теорию воспитания; возрастает дробность подходов к воспитанию и обучению, обусловленная прогрессирующей дифференциацией отдельных наук о чело­веке. Преодолеть такие тенденции можно лишь путем строгого отбора, организации и интеграции педагогических приложений разных наук в системе самой педагогики, пу­тем последовательного развития ее марксистско-ленинских философских основ.

Опираясь на современные данные отдельных наук о человеке и марксистскую те­орию воспитания, педагогическая антропология может решать труднейшую, но вмес­те с тем и особенно важную для педагогики проблему структуры индивидуального развития человека, взаимосвязей в этой структуре между ее отдельными сторонами (умственной, физической, нравственной и т. д.), на которые и ориентированы соответ­ствующие компоненты системы коммунистического воспитания. Для достижения высокой эффективности воспитательно-образовательных воздействий на все области процесса формирования человека педагогика должна располагать научными данны­ми о взаимосвязях и оптимальных сочетаниях между физическим, умственным, нрав­ственным и другими сторонами единого процесса развития.



Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 12 |
 





<
 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.